|
*** Через две недели супруги Ждановы присутпили с оборудованию детской комнаты. Причем, обои в ней клеили сами. Именно таких – перемазанных клеем и в кепках из газет их и застала Елена, пришедшая навестить детей.
- Андрюш, Кать… Вы так легкомысленно к этому делу относитесь! – возмутилась ЕленСанна, всплеснув руками. - Родительские заботы – это вам не фунт изюму! Я вот уже всю голову сломала, думая, как вы с ребеночком управляться будете.
- А что тут голову ломать! – обезоруживающе улыбнулся Андрей и открыл дверь детской комнаты, оборудованной всем необходимым. – Мы же сами не маленькие, мамЛен… Все понимаем, и то как мы ведем себя, это не легкомыслие, а счастье…
- Правда, мам… Не волнуйся… - улыбнулась Катя. - Андрей все делает замечательно, и он будет прекрасным отцом.
- Да, я если я в чем-нибудь оплошаю, - подмигнул Жданов теще, - то моя любимая женушка даст мне выволочку - это у нее получается лучше всего.
- Вот тебя послушать, я только тем и занята, что делаю тебе выволочки, - отпустила мужу щелбан Катерина.
- Ну, а это разве не доказательство? Признаю, иногда ты отпускаешь вожжи - когда это тебе выгодно, - дразнил жену Андрей, прижимая ее крепче. - Но сейчас я хочу править сам. Пора тебе отдохнуть…
- Ну, вот, мам… Он нашел в твоем лице поддержку!
- Кать, - насупив брови, преувеличенно грозно, сказал Жданов. - Для будущей мамы ты сегодня слишком переутомилась, так что марш сначала в душ, а потом в постель. И никаких возражений!
- Тебе уж возразишь! Дай хоть маму провожу… - бубнила Катя.
- Но потом сразу в постель! А то не получишь своего новогоднего подарка.
- Нет, мам, ты только полюбуйся, какой у меня грозный муж, - засмеялась Катя, целуя Жданова в щеку.
- За что я его и люблю, - рассмеялась ЕленСанна и поцеловала зятя в другую щеку.
Тот разомлел и обнял тещу за талию.
- И я Вас, мамЛен. Очень-очень люблю! Иначе и быть не может!
*** Постепенно менялась и фигура Катерины. Все больше и больше вперед выпячивался животик. А округлилась она только на седьмом месяце беременности, и в женщине еще больше проявились ее душевная мягкость, сердечность и умиротворенность.
Сгорая от любопытства и счастья, однажды Андрей спросил:
- Кать… А маленький наш часто шевелится?
- Конечно… Знаешь, как брыкается? Ты разве по ночам не чувствуешь?
- Катька, ведь врешь! Я животик у тебя трогал – тишина!
- Глупый, я же… Ой!
- Что такое? – Жданов побелел.
- Прямо в точку попали с разговорами… Андрюш, толкнулся… Смотри!
Катерина ухватила мужа за руку и положила ее себе на живот. Они оба замерли, сосредоточившись только на ощущениях своих ладоней. Катя шепнула:
- Ну, просигналь нам, маленькая моя…
- Доча…- присоединился к жене Андрей. – Поздоровайся с мамой и папой…
И вдруг они оба почувствовали движение.
- Ага! Это точно дочка! Чем это она, интересно?
- Ручка… А вот сейчас – ножка! - улыбнулась Катя.
И тут живот дернулся очень сильно.
- А это попка!
- Это же… Кать! - восторженно выдохнул Андрей и смотрел на жену, как на чудо.
Убрать руки он никак не мог. Что-то изнутри не давало.
- Кать… Ну, вот как так получается?... Ведь его вроде бы нет, а он все равно есть, а?
- Глупый какой… Конечно, есть! Только пока еще вот тут…
- Боюсь я…
- Чего? – удивилась Катя.
Андрей подхватил ее на руки. Опустил на кровать и лег рядом – живот к животу, чтобы чувствовать каждый ее вздох и каждое движение маленького, если тому надумается пошевелиться.
- Так чего же?
- А вдруг я буду плохим отцом… Или не справлюсь? Правда, знаешь, мне иногда кажется, что я малышку на руках держу и весь счастьем просто переполняюсь…
- Хороший мой… Разве так плохие отцы думают? Или чувствуют?
