|
Глава 5.
- Скажи, что я веду себя неправильно.
- Ты ведёшь себя неправильно.
Андрей усмехнулся.
- С каким удовольствием ты это сказала.
- Ты слишком зависишь от его мнения.
- А ты нет?
- Уже давно.
- Точно. Наверное, поэтому ты злишься на него после каждой встречи.
- Заметь – я злюсь.
- А мне кажется, что притворяешься.
- Жданов, пей свой кофе и проваливай из моего дома.
Он рассмеялся. Кофе всё-таки отхлебнул и поморщился, правда, постарался сделать это незаметно. Она никогда не умела варить кофе, он это знал, поэтому и жаловаться ему не на что.
- И что же, по-твоему, я должен был сделать? Сказать ему нет?
- Я бы хотела на это посмотреть.
- Это не смешно, между прочим.
- А я и не смеюсь. А сказать ему нет, ты вполне мог. В конце концов, главный теперь ты.
- Ага… - с тоской отозвался Андрей.
- Ага, - передразнила она. – А раз не сказал, то и веди себя по-взрослому. Хочет он тебя проверять, пусть проверяет. Или тебе есть, что скрывать?
Андрей неопределённо помахал рукой в воздухе.
- Понятно, - кивнула она. – Ну что ж, секреты есть у всех. От этого никуда не денешься.
- Я просто не понимаю – почему. Что я не так делаю, что он никак не может мне довериться?
- Перестань, Андрюш. Он самому себе не верит. Они с Воропаевым много лет играли в эту игру, тебе ли не знать? Устраивали проверки друг другу. Это помогало обоим держаться в тонусе.
- Я его сын.
- Тем более.
- Ты бы видела этого специалиста… - Жданов пренебрежительно скривился. – Что он нашёл. Не знаю, где он её взял… Страшная, совсем девчонка, причём себе на уме.
- А ты к ней не цепляйся. Пусть делает свою работу.
- Да не цепляюсь я к ней, - возмутился Андрей. – С чего ты взяла? Я каждую бумажечку ей лично, в зубах приношу! Скоро уже кофе ей варить буду!
- Ты не исправим, Андрюш. Я сколько раз тебя учила – расслабься.
- Ага, и получай удовольствие, - съязвил он.
Она мило улыбнулась.
- Если возможно.
- Да ну тебя. Скажешь тоже, Юль.
- Есть хочу, – заявил мальчишеский голос. Андрей обернулся и на ребёнка посмотрел. Тот тем временем подошёл к столу, влез на высокий табурет и просительно протянул: - Мам, сделай горячий бутерброд!
Юлиана Виноградова только укоризненно головой покачала.
- В десять вечера, Игорь. Съешь яблоко.
Мальчик беспомощно уставился на Андрея.
- Я не хочу яблоко, я хочу бутерброд и чаю сладкого. Скажи ей! – попросил он Андрея. Тот Юлиане улыбнулся и сказал:
- Он хочет бутерброд и чай.
- На ночь вредно наедаться! – упорствовала Виноградова.
- Это тебе вредно, а он растёт.
- А ты ему потакаешь во всём.
- Ну, мама! – заныл Игорь.
- Ну, мама, - передразнил его Жданов и из-за стола поднялся. Взъерошил мальчику волосы, а после устало потянулся. – Поеду я.
- Домой? – спросила Юлиана, а Игорь, всё-таки вытащивший из вазы зелёное яблоко и откусив, хихикнул.
- Мучиться.
- Молчи, - шикнул на него Жданов и щёлкнул мальчика по затылку. Виноградова шлёпнула его по руке.
- Не бей ребёнка. Сначала учит его гадостям всяким, а потом за это же и бьёт.
- Мам, а бутерброд?
- Сейчас сделаю.
- Никаким гадостям я его не учу, - возразил Жданов и отобрал у Игоря яблоко. – Доедать будешь? – Тот головой покачал, и Андрей от яблока откусил. – Поеду к Кире, она меня ждёт.
Юлиана включила микроволновку, а сама посетовала:
- Опять начинается. Жданов, будь, наконец… - В последний момент прикусила язык и посмотрела на сына, который хоть и делал вид, что за окно смотрит, но на самом деле внимательно прислушивался к тому, что говорят взрослые. – Реши что-нибудь, в конце концов, - шепнула Юлиана Андрею. – Ты как тот добрый хозяин, что хвост своей собаке по частям отрубает.
