Ну опоздала, никак меня вдохновение не посещало, вот нечто посетило, но как-то не очень....
Автор вынужден еще раз признаться – он абсолютно не умеет играть в карты, хотя вырос в доме, где в преферанс играли. Авторов папа пытался научить дочь элементарным приемам игры, но дочь оказалась невосприимчива. Поэтому все, что пишется про карты, абсолютно «с потолка» и «от фонаря». Поэтому этот, ключевой для изложения эпизод, я быстренько свернула и он получился несколько схематичным, за что и извиняюсь.
ГЛАВА 9. Что наша жизнь? Игра... (продолжение)
Пока игра не началась и гости занимались фуршетом, лениво обсуждая дела, Катерина держалась рядом с Воропаевым. Это вполне соответствовало легенде о «новой Сашкиной цыпочке», с которой он пока расставаться не собирается. Александр Юрьевич устроился в кресле у камина, а Катю решительно посадил на широкий подлокотник. Он обнял ее за талию и, поглаживая по коленочке, едва слышно объяснял:
- Вон Тимур, вон тот брюнет, что с дылдой-блондинкой. Играет хорошо, если не срывается – треть моего проигрыша принадлежит ему. Еще лучше играет его брат, но его сегодня нет. А остальное я проиграл Петру Петровичу, вон тот пожилой, в костюме-тройке.
Петр Петрович выглядел действительно старше всех – явно за семьдесят.
- Очень сильный игрок, но играет редко – здоровье бережет, а в прошлую игру прямо разошелся, все настаивал на продолжении.
Катя внимательно слушала, стараясь не обращать внимание на поглаживание по коленке – это же для правдоподобия.
Тут Воропаева окликнул кто-из гостей, пришлось встать с кресла и подойти, а Катя, чтобы выглядеть естественно, подошла к столу и взяла бокал шампанского. Пить не стала, а , держа бокал в руке, принялась разглядывать интерьер гостиной.
К ней подошел хозяин коттеджа.
- Что-то вы, Катенька, не щебечете, молчите все, - оглядывая Катерину цепким взглядом, спросил Квашенников.
- А я болтливых не люблю, - поспешил на помощь Катерине подошедший Воропаев, - вот Катенька для меня и старается.
- Это вы ради него, Катенька на такие жертвы пошли? – усмехнулся Квашенников. – А стоило ли? А чем вы занимаетесь вообще?
- Так… устраиваюсь… - весьма неопределенно выразилась Катерина.
Квашеникова этот ответ, как ни странно, удовлетворил:
- Все понятно, - улыбнулся он.
Кирилл переходил от одной группы гостей к другой, что-то обсуждал, говорил дамам комплименты, а сам внимательно приглядывался к воропаевской девице.
Девочка свеженькая, нестандартная. На эскорт-услуги не похожа, к тому же Воропаев профессионалок и полу-профессионалок не любит. Не болтлива, не кокетлива. К Сашке, видно, привязана: чуть что – ищет его глазами. А он от нее явно поплыл, хотя изо всех сил старается это скрыть. Наряжена вполне стандартно, но вот что-то не то: ноготки коротко подстрижены – может, пианистка? Фигурка аппетитная, но никаких поз, чтобы ее подчеркнуть она не принимает, в кресле не разваливается, ногу за ногу не закидывает, бюст не демонстрирует. Ну, посмотрим, посмотрим, что за пташка…
Воропаеву снова пришлось отойти, а к Кате, также с бокалом шампанского, подошла та самая «дылда-блондинка»
- Ты Катя? А я – Юля. Сумочка у тебя – класс! Италия?
- Милан, - уточнила Катя.
- Сразу видно… - тоном знатока сказала Юля. – Слушай, подруга, а как тебе Воропаева удалось заполучить? Он тут не раз появлялся и всегда один.
Катя только пожала плечами.
