Автор всё никак не может закончить пятой главы. Она разрастается, как квашня на батарее...
Часть V
«Что делал слон…»
Частичка 3
«У меня зазвонил телефон.
- Кто говорит?...»
Катенька четыре раза всплакнула, десять раз умылась, пять раз поправила причёску, восемь раз себя обругала, три раза решительно выходила из «зала заседаний» и ровно столько же возвращалась обратно. Наконец, ей пришла в голову здравая мысль, первая за последние сорок минут: пойти и позвонить с рецепшена Коле и родителям. Снова умывшись и посмотрев в зеркало, Катенька покинула штаб женсовета и направилась к престолу королевы пролетарских дискотек, вечно заспанной красавицы Марии Тропинкиной (для друзей - просто Марии).
Коленька поймал выжидающий взгляд Айболита, поставил на пол бутылочку, почесал ушко и деловито сообщил:
- В гараж она не спускалась. Ваш охранник утверждает, что через центральный вход Екатерина Валерьевна здания «Зималетто» не покидала, все остальные входы-выходы закрыты. Значит, она где-то здесь.
Несколько успокоенный Жданов кинул в сторону каморки взгляд потерявшегося щенка и сказал со вздохом:
- Здесь её нет!
- Это я уже понял! – ответствовал финдиректор, поправляя очки. Через долю секунды зазвонил мобильник Зорькина.
- Да, слушаю! Катька!! Ты где?!
- Катя!!! - Жданов попробовал рвануть в сторону телефона, но был остановлен крепкой рукой друга. Батарея зашипела чуть громче.
Зорькин минуты три поговорил с Катериной, вернее, послушал то, что она ему говорила, нажал на сброс, недоумённо посмотрел на руководство «Зималетто».
- Она ещё в офисе. Домой поедет позже. Не хочет, чтоб я её ждал…
С 19.00 до 20.10 по Москве Елена Александровна разговаривала с подругой по телефону, периодически поглядывая в сторону кухни. В 20.14 отставной подполковник Пушкарёв обнаружил, что стрелки на кухонных часах точно указывают Варшавское время. Немедленно устранив последствия диверсии и оставив в покое диверсанта, вооружившегося скалкой, Валерий Сергеевич с 20.15 до 20.25 поминутно звонил дочери на мобильный и на рабочий. Трубку никто не брал. Тогда Пушкарёв позвонил Зорькину, получил какой-то один невразумительный ответ на свои пятнадцать наболевших вопросов. Возмутительно! Через четверть часа Валерий Сергеевич снова поговорил с Николаем и ничего нового не узнал. Дважды, с интервалами в пять минуты, экс-подполковник повторял попытку. Безрезультатно. Колька что-то лепетал о работе, о совещании в «Зималетто», и о том, что Катя не может подойти к телефону. Пушкарёв решил больше не звонить, а спокойно подождать возвращения дочери и обстоятельно с ней побеседовать. Через двенадцать минуть двадцать шесть секунд его спокойствие закончилось, остатки терпения улетучились, он сорвал с вешалки первую попавшуюся куртёнку, первый попавшийся плащик, первое попавшееся пальтишко, поругался с женой, потребовал вернуть на место его верхнюю одежду, получил свою старую, ещё с курсантских времён шинель, примерил - мала, снова начал ругаться, но тут зажужжал чёрный телефонище. Пушкарёв схватил трубку, услышал голос дочурки, и, не дожидаясь, что она там промямлит в своё оправдание, загремел:
- Катерина! Немедленно домой! Если через сорок минут не явишься, я разнесу эту вашу «Зималетту»! А дружку своему передай, что отвечать надо чётко и по существу!
Валерий Сергеевич вещал о том, как надо правильно, то есть кратко и ясно, излагать свои мысли. Катенька за это время успела посчитать все карандаши на столе у Машки, все полоски на жалюзи, мысленно попыталась вычислить суммарную площадь помещений административного этажа и уже начала потихонечку освежать в памяти таблицу Менделеева, как вдруг папа неожиданно замолчал.
– Алло! Папочка! Ты меня слышишь?
- Теперь слышу! Я тебе вопрос задал! Отвечай по всей форме!
Катенька ответила наугад и не угадала, чем заслужила новую порцию отцовских рекомендаций по логике и риторике.
На экстренном заседании бывших врагов было решено, что Катеньке отправляться домой без сопровождения такою позднею порой нельзя. Пьяному Жданову разговаривать с охраной тоже нельзя – дурной пример для подчинённых. Роман взял бразды правления, а также собственный сотовый, заботливо поданный ему Колькой, в свои руки. Пока Ромка отдавал распоряжения Потапкину (гараж закрыть, Катерину из офиса без разрешения высшего начальства не отпускать, как только появится в поле зрения охранника – вице-президенту немедленно звонить) Зорькин осторожно, стараясь не приближаться к Жданову, обследовал рассыпанные по полу открытки, игрушки, заметил знакомые листочки формата А4, выслушал нечленораздельное бурчание Андрея, и даже сделал кое-какие выводы. Как только он собрался задать ряд вопросов Малиновскому, у того снова затренькал сотовый. Вступать в разговор со Ждановым Зорькину не хотелось, зато Коленька заметил среди подарков упаковочку с печеньем, небольшую коробку конфет и пару шоколадок, но тут запел его мобильный.
Пока Малина ворковал с Людочкой, а Коля с Викусей, Жданов, подавив тяжёлый вздох (поворковать ему было не с кем, хотя голубка летала рядом), занялся своим рисунком. Закончив разговор с милой Вики, Николай увидел аккумулятор от телефона, лежащий под креслом.
- Твоё? – спросил он Андрея, показывая ему находку.
Жданов отдал Зорькину свой скребок и сказал, в меру вежливо и внятно:
- У меня не получится поставить его на место.
Колька соединил детали, включил телефончик и ввёл продиктованный Ждановым PIN-код. Аппарат сразу же заиграл, а Андрей, увидев, кто ему звонит, тотчас пожалел о воссоединении разрозненных частей мобильника.
- Да, я слушаю тебя! – раздражённо прокричал он, выхватывая у Николая телефон. – Я пьяный! И валяюсь под батареей!... У себя в кабинете!...С кем пил? С Малиной и с Зорькиным!... Да потому, что это моя жизнь, Кирюш! С кем хочу, с тем и пью! Где хочу, там и валяюсь!
- Отключилась, - пробормотал Жданчик, пожал плечами и снова занялся своим шедевром.
Пока Малина витиевато объяснялся Людочке в любви, Зорькин в растерянности взирал на батарею. То, что там вырисовывалось, определённо заслуживало внимания.
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
букву "а" смыло слезами 
Она папе явится на пять секундочек... 
Ты что, Малина же на плу сидит, ишшо обварит себе нужнейшие части тела! 