- Да, - согласился он. – При этом я выступаю и в роли хозяина, и в роли собаки. А Кира мне хвост зелёнкой мажет каждый раз, чтобы заживало быстрее.
Виноградова не выдержала и рассмеялась. Потом толкнула Андрея в грудь.
- Дурак.
- Всё, поехал. – Протянул мальчику открытую ладонь, тот по ней ударил своей ладошкой и разулыбался. – Юль, пока. Кофе был гадкий.
- Пожалуйста, Жданов.
Выйдя на улицу, Андрей остановился и задумался, - а стоит ли сегодня ехать к Кире? Она, конечно, ждёт, но ведь его настроение и желание тоже что-то да значат, а ни того, ни другого сегодня не наблюдалось. Правда, не наблюдалось их уже давно и именно это Киру беспокоило и сводило с ума. И вряд ли она оценит, если он и сегодня позвонит и попытается сослаться на усталость и хроническое недосыпание в последнее время. Скажет, что мучить она его не собирается и у неё дома для его отдыха созданы все условия. А ему в ответ сказать будет нечего, повиснет неловкая пауза, Кира расстроится, он почувствует себя виноватым, пообещает обязательно приехать, а когда они встретятся, поймут, что вечер безнадёжно испорчен и говорить станет не о чем, только молчать. А молчать, находясь рядом с кем-то – ничего хуже на свете не бывает.
Андрей вздохнул, сунул руки в карманы куртки, поднял голову, чтобы взглянуть на окна квартиры Виноградовой, и руку из тёплого кармана пришлось достать, чтобы помахать Игорю, который прилип к окну и наблюдал за ним. Ему в ответ тоже помахали, и Жданов всё-таки улыбнулся.
Когда уже завёл машину, позвонила Кира. И голос у неё был чуть ли не заискивающий.
- Ты приедешь?
- Да, я уже еду.
- А где ты сейчас?
Андрей глаза закрыл и потёр переносицу.
- У Юлианы был.
- А-а. – Кира заметно повеселела. – Приезжай, Андрюш, я ужин приготовила. – Помолчала и добавила достаточно проникновенно: - Я тебя жду.
- Я еду, Кирюш.
Выключил телефон и, наконец, тронулся с места. Включил радио, надеясь, услышать информацию о пробках. Говорят, что пробки – это бич столицы, но иногда, когда очень хочется куда-нибудь опоздать, когда нужно опоздать, пробки становятся просто спасением. Как-то он проболтался об этом Юлиане, а та долго не могла прийти в себя от изумления.
- Ну, знаешь, Жданов… Раз уж тебя стояние в пробке радует больше, чем вечер с Кирой… Расстанься с ней и не пудри девушке мозги.
Легко сказать – расстанься. А если Кира не желала с ним расставаться? Иногда Жданову самому становилось нестерпимо стыдно за то, как он с Кирой поступал. Ведь они всё-таки не чужие друг другу люди, не просто встретились-влюбились-разбежались, они всю жизнь знакомы, а это накладывает определённые обязательства. Андрей нёс за Киру ответственность, причём очень давно, наверное с тех самых пор, как родителям, его и Киры, пришла в голову гениальная идея – детей поженить. Андрею исполнилось к тому моменту лет пятнадцать, Кира вообще девчонкой была, и всё это воспринялось, как шутка, да так бы шуткой и осталось, если бы любимые мамы не начали постоянно заводить разговор о том, как было бы хорошо, если бы дети друг друга полюбили. Такая идеальная пара бы вышла – он высокий брюнет, она хрупкая блондинка, выросли вместе, знают друг друга прекрасно, а уж дети пойдут – красивые и вдвойне родные и любимые… В общем, сплошные плюсы. Андрей долго посмеивался над этими разговорами, всерьёз не принимая, но когда Кира подросла, и стало понятно, что она как губка впитала в себя все мечты родителей, Жданову стало совсем не до смеха. К каким только фокусам не приходилось ему прибегать, чтобы держаться от дочки Воропаевых подальше. И понятное дело, что он безумно обрадовался, когда Кира уехала учиться в Питер!.. Несколько лет покоя, он уж и думать забыл о пережитой некогда осаде, а когда она вернулась, Андрей, успокоенный и уверенный в том, что Кира повзрослела и они если когда и вспомнят о прошлом, то непременно вместе посмеются, совершил самую главную ошибку в своей жизни. Он влюбился в Киру Воропаеву. Как увидел её, повзрослевшую, похорошевшую, светлую, похожую на солнечный зайчик или ангела, так и влюбился. Ему не потребовалось прикладывать никаких усилий, чтобы убедить её в своих чувствах. Один вечер, одно признание и казалось бы – вот оно счастье. Все счастливы, родители в диком восторге, у них с Кирой замечательные отношения, они понимают друг друга с полуслова. Чего ещё желать?
