|
Ну, вот. Пока часть ( надеюсь, что бОльшая) главы.
21.
Ждановы старшие собрались приехать в Москву в первые выходные декабря (потом предстояла подготовка к Рождеству и Новому году – там уже будет не до поездки). В разговоре с Андреем выяснилась и другая (пожалуй, основная) причина их поспешности.
- Андрей! – с трагизмом в голосе обращалась к сыну Маргарита Рудольфовна. – Неужели это правда?!
- Смотря что ты имеешь ввиду.
- У тебя есть дочь? Это с ней ты хочешь нас познакомить?
Андрей мысленно застонал и пообещал свернуть Кире шею, как только она попадется ему на глаза.
- Мама, Кира не должна была говорить с вами об этом.
- Что значит «не должна»? Она беспокоится о тебе. А вот ты в очередной раз собираешься попасться на удочку какой-то ловкой интриганки. С чего ты взял, что это твой ребенок?
- Мама, когда ты увидишь Дашу, этот вопрос отпадет сам собой.
- Андрей! До чего же ты наивен. Надеюсь, что, прежде чем подписывать какие-либо документы, ты все-таки проведешь ДНК-экспертизу?
- Даже не собираюсь. Даша – моя дочь. Точка. Кроме того, все необходимые документы я уже подписал. И я тебя очень прошу не высказывать своих сомнений в присутствии Кати.
- Как подписал? Андрюша! Разве можно быть таким беспечным? Нет, ты меня просто удивляешь. Мы еще поговорим об этом. Кстати, что-то имя у матери девочки знакомое. Уж не та ли эта Катя, которую ты придумал года три-четыре назад?
- Я ее не придумал. Катя… она была… вернее, она есть. Короче, да – это именно та Катя. Но сейчас это неважно. И я знаю, что за дочь она сумеет постоять.
- Сынок! Ты угрожаешь родной матери?
- Ни в коем случае! Просто я знаю Катю, знаю, что ради ребенка она готова на все.
- Господи! Что за особу ты собираешься нам представить?
- Катя – не особа: она замечательная женщина и, кроме того, она мать моего ребенка! Хорошая мать, могу сказать. Уж ты-то должна это понимать: до сих пор пытаешься оградить меня от дурного влияния, будто я все еще подросток.
- Андрей! – только и смогла промолвить Маргарита.
- Прости, если я резко высказался. Но согласись, что это нетелефонный разговор. Приезжайте, здесь и поговорим.
- Несомненно, приедем. Ну, как тебя можно оставить одного, хотя ты давно уже и не подросток? Хорошо, что есть Кирюша: хоть она присмотрит за тобой.
Встретить родителей Андрей не смог, потому что собирался ехать в Санкт-Петербург за Дашей и Катей. Сначала думал поехать на машине, но дорогу в оба конца без отдыха побоялся не осилить (да и небезопасно это), а если дать себе возможность выспаться в Питере, решил, что будет потеряно много драгоценного времени. Поэтому полетел самолетом в пятницу днем, чтобы можно было выехать обратно вечерним поездом. Он помнил, что Катя боится летать, и подумал, что так будет удобнее: вечером можно сесть в поезд в Питере, ночью спокойно выспаться и утром быть в столице.
