|
Всё произошло неожиданно, кажется, в одну минуту. Андрей никак не мог опомниться. Ещё вчера у него была жена, дом, вроде как семья, пусть и придуманная, но от этого обязанностей не меньше, пусть всё и напоказ. Но всё это было! А вот спустя два дня, после ссор и выяснения отношений, он стоял и наблюдал, как Катя спокойно складывает свои вещи в чемодан, с которым когда-то и пришла в этот дом. В его дом. Всего два с половиной месяца прошло, самые долгие месяцы в его жизни, а вся жизнь перевернулась с ног на голову. И вроде бы он сейчас должен радоваться тому, что всё, наконец, закончилось. Он ведь мечтал об этом, ждал с нетерпением, и, как сейчас вспоминалось, ещё вчера ждал, правда, уже как-то отстранённо, понимая, что время идет, день за днём летит, и вот скоро, скоро… Это «скоро» пришло чересчур неожиданно. Настолько, что он растерялся и попытался Катю отговорить от задуманного, сказал, что это совсем необязательно, и, вообще, он не готов.
- Ты не готов?
Он развёл руками, не зная, что ей сказать.
- У нас было две недели впереди. Я ещё не придумал убедительную причину… И ты, кстати, тоже. Так зачем спешить?
- Какая разница, Андрей? Сейчас или через две недели. – Катя не сложила, а скорее скомкала свои брюки от костюма, сунула их в чемодан. – Ты всегда можешь выдержать паузу.
Жданов нахмурился.
- Что это значит?
- Что ты в расстройстве и объяснять что-либо не в состоянии.
Его брови окончательно сошлись на переносице.
- Откуда ты этого набралась? Можно подумать, ты уже разводилась раза три!
Катя перед чемоданом остановилась и уставилась на него почти с ненавистью. Она на самом деле его ненавидела, хотя он и не был ни в чём виноват. Но его приходилось собирать, чтобы уехать из этого дома, и от этого на душе было тошно и мерзко. Но Катя, как могла, старалась не показать своих чувств Жданову. Он и без того стоял у неё над душой и своими разговорами последние силы у неё отнимал. Он, оказывается, был против её отъезда! Против развода он не возражает – конечно же, нет! – а вот уезжать ей совсем необязательно. Как выяснилось, ему с ней удобно жить. Вот ведь… Чего только не выяснишь, ругаясь с мужем перед разводом.
Ему удобно. Кто бы мог подумать?
Они и сейчас ругались, разве что не кричали и не обвиняли друг друга, но ругались, и это тихое бешенство намного сильнее било по нервам. У Пушкарёвой даже руки тряслись, и поэтому она комкала свою одежду, понимая, что сложить как следует всё равно не сможет. Нужно ещё немного продержаться, нужно собрать чемодан, дотащить его до прихожей, а потом выйти за дверь. Вот и весь план на будущую жизнь. Когда замуж выходила, была уверена, что через три месяца будет точно знать, что и как ей делать, чем заниматься и как жить. Ошиблась. Что ж, бывает. Но она и это выдержит. Лишь бы от Андрея поскорее уехать. Но если он так и будет стоять в дверях и наблюдать за ней полным скептицизма взглядом, она до утра прособирается. Или это его цель?
За последние два дня они ни одного доброго слова друг другу не сказали, хотя Андрей был уверен, что убеждает её не торопиться и остаться. Но на самом деле он ничего для этого не сделал и не сказал. Все его причины были какие-то дурацкие и глупые. То ему удобно, то он не знает, как объяснить родителям и знакомым, то принимался обвинять её и сетовать на женские капризы и обиды. Кажется, он всерьёз не понимал, почему Катя не соглашается с его доводами. Не понимал, почему она так торопится уехать, раз у них всё не так плохо. Они же вместе прожили несколько месяцев! И в последнее время их ничто не тяготило, так почему бы…
- Это, конечно, смешно, но я набралась этого в глянцевых журналах. Там, порой, попадаются не глупые статейки.
- Отлично! Моя жена учится на глянцевых журналах! Мне это в страшном сне присниться не могло!
- Слава богу, жена почти бывшая.
- Ах вот как!.. Ну, тогда, действительно, слава богу!
- Мне казалось, я тебе огромное одолжение делаю. Мы ведь об этом и договаривались.
Жданов посверлил её взглядом. Вроде бы злился, но на самом деле слова подбирал.
- Мы не договаривались, что ты в один день закончишь этот спектакль. Теперь все, конечно же, решат, что виноват во всём я.
Катя обернулась на него, окинула долгим взглядом.
- Хорошо, я всем скажу, что виновата я. Признаю все ошибки.
Андрей рот открыл и так замер ненадолго. Потом всё же поинтересовался.
- Какие ошибки? И в чём ты виновата? Ты про Старкова?
- Господи, Андрей! – Она швырнула кофточку в чемодан и захлопнула крышку.
- Что? А что я должен делать? Стоять молча и смотреть? Или помочь тебе вещи собирать?
