ЯАлёнка,
А я с главой. Спасибо Тигре, за редакцию!
Спасибо вам, за внимание!
Глава 13
- А его здесь нет.
Кира, робко заглядывая в номер, распахнула дверь шире. Маргарита Рудольфовна выглянула из-за её плеча и тоже осмотрелась.
- Интересно. Такая рань, куда это с утра пораньше он подевался?
Женщины вошли в номер.
- С утра? – Кира присела на краешек кровати, - Может, с вечера?
Печально ухмыльнулась и провела ладонью по аккуратно заправленному покрывалу.
- Девочка, что ты такое говоришь? – Маргарита присела рядом и успокаивающе погладила её по плечу, - Я уверена, что у Андрюши просто появились срочные дела...
- Конечно, срочные! Я бы даже сказала – неотложные! Отложить нельзя, только ложиться рядом!
- Милая, прекрати. Не надо так говорить.
Кира скорбно поджала губы, но решила промолчать. Спорить с матерью о порядочности собственного сына – дело заранее проигрышное во всех отношениях. Но обида и недоверие неприятно скребли душу, и весь положительный настрой сразу куда-то испарился. Она специально настояла на том, чтобы приехать пораньше, почему-то было очень важно поздравить его самой первой. Первой подойти, обнять и поцеловать, сказать эту избитую фразу и получить в ответ какую-нибудь банальную благодарность – не важно, важно просто быть первой. Теперь эта её прихоть вряд ли осуществима; на часах неполных семь часов утра, а Андрея уже где-то носит. Кира тяжело перевела дыхание, пытаясь побороть раздражение и обиду.
Маргарита тем временем складывала футболки сына, которые тот побросал на кресло, и заботливо укладывала на полочку в шкаф. На тяжёлый вздох будущей невестки не могла не обратить внимания.
- Кирюша, ты расстроилась?
- Меня не оставляет ощущение, что у него кто-то есть.
Поделилась, и легче стало. Маргарита недоверчиво улыбнулась.
- Ты себя накручиваешь, Кирочка. Андрей, он, конечно, порядочный балагур, но тебя любит. Я в этом просто уверена.
- А я нет! – в досаде хлопнула ладошкой по покрывалу, - Они все вьются вокруг него, словно пчёлы подле неопылённого цветка, а он рад стараться!
Маргарита продолжала улыбаться, присела рядом с Кирой, по-матерински прижала её голову к своей груди.
- Не переживай, моя хорошая. Ничего не поделаешь – такова мужская натура, им всем мало одной единственной, хоть и любимой женщины. Только и спасает то, что всё это временно. Все эти пчёлы, - она усмехнулась, - прилетают и улетают, и Андрей о них даже не вспоминает.
- А я так не могу. Я не хочу ни с кем его делить, даже с этими мимолётными девицами.
- Даже не думай сравнивать себя с ними, милая! Это всё равно, что сравнивать дорогой антикварный сервиз с разовыми пластмассовыми стаканчиками. Иногда приходится ими пользоваться, по случаю, но потом от них избавляются - мнут и выбрасывают в помойное ведро, и уж точно никогда не вспоминают.
Кира отпрянула от неё и посмотрела с надеждой.
- Вы думаете, что всё будет хорошо?
Маргарита погладила её по светлым волосам и кивнула головой.
- Я в этом уверена.
- О чём секретничаете? – в комнату вошёл Павел Олегович.
- Какие же это будут секреты, если мы сейчас о них тебе расскажем, Паша? – рассмеялась Маргарита и лукаво посмотрела на Киру, призывая и её поддержать веселье. Кира вяло улыбнулась.
- А где Андрей? – Жданов прошёл глубже в комнату, заглянул в ванну.
- Мы не знаем, пришли, а его нет.
- А звонить пробовали?
Кира кивнула.
- Конечно. Его телефон выключен.
Жданов нахмурился.
- Куда это он подевался? Я только что разговаривал с Романом, признаться, я его разбудил, серьёзных встреч, тем более с утра, сегодня у них не запланировано.
- Правда? А вы бы лучше спросили не о серьёзных встречах, а о самых что ни на есть неформальных. Больше шансов на успех, - не смогла сдержать язвительного тона Воропаева.
Маргарита выразительно глянула на мужа и взяла Киру за руку.
- Значит, он на деловой встрече с кем-нибудь другим, - с нажимом проговорила она, успокаивающе поглаживая невестку по руке.
