Привет, мои дорогие читатели. Принесла продку.
ЮлЛа,
Nurit, спасибо за поздравление
ja_imaka ням, ням, спасибо за вкусненькое.
Музик мой дурной, вдруг налетел, когда у меня работы прорва, не знаю даже как так получилось, что что-то вдруг написалось. У меня декабрь самый горячий месяц на работе, а тут на тебе! В общем, выкладываю.
Его элегантный портфель совершенно не предназначен для ношения в нем скомканного постельного белья, поэтому этот чертовый пододеяльник туда не поместился. Но ничего, сойдет и так. Не имеет никакого значения, что президент Зималетто так и идет по коридорам компании с раскрытым портфелем, из которого торчит какая-то разноцветная тряпка. Совсем не важно, что люди, увидев его, шарахаются, испуганно замолкают, а потом шепчутся у него за спиной. Он этого даже не замечает. Стремительно перемещаясь в пространстве, ни на кого не глядя, он идет к своей цели. Цель - кабинет Екатерины Пушкаревой. Единственное желание - швырнуть в лицо этой лгунье свидетельство ее гнусного предательства и обмана.
С треском распахнул дверь ее каморки. Она перебирала возле шкафа какие-то папки, побледнела при виде него и попятилась.
- Что?..
Ее реакцию он видит очень хорошо. Она испугалась и правильно сделала. На него действительно, наверно, страшно смотреть.
Резко, вместе с какими-то бумагами, выдернув из портфеля тряпку, он выполнил свое желание - с силой швырнул ЭТО в нее.
- Лови! Интересно, какая сказка о девичьих мечтах будет мне рассказана теперь!
Она машинально поймала летящий в лицо комок.
- Что это?
- Это ваша материализовавшаяся фантазия! Постельное белье, на котором вы кувыркались с вашим любовником! Оно взяло и выпрыгнуло из вашей мечты прямо в нашу грешную реальность! Вот чудо, да? Катя, может, вы колдунья? Или ясновидящая? Откуда вы знаете, какое белье в доме у Малиновского? Вы с трепетом описывали эту вещь в своем дневнике, я сам это читал, можете не отпираться!
Катя растерянно развернула пойманный предмет в руках, выронила и подняла на Андрея умоляющий взгляд:
- Я все объясню...
Он надвинулся на нее, подошел очень близко, ногой отбросив в сторону валяющийся между ними комок ткани.
- Не стоит. Разговоры закончились.
Кричать внезапно расхотелось. Напряженно в нее всматривался, выплескивая свою горечь негромким, глухим голосом:
- Здорово вы меня вчера обработали. Блеск. Мечты о любви со мной - что может быть лучше?! Мило, невинно и трогательно. Я в очередной раз поверил. Растаял и даже тетрадку вашу как следует не рассмотрел, пару страничек пролистал только. Не хотел в святое вторгаться. Вот идиот, правда? Вам с Романом, наверное, даже смешно.
Катя, сминая блузку, схватилась рукой за горло:
- Нет... подождите...
Дернулась:
- Я могу дать вам дневник еще раз! Вы все поймете!
Удержал ее возле себя, крепко схватив за локоть:
- Не трудитесь. Хватит. Где уж мне понять. Не сомневаюсь, что вы достаточно уже там для меня понаписывали.
Улыбнулся криво и брезгливо разжал пальцы, давая ей свободу:
- Больше мы не будем по душам разговаривать. Ваши игры слишком сложны для меня.
Она вела себя странно: почему-то его не боялась, не отводила глаз и смотрела на него вроде как с жалостью. Прошептала:
- Андрей Палыч, пожалуйста, не волнуйтесь. Нет никаких игр. Прошу вас, не изводите себя, - протянула руку и вдруг погладила его по щеке.
Он отшатнулся:
- Прекратите!
Она еще смеет его трогать! Отошел от нее подальше, к самой двери, раздраженным, начальственным тоном приказал:
- Извольте подготовить полный отчет по Никамоде к завтрашнему дню. И реальный отчет по положению дел в Зималетто тоже. Я собираю срочный совет директоров.
- Завтра Новый год... - шепнула она еле слышно.
Черт! Действительно! Он и забыл совсем. Как некстати!
- Ничего. Нам сейчас не до праздников. Завтра же я приглашу адвокатов, и вы передадите Никамоду мне или тому, кому будет решено на совете.
