|
Гиринт
Его жизнь превратилась в нескончаемую погоню. Он шел и шел по следам этого оборотня, этого выродка, убившего его дочь, но никогда ему не удавалось настигнуть нелюдя. Ему говорили, что этого оборотня нельзя убить серебром. Он отмахивался – глупости, пустые отговорки тех, кто не умеет стрелять. А он – не промахнется. Он никогда не промахивается.
Настигнуть нелюдя. Убить. Только это было важно, только об этом были его мысли, и больше ни о чем. И ни о ком. Янка пристроена, ей ничто не грозит. Иногда он думал, что надо бы навестить ее, узнать, как она там живет… но все время что-то мешало. «Не сейчас, - говорил он себе. – Потом, все потом. Когда он убьет оборотня». Да и не очень-то он хотел увидеться со своей второй дочерью. Слишком она была похожа на мать… чужая, странная. Нелюдская кровь. Данка удалась в него, а вот вторая… Нездешняя, нечеловеческая красота… когда-то он был пленен, очарован ею, жизнь бы отдал, чтобы заполучить Иллу. И ведь удалось – Илла стала его женой и родила ему двух дочерей. Но своей, родной и любимой – так и не стала. Иногда он срывался и орал, что она неблагодарная нелюдь лесная, что он ее спас от смерти, что она обязана… Илла молча слушала, слегка приподняв брови, и он начинал чувствовать себя последним ничтожеством, грязью под ее ногами, и ненавидел жену за это.
Она ушла, когда Данке было лет пять, а Янке и того меньше. Он вернулся с охоты, было уже поздно, и девчонки спали. Илла – нет. Она сидела у огня, медленно расчесывая волосы, и напевала тихонько.
Илла обернулась к нему, и он вдруг увидел, что на ней то платье, в котором он нашел ее – шелковое, темно-синее, мягко мерцающее, как звездное небо.
- Вот и закончилось мое заточение, дакини, - сказала она.
Он не знал, что ей ответить, только глупо моргал.
Илла с торжеством рассмеялась и показала ему браслет – тот самый, разбитый.
- Видишь, он снова цел. Сила вернулась ко мне.
- И что теперь? – хрипло спросил он.
- Я ухожу, - сказала она. – И знай - только ради детей, в которых течет и моя кровь, я оставлю тебя в живых, Смертный.
Он думал, что Илла заберет Янку, но она сказала – нет. Ее родичи не примут девочку. И Янка осталась с ним. Он старался заботиться о ней, как и о Данке, но с годами она все больше походила на Иллу… и он не мог любить младшую дочь, так, как старшую, как ни старался. Может, боги наказывают его за это? Может, поэтому он лишился любимой дочери?
Он все же навестил Янку. Она так обрадовалась ему, что он невольно почувствовал угрызения совести, и обещал навещать ее чаще. Янка изменилась… повзрослела, расцвела как роза... Он видел, как жадно смотрят на нее мужчины, и ему стало тревожно – как бы кто не обидел девочку.
- Не уходи, отец, - попросила она.
И впервые за долгое время он усомнился в правильности своих действий. Подумал – а может, все зря? Данку не вернуть, хоть бы он убил всех оборотней на свете…но у него есть еще одна дочь, которая нуждается в нем…
Янка смотрела на него умоляюще, и он обещал ей, что оставит мысли о мести и вернется домой. Как она просияла! И предложила ему остаться в замке, сказала, что выпросит ему хорошее место. Он отказался. Конечно. Еще не хватало – чтобы девочка унижалась из-за него. Не стоит злоупотреблять добрым отношением, - сказал он Янке. – А за меня не бойся, я не пропаду.
Он обнял ее на прощание и обещал, что навестит ее к Йоллю.
Он услышал голоса – два путника шли по дороге, негромко переговариваясь. Точнее, говорил один, второй отвечал односложно и с неохотой.
Густой ельник надежно скрывал его от посторонних глаз, и Гиринт не спешил выбраться на дорогу – кто знает, добрые путники это или лихие люди. Неспроста же их занесло в такую глушь.