Пал Олегыч хмурился и явно не понимал, в чём же дело.
- Может быть и так, - пожал он плечами, - Пойду спрошу у Кати, может, она что-то знает?
Взгляд Киры стал откровенно мученическим, Маргарита сильнее сжала её ладонь, хотела окликнуть уходящего мужа, да только тот столкнулся с кем-то в дверях, а потом шагнул назад в комнату, шире открывая дверь.
На пороге мялся Андрей. Растрёпанный и помятый, в насквозь мокрой рубашке, в руке он держал наполовину пустую бутылку виски. Он перевёл удивлённый взгляд с отца на мать, заметил и хмурую Киру, его брови поползли вверх.
- Вот так сюрприз. Здрасти, - неуверенно проговорил он, прокашлявшись, протянул руку отцу.
Тот даже не взглянул на протянутую руку сына, смотрел ему в лицо, сурово поджимая губы. Андрей сжал и разжал ладонь, усмехнулся и руку опустил.
Провожаемый испепеляющим взглядом отца прошёл в номер, пристроил бутылку виски на прикроватной тумбочке. Потянулся к Кире с приветственным поцелуем, но та вскочила, сжимая кулачки, и отбежала к окну. Андрей рассмеялся уже в голос.
- Здравствуй, мама! – широко раскинул руки в стороны, - Извини, с приветственными нежностями я к тебе не лезу: уже уяснил, что не надо!
Маргарита Рудольфовна прижала руки к груди.
- Андрюша, милый... что с тобой? – медленно поднялась на ноги и подошла к сыну.
- Где ты был? – холодный голос отца резал слух, - Я думал, что ты одумался, доверил тебе дело!
- Да всё нормально, па! – он попытался отвести от себя руки матери, которые ощупывали его на предмет физических повреждений, - С делом с этим – всё путём. А я просто немного расслабился.
- Расслабился?! – это уже Кира, развернулась, сверкая блестящими от слёз щеками, - Да ты загулял и напился!
- Прекрати кричать! – в тон ей ответил Жданов.
Кира от такого зарыдала ещё горше, пряча лицо в ладонях.
- Ты меня разочаровал, Андрей, – покачал головой Пал Олегыч.
- Да что я такого сделал? Ну да, выпил немного, погулял по ночному городу, а там дождик пошёл, вот и всё!
- Прекратите немедленно, - Маргарита отвела со лба сына чёлку и приложилась губами, - Андрюша, мне кажется, у тебя температура.
- Да мам, мне что-то плохо, в горле першит, и тело ломит, - пожаловался он, смешно скорчив рожицу.
- Перенапрягся, видимо, нынче ночью! – крикнула ему Кира и, едва не сбив Павла Олегыча с ног, выбежала вон из комнаты.
- Сними мокрую рубашку и сейчас же иди прими горячую ванну, - распоряжалась Маргарита, - А я пока приготовлю тебе чай с лимоном. Ещё поищу мёд.
Андрей улыбнулся матери.
- Ты у меня самая лучшая, ма, - поцеловал её в щёку и поплёлся в ванну, бросая по пути примирительно-виноватые взгляды на отца.
- Ну чего ты на него накинулся? – посетовала Маргарита, как только за Андреем закрылась дверь в ванну.
- Он просто преступно безответственный! - Жданов без сил опустился в кресло, - Я в свои двадцать шесть крутился, как заведённый, в поисках начального капитала для фабрики! Да мы с Юрой... мы ночи не спали, планы строили, лазейки искали, а он? Как ему можно доверить дело? Ему тридцать лет. Рита, тридцать! А он всё по кабакам, да с бутылкой виски!
- Вот именно! Тридцать. И, между прочим, сегодня. Ты не забыл?
Пал Олегыч печально вздохнул, но промолчал.
- Пойду, спущусь в бар, сделаю ему чай, ещё Кирюшу нужно найти, бедная девочка.
Проходя мимо мужа, приостановилась, ласково потрепала того по плечу.
- Это наш сын, Паша, и у него сегодня день рождения, будь снисходительней.
***
Малиновский вошёл в номер, сияющий, как начищенный пятак, с умопомрачительной улыбкой во все тридцать два зуба, и уже открыл было рот, чтобы во всю мощь своего прекрасного голоса исполнить известную песенку «Хэппи бёздэй ту ю», да так и не спел. Замер с открытым ртом.
