|
Глава 10.
Таким образом, Катя, не успев прийти в себя, дала согласие стать няней Лизоньки. В огромных глазках ребенка было столько счастья, что у девушки язык не повернулся сказать, что она зашла просто так, навестить…
Мы ответственны за того, кого приручаем… Что ж поделать, если девочка так сильно потянулась к Кате уже при первой встрече? Наверно, ее маленькое сердечко сильно истосковалось без материнской любви. Да и Катя сразу прикипела душой к этой сироте при живой матери. Теперь она прекрасно понимала бесплодных женщин, любивших своих приемных детей так же сильно, как если бы они были родными… Просто смотришь на маленького человечка и понимаешь: он твой…
А между тем Андрей, который в силу своего жизненного опыта неплохо разбирался в людях, прекрасно видел колебания девушки. Разумеется, он не догадывался, что истинная причина ее сомнений заключалась в нем. Жданов считал, что Катю, c ее блестящим образованием, в первую очередь смущает статус обслуживающего персонала…
– Кать, я сейчас очень тороплюсь на работу, поэтому предлагаю обсудить наш контракт вечером…
– Контракт? – у нее округлились глаза. – Но зачем, я и так полностью доверяю вам…
Андрей лукаво улыбнулся.
– Доверяете? Спасибо, конечно, мне очень приятно… Однако все-таки дам вам совет: не стоит быть такой доверчивой.
– Но, Андрей Павлович, вы же тоже доверили свою дочь малознакомому человеку…
– Я?! А… ну, да… – он промычал что-то неразборчивое и сделал вид, что очень спешит, чтобы не участвовать дальше в дискуссии, в которой рискует попасть в смешное положение. Не признаваться же, в конце концов, что ему почему-то кажется, что он знает Катю целую вечность…
– Папочка, ты не опоздаешь на работу? – глазки дочери, глядевшие на него сквозь упавшие на лоб темные кудряшки, блестели лукавством и весельем.
– Лиза, ты прогоняешь папу?
– Что ты, конечно нет! Просто люди с твоей работы, наверно, очень ждут тебя, соскучились, плачут…
– Маленькая плутовка! Лучше признайся - хочется, чтобы я скорее ушел и не мешал тебе играть с мадемуазель Катей, – он схватил девочку на руки, закружил и поцеловал в щеку…
Первый рабочий день Кати прошел несколько суматошно, но в целом неплохо. Поле ухода Андрея они с Лизой около часа играли в прятки (благо в огромной квартире было где спрятаться). Затем пришла Нина Павловна – женщина, работающая у Жданова поваром. Она оказалась милой, приятной, чуть помладше Катиной мамы. От нее веяло таким же уютом и спокойствием, как от Елены Санны. Разумеется, девушка сразу же почувствовала симпатию к Нине Павловне.
Пока готовился обед, Катя со своей подопечной отправились на прогулку в огромный парк, раскинувшийся прямо у дома. Они так весело играли в мяч, что Катя почувствовала себя ребенком. А когда надоел мяч, они кормили лебедей в пруду крошками прихваченной из дома булки, а еще белок, которые ели прямо с рук.
Девушка решила, что обязанности няни - легкие и приятные. Она даже испытала угрызения совести оттого, что Жданов назначил ей такой огромный оклад. Конечно, Изабель была непростым ребенком, требующим особого подхода. Унаследовав отцовское упрямство, темперамент и целеустремленность, она старалась добиваться поставленной цели во что бы то ни стало. Лизонька могла придумать и обосновать тысячу и один веский повод, чтобы не делать того, чего ей не хотелось. Однако Катя не собиралась потакать капризам маленькой проказницы. Ей было даже интересно придумывать психологические ловушки для малышки, которые срабатывали практически всегда. Как результат, Кате не приходилось прессовать ребенка, чтобы заставить его слушаться.
Когда Андрей вернулся с работы, Нина Павловна уже ушла, а Катя собиралась укладывать малышку спать, несмотря на относительно раннее время. Даже недюжинного педагогического таланта девушки не хватило на то, чтобы уговорить непоседу уснуть после обеда.
Они устроились в гостиной на диване. Катя читала вслух «Алису в Стране чудес», а Изабель жадно слушала, боясь пропустить хоть слово. Впрочем, через некоторое время она принялась тереть глазки. Катя уже закрыла книгу и собралась отвести Лизу наверх «навестить рыбок, которые никак не могут уснуть без своей хозяйки», но звук открывающейся входной двери разрушил ее планы в пух и в прах…
– Папа, папочка! – Изабель вскочила на ноги и бросилась встречать отца. Надо ли говорить, что ее сонливость будто рукой сняло…
Все вместе они прошли в столовую.