- Не знаю… Я ни от кого раньше своего ребенка не представлял… А с тобой…
Катерина медленно провела руками по груди мужа, вынимая рубашку из-под пояса его брюк.
– А тебе и теперь еще можно?... – спросил он, с опасением ожидая ответа.
- Можно, если это то, о чем я подумала.
- А о чем это ты подумала?
- Вот об этом, - и женщина прикоснулась губами к губам мужа, который немедленно ответил жене и вместе с ней опустился на кровать…
*** Теперь Андрей очень часто грезил наяву, вот как сейчас, когда, стоило оторвать взгляд от бумаг, переезд его взором вставала Катенька с маленькой девочкой на руках… Почему девочка? А потому что он так хотел! У него первой должна быть обязательно девочка – вторая Катенька!
- Ромио! Слышь?
- Чего тебе?
- Я вот думаю, отцом быть, это, наверное, сложно?
- Боже мой! И эти фразы исходят из уст самого прилежного моего ученика! Где ты, Андрей Жданов – любимец длинноногих моделей и их красот, которому я посвятил не один свой урок? Ау! Где же ты, мой самый способный школяр?
- Прекрати, а? Я с тобой серьезно разговариваю, а ты дурачишься! Ты можешь себе представить, что я просто-напросто боюсь?
- Чего?
- Всего сразу! Вдруг что-то с родами пойдет не так, или Катеньке будет слишком больно, или…
- Жданов, заткнись! Все будет хорошо, понял?
- Ладно… Закрыли тему…
И тут в дверь кабинета кто-то постучал. Сердце Жданова заколотилось чуть сильнее, и он, расплываясь в улыбке, сказал:
- Катенька…
Он не ошибся. Через мгновение после его слов к нему в кабинет вошла жена. Маленькая, милая, светлая и с большим животиком.
- Привет! – сказала, и будто светом все вокруг озарила.
- Здравствуй… - Андрей в мгновение ока оказался рядом с женой и легонько поцеловал ее в губы.
- Эй! Тут еще, между прочим, и я нахожусь! – подал голос Малиновский и тут же получил приветственную улыбку от Кати в ответ.
Сердце мужчины сжалось от какого-то непонятного чувства. Такое с ним случалось все чаще и чаще, и он начинал себя очень неловко чувствовать в присутствии Катерины. Ему стыдно было сознаться самому себе в том, что он просто завидует другу, который знает, что такое любить…
- Ну, я за тобой! – сказала Катя мужу, усаживаясь в кресло.
- Я что-то забыл?
- Да. Мы сегодня ужинаем с твоими родителями в ресторане. Андрюш, ну так нельзя - все забывать!
- Ах, да! Мы же давно об этом договаривались…
- Ну, вот я и приехала за тобой.
- Одна?
- Колька привез… Он Кире подарок выбирал и проезжал мимо, когда я ему позвонила…
- Ох, Колька! – рассмеялся Андрей, опускаясь на подлокотник кресла, в котором сидела жена. – Избалует девушку!
- А это его личное дело, - вдруг нахмурилась Катя, - баловать жену или нет!
- Ревнуешь? – глаза Жданова светились смехом и счастьем.
- Ревную! И… Ой…
- Что такое? – испуганно вскочили и Андрей, и Роман.
- Ничего, просто малышка слишком сильно толкнула, - переведя дыхание, сказала Катя.
- Ты чего тут у меня балуешь, а? Солнышко мое сладкое…
Что-то будто пробежало по животу Катерины – дочка ответила, а Жданов наклонился и поцеловал жену в округлившийся животик. Малиновский внезапно вскочил с места и направился к двери:
- Я пойду… У меня дел по горло.
- Про наш общий обед не забудь, - улыбнулась Катя, взлохматив вихры мужа. – Послезавтра ждем.
- Обязательно! – улыбнулся Малиновский.
Через пару минут он уже сидел за столом и пораженно отмечал для самого себя, что ушел по самой что ни на есть простой причине. Он ревнует Катю к Андрею… Он сделал то, что нельзя было делать ни в коем случае. Он влюбился… Совсем недавно… Влюбился в Екатерину Жданову.
_________________ Своих в полет я отпускаю белых птиц!
По свету разнесут они любовь...
Ведь для свободных птиц на небе нет границ!
И нет преград для моих птиц!
Белых птиц!
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
мне такой поворот событий оч нравится)))
