НРКмания

Да, Наташенька, высказалась на славу!!!
Спасибо, меня ты, пожалуй, убедила.
Да и не вызывала во мне эта Катя никакого отторжения.

_________________
Парадокс чтения: оно уводит нас от реальности, чтобы наполнить реальность смыслом. © Даниэль Пеннак

Спасибо, девочки!


Теперь ты высказалась!
Так ведь никто и не обещал им, что они сразу в сказку попадут. Катя видит все возможные последствия и риски. Про это будет в следующей главе, так что распространяться не буду.


И это ХОРОШО!

Постараюсь выложить главу сегодня. Если не успею, то завтра с утра.

Я это сказала, кое-что подслушав.

Поплачь, Катюша. Это ночь, а ночью всегда у страха глаза велики. Но для утра, которое вечера мудренее, у тебя есть совсем другие мысли.

Вот ТАКАЯ наша "сумеречная" Катя, и другой у нас похоже не будет. Если только не найдётся какой-либо последователь Мичурина и не привьёт на скорую руку пару черенков от Ани. Например, восхищение известным объектом. Но опять же, объект должен иметь за душой некие свойства, достойные восхищения, кроме восхительно произносимого звука "Ч" и прочей красоты. Круг вроде замкнулся.
Но не для нашей Кати. Она своим действием, а не бездействием откапает из недр героя опрометчиво дремавшие свойства, достойные восхищения. И известная формула А+К заиграет новым светом.

Если воспринимать восхитительно произносимый звук одномерно, но люди, которые в состоянии улететь от одного произносимого звука, как правило, чувствуют более объёмно, и сей звук обещает те самые свойства, он их залог Вот как хотите, что-то во мне не принимает этот подход, когда речь идёт о любви мужчины и женщины.

Модин, Ксения, спасибо! Смысл ваших постов был в другом, но перечитав именно это отзывы, я поняла, чем же еще меня так раздражает намерЕние Катюшки сделать из Жданова мужчину и человека (помимо раздражения от базовой установки этого действа "привести железной рукой к Щастью").
Катерина собралась предпринимать действия, которые послужат к изменению Андрея, пока не очень ясно как - записать в клуб по интересам, были невнятные размышления о провокациях, высказывались мысли о создании сложной ситуации, когда без Андрюши никак - не суть важно, все в руках автора.
Я о другом, сознательные действия, провоцирующие определенные поступки, и последующие изменения объекта - есть манипуляция. И я говорю сейчас не в упрек Катюшке, просто предлагаю подумать: "А судьи кто?" (с). Кто у нас вознамерился быть манипулятором?
Предыдущие действия Кати:
Все это время она упорно прятала голову в песок, не желая замечать проблем их брака (в то время как Андрей уже давно думал об этом), так же упорно (за три года!) не желала замечать, что отношения Андрея с Ромой давно разладились, и числила их по-прежнему друзьями.
После драки она нарушает слово, данное мужу, и едет к Роману – вполне объяснимо, кредита доверия у нее для Андрея нет, но затем, согласившись на дальнейшие встречи за спиной Андрея, она фактически на глазах у Романа расписывается в своем неуважении к мужу и готовности его обманывать (пусть и не в смысле измены).
В конфликте Андрей-Рома она сразу принимает сторону Романа – как пострадавшего, даже не попытавшись узнать информацию от другой стороны, а когда Андрей выплескивает ей свою версию произошедшего, она просто затыкает уши. Да, все объяснимо, момент был напряженный, но ведь даже потом, остыв, она так и не приняла информацию Андрея к сведению, хотя тот факт, что Рома растрепал сестре о Катиных визитах, очень логично вписывался в версию Андрея – это она тоже учесть не пожелала.
Что имеем в результате: женщину - добросердечную, жалостливую, идущую на поводу у своих эмоций, легко ведущуюся на провокации и подающуюся манипулированию (на Ромино простенькое кукловодство она купилась сразу), предпочитающую прятать голову в песок от межличностных проблем, смотрящую на мир через розовые очки, причем не сколько потому, что в принципе хорошо думает о людях, сколько потому, что так ей удобно, когда розовые очки слетают – ведет себя не слишком адекватно – опять-таки все на эмоциях.
В общем и целом картина неплохого, доброго, отзывчивого человека, но манипулировать чужими судьбами ей просто не под силу – это однозначно. Андрей в понимании человеческих отношений был всегда на шаг впереди нее, т.е. ее комбинации он раскусит на раз!
Да, сейчас ситуация изменилась, она вынуждена действовать, голову в песок больше не спрячешь.... но люди так быстро не меняются! Катька не может резко поумнеть и начать разбираться в отношениях между людьми только потому, что ей так хочется! Хотение - не аргумент, еще нужны усилия и опыт!
Конечно, все ИМХО.

