|
Глава 8. Тайны Мадридского двора (окончание).
Теперь предстояла самая тяжелая для всех часть разговора.
- Ну, Сашка, рассказывай, что ты натворил, - сказал Андрей.
- Так ты и так знаешь, - мрачно отозвался Воропаев, - хочешь меня повоспитывать? Тогда слушай: я проиграл в покер… около 100 тысяч долларов. Отдавать надо срочно, и Ветров посоветовал обналичить кредит из Ллойд-Морриса. Деньги я намеревался вернуть в самое ближайшее время. Но Ветров с деньгами сбежал… У меня есть подозрение, что ему приплатили, чтобы поставить фирму в затруднительное положение. Квашенников намекал, что акциями «Зималетто» кто-то интересуется, а такое потрясение должно привести к снижению стоимости акций.
Чувствовалось, что каждое слово дается Александру с трудом. Андрей припомнил, что даже в детстве Сашка никогда не каялся, не просил прощения и упорно не признавался, даже если родители ловили мальчишек «на месте преступления».
- Ну и кто ты после этого? Вот когда ты видел, что проигрываешь, неужели остановиться не мог? – искренне недоумевал Жданов.
- Я — игрок, тебе этого не понять, Андрюша… - усмехнулся Воропаев.
- Да играй, сколько хочешь, только в деньги фирмы лапу не запускай.
Орать и драться Андрею уже расхотелось – надо что-то делать, но что? Сашка и сам уйдет, это по всему видно, а дальше?
- Прошу вас дождаться хотя бы понедельника, - произнес Воропаев.
Андрею и самому не хотелось вытаскивать эту историю на всеобщее обозрение и звонить в Лондон: отец, конечно, сейчас же примчится, все возьмет в свои руки, всех построит, а оттого, что доверие Жданова-старшего утратит Воропаев, доверия к сыну у Павла Олеговича не прибавится. Даже если отец и предложит Андрею президентство, то просто потому, что больше выбирать не из кого.
- Нет уж, - подумал Андрей. – Выберемся сами, а там посмотрим…
- И что ты собираешься предпринять в понедельник?
- Надеюсь, удастся вернуть проигрыш.
- Каким образом?
- Екатерина Валерьевна предложила отыграть эти деньги. Она намеревается в субботу отправиться к Квашенникову и сыграть вместо меня.
Малиновский от удивления даже присвистнул, а на Жданова Катя вообще смотреть боялась. Она не понимала, почему на лице Андрея читалось неподдельное изумление – он же и так знал, что она собирается играть, и успел ей высказать свое крайнее неодобрение, гадостей наговорил, на что-то намекал.
- Так вы собирались играть в карты? – недоверчиво переспросил он Катерину.
- Да, вы же знаете.
У Андрея с плеч свалилась огромная гора: какой же он идиот! Заподозрить Катю в том, что она согласилась быть выставленной на кон! Но место этой горы тотчас же заняла другая – это же опасно, и она из-за Воропаева готова на такие подвиги?!
- Сашка, ты же сказал, что кто-то из влиятельных игроков интересуется акциями «Зималетто». Ты представляешь, что может случиться с человеком, который их планы разрушит? Глупость вы затеяли! Я Катю туда не пущу! – заявил Андрей тоном, не допускающим возражений.
Воропаев от такого натиска даже растерялся, но Катерина, все еще обиженная на Жданова за совершенно непонятные намеки про лицедейство и прочее, решила его игнорировать – подумаешь, не пустит! Мало ей папы Пушкарева, так еще один командир нашелся! И она заговорила, нарочно мило улыбаясь и обращаясь, в основном, к Малиновскому.
- Понимаете, Роман Дмитриевич, Это у нас семейное, моя бабушка, Екатерина Ивановна, очень хорошо играла в карты, и ее бабушка, Екатерина Алексеевна тоже. Вот браслет, который ей в Вене подарили, когда она отыграла проигранные мужем деньги.
И Катя продемонстрировала уже знакомый Жданову старинный серебряный браслет на запястье.