Пока не заняли места в поезде, Катя все время боялась потерять ребенка: Даша, взбудораженная предстоящим путешествием, постоянно вертелась, бегала от мамы к папе и обратно, шумно рассуждала о том, что же ее ждет в Москве, поминутно просила кушать, пить, взять ее на ручки и делала одновременно еще кучу дел, которые, по мнению ее родителей, никак невозможно совмещать. Но хотя Катя и находилась в постоянном напряжении, неотрывно следя за дочерью, она была этому даже рада: поездка в одном купе с Андреем (да еще ночью) волновала ее не меньше, чем Дашу. А так ее голова хоть на какое-то время была занята другими мыслями, и у нее не оставалось возможности думать о приближающейся ночи. Андрей постарался устроить их поездку с наибольшим комфортом. Места были забронированы в вагоне «Люкс» в одном из четырех купе (каждое площадью, как 2 обычных). В купе было два спальных места: трансформируемый диван (который, как предполагалось, займут Катя с Дашей) и складывающаяся верхняя полка (для Андрея). Кроме того, была отдельная туалетная комната с умывальником, душевой кабиной и биотуалетом. Даша настолько перенервничала перед поездкой, что уснула почти мгновенно, едва успев вытерпеть, пока ее умоют и напоят обязательным стаканом молока. Ее родители, впервые за долгое время оставшиеся с глазу на глаз, не знали, как себя вести и о чем говорить. Катя, чтобы взять себя в руки и собраться с мыслями, сбежала в душ. Андрей остался сторожить сон малышки. Его тоже, хоть это было и не так заметно, беспокоило присутствие Кати рядом с ним в таком узком ограниченном пространстве. Поэтому он был ей благодарен за получасовую передышку (время, которое она потратила, принимая водные процедуры). Когда же она вернулась в спальную зону купе, одетая в свободные спортивные трико и обтягивающую маечку, он забыл, как дышать, и не нашел ничего лучшего, как тоже отправиться в душевую, чтобы освежиться. Вернувшись из душа, Андрей застал Катю уже спящей. Мужчина был почти уверен, что она притворяется, чтобы избежать общения с ним, но проверять свою правоту не стал, боясь возможных последствий этого общения не меньше, чем Катя. А потому просто присел на мягкую скамейку, напротив дивана, и стал смотреть на спящую женщину, вернее, на ее спину, на волосы, рассыпавшиеся вокруг головы. Мягкий свет, льющийся из туалетной комнаты, заставлял их переливаться, словно они были усыпаны искрящимся снежком. В его груди шевельнулись теплые воспоминания, но он постарался загнать их поглубже, опасаясь, что иначе не сможет уснуть. Отвернувшись к окну, посидел некоторое время, всматриваясь в темноту за стеклом, а потом разобрал полку, осторожно, чтобы не потревожить спящих маму с дочкой, постелил себе постель и улегся на спину, подложив руки под голову.
Пока Андрей плескался в душе, Катя нырнула под одеяло рядом с дочерью и закрыла глаза. Нечего было и думать, что получится уснуть. Когда он вернулся, она старательно сдерживала дыхание, чтобы казаться спящей. Вновь посетившее ее ощущение их единства пугало женщину, и потому она не хотела оказаться лицом к лицу с Андреем – боялась, что не сумеет скрыть от него своего излишнего волнения и трепета от исходящей от него силы, уверенности и спокойной решимости. Как только Андрей забрался на полку, женщина облегченно вздохнула и через полчаса уже крепко спала: волнение, предшествующее поездке, сказалось и на ней. Андрей же долго призывал к себе сон – вместо него на мужчину нахлынули воспоминания о счастливой неделе семейной жизни с женщиной, мирно спящей теперь на нижней полке и ни о чем таком, похоже, не думающей.
В Москве сначала подъехали к дому Андрея, что спровоцировало новый приступ тахикардии у Катерины. Но они всего лишь пересели из такси в его машину и уже на ней продолжили путь загород, в дом старших Ждановых.
И снова они были втроем, в закрытом узком пространстве. Дашка сначала крутила головой, пытаясь все рассмотреть, но быстро устала и положила голову Кате на колени. Вроде, даже задремала. Андрей вел машину и не мог смотреть на Катю, выводя ее тем самым из состояния равновесия своими черными омутами глаз. Зато она, пожалуй, впервые с момента их встречи в Киеве смогла рассмотреть его более внимательно. Висок посеребрила седина, появились морщинки в уголках глаз. В зеркало заднего вида можно было увидеть его лицо, но Катя не решалась долго смотреть на него, боясь неожиданно встретиться с ним глазами. А взгляд у него стал совсем другим: серьезнее, даже суровее, что ли. Лишь когда он смотрел на Дашу (Катя уже не раз обращала внимание), его глаза вновь загорались радостным светом, а иногда и озорством.
Размеры участка и двухэтажного дома с мансардой просто потрясли Катю. Она, конечно, думала о том, что Ждановы люди состоятельные, но чтобы настолько… даже не предполагала. Ведь нужны были немалые средства, чтобы содержать такой огромный дом и землю, на которой он стоял. А из разговора с Андреем она помнила, что в Лондоне у его родителей тоже есть свой дом.
- А поцему домик стоит один? Ему не скуцьно? – спросила Даша Андрея, выходя из машины на заснеженном дворе и не видя соседних домов.