+1 Несколькими постами выше я схематично об этом же говорила, Траволта эту мысль здорово развернула

Ксения, Траволта, Небратья, спасибо!

_________________
Огонек

6/20

- Ну, не знаю, Катюш, что твоему Жданову ещё нужно, - протянула Юлиана. – Молод, здоров, второй человек в такой огромной компании! – И она, подняв руки, развела ими в воздухе, словно желая эти жестом подчеркнуть объёмы и значимость «Зималетто».
Они сидели в креслах за стеклянных столиком, на котором лежали проспекты, образцы тканей и эскизы, принесённые Ольгой Вячеславовной специально для Юлианы, которую Катя пригласила для обсуждения рекламной кампании новой коллекции. Безмятежно улыбаясь, Юлиана смотрела на Катю – как всегда, изящная, холёная и лучащаяся оптимизмом.
Зорькин, уже попрощавшийся и стоявший в дверях кабинета, при этих словах развернулся и, победоносно глядя на Катю, ткнул ручкой, которую держал в руке, в сторону Юлианы.
- Золотые слова! – громко и торжественно произнёс он. – А я что говорю? Я ей даже предлагал поменять нас со Ждановым местами – он всё равно мучается, а мне повышение…
Юлиана снисходительно засмеялась, полуобернувшись к нему.
- Николай, вы, как всегда, просто блещете креативными идеями… Я давно хотела вам предложить бросить это гиблое местечко и перейти на работу в моё агентство.
- Судя по тому, что сейчас в мыслях у нашего президента, - вздохнул Коля, - ждать осталось недолго. Как только она станет здесь уборщицей, я – ваш навеки, Юлиана!
- Коля! – с упрёком сказала Катя, многозначительно глядя на него.
- Всё, всё! Удаляюсь! – покорно сказал Зорькин и вышел в приёмную, закрыв за собой дверь.
- Извините, Юлиана, - с виноватой улыбкой проговорила Катя. – Его иногда заносит…
- Ой, какие пустяки! – тут же небрежно откликнулась Юлиана. – Отсутствие такта – это ещё не самый большой грех. А в нашем бизнесе так иногда и незаменимая черта… - Но внезапно лицо её посерьёзнело, и она озабоченно взглянула на Катю. – А правда, Катюш… Не пойму я – чего ты мучаешься? Уходила бы из «Зималетто», если всё так серьёзно, - и дело с концом… Никогда не надо мельчить то, в чём добилась большого успеха. Что ты, работы себе не найдёшь? А семья всё-таки – не работа…
Катя покачала головой.
- Не имеет смысла, Юлиана… Я не могу подвести Павла Олеговича, вот так взять всё и бросить. Да и среди возможных кандидатур для управления компанией фамилии Андрея не будет, это на данном этапе не подлежит сомнению… Андрей потерял интерес к работе, к тому же, если говорить откровенно, Павел Олегович предубеждён против него.
- Ну и что? – Юлиана подняла свои красивые брови. – Останется вице-президентом, но тебя-то уже здесь не будет и соперничать будет не с кем…
- Нет, Юлиана, нет! Не только в этом дело… Он во всём чувствует себя слабее, понимаете? Здесь вопрос личности… Сложно всё, запутано. Я сама ещё не до конца разобралась…
Юлиана какое-то время смотрела на неё, размышляя о чём-то, и наконец решительно кивнула.
- Ну что ж. Если ты так решила, значит, так действительно будет лучше. Я всегда верила в тебя. И всё же, Катюш… - И она тепло взглянула на Катю, с восхищённым недоумением качая головой. – Я не перестаю удивляться тебе. Какая же ты… необычная. Отказаться от мужчины, которого любишь, ради него самого – только ты могла поступить так. Лёгких путей не ищёшь, это про тебя…