– Как прошел ваш первый день, Катя? – cпросил Андрей, ставя в микроволновку тарелку с ароматным жарким.
– Очень хорошо, – ответила Катя, пряча глаза. Она никак не могла решить, как ей себя вести со своим работодателем. Исходя из строгих наставлений умудренной опытом Машки, ей следовало соблюдать дистанцию и держаться в рамках официоза, дабы «не дать возможности коварному пауку опутать жертву своими сетями».
Но это было ох как непросто. Во-первых, Андрей мало походил под определение «монстр» и тому подобные, а во-вторых, вести себя сдержанно и сухо в присутствии ребенка, в которого ты вкладываешь душу, было просто невозможно.
– Папа, Катя – самая лучшая на свете! – доверительно сообщила отцу сидящая на его коленях Лиза. Андрей улыбнулся, ласково погладил дочь по волосам и с благодарностью посмотрел на Катерину. Он давно уже не видел Лизу такой радостной и безмятежной.
Однако девушка отчего-то упорно прятала взгляд в пол.
Стесняется?
Сомневается?
Или… боится?
Но тогда кого или чего? Он должен непременно как-то это выяснить, если не хочет потерять такое сокровище – идеальную няню для своего ребенка…
– Кать, Нина Павловна уже показала вам вашу комнату?
– Нет. А разве у меня будет своя комната? – удивленно спросила девушка.
– Да. Лиза спит одна.
– Я шмелая! – подтвердила девчушка, набив рот восхитительным пончиком в сливочной глазури. Выпечка, приготовленная заботливой Ниной Павловной всего пару часов назад, была накрыта полотенцем и оставалась теплой.
– А ваша комната рядом. После ужина я провожу вас…
– Но, честно говоря, я думала, что буду уходить вечером…
– Катя, не уходите! – в глазах Лизы промелькнул ужас, губы задрожали: девочка явно собиралась заплакать.
– Катя, я понимаю, что прошу вас слишком о многом, но уезжать ночевать в общежитие нет никакого смысла… Вечером Лизу не с кем оставить: я часто задерживаюсь на работе, иногда даже до утра…
Что? Ей показалось или при этих словах на его лице мелькнула недвусмысленная ухмылка? «Вот вы и начинаете себя выдавать, господин Жданов…» Она, конечно, наивна, но не настолько, чтоб поверить, что по ночам он штудирует финансовые отчеты…
А между тем Жданов продолжал, как ни в чем не бывало:
– Нина Павловна уходит домой около шести. Кать, я, конечно, понимаю, что заточить такую молодую девушку в тюрьму на шесть дней в неделю – непростительный грех с моей cтороны, но другого выхода у меня нет… Вы согласны на один выходной в неделю?
– Я… – девушка растерянно заморгала. Сказать, что она была ошеломлена, - не сказать ничего. Вот тебе и поворот в жизни! Называется, вышла утром из дома, чтобы навестить Лизу, и вот, на тебе, шесть дней в неделю…
Жданов истолковал ее молчание по-своему.
– Наверно, вы сейчас скажете, что вашему молодому человеку это вряд ли понравится… У вас же есть молодой человек, Катя?
– Ну… – она мгновенно вспыхнула вся, до мочек ушей.
– Понимаю, бестактный вопрос с моей стороны. Как у такой девушки не может быть парня…
Кате стало нестерпимо жарко. Да что же за личность такая непостижимая, этот Жданов? Совершенно невозможно понять, когда он шутит, а когда говорит всерьез. Или он над ней издевается? Cкорее всего…
Она собралась было ответить, что у нее нет никакого молодого человека, но вдруг вспомнила слова Машки о том, что ей лучше сразу сказать, что она несвободна и собирается замуж, дабы пресечь на корню «всякие попытки паука-монстра завлечь ее в ловушку».
Девушка ничего не ответила, и Жданов трактовал ее молчание как подтверждение своих слов…
– Кать, я прошу вас, прочтите контракт. Если вас все устроит, я позвоню юристу, чтобы он приехал завтра. Вы подпишете документ в его присутствии…
– Все верно, – Катя усмехнулась, беря из рук Жданов несколько листков с печатным текстом. – Вы правильно делаете, что не доверяете первой встречной…
– Что вы, Катя! Да как вы могли подумать? Я прошу вас подписать контракт вовсе не потому, что не доверяю, а для того, чтобы вы почувствовали уверенность… стабильность, что ли.
Катя бегло просмотрела пункты и остановилась на графе «Заработная плата». Ее глаза округлились от удивления: там обозначалась сумма в полтора раза больше обещанной.