- Матерь Божья, ну и видок.
Андрей бросил на друга равнодушный взгляд и плотнее закутался в плед.
- И тебе доброе утро, Малиновский.
- Доброе? – Роман присел рядом с другом, на подлокотник кресла, и заглянул в его чашку, - Чай с лимоном? Это что, пропаганда здорового похмелья?
- Я заболел.
Малиновский ухмыльнулся.
- И я даже знаю, как называется эта болезнь. «Переберин». Степень тяжёлая, практически неизлечимая. Без оперативного вмешательства...
- Да заткнись же ты, наконец! Голова трещит! - он залпом допил остатки своего чая и пристроил чашку на столике. Поморщился, - Извини.
- Извиняю, - кивнул Рома, - Вот вчера бы не простил, сегодня день такой, что извиняю, но, тем не менее, настоятельно прошу больше на меня не кричать. Я душа ранимая.
- Ты душа болтливая. Чересчур.
Покрутил кружку на столе. Голова действительно раскалывалась, а кости неприятно ломило. Точно простудился. А всё она...
- Да-а. С таким настроением, я тебе свой подарок дарить не буду. Ты вон думы свои подумал, и тут же мухи налетели. - Малиновский помахал рукой в воздухе, прогоняя невидимых насекомых.
- Прибереги свои подарочки. Ты что, не видел, родители приехали? Хочешь маму до инфаркта довести?
Ромка призадумался.
- Действительно... Ладно, отложим до лучших времён!
«Да вот только когда эти лучшие времена настанут?» - мрачно подумал Жданов.
Малиновский ушёл, заверив, что нужно поскорей отменить запуск демонстрации подарка, и Андрей остался один. Хотя нет. Не совсем один. С мрачными мыслями наедине. Вот что это вчера было? Что она хотела ему доказать? Или просто отомстить? Да вроде не за что! Вот же противная девчонка, такой вечер испоганила. Лучше бы вообще уже не приходила.
Хотя... Нет, пожалуй, это того стоило. Эти их вчерашние поцелуи, эти эмоции, вот где правда. Вот где по-настоящему! И кого она хотела обмануть этой своей выходкой? Её губы, её тело всё вчера сказали за неё.
Вчера ему даже не хотелось догнать её, встряхнуть хорошенько, что-то говорить, что-то делать, а сегодня, пожалуй, он уже готов к... разговору. Надо только...
- Мы можем поговорить?
Кира стояла в дверях, руки за спиной, значит, чувствует себя виноватой, но плечи расправлены, и взгляд открытый, будет своё мнение отстаивать.
- Можно и поговорить, – пожал плечами и выпрямился в кресле.
Она ещё немного помялась, но в комнату шагнула и дверь за собой прикрыла.
- Где ты был всю ночь?
Андрей похрустел затекшей шеей.
- Гулял.
- С кем?
- В полном одиночестве. Одиноко одинокий одиночка.
- Прекрати паясничать.
Он перевёл дыхание, взял из кружки кусочек лимона, съел и поморщился.
- Гадость какая.
- Андрей!
Кира шагнула к нему, присела на корточки перед ним и попыталась заглянуть в глаза.
- Я ведь как лучше хочу, понимаешь? Мы... у нас же и так столько проблем. Я не буду отрицать, мы оба виноваты, я тоже веду себя неправильно, но я же пытаюсь всё исправить. Я стараюсь, Андрюш. Почему ты не хочешь мне помочь? Сегодня...
Она встала, взяла свою сумку, которую с утра оставила на кровати, и вытащила оттуда что-то. Вернулась, не спрашивая разрешения, села к нему на колени, улыбнулась и протянула небольшой конвертик.
- Что это?
Она уселась поудобнее, обняла его одной рукой за шею.
- Открой.
Жданов послушно вскрыл белый конверт, и Кире на колени упали два пёстрых прямоугольника.
- Что это? – повторил он.
- Это путёвки, Андрюш.
- Путёвки? Куда... какие ещё путёвки? Зачем?
- Подарок, - пожала она плечами, - На Мальдивы. И не просто... так. Это необитаемый остров, Андрюш. Представляешь?
Её глаза светились неподдельным счастьем, а улыбка была искренней, напоминала ту самую улыбку пятнадцатилетней солнечной девочки Киры. Раньше она всегда так улыбалась, и казалось, что мир вокруг становится ярче. Со временем улыбка потускнела и стала появляться на её губах всё реже и реже, но сейчас он словно вернулся на пятнадцать лет назад. Улыбнулся ей в ответ.