- Редкая вещица! – с восхищением заметил Малиновский. – Это, значит, лет сто уже, как женщины в вашей семье играют в карты?
- Больше, - улыбнулась Катя. – Екатерина Алексеевна выучилась играть у своей бабушки, а это уже лет сто пятьдесят назад. И мы все продумали, и костюм, и прическу, и макияж.
- Это еще зачем? – буркнул Андрей.
Катя сделала вид, что не слышала вопроса, и ответил Жданову Воропаев:
- Там, знаешь ли, женщины определенного типа… и чтобы она на этом фоне не выделялась, мы решили…
- Ах, вы решили! – взвился Андрей, но Катя продолжала, словно вице-президента рядом и не было.
- Мы, Роман Дмитрич, попросили Настю Тихвинскую, и она мне все подобрала, и костюм, и бижутерию, даже парик – блондинкой меня сделали; а туфли у меня свои есть, итальянские, они подойдут… вот только, Александр Юрьевич, Настя сказала, что пальто у меня неподходящее…
- Я об этом позабочусь, - поспешил успокоить ее Воропаев.
- Катенька, может у вас еще чего из гардероба не хватает, так я вас с удовольствием провожу по магазинам; представляю, какая из вас блондиночка получится с вашими-то карими глазками, - с нахальной (на взгляд друга Жданова) улыбкой предложил Малиновский.
- Нет-нет, у меня все есть, - заверила Катерина.
Тут Катя словно бы вспомнила об Андрее:
- Андрей Павлович, я там забыла в квартире ваших родителей костюм и парик, вы не могли привезти бы их завтра?
И, бросив взгляд на мрачного Жданова, она добавила:
- Поймите, я все равно туда пойду, не сердитесь, пожалуйста, ну пожалуйста…
Просительные нотки, все-таки зазвучавшие в ее чуть хрипловатом голосе, растопили ледяную решимость вице-президента, и он, явно идя на попятный, согласился:
- Хорошо, я эту затею не одобряю, но поеду к Квашенникову с вами!
Малиновский попытался отговорить друга:
- Зачем ты там, Жданов? Какой из тебя картежник? Если бы Сашка эти сто тысяч в футбол проиграл, тогда бы ты, Андрюша, точно мог бы их отыграть на футбольном поле. Пенальти бил бы, по штуке за удар – сотню забил и проигрыш отыграл бы! Ты же только подозрения вызовешь и Катеньке задачу усложнишь. А ее нервировать нельзя!
- А, может, я просто с другом пришел? – гнул свое Жданов.
- Ага, все знают, как вы с Воропаевым друг друга обожаете. И вообще, я, Андрей, тебя не узнаю, уж кто-кто, а ты всегда был склонен к авантюрам. А тут такое представление намечается!
- Но это же опасно, - настаивал Андрей, - для Кати опасно.
- Меня никто не узнает, вы же не узнали, - уговаривала его Катерина. – А потом Александр Юрьевич скажет, что я его бросила, сбежав с деньгами.
- Логично, - согласился Малиновский.
Было у Малиновского драгоценное для жизни качество – он легко умудрялся отодвинуть в сторону отрицательные моменты любой ситуации и внести в эту ситуацию элемент игры. Вот и сейчас он нашел вариант для обсуждения:
- Давайте предположим, только предположим, что Катенька выиграла. Вот она с Сашкой и с деньгами отъезжает от загородного дома, и за ними вполне могут устроить слежку. Надо от этой слежки оторваться! Сашка, где этот загородный коттедж?
Воропаев объяснил.
- Коттеджный поселок по Минскому шоссе? А там налево? Жданчик, так мы с тобой в тех местах были!
- Конечно, были, - там совсем недалеко наша старая дача, - заметил Андрей. – Только на дачу, если ехать из Москвы, съезд с шоссе направо, а к Квашенникову – съезд с шоссе налево.
