Привет!
Savinka, Мурлыча, cпасибо за поздравления!
Еще раз всех, всех, всех с Новым Годом! Счастья вам, дорогие мои!
Муз на меня налетел прямо вечером 31-го. Ничего не могла с собой поделать, бросила кухню, села и начала писать. Почти все написала еще тогда, сейчас, только чуть-чуть добавила. Муж говорит, все решат, что ты на Новый год со мной поругалась. Ответственно заявляю:
ничего подобного! Просто муз пришел... Такой редкий гость, выбирать не приходится... Ну, вы ведь меня понимаете?
Вот и она. Катя. Катенька. Стоит перед ним в распахнутом старомодном пальто и сжимает в руках свой суперсовременный беретик. Дыхание с хрипом вырывается у нее из груди. Запыхалась. Видимо, сильно спешила. Возможно, даже бежала. Решила, что опаздывает, что ли?
Никаких изменений в ее внешности не наблюдается. Что там говорил Малиновский о ее красоте? Замечательная фигура, стройные ножки? Прячет она свою красу, потому как подлая, коварная заговорщица? Бред. Полная чушь.
- Здравствуйте, Андрей Палыч, извините, что так поздно.
Андрей смотрит на нее пристально, изучающе. Разглядывает, будто никогда не видел. Почему? Или ей это только кажется? А вдруг ему кто-нибудь доложил об их безумной вылазке в дорогих нарядах?
- Ну что Вы, Катенька, Вам вообще не нужно было сегодня приходить! Как Вы себя чувствуете? - спросил участливо. Встал из-за стола, подошел к ней близко, близко и положил руки на плечи, - Отдохнули хоть немножко? - заботливость в голосе совершенно не вяжется с внимательным, цепким взглядом. Его близость, тем не менее, как всегда туманит ей голову.
- Да, все хорошо. Не беспокойтесь, - подняла к нему лицо и робко улыбнулась.
- Уверены? - ее теплая, открытая улыбка обезоруживает его. Действует на него успокаивающе. Ну его к черту, этого Малиновского! Она выглядит такой усталой. Измученной. Вон, какие темные круги под глазами! И покрасневшие веки. Она много работает. И мало спит. Из-за них.
- Знаете что? - Андрей разжал руки и чуть отступил, чтобы лучше видеть ее реакцию, на то, что собирался сказать. Он сделает то, что задумал. Выполнит принятое бессонной ночью решение. Отблагодарит Катю за помощь и преданность. Да, за преданность! Он верит ей. И не будет обращать никакого внимания на Ромкины очередные дурацкие домыслы! - Вам нужна машина! Компания оплатит Вам покупку!
- Машина? - Катя растерялась от неожиданности. - Мне? Что Вы... Зачем?
- Ну как зачем, Кать? - Жданов воодушевился. Наконец-то он поступает правильно. - Чтобы никогда больше не повторился вчерашний кошмар, чтобы Вам не нужно было добираться с работы в набитом битком общественном транспорте и потом идти в темноте по Вашим закоулкам...
- Так живут миллионы людей...
- Вы это заслужили, Кать, - Андрей говорил мягко, негромко. Бессознательно взял Катю за руку и медленно большим пальцем поглаживал ладонь. Старался убедить. Уговорить. Так он и знал, что придется уговаривать. Она очень скромная. И стеснительная. Совершенно не ценит себя. - Вы занимаете в Зималетто ответственный пост, столько сделали для компании и для меня лично, - усмехнулся. - К тому же, имидж Никамоды надо повышать. Что это за солидная фирма, президент которой на деловые встречи на автобусе ездит? Ну, так же? Вам давно уже надо было выделить машину, чтобы Вы могли быстро и удобно передвигаться по городу, решая все вопросы, - сжал ее руку сильнее. - Простите, что до меня так поздно доходит, - будто опомнился, - Вы ведь умеете водить?
- Да, но... - Катя смотрела на него во все глаза.
- Когда ж Вы научились?
- На курсы ходила, - прошептала с запинкой. От его нечаянной ласки голос сел. Совершенно не слушался. Все тело покрылось мурашками.
- Ну вот и прекрасно. Пойдите в автосалон и выберите себе что-нибудь приличное, - Андрей улыбался. Ее ошарашенный вид доставлял ему настоящее удовольствие. - Только не слишком дорого, ладно?
- Конечно.
- Покупку оформите через Никамоду. Так будет лучше всего.
- Конечно, - повторила она хрипло. Заставила себя отнять руку. Что ж он делает с ней! Машинально поправила воротничок блузки. Как же жарко! Не удивительно, она все еще не сняла пальто...
- Спасибо.
