|
8.
Андрей убрал с Катиной шеи волосы, наклонился и поцеловал её в плечо. Ладонь заскользила вниз по её обнажённой спине, по позвоночнику, и Жданов усмехнулся, когда Катя вместо того, чтобы расслабиться, сразу выпрямилась. И волосы снова за спину откинула, и вздохнула знакомо. Это всё означало, что время вышло. Конец игры. Жданов спорить не стал, отодвинулся от неё, и лёг. Теперь мог видеть Катино лицо, довольно улыбнулся, приметив на её щеках румянец.
- Скажи хоть, что мило было, - попросил он, открыто наслаждаясь её смятением.
- Мило?
- Это на крайний случай.
Пушкарёва посмотрела на него, и сказала, не стараясь спрятать язвительные нотки:
- Было мило.
Не смотря на то, что сам просил её об этом, охота улыбаться после услышанного прошла. Жданов губы раздвинул в вынужденной улыбке, а вот Катя напротив разулыбалась. Иногда она становилась ехидной, этого за Пушкарёвой Андрей раньше не подозревал. Но она умела его задеть, порой одним взглядом, а то и откровенным равнодушием. Вот хотя бы их встречи в его квартире. Вроде бы, что особенного? Не она первая, и точно не она последняя. Было много женщин, было много слов и даже признаний, иногда лишних, как Андрей считал. Но вот Катя Пушкарёва никогда ему ни в чём не признавалась, а он, между тем, почему-то этого ждал. Повторения истории годичной давности. Когда она смотрела на него с надеждой и обожанием, и, казалось, едва сдерживается, чтобы не поклясться ему в вечной любви, и его это хоть и смущало, но приносило удовлетворение. Она была молоденькой и наивной, и даже странной, и готова была отдать ему всё, лишь бы он принял. А сейчас они встречаются в его квартире, тогда, когда Екатерина Валерьевна соблаговолит, а он, как последний дурак, её обхаживает, соблазняет каждый раз. Самому смешно, но другого выхода Жданов просто не видел. И все эти тайны, игры в прятки, уже до чёртиков надоели. Вот только не ясно, что делать с правдой. Кому и о чём рассказывать? О том, что Катя уходит от него сразу после секса? И никогда не остаётся больше, чем на два часа? Он сам никогда раньше не задумывался, как на женщин действует его поспешный уход в середине ночи. Когда, получив своё, он быстро принимал душ, одевался, обещал позвонить и уходил, чувствуя довольство и облегчение. А вот теперь сам оказался на месте того, кто лежит в постели и наблюдает, как партнёр бежит прочь. И не важно, сколько времени, не важно, что его на это толкает, но наблюдать за этим и чувствовать свою беспомощность – весьма противно. Жданов старался этого не показать, оттого язвил и насмешничал, но каждый раз, как Катя первой уходила из постели, у него на душе кошки скребли. Было такое ощущение, что мир вверх дном перевернулся, и теперь он ни на что не имеет права.
Прошло почти две недели с тех пор, как он привёз Катю к себе и буквально за руку привёл в свою квартиру. Она не хотела, упиралась, даже ругаться пробовала. Правда, всё сопротивление закончилось на пороге его квартиры. Закрыв дверь, Андрей перестал слушать то, что она ему говорила. Он раздевал её, одежда падала на пол прихожей, причём, в прихожей осталась почти вся её одежда, и Катя уже не спорила и не возражала. И всё было здорово и горячо, до того самого момента, пока она не встала с его постели спустя два часа. Вот с этого всё и началось. Приезжать к нему, она приезжала, но никогда не оставалась. Они даже не ужинали вместе. Если только в ресторане, если только встречаясь с кем-то или обговаривая рабочие вопросы, будто их кроме работы ничего и не связывает, а потом, не сговариваясь, ехали к нему, чтобы заняться сексом. Андрей только в первые дни радовался такому повороту событий, потому что Катя на самом деле его привлекала и интересовала в этом плане, он хотел её, но всё его желание разбилось о гнетущие мысли по поводу того, кто кого из них использует. Жданов перестал контролировать ситуацию, и его это очень сильно беспокоило. Даже решил поставить точку, в конце концов, зачем ему такие проблемы? Но не получилось. Он даже не понял до конца – почему. В один из вечеров, после того, как она ушла, Андрей всерьёз разозлился и решил послать всё к чёрту. Что, вокруг женщин мало? Которые будут рады ему, которые захотят с ним общаться, разговаривать, будут мечтать о нём, а не вскакивать спустя пять минут после оргазма, и бежать прочь сломя голову. Зачем ему вообще Катя Пушкарёва? Если задуматься, то она даже не в его вкусе. Честно.
