|
Глава 5. Мы едем, едем, едем в далекие края (окончание)
В этот момент безликий голос произнес:
- Рейс на Милан задерживается на три часа по метеоусловиям Милана…
Так они осели в Шереметьево. В Прато, секретарше Сильвии позвонили сразу же, та пообещала, что будет следить по Интернету за вылетом, волноваться не надо, машина будет их ждать в Болонье хоть всю ночь.
- Надо Александру Юрьевичу позвонить, - заволновалась Катя.
Андрея эти слова задели – он как раз размышлял над тем, что у Пушкаревой, оказывается, личико миленькое и, кажется, даже имеется фигура, а тут ему про Воропаева.
- Доложить торопится, - с неприязнью подумал он, а вслух нарочито ласково произнес:
- Ну что вы, Катенька, еще и девяти нет, ваш Президент до работы не доехал, не спешите его огорошить…
- Да, конечно, Андрей Палыч, - согласилась Катерина.
Они устроились в креслах в зале вылета. Пушкарева оказалась слева от Андрея, а на кресло справа тут же изящно опустилась та самая рыжеволосая особа и тут же приступила к завоеванию красивого и, несомненно, состоятельного мужчины:
- Как обидно! – растягивая слова, пропела она, обращаясь к Жданову, - Меня ждут в Милане на показах, у меня контракт, не дай бог, сорвется. Ведь здесь, вы, конечно, понимаете, модель карьеру не сделает, не в местных же тряпках мне дефилировать….
Более неудачного начала для завязывания знакомства было трудно придумать, но красотка, видно, не отличалась наблюдательностью и не заметила, как нахмурился Андрей.
И она с воодушевлением продолжила, рассчитывая перейти к более личному.
- Вы знаете, сидеть в аэропорту – это такая скука, такая скука, но…
Далее, вероятнее всего, предполагалось что-то вроде «но я встретила вас и…».
Жданов ей договорить не дал – уж очень она его разозлила и даже не столько тем, что уничижительно отозвалась о «местных тряпках», сколько тем, что пребывала в абсолютной уверенности – этот мужчина у нее с крючка не сорвется. Андрей, как любой уважающий себя мужчина, считал себя вправе устраивать охоту на прекрасных дам, но чтобы его самого рассматривали в качестве добычи, ну уж нет! А уж после жалоб рыжей на скуку в него словно чертик вселился. Он, не раздумывая, обнял Пушкареву за плечи, привлек к себе и преувеличенно нежно произнес:
- Вам скучно? Это потому что вы, наверное, все одна да одна… а вот нам вдвоем с Катенькой никогда и нигде не скучно!
И он, цапнув Катины пальчики, запечатлел на ее руке нежный поцелуй. Гламурная особа уставилась на него с изумлением, дескать, «что это еще за пигалицу выбрал… ни миллиграмма макияжа…», а потом демонстративно отвернулась в сторону. Катя же резко высвободилась и, пробормотав что-то вроде «Александр Юрьевич… надо позвонить», вскочила и отошла за газетный киоск.
- Черт, обиделась, наверное…. – несколько запоздало дошло до Жданова, - но я же ничего такого…. Просто пошутил….
Он и сам чувствовал, что палку перегнул. Конечно, они с Малиновским и не такое устраивали, мороча девицам головы, но Катя – не Малиновский, и вовсе не обязана принимать участие в его розыгрышах.
Пришлось встать и отправиться к киоску. Пушкарева стояла там и делала вид, что рассматривает журналы.
- Ну что, позвонили начальству? – поинтересовался Жданов.
- Александра Юрьевича еще нет в офисе, - вежливо, но отстраненно сообщила Катерина.
- Катенька, вы обиделись? – самым сладким тоном спросил Андрей.
- Нет, меня Александр Юрьевич предупреждал, что вы склонны поступать несколько легкомысленно в самых различных обстоятельствах, вижу, он был прав.
Андрей разозлился не на шутку, что это себе позволяет воропаевская секретарша! Но отношения налаживать было надо, впереди командировка, а там ему без пушкаревских познаний не обойтись.
- Кать, ну вот вы меня с помощью Сашки и заклеймили, теперь все, мир, ну захотелось эту рыжую пугнуть…
Пушкарева продолжала внимательно рассматривать журналы.
- Катя, вы бы лучше подумали о нашей совместной работе, у меня к вам очень серьезный вопрос - там к проекту договора было приложение 3а. И вот я не очень понял, для чего оно.
По правде говоря, Жданов в приложения особо не вчитывался, но то, что приложение 3а было, он запомнил.
Рассчитал он правильно, Пушкарева сразу же полезла в сумочку, вытащила распечатку, лишь мельком взглянула и тут же стала старательно объяснять, забыв о разногласиях.