Катя вздохнула.
- А где они, эти лёгкие пути? Я не вижу… А он не хочет помочь мне.
Юлиана встревоженно взглянула на неё.
- Что с ним? Как он? Кстати, я его сегодня не видела…
- Его нет. Уехал в Иваново на два дня, сегодня должен вернуться. Плохо, Юлиана… Очень плохо.
Юлиана с сочувствием кивнула.
- А кто бы мог подумать… тогда… что он будет так любить тебя… - задумчиво проговорила она.
- Тогда всё было так же, - грустно улыбнулась Катя. – Только мы с вами не знали об этом.
- Ты знаешь, а я ведь потом думала об этом… Потом, когда вы уже поженились, вспоминала тот вечер, когда я застала вас в кабинете… - Она запнулась и обвела взглядом кабинет. – Да, в этом самом кабинете. Ты ведь мне потом рассказала, что ты этого не хотела, а он был пьян. И для меня вдруг стало так очевидно всё, жаль, что поздно… Я ведь была предубеждена с самого начала, была уверена, что ты и он – это невозможно. Как всё изменилось, странно даже вспоминать…
Чувствуя, как начинает внутри закипать привычная радость при мысли о его любви, и устыдившись этого, Катя тряхнула головой, и распущенные волосы её, уложенные локонами, ещё больше рассыпались по плечам. Она невольно покраснела и виновато проговорила:
- Надо заколкой заколоть…
Юлиана, улыбаясь, с одобрительным восхищением смотрела на неё.
- Какая же ты у нас красивая!.. – сказала она, и обе они одновременно вспомнили время преображения Кати, которым она была обязана своей старшей подруге.
- Всё, всё! – Катя помахала руками, смущённо засмеявшись. – Этот «вечер воспоминаний» меня вгоняет в краску…
И в этот же момент из переговорного устройства раздался взволнованный голос Амуры.
- Катя, начальник производства, срочно…
Катя поднялась с кресла и поспешно подошла к своему столу.
- Соединяй, Амура… Жду.
- Екатерина Валерьевна… - Наталья Евгеньевна словно задыхалась и говорила каким-то плачущим, жалобным голосом. – У нас несчастье. В ткацком цеху.
Катя вздрогнула, как от удара, и почувствовала, как мобилизуется всё её существо. Фразы её были чёткими, отрывистыми.
- Наталья Евгеньевна, успокойтесь. В чём дело?
- Я ещё сама толком ничего не знаю! На работницу упала бобина с нитками. Ольга Волкова, 22 года, работает у нас всего второй месяц. Она без сознания, наш врач уже прибежал, вызвали «скорую». Начальнице цеха тоже стало плохо, наверное, давление… Вы придёте?
- Ну, конечно. Сейчас спускаюсь.
Она повернулась к Юлиане. Та испуганно смотрела на неё.
- Всё в порядке, - слабо улыбнулась Катя. – Всё в порядке. Юлиана, вы меня извините…
Юлиана, словно очнувшись, поспешно стала собирать со стола документы и складывать их в свою большую сумку, потом поднялась.
- Катюш, я могу остаться…
- Нет-нет. Зачем? Сейчас вызовем юриста, приедет «скорая», всё будет хорошо… - В мозгу её шла напряжённая работа, просчитывающая несколько шагов вперёд. И внезапно лицо её побледнело, и на лбу залегла глубокая складка… - Самолёт… - прошептала она, подняв на Юлиану ставшие огромными глаза, но Юлиане казалось, что она смотрит куда-то сквозь неё.
Наконец, словно очнувшись, Катя тряхнула головой, и на лице её появилось решительное выражение.
- Пойдёмте… Нужно очень многое сделать.