- Мой Тимур, конечно, куда состоятельнее, но с Воропаевым получаешь сразу и деньги, и такого мужчину! Впрочем, я понимаю, почему у меня не вышло – судя по тебе, ему нравятся недомерки.
Похоже, длинноногая Юля соскучилась по общению, а, может, ей нравилось объяснять новенькой, что тут к чему.
- Ты учти, Тимур на любую бабу клюет, но ты ни на что не рассчитывай. У него жена-красавица и четверо детей. Пока у него три дочки были, я еще на что-то официальное надеялась, но недавно жена ему сына родила, и конец моим надеждам. Но с ним что хорошо – жену он никуда не выпускает из дому, так что я с ним и сюда, и в командировки, и отдохнуть езжу.
Юля производила впечатление девицы недалекой, но незлобивой, и Катя решилась кое-что у нее узнать.
- А Петр Петрович, он, говорят, очень богат?
- На старичка нацелилась? – ухмыльнулась Юлия. – Не получится, его совсем недавно захомутали. Наташка Ларина, она как раз в «Зималетто» моделью была, это там, где сейчас Воропаев президентом. Но не волнуйся, с твоим у нее ничего не было, а есть там такой красавчик, Андрюша Жданов, вот от него Наташка прямо голову потеряла. А он ее, после недолгого романчика отшил, дескать, невеста есть, свадьба на носу. Так она теперь это «Зималетто» ненавидит…
Катю больно кольнуло упоминание об «Андрюше Жданове», но она тут же одернула себя – ведь знала же, все о нем знала, и потом эта Ларина, это же было до… Она заколебалась, а потом решилась произнести про себя: «Это было до нас с Андреем…». Но, как бы не хотелось Катерине погрузиться в сладостные размышления о «нас», следовало кое о чем предупредить Александра Юрьевича.
Катя подсела к Воропаеву и очень тихо (пришлось голову ему на плечо положить) сказала:
- У Петра Петровича свои интересы в «Зималетто», говорят, он потерял голову от Натальи Лариной.
Про Ларину и Андрея Александру было известно хорошо, даже слишком хорошо; Кира брату не раз плакалась и имя разлучницы произносила. А сопоставив очевидное, можно было прийти к выводу, что, помимо любви к игре и желания выиграть, Петра Петровича в его настойчивом стремлении обыграть Воропаева поддерживала молодая любовница.
- А, пожалуй, Петрович мог и Ветрову приплатить, чтобы Наташкин каприз удовлетворить. Денег у него куры не клюют, вот Ларина его и заморочила, - сделал про себя выводы Александр.
А Катерине он сказал:
- Не думай ты о них, играй, как можешь, я знаю, все у тебя получится, - и он поцеловал ей руку.
Фуршет был лишь прелюдией к главному действию – карточной игре. В этот вечер играли за двумя столами. За одним несколько гостей, в том числе две дамы, уже уселись за преферанс, но играли там по маленькой, вяло, без особого азарта. Основным «блюдом» должен был стать покер, в котором уже закрутилась интрига: немалый проигрыш Воропаева и возвращение за карточный стол такого сильного игрока, как Петр Петрович.
Надо сказать, что ставки у Квашенникова обычно делали наличными, в этом кое-кто находил особую привлекательность. Как заметил один из очень состоятельных гостей: «Чем больше у меня денег, тем реже я их вижу; хоть тут на них посмотришь». Один из игроков признался, что вид толстой пачки наличных греет его душу, напоминая о суровых временах начала 90-х, когда каждую заработанную стодолларовую бумажку хотелось в руке подержать, чтобы убедиться в реальности как на дрожжах растущего благосостояния. Правда, если, как в случае с Воропаевым, сумма зашкаливала за сто тысяч, в ход шли расписки, обязательства, кредитные карты и т.д.
