Привет!
Принесла продку. Вначале, как всегда, вставляю кусочек от прошлой, чтобы напомнить про что там вообще речь шла и сохранить атмосферу разговора...
Ну вот и все! Как просто! Жданов почувствовал облегчение. Явственно внутри что-то отпустило. Расслабилось. Значит, зацепили его все же россказни Малиновского. Сам даже не понимал, насколько ему хочется объяснение услышать, понять, что же это такое было.
- Вы поступили совершенно правильно! И не нужно Вам ничего у меня спрашивать! В конце концов, Никамода ведь Ваша компания!
- Только формально, деньги-то Ваши.
- Вы с Николаем уже столько там заработали, что, конечно же, вправе сами распоряжаться.
Он предоставляет ей полную свободу действий. Ей и Коле. Сам. Почему? Неужели он ей, наконец, поверил? Отказался от своих подозрений? А может, так сильно подействовало на него ночное происшествие? Он испугался за нее? Понял, как она ему дорога?
Эх, куда ж это ее заносит...
Катя серьезно посмотрела ему в глаза.
- Спасибо за доверие, Андрей Палыч. Я не буду злоупотреблять. Обещаю...
- Я знаю.
На душе его было радостно. И легко. Впрочем, как всегда после разговора с ней.
- Ка-атенька! Вот и Вы наконец! - раздалось вдруг от дверей слащаво-приторное, - Как я рад, что Вы пришли.
Андрей с неудовольствием оглянулся. Почему он раньше не замечал, что у дорогого друга такой противный визгливый голос?
Доверительная атмосфера была бесцеремонно нарушена. Роман, соорудив на лице улыбку до ушей, надвигался на Катю, как танк.
- Как Вы себя чувствуете? - в вопросе звучало столько же беспокойства, сколько в рычании тигра перед прыжком. - Я слышал, на Вас вчера хулиганы напали? Кошмар какой!
- Все в порядке, Роман Дмитрич, ничего страшного не случилось, - Катя, видимо неосознанно почувствовав какую-то исходящую от Ромы угрозу, взяла со стула скомканное пальто и выставила его перед собой, как заграждение. Но Малиновского это не остановило. Не колеблясь, вторгся он в ее личное пространство и обхватил сжимающие пальто руки.
- Слава Богу! Вы, наверно, сильно испугались?
Взгляд его, пронзительный и колючий, выражал все что угодно, но только не участие.
Катя невольно поежилась. Что он высматривает у нее на лице? В душу ей решил заглянуть? Вызволив руки, наверное, все-таки излишне резко, она отступила подальше, аж к дверям своей каморки, - Не успела я по-настоящему испугаться. Спасибо Андрей Палычу, он меня спас, - послала начальнику благодарную улыбку. - Не знаю, чем бы все закончилось, если б не он.
- Да, рассказывал он мне уже о своем геройстве, - Рома, все с той же приклеенной на лице улыбкой, оглянулся на Жданова, - жалко, что меня там не было. И почему мне так не везет!
- Да, Катенька, вдвоем мы бы Ваших обидчиков вообще прибили бы, - очнулся Андрей от мрачного наблюдения за собеседниками, - показали бы им, где раки зимуют.
- Вы и один прекрасно справились. Раскидали их вмиг. Я Вам очень благодарна, -
Катя нащупала, наконец, за спиной дверную ручку, - ну, я пойду, поработаю, - пробормотала и с облегчением спряталась у себя в кабинете. Почему у нее от взгляда Малиновского мороз по коже?
Как только за Пушкаревой закрылась дверь, гримаса, означающая улыбку, с лица Романа исчезла.
- Ну, как тебе? - процедил он сквозь зубы.
- Что?
- Воробушек наш испуганный! Пай-девочка! Видел? Снова в лохмотья свои вырядилась!
Жданов поморщился.
- Тихо! Опять ты... - решительно направился в конференц-зал, - пошли отсюда!
- Нет, ну как тебе нравится! Явилась, как ни в чем не бывало! - Роман шарахнул дверью и заметался по комнате, - Благодарна она! Ягненочек!
- Рома, успокойся! Да, что такое с тобой? - Андрей попытался остановить движение, ухватив Романа за локоть, подтолкнул к стулу, - сядь! Что ж ты нервный такой стал!
Малиновский, резко дернувшись, освободился и продолжил бег вокруг стола.
- Юбочка - блеск! А куда ж брючки фирменные дела? До лучших времен отложила?! Ничего, я ей устрою лучшие времена! Мало не покажется!
- Успокойся, сказал! Ты уже один раз устроил! Она мне все объяснила!
- Да-а-а? Интересно! - Рома резко затормозил, будто натолкнулся на стену. Развернулся к Жданову, лицо его исказила презрительная усмешка, - Все объяснила? Ну, я и не сомневался! У нее талант тебе лапшу на уши вешать! - сел на стол и скрестил руки на груди, - Ну? И почему красивая девка целый год чучелом прикидывается? Слушаю внимательно! - вдруг снова вскочил и переместился на стул, - А нет, не говори, не говори, я знаю! Чтобы всякие мерзавцы, вроде нас с тобой, к ней не цеплялись, вот! На нее маньяк в доисторические времена напал, и она теперь боится всех мужчин! Боится показать свою красоту! - Малиновский радостно рассмеялся, - Да? Эту сказочку Катенька поведала или еще что покруче придумала?