Но все эти мысли приходили ночами, встречали вместе с ним утро, и таяли к обеду, когда Андрей начинал строить планы на вечер. Иногда на совещаниях, слушая своего финансового директора, начинал раздумывать о том, что пошлёт к чёрту ужин в ресторане, сегодня он обязан поставить рекорд. Если хотите, то в сексуальном плане, чтобы удержать Катю подольше – ещё на час, полтора. А если она захочет снова уйти, он ей всё выскажет, молчать не будет. Сколько можно им пользоваться?
Он не мог понять, почему она сбегает. Всё делал, как она хотела, и Катя рядом с ним становилась особенной, она отпускала себя, чего, по сути, Жданов и добивался. У них всё получалось здорово, но как только Катя начинала остывать, она сразу превращалась в законченную стерву. По-другому её поведение назвать было нельзя. Она бросала его, она парировала все его высказывания, и ей всегда было в чём его обвинить и что ему припомнить. Это выводило из себя. Хотелось заорать на неё, что он однажды и сделал, правда, это не возымело никакого действия, что ещё больше взбесило. Как оказалось, его плохое настроение и зычный голос, на Катю Пушкарёву давно действуют. У неё иммунитет. И как с ней, прикажете, бороться?
Она теперь была хозяйкой положения. И чего проще – отказаться от неё? Выкинуть из головы, не привозить её к себе, не заниматься с ней любовью? Разозлиться на неё как следует, и оставить всё в прошлом. Или найти себе новую любовницу, а может, и не новую, без разницы, главное, отвлечься. Но что-то Андрея привлекало в этой злюке. Наверное то, что он не понимал, когда она злюкой стала. Или как могла это скрывать так долго. В офисе она на него не смотрела, коротко здоровалась и проходила мимо, а он неизменно провожал её взглядом и вспоминал, какой она когда-то была. А ещё до него дошло, почему он так и не смог забыть одну единственную ночь со странной наивной девочкой. Подсознательно чувствовал подвох, что всё не так просто, есть какая-то загадка, которую невозможно разгадать. Ещё тогда ему стало резко наплевать, как она выглядит и как одевается, его тянуло, завораживало и даже пугало то, что он обнаружил в ней. И сейчас, глядя на Катю, он не видел строгих костюмов и скучной причёски, Пушкарёва мимоходом кидала на него короткий взгляд, и внутри начинался пожар. Не от страсти, а от смеси злости и желания. Злился на неё за то, что так себя ведёт, за то, что не ценит то, что между ними происходит, за то, что смеет так с ним поступать, выводить его из себя, и считает, что имеет на это право. Только потому, что спит с ним. Спит, и не требует за это никаких привилегий, о которых мечтают многие. Она не хочет, чтобы кто-то знал. Ей стыдно, что ли?
Вот и сейчас спиной к нему повернулась, собирается улизнуть. Андрей на часы посмотрел. У Пушкарёвой внутри секундомер, наверное. Ровно два часа прошло, без трёх минут. Жданов жадным взглядом её окинул. Вот такой, как сейчас, она ему больше всего нравилась. Без налёта сдержанности и официальности, с распущенными по плечам волосами, с разрумянившимися после занятия любовью щеками и припухшими губами, старательно прятавшая в себя смущение. Поэтому и сидит к нему спиной, одеялом не прикрывается, но рука сама к груди поднимается. Сейчас ещё смелости наберётся и тогда встанет, пойдёт в ванную, а пока взгляд по полу скользит, некоторые детали одежды отыскивает.
Андрей едва слышно хмыкнул. Извлёк из-под одеяла невесомый клочок белого кружева, пальцем его подцепил и Пушкарёвой протянул.