Когда стали рассаживаться участники основной игры, Кирилл вопросительно посмотрел на Александра, давая понять, что Воропаев должен представить что-то в качестве начальной ставки в игре, ведь на нем и так висел проигрыш в сто тысяч. Александр понимал, что без этого не обойтись, а потому заранее подготовился. Он предъявил оригинал регистрационного свидетельства о праве собственности на акции «Зималетто» (у автора акций нет и никогда не было, и он не знает, чем удостоверяется их наличие, а потому придумал вот такую бумажку).
- Полагаю, этого при любом исходе будет более чем достаточно.
Катя заметила, что Петр Петрович удовлетворенно улыбнулся.
- Только я хочу вместо себя другого игрока выставить, но рассчитываться в любом случае буду я, - неожиданно для всех заявил Александр. И, предполагая возможные возражения, он добавил - Помнится, в прошлый раз вместо Тимура с середины игры сел его брат играть, собственно выигрывал, в основном, он, а не ты, Тимур.
- Тимур сказал, что выпил лишнего, а ты трезв, как стеклышко, - заметил Квашенников. – Зачем тебе это надо?
- Знаешь, Кирилл, мне последнее время стало везти в любви, боюсь, в картах не повезет. Просто хочу вместо себя другого игрока выставить, и все!
- Да кто же согласиться вместо тебя сесть, когда на тебе такой проигрыш?
- А вот хоть Катенька…
Недовольный Петр Петрович сердито хмыкнул и произнес:
- Александр Юрьевич, хватит шутки шутить, играем или нет?
- А я и не шучу. Никто не может указывать мне, кого на замену выбрать.
Тимур, видимо, все-таки предполагал, что Воропаев шутит, а потому решил шутку поддержать:
- Знаешь, дорогой, что-то ты запутался, если тебе везет в любви, так твоей Катеньке тоже, значит, и ей в картах не повезет.
- А вот и нет, - с невозмутимым видом парировал Александр. - Катенька сегодня со мной, а завтра нет. У нас с ней, скорее, деловые отношения.
И вряд ли кто-нибудь подозревал, что насчет отношений он сказал чистую правду.
Квашенников на правах хозяина предложил игру минут на пятнадцать отложить, а сам отозвал Воропаева в сторонку и негромко сказал ему:
- Слушай, Саша, я, конечно, понимаю, что ты расстроен, но возьми себя в руки, нельзя же вот так все пускать псу под хвост… Ты понял, что Петрович на «Зималетто» нацелился?
- Догадался, - спокойно ответил Воропаев.
- А зачем ты мне игру хочешь в водевиль с канканом превратить? Тогда отдавай ему акции и дело с концом.
- Я никакие правила не нарушаю, - спокойно сказал Александр.
Квашенников задумался; он очень дорожил тем, что в его доме игра шла по раз и навсегда заведенным правилам. Конфиденциальность, спокойствие, надежность устраиваемых карточных турниров привлекали высокопоставленных и состоятельных гостей. С формальной точки зрения, эта девица - такой же гость, как и Воропаев. Ну захотел Сашка потерять все, так свое же теряет. И, вернувшись к столу, Квашенников объявил:
- Господа, Александр Юрьевич настаивает. Вы знаете наши правила, он имеет на это право. К тому же, - эти слова были явно адресованы Петру Петровичу, - он поставил на кон акции «Зималетто».
Все взоры обратились к Катерине.
- Деточка, а вы играть умеете? – ехидно осведомился Петр Петрович.
- С кем играла, красавица? – спросил Тимур.
- Умею, играла с бабушкой и с папой, - совершенно безмятежно ответила Катерина.
- А, может, Катенька за тот стол сядет? – предложил еще один игрок. – Там дамы есть, и выигрыш может быть очень даже неплохой – на туфельки или на сумочку хватит, а, если повезет, и колечко прикупите…
Катя только отрицательно покачала головой.
- Начинайте, господа, - распорядился Кирилл.