_ Ну как же, это приложение регулирует тип оплаты посреднических услуг банка в том случае, если….
Андрей прервал ее:
- Знаете, пошли в кафе и там подробно все объясните, а то я за вами кинулся, а про чемоданы забыл, они там, около кресел стоят, если еще стоят…
Они вернулись обратно. К счастью, оба чемодана были на месте, рыжая модель куда-то ушла, а на их креслах сидела очень пожилая пара.
- Молодые люди, это ваши вещи? – сурово спросила их седовласая дама, когда они потянулись к чемоданам.
- Конечно, - поторопился ответить Андрей, - мы просто к киоску отходили, за журналами.
- Купили? – ехидно поинтересовалась дама.
- Лялечка, ну что ты допрашиваешь молодого человека? – улыбнулся ее супруг. – Ты же видишь, они так поглощены друг другом, что совсем забыли о чемоданах. Взгляни, какая у него очаровательная спутница…
- Но нельзя же так забываться, хорошо хоть мы за вещами присмотрели… ах, молодость, молодость, - вздохнула Лялечка.
Жданов с Катей переместились в кафе и, едва они успели сесть, Пушкарева продолжила рассказ про приложения.
Жданов ее не слушал, но с умным видом кивал, разглядывая подробности фигуры. Куртку и шарфик она сняла, под ними обнаружился черный свитерок с небольшим круглым вырезом, а на шее - серебряная цепочка, точнее, целое ожерелье из тонких цепочек, вещь изящная и необычная, кстати, очень подходившая к браслету, который Жданов заметил на ее левом запястье. Андрей, конечно, не был знатоком, но с первого взгляда было ясно, что вещи неординарные.
- А у нее еще и фигура есть! – лениво размышлял Андрей. – Конечно, мышка серенькая, но миленькая.
Созерцание Пушкаревой привело Жданова к глубокомысленному выводу о том, что Малиновский прав - бюст у женщины все-таки должен быть, а то вот Лерочка… Кира, конечно, в этом отношении выглядит куда более убедительнее, чем Лера, но тоже – ничего выдающегося.
- Андрей Палыч, вы меня не слушаете!
- Что вы, Катенька, я все понял про посреднические услуги банка, а вот лучше скажите, откуда у вас такие необычные вещи – браслет и вот это – ожерелье или колье из цепочек.
Катя улыбнулась:
- Браслет – от прапрабабушки достался, а ей его один венгерский граф подарил. А колье и вовсе – тибетское.
- Вы что, на Тибете были? – изумился Жданов.
- Не я, а одна моя знакомая, вот и подарила.
- А вам идет…. И вообще, Кать, вы очаровательно выглядите….
Пушкарева, вместо того, чтобы смутиться от его комплимента, спокойно заметила:
- Я понимаю - вы так свою вину заглаживаете… Так вот об оплате услуг посредников…
Несколько обидно, что она никак не реагировала на его комплименты и все норовила перейти к рабочим вопросам. Но Андрей уже был сыт рассуждениями про приложения, а вот насчет чего другого:
- Кать, давайте что-нибудь съедим. Я еще не полностью загладил свою вину, с меня кофе с пирожным, или мороженое, или что вы там захотите…
Пушкарева захотела всего лишь чаю.
- А я голодный, - заявил Андрей, - и очень голодный….
Тут Катя прыснула совершенно по-детски:
- Что тут смешного?
- Простите, Андрей Палыч. Вы так сказали – очень похоже на Колю, моего друга, прямо та же интонация….
- Коля, это ваш друг? В смысле бойфренд?
- Да, мой друг, но… в общем, не бойфренд… мы с ним вместе выросли, он меня всего на одну неделю младше, и наши родители жили рядом, в военном городке…
- То есть вы с ним просто дружите? И вас никогда не тянуло друг к другу?...
Катя вообще-то не привыкла, чтобы ее допрашивали по такому поводу, да еще ее, пусть не непосредственный, но начальник, но почему-то ей показалось, что Андрей спрашивал потому, что ему это было важно. И она ответила искренне.
- Знаете, мое первое воспоминание – это как Колька вылил на меня стакан киселя, мама говорит, что нам тогда года по два было. А он говорит, что этого не помнит, а помнит, как я у него отобрала красную машинку. Мы с ним были вместе всегда, и, наверное, всегда и будем, даже если разъедемся в разные стороны. Только это не такая любовь, которая… вы понимаете, что я хочу сказать. Я Колю слишком хорошо знаю, он часть моей семьи, как родители, как тетя Нина, Колькина мама…
- Может, вы и правы. Если кого-то знаешь с детства….
Андрей расспрашивал Пушкареву, потому что он вспомнил, как легко и весело ему было с Кирой до того, как начался их роман… А ведь они тоже знакомы с детства, он помнит, как дядя Юра показывал ему розовый конверт с младенцем и объяснял, что у Сашеньки теперь есть сестренка – Андрею тогда было три года.