- Андрюша, ты уже сделал Кире предложение? – спрашивала мать.
- Зачем?
- Как это – зачем? – Маргарита смеялась. – Так положено.
- Мама, не выдумывай. Мы встречаемся только полгода.
- Полгода! Пока свадьбу устроим, ещё полгода пройдёт.
Андрей ощутил смутное беспокойство и головой помотал.
- Ещё рано.
- Не понимаю, чего ты опасаешься.
- Себя, мама.
Разладилось всё прежде, чем они успели отметить годовщину своих отношений. По крайней мере, Андрей это почувствовал. Все вокруг были подозрительно счастливы и довольны, а вот он начал томиться. Кира его ревновала, контролировала. Да и это не главное! Она следила за ним. Это открытие стало для Андрея настоящим шоком. После этого они впервые серьёзно поругались и даже расстались. Точнее, это Андрей от Киры ушёл, хлопнув дверью. У него в голове не укладывалось, что Кира на такое могла пойти. Да, он, возможно, был не прав, он обманул, ему нужно было избавиться от её заботы на пару дней, отдохнуть, и он не смог сказать ей правду, потому что Кира попросту не поняла бы, её бы воля, она бы его к себе наручниками приковала, а жить так очень трудно. И поймав её подружек, которые присматривали за ним и по телефону сообщали Кире неприятные известия, Жданов взбесился.
- Ты с ума сошёл? Ты хочешь расстаться с Кирой? – Маргарита нервно обмахивалась журналом несколько минут, а затем потребовала вызвать ей «скорую». Андрей даже застонал вслух.
- Мама!..
- Ты не посмеешь! Я не хочу жить с мыслью, что мой сын негодяй! Это ты ей изменил, а виноватой хочешь сделать её? Как тебе не стыдно, Андрей?
А ему не было стыдно. Совсем. И это вдруг встревожило.
Может, поэтому он вернулся к Кире в первый раз? Испугался, что он самом деле негодяй, но просто не осознаёт этого.
Так и повелось. Кира его любила, мечтала о свадьбе, а он для всех превратился к гуляку и повесу, который совершенно не ценит свалившуюся на него удачу. Ему ведь повезло, рядом с ним идеальная женщина!
А потом погибли Воропаевы, и Кира долго пребывала в шоковом состоянии, что и понятно, и Андрей не мог её оставить, он бы себе этого не простил. Затем настало время борьбы за президентское кресло и в какой-то момент Андрею стало не до личных проблем, он с головой ушёл в работу, а потом Кира пообещала отдать ему свой голос на совете, и он… смалодушничал, что скрывать. Зато все опять стали счастливы. Кира вновь заговорила о свадьбе, мать сияла, отец кивнул и сказал:
- Юра был бы рад вашей свадьбе. Это правильное решение.
А Андрей осознал, что на этот раз ловушка готова захлопнуться и выбраться из неё будет очень трудно.
Он не понимал Киру. Не понимал, почему ей так нравится мучиться. Дошло до того, что Жданов однажды не сдержался и сказал, ей, что не любит. Что прошло всё, что это нужно принять, что им обоим станет легче, и Кира даже согласилась с ним, отчего Андрей почувствовал одуряющее облегчение. Правда, уже на следующий день ему позвонила мать и принялась отчитывать его за то, что он совершенно не заботится о чувствах Киры. Просто ни во что её не ставит.
- Мама, мы всё обсудили и расстались, - попытался донести до неё суть Андрей.
