|
***
С работой, что Александр Юрьевич задал на неделю, Катенька управилась за два дня. Похвалы за то она не получила, да и не ждала ее, однако Александр Юрьевич сразу же поручил ей дело посложнее. Потихоньку да помаленьку начала она разбираться с финансовыми делами фабрики, и то, что открылось, Катеньке совсем не понравилось. Росла и крепла в ней уверенность, что управляющий фабрики, Ярослав Борисович Ветров, крепко нечист на руку. Находила она несостыковки в отчетах, крупные суммы денег исчезали невесть куда, и, как Катя подозревала, оседали в карманах Ярослава Борисовича. Андрей Павлович в финансовые дела, как видно, с головой не вникал – всегда он стремился помыслами вдаль да ввысь, на мелочи не обращая внимания; что до Александра Юрьевича, в последнее время дела фабрики его заботили очень мало. Как видно, махинации начались после смерти Юрия Капитонович, а уж когда Павел Олегович отошел от дел, Ветров и вовсе осмелел…
Прежде чем поделиться открытием своим с Александром Юрьевичем и Андреем Павловичем, Катя хотела собрать побольше доказательств, чтобы было, чем подкрепить свои слова – ведь она собиралась выдвинуть против Ветрова серьезное обвинения. Наконец, сочла она, что подтверждений у нее достаточно, и направилась к Александру Юрьевичу, готовая заранее к тому, что заявления ее будут восприняты с недоверием. Но, против Катиных ожиданий, Воропаев воспринял все весьма серьезно. Были у него подозрения по поводу Ветрова и раньше, но доказательств он найти не мог, и успокаивал себя тем, что приворовывают все, но Ветров, по крайней мере, дело свое знает. Но когда Катя открыла ему, какой убыток Ветров нанес делам фабрики, Александр Юрьевич был потрясен. Такой наглости он не мог предположить.
На счастье Ветрова, Андрей Павлович в то время был в отъезде, иначе он, по своей горячности, мог бы в гневе и прибить вороватого управляющего. Александр Юрьевич нравом был поспокойнее, и, обдумав все, он вызвал Ярослава Борисовича к себе, велев Кате присутствовать при том разговоре.
Ветров явился, не чуя дурного.
- Зачем звали, Александр Юрьевич? - улыбаясь, спросил он, про себя отметив присутствие Кати и молча тому удивившись. – Если про отчет хотите спросить, так завтра будет готов-с, не извольте-с беспокоиться…
- Да вот, Ярослав Борисович, Катерина проверяла наши документы и нашла растраты, – заявил Воропаев без обиняков. – По всему выходит, что ты нас обворовываешь. Что скажешь на это?
Ярослав Борисович весь покрылся холодным потом.
-Александр Юрьевич, и вы ей верите? – дрожащим голосом проговорил он. – После стольких лет верной службы обвиняете меня в этаком злодействе, и с чьих слов? Девки глупой! Да что она понимает своим бабьим умишком?
- Ума у Катерины Валерьевны поболе будет, чем у тебя, любезный, - ответил ему Воропаев холодно. – Так что изволь объясниться по всем суммам.
Ветров, поняв, что отчет держать все равно придется, пустился в оправдания и поначалу свою вину отрицал, но Катенька на него так и насела и каждому его слову находила опровержение. Наконец, устав отбиваться и понимая, что преступление его фактически уже доказано, Ветров признался во всем и рассказал даже, что промышленник Фролов, с которым как раз готовились заключить договор на поставку сырья, дал ему взятку за то, чтобы из всех предложений выбрали именно его. И точно, Александр Юрьевич припомнил, что Ветров яро отстаивал преимущества договора с Карпом Савельевичем Фроловым, а так как действительно цены у Фролова оказались ниже, чем у других поставщиков, Воропаев и Жданов не возражали, и не стали внимательно вчитываться в договор, поручив все проверить Ветрову.
Но Александр Юрьевич своего удивления не выдал, оправданий Ветрова более слушать не стал и, заперев его в Катиной каморке, велел послать за полицейскими.
Кате Воропаев велел покамест побыть у него.
- Что ж, поработали вы хорошо, - нехотя признал он. - Отец не зря с вами столько возился.
- Александр Юрьевич, - взволнованно проговорила Катя. – Если бы вы позволили мне и дальше работать здесь…
- Позволю. Более того, - тут он нахмурился, - я хочу разобраться, что за договор мы собрались подписывать с Фроловым. И вы мне в том поможете.
- Я готова! – воскликнула Катерина.
- Вот и славно, - сказал Воропаев. Вид у него был безрадостный, словно предстояло заняться тяжелым и нелюбимым делом – впрочем, для него, верно, все так и было. – Карп Савельевич завтра должен приехать к нам, успеете со всем разобраться?
- Я… постараюсь.
- Я не собираюсь все скидывать на вас, Катя, - сказал Воропаев, видя выражение ее лица. - Будем работать вместе.
- О… хорошо. – Катенька все не могла избавиться от чувства неловкости. Уж очень непривычно было то, что они с Александром Юрьевичем в кои-то веки не ссорятся, а мирно разговаривают, пусть и без особой приязни, и даже общим делом заняты.
На следующий день на фабрику прибыл Фролов. Он уже прослышал про арест Ветрова и гадал теперь, много ли тот успел рассказать, не проговорился ли о взятке. Но Александр Юрьевич встретил его совершенно как обычно и проводил к себе в кабинет, где сидела какая-то невзрачная девица в круглых очках. Карп Савельевич глянул на Воропаева с недовольством.
- Я ожидал, что мы делами будем заниматься, Александр Юрьевич, - пробасил он. – Раз у нас назначена встреча, могли бы свое свидание с дамочкой и перенести на другой час.
