Глава 9. Все дороги ведут в…
Все шло своим чередом! Черная полоса прошла, всякая ерунда под названием ЛЮБОВЬ тоже и, кажется, жизнь расцвела совершенно новыми цветами, которые бесспорно радовали глаз хозяина. Андрей Павлович Жданов, получив, наконец, контракт на руки, отбросил все сомнения, которые до последнего мучили его больную голову, и одним росчерком пера решил судьбу Зималетто. В омут с головой!!! Впрочем, как всегда… разве что с небольшой разницей - сделка была, на сей раз, просчитана ровно столько раз, сколько того требовал сначала Павел, потом Кира и, наконец, сам президент. Андрей был уверен в успехе, и даже сама мысль о том, что слияние свершилось, страшить перестала - чему быть, того не миновать, и это факт! Причем факт реально свершившийся!
Утро началось немного странно для Андрея - он слишком рано проснулся сегодня и, удивляясь собственному настроению, уселся за компьютер. Размял пальцы, похрустел ими, как боксер перед очередным боем и, удобно устроившись перед клавиатурой, начал печатать.
Приветик, Солнце мое!
Не знаю, спишь ты или уже встала (хотя, конечно, спишь, это только я сижу перед монитором в пять утра, печатая тебе письмо), но мне вдруг захотелось… кхм… вот даже и не знаю, имею ли право написать тебе, отчего я сегодня проснулся столь ранним утром? Хотя, наверное, имею, потому что после вчерашних «разговоров» только ОТ ЭТОГО я и мог проснуться. Мне вот интересно, ты отдаешь себе отчет в том, что я возможно уже влюбился в тебя? Вот так вот, не видя тебя ни разу, не представляя - кто ты, взял и влюбился??? Поймал сейчас себя на мысли… а вдруг ты МУЖИК? Вот видишь, уже почти геем с тобой стал! Не перестаю надеяться на ВАШЕ, девушка, фото в качестве заставки на свой рабочий стол… хотя надежду я совершенно потерял… Представил себе сейчас, как готовлю для тебя кофе… нарезаю батон… мажу его сливочным маслом… оно почти растаяло, и стекает по твоему подбородку. Хотя, стоп..! С чего бы это маслу течь по твоему подбородку? Хмм… бредддддддд… Слушай, ну как ты можешь писать все так ясно и понятно, что я едва не кон… Тьфу! Прости меня, любовь моя, эмоции в пять утра слишком сильны и опять же… Ладно, дело не в этом. Все же постараюсь хоть немного быть похожим на тебя… Итак… что там у меня с кофе? Че-ерт… кофе убежал… булка пропиталась маслом и выглядит, как г… на палочке… колбасу положить сверху? Нет, не то… О! КОНФИТЮР!
Странно, задумался вдруг… мне всегда было интересно, откуда такое эротичное название? Отчего- то хочется размазать по твоему телу этот самый конфитюр и слизнуть его… или слизать… вылизать… Даже и не соображу сейчас, как правильно нужно написать - голова отчего-то занята совершенно другим.
Все, на этом я заканчиваю завтрак… пойду выпью растворимого кофе и снова представлю себе нашу встречу… А может все-таки сегодня? А?
Люблю… безмерно…
Ники, я твой навеки.
Алекс.
Поёжился так, будто замерз и усмехнулся - надо же какая дурость! Виртуальный секс! А главное - ему это нравится! Отчего-то вспомнилось, как всё смешно получилось. Андрею казалось, что он сейчас даже не вспомнит в какой момент его отношение, нет, теперь уже их отношения перешли на новый совершенно не философский уровень. Может быть тогда, когда Ники впервые пообещала ему больше не пропадать? Или тогда, когда он ни с того ни с сего попросил пожалеть его? Просто так, пожалился на свою скучную жизнь и попросил пожалеть. Она и не отказала, предложив поцеловать… Он ухватился, сказав, что не отказался бы от французского поцелуя в её исполнении… Она ответила, что вполне могла бы сделать и не только это… И понеслось! Не было в этом ни единой капли серьезности - только смех, стёб, глум… Да, можно называть это как угодно! Обидно было только то, что фото Ники в его арсенале так и не появилось, хотя его, Жданова, образ у неё имелся в наличии и даже в нескольких вариациях на тему… Она развела его таки на фото. Правда, честно сказать, сопротивлялся Жданов недолго, и спокойно отправил свою физиономию виртуальной подружке, вот только отчего-то со странной тревогой ожидал ответа, а когда дождался… ООООО, это была песня! Улыбку с его лица в тот вечер и ночь стереть уже было просто не реально, потому что дифирамбы, касательно его внешности, присланные Ники, не просто порадовали - придали ему уверенности в собственной неотразимости и обаятельности.