Проследил, как она, неуверенно ступая, прошла к креслу и тяжело в него опустилась. Заставил себя вернуться к столу, оперся на него кулаками, перегнувшись к ней всем телом. Заговорил негромко, внушительно и медленно, прожигая ее взглядом и едва разжимая сведенные гневом губы:
- И не вздумайте шутить. Не пытайтесь сбежать, спрятаться или выкинуть еще какой-нибудь фокус. У вас ничего не получится, предупреждаю. За вами следят, поймают, и мало вам не покажется, так своему дружку и передайте. У акционеров компании достаточно влияния, чтобы засадить вас в тюрьму до конца жизни! Связываться с нами не советую!
Стукнул напоследок кулаком по столу и выскочил из каморки, громко хлопнув дверью.
- Я сделаю все, как вы скажете...
Этот бессильный шепот он уже не слышал.
Холодно. Очень холодно. Обхватив себя руками в безуспешной попытке унять сотрясающую тело дрожь, она смотрела, не видя, на закрытую дверь.
Ну, вот все и закончилось. Полнейшим его недоверием, злостью и угрозами посадить ее в тюрьму. Вот и вся любовь.
А она размечталась...
Дура...
Нужно собраться с силами и подумать. Реанимировать парализованный его ненавистью мыслительный процесс. Не плакать!
Андрей ни в чем не виноват, все действительно выглядит очень подозрительно. Она ведет себя подозрительно! И он имеет полное право так грубо и жестоко с ней говорить!
Вчерашний неожиданный их разговор, тяжелый, страшный, изматывающий. Она вернулась домой совсем без сил, а уснуть не могла очень долго. Все думала, думала, вспоминала каждое слово. И возмущалась мысленно его подозрениями, и ужасалась тому, что он, оказывается, что-то там в ее дневнике читал, и жалела его, что пришлось ему так наволноваться из-за неправильно понятого отрывка ее воспоминаний. А под утро она уснула, успокоенная и даже радостная, решив, что как бы там ни было, а события повторяются! Он прочитал ее дневник, пусть не в той ситуации, как в прошлом, но все же. И теперь он знает о ее любви, и может быть, цвела в ней надежда, у них все еще будет хорошо. Она помнила его сияющие глаза, счастливое лицо, как он обрадовался, расслабился, как кружил, обнимал и целовал ее...
Она мечтала, не могла не мечтать.
А он, оказывается, ничего из ee дневника не понял. Вернее, усомнился снова, потому что прочитал там очень мало. Он ведь очень благородный, ее Андрей: постеснялся, смутился, проявил благородство и… Читать не смог, хотя это было ему так необходимо.
А теперь он нашел этот пододеяльник. Так глупо...
Тайное всегда становится явным.
Он считает ее лгуньей, обманщицей и воровкой. Мучается, страдает, стал сам на себя не похож, и в глаза ему смотреть страшно, столько там напряжения и боли…
Почему она сразу не сказала ему правду? Ну, не о том, конечно, что ее перенесло в прошлое, в это невозможно поверить, а о том, что любит его. Любит по-настоящему, больше всего на свете, что готова ради него на все, буквально на все, лишь бы ему было хорошо, лишь бы он не переживал. Зачем делать из этого такой уж секрет? Какую-такую великую тайну она бережет? Ей ведь нечего терять и нечего стыдиться. Любить не стыдно. Почему она не призналась? Побоялась? Постеснялась?
Нет, дело не в этом. Она все бы ему рассказала...
Просто она четко знает, что ее любовь ему не нужна, он только хочет быть уверен в ее надежности.
Вот она и пыталась его успокоить, убеждала, что не предаст. А записи - это так, ерунда, глупости, не стоит ему напрягаться.
Что ж теперь делать?
Если Андрей все расскажет на совете директоров, его растерзают, ему придется снова пройти ад унижения, позора и насмешек. В нем разочаруется отец, его будет оскорблять Воропаев. Кредиторы могут растащить Зималетто на куски.
Она этого не допустит!
Надо ему рассказать, объяснить. Потом, когда уже не будет ему нужна, она просто уедет...
В соседнем кабинете хлопнула дверь.
- Андрей, можно к тебе? Я хочу с тобой, наконец, поговорить.
Кира. Ее громкий, возбужденный голос легко проникает сквозь тонкую дверь Катиного кабинета.