- У него есть сосед, только маленький. Я тебе его потом покажу, - подмигнул ей Андрей.
Как только они вошли в широкую дверь, ведущую с террасы в дом, и попали через прихожую в большой холл, Катя увидела сухощавого высокого мужчину с мудрым взглядом карих глаз и элегантную женщину с осанкой и надменностью истинной леди. Маргарита с Павлом, услышав, что во двор въехала машина, вышли из гостиной, чтобы встретить сына с гостями.
Едва с головы девочки сняли шапку и на свет появились ее смоляные кудряшки, как Маргарита одной рукой вцепилась в руку мужа, а вторую прижала к груди, словно у нее заболело сердце. С недоверчиво-удивленным выражением на лице она посмотрела на сына и снова опустила взгляд к лицу малышки, которая жалась к матери, попав в незнакомую обстановку.
- Мам, пап, познакомьтесь – это Катя, - представил Андрей сначала женщину, - а вот эта маленькая мисс – наша Даша, - представляя дочку, он широко и довольно улыбался. А потом помог им обеим раздеться.
Павел Олегович первым пришел в себя и подошел к гостям.
- Здравствуйте, очень приятно познакомиться с Вами. Я Павел Олегович – отец Андрея, - он поцеловал Кате руку, спокойно и доброжелательно глядя в ее глаза. Кате понравился его открытый, добрый взгляд. Затем, опустившись на корточки, чтобы быть ближе к девочке, мужчина обратился к ней, - а ты можешь называть меня деда Паша, - его улыбка стала еще теплее, а взглядом он будто обнял малышку.
- А я Даса, - шепнула она в ответ и, стрельнув лукавым взглядом, тут же опустила глазки, не переставая прижиматься к Кате.
Маргарита Рудольфовна все это время присматривалась к Кате, немного придя в себя после первой реакции на девочку. Она не могла не признать, что Даша похожа на Андрея, как только может быть похож на отца родной ребенок. Но Катю она еще не поняла и смотрела на нее настороженно и даже враждебно. Наконец, у нее появилась возможность изучить женщину, которая внесла смуту в их семью, появившись в жизни Андрея три с половиной года назад. Поприветствовав гостью царственным кивком, женщина продолжала стоять, не предпринимая попыток пригласить всех в гостиную. Павел, несколько удивленный странным поведением жены, сам пригласил Катю с Дашей пройти в дом. Поравнявшись с Маргаритой, он представил ее гостье и обратился уже к ней, пока Андрей взялся проводить Катю с дочкой в столовую.
- Рита, ты накорми молодежь. Они, наверно, еще не завтракали.
Маргарита вспомнила о своих обязанностях хозяйки и поспешила на кухню.
За столом сидели молча. Андрею и Кате Марго предложила на завтрак яичницу с беконом, а Даша с аппетитом поглощала овсянку и исподтишка рассматривала новых родственников, болтая ногами, не достающими до полу. Катя уже не однажды сделала ей замечание, но девочка, не надолго успокоившись, снова забывалась, и ее ноги опять приходили в движение. Завтрак подходил к концу, когда Катя боковым зрением уловила какое-то движение справа от себя. Она повернула голову и наткнулась на вызывающий взгляд сероглазой блондинки, спустившейся со второго этажа. Затем девушка посмотрела на Дашу и застыла в немом ужасе, будто увидела свой оживший ночной кошмар. Андрей заметил, что Катя вся подобралась, словно для прыжка, и смотрит куда-то в сторону.
- О черт! – вполголоса выругался он и недовольно посмотрел на мать. Ему даже не надо было оборачиваться, чтобы понять, кто там стоит. Катя внезапно ощутила исходившую от него неожиданно возникшую волну негодования.
- Доброе утро! – проговорила Кира (правда, сама вряд ли в это верила), подходя к столу и наклоняясь к Андрею, чтобы его поцеловать. А потом села по правую руку от него, напротив Кати, и победно ухмыльнулась.
- Кирочка, ты проснулась? – расплылась в улыбке Маргарита, приветствуя будущую невестку.