Андрей отлично помнил, как минут двадцать крутился перед зеркалом, словно девчонка, и разглядывал свою… задницу в плавках… без них… а все почему? Потому что Ники написала, что эта часть его тела ну просто безумно сексуальна, особенно в джинсах. А надо сказать, что он отправил, конечно же, наиболее выигрышные фото себя любимого, и так сказать с разных ракурсов.
Так вот, разглядывая себя в зеркале, Жданов пришел к выводу, что пора взять себя за хобот и отправиться в спортзал. Потому что, оказывается, легкий намек на жировые отложения в области талии уже стали не совсем и легкими, а это значит, что средний возраст, к коему он себя причислял, плавно начинает переходить в старость… или зрелость… или еще черт знает во что! Сначала лениво, потом все с большим энтузиазмом, Жданов шлифовал собственное тело, плавая в бассейне каждый день и получая от этого самое настоящее наслаждение. Но еще больший кайф он ловил, приходя домой и усаживаясь за компьютер часов в 11 ночи, втягиваясь в эту безумно увлекающую его переписку…
Сам же он долго добивался фото от Ники, даже грозил что бросит переписку, но она была непреклонна, говоря, что хромая, косая, с огромными очками на носу и ему, такому бесспорному красавчику, она не может понравиться по определению. Жданов побрыкался еще немного, но после сдался и отстал от Ники с фотографией.
Андрей отправил письмо и потянулся - захотелось спать.
- И чего мне не спалось! Надо было в пять утра подорваться, как та граната в руке обезьяны, которая… что-то там еще было дальше… - пробубнил Жданов себе под нос и, резко вскочив на ноги, принялся боксировать с невидимым соперником. Мах раз, мах два… соперник повержен, как впрочем, и сон, который только недавно грозился наброситься на не совсем адекватного человека и заарканить того в свои сети. Что-то напевая себе под нос, Жданов принял душ, оделся и, все также продолжая напевать какую-то песню, покинул свою квартиру.
- Девушки, доброе утро! - бодро выходя из лифта с немалым потоком народа, произнес Жданов и немного вальяжно облокотился на стойку ресепшена. Тропинкина вздохнула и сглотнула слюну, Амура томно выдохнула и опустила глаза, разглядывая из-под опущенных ресниц ту самую неимоверно сексуальную часть, затянутую в джинсы, Светлана скромно отвела глаза и вздохнула украдкой, лишь Вика, которая вылетела, как фурия следом за Андреем из лифта, не обратила на него ровным счетом никакого внимания. В свою очередь взгляды всех присутствующих и генерального директора, коим теперь числился Жданов, обратились на прилетевшую Клочкову.
- А-Андрей? - громкий апчих последовал за возгласом Виктории.
- Вика, дорогая, что с тобой? - сочувственно и немного удивленно спросил Андрей, оглядывая Клочкову с ног до головы.
А посмотреть было на что - юбка перевернута, волосы соответствуют фамилии, чулок разодран,… но нужно отдать должное Клочковой - макияж как всегда безупречен и ярок, вот только помада алого цвета немного размазалась по лицу, что придало физиономии довольно смешное, клоунское выражение.
- Я? А? Что?
- Вика, ты на себя в зеркало смотрела сегодня? - спросила Ольга Вячеславовна, предвидя насмешки женсоветчиц, которые уже разминали языки, готовясь язвить, - сходи, приведи себя в порядок…
- Меня… меня чуть не изнасиловали, Андрей… - она упала на его руки и потеряла сознание. Насколько была игра искренней, не сказал бы никто, но Жданов, как истинный джентльмен оттащил выпавшую в осадок Вику на софу и спрыснул минералкой. Та расфыркалась и села:
- Андрей, дай денег в долг, как старой подруге, пожааалуйста… - заканючила Клочкова и упала ему на его колени, горестно рыдая.
- Ви-и-ка… - протянул Жданов и только собрался отчитать нерадивую сотрудницу, как из открывшегося лифта выскочил самый настоящий джигит.