- Расстались? Это ты с ней расстался, уже в который раз. Господи, Андрей, когда ты уже поймёшь, что это просто бег по кругу? Ты всё ищешь что-то, а потом приходишь к Кире зализывать свои раны. Сколько можно её мучить?
- У нас всё будет хорошо, - говорила Кира, когда они в очередной раз помирились. – Я подожду, когда ты успокоишься. – Она гладила его по волосам и смотрела с нежностью.
Андрей закрыл глаза. А может, Кира права? Когда-нибудь он устанет от суеты, от поисков, от свободы, и кто тогда его поймёт лучше, чем эта женщина? Вот только покоя не давали мысли о том, что он по-прежнему Киру не понимает. Почему она так держится за него после всего плохого, что он ей сделал? Неужели настолько любит? В это Жданову почему-то не верилось.
- Андрюш, это ты?
- Я, - отозвался Жданов, закрывая за собой входную дверь. Он уже успел разуться, когда Кира появилась из комнаты и обняла его.
- Привет. – Она улыбалась, и было понятно, что у неё на самом деле хорошее настроение.
- Привет. – Кира подставила губы для поцелуя, и он послушно поцеловал.
- Ты что-то долго. Как Игорь?
- Нормально. А ужин на самом деле есть или ты шутила?
- Конечно, есть. Юлиана не накормила?
Жданов неопределённо махнул рукой и прошёл прямиком на кухню. Пока ждал ужин, наблюдал за Кирой украдкой, замечал её выжидательные взгляды и понимал, что ей не терпится устроить ему допрос. И даже знал, о чём она расспрашивать будет.
- О чём вы говорили? – Она поставила перед ним тарелку, Андрей принюхался и взял вилку.
- С кем? – намеренно задал он дурацкий вопрос.
- С Юлианой.
В этих расспросах тоже был особый смысл. Кира ревновала его к Юлиане. Точнее, ревновала она его практически ко всем особям женского пола, подходящим по возрасту и фактуре, но к Юлиане по-особенному. Потому что с Виноградовой Андрей обсуждал то, что его беспокоило, то, чем он даже с лучшим другом не всегда готов был поделиться. А вот Юлиане рассказывал. Юлиане, а не Кире. И Воропаеву это сильно раздражало, хотя она пыталась изо всех сил это скрыть. Никогда не укорила его за это, она молча страдала. Молча, зато заметно. Она дружила с Юлианой, якобы дружила, тем самым пытаясь держать руку на пульсе, и видимо догадывалась, что Виноградова уже давно уговаривала Андрея её, Киру, бросить. Но не смотря на свои подозрения, дружить продолжала. При встрече Юлиане улыбалась, звонила ей частенько, приглашала на обеды, даже советовалась порой. Потому что знала – в сложившейся за годы ситуации она бессильна.
С Юлианой Андрей подружился давно. Познакомились ещё в институте, тусовались, как это тогда называлось, в одной компании. Романтических отношений не получилось, как говорила сама Виноградова, оба слишком любили самих себя, чтобы сойтись. К тому же Юлиана быстро влюбилась и это событие, как ни странно, их ещё больше сблизило. Не должно бы было, но винить Юлиану за то, что произошло дальше, Андрей не мог, хотя и злился некоторое время, а потом, когда всё стало плохо, он же первый пришёл к Виноградовой на помощь. С тех самых пор они ни разу не поругались, только спорили время от времени, а ведь прошло уже десять лет. Кое-кто от их дружбы не был в восторге, не находя в себе сил смириться, а вот Кира старалась и Юлиану в нужный момент словом поддержать, и с недовольными общий язык найти, что, надо сказать, ей неплохо удавалось.
Вот и сейчас она спрашивала якобы просто так, но на самом деле беспокоилась, Жданов это чувствовал. И поэтому улыбнулся и насмешливо выдал:
- Мы говорили о Кате Пушкарёвой.
Кира нахмурилась.
- А что о ней говорить?
- Думаешь, не стоит?
- А ты так не думаешь? – Фыркнула. – Катя Пушкарёва. Тоже мне, особа достойная обсуждения.
- А вот это пока не ясно.
- Что ты имеешь в виду?
- Не знаю… Кир, дай поесть спокойно.
