-Катюш, давай я отвезу тебя домой.
-Да…хорошо.- Катя автоматически собрала сумку и пошла вслед за Юлианой. Но на выходе из кабинета Андрея взяла её за руку.
-Юлиана…неужели нет другого способа…Они требуют от меня…невозможного…О чем с Вами говорили Ждановы?
Юлиана сочувственно посмотрела на Катю и обняла её за плечи.
-Кать…давай сегодня не будем об этом говорить. Ты устала, очень устала. Завтра утром я за тобой заеду, и мы все обсудим. Я не знаю, есть другой какой-то выход или нет. Но план Маргариты очень не плох для того, чтобы отвлечь внимание от главной проблемы Зималетто.
-Катенька…ты что, дочка? Заболела?
-Нет, мам…устала.
-Давай, поужинай и отдыхай. Мой руки, все за столом и ты вовремя. Пока горячее все, свеженькое. Супчик твой любимый есть, хочешь?
-Хочу.
Катя вяло водила ложкой по тарелке, есть она не хотела. Оказаться бы, где-нибудь на необитаемом острове, чтобы забыться на время от проблем.
-Катерина, ты есть собираешься или нет? Что это такое?
-Валера, не кричи. Катенька…случилось что-то?
Слезы закапали так быстро, как будто только и ждали определенной точки. Катя судорожно вздохнула. Коля замер с ложкой на весу.
-Пушкарева…ты чего? Кать?
-Так! Мне все это надоело. Что это за работа такая? То приходит под утро, то слезы льет. Доложить обстановку!- Валерий Сергеевич, когда нервничал или не понимал причину, всегда переходил на военный язык.
-Валера, прекрати кричать. Катюш, что ты? Успокойся.- Елена Александровна засуетилась около дочки. Погладила её по вздрагивающим плечикам, по волосам. Протянула салфетку, чтобы вытереть слезы и все время приговаривала - Тише, тише, дочка. Все будет хорошо. Вот увидишь.
Катя только отрицательно качала головой.
-Пушкарева…ну же. Что произошло-то?- Коля налил воды в стакан и поставил перед подругой. Катя часть расплескала на себя, часть все-таки выпила.
-Кколь, тты Вестник …видел?
-Нет, а что там?
-Там…там правда про Зималетто.
Коля как раз положил в рот кусочек рыбки, что была на тарелке, и подавился ею. Валерий Сергеевич от души стукнул его по спине, на что Зорькин обиженно отодвинулся от Пушкарева:
-Дядя Валера…Вы чего? Больно же.
-Так я помочь тебе хотел.
-Ага, переломом?
-Катенька, а что с Зималетто?
Катя переглянулась с Зорькиным. Тот еле заметно пожал плечами. Рассказывай, чего уж.
И Катя монотонно, опуская голову все ниже, рассказала всю правду о положении модного дома, о «Никамоде» и о её роли в этой ситуации. Валерий Сергеевич все больше мрачнел лицом.
-Выучили дочку, называется. И тебя, умника, тоже.- Отвесил Зорькину подзатыльник.- В курсе значит, был, а меня за нос водили. Дожил. И что теперь?
-Пап, компания выходит из кризиса. Медленно, но верно. Пока, во всяком случае. Если мы не отойдем от этого плана, то уже через 5 месяцев все будет в порядке. Суд по поводу Зималетто и Никамоды состоится через 3 месяца, поэтому ни о каком поглощении речи не идет. Я уверена, мы все делаем правильно.
-Тогда в чем проблема?
-Пока информацией владели только мы, все было нормально, но, сейчас…Естественно все кредиторы и фирмы – поставщики, мягко говоря, в шоке.
-А родители Андрея Павловича?
-Мы за этим и ездили в Лондон, когда слухи пошли. Все им рассказали.
-Что было?
-Мам, как ты думаешь, что было?
Валерий Сергеевич встал и пошел к шкафчику за наливкой.
-Да… детки…порадовали… Наряд вам вне очереди и гауптвахта. И ремня не мешало бы.
-Если бы…Пап, мам…
-Так, Катерина, что ещё?- Валерий Сергеевич сердито посмотрел на дочь. Но когда она подняла на него глаза- растерялся и уже взволнованно спросил- Что, Катюш?
-Маргарита Рудольфовна…она придумала, как можно отвлечь внимание от…от проблем фирмы…Она хочет…чтобы мы с Андреем…
-С кем?
-С Андреем Павловичем…на показе …были как пара и велись разговоры о слиянии двух фирм…
-Что значит…пара? Жених с невестой что ли? Так у него есть невеста.
-Уже нет. Они расстались.
-Как это…расстались…свадьбы не будет?
-Нет.
-Катенька, а ты вот сказала, что Ждановы хотят, чтобы вы с Андреем Павловичем…
Катя зажмурила глаза и молча кивнула головой. Слезы опять закапали. До Валерия Сергеевича дошло, что сказала дочь. Сначала он просто потерял дар речи. Потом замаршировал по кухне, кипя от праведного гнева, а потом…потом его прорвало.