Катя нервно усмехнулась.
- Наверное, ты должен быть рад, что я уезжаю и оставляю тебя в покое. Разве не так?
Андрей уставился на зарубки на спинке кровати.
- Наверное, - промямлил он. И тут же добавил, чтобы хоть как-то оправдать своё занудство: - Но ты меня подставляешь!
- Ничего, всё уладится, вот посмотришь. – Катя попыталась снять большой чемодан с кровати, а у Андрея при виде этого вырвался недовольный возглас:
- Катя! В конце концов!.. Десять часов вечера. Ты собираешься на ночь глядя заявиться к родителям, чтобы они подумали, будто я тебя ночью выгнал?
- Не выгнал. Я сама ушла.
- Замечательная мысль, - зло огрызнулся он. Прошёл и сел на постель, глаза на Катю поднял. Если честно, не знал, что ещё сделать и что говорить. Всё происходило так быстро, что он просто не успевал находить верное решение и слова. А жена стояла, поджав губы и глядя в пустоту, потом попросила:
- Андрей, прекрати меня мучить.
- Я не мучаю, - воспротивился он из вредности. – И даже ни на чём не настаиваю. Просто мне кажется, что ты поторопилась. А поспешишь, как известно, всё испортишь.
Катя облокотилась на чемодан, который по-прежнему находился на кровати. Стояла рядом со Ждановым, смотрела на него сверху вниз, видела непреклонное выражение на его лице, и не знала, что с этим делать. Ведь знала, что он всё прекрасно понимает, просто упрямится, но причины своего упрямства озвучивать не спешит. Катя почему-то была уверена, что Жданов знает, чего хочет, но это его не радует. А если уж его не радует, то ей какой толк чего-то ждать и снова мечтать? Ему ведь с ней удобно! Пока удобно.
- Нечего нам портить. Ты знаешь, почему я это делаю, и если бы ты поменьше думал о своём удобстве, то понял бы, что я права. Сейчас самое время развестись.
- Катя, Сашка ничего не докажет!
- Откуда ты знаешь? Если он начнёт копать, он много всего найдёт. И Пал Олегыча убедит. Он сможет. Вот и пусть все отвлекутся.
- Да, и склюют мою печень. Спасибо тебе, любимая!
Она всё-таки стащила чемодан на пол. Он приземлился с глухим стуком, а Катя судорожно втянула в себя воздух.
- Я уверена, что ты справишься.
- А ты? Ты знаешь, что ты сейчас родителям скажешь? Вот представь, Елена Санна тебе дверь открывает, а ты с чемоданом, и даже не заплаканная! Что ты скажешь?
- Правду! – воскликнула Катя, не сдержавшись. – Что мы с тобой не сошлись характерами!
- Какими ещё характерами?
- Нашими. – Чемодан был тяжёлым, Пушкарёва быстро выбилась из сил, и остановилась уже в дверях гостиной. Сдула с лица волосы, оглянулась на мужа, который из спальни вышел и теперь провожал её хмурым взглядом.
- И что же у нас плохо? – поинтересовался он, вскинув брови.
- Всё! – ответственно заявила Катя. – Тебе не нравится, как я готовлю, убираю, застилаю кровать…
- Это домработница делает.
- Но мама этого не знает. А ты… ты мне совсем не помогаешь! – придумала она и довольно улыбнулась, указав на чемодан у своих ног, как доказательство своих слов. – И мне надоело это терпеть.
Жданов сложил руки на груди и взглянул вызывающе.
- А что ещё тебе во мне не нравится? Носки разбрасываю, твоё молоко выпиваю, критикую тебя? В сексуальном плане, надеюсь, устраиваю? Или сразу будешь на не угасшую первую любовь всё сваливать?
- Что ты пристал к Денису?
- Интересно! Между прочим, это я тебя с ним в углу застал, а не ты меня с кем-то!
Она сделала глубокий вдох, а потом согласилась:
- Можешь об этом всем рассказать.
- Ты с ума сошла?!
Пожала плечами.
- С чемоданом поможешь?
Он помог. Катя видела, насколько Андрею всё это не нравится, всё шло не так, как он хотел, его всё злило и выводило из себя. Он и на неё злился, а Катя старательно уворачивалась от его прямых взглядов, и когда ждали такси, смотрела в сторону и молчала. И Жданов молчал, больше ничего не говорил и, кажется, смирился с происходящим. Только напоследок взглядом её пробуравил, но так ничего и не сказал. Видимо, не знал что. А может, ему просто надоело. Ведь уговаривать её – это проблема, а Жданов проблем не хотел. Он хотел, чтобы всё просто и удобно. А Катя уже не чувствовала себя удобной. Она, в конце концов, не его любимая вещь, которую для удобства можно оставить, а когда надоест – выставить из дома. Не собирается она этого дожидаться, когда снова останется у разбитого корыта. Всё было продумано и решено несколько месяцев назад, и нужно уходить пока не поздно. А сейчас не поздно, сейчас как раз вовремя. Их с Андреем расставание переполошит всех, и отвлечёт внимание от ненужных деталей. И Воропаев может угрожать чем угодно, на этом Совете директоров главной темой будет другая новость, к нему и его домыслам не имеющая никакого отношения. И ведь Андрею она всё объяснила, и знала, что он понял, но всё равно трепал ей нервы, потому что по обыкновению пытался усидеть на двух стульях. А сейчас не та ситуация, чтобы рисковать. К тому же, что такое две недели? Для неё – продолжение агонии. Поэтому сегодня она ушла.