- Это ищешь?
Она голову повернула, посмотрела, после чего нахмурилась и находку забрала.
- Очень смешно.
- Я не смеюсь, я вполне серьёзен. – Он на локте приподнялся, потянулся к Кате и попробовал её обнять. – Иди ко мне.
- Нам уже надо идти, - запротестовала она.
- Да к чёрту презентацию.
- Юлиана разозлится.
- Она всегда на меня злится. – Жданову удалось обхватить Катю рукой за талию, и тогда он уверенно потянул её на себя. Она опомниться не успела, как снова оказалась под одеялом, крепко прижатой к мужскому телу. Во все глаза на Жданова уставилась, словно в первый раз его видела и непонятно как оказалась рядом с ним в постели. Отбиваться и ругаться было глупо, и поэтому Катя решила попросить по-хорошему:
- Андрей, отпусти. Нам, правда, надо…
- Знаю, что надо. – Он повыше натянул на них одеяло, укрывая Катю с головой, навалился на неё и прижался губами к её шее, потом втянул в рот её серёжку и мочку уха. Пушкарёва только безнадёжно вздохнула и ненадолго прикрыла глаза. Он лежал на ней – сильный, горячий, и чувствовалось, что отпускать её не собирается, сегодня решил проявить недюжинную настойчивость, и это сильно Катю беспокоило. Она голову назад откинула, взглянула на часы, и от бессилия застонала, когда упёрлась руками Жданову в грудь и поняла, что оттолкнуть его не получается. Он что-то на ухо ей шептал, гладил её, стараясь успокоить, и продолжал целовать. Конечно же, Катя поняла, что он задумал. Это война! Он уже неделю изо всех сил старался задержать её у себя. Разгадал её план, и решил бороться. А ведь она всё просчитала: два часа – это максимум, который она может выдержать рядом со Ждановым без последствий. Остаться дольше, полежать рядом с ним, поговорить – всё это может закончиться плачевно, она может потерять голову и уже не оправиться. А Андрею только этого и надо, она ведь видит, как он злится на неё, когда она уходит, не интересуясь его мнением по этому поводу. Не понимает, что она пытается себя уберечь, все силы для этого прикладывает. Он вскоре наиграется, остынет, оставит её в покое, а ей тогда что делать? Забиться куда-нибудь в угол и сохнуть там от тоски по нему? Нет уж, если невозможно отказаться от встреч с ним, то, по крайней мере, нужно приложить все силы для того, чтобы окончательно не потерять голову.
Но, бог мой, как же трудно.
- Андрей, пожалуйста.
Он усмехнулся, Катя почувствовала, как его губы раздвинулись, прикасаясь к её коже.
- Ты понимаешь, как это звучит? – проговорил он, не собираясь выполнять свою просьбу. Впервые ему удалось её удержать, и теперь он старался взять верх. И у него получалось, почти получалось.
- Мы приедем самые последние!
- А мы самые занятые.
- Всё равно придётся объясняться!
- Я умею врать, Катя.
- Жданов! – Она стукнула его кулаком по спине, когда он опустил голову к её груди. Он, кажется, засмеялся, странно затрясся, а Катя от бессилия застонала, попыталась его голову оттолкнуть.
Он вернулся к ней через пару минут, заглянул в лицо, за подбородок схватил, заставляя открыть глаза, а когда встретил бездумный взгляд, довольно улыбнулся и быстро поцеловал в губы.
- Ты не уходишь? – задал он провокационный вопрос. Её руки уже не отталкивали его, пальцы перебирали волосы, а когда он приподнялся над ней, вцепились в плечи. Услышав вопрос, Пушкарёва посмотрела с осуждением, но на следующий поцелуй ответила. Андрей улыбнулся, довольный её послушанием, и попросил: - Обними меня.
- Андрюш.
- М-м? – Он носом уткнулся в её волосы, руки гладили её тело, потом одеяло в нетерпении скинул с них, когда понял, что становится невыносимо жарко.