Андрей поблагодарил мать и, не считая нужным представить невесту своим гостям, пригласил их на прогулку по дому. Катя была не уверена, что он обязан знакомить их с внутренним обустройством дома, но почувствовав негативную настроенность блондинки, не стала спорить и поспешила увести Дашу подальше от неприятной особы. Каждый из них двоих решил во время знакомства с домом обдумать свое дальнейшее поведение. Андрею не хотелось скандалить с Кирой при Кате и девочке, поэтому он ушел из столовой, зная, что не сумеет сдержать рвущуюся наружу ярость, если останется там – он заметил, каким недобрым взглядом одарила Кира Дашу, и спускать ей этого не собирался. А Катя, увидев в девушке врага не только для себя, но и для своего ребенка, задумалась о способах ограждения Даши от невзлюбившей ее невесты Андрея (о статусе девушки нетрудно было догадаться, если помнить, что Андрей единственный ребенок в семье).
- Катя, - заговорил мужчина, когда они еще не успели далеко отойти, и его могли слышать все находящиеся в доме, - никто не причинит Даше вреда. Я этого не допущу, - и бросил предупреждающий взгляд на Киру, чтобы ни у кого (в том числе, и у нее) не осталось сомнений, для кого были сказаны эти слова.
Вслед за ними поднялся Павел Олегович и попросил о возможности присоединиться к Андрею и гостьям. За столом остались только Марго и Кира.
- А девочка поразительно похожа на Андрея, - задумчиво произнесла Кира, когда ее могла слышать только будущая свекровь.
- Ты тоже заметила? Я просто дар речи потеряла, когда увидела ее, - согласилась с ней Марго, и у нее на лице снова появилось выражение благоговейного испуга.
- Я так надеялась, что это просто Андрюшина блажь, но теперь…
- Кирочка, ты о чем?
- Она отнимет у меня Андрея, - черты ее лица исказила гримаса душевного страдания.
- Даша? Ну, что ты, девочка моя. Она ведь всего лишь ребенок и, к тому же, они живут в другом городе.
- В том-то и дело, Маргарита. Уж лучше бы они жили в Москве. Андрей теперь, как только у него появляется свободное время, сразу в Питер летит, забывая обо всем. На меня у него совсем не остается времени.
- Кирочка, не надо смотреть на ситуацию так трагично. Скоро ваша свадьба, вы станете жить под одной крышей, Андрюша будет постоянно с тобой. А потом и у вас родится ребеночек.
- Я так устала. Да еще эта Катя… - Кира помолчала, а потом осторожно спросила Маргариту. – Вам не показалось, что она похожа на хищницу?
- Даже не знаю. Я пока не разобралась, что она за человек: на что способна, и как к ней относиться.
- А мне она сразу показалась высокомерной выскочкой.
- Увидим, что дальше будет. Только… уж не ревнуешь ли ты Андрея к ней? – по взгляду девушки Маргарита поняла, что попала в самую точку. – Кира, что ты придумала? Посмотри на нее и на себя. Ну, как вас можно сравнивать? Да, нет же, Андрей в ее сторону даже смотреть не станет.
- Хорошо, если так. Но они ведь были вместе, она даже родила от него ребенка. Значит, что-то Андрей в ней нашел.
- Кирюша, ну когда это было? И к тому же, он все-таки одумался – они же расстались.
Слова будущей свекрови лишь немного успокоили Воропаеву. Было две причины, которые делали Катю в ее глазах опасной соперницей. Во-первых, она не была похожей ни на одну из всех женщин, когда-либо бывших с Андреем. Именно эта непохожесть, как думала Кира, и могла быть для него особенно притягательной. Во-вторых, эта интриганка, как окрестила ее Воропаева, каким-то образом ухитрилась первой родить Ждановым старшим внучку. В глазах Павла и Маргариты это было серьезным аргументом в пользу Кати. Да еще девочка была копией их единственного сына. Обе, и женщина, и девочка, появившиеся из ниоткуда, казались Воропаевой способными лишить ее, Киру, давно взлелеянной и такой долгожданной мечты. А значит, по ее мнению, у нее были все основания ненавидеть одну и не любить другую.
Павел Олегович предложил начать осмотр дома с игровой комнаты, которая располагалась тут же, на первом этаже. На удивление, в ней даже оказались игрушки: несколько машинок, кукла и мягкие игрушки, сидевшие за игрушечным столом на стульчиках. Здесь же были большие мягкие кубики разной конфигурации, из которых вполне можно было соорудить дом или башню, или лабиринт. А рядом сидел огромный розовый слон, прислоненный к пирамиде из больших и маленьких коробок. На них и указал Павел Даше, когда они все вошли в просторную комнату. Девочка застыла в восхищении перед слоном, недоверчиво поглядывая на нового дедушку.
