Амалия писал(а):
Это типа вот так, да?
Ждем
В Иркутске уже воскресенье, но в Москве ещё суббота, так что автор данное обещание почти не нарушил... 
После пробуждения ощущение сказочности происходящего не исчезло, но начала просыпаться убежденность, что эта новорожденная сказка и есть самая настоящая реальность, а то, что было раньше, весь его интимный опыт, которым он (глупец!) недавно гордился - всего лишь пролог, предисловие. Более того – предисловие содержало в себе много лишнего, ненужного, но об этом сейчас совсем не хотелось думать, да и не стоило – слишком блёклым, скучным и незначительным являлось оно по сравнению с настоящим. И хотя в событиях этой ночи не было ничего необычного, но внешняя обыкновенность нисколько не нарушала атмосферу чуда, таинства, соединяющего двоих в единое целое. Раньше ему не дано было испытать подобное. А теперь… Оказывается, можно чувствовать себя невероятно счастливым, просто охраняя сон своей женщины…
Андрей осторожно повернулся на бок, стараясь не потревожить спящую Катюшу. Убрал с её лица прядку волос, деликатно провёл кончиками пальцев по обнажённому плечу. Немного осмелев, легонько погладил по спине… Ну вот, разбудил… Открыла свои дивные глаза, изумлённые, счастливые. Прошептала:
- Андрей…
Его девочка, только его. Прильнул губами к её губам, пытаясь хоть ненадолго продлить волшебное безвременье…
- Андрей…
- Доброе утро…
Ещё один поцелуй.
- Андрей… Который час?
- Не знаю… В этой комнате нет часов.
- Совсем? - Удивилась. – Ты шутишь?
- Нисколько, - с улыбкой ответил он.
- А будильник?
- Будильник у меня в мобильном, а мобильный - в Зималетто…
- В Зималетто… - повторила Катенька. – Андрюш, мне домой надо. Мама волнуется, наверное.
- Наверное?
- Точно волнуется… Будет лучше, если я вернусь раньше, чем папа приедет.
- Папа… Твой папа – это серьёзно…
По дороге домой Катюша опять заснула. Пробудилась, когда Андрей остановил машину во дворе. А потом они долго прощались. В машине, у подъезда, в подъезде…
Возвращаться в опустевшую квартиру не хотелось, и Жданов последовал примеру Кати: поехал к маме. По дороге ему повстречалась знакомая Каррера, движущаяся в обратном направлении, и Андрюша мысленно благословил госпожу Фортуну, избавившую его от необходимости смотреть нынешним утром в глаза Валерию Сергеевичу.
Открыв своим ключом дверь родительского дома, Андрей тут же угодил в объятия Малиновского.
- Жданчик, дорогой! Ты очень вовремя приехал! Валерий Сергеевич и Николя недавно отбыли восвояси. Маргарита Рудольфовна ещё не просыпалась.
Ромка излучал жизнелюбие и был готов принять новые сюрпризы от проказницы-судьбы. В том, что большинство из них будут приятными, он не сомневался.
- Где Алевтина? – поинтересовался Андрей после дружеского приветствия.
- Алевтина на кухне блинчики печёт. Кстати, ты ей должен. За молчание и за коньяк.
- Какой ещё коньяк?
- Французский. Ничто так не сплачивает людей, как хорошая выпивка и совместное прошлое.
- Не понял.
- Сейчас поймёшь, идём, - Ромка повёл Андрея в комнату, в которой ночевал.
Закрыв дверь, Малина занял место напротив Жданчика и потребовал:
- Рассказывай!
- Я? Кажется, это ты собирался что-то рассказать.
- Сначала ты, - упрямо возразил Роман. – И как можно подробнее.
- Вот ещё! – буркнул Андрей. – Обойдёшься без подробностей.
- Тогда и ты обойдёшься.
- Совесть имей!
- А это кто? – осведомился Малиновский, придав лицу простодушное выражение. – Ты где с ней познакомился?
- Ладно, - Андрей поднялся. – Пойду к Алевтине на кухню. Там блинчики…
- Стоп! Жданыч, так не честно, - обиженно проговорил Ромка. – Мы с Зорькиным, между прочим, старались. Ты хотя бы скажи: не зря?
- Не зря, - Андрей улыбнулся.
- А поточнее?
- Спасибо вам большое. Вы не зря старались.
- А ещё точнее? – не отставал Малина.
- У нас с Катей всё хорошо.
- Всё – это…?
- Всё – это всё! – отрезал Андрей.
- Ещё один вопрос. Только один!
- Если только один… - Жданов предостерегающе глянул на Ромку. – Задавай.
- Куда ты её повёз?
- К себе, - ответил Андрей после непродолжительной паузы.
- Вот и славно, - Малиновский развалился в кресле. – А то я волновался: вдруг мы с Колькой тут спектакль разыгрываем только для того, чтобы ты с Катюшей всю ночь в клубе протанцевал.
- Давай лучше обсудим вашу театральную постановку.