Катя ничего не сказала, глаза снова закрыла, понимая, что в этот раз проиграла. Жданов делал с ней всё, что хотел. Целовал неспешно, осторожно, руки исследовали её тело, щекотали, но настолько нежно, что это вызывало лишь лёгкие вздохи и отстраниться не хотелось, наоборот, прижаться к нему, и забыть обо всём, в первую очередь о времени. А потом всё в один миг кончилось. Катя даже не сразу поняла, что произошло. Мысли о том, что их появления где-то ждут, ушли сами собой, и ждала она уже другого, когда прелюдия перейдёт в нечто большее, когда Андрею надоест её дразнить, и нежность и неторопливость его прикосновений сменится напором и страстью, а вышло всё по-другому. Когда он отодвинулся, Катя ещё секунду чего-то ждала, а потом глаза открыла и непонимающе посмотрела. Жданов сидел на краю постели и глядел на неё, усмехнулся, когда встретил её взгляд.
- Мы опаздываем, разве нет?
Катя вдруг поняла, что лежит перед ним, и, мало того, что голая, так ещё и в ожидании, а он всё это специально сделал, чтобы указать ей на её место. Хоть маленькая, но месть с его стороны.
Она швырнула в него подушку, а Жданов рассмеялся.
- Доволен собой, да? – поинтересовалась она чуть позже, когда смогла дышать, оправившись от смущения. Её ещё немного трясло от неутолённого желания, она ненавидела Жданова за то, что он смог так легко её провести, завести и бросить на полпути, а ещё больше за то, что сделал это специально. Он на самом деле выглядел довольным, брился перед зеркалом в ванной и посмеивался себе под нос, наблюдая за тем, как Катя нервничает.
Но услышав её вопрос, Андрей лишь пожал плечами.
- Не понимаю, о чём ты говоришь.
Пушкарёва замерла на мгновение, затем со значением посмотрела на своего начальника.
- Детский сад какой-то.
Андрей фыркнул.
- Кто бы говорил.
- Подвинься. – Катя наклонилась к самому зеркалу, принялась подкрашивать ресницы. Эта презентация привычный ритуал вечернего расставания нарушила. Если обычно Катя первой шмыгала в ванную, чтобы привести себя в порядок, а потом быстренько из квартиры Жданова ретировалась, то сегодня всё было не так. И то, что они в постели провели больше времени, чем обычно, и то, что обменивались дурацкими едкими замечаниями и конца-края этому видно не было, и то, что собираются впопыхах, мешая друг другу. На Кате новое платье, волосы не собраны в привычную гладкую причёску, и макияж нужно подправить, а Жданов в спешке бреется и выбирает костюм. Он оставил её у зеркала, правда, притормозил, оценив её позу, когда она стояла, наклонившись к зеркалу и соблазнительно отставив попу, обтянутую шёлковым платьем цвета кофе с молоком. Из ванной вышел, но быстро вернулся, сунул руки в рукава белоснежной рубашки, наклонился к Кате и сказал:
- Я специально это сделал, теперь ты весь вечер обо мне будешь думать.
Она замерла, прижав помаду к губам, глаза на Жданова скосила.
- Ты серьёзно?
- Да.
- Тогда ты плохо меня знаешь.
Он самоуверенно усмехнулся.
- Это ты меня ещё плохо знаешь. Ты, вообще, ещё многого не знаешь.
Его ухмылка Кате не понравилась, и она нахмурилась.
- Отойди от меня.
- Как страшно. Кстати, на чьей машине поедем?
- Каждый на своей!
- Катерин, ты перебарщиваешь с таинственностью.
- Ничего, зато так спокойнее.
Разобранная постель смущала одним своим видом. Катя замерла перед ней, невольно вспоминая то, что происходило в этой комнате ещё час назад, и почувствовала внутри уже знакомое томление. Сразу стало жарко, тяжесть внизу живота, и как по заказу вспомнились слова Жданова о том, что он специально не довёл дело до конца в последний раз. Катя оглянулась на него через плечо, Андрей завязывал галстук и на неё не смотрел, но при этом на губах по-прежнему нахальная усмешка, от которой Пушкарёвой совсем плохо стало. Во что она влезла? Не нужен ей Жданов, она с ним не справится.
- Отлично выглядишь, - похвалил он, когда пальто Кате подавал, и они оказались вместе перед большим зеркалом в прихожей. Пушкарёва же только скривилась.
