|
- Слушаю вас, Екатерина Валерьевна.
- Александр Юрьич, я вот о чем хотела с Вами поговорить. Я так поняла, что штат в Вашей новой фирме еще не укомплектован. Вы, по-видимому, пользуетесь услугами бухгалтера фриланс, и я хотела бы Вам посоветовать нанять для этих целей моего отца. Он высококлассный специалист, стаж работы - тридцать лет, занимался бухгалтерией в армии. Человек очень аккуратный и дотошный, я бы даже сказала, въедливый. Работать он сможет дома, таким образом я тоже постоянно буду в курсе всех дел. Вы могли бы оформить его на полставки. Просто в последнее время Ваш бизнес несколько расширился, и решать кое-какие вопросы с кондачка мне становится все труднее и труднее. А времени у меня сейчас в обрез – Зималетто накануне показа, и мне очень нужна помощь, чтобы поспеть везде. Я ручаюсь за своего отца головой. Что скажете?
Воропаев призадумался. Он, по правде говоря, уже решил, что Пушкарева будет слезно просить о трудоустройстве своего хахаля, А тут такое «интересное» предложение последовало. И больше всего его удивил тот факт, что никакого «слезного» прошения не было. Она преподнесла это предложение в таком виде и таким тоном, каким обычно высказывала новые идеи по развитию его фирмы. Значит, действительно уверена в своем отце. Правда, использовать его прием на работу, как личное одолжение, в том объеме, в котором он думал это сделать, попроси Катя о Карташове, по всей видимости, не удастся (у него сразу создалось впечатление, что, предложив отца на должность бухгалтера, Пушкарева, скорее, делала одолжение ему, подчеркнув, что одной работать на два фронта ей тяжело), но наладить контакт с ее папашей тоже выглядело, как неплохая идея на пути к достижению поставленной Воропаевым цели. И, к тому же, зная Пушкареву, он понимал, что зря говорить она не будет – в способности отца верит, и у Александра нет причин в них, этих способностях, сомневаться. Ну что ж, он от выгодных со всех точек зрения предложений не отказывается.
- С удовольствием, Екатерина Валерьевна. Ваши рекомендации – самое весомое слово. Кроме того, ваш отец произвел на меня очень благоприятное впечатление. Когда он сможет приступить к работе?
- В тот момент, когда ему передадут все дела. Я сама могу этим заняться, Вы только предупредите своего нынешнего бухгалтера, что я с ним свяжусь.
Воропаев быстро смекнул, что дополнительное личное свидание с Пушкаревым, с одной стороны, вещь малоприятная, а с другой – есть возможность расположить его к себе.
- Не стоит беспокоиться. Я составлю контракт, заберу документы и приеду к вам домой, предварительно предупредив, - сказал Воропаев и поспешил добавить, демонстрируя политику в стиле «кадры решают все», - Кстати, а ваш папа сам-то согласен? Тяжело ему, наверное, будет – в его возрасте…
- Папа… папе Вы очень понравились. Он сказал, что сразу видно настоящего руководителя. Он будет счастлив помогать нам. А возраст… он у меня очень активный, любому молодому форы даст. И работоспособность просто потрясающая, - Катя проговорила это с нежностью и неприкрытой гордостью за отца.
- Ну, это у вас семейное – он и дочку такой воспитал. Надо будет его поблагодарить… за вас. Я просто не представляю, что бы я без вас делал, - и Воропаев накрыл ее руку своей, пристально глядя в глаза.
Катя напряглась, но руку не отдернула.
«Привыкает», - почти что с ликованием подумал Александр, но решил не усиливать натиск, отказавшись от поглаживания пальцев. На этот раз.
- Скажите, Катенька, то есть, я хочу сказать – Екатерина Валерьевна. А папа одобряет ваш выбор? В смысле, вашего молодого человека?
Тут Катя все-таки высвободила руку, и ее лицо окаменело. Медленно ответила:
- Папа не в курсе. Пока. Я потом ему скажу.
- Вот как? Ну, за меня не волнуйтесь – я сохраню вашу тайну, - и Алекс заговорщицки ей подмигнул.
Пушкарева слегка покраснела и тихо поблагодарила.
«А вот и первая зависимость. Официальная. Все идет просто замечательно», - мысленно констатировал Воропаев.
Вернувшись в офис, Катя какое-то время сидела, глядя прямо перед собой. Странный он, Воропаев. Ведет себя странно. И это ее… нет, не пугает, а настораживает. Андрей Палыч убежден в том, что Воропаев подлец, да и те штучки, которые он устраивал в начале ее работы в Зималетто, порядочный человек явно не стал бы делать. Но общаясь с Александром в последний месяц довольно часто, Катя не могла упрекнуть его ни в чем – он был предельно вежлив, собран и корректен. Всякий раз старался поблагодарить ее за оказанную помощь (а эту самую помощь приходилось оказывать довольно часто – бизнес был в самом зачатии, допущение ошибок могло привести к фатальному для фирмы исходу, а это грозило и благополучию Зималетто. Но дело было даже не в Зималетто - Воропаев казался Кате испуганным мальчишкой, только на людях демонстрирующим свою нарочитую бесшабашность. Он так внимал ей, чуть ли не с открытым ртом, и верил безоговорочно. И она чувствовала, что, откажись ему помогать - он захлебнётся обидой. И было его очень жалко. Но при всём при этом смутное чувство неприязни, испытываемое к нему, никуда не исчезало. Это чувство доставляло Кате много неприятных моментов, ещё больше активизируя ее совесть, и так доведённую до гипертрофированных размеров. Ведь Александр же справился со своими чувствами - не наблюдалось даже намёка на надменность, презрение и высокомерие по отношению к ней, сквозивших буквально в каждом жесте ещё месяц назад - то есть обуздал себя. Или...
