Привет!
Сначала хотела, чтобы текст еще до завтра полежал, а потом подумала: да ладно! Сколько уже можно! Ловите!
Температура действительно поднялась. Жданов метался в постели, бормотал что-то невразумительное, с кем-то, похоже, спорил, ругался и в чем-то обвинял.
Заснуть Роману удалось только под утро, да и не заснул он по-настоящему, а так, прикорнул, не раздеваясь, на краешке ждановской кровати в ждановской же спальне.
Проснулся он, как ему показалось очень скоро, от того, что кто-то довольно грубо тряс его за плечо. На такую наглость плечо отозвалось тупой болью, которая тут же разлилась по всему телу. Пришлось совершить над собой гигантское усилие и открыть глаза. В комнате было очень светло. Этот свет точно ослепил бы бедного Романа, если бы над ним не нависало желто-фиолетовое, как один сплошной синяк, кое-где залепленное лейкопластырем лицо Жданова.
- Ты что здесь делаешь? - задал красавец умнейший вопрос.
Рома откинул голову на подушку и глаза закрыл.
- Сплю.
Этот краткий и исчерпывающий ответ почему-то Андрея не удовлетворил. Безжалостная рука снова потрясла лежачего за многострадальное плечо.
- Что ты здесь разлегся, я тебя спрашиваю? Просыпайся!
Рома тяжело вздохнул, потянулся к стоящему на тумбочке будильнику - половина первого. Замечательно! Новый рабочий день уже скоро закончится. Сел, потер лицо обеими руками, пытаясь сбросить с себя чугунную усталость. Поднял взгляд на возвышающуюся над ним недовольную физиономию. Вот что ему надо, а? Оклемался уже, что ли? На своих двоих уже держится, так надо к людям цепляться? Или может им, двум побитым руководителям, на работу пора?
Заговорил, еле ворочая языком:
- Жданов, у тебя совесть есть? Ты чего меня будишь? Всю ночь же от тебя покоя не было, я только задремал.
- Чего-о? Тебя сюда никто не звал, спаситель хренов!
- Меня Катя вызвала, - буркнул Рома, с кряхтением поднимаясь на ноги, - забыл, что ли, как мы над тобой хлопотали? Что ж ты неблагодарный такой?
Сил на дискуссию не было и очень хотелось пить. Поплелся, шатаясь, на кухню. Бдительный хозяин дома двинулся следом и внимательно пронаблюдал за тем, как гость достает из холодильника и опорожняет бутылку минералки. В туалет и ванную, правда, сопровождения избежать удалось, когда Рома, умывшись ледяной водой и немного придя в себя, снова появился на кухне, Андрей ждал его, скрючившись в углу на табуретке. Руки с разбитыми в кровь костяшками пальцев смирно лежали на коленях, а расстегнутая рубашка открывала взгляду покрытое многочисленными ссадинами тело. Ребра перевязать вчера так и не удалось, больной отбивался изо всех сил.
Рома сел напротив Жданова за стол, некоторое время молча, сочувственно его разглядывая.
Вид, совершенно естественный после драки. Двух даже драк. Если ему, Роману, все тело после вчерашнего болит, то, что должен Андрюха чувствовать? Ему ведь вдвое больше досталось.
С удивлением прислушиваясь к себе, понял, что злости на Андрея он уже практически не испытывает. И даже почти на него не обижается. Видимо, сказалось ночное дежурство у постели раненого и забота о нем. Смягчился в процессе ухаживания при виде страданий. Их ссора уже казалась простым недоразумением, которое нужно прояснить и все снова будет нормально. Всю ночь он боролся с непонятной ждановской агрессией. Надо понять, что случилось. Постепенно и спокойно.
- Катюшка мне позвонила, если ты помнишь, - миролюбиво продолжил прерванный разговор, - испугалась, бедняжка, что сама не справится и ты у нее на руках помрешь. Бегала тут, личико тебе протирала, водичкой поила, даже плакала. И мне велела никуда не уходить и твой сон охранять.
Помолчал немного, ожидая хоть какой-то поддерживающей разговор реплики. Ее не последовало. Жданов был занят разглядыванием противоположной стенки.
Роман усмехнулся слегка, повертел в руках стакан и задал прямой, требующий ответа вопрос:
- Ты как, вообще? Тебе лучше? Помирать не собираешься?
И ответа удостоился:
- Не дождешься! Нормально все со мной!
Немотивированная агрессия продолжалась. Жданов был явно зол, мрачен и воинственно настроен. Никакой благодарности за дружескую помощь, за проведенную у его постели бессонную ночь он, кажется, не испытывал и проявлять не собирался.