Эта дача, солидный бревенчатый дом, была больше двадцати лет назад куплена совместно Ждановыми и Воропаевыми, там дети проводили каникулы с бабушками и дедушками. Последние годы на дачу почти никто не ездил, но Павел Олегович привык к своей собственности относиться бережно, поэтому дом подремонтировали, установили новое отопление, сторож дачного кооператива за ним приглядывал, и Маргарита наезжала пару раз в сезон взглянуть, все ли в порядке.
- Так надо сделать вид, что вы уезжаете по шоссе, а самим свалить на дачу! – предложил Малиновский.
Александр, видя, что речь зашла уже не о его грехах, а о том, как все исправить, несколько приободрился и выступил с собственным предложением:
- Они же не совсем хвостом за мной поедут, разгонюсь, успею оторваться.
- Тоже мне гонщик! – остудил его энтузиазм Андрей. – Знаю я, как ты водишь – образцовый водитель, ГИБДД поживиться нечем.
Воропаев действительно гонять не любил – своя безопасность дороже, и, пока работал в министерстве, вообще предпочитал ездить на служебной машине с шофером.
- У вас ведь машины одинаковые – черный «БМВ», модель одна и та же? – обратился Андрей к собеседникам.
- Ну да, - сказал Роман. – Я когда узнал, что Воропаев такую же купил, почти одновременно со мной, прямо расстроился, менять хотел…
- Так надо так сделать, чтобы, в случае слежки за одним «БМВ», хвост потащился бы за другим.
У Кати голова пошла кругом – кажется, мальчики решили поиграть в казаки-разбойники и даже готовы на этой почве прекратить грызню.
- Андрюха, завтра с утра едем с тобой изучать местность и готовить план действий, - заявил Малиновский, - а сегодня всем надо отдохнуть.
Все разошлись по своим кабинетам, и Катя успела позвонить Зорькину и попросить за ней заехать. Это оказалось очень кстати, потому что сначала мрачный Жданов, а потом неожиданно довольный Воропаев настоятельно предлагали доставить ее до дома. Но день сегодня был таким бесконечным, сколько событий, и сколько еще всего предстоит, что Кате хотелось только добраться до своего диванчика и заснуть. И засыпая, она мечтала, как умчится на машине с Андреем в темную ночь, только он и она, и никого больше…
А для Александра длинный день еще не закончился. Надо было найти для Катерины соответствующую верхнюю одежду. У него были ключи от квартиры Кристины, он вовремя вспомнил, что гардероб у старшей сестры необозримый, а потому двинул туда. Так и есть – в шкафу обнаружился меховой жакет из невесомого пушистого меха. Александр представил, как будет выглядеть его помощница в этом жакете (Катя пониже Кристинки, на ней будет, как полупальто) и улыбнулся, погладив рукав шубки.
В пятницу Пушкарева появилась на ресепшене в сопровождении щупленького очкарика, заинтересованно озиравшегося по сторонам. К изумлению оказавшейся поблизости (то есть в баре за кофе) Клочковой, Урядов очень почтительно приветствовал эту ничтожную личность в дешевом костюмчике и в галстуке-селедке, а очкарик, узрев Вику, пристроившуюся в обтягивающем красном платье на высоком барном стульчике, уставился на нее с нескрываемым восхищением.
Кате пришлось вернуть Николая на землю:
- Коль, рот закрой и иди в кабинет, проверяй счета, оптимизируй финансовые потоки, демонстрируй чудеса финансового гения.
Вика с большой неохотой слезла с барного стульчика и побрела на рабочее место, где испытала еще одно потрясение: в папке «На подпись», которую она с утра открыть не удосужилась, среди прочего, уже лежал приказ о назначении Пушкаревой Е.В. финансовым директором компании «Зималетто».
Через минуту Виктория Аркадьевна пронеслась по коридору в сторону Кириного кабинета, неся шокирующее известие подруге. Александр только-только расположился за президентским столом (мало, совсем мало времени осталось ему сидеть за этим столом!), как к нему ворвалась Кира и с порога засыпала брата градом вопросов:
- Саша, что у нас случилось? Что это за глупость? Зачем ты сделал Пушкареву финансовым директором? Что это за тип сидит в кабинете Ветрова? Почему он требует сведения по последним продажам? Где Андрей с Малиновским? Они, что, уже с утра в разгул пощли?