В это невозможно поверить! Он сам предложил ей это. Купить автомобиль за счет Никамоды. У нее будет машина, как раньше! И не для того, чтобы действовать ему на нервы и вызвать финансовую ревность. Не для того, чтобы обидеть его и обмануть. А в благодарность за ее труд и помощь. Потому что она ценный, нужный ему сотрудник. Неужели сбываются ее мечты? Снова повторяются события! Повторяется факт приобретения ею машины, только в более благоприятных условиях! И как же он ласков с ней!
Андрей зачарованно наблюдал, как радостно засияли ее глаза. Как заалели щеки. Как преобразилась вся ее фигурка. Усталости, удрученности, какой-то необъяснимой тревоги не стало. На губах расцвела счастливая улыбка. Как, оказывается, приятно делать другому что-то хорошее!
- И еще, - добавил он, так же искренне улыбаясь в ответ, - я уже отдал распоряжение повысить Вам зарплату в три раза. Достойный труд, должен достойно оплачиваться, правда?
- Спасибо... - А что еще сказать?
- И вообще, - продолжал Жданов без остановки. Награждать, так награждать! Он доведет начатое до конца, сразу озвучит все принятые под воздействием чувства вины и раскаянья ночные решения, - я заметил, что Вы и Николай Зорькин, так много и плодотворно потрудившись в Никамоде, преумножив многократно ее капиталы, определили себе очень маленькую зарплату. Это неправильно. Вы должны там тоже больше получать и, помимо этого, тратить некоторые суммы на представительские расходы. Например, на деловые обеды или приобретение какой-то соответствующей имиджу одежды.
Это уже чересчур. С чего вдруг такая щедрость? Что случилось? Снова вернулась тревога и трезвый рассудок. Может быть, все это неспроста? Может быть, они с Малиновским опять что-то там себе придумали? Стоять в пальто уже невозможно. От жары и усиленного сердцебиения можно упасть в обморок. Катя стащила пальто с плеч, подержала немного прямо перед собой, скрутив в охапку, и наконец, положила на стул.
- Андрей Палыч, не нужно...
- Подождите, не спорьте! Согласитесь, что руководитель фирмы должен носить соответствующую статусу одежду! Модную и современную. А она стоит денег. Одеваться на Черкизовском рынке президент уже не может себе позволить!
Тут Андрей осекся. Замолчал. Кажется, он погорячился. Ляпнул что-то не то. Она может обидеться. Не настолько ведь они близкие друзья. К тому же, он мужчина, а она - женщина. Нельзя критиковать одежду женщины, какой бы эта одежда ни была нелепой. Посмотрел на Катю. Настроение ее явно изменилось. Она напряглась, улыбка сбежала с лица. Ну вот. Жданов почувствовал разочарование, досаду на себя. Идиот. Так хотел ее порадовать, предоставить новые возможности. До сих пор он говорил совершенно искренне, без всяких задних мыслей. Смущенно откашлялся.
- Я не хочу сказать, что Вы плохо одеваетесь, - промямлил, - но все же Вы понимаете...
Катя усмехнулась.
- Я понимаю. Конечно, Вы правы. Одежда, действительно, должна работать на имидж. А мой стиль, мягко говоря, неординарен. Я это прекрасно осознаю, - запнулась.
Нужно ему рассказать. Вот прямо сейчас. Больше никаких замалчиваний. Маленькая ложь рождает большое недоверие.
Продолжала, глядя на него с извиняющейся улыбкой,
- Я, кстати, хотела Вам сказать, что уже купила себе кое-что именно из этих соображений. Недешево. Чтобы соответствовать. И Коля тоже купил... - руки ее рассеянно теребили юбку, - купила, а потом заволновалась. Не знала, как Вы к этому отнесетесь. Подумала, вдруг Вам не понравится, что мы немного потратились. Но сказать собиралась обязательно...
Ну вот и все! Как просто! Жданов почувствовал облегчение. Явственно внутри что-то отпустило. Расслабилось. Значит, зацепили его все же россказни Малиновского. Сам даже не понимал, насколько ему хочется объяснение услышать, понять, что же это такое было.
- Вы поступили совершенно правильно! И не нужно Вам ничего у меня спрашивать! В конце концов, Никамода ведь Ваша компания!
- Только формально, деньги-то Ваши.
- Вы с Николаем уже столько там заработали, что, конечно же, вправе сами распоряжаться.
Он предоставляет ей полную свободу действий. Ей и Коле. Сам. Почему? Неужели он ей, наконец, поверил? Отказался от своих подозрений? А может, так сильно подействовало на него ночное происшествие? Он испугался за нее? Понял, как она ему дорога?
Эх, куда ж это ее заносит...
Катя серьезно посмотрела ему в глаза.
- Спасибо за доверие, Андрей Палыч. Я не буду злоупотреблять. Обещаю...
- Я знаю.
На душе его было радостно. И легко. Впрочем, как всегда после разговора с ней.
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
).