- И гидэ ты пропала? - немного грубо спросил «джигит» и встал перед лежащей на коленях Андрея Викторией на одно колено.
- О… нет! - пропела Вика и впала в самое настоящее беспамятство от увиденного.
Переполошились все: «джигит» размахивая руками, кричал что-то о том, почему его любимая Жасмин лежит на чужих коленях. Женсовет, похватав всевозможные телефонные трубки, на разный манер названивали в скорую и милицию. Жданов только секунду посидел, безмолвно взирая на лежащую на его ногах Вику, и в следующую уже во всю пытался привести последнюю в чувства. Вот еще бы «джигит» не мешал!!!
- Да отойдите вы! Дайте ей воздуха. Света, Шура, уведите его срочно!!!
- НЕ куда я не уйду! - безапелляционно заявил тот и, отодвинув Жданова в сторону, легонько похлопал по щекам девушки.
- Любимая моя, ну, приходи в себя… ну, зачэм ты снова от минэ убежала?
«Любимая» открыла один глаз, потом второй и прохныкала:
- Ра-афик, у меня нет денег, чтобы заплатить тебе за такси…
- Да не нужны мне твои деньги, да? Ты думаешь, я из-за них за тобой каждое утро катаюсь? Ты думаешь, я таксист и у минэ нет денег? Да я люблю тебэ и хочу увезти к себэ в Абхазию…у минэ там вилла…и виноградники…Жасмин!
Страстно закончил «джигит» и поднял очумевшую от признания девушку на ноги.
- Ты.. ты не таксист?
- Ээээ….я похож на таксЫста, да? - уже с чувством собственного достоинства и гордо распрямив плечи, произнес Рафик.
- Ээээ… - не зная, что на это ответить, выдавила Клочкова.
- Не ээээээ, а поехали в ЗАГС. Ты мой пэрсик в чаше золотой!
«Пэрсик» вдруг расплылась в улыбке, обнажая все свои 33 зуба, и немного плаксиво сказала:
- А ты мне машинку купишь?
- Три! На выбор! Поехали, пэрсик!
И «пэрсик», сорванный с ресепшена Зималетто, направилась, плавно покачивая бедрами к лифтам.
- Вика, а работа? - от неожиданности дар речи прорезался только у президента.
- Какая работа? Ты посмотри на неё, где она и где твоя работа!!! - ответил Рафик и, остановившись, вернулся к Жданову и добавил, - а еще увижу, что ты мою Жасмин трогаешь - зарэжу! Совсем зарэжу!
- Понял, Рафик, понял! Счастья вам, молодожены! И любви!
Когда створки лифта закрылись за «парочкой», минуту стояла гробовая тишина, а потом все присутствующие разразились таким диким хохотом, что из кабинета прилетел Урядов в надежде поувольнять хохочущих, но, увидев само начальство, хохочущее в голос, присоединился к несмолкающему смеху, причем, даже не понимая над чем, и почему все едва не валяются по полу. Отсмеявшись, Жданов произнес:
- Ну, вот и славно… даже и не представляю, что будем без нашего «пэрсика» теперь делать…
- Без какого, позвольте спросить, персика? - заискивающе заглядывая в глаза, переспросил Урядов.
- Георгий Юрич, подготовьте дело Клочковой на архивацию и отдайте в бухгалтерию приказ о выплате выходного пособия.
- А как же трудовая, Андрей Палыч? - четко зная свои обязанности, сразу же поинтересовался кадровик.
- Да она ей теперь ни к чему!
Еще очень долго ресепшен гудел, как растревоженный улей. Смеялись до слез, вспоминая Вику и её кавалера, делились фантазиями на тему «Сколь надолго Викуся выскочит замуж», особо сентиментальные даже всплакнули по Клочковой…Все же грустно было прощаться с ней, но…
А вот Андрею отчего-то взгрустнулось не на шутку. Вон даже у Виктории и той личная жизнь наладилась, а он один, опять один, как бобыль! Но бобыль, не бобыль, а работать все же надо! Но как это ни странно, трудиться совершеннейшим образом не хотелось.
Приведдд тебе, мой виртуальный любовник!
Я не слишком перехожу на личности? Нет? Хотя… после того, что между нами уже было, дальше идти практически некуда… Итак, милый, на чем мы закончили? Ах да… кончить, как я помню, мы не успели оба, А ПОСЕМУ… ПРОДОЛЖАЕМ?
