Привет!
Oхо-хо... так как я снова застряла и прямо не знаю, чего писать дальше, вся нахожусь в растерянности,

решила выложить то, что есть.
vicher писал(а):
Что-то переживаю за Андрюшу: не утащит ли его Валерий Сергеевич в свою штаб-квартиру как нового слушателя и вкушателя "самгнал" взамен сидельца на унитазе?!
вот честное слово, не решила еще, с одной стороны ему туда и надо, а с другой мне Андрюшу жалко.
Маринуся, cпасибо
Маринуся писал(а):
Надеюсь что в этом году вы нас порадуете и закончите Дубль Два
я тоже на это сильно надеюсь.
Расстановку сил все еще помнят? День рождения идет, гости гуляют, Рома на унитазе. Предыдущий кусочек в общем не выкладываю.
Когда раздался очередной звонок в дверь, она осталась сидеть на месте. Сдержала порыв вскочить и кинуться в коридор. Ну, сколько можно? Все гости уже давным-давно собрались, все, кто хотел ее поздравить, пришли, на кухне исполняет свою функцию Малиновский. Ждать больше некого. Ну, кто это может быть? Разве что соседка...
Все эти такие разумные, успокаивающие, коротенькие мысли очень быстро пронеслись у нее в голове, но, несмотря на всю их правильность и разумность, она, как стало ясно всего через несколько секунд, на своем стуле замерла и даже перестала дышать. Прислушалась. Ждала.
Звук отпираемого замка, удивленный возглас, радостное приветствие мамы...
Не может быть! Ей, наверное, мерещится...
Нет. Этот, почему-то хрипловатый, но такой родной, единственный в мире голос она не перепутает ни с каким другим... Неужели?!
С шумом выдохнула. Встала. Пошла к нему на ватных ногах...
Через это надо пройти. Пережить. Поставить все точки над i.
Он использует эффект неожиданности, ворвется туда и... Сразу все станет ясно. Он сразу все поймет. Увидит своими глазами этих предателей в их гнездышке...
Вооружился букетом, выставил его перед собой, как щит. Решительно нажал на кнопку звонка.
Растянув губы в улыбке, механически говорил заученные слова в приветливое лицо ее матери.
„Вот, был неподалеку, решил поздравить... Желаю счастья... Катенька умница... Очень хороший человек и ценный работник...„
А потом появилась она и он сбился. Замолчал. Заранее заготовленные слова вылетели из памяти.
Она так на него смотрела...
Изумленно. Неверяще. Счастливо.
Широко раскрытыми сияющими глазами.
Будто своим приходом он осуществил ее самую заветную мечту, будто он ангел, спустившийся к ней с небес.
Он протянул ей букет молча. И молча принялся рыться в портфеле в поисках еще одного подарка. Не Бог весть что, конечно... Сам не знает, зачем он это купил. Случайно. Просто шел по улице с новоприобретенным букетом, прикидывал, что неплохо было бы, кроме цветов, подарить еще что-нибудь. И вдруг в витрине игрушечного магазина взгляд его за что-то зацепился. Он даже сразу не понял, что привлекло его внимание. Даже остановился. И увидел ее. Куклу. Она скромно стояла на полочке, была в очках и с сумкой. И очень, очень (!) напоминала Катю. Прежнюю - понятную, открытую и доверчивую Катю Пушкареву. Преданную ему...
И он эту куклу купил. Не раздумывая. Словно толкнуло его что-то. Может быть, ему захотелось напомнить Кате, какая она была раньше? До того, как все раскрылось, до этой дикой истории с предательством и обманом...
А сейчас, почему-то смутившись и пробормотав извинения за такой скромный подарок, с неловкой улыбкой он достал эту куклу из портфеля и отдал ей.
Такого счастья на лице человека он никогда не видел. Никогда. Вся она будто преобразилась, засветилась изнутри, окутала его льющейся из глаз нежностью.
Ему вдруг показалось, что она бросится сейчас к нему на шею.
Какая она красивая...
Не отводя от его лица своего слепящего взгляда, она прошептала еле слышно "спасибо", а рука ее, протянутая к кукле, дрожала.
Что это значит? Просто наваждение какое-то. Ему мерещится...
Андрей даже головой покачал, отказываясь верить в то, что видят его глаза. И отступил от нее на шаг. Огляделся. Заметил, наконец, высунувшихся из комнаты женсоветчиц, выглядывающего из-за их спин Зорькина, стоящих рядом с Катей родителей. А где же...?
Дверь туалета раскрылась, и оттуда показался Малиновский.
Нашелся. Присутствует.
- Ромка, - кинулся к нему Катин отец, - смотри, кто пришел! Принимаем дорогого гостя! - закачался (прилично уже на грудь принял бедняга, еле на ногах стоит) и, чтобы не упасть, обнял Малиновского за плечи, - Штрафную опоздавшему! Подмигнул заговорщицки:
- Осталось у нас там еще что-нибудь, как думаешь?
Ну вот. Смотри, Жданов, и запоминай. Будущий зять Ромка Малиновский с будущим тестем совместно принимают в своем доме "дорогого" гостя.
Вот и все очарование момента, черт побери.