***

Глаза девушки были полуоткрыты, изо рта доносился странный, жёсткий хрип. Косынка съехала на бок, и растрепавшиеся волосы наполовину прикрывали лицо. Врач, осматривавший её, поднялся, кивнул санитарам, которые ждали рядом с носилками, и повернулся к Кате.
- Мы забираем её. Немедленно звоните в ФСС, создавайте комиссию… Как только мы доставим её в больницу, сразу же сообщим о случившемся. Лучше будет, если вы это сделаете первыми.
- Да, конечно, - сказала Катя. Лицо её было бледным, она с трудом отвела взгляд от лежащей на полу девушки. – Спасибо вам… Что с ней? Всё будет в порядке?
Он пожал плечами.
- Надеюсь. – И он с сочувствием посмотрел на неё, но ничего не сказал и снова повернулся к девушке.
Когда машина «скорой помощи» с включённой сиреной выехала со двора «Зималетто» и Катя с Колей, пробившись сквозь толпу работников, вернулись в здание, Катя повернулась к Коле и вопросительно взглянула на него. Рядом стоял Урядов. Он всё никак не мог прийти в себя от увиденного.
- Соловьёв уже едет, будет с минуты на минуту, - отрапортовал Зорькин.
Катя кивнула.
- Дождёмся его, он проконсультирует нас. А пока позвоним в инспекцию труда и ФСС. Насколько я знаю, в комиссию должен входить работник предприятия… - И она многозначительно посмотрела на Колю.
- А почему сразу я? – неожиданно взвился Зорькин. – И вообще – почему я должен этим заниматься? Я – финансовый директор…
- …а я, - вкрадчиво подхватил Урядов, - заведую кадрами…
Катя холодно посмотрела на обоих.
- Спасибо за напоминание. Никогда не поздно повторить пройдённый материал. И всё же вынуждена озвучить назначение: в комиссию войдёт Николай Антонович Зорькин.
Коля, не решившись громко возразить, недовольно пробурчал что-то себе под нос.
Расходились, качая головами, работники. По дороге к лифту Катя заглянула в кабинет начальницы цеха. Ей сделали укол, и она постепенно приходила в себя, лёжа на маленьком диванчике у окна. При виде Кати она поспешно приподнялась, но та замахала руками, уговаривая её не вставать.
- Екатерина Валерьевна, это было так страшно!.. Я всё видела своими глазами. Ещё минуту назад Оля стояла у станка весёлая, здоровая, и вдруг раздался грохот и она отлетела в сторону, как игрушечная… А бобина так и осталась лежать на том месте… И ведь прямо как назло – мы ведь в последнюю минуту отказались от «Эйр Филаментс» и закупили это оборудование. А я ещё и настаивала, хоть Андрей Павлович возражал. Я теперь буду думать, что из-за этого всё и случилось…
- Успокойтесь, Светлана Владимировна. Вы тут ни при чём. Решение принимали мы с Андреем Павловичем, никто не мог предвидеть несчастный случай.
- Да я понимаю, понимаю… И всё же… - И она сокрушённо качала головой.
На административном этаже группками стояли сотрудники. Когда Катя с Колей вышли из лифта, все провожали их испуганными сочувственными взглядами. Коля незаметно переглянулся со Светланой, сделав ей знак, что ему нужно задержаться и поговорить с Катей. Катя, не замечая никого вокруг, решительным шагом прошла в свой кабинет, Зорькин шёл за ней. Едва за ними закрылась дверь, он повернулся к Кате и возбуждённо зашептал:
- Послушай, ты что, не понимаешь, что сейчас по всем углам зашепчут, что ты отстраняешь Жданова от дел из-за того, что вы разошлись? Это ж смех – финдиректор в комиссии! Это место для Жданова, дураку ясно! Тем более что он занимался оборудованием для цеха!
Катя удивлённо смотрела на него.
- С чего ты взял, что я его отстраняю?
- Ну, как это с чего? Это же очевидно!
- Коля, не беги впереди паровоза… Ты забыл об одной очень важной вещи, но я тебе напомню. У меня завтра в Лондоне встреча с Робертсоном и Коэлсом, сегодня самолёт в четыре часа…