Воропаев понимал – Кира не отвяжется и, если ей не сообщить хоть часть правды, вообразит невесть что. Про проигрыш говорить Кире очень не хотелось, она так уверена в собственной безупречности, что брату такого провала не простит.
Не мог же он ей сказать, что Жданов с Малиновским катаются по Минскому шоссе и окрестностям, изучая местность. Придется начать с Пушкаревой и ее приятеля.
- Кира, успокойся. Ветров уехал за границу, все бросил и уехал. В его кабинете работает аудитор, аудит частичный, с целью усовершенствовать финансового обеспечения производственных процессов. Естественно, аудитору нужны документы о продажах, чтобы представлять наше финансовое положение.
- И ты вместо Ветрова назначил Пушкареву? Ты с ума сошел…
- Пушкарева – прекрасный финансист, она в курсе всех наших дел, что тебя не устраивает?
- Я с ней работать не могу! – заявила Кира.
- А я могу, уймись, Кира, прошу тебя.
Но Кира никак не могла успокоиться:
- Давай я найду финансиста…
- Спасибо, ты мне уже секретаршу нашла, Вику. Что тебя в Пушкаревой не устраивает?
- Она не такая… , - неуверенно начала Кира, - не такая, как кажется на первый взгляд …
Вот тут Александр мог только согласиться с сестрой - Пушкарева не такая, как кажется на первый взгляд, она гораздо лучше, во всех отношениях лучше.
- Хватит, Кира, Пушкарева будет финансовым директором – я сказал!
Кира, всхлипывая, покинула президентский кабинет.
Через пару часов все посвященные в зималеттовские тайны лица уже привычно собрались в кабинетике Пушкаревой. Мужчины совместными усилиями выработали сложный и, на взгляд Кати, совершенно ненужный план.
Если все сложится удачно, Александр с Катей отъезжают от загородного дома по подъездной дороге в сторону Минского шоссе. Там, сразу за поворотом, можно на десяток метров въехать в лес по лесной малозаметной дороге. Воропаев туда и въедет, а Малиновский выедет оттуда и займет его место на шоссе. Все можно сделать в минуту, и подмену автомобиля никто не заметит, если заляпать номера грязью, а мокрый декабрьский снег, который обещают завтра к вечеру, видимости не прибавит.
Потом Воропаев переезжает шоссе и по съезду на противоположной стороне двигается в сторону дачи. Тут мнения разошлись: Александр считал, что они с Катей вполне могут остаться на даче, а Андрей требовал, чтобы Пушкарева, не доезжая до дачи, пересела к нему в машину, а он ее отвезет, скажем, в родительскую квартиру. Переспорить Жданова не было никакой возможности, он твердил, как завороженный:
- Катя поедет со мной, и точка.
- А Роман Дмитрич куда поедет? – недоуменно спросила Катя.
- Не волнуйтесь, Катя, я найду, куда поехать. Если будет хвост, потаскаю по Москве из бара в бар, да они сами отстанут, когда поймут, что машина не та.
Все обсудив, заговорщики разошлись по своим кабинетам.
Перед решающим сражением надо было предусмотреть все. Воропаев передал Кате шубку и, проявив редкую предусмотрительность, позвонил Валерию Сергеевичу. Представился по всем правилам и попросил отпустить Екатерину Валерьевну на выходные на семинар по модной индустрии. Очень ответственное мероприятие в пансионате в Подмосковье. Екатерина Валерьевна там будет докладывать об успехах «Зималетто». Разрешение было получено.
А Катю посетил еще и мрачно насупленный Андрей
- Катя, я эту затею, как уже сказал, не одобряю, но считаю своим долгом сделать все от меня зависящее, чтобы вам помочь, и вот – это вам.
Он поставил на стол пакет, забытый Катей в ванной, и еще один – поменьше, повернулся и вышел.
