|
Интермедия-4
На очередное совещание пришли не только непосредственно работающие по делу, но и сама Рогозина – глава ЭКО: пять трупов, почти никаких улик и гуляющий на свободе серийный убийца – это было не просто плохо, а очень плохо. Настолько плохо, что ей уже не раз звонили сверху. Чудо еще, что им удалось сохранить убийства в тайне от прессы, но Рогозина чувствовала, что рано или поздно журналисты обо всем пронюхают. Брелок с места последнего убийства был сейчас их единственной надеждой.
- Ну что, все собрались, можно приступать? – спросила Дарья Доронина, аналитик, специалист по работе с информацией.
Если бы миф о том, что все блондинки - беспросветные дуры, был верен, Дарью занесли бы в Красную Книгу как уникальный экземпляр, обладающий недюжинным умом. Она отвечала за сбор и обработку различного рода информации, знала, где и как ее искать и обычно замечала то, мимо чего проходили другие.
По традиции в подобных сложных и долго не раскрываемых случаях обзор дела и без того начинался с самого начала, а сейчас об этом специально попросила Рогозина.
- Итак, начнем.
Данные с компьютера проецировались на большой экран, висящий на стене.
- Первая жертва, Елена Вамина, 26 лет, была обнаружена в декабре прошлого года, в переулке рядом с ночным клубом «Арлекин». Смерть наступила в начале третьего ночи, причина смерти – два пулевых ранения в грудь и в живот. Убийца сложил ей руки на груди и закрыл глаза. У жертвы не взяли ничего из вещей и ценностей. Опрос свидетелей ничего не дал, Вамина пришла в клуб с компанией друзей, но они разделились, и друзья ее больше не видели. Камеры наблюдения ничего не дали. Улик нет. – Девушка на фотографии была симпатичной коротковолосой блондинкой.
- Вторая жертва, Ксения Лачина, 24 года, найдена в феврале этого года позади ночного клуба «Фантазии Дали», смерть наступила около трех ночи, причина – та же, убийца снова сложил ей руки и закрыл глаза. Опять никаких улик и свидетелей. После второй жертвы дело было передано нам. – Эта девушка была рыжеволоса, с ослепительной белозубой улыбкой.
- Третья жертва, Марина Антипова, 27 лет, убита в апреле этого года, рядом с ночным клубом «Новый рассвет» около двух ночи, картина та же, что и в предыдущих двух случаях, но есть исключение: из сумочки жертвы украли кошелек и мобильный телефон. Свидетелей и улик нет. – Третья жертва была красивой блондинкой.
- Четвертая жертва, Вероника Заварзина, 25 лет, июнь этого года, переулок позади ночного клуба «Смерть клоуна», убийство идентично первым двум. – Шатенка с ямочками на щеках.
- Пятая жертва, Ирина Зимина, 27 лет, конец июня, рядом с ночным клубом «Балерина», картина убийства идентична предыдущей, свидетелей нет, но обнаружена улика – черно-оранжевый брелок в виде буквы «Z». К сожалению, ни ДНК, ни отпечатков пальцев на нем обнаружено не было.
Дарья замолчала, и на мгновение в комнате повисла тишина.
- Хорошо, начнем, - низким голосом сказал Кирилл Александрович Асуфьев, начальник Подразделения психологического анализа, или психотдела, как называли его в ЭКО. – Сложенные на груди руки – классический признак раскаянья, после совершения убийства преступнику становится плохо от содеянного, и он складывает жертве на груди руки, чтобы она покоилась с миром.
- Убийца не оставляет улик, его никто не видел, - продолжил Дмитрий Кречет – зеленоглазый брюнет, сидящий рядом с Асуфьевым, - значит, мы имеем дело с организованным преступником. И общая картина убийств это подтверждает: ночные клубы, молодые девушки, которые согласились выйти с ним на улицу и не ожидали нападения, полное отсутствие свидетелей – убийца умен, общителен, внешне привлекателен, вероятно, хорошо маскируется и везде может сойти за своего.