На зрение он никогда не жаловался, и очень четко видел и худого парня в черном студенческом плаще (как ворона, - невольно подумал Гиринт), и его спутника – высокого и плечистого темноволосого молодца. Высокий, словно почувствовав его взгляд, резко обернулся, и Гиринт моментально втянул голову в плечи. Чутье, которое никогда его не обманывало, сейчас просто кричало об опасности. Но он запомнил это лицо, этот взгляд, в котором увидел что-то знакомое… хотя абсолютно точно знал, что раньше никогда не встречался с этим человеком. Человеком?
Ладно, хватит, - вдруг сказал темноволосый. – Дальше поедешь на мне.
Пока Гиринт моргал глазами, пытаясь понять эти странные речи, мужчина отступил на несколько шагов – и вдруг грянулся оземь и… обернулся волком?
- Ого! – крикнул тот, щуплый. – Сколько раз уже видел, и все не могу привыкнуть! А ты можешь помедленнее, а? Я не успел рассмотреть.
Лесник впился зубами в кулак, чтобы не заорать от страха и ненависти. Немного придя в себя, дрожащей рукой попытался нащупать лук, но нелюдь и его прихвостень уже исчезли, словно их и не было.
Только сейчас он понял, как ему повезло. Ветер дул с севера, на него, и оборотень не успел его почуять. Если бы успел… Гиринт видел, как он нечеловечески быстр, и понимал, что не успел бы вовремя достать лук. Боги хранили меня, - подумал он. – И предостерегли. Нельзя расслабляться. И нельзя забывать о своем долге. Скорее, скорее вернуться – рассказать обо всем принцу, поднять людей!
Алискан
Он внимательно слушал лесника, притворяясь, что удивлен и обеспокоен этими вестями. Он обещал, что снова прочешет лес, что оборотень не уйдет. Старикан, конечно же, предложил свою помощь, и Алискану стоило больших трудов отговорить его. И только когда он упомянул о Янке, Гиринт согласился. Ну и слава богам. Больше всего ему хотелось, чтобы этот мститель уехал в свой медвежий угол и не показывался ему на глаза. Алискан просто поверить не мог, что его Яни – нежная, красивая, хрупкая Яни была дочерью этого… неотесанного мужика. Но приходилось принять этот неприятный факт – у Яни такой отец. И она его любит. Как она просила, чтобы отцу подобрали какое-нибудь место в замке… И он согласился, ради нее, хоть и зубы сводило от одной мысли, что этот лесник будет болтаться поблизости и путаться под ногами. Он бы наградил его золотом и услал подальше, но знал, что Гиринт откажется. Слава богам, он и от места отказался и уехал в свою глухомань.
У Янки после его ухода глаза были на мокром месте, но все-таки она вздохнула с облегчением, когда отец уехал.
- Здесь ему опасно находиться, - сказала она. – Он бы не выдержал, он бы обязательно вмешался. Это хорошо, что он уехал, мне так спокойнее.
Катари
Она не могла больше сидеть в замке, чувствовала себя, словно в темнице. Все так любят ее, так заботятся о ней, но она – пленница. Навсегда, навечно. В последнее время такие мысли приходили все чаще, наваливалась глухая тоска, и мир вокруг словно выцветал, лишаясь всех красок. Ничто не приносило радости…
Не зная, что делать, она вспомнила о некогда любимых конных прогулках и потребовала, чтобы оседлали ее любимую кобылку, Звездочку. Думала, что ей откажут, прикрываясь заботой о ее здоровье, но никто не сказал ей ни слова против. Только Алискан попросил, чтобы ее сопровождали слуги, и Катари легко согласилась. И когда она летела во весь опор на Звездочке, ей казалось, что тоска уходит, и черные мысли больше не имеют над ней власти.
… это уже было с ней когда-то - она мчалась во весь опор через луг, и ветер свистел в ушах, они уходили от погони… когда это было? Казалось, что она вот-то вспомнит, но каждый раз Катари словно с разбегу натыкалась на глухую стену, за которую ей не было хода. Ничего, она обязательно вспомнит, обязательно!
Катари объехала все земли вокруг завка, и вот однажды, совершенно случайно, оказалась рядом с Каменным кольцом.