Катя осторожно открыла незнакомый пакет и вытащила оттуда небольшую плоскую коробку с надписью «Gallerie di Milano», а в ней обнаружила изящную лакированную сумочку на длинном ремешке. Сумочка пахла Италией и напоминала об апельсиновом дереве, мраморной Артемиде и о безоблачной радости. По недосмотру дарителя в коробке обнаружился и чек – сумма в евро показалась Кате огромной для сумочки, а число указывало, что куплена она как раз тогда, когда Андрей уехал из Прато в Милан.
- Купил в Милане? Мне? Почему? Нет, наверное, Кире… - подумала Катерина.
Но сумочка была столь явно подобрана под лакированные итальянские Катины туфли, что было очевидно - купил он это ей, Кира тут не при чем. Значит, Андрей думал о ней, когда гулял по Милану, вспоминал ее, выбирал для нее подарок – какое счастье!
Глава 9. Что наша жизнь? Игра!...…
игра уж в самой силе;
На картах золото насыпано горой:
Тот весь горит… другой
Бледнее, чем мертвец в могиле.
Садимся мы, и загорелся бой!
Тут, тут сквозь душу переходит
страстей и ощущений тьма,
И часто мысль гигантская заводит
Пружину пылкого ума…
И, если победишь противника уменьем,
Судьбу заставишь пасть к ногам твоим с смиреньем…
М..Ю.Лермонтов. Маскарад.
В подмосковный коттедж, затерявшийся на огромном участке, покрытом остатками соснового леса, Александр с Катей приехали часов в семь вечера. На Кате была короткая пушистая шубка из неизвестного ей зверя, очень напоминавшего бабушкину горжетку из чернобурки, только другого оттенка. Горжетка много лет обитала в шкафу и пугала маленькую Катю стеклянными глазами.
В машине Катерина дрожала, как заячий хвост, но потом с собой справилась. Катя поймала кураж – ловля куража оказалась совсем несложной. Достаточно было представить, что все происходит не с ней, не с домашней робкой девочкой Катей, а с какой-то лихой блондинкой, совсем не похожей на Катю. Блондинка хороша собой, неглупа, нагловата и предприимчива. Да, и еще она имеет бешеный успех у мужчин. Стоит в это поверить, и все дальнейшее представляется каким-то многосерийным фильмом, который Катя одновременно и смотрит, и придумывает. И бояться ничего не надо – ведь в фильме все понарошку. Эта блондинка, что отражалась в зеркалах, сначала в прихожей, а потом в гостиной коттеджа, ничуть не походила на привычное Кате отражение.
- Александр Юрьевич! Рад, искренне рад! И в кои-то веки с очаровательной спутницей, - приветствовал гостей Квашенников.
- Катенька, это наш гостеприимный хозяин Кирилл Александрович, а это моя новая знакомая, Катенька, - представил Воропаев (было решено, что имя Кате оставят собственное – она должна была чувствовать себя непринужденно, а откликаться на чужое имя было бы трудно).
- Добро пожаловать под мой кров, Катенька!
Катя стояла рядом с Воропаевым, скромно опустив глазки, а, услышав, что к ней обращаются, нарочито медленно подняла ресницы и едва заметно улыбнулась, не произнеся ни слова. Получилось очень впечатляюще (никто и не догадывался, что нехитрые приемы женского кокетства были отработаны сегодня утром перед зеркалом в Настиной мастерской под руководством все той же Насти).
- Убила наповал одним взглядом, - констатировал Квашенников. – Но о такой девушке хотелось бы знать больше…
- Остальное – только для меня, - отрезал Александр.
- О! Ревнуешь? – усмехнулся Кирилл. – Проходите, знакомьтесь, развлекайтесь, милая, милая Катенька.
Последний раз редактировалось alter 12 фев 2011, 16:13, всего редактировалось 3 раз(а).
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Это я к тому, что проду бы поскорее... 
Потираю ладошки в предвкушении, как Катенька всех сделает, и надеюсь усе живы-здоровы будуть. 