- Мужчина, от 25 до 40 лет, с высшим или неоконченным высшим образованием, - подхватила эстафету третий профайлер отдела Екатерина Пушкарева. – Принадлежит к занимает высокое социальное положение, либо же много времени проводит в подобном окружении – все эти ночные клубы одни из самых популярных и дорогих в Москве. Он хорошо и модно одевается, следит за внешностью, коммуникабелен, умеет убеждать…
- Почему вы так уверены, что мы ищем именно мужчину? И почему такие возрастные рамки? - перебила ее Рогозина.
- Серийные убийцы–женщины весьма редки. Среди них выделяются несколько типов. Во-первых, это так называемые Черные Вдовы, которые убивают ради корысти, причем необязательно мужей. К примеру, Дина Ламбрера за тринадцать лет задушила шестерых своих детей, а Мария Велтен отравила двух мужей, любовника, тетю и отца. Женщины-серийные убийцы второго типа убивают мужчин, потому что боятся их, им кажется, что они хотят их изнасиловать, причинить боль. Как правило, такие женщины подверглись когда-то насилию, возможно, еще в детстве, они неорганизованны, убивают спонтанно, редко заботятся о сокрытии улик. Вообще, статистически, жертвами женщин-серийных убийц чаще всего становятся представители противоположного пола. Есть еще тип убийц, получающих удовольствие от убийства, в таком случае жертвы могут обоих полов, но тогда убийства совершаются с особой жестокостью и с применением пыток. Так что в нашем случае убийца – мужчина. Что до возрастных рамок, то обычно более молодые люди не способны на такое хладнокровие и тщательную организацию, а мужчины старше сорока привлекли бы в клубах внимание, поскольку подавляющее число их посетителей – молодежь.
- Понятно.
- Убийства не носят ярко выраженного сексуального характера, они не слишком жестоки, всех жертв объединяло то, что они отдыхали в ночных клубах, были ярко и довольно откровенно одеты, так что, возможно, мы имеем дело с миссионером – убивая этих женщин, он считает, что очищает мир. Так же вероятно наличие дополнительных мотивов. Таким образом он может мстить какой-то женщине в своей жизни, проецируя свое к ней отношение на этих женщин, убивая их вместо нее. Незадолго до первого убийства его жизни должно было что-то произойти, что спровоцировало его. Например, бросила девушка, оскорбила начальница, - добавил Асуфьев.
- А что с уликой?
- Практически ничего, - ответил Павел Горин – сухощавый блондин с обаятельной улыбкой и жестким взглядом. Он был следователем, специализирующимся на серийных и особо жестоких убийства, и уже много лет работал с группой – Нет ни отпечатков, ни ДНК. У брелка сломано колечко крепления, очевидно, убийца не заметил, как потерял брелок. Судя по его внешнему виду, можно предположить, что брелок либо новый, либо его нечасто брали в руки. Установить, кто его изготовил, не удалось, но это не имеет смысла – понятно, что он сделан по заказу компании «Зималетто», это их фирменный знак. Обычно такие дарят сотрудникам и партнерам.
- Значит, это либо кто-то из самого «Зималетто», либо партнер.
- Возможно, - кивнул Асуфьев, - причем мы ищем не грузчика или дворника, а человека, обладающего более-менее высоким социальным положением.
- Что выяснили об этом «Зималетто»?
Дарья вывела информацию на экран и частично ее прокомментировала:
- Компания основана пятнадцать лет назад Ждановым Павлом Олеговичем и Ворпаевым Юрием Александровичем. Вместе с женами они стали основными акционерами компании. Два года назад супруги Воропаевы погибли в автокатастрофе, и их акции перешли к их детям – Воропаевым Александру, Кристине и Кире. Есть еще несколько мелких акционеров, но их доля очень мала. Компания крупная и процветающая. В данный момент президент компании – Жданов-старший, но через несколько месяцев он планирует уйти в отставку, сразу после выхода новой коллекции «Зималетто», так что компании предстоит смена власти.