Посмотрел на Катю. Жестко посмотрел. Зло. Обвиняюще. Она, все это время не спускавшая с него, оказывается, глаз, вздрогнула. Покраснела.
- Какую еще штрафную, папа? Что ты выдумываешь? Андрей Палыч с работы приехал, когда смог. И он за рулем. Спасибо вообще, что пришел...
Не о том беспокоишься, девочка. За папу неудобно стало? Пьяненький, вести себя не умеет? Зато выдал вас сразу, говорит, что думает и так, как привык уже. Объясняли, наверно, папе долго, что при гостях надо Ромку Роман Дмитричем называть, неудобно, мол, перед сотрудниками, а он взял и все наставления спьяну забыл. Вот незадача!
А ты, значит, вид делаешь, что оплошности не заметила, да? Притворяешься.
Ведь притворяешься же?
Соберись, Жданов! Очень трудно вновь настроиться на бой, вспомнить, что пришел сюда разоблачить, вывести на чистую воду, пришел не как друг, а как враг. Выяснилось, что одним-единственным радостным взглядом своим она сделала его почти безоружным.
- Нет, Валерий Сергеич, я пас, - подал голос "Ромка" (вот на ком сосредоточиться надо!) - я ведь тоже за рулем, мне уже хватит.
Папа никак не унимается, по-дружески двинул в бок будущего родственника:
- Да я еще самое интересное не рассказал! У меня однажды такая история приключилась, закачаешься!
Андрей с тайным злорадством наблюдал, как Малиновский аккуратно освобождается от пьяных объятий. Не хочется ему качаться, видимо, надоело уже. Ну что ж, дорогой, терпи, любишь кататься, люби и саночки возить! Необходимость общения с родителями невесты неприятное приложение к ее денежкам.
Рома понятия не имел о том, что находится под пристальным, отнюдь не дружелюбным наблюдением своего уже бывшего друга. Не знал, что изучается каждый его взгляд, каждое движение. Он понимал только, что не хочет снова сидеть в заточении на кухне, пусть даже вместе со Ждановым, что сыт по горло уже папашиной болтовней. И как было только что решено на закрытом экстренном совещании с самим собой, он всеми силами, наплевав на общественное мнение, складывающееся о нем в глазах присутствующих здесь гостей, должен бороться за место под солнцем, то есть, за праздничным столом в Катиной комнате. Кстати, это же даже хорошо, что президент компании тоже сюда пришел. Ситуация сглаживается - решило начальство Пушкареву поздравить и все - общественная работа, ничего личного. Может, не будут завтра в Зималетто на каждом углу обсуждать странный визит сюда Романа Малиновского.
Оценив таким образом обстановку, по старой доброй привычке отыскав, хоть и с трудом, в происходящих событиях положительное, Рома решительно взял Жданова под локоть и потащил в комнату.
- В другой раз, Валерий Сергеич. Мы с Андрей Палычем вместе со всеми немножко посидим, с коллективом в неформатной обстановке пообщаемся и поедем. Да, Андрей? - в надежде на поддержку обратился он к своему предполагаемому союзнику.
Но Жданов помогать врагу не собирался! Вывернулся на полпути из захвата и локоть освободил. Уводит его Малиновский от подвыпившего источника информации. Ну конечно! Ведь папа Пушкарев и еще что-нибудь спьяну ляпнуть может. Боится Роман Дмитрич. Перестраховывается. Нет уж, никуда он с предателем не пойдет! Ведь именно то, что ему, Жданову, нужно - это поговорить с Катиными родителями, выведать у них правду о том, что, черт возьми, тут происходит.
Никакого конкретного плана у Андрея не было, когда сюда шел. Но теперь план появился - вернее, даже не план, а просто желание делать все наоборот, мешать своему заклятому другу.
- Почему? А я с удовольствием интересную историю послушал бы! - оживленно сообщил он, с улыбкой глядя на переменившегося в лице от злости Романа. И добил: - А ты, Роман Дмитрич, какими судьбами тут оказался? Тоже решил Катеньку поздравить?
- Ну да, заскочил на минутку.
Рома рассердился по-настоящему. Да что ж это он творит, этот, извините за выражение, президент! Еще и его сопротивление преодолевать нужно!
- Ну ладно, - еще нужно, несмотря ни на что, продолжать улыбаться, - ты тогда пообщайся с Валерием Сергеичем, он действительно очень интересно рассказывает, с ним столько всего происходило за годы службы! А я с именинницей немножко посижу.
Очень сладенько Рома говорил и очень широко улыбался - категорически он на кухню не вернется! Пускай этот идиот Жданов сам папашу слушает, если ему так хочется!
Разошлись в разные стороны - Андрея заботливо принял под свою опеку изумительный рассказчик, а Роман решительно направился к Кате, сотрудникам и коварному Зорькину. Но в комнате ждало Роман Дмитрича еще одно препятствие - после того, как все расселись по своим местам, выяснилось, что для него нет стула. На диване пристроиться тоже не было возможности - там разлегся пьяный, храпящий на всю комнату Потапкин. Участия в торжественной встрече опоздавшего гостя он, видимо, не принимал, a просто уснул. Пока Федя пытался его растолкать и придавал ему вертикальное положение, Роману пришлось набраться мужества и снова отправиться туда, где его ждала засада - на кухню за табуреткой.