-Это что же они удумали. Как это? Какая ты ему пара? Да я…я сейчас…Лена, где мой парадный китель?
Катя соскочила со стула и вцепилась в папину руку:
-Не надо, папочка. Не ходи.
-Как это не ходи! А кто тебя защитит перед этими капиталистами? Ишь чего удумали, не стыда ни совести. Девчонку использовать.- Валерий Сергеевич наматывал круги по кухне, ругая Ждановых и всея Зималетто. Казарменный сленг перемежался крепкими словечками. Катя с Колей переглядывались и впору уже было смеяться над Пушкаревскими, итить…мать…пушку…в зад…Сейчас каак пальну им… и ты ды. Катя не удержалась и засмеялась, вытирая слезы. Валерий Сергеевич остановился посреди кухни и замер, глядя на дочь. У самого сердце сжималось. Ведь это его маленькая девочка и ничего она не выросла. Всяк её обидеть хочет. Он подошел и прижал её к себе, целуя в макушку и гладя по спине.
-Не плачь, Катюш, не плачь. Всё обойдется.
Елена Александровна видя слезы на глазах бравого полковника, чтобы не смущать его, вытащила Колю с кухни.
-Пойдем, Коленька, не будем мешать. Пусть поговорят.
Катя пришла к себе в комнату, через полчаса. Мама с Колей сидели на её диванчике и взволнованно прислушивались.
-Мам, папе с сердцем не очень хорошо. Он в спальню пошел. Лекарство выпил.
-Ой, я тогда тоже пойду. И вы, детки до поздна не сидите. Поговорили?
-Да, я убедила его не ходить в Зималетто.
Катя забралась с ногами на диван и закрыла и глаза. Колька подвинулся ближе к ней и обнял за плечи.
-Катьк…ты как?
-Пусто, Коль. Понимаешь, все как не со мной. Душу вынули, а взамен, как будто ничего не поставили. Теперь там холодно и ветер.
-Ничего, Пушкарева- Коля потер её руку, как будто согреть хотел- Не впервой ведь. Прорвемся.
-Да уж…Такое точно впервой.
-Что деньги с людьми делают. Ты и Жданов с ума сойти. Представить такое. Разве возможно.
-Ты меня тоже обидеть хочешь?- Катя отодвинулась и посмотрела на друга.
-В смысле?
-Ты только что сказал.
-Ну…я…просто…
-Просто…между прочим, у меня со Ждановым…я…
-ЧТО???
-То.- Катя отвернулась от друга.
-Ну-ка, ну-ка, поподробнее. Пушкарева, я тебя бояться начинаю. Что ещё я про тебя не знаю?
-Все ты знаешь. Отстань. Коль, что делать-то?
-Ну… в конце-концов, побудешь его девушкой. Помнишь, ты ж в театральном кружке играла, сама мне рассказывала.
-Ага. Во втором классе. Сосульку.
-Не важно. Значит можешь. Вот и…в конце-концов, вас же не объявят женихом и невестой.
-Это уж, вообще смех тогда будет. На одном показе Жданов-Воропаева жених и невеста. На другом Жданов и Пушкарева. А потом мне что делать, Коль…потом…Все тоже самое, опять. Ничего не меняется.
-Катьк, ну…придумаем что-нибудь.
-Что мы с тобой придумаем…Ладно, Коль. Поздно уже. Я спать хочу.
-Давай. До завтра. И это…Кать. Я тебе обещаю, мы что-нибудь придумаем, слышишь?
-Слышу, Коль, слышу. Пока.
-Пока. Я захлопну дверь.
-Угу.
Катя осталась одна. Наконец-то. Бесконечный какой-то день. Сил никаких не осталось. Она не будет, сейчас, ни о чем думать. Душ и в постель. Медленно застелила диванчик, достала махровый желтый халат и в душ. Может чуть больше постояла под струями воды, может быть прислушивалась к себе и получала удовольствие от того, как уходит напряжение, как вода ласкает тело. Из душа вышла, почти спокойная. Налила большую чашку чая с медом и забралась на диванчик. Спать расхотелось, а вот полежать в теплом гнездышке из одеяла было просто здорово. Она достала альбом своих фотографий. Нашла эту Сосульку и посмеялась, вспоминая тот новогодний утренник. Услышала, что в сумке звонит сотовый. Двенадцатый час, кто бы это? Андрей…
-Да.
-Кать…вы…ты не спишь ещё? Я разбудил?
-Разбудили.
-Кать…
-…
-Кать…
-Спокойной ночи, Андрей Павлович.
-К…- но Катя выключила телефон. Зачем? Зачем ты позвонил…опять бессонная ночь…Но она заснула с альбомом и медведем. А во сне видела, как сидела у Андрея на коленях, в желтом своем махровом халате, а он тянулся к её губам и шутил:
-Цыпленок ты мой.
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Шайбу-шайбу! 
*