- Знаете, Катя, вам можно позавидовать, что у вас есть такой друг….
А Пушкарева неожиданно сказала:
- У вас есть Роман Дмитриевич…
- Да, мы, конечно, друзья, но, думаю, Роман, пока меня не было, здесь не скучал…
- Нет, Андрей Палыч, пока вы не вернулись, Роман Дмитриевич в «Зималетто» себе место не находил, он вам очень обрадовался. Ему вас очень не хватало.
- А она наблюдательна, - отметил Андрей, - все по полочкам разложила. А Ромка действительно обрадовался, да и я о нем постоянно вспоминал…
Чтобы прервать затянувшееся молчание, Андрей предложил:
- Давайте, что-нибудь, наконец, съедим.
Ели они долго, что, в основном, было заслугой Жданова. Он даже счел нужным сказать несколько слов в свое оправдание:
- Кать, я последнее время все на работе торчал, приду, выпью…. В смысле чаю (тут Жданов несколько приукрасил действительность), и спать завалюсь... вот и проголодался… В ресторан идти неохота, купить все забывал, а готовить мне некому….
- А меня мама кормит, - вздохнула Катя, - все кормит и кормит, как будто я маленькая….
- Мечта!
- Когда меня год не было дома, мама прямо извелась вся, ну не только поэтому, конечно…
- А вы в Германии прожили год, по Европе поездили?
- Да, по Германии, потом один раз в Париж из Мюнхена на три дня съездила, а потом на те деньги, что сэкономила, родителям билеты купила, они ко мне весной приезжали. Я же понимала, что им тяжело…
- Почему тяжело? Болели? – спросил Андрей.
Катя посмотрела на него с удивлением:
- Да нет, просто им было без меня тяжело… они же меня любят, а я далеко, все испереживались.
- Ну да, конечно, - поспешил согласиться Андрей, а сам подумал, что родители часто и подолгу не видят его, а вот нет ощущения, что им его очень не хватает – отец поглощен работой, а мама… Иногда кажется, что Киру она больше рада видеть, чем Андрея…
Как пролетели три часа, они и не заметили. Андрей вообще-то начал эти разговоры для того, чтобы помириться с рассердившейся на него Катей, а продолжил для того, чтобы «мосты установить», но вот как раз о работе они почти не говорили.
Они сели в самолет – Андрей предложил Кате место у окна, но она отказалась.
- Не люблю смотреть вниз.
- Боитесь? – усмехнулся Андрей, полагавший, что если девушки боятся самолетов то, прежде всего, для того, чтобы иметь повод вцепиться в своего спутника. Но Пушкарева этой возможностью воспользоваться не пожелала:
- Если не смотрю вниз – не боюсь, - спокойно ответила она.
- Редко летали?
Катя улыбнулась:
- Не так уж редко. Когда жили в Забайкалье – постоянно летали из Читы в Москву, а иногда из Читы военным вертолетом до городка, вот где страшно…
Самолет быстро набрал высоту, и стюардессы деловито принялись кормить пассажиров. Поскольку Катя и Жданов летели бизнес-классом, их «откормили» в первую очередь, когда до конца полета еще оставалось почти два с половиной часа.
Оба не заметили, как уснули – уж очень рано пришлось встать, а Андрей еще и собирался в последний момент, покидав все в чемодан, как попало. Прежде чем он провалился в сон, последней его мыслью было:
- Права была Кира, галстук я, кажется, забыл… А хорошо, что я ее две недели не увижу…И эта Пушкарева забавная,
А Кате приснился сад с апельсиновыми деревьями, и она с Андреем Палычем в этом саду гуляет.
Андрея разбудило объявление о том, что самолет идет на посадку. Тут и выяснилось, что Пушкарева во сне привалилась к нему, а он обнимает ее рукой за плечи.
- И как это я во сне не почувствовал, как позу переменил, - удивился Жданов.
Хорошо еще, что он не увидел, каким взглядом одарила дремлющую в обнимку парочку та самая рыжая модель, которая увидела их, направляясь в сторону туалета.
Тут пробудилась и Катя, и сразу же отодвинулась от Андрея подальше. Ей припомнился ее сон, и в голове завертелась глупая мамина присказка, которую мама говорила ей в детстве, когда они, прилетев из военного городка к бабушке, первый раз укладывались спать в московской квартире: «На новом месте приснись жених невесте». А вот интересно, кресло самолета можно считать «новым местом» сна? Тьфу, какие глупости опять в голову лезут! И что же это ей снова Андрей Павлович снился!
Свой рейс на Болонью они пропустили, но стюардесса заверила их, что от Рима до Болоньи рейсов достаточно и их посадят на ближайший.
