|
15
«Я часто думаю о нём… или о ней. Это так удивительно - я всегда считала, что мужчины хотят, чтобы первым родился сын, но Андрей говорит, что ему, как и мне, всё равно, ведь это будет наш ребёнок и какая разница, мальчик это будет или девочка…»…
…Маргарита не верила собственным глазам. И зачем она открыла эту тетрадь? Разве не переступила она через свои принципы, разве не знала, что эта оставленная на стуле в каморке сумка - чужая? Но она сама не понимала, что делает, доставая из неё эту тетрадку, ведь из неё выглядывал уголок фотографии и она сразу поняла, что Катя сфотографирована на ней в квартире Андрея! Уж очень был велик соблазн рассмотреть фотографию… Ну, а потом не удержалась и открыла тетрадь там, где была закладка…
…Господи, да что же это такое! Не успели пожениться, а уже о детях думают! Размышляют, кого лучше иметь - мальчика или девочку!.. Не мучаясь больше угрызениями совести, путаясь в замке и кармашках собственной сумочки, Маргарита торопливо искала очки. Только бы Катя задержалась подольше… Придя в «Зималетто», Маргарита не застала в кабинете ни её, ни сына, но Виктория сказала, что они где-то в здании, возможно, в кабинете Романа, и она решила подождать… Кое-как надев очки, Маргарита снова впилась взглядом в строчки.
«Мне было так плохо сегодня… Если его нет рядом, мне всегда плохо, но стоит ему прийти и обнять меня - тошнота сразу же проходит и я чувствую себя почти как раньше, до беременности… Но я чувствую - я стала другой, совсем другой, и даже когда ребёнок родится, я уже не буду прежней. Да и как я могу стать прежней, когда в моей жизни появится человек, который назовёт меня «мамой»… Мне не верится, иногда мне кажется, что всё это происходит не со мной…»…
…Ах, как были сейчас созвучны эти слова мыслям Маргариты! Ей вдруг стало больно, так больно, что почти не было сил терпеть эту боль… Пошатываясь, она опустилась на стул и несколько мгновений смотрела в пустоту расширенными от ужаса глазами. Мелькнула было мысль о валидоле, но она тут же отбросила её. Болело не сердце, болело всё её существо. И над всем главенствовало чувство вопиющей несправедливости - почему подобное случилось именно с её сыном?!..
Они не слушали её. Никто не слушал её. И вот - она оказалась права, по крайней мере, в одном теперь можно быть уверенными: эта скоропалительная свадьба не случайна и имеет вполне конкретную причину… И вовсе не в любви здесь дело. Вот почему Андрюша так торопится! Конечно, он получил хорошее воспитание, разве может он бросить девушку в таком положении… Вырастили на свою голову - честного, порядочного… Конечно, она была права, не может он любить эту Катю, это чувство долга толкает его на такой поступок!
Маргарита поспешно пролистала тетрадку назад. Не стала останавливаться на тех страницах, которые были смяты и почти порваны, открыла и начала читать с самого начала…
«Сегодня я поняла, что у меня всегда всё будет кувырком. Если бы вручали приз самой неловкой и нелепой, я бы не получила первую премию! Я бы взяла вторую - потому что я ещё и невезучая… Разве можно полюбить такую бестолочь, как я? Иногда мне кажется, что он меня убить готов… И ВСЁ РАВНО он лучше всех! И хотя вокруг него столько красоток, но все они понимают, что у них нет никаких шансов…»…
«Я чувствую, что нужна ему, ну и что, что как помощник, главное, что он без меня уже не может, а я не могу без него! Я так его люблю! И это такое счастье - любить человека и знать, что он всегда рядом. Даже если он никогда не обратит на меня внимания, я всё равно буду лучшим помощником в мире, чтобы никогда с ним не расставаться…»…
«Я люблю его любого…Даже когда он не в настроении, даже когда кричит на меня или целует в моём присутствии других женщин. Я люблю его даже тогда, когда он просит меня прикрыть его перед Кирой, чтобы он смог встретиться с одной из этих моделей. Я люблю его и ничего не могу с этим поделать. Говорят, любят не за что-то, а вопреки, вот и я люблю его просто так, несмотря ни на что, просто потому что он есть…»…
«Андрей… Мой Андрей. Он всегда со мной…каждый час, минуту, секунду. На работе, дома – везде. Он не отпускает меня никогда. Даже когда я одна, мне не одиноко, потому что он рядом… Я люблю его каждой клеточкой, я дышу им, я живу только мыслями о нем. Если я не слышу его голоса или не ощущаю его присутствия – день прожит зря. Я не знаю, как я могла жить без него раньше…неужели я вообще жила?..» …
«Однажды он сказал Малиновскому, что еще не встретил женщину своей жизни. Почему он так думает? Может, это я? Я совсем рядом…стоит только протянуть руку и открыть дверь…»…
«Он самый лучший, потрясающий, добрый, щедрый и удивительный! Он говорит, что любит меня, и я ему верю! Он смотрит на меня такими глазами! С ним я всегда чувствую себя любимой и желанной. Я готова ради него на все! Он просит, чтобы я его не оставляла, неужели думает, что я смогу это сделать?! Сейчас он самый главный человек в моей жизни, и я нужна ему! Как это прекрасно – чувствовать себя нужной человеку, который тебе дороже всего на свете!»…
…Боже. Бедный мальчик. Как банально - начальник и секретарша. Действительно, эта девочка любила его, да она просто молилась на него, ещё бы, не влюбиться в такого мужчину, и он, видимо, поддался слабости, вряд ли кого-то оставит равнодушным такое поклонение… Пишет она красиво, говорила, наверное, не хуже… Вот и не сдержался. А теперь… теперь ему ничего не остаётся, как только уверять всех вокруг и даже себя в том, что и он её любит!