Она ушла, и теперь свободна. Андрей ей не муж, и она ему не жена. Нет придуманной семьи, «их» дома, «их» постели и «их» будущего.
Нужно срочно придумать себе новый план на жизнь, прямо сейчас, пока едет в такси, и до дома родителей ещё минут пятнадцать. Ей нужен план!
Родители встретили её потрясённым молчанием. Оно было настолько выразительным, что отец вроде бы и не заметил чемодана, не помог, и Кате снова пришлось самой тащить его в спальню, теперь уже в свою бывшую, и вроде бы родную, но оказавшись в которой она отчего-то почувствовала себя неуютно.
- Катюша, как же так? – Мама появилась в дверях, и смотрела на неё, прижав руку к груди. Родители уже успели лечь спать, Катя, признаться, даже не вспомнила, что они ложатся рано, и явилась, как Андрей правильно сказал, на ночь глядя, и теперь ещё острее почувствовала свою вину – мало им плохих новостей, да ещё и сон перебила. Но главное сейчас, не поддаваться и не позволять себя учить и убеждать.
- Мы так решили, мама.
- Что вы решили? – Это отец жену в сторону отодвинул и вошёл в её комнату. Подтянул спортивное трико, и смотрел так серьёзно, что его взгляд с поношенным трико никак не вязался.
Катя же покаянно опустила голову и негромко сообщила:
- Расстаться.
Родители молчали. До тех самых пор, пока Елена Александровна болезненно не охнула. Катя взглянула на мать обеспокоенно, хотела броситься к ней, но та сама медленно сползла на стул.
- Катерина, вы оба спятили, как я погляжу? – грозно начал Валерий Сергеевич. – Вы расписались две недели назад!..
- Десять, - поправила Катя отца, но тот вряд ли её услышал, даже кулаком в воздухе потряс.
- Такую свадьбу сыграли! В журналах пропечатались! А теперь что? Читать в газетках о том, что моя дочь разводится?
- Все очень быстро об этом забудут, поверьте мне. – Она криво усмехнулась. – Появятся новые новости, новые девушки…
- Какие девушки?
- Катя, Андрей изменил тебе?
Она поторопилась покачать головой.
- Нет.
Валерий Сергеевич погрозил дочери пальцем.
- Не ври отцу.
- Папа, я не вру! – Катя всерьёз перепугалась. – Андрей мне не изменял. Просто… мы все эти месяцы ругались, пытались скрыть, но… Так не может дальше продолжаться!
- Ругались? – эхом повторили за ней родители, потом непонимающе переглянулись, а Валерий Сергеевич даже руками развёл.
- И что? Ну и ругались бы себе на здоровье, разводиться-то зачем?
Катя совсем растерялась. Не такой реакции она ожидала. Думала, что родители расстроятся, что ей придётся их успокаивать, обещать, что всё будет в порядке, а отец, кажется, рассердился на неё. И искренне не понимал, почему любимая дочка, которую он ещё совсем недавно наотрез отказывался отпустить из отчего дома, вдруг вернулась. Да ещё с вещами!
Села на диван и посмотрела на мать, всё ещё ожидая от неё поддержки.
- Папа, ты не понимаешь. Мы с Андреем обоюдно недовольны нашей совместной жизнью.
Пушкарёв на жену обернулся.
- Что она имеет в виду?
Катя сама ответила, не дожидаясь реакции матери.
- Мы не сошлись характерами!
- Это самая дурацкая причина для развода испокон веков!
- Не преувеличивай.
- Катя, что на самом деле случилось? – подала голос Елена Александровна.
Пушкарёва откинулась на спинку дивана и обхватила себя руками за плечи.
- Мы постоянно ругаемся, мне это надоело.
- Из-за чего ругаетесь?
- Да из-за всего! Андрей, он… он… - Выдумывать оказалось не так просто, и Катя откровенно мучилась. – Он устроил мне скандал из-за Дениса! Мы просто стояли, разговаривали, а Андрей увидел…
- Какого Дениса?! – возглас Пушкарёва напоминал рык. Катя испуганно вздрогнула, а Елена Александровна на мужа цыкнула.
- Валера, ночь же!
- Ты опять связалась со Старковым? С этим негодяем сопливым?
- Папа, я с ним не связывалась, - принялась она оправдываться, чувствуя, что от волнения сбивается. И зачем она Дениса упомянула? – Мы просто встретились. И, вообще, он женат!
- Какое счастье для нас, что нашлась женщина глупее тебя, и вышла за него замуж!