- Катерина Валерьевна здесь совершенно на своем месте, Карп Савельевич, - ответил Воропаев невозмутимо. – А нам с вами есть, что обсудить.
Тут уж Фролов смекнул, кто это мог быть – про воспитанницу Воропаева он кое-что раньше слышал.
- Все в бирюльки играете, - нахмурился он. – Папаша ваш с девицей сей нянчился, теперь и вы пошли по стопам…
- Лучше перейдем к делу, Карп Савельевич, - сказал Воропаев.
Фролов, помедлив, уселся таки в кресло и сложил руки на животе. Воропаев посмотрел на него внимательно. Надо сказать, вид у Карпа Савельевича был весьма внушительный - ухоженная седая борода, строгий взгляд, густые брови, осанка, исполненная достоинства. «Вот такие, - подумал Александр Юрьевич, - обычно самые первые шельмы и есть».
- Карп Савельевич, договор я внимательно изучил и в целом условиями доволен, - начал он. – Однако хочу внести в него кое-какие изменения.
- О чем это вы? – встрепенулся Фролов. Воропаев кивнул Катерине.
- Об ответственности сторон в случае неисполнения обязательств, - подала голос Катя. – И о сроках сотрудничества.
Карп Савельевич даже головы в ее сторону не повернул и обратился к Воропаеву, как будто Кати в комнате и не было.
- Но ранее вы условиями были вполне довольны, - заявил он. – И возражений никаких не было.
- Ранее я внимательно в него не вчитывался, - ответил Александр Юрьевич, - положившись, к сожалению, на человека, который не оправдал моего доверия, преследуя свой корыстный интерес.
Последние слова произнес он, со значением глядя на Карпа Савельевича. Тот все понял правильно, но на попятный не пошел.
- Я, Александр Юрьевич, от намеченного отступать не привык, - сказа он. – Как вы знаете, коней на переправе не меняют. И раз уж решили мы подписывать этот договор, то подпишем его, или не будем подписывать вовсе.
- Те условия, которые вы предлагаете, нам не выгодны, - заметила Катя.
Фролов скорчил кислую мину.
- Александр Юрьевич, велите девице вашей не молоть вздор и не мешать нашему разговору! – потребовал он.
- Отчего же, - сказал Воропаев. – Говорит она вовсе не вздор, а самые правильные вещи, и присутствует здесь по моей воле. Более того, Карп Савельевич – я бы попросил вас уместные замечания Катерины Валерьевны не игнорировать.
Фролов побагровел.
- Ну, довольно я терпел! – воскликнул он. – Угодно вам было притащить сюда свою девку – я и это вынес. Но выслушивать поучения от нее – увольте! Александр Юрьевич, прогоните ее прочь, тогда и поговорим по-деловому, иначе я уйду, и никакой сделки не будет!
- Как вам будет угодно. – Воропаев безразлично пожал плечами
- Да ввы… дда что же это… - Фролов от возмущения даже начал заикаться. – Отменять сделку почти решенную, и ради чего? Ради кого? Или вы, как покойный ваш отец, из-за этой девки совсем ума решились? Сначала Юрий Капитоныч, старый греховодник, крутил с ней чуть ли не у всех на глазах, а потом вам полюбовницу свою в наследство передал! И чем только приворожила, ведь ни кожи ни рожи…
Тут Александр Юрьевич вскочил с места, с грохотом отодвинув стул.
- Не смейте позорить память отца моего, - тихо сказал он. – Иначе не посмотрю на ваши седины.
- Угрожать мне вздумал? – взбеленился Фролов.
- Подите вон, Карп Савельевич, - ответил ему Воропаев. – Не считаю возможным вести с вами никаких дел.
Бормоча ругательства, Фролов покинул кабинет, пообещав ославить Александра Юрьевича на весь свет.
Катенька поежилась.
- Все же не стоило мне здесь быть, - с сожалением сказала она. – Или надо было молчать, в самом деле…
- Вы делали то, что я вам сказал, - безразлично ответил Александр Юрьевич. – Вся ответственность на мне.
- Но ведь он отказался заключать договор – из-за меня.
- Это был просто предлог. Хотя ваше присутствие и крепко его рассердило, не спорю. Он из тех людей, что считают, будто место женщины дома, и в мужские дела ей вмешиваться не след.
- Я думала, и вы так считаете, - заметила Катя. Александр Юрьевич на то промолчал.
- Александр Юрьевич, - продолжила она. – Я понимаю, что вы не из-за меня, а ради Юрия Капитоновича, но все равно… спасибо вам, что заступились.
- Гммм, - неопределенно промычал что-то Воропаев.
- Так эта сплетня про меня и Юрия Капитоновича давно ходила? – прошептала Катя. – Я считала, это вы все сами выдумали… Но это неправда! – воскликнула она. – Клянусь вам!
- Не будем продолжать, Катя, - прервал ее Александр Юрьевич. – Право же, хватит с меня на сегодня разговоров о вас и отце.
- Что ж, - Катя сникла. – Убеждать вас более не стану.
- Вам, Катя, кажется, и в самом деле нравится фабричными делами заниматься, - вдруг сказал Воропаев. - В таком случае, мой вам совет – найдите себе мужа посмирнее, навроде Мишеньки Борщева, и при нем сможете вы развернуться в полную силу.
Катенька покачала головой.
- Замуж я не пойду, - проговорила она.
- А иного пути у вас нет, ежели хотите вести свое дело. Иначе… еще и не то предстоит вам услышать в свой адрес.
|
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
И вообще, "Трудиться должна девица..."