- Ты, конечно, герой, - спокойствие, только спокойствие, - Катя мне рассказывала, за честь дамы вступился, против троих стоял. Ну Кира, зараза, совсем сбрендила: надо же, действительно слежку устроить! И Клочкову еще притащила! И чего ей неймется, спрашивается? Ты ж сейчас чист перед ней, как стеклышко. Правильно ты с ней поругался. Надо ее как-то на место поставить. Если сейчас уже такое, что ж дальше-то будет?
Андрей на своей табуретке осторожно выпрямился и, откинувшись назад, оперся на стенку. Смотрел презрительно и гневно.
- Мои отношения с Кирой тебя не касаются.
- Ну да, ну да, - Роман начал испытывать раздражение. Трудно оставаться спокойным и полным благих намерений во время такой беседы и под таким взглядом. Ну, не ангел же он, в самом деле!
- Она же драку нашу с тобой видела, интересно, какие выводы может сделать из услышанного? Что мы там с тобой друг другу орали в процессе, не помнишь? Наверно, много лишнего. И про Катьку и про Зималетто. Как бы она не захотела проверку какую-нибудь на фирме устроить. С нее станется!
- Дела Зималетто тебя не касаются тоже! Ты же собирался уволиться, забыл? Так я тебя не задерживаю.
Рома глубоко вздохнул. Вот так значит... Пошел вон, то есть.
Терпение заканчивалось.
- Ты мне скажи, тебе голова не болит?
- Представь себе, нет.
- А вот я не уверен, что у тебя с головой в порядке! Ты что-то, дорогой товарищ, неадекватен в последнее время, тебе не кажется?
- Со мной все замечательно и тебе здесь совершенно нечего делать!
Ну все! Со святого Романа Малиновского довольно!
Навалившись всем телом на стол, сцепив руки в замок, Рома подался вперед, словно пытаясь быть к Жданову ближе и все-таки до него достучаться:
- Да если бы я тебя, дурака, другом своим не считал, в жизни бы тут не торчал! И из Зималетто я могу в два счета уволиться, не велико счастье! После того, что ты у Пушкаревых устроил! Ты соображаешь вообще? Ты можешь мне нормально объяснить, что происходит? Чего ты на меня рычишь? Чего с кулаками кидаешься? Что я тебе плохого сделал?
- А ты не догадываешься?
- Знаешь, я не ясновидящий, чтобы понимать, что у тебя в голове творится!
Андрей молчал. Прожигал взглядом насквозь и молчал.
Роман разозлился окончательно.
- Ну, так что? Ты говорить разучился? Что за тайны Мадридского двора? Что ты уставился на меня как на врага народа? Не намахался еще? Убить, что ли хочешь? Так давай! Ни в чем себе не отказывай! Бей!
Жданов тяжело дышал, смотрел уже с откровенной ненавистью и сжимал кулаки.
Принятое решение отразилось в сверкающих яростью глазах.
Приподнялся, схватил Романа за воротник... Выплюнул прямо в лицо:
- Хватит комедию ломать! Я все знаю!
- Что ты знаешь?!
- Катя влюблена в тебя как кошка!
- Что???
Этого Рома не ожидал. Причем здесь Пушкарева? Так и застыл в нелепом, приподнятом над стулом положении...
- С чего ты взял? И поэтому ты так бесишься? Ревнуешь, что ли???
- Прекрати! - Андрей снова тряханул его за ворот. - Я читал ее дневник!
- Подожди! - оторвал от себя ждановские руки. Сел. Попытался сосредоточиться.
- Стоп. Ты читал у Кати в дневнике, что она влюблена в меня?! Что, правда?!
Перепад настроения был слишком резким: на смену злости, напряжению и обиде пришло изумление, быстро перешедшее в облегчение и бурную радость.
Рома засиял довольной улыбкой,
- А скрывала-то как! Ух ты! Мастерство не пропьешь! Так что она там пишет? Расскажи! Грезит обо мне? Мечтает, как прижму ее к своей мужественной груди?
- Зачем же ей мечтать? У вас уже все было. Ей нужно только ночки дождаться.
- Что за ерунда? Ничего у нас не было. Она ж от меня шарахается, а сама, значит, фантазирует. Ну конспираторша! Зоя Космодемьянская!
Облегчение вылилось в веселый смех и небывалую активность. Рома уже вскочил и бегал по кухне.
- Жданчик! - подбежал к Андрею, стукнул его по плечу, - А ты, бедный, ревнуешь, да? Я смотрю, Катюшка тут у тебя как дома орудует. Ты ее обхаживаешь? Домой даже приводишь? Ну да, она вон как преобразилась, ты и запал на нее, понятно... Она красивая, я ж тебе говорил. Так я тебе ее передаю с огромным удовольствием, какие проблемы? Тебе ж только сказать мне надо было и все. Мы же никогда с тобой из-за баб не ссорились. Тем более из-за Пушкаревой еще не хватало!
