|
13.
Малиновский выглядел несчастным. Когда он открыл дверь, и Лера увидела его, то даже смятение почувствовала, настолько её поразило выражение его лица. Привычной залихватской улыбки не было и в помине, взгляд был тусклый и неживой. Но Рома попытался улыбнуться ей в знак приветствия.
- Привет, чижик. Заходи.
Лера внимательно вглядывалась в его лицо, потом переступила порог его квартиры и быстро огляделась.
- Привет. У тебя что-то случилось? – не удержалась она от вопроса.
Рома вздохнул, но отмахнулся.
- Нормально всё, заходи.
Лера сомневалась, он видел. Стояла, украдкой оглядывалась и раздумывала. Тогда Малиновский сам снял с её плеча рюкзак и поставил его в угол. Валерия слегка смущённо улыбнулась и расстегнула куртку.
Рома провёл девушку в гостиную и обвел комнату рукой.
- Вот здесь я и живу. Завтракать будешь? – повернулся к Лере и увидел, что она внимательно разглядывает картину на стене. Морской пейзаж, а вдалеке парус. Мило и без претензии. Потом опомнилась, поняла, что он обращается к ней, и кивнула.
- Буду.
На этот раз улыбка была вполне искренней.
- Опять с работы?
- Да. Зато я теперь весь день свободна.
- Да ты что? У тебя и выходные бывают?
Лера тоже улыбнулась.
- Бывают. Но редко.
- Ясно. Пойдём на кухню, покормлю тебя.
Она сидела за кухонным столом у окна и смотрела, как Малиновский нарезает хлеб для бутербродов. И видела тревожную морщинку у него на лбу, а иногда он и вздыхал уж слишком маетно. Явно был чем-то сильно расстроен.
- Давай не пойдём сегодня в магазин, - предложила Лера. Рома посмотрел на неё удивлённо.
- Почему?
Она пожала плечами.
- Мне кажется у тебя что-то случилось. А магазин… можно отложить.
- Не выдумывай. – Рома поставил перед ней тарелку с бутербродами, и Лера тут же взяла один и откусила. Малиновский с насмешкой наблюдал за ней, потом покачал головой. – Я теперь о журналистах знаю почти всё.
- Всё?
- Ага. Нахальные, вечно невыспавшиеся и голодные. Я прав?
Лера прожевала, а после кивнула.
- А когда голодные – злые.
- Да? – заинтересованно воскликнул Малиновский. – Так ты злюка?
Она рассмеялась, но призналась:
- Бывает. Когда настроение плохое.
Рома поставил перед ней большую чашку с кофе и неожиданно для самого себя, потрепал девушку по взъерошенным волосам. А в следующий момент об этом пожалел. Оба смутились, Лера прекратила жевать, а Малиновский поспешил отвернуться, попытался сделать вид, что ничего особенного не произошло. И намеренно снова оглянулся на неё через плечо и подмигнул и улыбнулся, как ни в чём не бывало.
Лера схватила чашку, сделала большой глоток, позабыв о том, что кофе горячий. Вытаращила глаза, открыла рот и принялась жадно хватать воздух, очень надеясь, что Рома не обернётся именно в этот момент и не увидит её сейчас такой. Когда она напоминает гибрид вареного рака и оглушённой рыбы – красная и задыхающаяся. Помахала перед открытым ртом рукой и наконец сумела вдохнуть. Воздух ей показался прохладным.
- Купим тебе сногсшибательный костюм, - продолжал тем временем Рома. – Будешь бизнес-леди.
Никакого ответа не последовало, и тогда он оглянулся. Лера странно смотрела на него, приложив ладошки к щекам. Только в последнюю секунду успела рот закрыть и очень надеялась, что он всё-таки ничего не заметил.
Кажется, не заметил.
- Чижик, ты чего?
Она замотала головой и улыбнулась. Потом кашлянула и отпила из кружки, но на этот раз очень осторожно.
- Просто мне показалось, что у тебя проблемы, и я не вовремя… а можно подождать… с костюмом то есть.
- Поедем мы за костюмом или не поедем, проблемы от этого никуда не денутся. Хоть отвлекусь немного. А ты должна произвести на Милку впечатление.