Катя лицо руками закрыла и сидела так некоторое время, пытаясь справиться с эмоциями. Перед глазами плавали жёлтые круги, сердце стучало, а отец продолжал стоять над ней и пылать от гнева, который готов был на неё обрушить. Всё шло не так, совсем не по плану. Родители готовы были встать на сторону Андрея, а Катя не понимала почему. В какой момент она перестала быть жертвой? Раньше родители всегда жалели и поддерживали её, а теперь, оказывается, Жданов от её действий пострадал?
- Валера, Валера, - Елена Александровна попыталась успокоить мужа, - на самом деле поздно, давай оставим всё до завтра. Пойдём спать.
- А ты уснёшь? – язвительно поинтересовался Пушкарёв у жены. Та только вздохнула, глянула на дочь с сожалением, а потом потянула мужа из комнаты. И Катя только услышала голос матери за дверью:
- Что ты на девочку напал? Может, у них, на самом деле, всё плохо?
Катя закрыла глаза и повалилась на бок, положила голову на подушку. А в голове звучали слова матери: «Может, на самом деле всё плохо?». Всё и, правда, было плохо, но совсем не так, как мама предполагала. Плохо было не там, не с Андреем, а здесь, в своей комнате, на своём диване, рядом с вещами, с которыми росла и пережила столько всего, даже предательство Жданова. А сейчас она в этой комнате задыхалась. Было как-то по-особенному тихо, и пусть она слышала голоса родителей за стенкой, но это всё было не то. Ей не хватало тяжёлого тиканья часов в гостиной, дыхания мужа рядом, его голоса и нетерпения. В доме родителей даже пахло по-другому, детством, в её взрослой жизни царили другие ароматы – дорогих духов и чуть островатого мужского одеколона. И завтра утром уже не будет ничего привычного. Вместо кофе, тостов и омлета для мужа, будут мамины оладушки, чай со смородиновым листом и продолжение допроса. А Андрей? Чем он завтракать будет? Наверное, нужно было позвонить домработнице и попросить ту прийти завтра пораньше, чтобы вовремя приготовить завтрак. Кстати, а чем Жданов по утрам до женитьбы питался?
Ах да, он завтракал у Киры. Или ещё у кого-то.
И как всё это пережить?
У Андрея ночь тоже вышла бессонная. Проводив жену, с чемоданом, за порог своего дома, и оказавшись после в пустой квартире, он ненадолго замер в тишине, пустоте, совершенно не зная, что делать и как реагировать на случившееся. Нет, он знал, что Катя уйдёт от него, и даже знал, что сегодня, она его накануне должным образом об этом оповестила, хотя он не поверил и даже покричал на предмет того, что думать сейчас нужно не о своих намерениях и желаниях, а о компании, и всё о том же Воропаеве, слов которого она так испугалась. И на фоне всего этого, как можно думать о личных предпочтениях? Нужно работать, и, вообще, зачем разъезжаться, если им вместе довольно-таки неплохо. И даже больше – хорошо! Удобно, вот как. А это немаловажно. И не зачем на него так смотреть и сверкать глазами, он говорит толковые вещи, а она просто пока не понимает, у неё опыта недостаточно, чтобы вот так с плеча рубить и заявлять, что удобство – это не то, о чём мечтает женщина. Удобство, уважение и взаимопонимание – это едва ли не самое важное в отношениях. А всё остальное… с остальным нужно бороться. Вместе.
В тот момент Катя странно посмотрела и осторожно поинтересовалась:
- Что ты имеешь в виду?
Жданов только руками развёл.
- Да я кучу всего имею в виду!
- А меня эта куча не устраивает.
- Почему?
- Наверное, потому, что мне совсем не хочется разгребать эти самые кучи. Даже с тобой.
Он попытался сделать шаг назад.
- Я не это имел в виду.
Но Катя лишь отмахнулась, и отвечать ему не стала.
Вот как с ней можно было договориться? Катя Пушкарёва оказалась жуткой упрямицей. И ладно бы её упрямство в дело было, а то ведь каждый раз он от этого страдает.
Спать в пустой постели показалось Жданову странным. Он ворочался с боку на бок, в итоге, оказался на Катиной половине и уткнулся лицом в её подушку. Пару раз поднял голову, чтобы кинуть взгляд на часы на полке. Время будто замерло. А он лежал и думал о том, что в данный момент происходит в доме Пушкарёвых. Что Катя сказала родителям, как те отреагировали, и что теперь думают о нём. А ведь ему ещё со своими родителями объяснятся!
Следующим утром Ромка смотрел на него странно. Недоверчиво как-то.
- То есть, всё закончилось? Вы разводитесь?
Жданов сидел в его кабинете, оглядывался с недовольством, потом ноги на сидение соседнего стула закинул, стал смотреть на носки своих ботинок. Затем подтвердил:
- Она ушла.
Малиновский многозначительно хмыкнул.