Но это ведь неправильно, так не должно быть. Жениться только из-за ребёнка - это бессмысленно, они же поломают себе жизнь и сами потом себе и друг другу этого не простят! Надо немедленно, как можно быстрее поговорить с ним, разъяснить ему, что для того, чтобы обеспечить нормальную жизнь своему ребёнку, вовсе не обязательно жениться и жить с его матерью под одной крышей!..
…Маргарита почувствовала, как на лбу её выступил холодный пот. О чём она думает? Неужели она действительно так считает? Да что с ней сделала вся эта история?!..
Нет, она не в состоянии сейчас говорить с кем бы то ни было, даже с сыном. Ей надо прийти в себя, привести мысли в порядок. Понять, чего ей хочется больше - чтобы сын оставался свободным и женился только по любви или чтобы никто и никогда не смог упрекнуть его в непорядочности и даже… подлости. И вдруг ещё одна мысль пришла ей в голову, и она снова чуть не застонала от ужаса. А вдруг ребёнок не Андрея? Вдруг эта влюбчивая, экзальтированная, судя по её дневнику, Катя точно так же смогла полюбить кого-то ещё? Вот именно про таких, как она, и говорят: в тихом омуте черти водятся… А потом воспользовалась порядочностью Андрея, узнав о беременности… Или ещё лучше - просто не знает, от кого беременна?!..
…Холодный пот уже почти заливал глаза. Маргарита поняла, что если она сию же минуту не выйдёт отсюда и не попадёт на свежий воздух - она потеряет сознание прямо на этом стуле и с этой тетрадкой в руках… Дрожащими, не слушающимися пальцами она кое-как затолкала фотографию между страницами и положила дневник обратно, в Катину сумку, стоящую перед ней на столе. Тяжело поднявшись, положила сумку на стул - туда, где увидела её, едва войдя в каморку, и, прежде чем выйти, постояла у двери несколько мгновений, вытирая лицо изящным носовым платочком.
Проходя через кабинет, усилием воли заставила взять себя в руки и не паниковать раньше времени. В конце концов, не приснились же ей все эти взгляды, которые её сын бросал на свою невесту… Взгляды были разные - порой пламенные, порой нежные, а порой вроде бы и ничего не выражающие, но почему-то именно в них и читалось то, что ей сначала так не понравилось…
Виктория была разочарована и, казалось, искренне огорчена, когда она сказала ей, что у неё срочные дела и она не может задерживаться в «Зималетто».
- А как же Кира? Она ведь так расстроится, узнав, что вы были здесь и не зашли к ней…
- Ничего, ничего, Вика, - улыбнулась Маргарита, но Клочкова с удивлением увидела, что её тщательно накрашенные губы дрожат. - Мы ещё увидимся. Возможно, я приду завтра…
- Ну, хорошо, Маргарита Рудольфовна, завтра так завтра… - проговорила Виктория, провожая её пристальным взглядом.
Стоя у ресепшн и позже, в лифте, Маргарита удивлялась тому, как быстро может всё перемениться. Когда она ехала сюда, главной её заботой был деликатный разговор с Катей о её внешнем виде. До этого ли теперь?.. Зазвонил телефон. Звонит Андрей. Конечно, беспокоится, наверное, почему она так быстро ушла, не повидав их. Она должна быть предельно спокойна, Андрей не должен догадаться, что с ней что-то не так… По крайней мере, пока она не поймёт, как ко всему этому относиться.