Она придержала поводья. Это место внушало ей тревогу и страх, и в то же время манило, притягивало к себе, никогда она не испытывала таких противоречивых чувств. Ей захотелось уехать немедленно, и она крикнула слуг, но когда они подъехали, вдруг сказала, что хочет подняться на холм и чтобы они подождали ее внизу. С неохотой, но они повиновались.
Катари медленно вошла в круг камней, в это странное место, где время словно бы течет по-другому. Здесь не дул ветер, вовсю свистевший снаружи, было так тихо… словно весь мир затаил дыхание и ждет неведомо чего. Что-то должно было произойти, здесь и сейчас.
- Я знал, что ты придешь. Чувствовал, - услышала она. Катари резко обернулась – он вышел из-за высоких камней и направлялся к ней. Остановился на расстоянии нескольких шагов.
- Я знал, - повторил он мягко.
У Катари бешено колотилось сердце. Она понимала, что ее здесь никто не услышит – это место надежно поглощало все звуки. И убежать она не успеет – он быстро ее настигнет. Боги, что же ему нужно, почему он не оставит ее в покое?
- Что ты хочешь? – спросила она, выпрямив спину и стараясь, чтобы голос не дрожал. Нельзя показывать свой страх перед ним.
- Я хочу, чтобы ты вернулась, - ответил он. – Но сейчас важнее, чего хочешь ты.
Катари была сбита с толку. Что за игру он ведет?
- Не знаю, чего тебе про меня понарассказывали, - продолжил он. – Но я не собираюсь тащить тебя за волосы обратно. Если не хочешь возвращаться – скажи мне об этом. Сейчас. И я уйду, и никогда больше не напомню о себе.
Она молчала. Казалось, такой шанс – сейчас она скажет – да, я не хочу тебя больше видеть, не хочу быть с тобой. И этот странный человек (не человек, нелюдь) навсегда уйдет… А вдруг он лжет? Но зачем? А если не лжет?
- Катари…
Опять разболелась голова – Катари слегка поморщилась, коснулась пальцами висков.
-Что с тобой, - встревожился он. – Катари?
- Все в порядке, - сдавленно ответила она.
- Бедная моя девочка, - тихо сказал он. – Хочешь, я сейчас уйду? Скажи, Катари, одно твое слово… может, так и вправду будет лучше для тебя… - добавил он почти неслышно, словно самому себе.
Одно слово. Так легко его произнести. И никогда больше не увидит его. Не услышит его голоса… никогда…
- Что же ты молчишь?
Два шага ей навстречу – и он совсем близко, прикоснулся к ее руке. Она тихо вздохнула.
- Тебе плохо, mell… из-за меня? Я так и не смог сделать тебя счастливой… но ты не бойся, больше я тебя не потревожу… не буду искать встреч. – Он говорит так тихо, и у Катари дыхание перехватывает от его печального и ласкового голоса.
- Сама решай, хочешь ли ты быть со мной, - сказал он. – И если решишься… просто позови меня, назови имя – и я услышу, где бы я ни был, и приду к тебе.
Он удерживает ее руку в своих ладонях
- Я люблю тебя, - шепчет он. – Ты мне веришь, mell?
Катари кивает, словно зачарованная, но она почти не слышит, что он ей говорит.
Это чары, - вдруг понимает она. – Он же тебя околдовывает! Не поддавайся!
Катари с усилием отводит взгляд, и он устало вздыхает.
- Я буду в этих местах до Самайна.
Он исчез так быстро – Катари не успела и глазом моргнуть.
Гиринт
Он сидел в углу и пил свое пиво. Люди вокруг шумели, галдели, распевали песни, а ему было так тоскливо, что просто выть хотелось. Никуда он не уехал – так и не смог. Не станет он отсиживаться в безопасности, пока убийца Данки бродит на свободе.