- Ясно. Ну и что вы собираетесь предпринять? - спросила Рогозина, глядя на Асуфьева и Горина.
Всем было понятно, что мало что можно было сделать в такой ситуации – ни одного подозреваемого, ни одной стоящей улики, а единственная зацепка чересчур неопределенна.
- Единственное, что у нас есть – «Зималетто». Если исходить из версии, что это кто-то из топ-менеджеров или менеджеров среднего звена, пусть даже кто-то из партнеров компании, все равно единственное место, где мы можем что-то узнать – офис «Зималетто».
- Но если мы сейчас туда придем и начнем всех расспрашивать, то только спугнем убийцу, - тихо сказал Горин
- Так что вы предполагаете делать? – поинтересовалась Рогозина. Она уже поняла, к чему он клонит, и сомневалась, что ей нравится эта идея.
- Агент под прикрытием, - спокойно ответил Асуфьев.
- Та-а-ак, - потянула Рогозина, откинувшись на спинку стула. – И ты думаешь, это разумно?
Пушкарева, Кречет и Доронина об этой идее слышали впервые, а потому с любопытством смотрели то на шефа, то на Рогозину. В том, что шеф в итоге все равно победит, она были уверены, и им очень хотелось узнать, кто будет «засланным казачком».
- Ну, другого выхода у нас все равно нет, - усмехнулся Асуфьев.
- Хорошо, мы обсудим это позже, а пока я хочу знать, кого ты планируешь отправить это задание?
- А разве это не очевидно? По-моему, у нас только одна подходящая кандидатура, - он выдержал эффектную паузу, - Екатерина Пушкарева.
-Что!? – хором спросили все остальные, включая Катю.
- А чему вы удивляетесь? Чтобы узнать интересующие нас сведения, надо быть как можно ближе к руководству. Вряд ли у уборщицы или швеи это получится. А Катя единственная из нас, кто может за два месяца освоить новую профессию.
- Э-э-э, вообще-то, я в этом не уверенна, и потом… - тихим голоском начала было протестовать Катя, но ее перебил Дмитрий:
- Кирилл Саныч, при всем моем уважении, это безумие. Опускать туда Катю, одну.
- Глупости, - отрезал Асуфьев. – Во-первых, ей ничего не угрожает, а во-вторых, иначе мы никогда не поймаем убийцу.
- И в качестве кого она будет там работать? - спросила Рогозина.
Асуфьев пожал плечами.
- Там видно будет.
- Гхм, - прочистила горло Дарья, обращая на себя внимание, - вообще-то можно предположить, какие сотрудники понадобятся «Зималетто» в ближайшее время.
- Как?
- Когда я собирала информацию по «Зималетто», Николай Зорькин, наш эксперт-экономист, помог мне с анализом ее финансового состояния. Пока неизвестно, кто станет новым президентом после отставки Жданова старшего, но очевидно, что за этот пост будут бороться его сын, Жданов Андрей, и Александр Воропаев, чиновник из Минэкономразвития. Нам не удалось точно определить, кто с большей вероятностью победит, но Андрей Жданов в нескольких интервью по поводу будущего «Зималетто» говорил, что собирается расширять производство и активнее выводить компанию на мировой рынок. Мы полагаем, что для этого Жданову понадобятся люди с экономическим образованием: финансовые- и бизнес-аналитики.
- Ну вот и отлично, - потер руки Асуфьев.
- Я еще ничего не решила, - напомнила Рогозина. – Пойдем, поговорим в моем кабинете.
Они вышли, не чувствуя, что Катя смотрит им в след круглыми глазами. Совещание явно закончилось не так, как она ожидала.
|