- Надо же. Обязательной девочкой оказалась наша Катенька. Всё сделала, как обещала. И даже раньше оговоренного срока. – К другу присмотрелся. – Это ведь хорошо, Андрюх?
Андрей смотрел на картину на стене, потом потёр подбородок.
- Странно.
- Что? – не понял Рома.
- Я себя чувствую странно. Проснулся сегодня один…
- Какая неожиданность! А заснул с кем?
- Один, - отозвался Андрей. – Еле заснул. – Галстук вдруг стал душить, и он торопливо ослабил узел.
Рома нахмурился.
- Э-э, - предостерегающе протянул он. – Андрюх, ты чего?
Андрей вдруг усмехнулся и пожал плечами.
- Я сегодня проспал. Знаешь почему? Потому что не завёл вчера будильник. А почему? Потому что его Катя всегда заводит, и он даже стоит на её тумбочке. Утром проснулся: завтрак не готов, костюма, который хотел надеть, нет, а на столе квитанция из химчистки. Шкаф полупустой, в холодильнике одна кастрюля с супом. А что я буду есть завтра?
- Завтра, как и сегодня, ты пойдёшь в ресторан, - теряя терпение, проговорил Малиновский. – Тебя там накормят, куда лучше, чем твоя мнимая жена. И спать ты сегодня один не будешь, стоит только захотеть. Ты хочешь?
Андрей в затылке почесал. А Рома из-за стола поднялся, обошёл его, а приблизившись к Жданову со спины, здоровой рукой ухватился за его плечо и встряхнул.
- Очнись, Палыч! Всё закончилось! «Зималетто» вернулось к тебе, скоро разведёшься, и заживёшь, как раньше. Свободно и спокойно. Ты даже с Кирой можешь не мириться, одни плюсы! – Шутливо взъерошил его волосы. – Просто ты пока не прочувствовал, на тебя ещё узы брака давят, как плита гранитная.
Андрей голову опустил, и не ответил. Просто нечего было. А вдруг Ромка, на самом деле, прав, пройдёт пара дней, и он, наконец, почувствует облегчение?
Но всё равно к кабинету жены, как магнитом тянуло. Выйдя от Малиновского, Андрей торопливо пересёк приёмную, косясь на дверь кабинета Киры, и боясь, что та выйдет, и ему придётся говорить с ней: то ли врать, то ли притворятся спокойным и довольным семьянином, и поэтому он поторопился сбежать. Но вместо того, чтобы направиться в свой кабинет, он широким шагом пересёк коридор, распахнул дверь в приёмную Урядова и Пушкарёвой, а увидев приоткрытую дверь кабинета финансового директора, невольно помедлил. Секретарей на местах не было, что было очень кстати, иначе пришлось бы объяснять, отчего он так мнётся перед встречей с родной женой. Из кабинета слышался Катин голос, такой деловой, что Жданова даже неприятно царапнуло: видимо, только он весь в сомнениях и тревогах. Катя же, как всегда, в работе!
- Нужно побыстрее всё подготовить, Света, передай в бухгалтерию, хорошо? Мне нужны все цифры.
- Опять отчёт, Кать?
Пауза, потом Пушкарёва неуверенно проговорила:
- Что-то вроде того.
- Здравствуйте, Андрей Палыч!
Катя вздрогнула и кинула быстрый взгляд на дверь. Увидела мужа и тут же отвернулась.
- Здравствуй, Свет. Оставишь нас?
- Конечно, конечно. Я прямо сейчас в бухгалтерию схожу, Кать.
- Хорошо. Дверь закрой за собой.
Жданов прошёл, остановился недалеко от стола, а сам проводил глазами секретаршу. После того, как дверь тихо, но плотно прикрылась, повисла тишина. Андрей выждал немного, затем коротко кашлянул и поинтересовался:
- Ну что?
- Готовлю документы.
- К Совету?
- И к этому тоже. – Подняла на него глаза. – Я ведь говорила тебе перед свадьбой, что после развода уволюсь, чтобы не мозолить тебе глаза. Вот… пытаюсь сдержать ещё одно обещание.
Андрей буравил её недовольным взглядом.
- Да, у тебя, кажется, действительно, всё по плану. Строго по плану.
Катя коротко пожала плечами, а Андрей поинтересовался:
- Ты хочешь бросить меня?.. – Удостоился растерянного взгляда, и поторопился исправиться: - В смысле, «Зималетто».
- У «Зималетто» всё в порядке. Не волнуйся.
- Да, сейчас в порядке. Мы только выбрались, Катя! А смена финансового директора…
- Если ты спрашиваешь у меня совета, то я советую тебе нанять Колю.
- Зорькина?!
- А что? Он лучше, чем кто-либо другой знает дела «Зималетто», до последней цифры. И я тебе уже говорила, что он лучше меня.
- Ты можешь остаться.
- Не могу.
- Почему?
- Потому что не хочу! Мы разведёмся, и я уйду.
- Вот как замечательно! Ну, беги. Беги, как заяц.