Катя села за стол и, прежде чем дотронуться до карт, незаметно приоткрыла лежавшую на коленях сумочку, куда положила браслет – надевать его на руку она не стала, вещь заметная и слишком много может сказать о владелице. Не вынимая браслет, она нащупала перламутровые подвески и осторожно погладила каждую большим пальцем. Пожалуйста, помогите, бабушка Екатерина Ивановна, прапрабабушка Екатерина Алексеевна и совсем уж далекая Елизавета Иринарховна, о которой ничего, кроме имени-отчества и не осталось в памяти потомков. Потом закрыла сумочку и осторожно погладила ладошкой гладкий лак – Андрюшенька подарил….А теперь за дело! Как говорит папа, Пушкаревы службу несут безупречно!
Игра началась ни шатко, ни валко – Катя сначала оказалась и не в минусе, и не в плюсе, но уже сам факт, что приведенная Воропаевым куколка умеет играть показался занимательным, но пока не насторожил, а только развеселил игроков. Катя знала, что ей нужно время, чтобы полностью включится в игру. И вот она почувствовала, что этот момент настал. У Кати возникло ощущение, что она не только видит карты каждого из игроков, но и читает их мысли. Она начала делать рискованные ходы, казалось, что вот-вот все сорвется, но риск неизбежно оборачивался в ее пользу. Тимур начал закипать и стал ошибаться, Петр Петрович пока держался с Катей на равных. Остальные игроки, по существу, перешли на положение статистов.
За вторым столом прекратили играть. Толпиться прямо за спинами игроков здесь было не принято, но практически все гости уже давно наблюдали за игрой, а особенно за происходившим на их глазах чудом – блондиночка начала выигрывать. В какой-то момент Катя поняла, что против нее попытались объединиться остальные игроки, но это она предвидела, и у нее была своя тактика игры, разбивавшая такие попытки. Потом Петр Петрович стал намеренно затягивать игру, видимо, рассчитывая взять хрупкого противника измором, Катерина стала играть осторожней, но все равно выигрывала и выигрывала.
Воропаев устроился в кресле, как раз за Катиной спиной, на расстоянии пары метров – ближе подходить было нельзя.
К нему подошли несколько гостей с одним вопросом:
- Саша, скажи честно, ты где ее нашел?
- Честно? Сама пришла, по объявлению – отвечал Александр, поскольку в этом случае ничего не было столь неправдоподобным, как чистая правда.
Когда объявили перерыв, Катин выигрыш достиг девяноста пяти тысяч долларов и потерянные Александром деньги она отыграла почти полностью. Замешательство присутствующих было столь велико, что в первый минуты никто ничего Кате не сказал, и она, спокойно встав с места, пошла по коридору в сторону туалета. Длинноногая Юля нагнала Катю в коридоре:
- Слушай, подруга, ты что натворила? Мой Тимур совершенно взбесился. Говорит, эта кукла (ты то есть) случайно у него выиграла. Хочет продолжать. Кать, ты ведь не случайно выиграла?
Катя только улыбнулась.
- Катька, давай, дави этих уродов. Главное, не дай Воропаеву захапать весь выигрыш, - напутствовала ее Юля.
Они вернулись в гостиную, и к Катерине тотчас же подлетел Воропаев:
- Устала? Выдержишь?
- Все хорошо, не волнуйтесь, - только и смогла ответить Катя.
Весь перерыв она просидела в уголке, прижавшись к Александру, который защищал ее от расспросов, поил кофе и осторожно гладил по плечу.
Теперь предстояла вторая половина игры. Катя вспомнила бабушкины слова: «Никогда не играй ради денег». Может, стоит прекратить? Но, все взвесив, она для себя решила – надо хоть частично возместить украденные Ветровым деньги, ведь ему явно посоветовали это сделать. Она будет играть, чтобы помочь «Зималетто» и Андрею тоже, ведь он так дорожит компанией.
Вторая половина игры далась ей легче. Она была абсолютно уверена в своей удаче, а уж умения играть ей было не занимать. Ей казалось, что, играя, она строит какой-то особый мир, по своим правилам, и этот мир подчиняется ей, выстраивается так, как она хочет, несмотря на действия тех, кто хотел бы помешать. Остановить этот победный марш был уже не в силах никто.