- Костюм я могла бы и сама купить.
- Я уже представляю, что ты купишь.
Лера обиженно надулась.
- Я плохо одеваюсь? Ты так считаешь?
- Ну что ты, чижик. Неплохо. Очень даже модно, только… как бы тебе объяснить? Мода она разная бывает, понимаешь? И для каждого случая своя. Надо научиться её понимать и разделять.
- Конечно, ты ведь в модном доме работаешь!
- Да при чём здесь это? Просто я знаю, что для всего есть своё место и время. Ты хочешь сделать карьеру? Настоящую?
- Хочу, - уверенно кивнула она и посмотрела на него так, словно её карьера от него зависела. Будто он мог прямо сейчас щёлкнуть пальцами – и вот она уже известный журналист.
- Вот и отлично. А как ты думаешь, далеко ты уедешь на своём нынешнем стиле? – заметив, как она нахмурилась, Рома поторопился продолжить: - Ты только не обижайся, я ведь серьёзно. Не зря же говорят, что по одёжке встречают.
- Какие гадости ты говоришь, - покачала она головой.
- Это не гадости, чижик. Это проза жизни. И чтобы чего-то добиться, надо следовать некоторым правилам. От этого никуда не денешься. Вот тебе живой пример, с Каменецкой. Ты когда интервью приходила просить, как выглядела?
- А я вот не хочу, чтобы обо мне судили по одежде! По тому сколько мой костюм стоит! Это неправильно. Я хочу, чтобы…
- По таланту, - поддакнул Рома. - Долго хотеть будешь.
Вышло несколько грубовато, и Лера расстроилась из-за его слов. Приуныла и отвернулась к окну. Рома мысленно себя отругал, а потом сел за стол напротив неё и вздохнул, не зная как начать.
- Чижик, ну не обижайся ты на меня. Я же тебе правду говорю. Я знаю… потому что я это от начала до конца прошёл, понимаешь?
Она повернула голову и внимательно посмотрела на него. А Рома кивнул.
- Я тоже приехал когда-то с мечтами, с идеями… с золотой медалью, тоже хотел всем что-то доказать… какой я талантливый. Только это никому не надо, чижик. Это Москва.
- Я родилась в Москве.
- Тем более должна понимать. А ты не понимаешь.
- Но у тебя же получилось!
Малиновский усмехнулся.
- Ну да, получилось… Тебе надо научиться себя подавать. В выгодном свете. В свободное время ты можешь заниматься чем хочешь и одеваться как хочешь. А работа – это работа. Ты должна быть такой, какой выгодно быть в данный момент. Тем более на такой публичной работе. Или ты думаешь, что носить шёлковую блузку со штанами военного стиля только потому, что тебя ниже пояса не снимают, это добавляет тебе профессионализма или весомости в глазах начальства?
- А я должна всегда думать о начальстве?
Рома кивнул.
- Должна. Если хочешь чего-то добиться.
- Это гадко.
Малиновский снисходительно улыбнулся.
- Вот сделаешь карьеру, поднимешься и тогда будешь сама устанавливать правила. Но это не всем удаётся, не у всех есть для этого характер. У тебя характер есть, - улыбнулся. – И ещё какой. И шанс есть. А гордость дело хорошее, но ей тоже нужно уметь пользоваться.
Лера грустно вздохнула, потом подпёрла щёку рукой и задумалась. Потом зевнула. Рома вытянул руки, лежащие на столе, хотел взять её за руку, но в последний момент передумал и встал.
- Я в душ и поедем, а то ты заснёшь, чувствую. Я быстро.
- А можно я телевизор посмотрю? На нашем канале сейчас рубрика интересная.
- Иди, конечно.
Отвёл её в гостиную, они вместе пару минут искали пульт от телевизора, а потом Рома пошёл в душ. Выходя из гостиной, приостановился в дверях и обернулся. Лера сидела на диване, по-детски поджав под себя ноги, и смотрела на экран, а потом неожиданно улыбнулась, видимо увидев на экране знакомое лицо. Эта улыба неожиданно цепанула и Рома, заволновавшись, ушёл в спальню.