***
- Странно… - Андрей опустил руку с телефоном и посмотрел на Катю. Потом перевёл глаза на Викторию. - Маргарита Рудольфовна себя хорошо чувствовала?
- Ну, да, - растерянно ответила Клочкова. - Она сначала сказала, что подождёт, а потом… ушла… Сказала, что, может быть, завтра придёт…
Андрей, не дослушав её, быстро пошёл к двери кабинета и, дождавшись, когда следом за ним войдёт Катя, с силой захлопнул дверь.
- Ну, а что она тебе сказала? - Катя встревоженно повернулась к нему.
Андрей пожал плечами.
- Ничего особенного. Обнаружилось какое-то срочное дело, она забыла о нём, а теперь вспомнила.
Катя кивнула и опустила голову, но ничего не ответила. Андрей осторожно поднял к себе её лицо за подбородок.
- Э-э-эй! - ласково сказал он, заглядывая ей в глаза. - Ты, может, расстроилась?.. Не расстраивайся, при чём здесь ты?
- Не знаю, - пытаясь улыбнуться ему, произнесла Катя. - Каждый раз, когда твоя мама смотрит на меня, мне кажется, что я под рентгеновскими лучами… И боюсь что-то не так сделать или сказать. И вот теперь - почему она ушла?.. Нет, я, конечно, понимаю, что скорей всего это не из-за меня, но всё равно боюсь…
Он вдруг на мгновение крепко прижал её к себе, склонился к её шее и едва заметным, но словно опалившим её, касанием провёл губами по коже. Глубоко выдохнув, отпустил её, выпрямился и, улыбаясь тёмными повлажневшими глазами, бодро произнёс:
- Ладно, Катюнь, разве нам больше не о чем думать? Мама ушла не потому, что плохо себя чувствует, а это - самое главное и незачем переживать… Я так рад, что она хорошо к тебе относится, а ты всё сомневаешься… Ну что, зовём Малиновского и продолжим?
Она, тоже бодро улыбнувшись, кивнула.
Как хорошо сегодня проходит день. А она-то грешным делом с утра подумала, что день не задастся. И всё из-за этого ужасного разговора с Воропаевым. В общем-то, звонок от него не был для неё неожиданностью, она давно ждала чего-то подобного, была готова и продумала заранее каждое своё слово. И всё же неприятных ощущений избежать не удалось - Александр просто обладал даром вывести её из равновесия, и много усилий требовалось, чтобы выглядеть спокойной и этим раздражать уже его.
Всё было очень просто. Александру нужны были деньги - много, срочно и отдельно от остальных выплат. Ради такого случая он даже поделился с ней своими планами - сказал, что деньги нужны, чтобы вложить их в очень выгодное предприятие, и намекал на то, что «Ника-мода» могла бы иметь с этой сделки хорошие дивиденды… Но Катя была непререкаема: Александр не получит ни копейки сверх того, о чём они договаривались, у «Ника-моды» нет такой возможности. Они с Андреем давно решили отвечать отказом на все его новые притязания, справедливо рассудив, что регулярно получать деньги из «Ника-моды» Александру значительно выгоднее, чем одноразовое и сулящее лишь моральное удовлетворение разоблачение Андрея. Да и не в его интересах злоупотреблять своей информацией, ведь он наверняка постоянно держит в голове, что только благодаря «Ника-моде» «Зималетто» остаётся на плаву. Так что риска особого при отказе нет, но стОит лишь один раз потрафить его зарвавшимся аппетитам - и требованиям не будет конца… И Катя спокойно, но твёрдо ответила ему отказом.
Как ни странно - он не стал настаивать. Вообще, он находился в весьма благодушном настроении, всё время шутил, хоть, как всегда, и сомнительно, и даже однажды назвал её «Катенькой»… Катя насторожилась, естественно, - это поведение было необычным, не такой реакции она ожидала. Он даже не попытался настоять на просьбе, как будто это было что-то дежурное, какая-то скучная обязанность, которую нужно было быстро выполнить и поскорее забыть со спокойным сердцем!.. Но потом она расслабилась и заставила себя забыть об этом разговоре. Мало ли по каким причинам Александр решил не давать волю обуревавшим его чувствам. А возможно, они и не обуревали его. Возможно, у него голова действительно была занята другим и про запас имелось несколько вариантов...
Андрей, услышав о её тревоге, рассмеялся.
- Ты что, Сашку не знаешь? Это нормально, он без провокаций жить не может… Чем спокойней - тем опасней, а значит, жизнь продолжается. Когда орёт и злится - вот тогда уже что-то не так, что-то внутри лопнуло и надо держать ухо востро… Так что не переживай, Катюш, я с ним справлюсь… Кстати. А почему ты сама с ним разговаривала? Надо было сразу сказать ему, чтоб перезвонил мне…
- Зачем? - удивилась она и тут же лукаво улыбнулась. - Финансовые вопросы решаю я, ты забыл?