По её лицу пробежала тень, но уже через мгновение Кира понимающе улыбнулась.
- Ешь, милый, ешь. – Встала из-за стола и принялась заваривать чай. Думала о чём-то, потом осторожно проговорила: - Я думаю, что ты зря расстраиваешься.
- Я не расстраиваюсь.
- Ну, злишься, - не стала она спорить. – Пал Олегыч просто хочет быть в курсе дел компании.
- Я и так всё ему рассказываю. Отчёты предоставляю по первому требованию.
- Но дело ведь не в отчётах. А в том, что он чувствует себя нужным.
- Кира, что за чушь?
- Это не чушь! – По тому, как дрогнул её голос, Андрей понял, что обидел её. – Просто он не может смириться с тем, что уже время уйти на покой. И твоя мама так считает.
- Мама так считает, потому что ей нравится так считать. Она мечтает, что отец запрётся дома, будет сидеть на веранде в кресле-качалке и читать газеты. А это если и произойдёт, то ой как не скоро.
Кира перестала шуршать пакетиком с чаем, замерла, затем оглянулась на Андрея.
- Что ты имеешь в виду?
- Что отец что-то задумал.
Жданов жевал, а Кира размышляла. После недоверчиво проговорила:
- Он не посмеет, Андрюш.
Тот жевать перестал и непонимающе посмотрел.
- Что? – И тут же вскинулся. – С ума сошла? Я о работе говорю!
- А, о работе…
Андрею не сразу удалось побороть возмущение, всколыхнувшееся внутри. Пару секунд молчал, сжав в руке вилку, едва заметно качнул головой, но всё же решил поставить Киру на место.
- И вообще, это не твоё дело.
Она резко оглянулась.
- Что?
- Не твоё, - повторил он с нажимом и тут же добавил: - И не моё.
Воропаева огорчённо покачала головой.
- Ты не справедлив.
- Жизнь вообще штука не справедливая. – Отодвинул от себя тарелку и поднялся. – Я наелся. Спасибо.
- А чай не будешь?
- Не хочу.
- Знаешь, сегодня Сашка звонил, - сообщила Кира, когда они уже легли в постель. Придвинулась к Андрею, пристроила голову на его плече и довольно вздохнула. Жданов же даже глаз не открыл.
- И что?
- Да ничего. Просто я по нему скучаю.
- А я нет.
Кира рассмеялась и шутливо стукнула его ладошкой по груди.
- Сколько можно уже, а? Вы как дети.
- Мы не дети. Мы два взрослых мужика, которым есть, что делить.
- Да, свои игрушки.
- Назови, как хочешь. Но делиться всё равно не хочется. – Андрей помолчал, затем решил поинтересоваться: - Он что, собирается возвращаться?
- Пока не говорит ничего. Хоть бы в гости приехал. Он уже год без отпуска. На совет приехал на неделю и всё…
- Конечно, на совет он приехал… Как он мог такое пропустить?
- Не ворчи. – Кира погладила его ладошкой по груди. – Всё равно же всё вышло по-твоему.
- Кир, мы не в песочнице. По-твоему, по-моему. Сашка специально меня достаёт. Он ничего не смыслит в производстве, но зато амбиции зашкаливают. Какой из него президент?
За брата Кира обиделась.
- Просто он так же, как и ты, хотел продолжать дело своего отца.
- Вот именно, что продолжать. А он бы просто всё угробил.
- Ты не прав.
Жданов глаза открыл, но на Воропаеву не посмотрел. Протянул руку и выключил ночник.
- Этого мы теперь никогда не узнаем, - проговорил он с ноткой удовольствия.
Кира на это ничего не ответила, но затем проговорила:
- Спокойной ночи.
- Да… - Андрей обнял её одной рукой, а другую закинул за голову. Кира, наверное, решила, что он засыпает, а Андрей довольно долго смотрел в темноту, размышляя о своей будущей жизни. О своей семейной жизни, о браке, к которому всё шло. И понимание того, что после свадьбы ничего не изменится, всё будет так же, как сейчас – угнетало. А брак – это ведь не на месяц и не на год, если всё по-хорошему, то это на всю жизнь. Ему, если честно, не хотелось никак, ни по-хорошему, ни по-плохому.