И всё-таки от её присутствия в своей квартире он ощущал некий дискомфорт. Смущение какое-то. Вообще-то Рома в принципе не терпел присутствия в своём жилище чужих женщин. Даже квартиру одно время снимал отдельную для встреч с женщинами, но они всё равно непонятно как по утрам оказывались у него дома. Но за это приходилось злиться только на себя.
Но ведь Лера не была чужой. Как-то очень быстро перестала быть чужой, и из-за этого он ещё больше смущался. Даже беспокоиться за неё уже начал, переживать, жизни учить. Сестра, не сестра, не понятно кто. Но она сейчас сидит на его диване, поджав под себя ноги, смотрит телевизор и зевает. И всё вроде бы в порядке, как должно и быть, но как-то странно и муторно на душе.
Откуда она только взялась на его голову. Мало ему проблем…
Торопливо одевался, надел свитер и вышел в гостиную, собираясь и Леру поторопить. Но она спала.
Телевизор работал, какой-то молодой человек рассказывал про глобальное потепление, а Лера спала, свернувшись калачиком на его диване. Под головой у неё была диванная подушку, под щекой ладошка, а колени поджаты к животу. Рома подошёл и присел перед ней на корточки. В первый момент всё-таки подумал разбудить, даже руку протянул, чтобы потрясти её за плечо, но в последний момент опомнился и поднялся. Сходил в спальню за пледом и укрыл девушку. Она даже не пошевелилась.
Малиновский поднял с пола пульт, выключил телевизор и замер посреди гостиной в растерянности. И что делать? Ходить по собственной квартире на цыпочках, боясь побеспокоить сон девочки? Тоже мне, новости.
Так и не найдя себе дела, он ушёл на кухню, прихватив с собой ноут-бук. Надо поработать.
Жданову, похоже, ещё долго будет не до работы.
-------------------
- У родителей её нет!
- Палыч, не ори.
- Её нигде нет! Ромка, где мне её искать?
Лера открыла глаза, перевернулась на спину и зевнула. А потом резко села, когда поняла, что она находится не дома. А… у Ромы.
Она заснула у него на диване! Господи, ну как её угораздило?
Из кухни неслись громкие взбудораженные голоса.
- Я с ума сойду, - почти простонал незнакомый мужчина. – Ну почему, почему я не снял трубку, когда она звонила? Почему ты не заставил меня с ней поговорить?!
- Откуда ты знаешь, что это она звонила? Может не она…
- Малиновский, я тебя убью сейчас!
- Ну убей! – вдруг воскликнул Рома в раздражении. – Наверное, я это заслужил!
На минуту повисла тишина, а потом Малиновский спросил:
- Так ты к Пушкарёвым ездил?
- Нет, конечно. Я позвонил… Спросил, не заезжала ли она к ним.
- Так может они специально не сказали!
- Не может такого быть. Да и Елена Санна врать не умеет, я бы сразу по голосу понял. А она… спокойна абсолютно. Значит, Катя к ним не приезжала. А где она?!
Малиновский неверяще хохотнул.
- Ты же не думаешь, что…
- Ничего я не думаю! – и снова стон. – Чёрт, ну как такое могло случиться?
- И не говори, - со вздохом проговорил Роман.
- И как мы вообще додумались пригласить этих?..
- Мы пьяные были, Андрюх. Сколько выпили, я даже не помню.
- Как я теперь Катьке всё объяснять буду? Она меня убьёт… и будет права. Какой же я дурак!
- Хватит тебе ныть. Где ты её ещё искал?
- А где я могу её искать? Юлианы в городе нет, Машке вообще не до чего, но я к ним ездил, её там нет, и не было. А где ещё её искать – я не знаю, - потёр лоб ладонью и вдруг резко выпрямился.
Рома вопросительно посмотрел.
- Что?
- А может она на даче? – прошептал Жданов. – Где ещё она может быть? – тут же вскочил. – Всё, Ромка, я поехал.
- Куда ты понёсся как сумасшедший? – пытался его вразумить Малиновский, провожая друга в прихожую. – Успокойся.