Сначала вскрик:
- Боже мой, ты ужасно выглядишь! Тебе очень больно?
Попытка проявить заботу.
Потом обвинение:
- Я вчера весь день тебе звонила, ты не берешь трубку! Почему ты не хочешь со мной разговаривать?
Ответов Андрея не слышно, видимо, он тихо говорил что-то не очень приятное или вообще молчал, потому что настроение Киры явно менялось в худшую сторону, она все больше теряла над собой контроль и децибелы в ее голосе прибавлялись.
Увещевания: "Что с тобой происходит, расскажи мне все, я же тебя люблю, всегда тебе помогу", извинения: "Ну, прости, не сердись, говорю же, я за тобой не следила, мы с Викой ехали мимо случайно и вдруг увидели твою машину", требования: "Нет, давай поговорим здесь и сейчас!" сменились, в конце концов, криком: "Но это же не причина, чтобы отменять свадьбу! У меня тоже есть основания на тебя обижаться, но я же прощаю!"
И этот крик перекрыл громкий, жесткий голос Андрея:
- Кира, свадьбы не будет! Не унижайся, вспомни, что ты красивая женщина, и у тебя есть гордость! Ты мне не веришь, не уважаешь, а значит, не любишь. Найдешь себе кого-нибудь более достойного. Все, тема закрыта! Прости!
В голосе Воропаевой уже слышались слезы:
- Прости? Вот так просто? Из-за этой глупой слежки?! Это недоразумение! Я люблю тебя, мы были вместе четыре года! Ты даже не хочешь мне нормально ничего объяснять?
- Я не хотел говорить здесь, сказал тебе, что сейчас не время, я занят, но ты сама меня вынудила. Лучше бы мы поговорили дома. Прости!
Катя не хотела этого слышать. Его отношения с Кирой совершенно ее не касаются, она не желает ничего знать.
Нужно выйти, нужно напомнить о себе, они что, забыли о ней?! Нет, конечно, он не забыл, просто ему все равно. A она не может никуда выйти, не может пошевелиться, сидит, уставясь в одну точку, и слушает …
Кира продолжала кричать в полный голос:
- Да чем же ты таким занят настолько, что тебе некогда говорить о нас, о нашем будущем? Что случилось, почему ты стал таким резким, таким злым? Ты никогда так со мной не разговаривал!
Пауза. Видимо, Андрей собирается с силами. И глухо:
- Завтра я собираю совет директоров.
Все! Он это сказал! Что ж теперь будет?!
Кира тоже несколько секунд молчала, наверное, от неожиданности. А потом посыпались вопросы:
- Что? Почему? Завтра Новый год. Что произошло?
- Узнаешь на совете.
- Я так и знала, что дело не чисто! Поэтому ты подрался с Малиновским? Я чувствовала, что это не просто ссора, вы так остервенело били друг друга! Он снова втянул тебя в какую-то аферу? Почему вы оба бегаете за Пушкаревой? Это не может быть случайностью, она что, вас чем-то шантажирует? Поэтому ты говорил, что у тебя может не быть денег?
- Кира, уймись! Не выдумывай! Я сказал, все подробности завтра на совете.
- Ладно.
Звук с шумом отодвигаемого кресла. И жалобное:
- Но я надеюсь, ничего катастрофического не случилось? Мы поговорим о проблеме, подумаем все вместе, что можно сделать, и ты успокоишься. А потом поймешь, что мы любим друг друга и должны быть вместе. И никакие рабочие проблемы не могут нам помешать строить свою жизнь. Тебе станет стыдно за сегодняшний разговор, ты извинишься передо мной, и все у нас будет хорошо.
На этой оптимистической ноте, так замечательно всё распланировав, Кира попыталась разговор закончить. И, не дожидаясь ответа Андрея, вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь. Правда, тут же вернулась и выпалила:
- А это хорошо, что ты решил все рассказать на совете директоров. Я уже собиралась аудиторскую проверку назначать, чтобы выяснить, наконец, что в компании происходит и проверить твою Пушкареву!
Катя у себя в каморке вдрогнула: этого еще не хватало! Действительно собирается проверять или от обиды только что такое придумала?
Усмехнулась грустно: как же достала их всех эта Пушкарева!
Очень захотелось все бросить и немедленно уехать...
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