- Это мне?
- Тебе, детка.
Даша попыталась обхватить игрушку руками, но ничего не вышло, и она просто прижалась к розовому улыбающемуся слону.
- Бойсой. Мама, смотъи, слон, - глазки малышки сверкали. – Помнис, в цийке быи слоны. Они гъюсные быи, а этот веселый.
- Видишь, как хорошо.
- Спасибо, - поблагодарила вежливая малышка и с любопытством заглянула за спину слона, чтобы посмотреть на коробки.
- А сто там?
- Давай посмотрим, если хочешь, - предложил ей Павел.
Чего только не было в тех коробках! Видимо, Маргарита, не зная, что именно заинтересует маленькую девочку, скупила половину отдела игрушек. Андрей предложил на какое-то время оставить Дашу с дедушкой разбирать подарки, пока они будут осматривать дом. Катя, хотя и с некоторым сомнением, все-таки согласилась пойти с ним без дочки, решив, что отец Андрея и Даша смогут найти общий язык, и что девочка будет здесь в безопасности. Когда родители девочки вышли, из коробок стали появляться куклы: Барби с Кеном и детками, а также лошадки и пони для них. В более крупных коробках оказались детали для строительства дома Барби с конюшней и другими постройками. Даша, кажется, устала восхищаться извлекаемыми на свет игрушками. Они устроились с дедом на полу и собирали немаленький кукольный дом.
- Сказы, тут кто ессё зывет?
- Здесь живем мы с бабушкой Ритой.
- И все? В таком бойсом доме?
- Да, дом большой. Нам хотелось, чтобы здесь жили и наши дети с внуками.
- И я?
- И ты.
- У меня дъюгой дом. И там тозе бабуска и дедуска. Им без меня будет скуцьно.
- Вот в это я верю, - тепло улыбнулся, глядя на Дашу, Павел. - А ты приезжай к нам летом. Сейчас мы и сами живем в другом городе.
- А тут кто?
- Пока никто.
- Хоясо, - после минутного размышления согласился ребенок, - я пъиеду, есъи мама согъясится.
Так они и общались по мере того, как росли стены дома. Даша просто очаровала Павла. Такая смышленая, рассудительная, без излишней скромности, но и не дерзкая. Ее мать тоже понравилась мужчине своей сдержанностью, развитым чувством собственного достоинства. Пожалуй, он понимал, что могло привлечь его сына в этой маленькой женщине, в которой чувствовались и податливость глины, и стальная несгибаемость.
Дом, как и сказала Даша, был большой. На первом его этаже, кроме холла, просторной гостиной, кухни и столовой, была, как уже видела Катя, игровая, в которой осталась играть Даша, туалетная комната, кабинет и библиотека. На втором этаже располагались пять спален, гардеробные и туалетные комнаты. Была еще мансарда с жилой комнатой и гардеробной. Внизу, незаметный для глаз тех, кто попадает во двор, был еще цокольный этаж, не менее функциональный, чем жилые этажи. Там располагались технические и подсобные помещения, кладовые, винный погреб, а также сауна, бильярдная и тренажерный зал. Дом впечатлял своими размерами, количеством и разнообразием помещений. Было заметно, что строился он для большой семьи и предназначен был не только для того, чтобы служить крышей над головой, но и для того, чтобы его обитателям всегда можно было найти занятие по душе. Катя ходила за Андреем, который показывал ей родительский дом, машинально запоминала, где что располагается, хотя мысли ее были совсем о другом.
- Андрей, а зачем ты мне все это показываешь? – спросила она, когда они уже заканчивали осмотр дома.
- Я думал тебе интересно, - пожал плечами мужчина.
- Меня, конечно, поразили размеры дома и участка, но все помещения, которые могли бы меня заинтересовать, есть на первом этаже. Если это возможно, я хотела бы воспользоваться компьютером. Пока это все, чего бы я хотела
- Конечно. Не думаю, что папа будет против. Тебя проводить в кабинет?
- Спасибо, я запомнила, где он находится, - и Катя повернулась, чтобы идти.