- Не могу я успокоиться, - выдохнул Андрей и едва не получил дверью гостиной по лбу, когда та неожиданно приоткрылась. Жданов отскочил в сторону и дико глянул на заспанную девушку, которая осторожно выглянула. А Малиновский высунулся вперёд и втолкнул девушку обратно в комнату.
- Иди спи… я сейчас. – И дверь закрыл. А когда повернулся к другу, встретил его возмущённый взгляд.
- Как ты можешь? В такой момент? Малиновский, у тебя совсем ничего святого нет?
- Это друг, - шикнул в ответ Рома, а Андрей насмешливо скривился.
- Кто?
- Жданов, не зли меня. Поезжай к своей Катерине. Только не гони. А давай я тебя отвезу? – предложил он, заволновавшись. – Не стоит в таком состоянии садиться за руль.
- Нет уж… без провожатых обойдусь!
Рома только вздохнул, закрывая за Ждановым дверь. Почесал подбородок в задумчивости, а потом пошёл в гостиную. Лера сидела на диване и с беспокойством смотрела на него.
- Что-то случилось?
Рома пожал плечами.
- Семейные проблемы, - а заметив её удивление, успокаивающе улыбнулся. – Не у меня. Друг с женой… поругался. Она ушла, а теперь он её найти не может.
- Вот в чём дело. Кажется, он сильно расстроен.
- Да уж, - согласился Малиновский и сел рядом с ней на диван. – Мы тебя разбудили?
Она закусила губу, пытаясь спрятать смущённую улыбку.
- Извини. Я сама не заметила, как заснула.
- Да ладно.
Рома отвёл глаза и о чём-то задумался. Лера наблюдала за ним, потом спросила:
- Ты так сильно за них переживаешь?
Он кивнул.
- И это тоже. Но… кажется, я тоже виноват в их ссоре. Надеюсь, что они помирятся быстро. – Затем посмотрел на девушку и улыбнулся. – Ну что? Поспишь ещё? Или в магазин поедем?
Лера засмеялась.
- Спать я точно не буду. А то ты сочтёшь меня окончательной нахалкой.
- Тогда в магазин… Отвлекусь хоть немного. – Встал, а потом протянул Валерии руку и потянул, заставляя её подняться с дивана. – Поехали.
------------///-----------
Калитка оказалась открыта. Когда Жданов её толкнул и понял, что она всё-таки открыта, его охватило такое чувство облегчения, что до крыльца он буквально летел. Рванул дверь, вбежал в дом и тут же крикнул:
- Катя!
Ему никто не ответил, в доме царила полная тишина, и Жданов снова поневоле заволновался. Дошёл до лестницы, хотел подняться на второй этаж, но вдруг передумал и свернул на кухню. На столе стояла Катина чашка, Андрей покрутил её в руке, а потом прикоснулся к чайнику. Горячий.
Значит, она всё-таки здесь. Это хорошо. Теперь главное решить, что именно ей говорить и какими словами. Объяснить, что то, что она вчера увидела, это просто огромное недоразумение.
Ведь действительно недоразумение. Ведь не было ничего… Да и быть не могло!
Вот это и надо объяснить.
Андрей прождал её долго, как ему показалось, целую вечность. Нервничал, ходил по дому, из комнаты в комнату, а потом понял, что дальше ждать просто не может. Вышел из дома и постоял на крыльце, оглядываясь и пытаясь понять, куда Катя могла пойти. Снег уже почти растаял, только в некоторых местах ещё лежал неприглядными грязными кучками, но весна уже чувствовалась во всём. Весной пахло, воздух, особенно здесь, за городом, был насыщенный, хотелось вдохнуть поглубже и казалось, что обязательно почувствуешь опьянение, что голова закружится.
Андрей любил весну. И любил приезжать на дачу. Особенно после женитьбы. Они с Катей частенько здесь бывали, вспоминали детство, подолгу гуляли и наслаждались одиночеством. Здесь их никогда никто не беспокоил, даже родители не звонили, потому что дача была их укромным местечком, в котором они прятались ото всех.
А теперь она пряталась здесь от него. И понимание этого стало катастрофой. Как такое могло случиться с ними? Как они могли довести до такого, ведь всегда гордились тем, что понимают друг друга с полуслова? Им завидовали, ими любовались, брали с них пример, а что в итоге?