- Заметил он через три часа, - сказала она с иронией.
- Три часа назад мне было не до платья. А сейчас я вполне трезво могу оценить…
- Не надо.
- Ох, какая ты злючка, - не выдержал Жданов, но вместо того, чтобы отойти от неё, поцеловал в щёку. – Давай поедем на моей машине. Глупо ехать врозь.
- Почему это глупо?
- Потому что.
- И оставить мою машину у твоего дома? Вот это точно глупо.
Андрей хмыкнул.
- Ну, хоть машину на ночь оставь. Раз сама не хочешь.
Катя взяла свою сумку, закинула её на плечо.
- Если я останусь на ночь, надоем тебе к утру.
- Правда? – Андрей рукой в стену упёрся, к Кате наклонился, заглядывая ей в лицо. – Значит, ты просто удовольствие растягиваешь? Что ж ты раньше не сказала?
Катя руку его оттолкнула, посмотрела со значением.
- Поехали, и так опоздали.
- Ничего, у нас уважительная причина.
- Только будь добр, не озвучивай её никому.
Жданов захлопнул дверь квартиры, упёр взгляд в угол.
- Почему эта женщина не может промолчать? Ни разу? – проговорил он, обращаясь к кому-то неведомому.
- Что ты сказал? – поинтересовалась Катя за его спиной.
Андрей закрыл замки и повернулся.
- Ничего. Просто иногда размышляю вслух… Признайся, прежнюю Катю Пушкарёву ты убила и где-то спрятала?
- А тебе как хочется?
Он даже рассмеялся.
- Я ещё пока не решил.
Они вошли в лифт, Катя сразу оказалась прижатой к стене, и только успела прижать к губам Жданова палец, прежде чем он её поцеловал.
- Андрей, макияж.
Он вздохнул и прижался лбом к её лбу.
На презентации оказалось много гостей. У дверей их встретил хозяин нового журнала и Юлиана Виноградова. Катя очень боялась, что они с Андреем, появившись вместе, вызовут у неё подозрения, даже отступила на шаг назад, когда Андрей здоровался со старой знакомой, а потом и Катя вперёд выступила, пожала Юлиане руку в знак приветствия, и перекинулась несколькими словами с главным редактором журнала, первый выпуск которого должен был вот-вот выйти в свет.
- Андрей, тебе обязательно нужно с ним переговорить с глазу на глаз, - поучала Жданова Юлиана, отведя того в сторонку. – Он хочет эксклюзивный репортаж с показа и интервью с тобой. Это очень хорошо.
Андрей кивнул со знанием дела.
- А главное, бесплатно.
- Тебе бы главное бесплатно, - отругала его Юлиана, а Жданов пожал плечами и рассмеялся. Виноградова прищурилась, внимательнее приглядываясь к нему. – Ты выглядишь довольным.
- Да? – вроде бы удивился Андрей. – А не должен?
- Я про другое. По-особенному довольным. Что у тебя происходит? На личном фронте?
- Вроде, тишина.
- Кому ты врёшь?
- Ну, если только себе.
- Вот это очень может быть.
- А Малиновский здесь? – поспешил Андрей сменить тему, боясь, что Виноградова увлечётся обсуждением его личной жизни.
- Приезжал. И Воропаев, кстати, тоже.
Андрей тут же нахмурился.
- А этому что надо? Он же терпеть не может подобные мероприятия.
- Заскучал, наверное. Ты вот светишься, а он мрачнеет и мрачнеет. Даже страшно, вот так увидишь его в следующий раз, а вместо лица кирпич.
Андрей на Виноградову взглянул с умыслом.
- Так ты развесели его, Юль, ты же умеешь.
Она глаза на него вытаращила совершенно неприлично.
- Я Воропаева? С ума сошёл? – Юлиана в гневе фыркнула и пошла прочь, оставив Жданова обдумывать сказанную им глупость. А он вместо этого оглянулся по сторонам, присматриваясь к гостям, пытаясь увидеть знакомых, кстати, и Воропаева у бара увидел, но направился в противоположную сторону, к Малиновскому, который стоял в окружении девушек. Роман шутил и старался всем угодить, девушки смеялись, а одна блондинка, совершенно Андрею незнакомая, рискнула Малиновского под руку подхватить, предъявляя свои права, а тот, надо сказать, не спорил. Жданов подошёл, поздоровался, поулыбался девушкам, и поинтересовался у Малиновского, почему тот стоит и не интересуется происходящим, в зале ведь полно нужных людей. Ромка лишь беспомощно развел руками, глядя на красоту вокруг.