Кира у него под боком зашевелилась, снова провела ладошкой по его груди и шепнула:
- Я тебя люблю.
- Угу, - сонно отозвался он и тут уже глаза закрыл.
Сон ему приснился беспокойный, не кошмар, конечно, но всё равно ничего хорошего. Снилась всё та же Катя Пушкарёва, она трясла перед его лицом какими-то бумагами и укоризненно грозила ему пальцем, явно в чём-то уличая. Плохой сон, потому, наверное, и проснулся ни свет ни заря, за окном ещё темно было. Кира спокойно спала, отвернувшись от него и закутавшись в одеяло, Андрей минуту прислушивался к её дыханию, а потом осторожно из постели вылез. Кто рано встаёт, как говорится, то тому следует воспользоваться возможностью и отправиться на работу пораньше. Хоть изредка, но собой по такому поводу погордиться.
Кире написал записку, чтобы не беспокоилась, второпях съел бутерброд и выпил чуть тёплый чай. Ждать, когда чайник вскипит, попросту не хватило терпения. Хотелось уйти, чем быстрее, тем лучше.
Когда подъехал к «Зималетто», ещё восьми не было. И поэтому совершенно не удивился тому, что стоянка оказалась пуста, а Потапкин вышел ему навстречу, зевая.
- Здравствуйте, Андрей Палыч, что-то вы рано сегодня.
- Работать спешу, Сергей Сергеич, исполнять свой гражданский долг.
- Да не такой уж он и гражданский.
Андрей усмехнулся.
- С утра тянет пофилософствовать?
- Поспать тянет, - пробормотал Потапкин и рукой махнул.
Офисные коридоры были пусты и темны. Кругом тишина и это было странно и непривычно. Жданов прошёл мимо пустого ресепшена, а, идя по коридору к своему кабинету, прислушивался к своим шагам. Они показались настолько громкими, что Андрей невольно замедлил шаг и постарался ступать тише. Тише, тише… День ещё не начался.
Он настолько уверился в том, что он сегодня ранняя пташка и единственный в своём роде, что на пороге собственной приёмной споткнулся от изумления, узрев за столом Вики… Нет, бред. Это, конечно же, была не Клочкова, такое даже представить трудно. А вот Катя Пушкарёва за компьютером Виктории обнаружилась. Причём, когда она подняла голову и увидела его в дверях, на её лице был написан такой ужас, что Андрей невольно насторожился.
- Вот так так, - протянул он. – Катя, вас выгнали из дома?
Её рука, под ладошкой которой была компьютерная мышь, забегала по столу, послышались лихорадочные щелчки, хотя сама Катя со Жданова глаз не сводила. Поправила очки на носу и выдавила из себя:
- Доброе утро, Андрей Палыч.
- Доброе? Вы уверены?
Она закрывала программы, Андрей был в этом уверен. Он сделал несколько больших шагов, практически допрыгнул до стола, надеясь успеть увидеть то, что Катя старалась спрятать, но ничего любопытного не обнаружил. Была открыта почта, причём её личная. Вроде бы ничего криминального. Зато сама Катя выглядела весьма испуганной, хоть и сохранить непринуждённость.
- Вы рано, Андрей Палыч.
- Вы тоже, Катя. – И тут же подозрительно прищурился. – Или вы всегда так рано приходите?
- Нет, что вы. Просто сегодня так получилось.
Он усмехнулся.
- Не спалось? Кошмар приснился?
- Что-то вроде того.
- Надо же, какое совпадение.
- Вам тоже? – Катя снова взялась за мышку и быстренько компьютер выключила.
- Вы что тут делаете, Катя? – проигнорировав её дурацкий вопрос, поинтересовался Жданов. Поинтересовался весьма грозно, надо сказать.
Она замешкалась с ответом, отвела глаза и вообще ссутулилась под его взглядом, видимо, мечтала испариться, исчезнуть с его глаз.
- Катя, я вам вопрос задал.
Она закусила губу.
- У меня не работает интернет.
- Что?
- У меня не работает интернет, - громче и увереннее проговорила она. – Я решила немного поработать за этим компьютером. Нельзя было?
- Пароль откуда узнали?
- Я никуда не лазила, Андрей Палыч. А на вход в систему пароль стандартный. Мне нужен был только интернет.