Половина домов стояли закрытыми, дачный сезон ещё не начался, и в посёлке остались только постоянные жители, а их было не так уж и много. Андрей прошёл по пустынной улице, свернул на тропинку и направился к озеру. Шёл, продолжая обдумывать непростую сложившуюся ситуацию, даже по сторонам не смотрел. И так знал здесь каждый куст, и даже камень.
Катя стояла на берегу и смотрела на воду. В его старой куртке и в сапогах на шпильке. Андрей бегом бросился к ней, чудом не упал, поскользнувшись на грязном пригорке.
- Катя!
Она обернулась и посмотрела на него. Андрей к собственному удивлению не заметил на её лице никакого смятения или возмущения. Просто посмотрела и тут же отвернулась. Словно знала, что он давно приехал, и его появлению совсем не удивилась.
Он подбежал, хотел её обнять, но она отступила в сторону. Жданов сокрушённо вздохнул.
- Катюш… Прости меня. Я так за тебя волновался, я… не знал, где тебя искать.
- Нашёл же, - тихо отозвалась она.
Андрей замер, когда услышал её безликий голос. Потом кивнул, пристально вглядываясь в её безучастное лицо.
- Нашёл. – Помолчал, затем осторожно сказал: - Мне поговорить с тобой надо. Я тебе всё объясню.
- Хорошо.
- Катя! – Андрей от её равнодушного тона даже закричал. Потом схватил её за плечи и развернул к себе, попытался заглянуть ей в глаза. – Ну посмотри ты на меня! Нам поговорить надо.
- Отпусти, - она оттолкнула его и отошла в сторону. – Я и так прекрасно знаю всё, что ты можешь мне сказать. Да и не важно это уже.
- Что значит, не важно? Что ты себе придумала? Кать, да ты не так всё поняла. Не было ничего! Да и быть не могло. Это просто…
- Проститутки, - подсказала Катя.
- Да какие проститутки? Просто… танцовщицы. Кать, да мы пьяные с Малиновским были в ноль, вообще ничего не соображали!
- Это и является твоим оправданием?
Андрей вздохнул.
- Да нет, конечно… Не оправдание, и вообще… Но ты всё не так поняла, я просто пытаюсь тебе объяснить!
- Я всё правильно поняла, Андрюш, - успокоила она его, вновь отвернулась и стала смотреть на воду. Сощурилась на солнце. – И дело не в этих девушках… с которыми вы с Ромой привыкли отдыхать. Проститутки, стриптизёрши… Дело-то не в этом.
- А в чём?
Она помолчала, а Андрей за эту секунду едва рассудок не потерял, ожидая, что она ему скажет.
- Дело в том, что у нас ничего не получается. Ты же сам это понимаешь, правда?
Жданов прерывисто вздохнул.
- Катюш, ты преувеличиваешь. Так со всеми бывает, нужно просто потерпеть.
Она покачала головой.
- Не нужно. Потому что у нас ничего не получается, Андрей! И терпеть друг друга – это неправильно.
- Мы не терпим, мы любим, - тихо сказал он.
Катя помолчала, а потом кивнула. Жданов даже обрадоваться успел на какое-то короткое мгновение. Но она заговорила, и у него сбилось дыхание.
- Любим и я очень хочу, чтобы так осталось.
- Ну конечно, останется, - Андрей положил руки на её плечи и сжал. – Я тебя люблю, ты же моё счастье… А всё случившиеся, это всё проходящее…
- Я подаю на развод, Андрей.
Кажется, у него пропал голос. Раз и навсегда. С трудом сглотнул, а сам всё продолжал сжимать её плечи.
- Ты слышал меня?
Он помотал головой, а потом засмеялся. Отскочил от неё на шаг, Катя как раз повернулась, и он рассмеялся ей в лицо. А в следующее мгновение почувствовал жуткую злость.
- Не сходи с ума! – выкрикнул он ей в лицо. – Что ты придумала? Какой развод?
Катя медленно вдохнула и повторила ещё более уверенно:
- Развод.
Андрей закрыл глаза, а потом обвёл рукой окрестности.