- Катя, - остановил ее Андрей, - вы с Дашей останетесь ночевать здесь или вас отвезти в нашу… - он вдруг осекся и, растерянно посмотрев на Катю, исправился, - в мою квартиру?
- Я бы предпочла переночевать в гостинице, - сделав вид, что не услышала его оговорки, ответила женщина.
- Кать, зачем ты так? Если тебе неприятно будет у меня, останьтесь здесь – места же много. А я утром вас отвезу.
Катя лихорадочно пыталась найти причину для отказа. Прошло столько времени с тех пор, как они стали друг другу чужими. У Андрея за это время было невероятное, по ее меркам, количество женщин, он уже не должен был волновать ее, но почему-то все еще волновал, и она просто представить себе не могла, как сможет ночевать под одной крышей с ним, когда он будет с другой женщиной. Так ничего и не придумав, она решила оставить эту проблему на потом (до вечера что-нибудь придумает) и направилась в кабинет, ответив лишь:
- Там видно будет.
Заглянув в игровую, где Даша с дедушкой, так и не заметив ее присутствия, продолжали играть, Катя светло улыбнулась и пошла искать компьютер, чтобы проверить почту. Неожиданно для нее эта проверка затянулась (Суворов прислал ей документ на доработку и пару счетов для проверки), и Катя засиделась за работой. Когда Даша наигралась и захотела погулять, Андрей не стал тревожить Катю и сам отвел дочь на участок. Маргарита помогала одевать девочку.
- Ты моя бабуска? – спросила у нее Даша, когда Марго заправляла ее выбивающиеся кудряшки под шапочку.
- Получается, что так, - несмело улыбнулась Жданова.
- Ты не пахнес булоцьками.
- А почему я должна пахнуть булочками? – удивилась бабушка.
- Все бабуски так пахнут, - ответила Даша и, повернувшись к Андрею, подала ему ручку в перчатке. – Я готова, идем.
Маргарита так и осталась стоять, пока ее сын и нежданно-негаданно появившаяся внучка не вышли из дому. Девочка ей определенно нравилась. Она не была забитой, как многие дети, но не капризничала и не закатывала истерики, как другие, каких было, пожалуй, еще больше. Для своих лет она очень хорошо разговаривала и логично рассуждала. Что ж, наверно, им повезло с внучкой. Благодарить за это нужно было Катю, но вот она-то, как раз, и не вызывала у Маргариты особой симпатии и доверия. Жданова решила получше присмотреться к этой, как она успела понять, неглупой женщине: а ну, как на самом деле решит прибрать их Андрюшу к рукам.
Сначала Даша решила обойти вокруг дома, и пока они шли, поминутно спрашивала: «Сто вон за тем окоском? А вон за тем? А поцему так много окосек? А там есть дъя меня къяватка? Какой бойсой гаяз. А твоя масына там?» После тщательного осмотра дом был ею одобрен.
- Къясивый дом. Мне нъявится. А где его сосед? – вспомнила девочка про слова папы, сказанные утром, и Андрей повел девочку вглубь участка. Они пришли к домику, в котором жили Игнат и Анфиса. Игнат как раз чистил дорожку, ведущую к входной двери. Даша даже забыла, что собиралась посмотреть на «соседа»: ей тоже захотелось заняться этим интересным делом, но, к сожалению, лопата была слишком большой и тяжелой для ее маленьких ручек. Продолжая гулять, они зашли и на «задний двор», опустевший до весны. Увидев качели на лужайке, Даша подбежала к ним и попросила ее покачать. Долго, правда, качаться не получилось – ручки озябли, и пришлось срочно возвращаться в дом. Тут очень кстати наступило время обеда. Даша нагуляла аппетит и готова была съесть все, что бы ей ни предложили. А после обеда ее уложили спать в большой спальне на огромной кровати (в доме пока не было оборудованных детских комнат). На новом месте Катя не доверила эту миссию Андрею, и он оставил мать с дочерью вдвоем, проводив их в приготовленную комнату. Девочка заснула быстро, чему способствовали и впечатления от знакомства с новым местом, с новыми людьми, и прогулка на свежем воздухе. А Катя лежала рядом, размышляя о последних событиях, произошедших в ее жизни и в жизни ее дочурки, перебирала в голове детали прошедшего утра, думала о том, что же будет дальше.