Андрей стоял неподвижно и хмуро смотрел на друга.
- Все сказал? Тебе самому надо сказки писать! Фантазия у тебя, как у Льва Толстого!
Вздохнул, нарочито спокойно подвинул к себе стул. Сел, вытянув ноги.
- Ничего такого особенного она мне не рассказывала. Просто призналась, что они с Зорькиным взяли в Никамоде немного денег...
- Ага, немного денег, так...
- ... пошли в магазин и купили себе одежду. Модную и дорогую. Смущалась очень, стыдно ей было, что разрешения у меня на это не спросила.
- Смущалась бедная, надо же!
- А я сказал, - ценные, саркастичные Ромкины комментарии заставили Жданова повысить голос, - что они совершенно правильно сделали. Давно пора. Что руководители солидной компании просто обязаны думать о том, как они выглядят и носить соответствующую статусу одежду. И спрашивать ей у меня нечего. Они эти деньги заработали. А еще... - Андрей распалялся все больше и больше и голос его звучал все громче, - еще я извинился перед ней за то, что до сих пор не оценил как должно все ее заслуги и не повысил ей зарплату. Сказал, что теперь она будет получать в три раза больше и ездить на своей машине, которую ей подарит наша фирма. Вот так. - Жданов закинул ногу на ногу и довольно улыбнулся, - А ты видел их с Зорькиным, когда они, наверно, покупки свои обмывали, вот и все. Нагородил тут...
На какое-то время в комнате стало тихо. Малиновский пристально смотрел на Андрея, потом медленно и громко зааплодировал.
- Браво! Замечательно! - выпрямился на стуле. - Нет, ну все верно. Ты молодец. Нужно было давно им все разрешить, все равно ведь мы сделать ничего не можем.
Пускай думают, что мы им доверяем, может, расслабятся...
- Рома, ты не понял, - Андрей нагнулся вперед и для убедительности принялся произносить слова чуть ли не по слогам, с паузой после каждого слова, - я ей действительно доверяю. Я долго думал и сделал вывод, что она не врет. Не надо нам себя накручивать. Пока ничего страшного не происходит. Все идет по плану.
Роман такую декламацию долго терпеть не мог. Снова вскочил.
- По какому еще плану? Тебе что, память отшибло? Ты забыл, что я тебе говорил? Она красивая женщина! По-твоему, она просто переоделась? Ха-ха три раза! Я видел ее на расстоянии нескольких метров! Ты считаешь, что я не могу отличить красивую девушку от уродины? Да чтобы из того, что мы тут каждый день видим получить что-то нормальное, сто пластических операций надо сделать! Там и лицо и фигура, и осанка! - остановился напротив Жданова. Очень хотелось быть убедительным, чтобы стереть с его физиономии эту дурацкую, благодушную улыбочку, - и, кстати, там был макияж! А этому, между прочим, тоже учиться надо! Я знаю! Ты видел хоть раз, чтобы Пушкарева накрасилась нормально? Нет? Правильно! И сейчас она как моль бледная выглядит!
Андрей тоже поднялся.
- Вот именно. Заездили мы ее совсем.
Малиновскому не удалось на этот раз испортить ему настроение. Несмотря на все волнение друга, на душе у Андрея был покой. Умиротворение. Все доводы Ромки, которые он так горячо излагал, казались надуманными, пустячными. Ну подумаешь, накрасилась Катя хорошо. Ну и что? Научилась, значит. Не велика сложность. Катька умная, не такое еще осилит. А то, что страшная она и не может в один день в красавицу превратиться, так это вообще ерунда. Никакая она не страшная. Не супермодель, конечно, и не в его вкусе, но вполне обычная. Он к ее внешности уже давно привык. И почему бы ей не поработать над собой и не постараться себя улучшить? Он будет только рад, если у нее получится. Даже помочь готов в этом трудном деле. Как специалист, разбирающийся в женской одежде, да и вообще в женщинах. А Ромка просто к ней предвзято относится и плохо ее знает. Вот и кажется ему всякое. Андрей испытал вдруг даже прилив благодарности к своему единственному другу, который разделяет с ним все тяготы нынешней ситуации, переживает так сильно за него и за их общее дело.
Он обнял Рому за плечи и принялся ласково увещевать:
- Малина, тебе тоже отдохнуть надо. Я тебя не узнаю. Куда делся мой легкий, бесшабашный друг? Такой дерганный стал, серьезный. Стареешь, что ли? Вот скоро вся эта история закончится, поедешь в отпуск, куда-нибудь на Канары, с хорошенькой цыпочкой...
Роман раздраженно скинул с себя дружескую руку.
- Мы скоро оба с тобой отдохнем. Когда без работы останемся.
Как же бесит его этот беззаботный вид! Так и хочется треснуть придурка чем-то тяжелым по голове. Перевел взгляд с улыбающейся рожи на стол. Взял в руки бутылку с минеральной водой, внимательно изучил наклейку, даже подкинул пару раз в воздух. Поймал, поставил на место.
- Ладно, я пошел, - произнес хрипло, не глядя на Жданова, - у меня куча работы. Пока еще.
Что с ним разговаривать? Он все сделает сам. Разберется, выведет голубков на чистую воду и принесет этому идиоту доказательства их подлости на тарелочке с голубой каемочкой.
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Синичка 
Когда же они уже ее раздолбают?!! 