- Некогда тебе, да? – язвительно поинтересовался Андрей.
- Я тебя сейчас познакомлю, - заверил его Малиновский. – Это вот Лиза, - он указал на девушку, что вцепилась в его локоть. – А это Саша. И Галя…
- Гуля, - подсказали ему правильный вариант.
- Да, Гуля. Девочки, а это Андрюша. Он знаете кто?
Жданов качнул головой и усмехнулся.
- Большой начальник.
- Это точно.
Пока Малиновский рассказывал о нём: какую должность занимает, и о его мытарствах, в стремлении найти большую и чистую любовь, Андрей едва заметно усмехался, а взглядом пытался Катю отыскать. Она отошла от него почти сразу, как только они вошли в зал, увидела знакомых, даже представила ему кого-то, Жданов расслышал только слово «банк», но они быстро разошлись в разные стороны, и теперь Катя вообще пропала с его глаз. Пока Пушкарёву высматривал, встретился взглядом с Юлианой, и та жестом поманила его к себе, кивнув на мужчину, что рядом стоял. Стало ясно, что пора работать. Кстати, и Ромке не мешает это сделать. Прервав друга, когда тот рассказывал о модельной карьере девушки, которая сегодня явно претендует на роль его спутницы, Андрей сказал:
- Здесь Фридман должен быть. Найди его и попытайся разузнать, что у них с поставками и сколько они за фурнитуру платят. Мне давно намекают, что они с хорошей скидкой где-то берут.
Малиновский пренебрежительно фыркнул.
- И я даже знаю, кто намекает. Сам Фридман! Чтобы тебя позлить. Дешевле, чем мы, никто не покупает. Я скидки тогда зубами выгрызал, ты же знаешь!
- Но ты всё равно с ним поговори, и попытайся точно выяснить – врёт или нет. Ты можешь, Ромка. – Андрей присмотрелся к девушке, кажется, Гуле, которая уже некоторая время ему старательно улыбалась. Раздумывал секунду, после чего взял девушку за руку, она тут же сделала шаг к нему. А Жданов снова к другу обратился: - Возьми вот девочку, она тебе поможет. Лёва Фридман любит брюнеток.
Брюнетка Гуля несколько скисла, но когда Жданов ей ободряюще улыбнулся, ответила улыбкой.
Общение со всеми нужными людьми, которых Андрею Юлиана подсовывала, заняло достаточно много времени. Поначалу Жданов увлёкся, но спустя какое-то время начал в нетерпении поглядывать на часы. От разговоров он устал. Да и улыбаться надоело, обещания давать. Всё чаще он окидывал зал взглядом, но не из скуки и уж точно не из любопытства, он глазами Катю искал. С большим удовольствием он провёл бы этот вечер с ней в своей квартире, даже если бы ему пришлось её уговаривать и пресекать её бесконечные попытки к бегству. Зато как бы он это делал! Одно удовольствие думать. А тут стоит, рассуждает ни о чём с незнакомыми людьми, а Катя едва ли не в противоположном конце зала, тоже ведёт пустые разговоры. Столько времени зря уходит!
- Куда ты смотришь? – поинтересовалась Юлиана, стукнув его зонтиком по лодыжке.
Жданов поспешно отвёл глаза.
- Никуда.
А потом он увидел Катю с Воропаевым. Они стояли у бара и мило разговаривали. Мило, потому что Катя улыбалась и даже смеялась, слушая Александра, а тот подал ей бокал вина, когда официант подошёл. Андрей нахмурился. О чём можно разговаривать с Сашкой, чтобы так смеяться? Он что, «Зималетто» в очередной раз крах предрекает, а Катя смеётся над предложенными перспективами? Это ещё можно было бы вытерпеть, к тому же, ничего другого Андрей придумать не мог. Почему она вообще с Воропаевым разговаривает? Она должна о нём, Андрее, весь вечер думать, так было им задумано, так он её настраивал, когда они на эту чёртову презентацию собирались, а Воропаев все карты спутал.