Катя видела, что мать Андрея смотрит на нее подозрительно (словно боится, что она украдет столовое серебро или фамильные драгоценности), а его невеста даже не пытается скрыть своей неприязни, если не сказать больше. Но Катю их отношение к своей персоне совершенно не беспокоило. Она находилась в этом доме постольку, поскольку это было важно для ее ребенка (Павел и Маргарита, как-никак, приходились Даше родными дедушкой и бабушкой), пристально следя за тем, чтобы никто из присутствующих не посмел хоть чем-то обидеть девочку. Насчет мужчин она не волновалась: Андрей уже проявил себя как заботливый отец, движимый интересами своего ребенка, Павел Олегович - это было заметно - тоже безоговорочно признал девочку своей внучкой и теперь с искренним интересом и вниманием наблюдал за ней и охотно вступал с ней в разговоры и игры. Даже Маргарита Рудольфовна больше не вызывала у Кати особых опасений: несмотря на явное отсутствие симпатии к самой Катерине, к девочке мать Андрея отнеслась хоть и с опаской, но доброжелательно. Да и опасения ее были связаны, скорее, не с Дашей, а с неготовностью самой женщины признать за собой статус бабушки вот так вдруг, неожиданно, без обычной в таких случаях девятимесячной подготовки. А вот Кира вызывала у Кати опасения, несмотря на обещание Андрея. Ее неприятный, с прищуром, взгляд неотступно следовал за Дашей, непроизвольно заставляя замирать Катино сердце от страха.
Пока Катя укладывала Дашу спать, Андрей утащил Киру в библиотеку, чтобы никто не помешал их разговору.
- Кира, ты зачем сюда приехала? – едва сдерживаясь, чтобы не закричать, набросился он на невесту.
- А что такое? – с вызовом ответила она вопросом на вопрос. – Я давно не видела Маргариту с Павлом. Неужели я не имею права на то, чтобы повидаться с ними?
- Имеешь, конечно, имеешь, - вкрадчиво продолжал Андрей. – Но можно было перенести свой визит на воскресенье, когда Катя с Дашей уже уедут? Нет, тебе понадобилось непременно продемонстрировать, кто в доме хозяин. – Кира зло зыркнула на жениха и попыталась выйти из комнаты, но Андрей преградил ей дорогу. – Скажешь, не так? – он приблизился к уху Киры, схватив ее за локоть. – А тебе не кажется эта демонстрация несколько преждевременной? – произнес он с вызовом.
- Пусти, мне больно, - вскрикнула Кира, вырываясь, но Андрей даже не подумал извиниться. – Что ты этим хочешь сказать?
- Я хочу тебя предупредить: если ты хотя бы посмотришь на мою дочь как-то не так, я сделаю твою жизнь невыносимой, - уже выплеснув частично свое раздражение, Андрей заговорил спокойнее, но, тем не менее, достаточно угрожающе.
- Да она уже такая, благодаря тебе, - со слезами в голосе воскликнула девушка, - а с появлением твоей дочери…
Дальше слушать ее Андрей не стал.
- Я тебя предупредил. Потом не обижайся, если что, - бросил он, выходя.
Из библиотеки Андрей сразу направился в кабинет, достал из шкафа бутылку с виски и стакан. Плеснув себе немного янтарной жидкости, сел в кресло и задумался. Он был зол на Киру из-за того, что она приехала в дом его родителей, не предупредив его об этом. Был уверен, что сделала она это нарочно, потому что знала о его нежелании знакомить невесту с матерью своего ребенка. Но ее неожиданное появление позволило Андрею увидеть обеих женщин рядом, сравнить их поведение и сделать некоторые выводы. Кира проигрывала Кате по всем статьям. Оказавшись в незнакомой среде, Катя, оставаясь самой собой, держалась приветливо, но с достоинством, умело избегала неприятных разговоров, не задевая ничьих чувств. Кира же, которая вправе была считаться в доме хозяйкой (на правах давней дружбы семей Ждановых и Воропаевых), вела себя демонстративно вызывающе, неизвестно что и кому пытаясь доказать. Особенно неприятно было видеть ее непримиримое отношение к Даше. Такое полярное поведение женщин наводило Андрея на мысль о том, что присутствие Кати в их семье кажется более гармоничным, чем привычное присутствие Воропаевой.
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