- Уступаешь, значит?
- Ну конечно! Какая разница, кто из нас будет ее контролировать? Я тебе сразу говорил, чтобы ты сам за это дело брался. Что у тебя лучше получится.
Все, я пас! Свобода! Ты что, мне эта бодяга триста лет не нужна. А если Катя тебе еще и понравилась, так это вообще здорово - совмещай полезное с приятным.
- Она любит тебя.
Самодовольная улыбка снова расцвела на лице Романа.
- Ой, да ладно! Любит - разлюбит. Обо мне она только мечтает, а ты будешь у нее реальный принц на белом коне, она быстро переключится. Она уже переключилась - ты бы видел, как она тут за тебя переживала, прямо тряслась вся. И "осторожно", и "аккуратно", и "ой-е-ей, ему лежать неудобно". Подушечку поправляла, одеяльце на тебе разглаживала. А как она меня умоляла тебя на ночь одного не оставлять! Андрей, она уже твоя, это Я тебе говорю!
Рома был счастлив. Проблема не стоила и выеденного яйца и разрешилась самым замечательным образом.
- А я себе голову ломаю, откуда Катя так хорошо квартиру твою знает, даже консьержку по имени называет, а она уже тут бывала много раз, да? Но вообще ты рискуешь, Кира узнать может или еще кто-то из знакомых увидит, зачем так кардинально-то? Снял бы номер в гостинице, да и все...
Эйфория, сопровождаемая радостным щебетанием, была прервана на самом пике.
Жданов стукнул кулаком по столу:
- Заткнись! Хватит уже! Ты не понял? Тебе не повезло, я ВСЕ знаю.
Роман снова от неожиданности замер. Стерлась с лица улыбка. Только сейчас он заметил, что Андрей совершенно не разделяет его счастья, что он по-прежнему зол, напряжен и мрачен. Даже больше того, просто кипит от бешенства.
Падать с высоты эйфории было больно.
Подошел и осторожно опустился на свой стул.
- Да что ты такое знаешь, черт побери? - проговорил тихо и хрипло.
- Ты целенаправленно влюбил в себя Пушкареву, ты спишь с ней давным-давно...
- Да чушь это, сколько же можно! - воистину ход мысли этого дуралея непостижим, - И вообще, я не понимаю, какая разница, тебе что, девственница нужна?
Жданов будто не слышал и упрямо, монотонно продолжал, буравя Романа взглядом:
- Ты даже подружился с ее родителями и таки добился того, что она потеряла голову и готова ради тебя на все. Ты спишь с ней, но не это самое страшное. Страшно то, что ты делаешь это тайком, ты врешь мне в глаза. И заставляешь врать бедную влюбленную дурочку.
- Вот как. И зачем же мне это нужно? - вопрос был задан почти неслышно.
Неужели Андрей подозревает его... Не может быть...
- Ты предатель, Малиновский. Как ты мог предать нашу дружбу? Ну да, о чем это я... С твоей стороны дружбы никогда и не было, правда? Ты только завидовал мне и ждал удобного момента, - сжатый кулак снова стукнул по столу. - У тебя все равно ничего не выйдет, так и знай. Денег компании тебе не видать, как своих ушей. Катя ничего тебе не отдаст, у нее это просто не получится. Я не позволю ей это сделать. Я предупрежден, значит, вооружен. Так что, оставь ее в покое.
Шипение Жданова становилось невыносимым. Жестокие, невероятные слова, произносимые с ненавистью и презрением, гремели в ушах. Чудовищность обвинений на какое-то время просто парализовала Романа. От оскорбления он не мог произнести ни слова.
- На нас работают такие адвокаты, что ты, если не отстанешь, закончишь свои дни в тюрьме. Это я тебе обещаю. Ты уволен, Малиновский. Убирайся из Зималетто, чтоб ноги твоей там больше не было и не попадайся мне на глаза никогда!
Первым порывом было действительно убраться отсюда к чертовой матери. И ничего не говорить. Не объяснять, ни в коем случае не оправдываться, просто уйти. Роман даже поднялся, отшвырнув стул, и пошел к двери.
А потом понял, что это будет выглядеть, как признание вины. И он уже никогда не отмоется. И, кроме того, этот идиот останется один на один с непонятным, хитрым, изворотливым, возможно могущественным врагом.
И остановился. Вернулся и навис над Ждановым:
- Это Пушкарева тебе сказала, что я хочу забрать у нее Никамоду и Зималетто?
Теперь Жданов был враждебно насмешлив.