- И ты говоришь мне это здесь? Вот здесь? Что ты меня бросаешь? Катя, приди в себя!
Она закусила губу, до боли, но он всё равно заметил, что губы у неё трясутся.
- Я тебя не бросаю… Мы расстаёмся. Здесь. Как это ни странно, но мы расстаёмся именно здесь.
- Бред какой-то. Кать, ты сама понимаешь, что ты говоришь? Как мы можем расстаться? Я люблю тебя. И из-за какого-то недоразумения…
- Слишком много недоразумений, Андрюш.
- Да какая разница? – воскликнул Жданов. – Кать, ну не было ничего, я тебе ещё раз объясняю. Такое бывает. Ты же не маленькая, должна понимать!.. я был зол, пьян…
- Андрей! – она сделала шаг к нему и остановилась совсем близко, помедлила, а потом всё же положила ладонь ему на грудь. Палец заскользил по его свитеру крупной вязки, и Катя молчала не меньше минуты, никак не могла с собой справиться, горло сдавливали судорожные рыдания. С трудом сглотнула и на выдохе, проговорила: - Дело не в этом… ни в этих девушках, ни… в Денисе. Дело в нас с тобой. Потому что у нас ничего не получается… Я всю ночь думала, то есть давно пыталась прийти к какому-то выводу… Вчера мне показалось, что мне это удалось, а когда увидела… Вот тогда действительно всё встало на свои места. Мы с тобой всё пытаемся найти какие-то оправдания нашим ссорам и недопониманиям, а нет никаких оправданий. Есть ты и я.
- Катя…
- Пожалуйста, не перебивай меня, - попросила она. – Мне и так очень тяжело, но я должна тебе объяснить. Знаешь, когда мы собрались пожениться, Юлиана пыталась меня предупредить, но я не поняла тогда. А ведь мы с тобой действительно как будто с ума сошли тогда. Мы же практически не знали друг друга, но любовь заслонила всё. Ведь у нас с тобой даже романа не было. – Андрей непонимающе смотрел на неё, а Катя кивнула, подтверждая свои слова. – Разве не так? Мы прятались ото всех, рисковали, потом пытались убедить всех в своей любви… Андрюш, у нас ведь с тобой даже свидания не было! Ни одного! Это просто помешательство какое-то было… Но я тебя люблю… и я не представляю, как я буду жить без тебя…
- Тогда прекрати выдумывать, - глухо проговорил он, а Катя покачала головой.
- Это не выдумки. Я всё решила. Нам надо расстаться, потому что… я хочу тебя любить.
Жданов раздражённо вздохнул.
- Я уже перестал тебя понимать, так что… давай вернемся в дом. Ты замёрзнешь.
- Пусть, - она всхлипнула. – Я хочу, чтобы ты меня понял. Послушай меня, пожалуйста. Ведь всё изменилось. Да, мы любим, но и любовь наша за этот год изменилась, ты ведь не будешь с этим спорить? И твоя, и моя. И мы изменились. Не знаю, хуже стали или лучше… Одно знаю, мы перестали доверять друг другу, как раньше. Как мы жить-то будем? Опять терпеть? – Катя в отчаянии замотала головой. – Это дорога в никуда.
Он молчал, Катя в последний раз провела рукой по его груди и отошла.
- На поверку оказалось всё не так красиво и радужно. Думаю, ты сам это понимаешь. Случилось не так уж и много, но нам этого хватило. Чтобы засомневаться. И можно винить в этом кого угодно, но виноваты только мы. И именно поэтому… я приняла решение о разводе. Я боюсь, что дальше будет хуже. И я знаю, что будет хуже, потому что это жизнь, а она не бывает гладкой. Сейчас мы с тобой помиримся, будет делать вид, что ничего не случилось, как обычно происходит в последние месяцы, но всё это будет внутри, будет копиться и когда-нибудь случиться взрыв… А я хочу помнить только хорошее. Потому что ты – это… лучшее, что случилось со мной в жизни.
Андрей отвернулся от неё и помотал головой, надеясь, что этот кошмар рассосётся сам собой.