- Необитаемый, говоришь? Что ж, я давно мечтал оказаться в таком месте, вот буквально вчера вечером думал, как бы было хорошо, остаться одному, где-нибудь на необитаемом острове.
- Вдвоём, – поправила его Воропаева, - Только ты и я.
Смотрит на него с такой надеждой, с таким доверием, как преданный хозяину щенок. Да, именно такие ассоциации, а из чувств только жалость. Как можно её обидеть?
- Спасибо тебе, милая. Надеюсь, нам удастся вырваться, но в связи с выходом коллекции поездку, возможно, придётся отложить.
Она улыбнулась.
- Это же не билеты на самолёт, Андрюш. Это путёвки, их всегда можно будет поменять, в случае чего, - она взяла его за руку, сжала и посмотрела с таким отчаянием, что у Жданова поневоле сердце сжалось. Он кивнул, старательно улыбаясь и надеясь, что улыбка выглядит правдоподобно и ободряюще, но, когда она потянулась к нему за поцелуем, мягко отстранил её, отворачиваясь.
- Заразишься же, Кирюш.
Она едва заметно расстроилась, но в следующее мгновение снова улыбнулась и поцеловала его в лоб.
- Ты и правда горячий. Я схожу, поищу Маргариту, она отправилась на поиски анальгина, - легко поднялась, перекинув белокурые волосы за спину, у двери помедлила и обернулась, - Нам нужна эта поездка, Андрюш.
Стоило, наверное, её поддержать, согласиться, приложить максимум усилий для того, чтобы отправится в эту поездку. Им ведь предстояло лечить их явно больные отношения, а для этого обязательно нужны были двое, Кира без него не справится. Да только когда она всё же скрылась за дверью, улыбка с лица Андрея тут же исчезла, и мысль была в голове одна единственная, навязчивая и абсолютно неуместная(!): вот бы с Катькой оказаться на необитаемом острове. Там бы она точно никуда не делась и дверью бы перед ним не хлопала...
***
Он появился уж слишком неожиданно, она была не готова. Весь вечер его сторонилась, среди гостей лавировала с дикой осторожностью, словно маленькая дощатая лодка среди айсбергов. Постоянно оглядывалась, а когда всё же нечаянно встречалась с ним взглядом, тут же опускала глаза и меняла местоположение, словно заметая следы. Она бы вообще не пошла на эту вечеринку, уж кто-кто, а виновник торжества точно не был ей рад, но разве поспоришь с Виноградовой?
- Не дури, Катя. Ты просто обязана присутствовать. Этот день рождения очень удачно удалось приурочить к вечеринке, в честь выпуска коллекций, поэтому сегодня там будет слишком много слишком важных гостей.
- Наоборот, - вздохнула Пушкарёва, смирившись со своей участью.
- Не поняла?
- Вечеринку в честь выпуска коллекций мы приурочили к празднику Жданова, а не наоборот.
Юлиана задумалась на минуточку, а потом пожала плечиком и виновато улыбнулась, мол, какая, в принципе, разница?
Так что оказалась Катя здесь не по доброй воле. Измучилась совсем под пылким, обвиняющим взором тёмно-карих глаз, а уж когда увидела Воропаеву, такую непривычно счастливую и яркую, по правую руку от Жданова, совсем сникла, и решила сбежать в дамскую комнату, привести мысли и чувства в порядок. Прикрыла за собой дверь, невероятно обрадовавшись, что оказалась здесь одна. Весёлые голоса и музыка за дверью сразу зазвучали приглушённо, и она вздохнула с облегчением. Уж очень устала «держать лицо», казаться весёлой, непринуждённо улыбаться и вести беседы о работе, или на отвлечённые темы - это неважно, всё равно одинаково сложно, потому что он ни на минуту с неё глаз не сводил. Совсем не думает о безопасности, столько людей кругом, родители, Кира, а ему всё равно! Включила воду, чтобы намочить ладони, наблюдая за тем, как прозрачная струя бьёт по белоснежной раковине, а когда глаза к зеркалу подняла, едва удержалась, чтобы не подпрыгнуть на месте. Хотя испуганного вздоха всё-таки не удержала, заметив за своей спиной в зеркальном отражении Жданова. Стоит, стену плечом подпирает, одну руку в карман брюк засунул и ухмыляется так неприятно. Катя глубоко и шумно вздохнула, успокаиваясь, воду выключила, повернулась к нему лицом, поёжившись от его взгляда, но заговорила ровным, твёрдым голосом.