Когда он подошёл, Сашка ему не обрадовался. Хотя, они уже давно друг другу не радовались, и даже разрыв Андрея с Кирой ситуацию не исправил.
- Жданов.
- Воропаев.
Короткое приветствие, как в гангстерских фильмах, и Катя невольно нахмурилась, наблюдая за ними. Бросила на Андрея предостерегающий взгляд, но тот вряд ли внимание обратил.
- О чём беседуете? – поинтересовался Жданов.
- О предстоящем совете, - спокойно отозвался Александр, а Андрей метнул к Катиному лицу настороженный взгляд.
- О нелёгкой журналистской доле, - ответила она. – А совсем не о совете.
Воропаев хмыкнул и ничего не сказал, поднёс к губам бокал с коньяком.
- И что у нас с журналистами? – сделал попытку вписаться в разговор Андрей. Но проговорил это нехотя, это было заметно, и поэтому, наверное, поддержать его никто не захотел. Катя не знала, как себя вести, переводила взгляд с одного мужчины на другого, заглянула в свой бокал; Воропаев, правда, снова о показе заговорил, но когда понял, что его не слушают, пробормотал что-то о том, что на семейный бизнес всем начхать, одни выпендрёжники кругом. Андрей исподтишка кулак ему показал, а его взгляд сам собой возвращался к вырезу на Катином платье, к её груди и небольшому золотому украшению, так соблазнительно устроившемуся в ложбинке. Эта картина все мысли сбивала, и никак не удавалось сосредоточиться на словах Александра, даже когда тот выпендрёжником его назвал, Андрей это мимо ушей пропустил. Но Катю, это кажется, порадовало, она вздохнула с облегчением, когда Жданов промолчал, а он смог увидеть, как её грудь высоко поднялась и опустилась при вздохе. Поймал себя на мысли, что делает не то, развернулся на девяносто градусов и заговорил с Александром о Фридмане, которого тот недолюбливал уже давно. А когда возможность представилась, взял Катю за руку и вывел из зала. Едва дождался, когда Воропаев от них отойдёт.
- Ты чуть всё не испортил, - получил он от неё нагоняй, как только они остались одни.
- Это ты чуть всё не испортила.
- Я?
- Конечно. Тебя с некоторых пор хлебом не корми, дай с Воропаевым поговорить! – огрызнулся Жданов.
Катя зло фыркнула, попыталась руку свою освободить. Воинственно поинтересовалась:
- Куда мы идём?
- Пора уезжать. Надоела мне эта презентация.
Пушкарёва спорить не стала, они прошли по коридору, гардероб уже был близко, как Андрей вдруг свернул в другую сторону. Катя опомниться не успела, как её схватили, прижали, закинули ей голову и поцеловали. Подобного она не ожидала. Жданов раньше так никогда не поступал. Они встречались у него на квартире, и даже не целовались никогда в других местах, терпели, пока не приедут к нему и не закроют за собой дверь. Даже в «Зималетто» черту не переходили, не смотря на то, что порой оставались наедине в его или её кабинете. А тут в людном месте, знакомых полно, в любой момент кто-то может рядом оказаться…
Андрей голову поднял, тяжело дышал, в глаза ей заглянул. Ждал очередного обвинения, но Катя только в глаза ему смотрела, ещё до конца не понимая, что случилось. Он снова к её губам наклонился. Прикоснулся едва ощутимо, зато рука в этот момент под подол её платья нырнула. Катя нервно сглотнула.
- Кто-нибудь увидит, - проговорила она испуганным шёпотом.
Андрей усмехнулся.
- В этом и интерес.
- Мне не интересно.
- Можешь сказать это громче?
Вместо того, чтобы сказать, она едва слышно всхлипнула и вцепилась в его плечи. Андрей её к себе прижал и оттащил за ветвистый фикус в углу. И как раз вовремя. По коридору прошёл Малиновский в сопровождении девушек. Они по сторонам не смотрели, обсуждали, куда отправятся, чтобы продолжить интересный вечер, и не заметили целующуюся за ветвями парочку.