- Ваш выигрыш - двести пятьдесят пять тысяч долларов, - подвел итог Квашенников. – Сто пять тысяч – долг Александра за прошлую игру. Итого, чистый выигрыш – сто пятьдесят тысяч. Ай да Катенька!
Сто десять тысяч наличными на столе имелось.
- Даю расписку на сорок тысяч, или пока возьмите кредитку, - предложил Петр Петрович.
Он выглядел усталым, но не сказать, чтобы очень расстроенным.
- Нет, все наличными, - заявила Катерина.
- Почему вы, Катенька, так настаиваете? -
- Расписку вы дадите на имя Александра Юрьевича, карту тоже получит он, так мне может ничего не достаться.
Воропаев счел нужным вмешаться:
- Ласточка моя, да я все для тебя…
Но Катя уверенно продолжала:
- То, что мужчина говорит женщине утром, может разительно отличаться от того, что он ей обещает накануне вечером, дорогой. С наличными я в твоей благодарности уверена. И вообще, я думала, здесь солидные люди собираются, а если какие-то сорок тысяч для вас проблема…
Сорок тысяч в обмен на расписку Петра Петровича выложил Квашенников.
Воропаев, делая вид, что не слышит вопросов, молча сгребал деньги в сумку.
А к Кате подошел Петр Петрович.
- Я бы с удовольствием продолжил знакомство, деточка. Не хотите ко мне секретаршей пойти?
Катя отрицательно покачала головой.
- Знаете, вы меня, конечно, ободрали, как липку, но давненько мне дама не доставляла такого удовольствия, - заключил Петр Петрович.
А вот Тимур, похоже, особого удовольствия не испытывал. Скандалить он не стал – повода не было, но к Катерине не подошел, ограничился парой многообещающе мрачных взглядов.
Теперь следовало, как можно скорее, уехать. Александр отверг предложение отметить выигрыш, отказался от предложенной Квашенником охраны и, не позаботившись о том, чтобы попрощаться с гостями, подхватил Катю под руку и потащил на выход. Она только и успела накинуть шубку, а Воропаев уже подталкивал ее к машине.
- Устала, хочу на заднее сидение, там полежать можно, - громко сказала она, садясь в машину.
Этот вариант был предложен Малиновским, чтобы не было заметно, что в его БМВ никакой Кати нет. А так – может, она заснула на заднем сидении, вот ее и не видно.
- Как хочешь, ласточка, - с вполне правдоподобной нежностью сказал Александр. – Теперь – все для тебя.
Пока Катя одевалась, он успел послать СМС по номерам Жданова и Малиновского: «Выезжаем».
Они отъехали не торопясь, пока двигались по направлению к шоссе, вроде, никакого хвоста за ними не было.
Как только повернули на шоссе, Воропаев резко прибавил скорости - и тут же с обочины мигнули фары, это Малиновский дал знать, что он готов. Воропаевский БМВ въехал в лес, и через мгновение его место на шоссе уже занял Роман.
Не прошло и пяти минут, как в том же направлении проследовал здоровенный джип:
- Похоже, Квашенников, все-таки отправил своих горилл посмотреть, куда мы с тобой поедем, - заметил Александр. - Хотя нет, это не Кирилл, я этот джип помню, это Тимура братки…
- Александр Юрьевич, давайте уже поедем, – взмолилась Катя, которая снова почувствовала себя самой собой и ощутила невыносимую усталость.
Воропаев насколько мог быстро выбрался на шоссе, пользуясь тем, что оно было пустым, пересек через сплошную и, проехав чуть вперед, повернул вправо на проселочную дорогу, откуда до дачи было километров шесть.
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
)
(Надеюсь 
Не знаю, у кого как, а у меня какое-то странное ощущение неправильности от того, что Автор уже планирует закругляться. 