- Нет, что ты! Она свято выполняет твой приказ - держится от тебя на расстоянии и постоянно повторяет, что терпеть тебя не может. Ты хорошо ее выдрессировал. Молодец! В своих талантах можешь не сомневаться! Говорю же, тебе просто не повезло - мне попался на глаза ее дневник. Случайно. И я не удержался - прочитал. О том, как она изнывает от любви к Роману Малиновскому и клянется выполнить любое его желание.
Грубо оттолкнув все еще нависающего над ним Рому, Жданов встал, отошел к окну и, круто развернувшись, в притворном раскаянии схватился за голову:
- А-а, подожди, я понял! Это был совсем другой Роман Малиновский! Или нет. Катенька удивительная! Тебя настигло светлое чувство, и ты не мог ему сопротивляться! И мне не мог рассказать, боялся, что я подниму тебя на смех! И влюбился ты в Катеньку именно сейчас, когда она является владелицей Никамоды, чисто случайно, ну произошло такое стечение обстоятельств, любовь же не спрашивает, когда ей нагрянуть! И нет у тебя никаких корыстных мотивов, даже в мыслях никогда не было!
Напускная дурашливость исчезла, будто ее и не было, тяжелый взгляд снова пригвоздил Малиновского к полу.
- Ну что, я все перечислил или ты еще что-нибудь придумаешь в свое оправдание?
- Андрей, я с ней не спал. Клянусь. Это какая-то подстава, - Роман говорил совершенно серьезно и тихо. Без обиды, без эмоций и тем более без подшучивания. Какие уж тут шутки! И обиды могут подождать. Вокруг них творится что-то невообразимое!
- Я своими глазами читал ее жаркие воспоминания о вашей ночи у тебя в квартире.
- Она описывает мою квартиру?
- Да. И в подробностях.
В бессильной ярости Роман крутнулся на месте.
Это серьезно. И очень опасно. В лапы каких матерых хищников они попали?
Андрея можно понять, любой бы на его месте поверил...
Подскочил к Жданову, ухватил его за рубашку и завопил:
- Она специально подсунула тебе этот дневник! Это все неправда! Пушкарева никогда в жизни не была у меня дома! Я никогда в жизни с ней не спал! Она хочет нас поссорить, чтобы сделать слабее, ты понимаешь? Хочет, чтобы мы ненавидели друг друга! Разделяй и властвуй, вот как это называется!
Жданов натужно хохотнул и брезгливо отцепил от себя чужие пальцы:
- Это объяснение я озвучить еще не успел. Буйная у тебя фантазия, Малиновский, браво!
- Она не может знать мою квартиру!
Запнулся. Пришла в голову страшная мысль.
- Ты говоришь, что Катя у тебя тоже никогда раньше не была?
- Без „тоже“, Рома, без „тоже“. У МЕНЯ она была вчера в первый раз.
- А вот и фигушки! Этого не может быть! Она все тут знала! И какой этаж, и какой ключ к двери подходит, и где лекарства лежат, где кухня, ванная - все знала! Ты что, совсем не помнишь, как она здесь хозяйничала? В незнакомой квартире так себя не ведут! Она выдала себя! Это шпионаж! Она тайком когда-то проникла в наши дома, неизвестно еще сколько раз, собирала информацию, она даже имя твоей консьержки выяснила! Вот вспомни, ты вообще называл ей свой домашний адрес, когда она тебя везла?
Жданов, устало провел обеими руками по лицу,
- Бр-р-р! Ну ладно, хватит... - шаркая ногами, вышел в коридор и открыл входную дверь нараспашку:
- Малиновский, ты уволен. Пошел вон.
- Андрей, да послушай, нельзя нам сейчас ссориться, надо разобраться, мы попали в сети какой-то могущественной организации, они же съедят тебя и не подавятся, Зималетто съедят...
- С Зималетто все будет в порядке, не бойся, я уж как-нибудь разберусь. Вон, я сказал!
- Положение слишком серьезно, я понимаю, все так выглядит, что очень трудно поверить, но давай будем умнее, успокоимся и нарушим их планы, не поссоримся...
Жданов сорвал с вешалки куртку, сунул Роману в руки и, схватив его за свитер, молча вытолкал за дверь. Рома хотел еще что-то сказать, развернулся, но говорить уже было не с кем, дверь закрылась. Оставалось только в отчаянье пнуть по ней изо всех сил ногой.
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
) и нифига не понимает 
У меня от всей этой ситуации прям любопытство свербит-а что дальше? 
Вообщем, ПРОДУ НАРОДУ! 
Настроила, понимаешь, чтоб уведомления об ответах в особо важных темах на почтовый ящик в квипе приходили - а они почему-то перестали 
В результате, чуть такое чудо не пропустила(((Хорошо, что в темку заглянула-хотела было автора поторопить, а оне уже туточки 