Он ошеломлённо смотрел на неё несколько секунд, потом хлопнул себя рукой по лбу.
- Точно! Как это я забыл… - И вдруг, словно спохватившись, он медленно поднял на неё глаза, в которых был испуг. – Подожди… Ты не можешь лететь, я уверен, Соловьёв скажет то же самое!
- Я и без Соловьёва знаю, что не могу… - спокойно сказала она. – И даже если бы могла, всё равно бы не полетела, пока Оля в таком состоянии, а над «Зималетто» угроза. Я не уверена, но думаю, что можно ожидать самого плохого, вплоть до приостановки работы компании.
Коля помолчал немного, напряжённо размышляя о чём-то. Потом лицо его прояснилось, и он посмотрел на неё.
- И ты хочешь… ты хочешь послать в Лондон Жданова?
Она вздохнула.
- У нас нет другого выхода. Я позвоню Робертсону и попрошу его отложить нашу личную встречу, но принять Андрея с материалами по коллекции. Они уже имели с ним дело, Павел Олегович говорил, что он произвёл на них хорошее впечатление, и я думаю, мне удастся договориться с ними.
Коля снова помолчал, обдумывая услышанное. Потом неожиданно как-то хитро взглянул на неё.
- Я всё понимаю… не понимаю только одного – чего ты вздыхаешь? Разве ты не этого хотела?
Она задумчиво посмотрела на него, потом отошла к окну и встала около него, отодвинув рукой жалюзи.
- Это слишком прямолинейно… Я уверена, мне придётся уговаривать его, - наконец тихо произнесла она.
- Ну-у-у, тоже мне царь горы, «уговаривать»! – протянул Коля. – Да он тебе в ножки должен поклониться…
- Коля! – Она резко обернулась к нему, и голос её зазвенел от гнева. – Если ты ещё раз позволишь себе высказаться о нём в таком тоне, ты больше никогда не сможешь вообще со мной разговаривать!
- Пушкарёва… Ты что, белены объелась?
- Я в своём уме. И не желаю больше мириться с твоим пренебрежением к Андрею. Советую тебе серьёзно подумать об этом…
Как всегда бывало в таких случаях, Коля пошёл на попятный и примирительно забурчал что-то себе под нос, но она уловила в этом бормотании нечто, что заставило её переспросить:
- Что ты сказал обо всех? Я не поняла…
Он неохотно поднял на неё глаза и поморщился.
- Ну, я сказал… что это не только моё пренебрежение… Ладно, Кать, забудь, извини. Ты ж меня знаешь, ляпну что-нибудь, потом сам не рад…
Она снова задумчиво отвернулась к окну.
Сколько всего ещё нужно сделать… Звонить в инспекцию, в фонд страхования, заниматься комиссией… Известить Павла Олеговича, Киру, Александра… Это самое сложное, пожалуй. Но напряжённый холодок, разлившийся внутри, позволяет сберечь силы и направить их в одну цель, не поддаваясь эмоциям. Вот только Оля… вот только Андрей.
А ведь он настаивал на закупке оборудования другой, более престижной фирмы. Но она посчитала нерентабельным переплачивать крупную сумму; об оборудовании фирмы, которую она в итоге выбрала, были очень хорошие отзывы. И вот не прошло и месяца, как состоялась проверка – жизнью и здоровьем человека. И теперь уже неважно, случилось ли это по стечению обстоятельств, или по объективным причинам – ответственности это не снимает…
Как набраться смелости и позвонить ему? Снова позвонить и снова не за тем, чего он ждёт… А если он ещё не приехал? Что она тогда будет делать?
Сейчас, сейчас, ещё минуту покоя, ещё чуть-чуть постоять вот так у окна, потом можно будет заниматься делами, отвечать на звонки, звонить самой…
Взгляд, рассеянно скользивший по крышам домов, по двору «Зималетто», случайно упал на большой автомобиль, въехавший на стоянку перед зданием. Несмотря на то, что с высоты машина выглядела не больше спичечного коробка, она показалась Кате знакомой. Где-то в уголках памяти шевельнулось воспоминание – и исчезло, и уступило место насущным тревожным мыслям.
- Катя, юрист пришёл.
- Зови, Амура…