- Тебе здесь не место. Буковку на двери не заметил?
Он улыбнулся шире.
- Заметил. И о чём она должна мне сказать?
- О том, что «Ж» - значит, для женщин! Ничего не смущает?
- Это кто тебе такое сказал? - он руку из кармана высунул, выпрямился, - А может быть, «Ж» - значит, для Жданова? - сделал к ней пару шагов, Катя по инерции стала отступать в сторону, - Так что, вполне возможно, что ты вторглась в мои владения без разрешения.
Спиной почувствовала, что упёрлась в высокий подоконник, отступать дальше было некуда, да и глупо это всё – чувствовала себя кроликом, загнанным в угол кровожадным хищником. Он остановился в паре шагов от неё, довольный произведённым эффектом, и теперь смотрел на неё изучающе, как будто видел в первый раз.
- Надеюсь, ты понимаешь, как глупо всё это звучит. И выглядит, – надо же, не заикается даже, она-то думала, и слова вымолвить спокойно не сможет.
А он вдруг рассмеялся и так резко к ней подскочил, она даже испугаться не успела, а он уже обнимает её, к себе прижимая.
- Глупо, говоришь? – горячо шепчет на ухо, - Нет, милая моя. Глупо было вчера. Вот уж где глупость! Знаешь, там, в зале ко мне люди подходят, улыбаются, поздравляют, внимания к себе требуют, а я ни о чём думать не могу. Вопрос один, навязчивый в голове крутится. Ты чего добивалась вчера, а?
Потёрся колючей щекой о её щёку, стало неприятно. А ещё она чувствовала жар, исходящий от его тела. Не тепло, а именно жар. Кажется, у него была высокая температура. Щёки раскрасневшиеся, голос хрипловатый, а в глазах лихорадочный блеск. Даже страшно немного.
- Отпусти меня.
- Скажи, чего ты добивалась?
- Отпусти.
- Говори!
Она попыталась вырваться из его объятий, завозилась, да только усугубила ситуацию. Он ей крепче к себе прижал, так, что даже рукой не пошевелить.
- Ты с ума сошёл! – отчаянно зашептала она, - Сюда войти могут! Кто угодно!
А он опять рассмеялся, рукой по её спине провёл, вверх, до лопаток, а потом снова вниз. Захотелось закрыть глаза.
- Мы же на моей территории, забыла? К тому же, так даже интересней! Наедине ведь тебе не нравится, вчера мы были одни, а ты убежала, - она снова попыталась вырваться, чем вызывала очередной приступ смеха у Андрея.
Он её лицо двумя пальцами за подбородок приподнял, в глаза заглянул.
- Поцелуй меня.
Главное, не забывать дышать... А ещё нужно его оттолкнуть, вот прям сейчас... Вот сейчас... Уже пора.
Целовались медленно, словно растягивая момент, и, кажется, позабыли, что в любой момент их могут застать врасплох, вот именно сейчас откроется дверь, и на пороге замрёт Кира, или Юлиана, или кто-нибудь ещё, да только им плевать.
- Что? Нравится? Жалеешь, что упустила свой шанс?
Она облизала губы, пытаясь справиться с дыханием. Только думай, Катя, думай головой!
- Ты несёшь бред. У тебя жар.
Он улыбнулся.
- Боишься обжечься?
- Не льсти себе, у меня были мужчины и погорячее, - сказала, прежде чем успела прикусить себе язык, и охнула, когда он намеренно причиняя боль, сжал её запястья. У него даже в глазах потемнело от ярости.
- Отпусти, мне больно!
- Хочешь, открою тебе огромную тайну, Кать?
Он, не дожидаясь от неё ответа, потащил её за собой, за руку, остановился перед зеркалом, что висело над умывальником, и выставил её перед собой.
- Что ты видишь?
Она задёргалась, попыталась скинуть со своих плеч его руки, но он не позволил, сжал её плечи сильнее, причиняя боль.
- Отпусти меня!
- Что ты видишь?
- Мне больно!