Вот это "или" больше всего Катю и смущало. Иногда, вот как сегодня, например, она ловила такие его взгляды, обращённые на нее, что, принадлежи они какому-нибудь лирическому герою телевизионной мелодрамы, безошибочно бы классифицировались любым зрителем как пылкие. Конечно, думать об этом в проекции на Воропаева было по меньшей мере смешно. Но что-то странное в поведении Александра, безусловно, проскальзывало. И эта его заинтересованность в Денисе, постоянные намёки на помощь в его трудоустройстве...
Денис... Катя расплылась в совершенно блаженной улыбке. Как же она счастлива! Просто невероятно, сверхъестественно, безумно счастлива. Конечно, ее счастье не безоблачно - она, как верно заметил Воропаев, до сих пор не призналась родителям в том, что Денис вернулся; она просто разрывается на части, пытаясь всё успеть, и чувствует, что Андрей Палыч раздражён, хоть и старается не показать виду - наверное, переживает, думает, что она не будет справляться с работой. Но она пока справляется. И Дениска... Она уделяет ему так мало времени. И он, глупый, ревнует ее к работе.
«Конечно, к работе, хоть и говорит, что ревнует к Жданову. Ну это же просто смешно! Даже подумать о том, что Андрей Палыч даст повод... Да это же... Нет, наверное, мужчины устроены по-другому. Иногда и задуматься не хотят о происходящем. Деньке мешает, что мы вместе бываем меньше, чем ему бы хотелось, вот он и придумал, что я из-за любви к Андрей Палычу на работе вечно засиживаюсь. Дурачок! Да разве ж я кого-то, кроме него, вообще вижу? Но до чего же это трогательно - слышать, как он упрашивает меня с Зималетто уволиться! И ведь говорю, что я бы везде так же по-многу работала (а что делать? работа меня любит), но ему Зималетто - просто, как камень преткновения.
Но нет, это нехорошо, неправильно - не смогла бы я вот так взять и бросить людей. Андрей Палыч только стал разворачиваться, я же вижу, такой молодец, столько желания преуспеть, самоусовершенствоваться. Просто Деньке скучно, и он чувствует себя неуверенно - без работы. А все из-за того жуткого случая в банке – звонить туда и просить рекомендации сейчас ему очень больно – такой удар по самолюбию. А попросить меня помочь с устройством на новое место стесняется, а я стесняюсь сама начать об этом разговор, чтобы он не почувствовал, будто я покровительственно к нему отношусь. Или он вспоминает об истории с банком, боится, наверное, что я проведу параллель и подумаю, что он меня использует. Какой милый! И глупый. Я бы помогла любому человеку, а уж для него все бы сделала. При чем здесь использование? Хотя, Андрей Палыч, наверное, тоже так посчитает, будет меня отговаривать, сомневаться в нем. А я в Денисе не сомневаюсь. И помогать тут ему бы смогла поначалу – у него ведь очень светлая голова, все на лету схватывает. И здесь я тоже уверена, так что это не будет просто протекция, мне на самом деле помощник не помешал бы. Правда, Деньке это будет неприятно, наверное – работать под моим началом. Но мы могли бы все время быть вместе, вообще не расставаться. И почему люди считают, что парам работать бок о бок – это противоестественно? По-моему, самое естественное дело – общие интересы. Вон, Андрей Палыч и Кира Юрьевна – вместе работают, и так у них все слажено стало в последнее время (тьфу-тьфу, чтоб не сглазить)».
Можно, конечно, помочь ему найти работу в другом месте – вон, Воропаев намекает все время. Но Катя понимала, что делает он это из-за благодарности, ведь набирать большой штат ему не с руки – только-только открылся. Да и вообще… Не хотела она быть зависима от Воропаева, никаких жестов его принимать не хотела. Сама себе удивлялась, но была уверена в том, что, случись что-нибудь – и Александр будет последним человеком, к которому она обратится за помощью.
«Наверное, я все-таки очень впечатлительна и поддаюсь влиянию. Андрей Палыч столько неприятного о нем говорит постоянно, что я подсознательно в это верю. А вот папе он очень понравился – сам предложил помогать мне в его деле. Ух, хоть разгружусь немного - а то нынешний воропаевский бухгалтер чудит иногда, проверять приходится».
Завтра Воропаев опять придет к ним домой. Ее царапнула мысль о своей тайне, известной Александру – он, конечно, обещал ничего не говорить, да и вряд ли такой человек, как Воропаев опустится до банальных сплетен. Но все-таки это неприятно, и она будет чувствовать напряженность. Нет, надо обязательно рассказать все папе. Вот устроится Денис на работу, и она все расскажет.
«Я поговорю с ним. Или сначала поговорю с Андрей Палычем – все-таки работать с Денькой вместе будет таким удовольствием!»
И на этой счастливой ноте Катя окунулась в дела.
_________________
"А я так счастлив, я так рад, что кто-то счастлив" (с) АукцЫон
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Скоро все трое будут соревноваться, чьи видения про нашу принцессу самые эротичные. 
Причем, увы, только махнув рукой на ваши, милые мои друзья, комменты, которые я на самом деле очень ценю!! 
! Просто поняла, что иначе я догоню вас только к концу фика! Но теперь я уже дальше буду двигаться со всеми в ногу!!! 
Она как в той пословице: "Ты на самом деле идиот, или только прикидываешься?" Это же надо - никого она кроме Дениса не видит, да ещё и в Зималетто собралась его пристроить, - не иначе, как Жданчика до нужной нам всем кондиции довести. 
Пусть даже она и рассуждает о том, какая светлая у Дениса голова, но подсознание, подсознание-то не обманешь. 