- Я не бегу. – Катя неопределённо махнула рукой. – Я иду вперёд.
- А показала налево, - съязвил Жданов.
Катя подняла на него тяжёлый взгляд.
- Не начинай опять.
- Не буду, - заверил он. – Я теперь права на это не имею. Кстати, как отреагировали твои родители?
- Почти так же, как и твои.
- Я своим ещё не говорил…
- Я сказала. – Она подняла на него спокойный взгляд, и Андрей замер перед ней, чувствуя себя кроликом, а не удавом. Непривычное чувство. А Катя продолжала спокойным тоном, хотя он отлично видел, с какой силой она стиснула руки. – Я заезжала сегодня утром к твоим родителям, и всё объяснила.
- Что объяснила?..
- Что мы разъехались. Я попыталась сообщить им эту новость, как можно мягче.
- И что, удалось?
Катя быстро облизала губы.
- Я очень старалась.
Андрей развернул стул, сел и сложил на столе руки, глядя жене в лицо. Даже наклонился к ней немного, Катя видимо занервничала и от стола немного отодвинулась. А Жданов поинтересовался:
- Скажи честно, ты специально всё это делаешь? Пытаешь вывести меня из себя настолько, чтобы я взял тебя в охапку и выкинул за порог? Да, Кать?
- Я пытаюсь облегчить твою жизнь, - разозлилась она. – На сегодня был намечен семейный ужин, если ты помнишь. И Воропаевы тоже приглашены. Я просто пыталась опередить события. Александра Юрьевича опередить пытаюсь. Через три дня Совет, этот вечер для него уникальная возможность посеять в Пал Олегыче толику сомнения. И не надо на меня так смотреть. – Катя старательно отводила глаза, но пристальный взгляд мужа нервировал. Она уже и от стола отодвинулась, и ногу на ногу закинула, и смотрела в окно или на стену, но Жданов не отводил глаз, и она всё сильнее нервничала. – Я не хочу остаться виноватой. Я всё это затеяла, и я буду виновата. И зря ты думаешь, что я не понимаю и не чувствую. Я не дам нам попасться на этой лжи. Всё это закончится, мы разведёмся, а дальше делай, что хочешь, и дели с Воропаевым, что хочешь, и играй с ним в любые игры. Но не в этот раз!
Жданов негромко хмыкнул, выпрямился, а сам к Кате с интересом приглядывался.
- Ну, и к чему ты, в итоге, пришла?
Она взглянула непонимающе.
- То есть?
- Ты тогда мне твердила, что эти три месяца изменят твою жизнь. И как изменили? Ты, как боялась всего на свете, так и боишься. Ты вернулась жить к родителям, в свою старую комнату. Вот-вот потеряешь работу. Что изменилось, Кать? То, что ты к родителям три чемодана новых шмоток привезёшь?
Она взглядом его просверлила.
- Тебя это уже не касается.
- Конечно, не касается! Я же пройденный этап. – Он рывком поднялся. – Мне отомстила, за всё отыгралась. Чья очередь пришла? Старкова? Как понимаю, он более крепкий орешек, раз ты его напоследок оставила.
- Выйди из моего кабинета, - глухо проговорила она.
Он не ответил, на самом деле вышел и дверью хлопнул. Да так, что Катя вздрогнула.
Весь день прошёл в нервотрёпке и ругани. Андрей устал объясняться с родителями, устал придумывать причины и доводы, устал врать и одновременно оправдываться за себя, и за жену. Но когда мама прямо его спросила: собираются ли они разводиться, промямлил что-то невразумительное, что родители почему-то восприняли, как безоговорочное «да», и всерьёз расстроились. Да ещё Ромка утомлял своими разговорами, пытаясь настроить его на позитивный лад. Говорил, что как только бумаги о разводе будут подписаны, он почувствует себя лучше. Едва ли не крылья за спиной обещал. Но Андрею было не до крыльев. Он поругался с Воропаевым, который пришёл под конец рабочего дня выяснять отношения и обличать его в нечестной игре, и, в отличие от других, совершенно не собирался ему сочувствовать. Сашка будто чувствовал, что его водят за нос, ему было абсолютно наплевать на рухнувшую личную жизнь Жданова, он хотел говорить только о предстоящем Совете, аудите, и без конца грозил. До тех самых пор, пока Андрей открытым текстом не послал его куда подальше. Воропаев обиделся, а точнее, затаил злобу, и ушёл, хлопнув дверью президентского кабинета и не забыв рявкнуть в приёмной на Клочкову.
Самой последней в этот день свои сожаления пришла высказать Кира. При этом так неумело прятала самодовольный блеск в глазах, что Андрею даже смешно стало. Говорила заученные, вежливые фразы, но ни тени жалости и сожаления в её голосе слышно не было. Андрей наблюдал за ней со скептической усмешкой, и когда Воропаева её заметила, всё же призналась:
- Да, мне не жаль. Не жаль. Я знала, что этим кончится. – Присела на край стола и кокетливо опустила голову. Правда, ума хватило в глаза ему не смотреть, чтобы не демонстрировать свою радость. – Андрюш, она тебе совершенно не подходит. И я не удивлена, что вы так быстро разошлись. Ну не могут два абсолютно разных человека построить крепкую семью.