- Катя, так это и есть жизнь! Радости и беды!.. Надо вместе всё преодолевать, надо учиться это делать!
- А если я не смогу?
- Сможешь, - уверенно заявил он. – Сможешь! Что ты себе голову забиваешь? Нельзя так просто сдаваться.
- Я не смогу, - Катя грустно улыбнулась. – Ты можешь считать, что я тебя предаю, но я не могу… дальше. Я вчера, когда тебя увидела… Андрей, я тебя ненавидела.
Он медленно повернулся и посмотрел на неё в изумлении. А она кивнула со слезами на глазах.
- Да. Не было ни обиды, ни любви… Я тебя ненавидела. И это было так страшно и так… остро. И ненавидела не из-за этих девушек, а потому что ты снова всё испортил. Или не ты, возможно, я, но я ненавидела и чувствовала злость, а не досаду. А я не хочу, понимаешь?.. я не хочу, чтобы мы расстались врагами. Потому что это будет слишком, это перечеркнёт всё хорошее, что между нами было. Мы не имеем права допустить это.
- Просто ты меня больше не любишь, - глухо проговорил он и в упор посмотрел на неё, с колотящимся от ужаса сердцем, ожидая её ответа. Только она не ответила. Отвернулась от него и промолчала. Андрей обречённо закрыл глаза. – Значит, правда…
- Я не знаю, Андрей. Не знаю, имею ли право что-то говорить сейчас о любви.
Он потёр лицо руками, а потом ещё и волосы взъерошил и что-то прорычал неразборчивое. Потом глубоко вздохнул.
- Все эти слова, объяснения… просто любовь кончилась, вот и всё. И не зачем… меня успокаивать. Я не маленький! - у него голос неожиданно сорвался, и захотелось от злости на самого себя заорать в полный голос. И закричать так громко, чтобы охрипнуть в конце концов, но чтобы не слышать, забыть всё, что она ему сейчас сказала. Что больше не любит. Что ЕГО Катя его разлюбила.
Что почти ненавидит…
- И унижаться не буду, - еле слышно проговорил он. – Как мало тебе нужно было, чтобы разлюбить… Что ж, значит, судьба.
Катя покачала головой.
- Ты так ничего и не понял, Андрей.
- Да всё я понял! И чтобы ты не говорила, смысл один – развод. Так? Ответь!
- Да…
- Вот именно. И нечего мне тут!..
- Так лучше будет, - тихо сказала она. – И мы почувствуем облегчение. Когда-нибудь. Будет тяжело, но…
Андрей закрыл глаза. Что, что такое ей сказать, чтобы она передумала? Чтобы больше не думала о разводе… чтобы не бросала его…
Катя бросает его. Как это осознать?
Андрею на самом деле показалось, что сердце разорвалось на части, настолько было больно. Смотрел на жену, но она словно заледенела. Пристально вглядывалась вдаль, подбородок высоко вздёрнут, взгляд жёсткий и на него не смотрела.
Какой к чёрту развод? Разве он может её отпустить? Чтобы не видеть её каждый день, не просыпаться рядом с ней по утрам, не приходить вечером домой, к ней… У него не хватит сил.
- Катюш…
Она неожиданно заревела в голос. Только что стояла такая собранная и холодная и вот уже плачет. У неё вырвалось рыдание, из глаз покатились слёзы, и она воскликнула:
- Прекрати меня мучить, пожалуйста! Ты меня будешь винить во всём, я знаю, и пусть будет так… Но я не могу больше жить с тобой! У меня силы кончились!
Катя оттолкнула его и побежала по тропинке к роще.
Он не стал её останавливать. Возможно, надо было, надо было что-то ещё сказать… Только сказать было нечего. Смотрел ей вслед и тяжело дышал.
Странно, что ещё дышать мог. Сердца-то уже не было…
_________________  - Расскажите о себе в двух словах.
- Всякое бывало 
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Например, хорошо, что не только Катя этот бардак увидела, но и вся теплая компания - ее. Могло ведь быть действительно по варианту инструкции - она знала о подлости, но промолчала. И тут могла бы увидеть и уйти незамеченной. А так - какое мгновенное протрезвление!
Даже слов нет 
Неужели все. 