– Но размер моей зарплаты…
– Понимаю, это слишком мало для такой кабалы… Я повышаю сумму вдвое…
– Что вы! Я как раз имела в виду обратное! Сумма слишком большая! Во-первых, я не имею соответствующего образования и опыта, а во-вторых… – она с улыбкой взглянула на Изабель, которая с упоением что-то рисовала маркером на дорогущих обоях. – Во-вторых, это было бы нечестно с моей стороны - получать столько денег за такое легкое и приятное времяпрепровождение…
Андрей какое-то время молчал, не сводя с девушки удивленного взгляда. Наконец он обрел дар речи:
– Катя, вы… вы – уникальная девушка… Отказываться от денег, только потому что… даже не знаю, что сказать… – его взгляд был настолько пристальным, что Катя очень пожалела, что в России не принято носить паранджу… Если она будет каждый раз так краснеть или бледнеть, то Машкины страшилки воплотятся в жизнь. Она должна взять себя в руки и найти оптимальную линию поведения. Быть холодной и твердой, твердой и холодной. Пусть думает что хочет. Считает ее закомплексованной, странной, недалекой - все равно. Главное – не поддаваться вселенской силе притяжения, которая исходит от него. Да, да… Катя вынуждена была признать наличие этой силы: не замечать ее значило бы попросту прятать голову в песок…
– Я… мне… мне кажется, Лизе пора спать…
– Да, вы правы, пора… Но я очень сомневаюсь, что вы сможете уложить ее сейчас.
Катя посмотрела на Изабель. Та лихо отплясывала у фонтанчика под музыку, несущуюся из музыкального центра, находившегося у барной стойки.
– Папа, иди сюда, я хочу с тобой потанцевать!
– Лиза, папа уже давно разучился танцевать… – попробовал было отказаться Андрей, но Изабель умела добиваться своего.
– Ничего, я тебя научу… Иди…
Жданову ничего не оставалось, как подойти к дочери и взять ее маленькие ручки в свои большие ладони…
Они плясали очень забавно. Катя едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться в голос. Когда песня закончилась, девушка облегченно вздохнула: наконец-то можно ретироваться. Однако не тут-то было!
– Папа, здорово мы потанцевали, правда?
– Да, милая…
– Как принц и принцесса на балу, как в той сказке… как же она называется… «Золушка»! Пап, а теперь ты должен пригласить на танец мадемуазель. Жалко ее, мы танцуем, веселимся, а она стоит в стороне и грустит, как падчерица-сиротка…
– Лиза! – только и смогла выдохнуть Катя.
– Доченька, я… – Андрей смущенно крякнул.
– Папа! Ну, папа, что же ты стоишь? Иди скорей!
Ситуация возникла патовая: в таких случаях ребенку бывает очень трудно отказать. Не по принципу вседозволенности, а из-за деликатного отношения к другому взрослому.
– Э-э-э… Разрешите…
Катя опомниться не успела, как ее тонкие пальчики утонули в большой горячей ладони, другая рука обвилась вокруг ее талии, и они плавно закачались в такт медленной композиции с томными джазовыми ритмами.
Девушка была ни жива ни мертва. В ушах шумело, голова кружилась, казалось - еще немного, и она грохнется без памяти прямо на сверкающий ламинат. Она боялась поднять на Жданова глаза, но чувствовала на себе его взгляд.
Да, пожалуй, Машка была права: он очень опасен. Поэтому она обязана срочно найти более или менее разумное объяснение всем аномалиям. К примеру: головокружение от слишком терпкого аромата его парфюма… тахикардия от чрезмерно крепкого чая, выпитого после ужина… А чувство, будто она сейчас оторвется от пола и полетит ввысь… это просто… просто черт знает что…
– Катя… почему вы так дрожите?
– Я…
– Вы чем-то расстроены? Раздумываете - работать вам няней или нет?
– Да нет, я уже приняла решение… – она огромным усилием воли старалась заставить себя говорить спокойно.
– Вы согласны, слава Богу! – в порыве радости, почти неосознанно, он прижал ее к себе.
Катя даже предположить не могла, как бы она вела себя дальше, если бы музыка не закончилась и он не отпустил бы ее, поблагодарив за танец.
Лиза была в восторге и милостиво позволила папе отнести себя наверх.
Катя уложила Изабель, которая уснула почти сразу, прошла в свою комнату, предварительно приняв душ в ванной комнате, находящейся около бильярдной, легла в постель, но так и не смогла сомкнуть глаз до утра…
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
А сам...
скажем, циничный план соблазнения няни своей дочери с целью удержания ее как можно дольше на работе 