- Поедем ко мне, - попросил Жданов после поцелуя.
- Я не могу.
- Кать, это глупо.
- Я, правда, не могу. – Она оттолкнула его руки, оправила платье, вздохнула глубоко, стараясь справиться со сбившимся дыханием. Щёки снова раскраснелись, губы облизала, понимая, что помады на них не осталось. А Жданов снова ей голову закинул и прижался губами к её шее. – Андрей, - это уже было похоже на стон.
Он отпустил её. Посмотрел в лицо, заправил волосы ей за ухо, потом не удержался и поправил сбившийся в сторону кулон на её груди.
- Ладно, я тебя отвезу, ты выпила.
- Обещай не приставать.
Жданов хмыкнул.
- Это ты о чём?
В гардеробе едва не столкнулись с Воропаевым. Уже одевались, когда Катя услышала его голос, перепугалась, что Александру одного взгляда хватит на её растрёпанную причёску и ненакрашенные губы, чтобы всё понять, и тогда схватила Андрея за руку и потянула к выходу.
- Нашла из-за кого переживать, - ворчал Жданов, заводя машину. – Чёрт с ним, с Воропаевым.
- Хочешь, чтобы он догадался?
Андрей странно поджал губы, нахмурился, а потом заявил:
- И что такого?
Катя от неожиданности примолкла, посверлила начальника взглядом.
- Как это: что такого?
Жданов только руками развёл.
- А что такого, Кать? Мы взрослые люди. Кому какое дело: спим мы или нет?
- Мне есть дело.
- И что это за дело?
- Я не хочу, чтобы про меня говорили…
- Что?
Она разозлилась.
- Что я тоже не смогла устоять. Или тебе непременно нужно похвастаться?
- Причём здесь хвастовство? Просто притворяться – глупо.
- А я так не думаю.
Он обиженно замолчал.
Когда к дому Пушкарёвых подъехали, Андрей двигатель заглушил, к Кате повернулся, а когда заметил, что она собирается открыть дверь, взял её за руку.
- Я уже не говорю про поцелуй, но хотя бы «до свидания» скажи.
Она всё-таки застыдилась. На Андрея посмотрела, сделала попытку улыбнуться.
- Спасибо, что подвёз.
- Не за что. – Он хотел к ней придвинуться, уже наклонился, чтобы поцеловать, и не в щёку клюнуть, а по-настоящему, для этого даже ладонь на её затылок положить хотел, чтобы Катя отодвинуться не смогла, но она сумела увернуться. – Что? – удивился Андрей.
- Я не могу.
Жданов лишь брови в удивлении вздёрнул. И краем глаза заметил, что из подъезда кто-то вышел, а Катя тут же отодвинулась от него, и только шепнула:
- Папа.
- Папа?
- Папа меня встречает. – Она открыла дверь. – До завтра.
Андрей лишь ошалело кивнул. К автомобилю на самом деле подошёл Пушкарёв, заглянул в окно, коротко кивнул в знак приветствия. Жданов выдал кривую улыбку.
- Добрый вечер, Валерий Сергеевич.
- Добрый ли? – усомнился тот. – Ночь полночь, а вы всё где-то гуляете.
- Мы не гуляем, пап, мы работаем.
Пушкарёв лишь отмахнулся.
- Это не работа.
Андрей даже не знал, что сказать. Смотрел, как Катя идёт с отцом к подъезду, только обернулась на секунду, посмотрела на Андрея, но рукой не помахала. Кивала, слушая отца, и вошла с ним в подъезд. А Андрей сидел ещё некоторое время, пребывая в раздумьях. И думал о том, что он совершенно забыл, что Катя в первую очередь – папина дочка, а потом уже финансовый директор его компании и… его любовница.
_________________  - Расскажите о себе в двух словах.
- Всякое бывало 
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
А тут захотел и надо доооолго бегать - нееее. Так плохо. Они так не договаривались.
Пока никак. Только "Крылья" выложила
Ну и кто весь вечер о ком думал? 
Но как они издеваются друг над другом! Катька - молодец! Стойкая! И как ей удается? 