- Охотно…
И Ромка, не упуская ни одной значительной детали, поведал о событиях вчерашнего вечера. Как Маргарита Рудольфовна и Валерий Сергеевич вначале разговаривали друг с другом довольно холодно, и даже старания Малиновского и Зорькина почти не дали положительных результатов. А потом Алевтина Яковлевна принесла свежеиспечённое печенье и, выйдя ещё на минутку, вернулась с французским коньяком, который, по её словам, подарили ей неделю назад, на день рождения. И грех был не выпить за здоровье Алевтины Яковлевны, и все выпили. А после Маргарита Рудольфовна вспомнила, что у Катеньки день рождения, и поздравила Валерия Сергеевича. И опять желающих согрешить не нашлось, и был второй тост, и обстановка потеплела, и Ромка с Колькой очень этому обрадовались, только переживали – как бы она не накалилась. А старшее поколение вдруг начало обсуждать нынешнюю молодёжь и вспоминать свою юность, и тут неожиданно выяснилось, что Маргарита Рудольфовна и Валерий Сергеевич учились в одной школе, только Пушкарёв раньше её закончил. И увлекательнейшая беседа прервалась только в двенадцатом часу, когда госпожа Жданова заволновалась из-за того, что Андрюши так долго нет. И Ромка соврал, что, когда он выходил на минуточку, ему позвонил Жданов с Катиного телефона, и что Андрей с Катей сейчас в клубе, и загородная прогулка отменяется. И Валерий Сергеевич засобирался домой. А Колька ключи потерял… Нет, не у Малиновского в кармане, а у Маргариты Рудольфовны – так было надёжнее (Колькина идея, кстати!). Ключи, конечно же, вечером не нашли, и заночевали Зорькин и Валерий Сергеевич в гостеприимном доме Ждановых. А нынче утром Ромка помог Николаю пропажу отыскать и Алевтине – дорогих гостей проводить…
Маргарита Рудольфовна, не ожидавшая увидеть сына утром, очень обрадовалась его приезду. Отметив про себя, что мальчик явно не выспался, при этом выглядит счастливым, Жданова решила, что разговор по душам можно отложить: и так почти всё ясно. И когда в машине, по дороге в Зималетто, Марго поинтересовалась планами Андрея на предстоящие долгие выходные, она нисколько не удивилась, услышав ответ-просьбу. К идее пригласить Катю в Лондон Маргарита отнеслась вполне благосклонно: если нет возможности режиссировать события, то нужно, по крайней мере, вести пристальные наблюдения…
Удача продолжала сопутствовать Андрею, воплотившись на этот раз в Великого Дизайнера, который появился у ресепшен весьма кстати и тут же увлёк Маргариту Рудольфовну в мастерскую. Выяснив у Короткова, что Катя у себя, Андрей полетел в свой кабинет. Полдня без неё – это так долго…
- Андрюш, подожди… - Катя безуспешно попыталась высвободиться из объятий возлюбленного. - Сегодня последний день перед праздниками…
- Да?.. И что?… - прошептал Андрей, целуя нежную девичью шейку.
- Работать… надо…
- Работать? – Жданов немного отстранился и спросил с деланной серьёзностью. – Ты считаешь, что у нас недостаточно хорошо получается?
- Андрей, - Катенька густо покраснела и легонько толкнула мужчину. Тот, желая немедленно загладить мнимую вину, вновь притянул девушку к себе. Но через пару минут запищал телефон, и здравый смысл опять начал продираться сквозь затуманенное сознание Катюши.
- Теле… - попыталась сказать она, на Андрей снова накрыл её губы своими. Назойливый аппарат наконец-то понял, что никому до него нет дела, и временно замолчал…
- Так нельзя, - едва слышно произнесла Катя, когда влюблённые переводили дыхание.
- Нельзя, - прерывающимся шёпотом проговорил Андрей. – Ни минуты покоя… Звонят и звонят.
- Нам так нельзя…
- Нам можно… Нам сегодня всё можно… Да что ж это такое!
Последний возглас был вызван новым шквалом телефонных звонков в каморке и кабинете.
Переговорив с поставщиками, Катюша проявила решительность и заявила нерадивому начальнику, что дел невпроворот, а до конца рабочего дня осталось всего три часа. У Жданова была масса возражений, но Катенька заупрямилась. Тогда Андрей сменил тактику и, усевшись на стремянке в углу, начал гипнотизировать маленькую строптивицу, безрезультатно старавшуюся не смотреть на него…
Потапкин жестоко страдал с похмелья и мечтал о баночке пива. Дамочки-женсоветчицы были мучимы иного рода жаждой. Они желали знать: 1) Почему Коля совсем не похож на того молодого человека, который заезжал за Катериной месяц назад? 2) Как зовут того, кто заезжал за Катей месяц назад, и откуда он взялся? 3) Почему Коля никогда не заезжал за Катериной, а если заезжал, то почему женсовету ничего об этом неизвестно? 4) Какая у Коли машина? 5) Почему Кати до полудня не было на рабочем месте? 6) Почему не явилась на заседание в курилку? 7) Коля – жених или кто?
Пончита могла бы ответить на некоторые из этих вопросов, но тогда следовало бы признаться подругам, что она долгое время скрывала от них важную информацию. В создавшейся ситуации, чтобы заслужить прощение женсовета, надлежало добыть ещё более ценные сведения, чем Танюша и собиралась заняться в ближайшее время. Но безжалостный Урядов пресёк на корню все благие начинания Татьяны, загрузив её работой...
Заглянув в пустую приёмную, Тропинкина подкралась к кабинету президента, прислушалась, на всякий случай постучалась и открыла дверь. Жданов отсутствовал. Машка победно взвизгнула, ворвалась в каморку, взгромоздилась на стул напротив Катюши, и, поймав её растерянный взгляд, заявила:
- Катя, я прямо здесь и сейчас умру, если ты мне немедленно всё не расскажешь!
- Умирай, Тропинкина! – раздался из-за её спины голос президента. – Катя тебе ничего не будет рассказывать…
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
и заявленный рейтинг не позволили. 
Даже если у соседей трубу прорвёт и Андрюшкину кроватку зальёт, есть ведь исчо диван в зале... 
Все только для фронта, все для победы.( И уже даже не ради фирмы).
Вот что значит, когда от первого поцелуя до первой ночи год проходит... 