Андрей ногой оттолкнулся и отъехал на кресле к стене, откинулся на спинку.
- Ладно, Кир. Я выслушал официальную часть, дальше можешь не продолжать.
Она присматривалась к нему с любопытством.
- Тебе жаль?
- А как ты думаешь? Она моя жена, - не сказал, а скорее промямлил он.
- И?
- Что?
- Она твоя жена, ты её любишь… - с намёком проговорила она, а Жданов взглянул выразительно.
- Не лезь в это.
Она смешно фыркнула и со стола слезла.
- Ладно, не буду, - покладисто проговорила она. – Но уверяю тебя, когда-нибудь ты со смехом будешь вспоминать свой первый брак. И Катю Пушкарёву тоже.
Отчего-то стало неприятно, и Андрей не преминул её поправить:
- Она Жданова.
- Надолго ли? Или она собирается оставить фамилию? Что ж, я не удивлюсь. Но считаю, что это будет непорядочно с её стороны. Всё-таки вы были женаты всего ничего. Какое право она имеет на эту фамилию?
- Пусть сама решает.
Кира склонила голову на бок, спорить не стала, потом поинтересовалась:
- Чем займёшься вечером? Маргарита ужин отменила… Может, в ресторан? Ромку позовём, - торопливо добавила она.
- Нет, не хочу.
К его удивлению, Кира не стала настаивать и уговаривать, коротко улыбнулась напоследок, и из кабинета вышла. А Андрей снова остался один. Офис затихал, Виктория уже давно убежала домой, а вот Жданову торопиться было некуда. Но и работать совсем не хотелось. Он повозил мышку по столу, потом оттолкнул её и поднялся.
- До свидания, Андрей Палыч.
Пока шёл по коридору, ему навстречу попались несколько сотрудников, вежливо прощались с ним, и Жданов кивал в ответ. И старался не обращать внимания на любопытные взгляды, которыми они его ощупывали. Нечего и сомневаться, всё «Зималетто» уже в курсе того, что они с Катей расстались. За каждым углом, в каждой курилке сегодня смаковали детали и подробности. Подробности, которых и в помине, скорее всего, нет, но их придумали, передавая из уста в уста сплетню. И ведь не сделаешь ничего. Как бороться со слухами?
- Хочешь, отвезу тебя.
Катя осторожно глянула на него через плечо, потом снова отвернулась и повернула ключ, запирая дверь кабинета.
- Нет, спасибо, я такси вызвала.
- Ты к родителям?
- Да. Домой.
- Там ещё вещи твои остались. Дома… То есть, в шкафу.
- Я заберу, - пообещала она.
Катя сделала несколько шагов, остановилась перед Андреем, но он не двигался с места, закрывая ей дорогу.
- Воропаев был сегодня.
- Знаю. Что сказал?
- Ничего нового. Но и старенькое повторил с горячностью и нетерпением.
- Вот видишь.
Он кивнул, разглядывая её. Потом вроде бы опомнился и отступил в сторону. И вдруг пообещал:
- Я подумаю, насчёт Зорькина.
Катя вскинула на него взгляд. Согласилась несколько поспешно.
- Подумай. Это, на самом деле, лучший выход в этой ситуации. Коля – гений, и ты…
- А ты чем займёшься?
Этот вопрос немного сбил с толка, Катя пару секунд молчала, затем попыталась улыбнуться.
- Ты за меня не переживай, я работу найду. Мне уже давно предлагали вернуться в «Ллойд»…
Он искренне удивился.
- Правда? А почему ты мне не сказала?
- А зачем? Тогда это было неактуально. А сейчас… сейчас у меня есть работа. Почти есть, - поправила она саму себя. – Очень вовремя.
- Да уж, - проворчал он.
Катя медленно втянула в себя воздух.
- Я пойду, Андрюш.
Жданов кивнул. И пытался отделаться от мысли, насколько это странно – отпускать её куда-то вечером, и при этом знать, что она к нему не приедет.
Катя вышла в коридор и вдруг обернулась, что-то важное вспомнив.
- Я поговорю с адвокатами.
- Что? – не понял Жданов.
- С адвокатами. Насчёт развода. Надо будет приехать и подписать документы. Они с тобой свяжутся.
Говорила с ним, как со слабоумным. Растолковывала, объясняла. Андрей даже раздражение почувствовал.
- Хорошо. Как скажешь, так и будет.
Она даже не желала с ним больше ругаться, повышать голос. Снова опускала глаза перед ним, как когда-то, и мечтала растаять тут же, в эту секунду. Это безумно раздражало. Андрей кулаки сжал, слушая, удаляющийся стук каблуков по коридору.