Он изобразил смешную, нарочито испуганную гримасу на лице.
- Ну, если так пойдёт и дальше, я денег вообще не увижу - ни на работе, ни дома…
Вот так и прошло это утро. И Малиновский, с которым они долго совещались - следующим этапом была калькуляция, и заранее надо было всё просчитать до мелочей, - тоже был на удивление мил и раздражения у Кати, как ни странно, не вызывал. И даже был один момент, заинтересовавший не только Андрея, но и её. Когда Андрей сказал, что, возможно, сегодня придётся задержаться на работе подольше, Роман как-то странно смутился и сказал, что ему нужно освободиться как можно раньше, у него очень важная встреча. В общем-то, в самом этом сообщении не было ничего особенного, странно было бы ожидать от гуляки-Малиновского рвения к сверхурочной работе, но то, как он прятал глаза и даже (Катя могла бы поклясться в этом!) слегка покраснел, переворачивало всё с ног на голову и заставляло очень сильно удивиться. Они и удивились, невольно переглянувшись, но потом, оставшись наедине, обсуждать это не стали. Был между ними некий негласный запрет на разговоры о Роме - так же, как о Коле или Кире... Роман ведь тоже был частью той, прошлой жизни, а в этой их жизни его наличие было ограничено определёнными рамками. И пусть Андрей общался с ним почти как прежде - когда они оставались с Катей вдвоём, места Роману в их пространстве не было.
Но больше всего Катю беспокоила Маргарита. Когда Маргарита сказала ей накануне, что ей нужно поговорить с ней, сердце невольно сжалось, и смутная тревога, прокравшись в него, не исчезла и позже. И потом, когда она узнала о внезапном уходе Маргариты из «Зималетто», тревога усилилась и стала превращаться в страх. Она злилась на себя, уговаривала себя так же, как уговаривал её Андрей, но ничего не могла с собой поделать и всё равно чувствовала опасность. И тем сильней было это чувство, чем непонятней была его причина.
Она дошла даже до того, что готова была уже позвонить Маргарите и спросить её, чем было вызвано её решение уйти. В вопросе этом самом по себе не было бы ничего странного - могло же ей быть интересно, почему Маргарита вообще назначила ей встречу, - но вот в звонке… Ни разу ещё сама она не звонила будущей свекрови, и трудно было решиться на такой шаг.
Она смотрела на Андрея и понимала, что здесь он ей не сможет помочь. Он не будет вникать во все эти тонкости, да и не нужны они ему. Ему важно знать, что две дорогие ему женщины ладят между собой, и этого достаточно. Он сделал всё, чтобы мать приняла её, а дальнейшее уже только в её, Катиных, руках.
Ведь так бывает: ты идёшь рядом с человеком, и он помогает тебе во всём, и ты уже не представляешь себе дороги без него, но у тебя есть твоя ноша, и она только твоя, и ты не можешь переложить её на его плечи. Андрей не построит за неё отношений с его родителями, ей придётся это сделать самой, одной.
И она вспоминала, как вела себя Кира с Маргаритой. Сколько раз она становилась свидетельницей таинственных улыбок, доверительных взглядов, одним только им понятных словечек и жестов. Этому языку ни Андрей, ни кто бы то ни было не сможет научить её, ей придётся учиться самой. Конечно, нечего и мечтать о такой близости, какая была между этими женщинами, для этого нужны были годы знакомства, близкие, почти родственные отношения между семьями… Но, может быть, этого и не надо? Может быть, вполне достаточно уважения и единства в главном - в том, чтобы у Андрея всё было хорошо?..
Как бы ей хотелось иметь ответы на все эти вопросы… Как бы ей хотелось однажды проснуться и понять, что все проблемы решены, что ей больше не о чем волноваться… Как бы ей хотелось, чтобы то, что её фотография как-то странно лежит между страницами дневника, да и сам дневник лежит в сумочке не так, как она его туда положила, оказалось лишь плодом её воображения…
----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
...по истине точно выражение: меньше знаешь, лучше спишь...вот почему то мне кажется, Ромка засмущался так, потому что встреча у него с Марго, сейчас они все обсудят, Ромка ей все расскажет...а что и как он может рассказать мы знаем...и Марго будет в полной уверенности что ребенок не от Андрея...а может я слишком накручиваю? На все воля автора.
Она много бы "хорошего" о своём дорогом сыночке узнала...., а за одно и САМОЕ главное - Катька смогла простить такое. Вот щас она ТАКОГО надумает..., а Ромочка поможет 