----------------------------------------------------------------------------------

Не понимаю,зачем Катерина всем рассказывает о проблеме их с Андреем.Это ведь не только его проблема,но и её,если у них семья и они перестали находить общий язык.Павел в курсе,как я понимаю,Зорькин язвит постоянно,теперь Юлиана. Уж не такая она ей близкая подруга,да даже самым близким не всегда нужно рассказывать о таких личных переживаниях. Надеюсь,что хоть эта трагическая ситуация как-то изменит их положение и они хотя бы поговорят.

Английские партнеры непредвзято оценивают компетентность Андрея в отличие от его отца и сотрудников компании. Это значит, что деловые качества на должной высоте.
Несколько удивляет пренебрежение со стороны Кольки, вот наглец, пора его поставить на место.

Ничего себе! Если это так очевидно, что же Катька такое допустила? Одно дело - что он о себе или другие о нем думают. Другое - в открытую обсуждают, как выяснилось. ( может, это только я не поняла этого сразу?) Будь он даже не мужем, не одним из главных акционеров , а просто топ-менеджером, разве не она как руководитель обязана была обеспечить максимальное проявление (пусть даже использование) далеко не заурядных способностей сотрудника! А тут - проснулись! Да, эта ситуация может многое поставить на свое место. Но теперь, после того, как Андрей высказал все, что он думает о своем месте в компании и в семье, Катьке трудно убедить его в своей объективности А он еще ждет?
Во время разговора Кати с Юлианой меня не покидало опасение, что их услышит успевший приехать Андрей. Вот как бы он отреагировал на такие откровения?

_________________

Вот я тоже этого не понимаю.......Зачем всем подряд рассказывать о том что происходит в твоей семье....

Еще один пример того что Катя никогда не слушает и главное не слышит Андрея......А жаль...

Это кто к нам пожаловал......интересно.......
Натали

Время действовать, надеюсь Катерина поступит правильно.
А Колька меня удивил таким отношением

Натали! Я так рассердилась, что даже забыла тебя поблагодарить. Спасибо за проду!

_________________

Наташа, спасибо!
Прочитала сразу две главы и ещё не переварила.
Но грустно и тревожно...

_________________
- А на той планете есть охотники?
- Нет.
- Как интересно! А куры там есть?
- Нет.
- Нет в мире совершенства! - вздохнул Лис... ( Антуан де Сент-Экзюпери)

Вот реально трудная ситуация, несрежиссированная кем-то.И Андрей может проявиться в ней для многих, не верящих в него, почти как Колька, открыто пренебрегающих, с сильной стороны. Надеюсь, и с Катей общая беда снова сблизит. Спасибо, Натали!

_________________
Большая сила в человеке, который сможет промолчать, даже если он прав.
© Оскар Уайльд

lenushka
svecha4
ПЧЕЛКА
zszu
Jelizawieta
Дуся
Спасибо за отзывы, девочки. Они мне очень помогают.


Да-да...

_________________
Огонек

Наташа,спасибо!
Этот ,местный Андрей у меня отделился от сериального. Он другой, я не могу представить амбициозного,дерзкого,стремительного Андрея из сериала скатившимся до такого безразличия,до вторых ролей.
Для меня твой Андрей стал совсем отдельным человеком.
Вот Катя -нет.Осталась практически такая же, только заострились некоторые черты характера.Все ИМХО ,конечно.

_________________

Наверное Роман пожаловал.
Наташа, тревожно и грустно.
Спасибо!

_________________
Уезжают таланты, творцы и умы,
едут люди отменно отборные.
И останутся там, как у всякой тюрьмы,
надзиратели и поднадзорные.

И. Губерман

Так, вот и "острая" ситуация образовалась. Каждый должен будет показать все, на что способен. Будем надеяться, что все справятся!
СПасибо!

А вот и Малиновский приехал.
Но, Господи, как Андрея-то жалко! Как он выдержал все эти годы пренебрежения? Я бы на кокс перешла, честное слово, а он ещё молодец, сорвался довольно поздно.
Спасибо, Наташ!
(шёпотом) Вы обещали, что всё хорошо закончится. Надеюсь, что обещание сдержите, а то тут все слезами обольются. А конец скоро? Глав 15 осталось?

_________________
"А я так счастлив, я так рад, что кто-то счастлив" (с) АукцЫон