- Говори, что ты видишь в этом чёртовом зеркале?! – он повысил голос. сорвался на крик, а она сразу взор к дверям обратила. С одной стороны очень боялась, что именно сейчас кто-нибудь их увидит, и вряд ли им удастся найти нужные слова и оправдания, а с другой, мысленно умоляла небеса, чтобы хоть кто-нибудь, кто угодно, вошёл, и чтобы её мучения прекратились.
Удалось развернуться к нему лицом, толкнула его в грудь, от чего он едва пошатнулся, но шаг назад сделал. Рассмеялся.
- Не хочешь говорить? Тогда я тебе скажу.
- Оставь меня в покое!
Она бросилась к двери, но не тут-то было. Жданов схватил её повыше локтя и развернул к себе.
- Я тебе расскажу, Катюш. А ты послушай, – её очередная, тщетная попытка вырваться, и его ухмылка, - Прекрати ты дёргаться. Мы просто разговариваем.
Он снова развернул её лицом к зеркалу, поборов сопротивление.
- Я не знаю, что видишь ты, когда смотришь в зеркало, но я расскажу тебе, что вижу я. А ничего. Слышишь, Кать? НИ-ЧЕ-ГО. Ничего особенного. Смотри, две руки, - он слегка подбросил её руки, за локотки, - Две ноги, - провёл ладонями по бёдрам.
Она такой наглости терпеть не стала, ударила его по рукам и в очередной раз от себя оттолкнула.
- Не смей, слышишь?!
Такой взгляд, которым она сейчас его наградила, испугал бы самого отчаянного смельчака, и Андрей даже на долю секунды испугался, но потом снова ухмыльнулся, наслаждаясь её гневом. Зуб за зуб, как говорится.
- Всё как у всех, Кать! – повысил он голос, - А кое-где даже недобор. Росточком вот, например, ты не вышла. Сколько у тебя без каблуков? Метр пятьдесят пять?
- Да что же это такое? Отстань от меня!
В какой раз за последний час она пытается сбежать? И в какой раз он её останавливает? Вот опять, перехватил поперёк талии, и даже над землёй приподнял, оттаскивая её от двери.
- Отпусти... Андрей, сейчас же! Ты мне противен!
- Всё как у всех, милая. Даже грудь, и та среднестатистического третьего размера. Я прав?
- Идиот!
Он рассмеялся, встряхнул её слегка, когда она начала его кулачками по груди колотить.
- Вот только глаза... Глаза у тебя бесстыжие, Катька. Глубокие, завораживающие. Чертовски красивые.
Она даже вырываться перестала. Он сам её отпустил и отошёл на пару шагов. Руки в стороны раскинул и плечами пожал.
- Да только вкупе с таким отвратительным характером даже такие глаза тебе не помогут.
Пушкарёва стояла, боясь пошевелиться, молчала и на него не смотрела. Он прошёл мимо неё, намеренно слегка задев плечом, она едва пошатнулась, но даже не повернулась. Он сам обернулся, уже у двери и снова усмехнулся.
- Я всё думал, что же этот твой вчерашний поступок значит? Чего ты добивалась, кому и что доказывала? Голову себе сломал. А здесь, оказывается, всё намного проще: ты же просто испугалась. Струсила и убежала. Я прав?
Ответом ему было всё-то же молчание.
- Дура ты Катька, дура.
За её спиной открылась, на несколько секунд впуская в помещение гул голосов из зала, а потом хлопнула дверь, и всё стихло. Словно кто-то нажал спусковой крючок, дал добро на слабость, она обмякла и прикрыла глаза. Рукой за стенку ухватилась, пытаясь удержать равновесие, а из-под опущенных ресниц выкатилась горячая слезинка. Наверное, это всё. Крах. Финита ля комедия. Занавес, пожалуйста. Нет надежды на то, что всё ещё наладится, что они смогут хотя бы как раньше, просто дружить, переругиваясь и часто споря ни о чём, говорить о чём-то, только им понятном, и улыбаться друг другу. Она задела его гордость, он оскорбил её, бросив в её адрес такие обидные слова. ОНИ всё испортили. И что дальше? Как теперь вести себя? Избегать или игнорировать? Допустим, сегодня им удастся больше не увидеться, ну а дальше? Что будет уже завтра утром?
...
А утром, не слушая никаких возражений, оставив на делах Киру и Романа, Катю и Андрея увезли в Москву, с температурой под сорок, больным горлом и одинаково тяжёлым кашлем. Доигрались.
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Так что я теперь тоже очень жду продолжения 