Он ещё посверлил Катю взглядом, наслаждаясь её неловкостью и томлением, затем коротко кивнул и скрылся за дверью своего кабинета. Когда он ушёл, Пушкарёва вытерла вспотевший лоб и тяжело выдохнула. Что ж ей так не везёт? Теперь Жданов измучает её подозрительными взглядами.
Но оказалось, что успокоилась она рано. Когда вошла в кабинет, увидела только пальто Жданова, небрежно брошенное прямо на стол и открытую дверь в свою каморку. Катя осторожно приблизилась и заглянула. Андрей сидел за её столом и что-то делал с её компьютером. Катя похолодела, с непониманием и страхом наблюдая за ним.
- Андрей Палыч, вы что делаете?
Он откинулся на стуле и нетерпеливо побарабанил пальцами по столу.
- Проверяю.
- Что?
- Как работает ваш интернет.
Пушкарёва с трудом сглотнула и привалилась спиной к косяку.
- Он не работает, - выдавила она из себя.
Андрей посмотрел в экран, потом кивнул.
- Вы правы, Катя. Не работает.
Она даже вздохнуть не успела, а Андрей уже сполз со стула и оказался у неё под столом. Пока он не мог её видеть, Катя прикрыла глаза рукой. Всё происходящее больше напоминало кошмар.
- Катя, я нашёл неполадку, представляете! – излишне воодушевлённо выкрикнул Жданов из-под стола.
Катя не сдержала нервного смешка.
- Правда?
- Да! – Из-под стола он выбрался, выпрямился, отряхнул брюки, а потом продемонстрировал ей отсоединённый ею же заранее провод. Сейчас Катя очень радовалась тому, что ей пришло в голову проявить такую предосторожность. Как почувствовала!.. – Кто-то выдернул провод, - сообщил ей Жданов то, что она и сама прекрасно знала. И мало того, знала, кто именно это сделал.
- Это уборщица, - тут же соврала Катя.
- Правда? – Андрей смотрел на неё с хищной усмешкой. – Какие у нас продвинутые уборщицы. Не знал.
- Просто они очень ответственно относятся к своим обязанностям. Андрей Палыч, ваши брюки…
Андрей отряхнул штанину.
- Да, очень ответственно.
Господи, какая глупость!
- Наверное, уборщица случайно выдернула шнур.
- Конечно, Катя. Так ответственно махала шваброй, что вы остались без интернета.– Жданов снова присел на корточки, чтобы воткнуть провод на место. После посмотрел на экран компьютера. – Всё готово. Принимайте работу.
- Спасибо большое.
- Пожалуйста.
Он приблизился к ней и принялся её рассматривать. Катя не знала, куда глаза деть. Она боялась его взглядов. Ей всегда казалось, что Андрей может рассмотреть в ней что-то, что видеть ему не стоит. Из-за этого нервничала, краснела и делала глупые жесты. В общем, чувствовала себя перед ним дурочкой и замарашкой.
Когда пауза затянулась, а Андрей всё продолжал её разглядывать, Катя попыталась прошмыгнуть мимо него к столу. Удалось ей это только потому, что он позволил. Сдвинулся немного вправо, освобождая ей дорогу. А Катя схватила какие-то бумаги и стала их нервно перебирать.
- Спасибо, Андрей Палыч. Я… собиралась вызвать мастера.
- Да не за что, Катя. Обращайтесь.
- Спасибо, - в который раз повторила она.
Жданов вышел из каморки, Катя нервно облизала губы и опустила плечи, расслабляясь. И вздрогнула, когда услышала его голос.
- Катя.
Резко обернулась.
- Да, Андрей Палыч?
- Хочу дать вам дельный совет. Знаете, если выдернуть шнур здесь и в приёмной, то можно сесть за мой компьютер. Вы главное, не теряйтесь и приходите на работу пораньше.
Дверь захлопнулась, а Пушкарёва села прямо на стол и откинула голову назад, не совсем понимая, чего ей хочется больше – расплакаться от своей невезучести или рассмеяться от абсурдности ситуации.
_________________  - Расскажите о себе в двух словах.
- Всякое бывало 
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Спасибо! 
Стоило её туда внедрить, только, чтобы Андрюша на КлочкоГО побольше орал 
).