Он с грохотом поставил деревянную кружку на стол, и уже собирался уходить… как вдруг встретился глазами с темноволосым мужчиной, сидящим в другом конце комнаты. Скользнул по нему взглядом, не цепляясь… и вдруг замер. Сердце пропустило удар. Он вскочил, начал лихорадочно оглядываться, и какое-то мгновение ему казалось, что он обознался, что просто был обманут полумраком зала, тусклым светом чадящих светильников… Снова увидел темноволосого и понял – нет. Не показалось. Гиринт чуть не задохнулся от ненависти – этот выродок посмел появится здесь? Не иначе, как выбирает себе новую жертву. Но какова наглость… Считает себя всемогущим и неуязвимым? Ну, это мы сейчас посмотрим!
И уже не думая ни о чем, Гиринт вскочил и заорал во все горло, перекрывая гул голосов, и пьяное пение, и пиликанье скрипок: «Оборотень!»
Поразительно, но его услышали. Тишина разом спустилась на зал, все звуки как ножом отрезало. Люди потрясенно озирались. Постепенно раздавались робкие голоса «оборотень…. где… кто кричал? видел…» Кто-то неуверенно хихикнул.
- Это ж надо так напиииться, шоб волкулаки мерещились… - протянула какая-то пьянь. Музыканты уже начали настраивать скрипки. Гиринт пришел в отчаяние – он видел, что нелюдь потихоньку продвигается к выходу, еще немного – и ускользнет.
- Закройте дверь, - крикнул он. – Не дайте ему уйти!
- Мужик, ты чего? – к нему уже пробирался крепкий вышибала. – Ты чего добрых людей пугаешь? Сиди себе спо…
Гиринт зло оборвал его
- Здесь оборотень, говорю тебе! Вот он! Да, этот!
- Это же сумасшедший лесник, - услышал он шепот. – У него дочку волк загрыз, вот он умом и тронулся.
- А если он прав?
Люди шумели. Спорили. А Гиринт не спускал с оборотня глаз. Тот пока не пытался уходить – не хотел, видимо, привлекать к себе внимание и надеялся, что слова лесника не примут всерьез. А вот не уйдешь, выродок! Не вывернешься!
Он встал у двери, с насмешкой глядя на оборотня. Тот, поколебавшись немного, решительно направился к выходу, но Гиринт и не думал освобождать путь.
- Пропусти, - коротко сказал нелюдь. Лесник даже не стал ему отвечать. Люди шумели и переговаривались, кажется, ему начинали верить.
- А кто он такой?
- Не знаю, никогда его не видел…
- Он появился здесь несколько дней назад…
- Чужак, пришлый…
Оборотень попытался отпихнуть Гиринта с дороги, но тут сзади на него с ревом кинулся плечистый горожанин, вооруженный дубинкой. Нелюдь успел увернуться и отскочить в сторону, но его тут же начали теснить от двери, он медленно отступал назад, пока не уперся спиной в стену.
Лесник внимательно смотрел на этого нелюдя, сам не зная, что хочет в нем увидеть. Страх? Растерянность? Да, на мгновение показалось, что он колеблется, но это быстро исчезло. Теперь он улыбался. Улыбался и смотрел на них, как на тараканов каких или слизняков. Похоже, очень похоже смотрела на него Илла…
Люди стояли, плотно сбившись в кучу, вооружившись кто чем – стульями, выломанными ножками столов, один даже прихватил с очага вертел, обмотав его полотенцем.
- Бей гада! – раздался слабый вскрик. Люди зашумели, но с места не двинулись.
- Колом его осиновым, колом! Да в самое сердце!
- Ага, вот иди и бей, раз такой умный!
Люди переругивались, раззадоривая себя, и не решаясь напасть первыми. Оборотень усмехался, но Гиринт видел, чувствовал, что он готовится к бою, что его расслабленность – мнимая. Что ж, посмотрим, кто кого!
- Людииииииии, да вы гляньте на него! – вдруг заверещал кто-то. - Вы только гляньте!
Глаза оборотня светились в полумраке желтым, звериным огнем.
- Теперь верите? – заорал Гиринт. – Это оборотень! И если мы дадим ему уйти – он придет за вами, за вашими женами и дочерями! Убьем его, защитим наших родных!
Последний раз редактировалось Селина 02 янв 2009, 14:56, всего редактировалось 1 раз.
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