Через огромный римский аэропорт Фьюмичино пришлось нестись рысью – ближайший рейс на Болонью оказался через двадцать минут, но они успели. Через час, уже в сумерках (рано темнеет в конце ноября) небольшой самолет сел в Болонье. Они остановились у транспортера и стали ждать багаж, их соседи по самолету живенько растащили свои чемоданы, а их багаж все не ехал, и не ехал. Наконец, Катя расслышала, объявление по-английски о том, что господ Жданова и Пушкареву приглашают к стойке № 11, над которой красовалась надпись «Утерянный багаж». Милая девушка с тысячью извинений сообщила, что в аэропорту Рима так торопились, так торопились загрузить их багаж, что нечаянно отправили его в Палермо (номера рейсов были похожи). Но не следует волноваться – компания доставит багаж через день, максимум через два-три дня по адресу, который они укажут. Пришлось снова связываться с Сильвией:
- Ох уж этот Фьюмичино! – вздохнула Сильвия, - там работают одни…., - и далее в ее французской речи прозвучало несколько итальянских слов, о содержании которых Катя могла только догадываться. – Оставьте им адрес нашего офиса в Прато и выходите, Джузеппе вас ждет, - добавила Сильвия.
Едва они вышли в зал прилета, как увидели внушительную табличку с логотипом «Зималетто», которую держал высокий черноволосый парень. Увидев направляющихся к нему гостей из России, он засиял так, словно только их всю жизнь любил, ждал и уже не надеялся увидеть, и завопил:
- Ооо! Синьора Катья! Синьор Жданов! Буона сера! Бенвенути! (у него выходило что-то вроде «Зданов»).
Дальнейший монолог шел на английском с отдельными итальянскими словами, многочисленными грамматическими ошибками и ужасным произношением, но скорость тараторенья впечатляла и не давала возможности эти ошибки заметить.
- А я ждал, ждал, а вас нет, нет, но синьор Фьорелли сказал ждать, и я ждал! Добро пожаловать в Италию! У вас было хорошее путешествие? Вы очень устали? Желаете кофе? Желаете посмотреть Болонью? О, уже темно, как жаль! Машина ждет! Доставлю в Прато быстро, нет, очень быстро!
Тут он словно споткнулся, потом, вспомнив, снова затараторил:
- Забыл сказать, меня зовут Джузеппе, Джузеппе Сантини, я буду ваш шофер, ваш гид, ваш помощник. Я весь к вашим услугам, синьора Катья.
- Вот интересно, - подумал Андрей, - почему это он к услугам Пушкаревой, а про меня и не упомянул? Я, кажется, вице-президент….
- А где ваш багаж? – поинтересовался шофер.
- В Палермо, - сказала Катя.
- О,о,о! Как жаль! – воскликнул Джузеппе, а затем с криком «Фоллоу ме, плиззе» рванул куда-то в сторону. Андрей с Катей побежали за ним. Оказалось, что предусмотрительный Джузеппе оставил машину совсем рядом, буквально под знаком «Стоянка запрещена».
- Видно, дорожная полиция в Болонье не расторопна, - подумал Андрей.
Но тут он заметил, что Джузеппе отцепил от лобового стекла какой-то листок с крупными буквами.
- Штраф? – спросил он по-английски у водителя.
- Нет! – хитро улыбнулся Джузеппе. – Мы, тосканцы – очень умные.
На листочке было написано несколько слов по-итальянски, которые Джузеппе тут же перевел: « Машина сломалась. Жду эвакуатор».
- И помогает? - поинтересовалась Катя.
- Дома, в Прато уже нет, там меня все знают. Но здесь, в Болонье, меня не знают – и штрафа нет! Прошу садиться!
Но, прежде чем они сели, у Джузеппе зазвонил мобильный.
- Чао, Сильвия! – отозвался Джузеппе.
Далее последовал довольно длительный обмен репликами на итальянском, в процессе которого Джузеппе почему-то старательно разглядывал гостей, особенно Катю, которая, вспотев от беготни в поисках багажа, стояла с курткой под мышкой, и перечислял какие-то цифры.
Закончив беседу, он распахнул дверцы автомобиля:
- Прошу!
Через час они уже были в Прато, рассмотреть по дороге почти ничего не удалось – уже стемнело, и начал накрапывать дождь. Джузеппе сообщил, что везет их на виллу, которая используется как гостевой дом для тех, кого в фирме «Стелла ди Тоскана» «очень-очень рады видеть».
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Так бы читала и читала. 
Посмотрим,какой КПД по использованию времени в количестве 3часов покажут нам Катенька и АП. 
Главное - вы не забывайте фиксировать их воспоминания и пересказывать нам .Очень уж хорошо у вас такие рассказы получаются. 
С нетерпением ждём следующую. И про Германию, и про Италию.