Ещё одного вечера в пустой квартире ему за глаза хватило. Доел суп, посмотрел телевизор, около часа размышлял о том, стоит ли позвонить Кате, и вновь попытаться что-то выяснить (хотя, что ещё выяснить?), и так и не решившись, лёг в холодную постель. Вспомнил про будильник, включил свет и пару минут возился, бестолково крутя стрелки и думая совсем о другом. А уже следующим вечером, поддавшись на уговоры Малиновского, отправился с ним и с Севой в новый модный клуб, в котором он, из-за своей «женатости» ещё не бывал. Было не слишком весело, по крайней мере, ему, но всё же не один в четырёх стенах. Посидел в баре, выпил пару лишних бокалов виски, намеренно дотянул до полуночи, и поэтому, когда домой приехал, с чистой совестью лёг и уснул, ни о чём не думая, или почти ни о чём. Правда, следующим утром выслушал от матери кучу упрёков, та с ходу определила, чем он вечером занимался, и в горячности заявила, что Катя, наверняка, не ожидала, с чем на самом деле столкнётся в семейной жизни, ведь шеф и муж – вещи разные, и ощущения разные, а она девочка молодая и неопытная…
- Ты должен был проявлять больше чуткости, Андрей, - закончила Маргарита с горечью, а Жданов лишь мрачно ухмыльнулся. Да уж, Кате только чуткости от него и не хватило.
Но в принципе, всё не так уж и плохо. Нужно только перетерпеть, переждать… вернуть жене все вещи, что она оставила в его квартире. Наверное, самому собрать, или как? Зато вон «рыбки» Милко снова радостно улыбаются при виде него и начинают возбуждённо щебетать.
- Значит, Катя уходит, - с сожалением проговорил Пал Олегыч, сидя напротив сына. – Это большая потеря.
- Знаю.
Жданов-старший лишь хмыкнул, причем несколько угрожающе.
- Знает он… И когда?
- После Совета, наверное.
- Наверное?
- Папа, она мне не докладывает.
- Что весьма странно. В конце концов, ты не только муж, но и непосредственный начальник.
- Бывший муж, - пробормотал Андрей, томясь под тяжёлым взглядом отца.
- Что? – не разобрал тот.
- Бывший, говорю.
- Это здесь причём? Я тебе про другое.
- Ну да.
Пал Олегыч к сыну присмотрелся, потом совсем другим тоном поинтересовался:
- Сегодня с адвокатами встречаетесь?
- Через час.
- А не торопитесь?
- Спроси об этом не у меня.
- Что ж ты такого сделал-то, что она от тебя, как чёрт от ладана бежит?
- Почему все думают, что я виноват?!
- А кто?
Андрей из-за стола поднялся, стараясь не смотреть на отца, чтобы тот не заметил степень недовольства в его глазах.
- Я поехал. Разводиться. Заодно могу спросить о ближайших планах моей будущей бывшей жены. Спросить?
- Это уж ты сам реши.
Но решать ничего не пришлось. Когда Андрей приехал в офис адвоката, выяснилось, что Кати здесь нет. Оказывается, она заранее всё подписала, попросту не захотела встречаться с ним в этом кабинете, сидеть за одним столом и обсуждать личные вопросы. Подписала согласие на расторжение брачного контракта, без вопросов и разговоров, и теперь Жданова встретили с распростёртыми объятиями, предложили кофе и печенье, не ожидая никаких проблем.
- Не хочу я кофе, - ворчливо отозвался Андрей на предложение секретарши. Исподлобья на всех глянул и тяжело опустился в кресло. Наблюдал, как перед ним раскладывают бумаги.
- Катерина Валерьевна всё уже подписала, Андрей Палыч. Никаких проблем не возникло.
- А должны были… возникнуть?
- Ну… - Адвокат, мужчина в годах, заговорщицки улыбнулся. - Развод – вопрос деликатный. Всякое бывает, знаете ли. А уж с теми условиями, что в вашем контракте прописаны… Но если вы и ваши жена со всем согласны, то развод много времени не займёт. Делить вам нечего.
- Много времени не займёт, - повторил Андрей. – А сколько это?
- От силы месяц. Но если вам нужно быстрее, думаю, я смогу сократить сроки… скажем, до двух недель. – Адвокат ободряюще улыбнулся, а Жданов потёр рукой небритый подбородок.
- Да? – вроде бы заинтересовался он.
Ему протянули ручку, Андрей её взял и даже придвинул к себе бумаги. Глазами текст пробежал. Перевернул страницу, кивал, слушая адвоката, а сам подсчитывал страницы и количество галочек, рядом с которыми он должен был поставить свою подпись. Потом вскинул взгляд.
- Что?
- Катерина Валерьевна изъявила желание вернуть свою девичью фамилию.
Жданов вдруг усмехнулся.
- Отлично.
- Вы обговаривали этот вопрос?
- Нет. – Андрей ещё посмотрел на последнюю страницу соглашения, потом отложил ручку. – Я не буду подписывать. Мне нужно кое-что обсудить с женой.
_________________  - Расскажите о себе в двух словах.
- Всякое бывало 
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