Как ты посмотришь на то, что я сейчас расстегиваю твою пуговку на... кхх... ты не помнишь, рубашку я уже снимала? Ну, да ладно, на рубашке... почему же она у тебя только одна? Не
важно... расстегнула... но манит то меня другое... знаешь что? Знаешь! Твои джинсы... у меня просто навязчивая идея скорее их снять... ты помогаешь мне... стой, погоди... волосы в молнию затянуло... все... ты носишь нижнее бельё? Слушай, я вдруг поняла, что не знаю - носишь ты нижнее белье или нет?! Напиши мне, после продолжим... мне бежать надо. Прости дорогой.
Люблю!
Куда убежала? Какой убежала??? Ники! Солнышко ненаглядное! Единственная и неповторимая, вернись! Ну, на самом же интересном месте!!! Нет, определенно, ты желаешь, чтоб я прямо тут и умер, скончался весь! Не мытьем, так катаньем! Да? Не молчанием, так теперь вот так вот?! Ну и как, по-твоему, я сейчас должен выйти из кабинета к своим подчиненным, а?! А ты знаешь, что это вообще-то вредно сказывается на здоровье, такое перевозбуждение?! Ааааа, так я понял, ты просто ревнуешь, и решила, если уж я не совсем твой, то и другим бы не достался. Так вот оно в чем дело!!!! Никушенька, лапушка моя родная, я твой - навсегда!!! Давай уже возвращайся скорее, не жди, когда изойду слюной от желания, от меня же одно мокрое место останется! А я, между прочим, уже расстегнул пуговки у тебя на блузочке. Чувствуешь мое горячее дыхание у себя на бархатной шейке? А дрожащие от нетерпения и желания пальцы?.. Вот! Вот оно, почти счастье! Я, наконец-то, могу пройтись шершавой (да-да, мозолистой!) ладонью по нежной бархатной коже... Господи, Боже ж мой!!! Никуль, тебе неимоверно идут эти кружевные, тонкие, полупрозрачные полосочки, цвета бордо... Хм... Кстати, а тебе нравится такой цвет? Не знаю, и почему именно он привиделся...
Ну вот, опять облом по полной программе! Извини, Солнышко, но и мне пора, труба зовет.
Но я с нетерпением жду... впрочем, ты даже знаешь чего именно!
Целую крепко и страстно!.. и долго...
Всегда твой Алекс.
Жданов посидел несколько минут, вальяжно развалившись в кресле президентского кабинета, закинув ноги на стол, потом резко вскочил, легко попрыгал и отошел к окошку. Вошла Мария, предварительно постучав, и с деловым видом, держа блокнот и готовясь записывать распоряжения Жданова, произнесла:
- Андрей Палыч, какие будут на сегодня указания?
- Сегодня? А что у меня сегодня? – задумчиво продолжая смотреть в окно, спросил Андрей.
- Звонил Николай Антонович Зорькин, просил подъехать к нему в офис. Планирует провести совещание по выпуску коллекции, - отчеканила Маша и посмотрела на шефа.
- Это очень кстати, очень кстати… а то я уже совершенно измаялся… - пробурчал Жданов себе под нос.
- Что? Я не расслышала?
- Ничего, все нормально! Попросите Федора подогнать машину к центральному входу Зималетто, я сейчас спущусь.
Мария стояла, ожидая дальнейших указаний, хотя на самом деле просто нагло рассматривала своего босса, думая о том, кому достанется такой умопомрачительный красавчик. Интересно, а каков он в постели и сколько раз он…
- Мария! – окликнул секретаршу Жданов и улыбнулся - те немногие мысли, что роились в голове его сотрудницы, были написаны на её лице, - Вы сегодня должны лишь подготовить документация для пиар-агенства Юлианы Виноградовой.
- Ага-ага… - быстро произнесла Маша и, все еще продолжая размышлять на тему, кто же будет той счастливицей, покинула кабинет шефа.
Жданов покачал головой и ухмыльнулся, подумав про себя: «Одно слово… женщины!!!», взял со стола мобильный, папку с документами и вышел из кабинета.
Любимый мой, здравствуй!
Жуть, как я уже соскучилась по тебе. Прихожу, а тут… такие страстные объятья… такое обжигающее дыхание… мммм… просто мурахи, размером со слона, проскакали по коже от прикосновения твоих пальцев!!! Кстати, ты там не окоченел без рубахи-то? Та-ак, срочно разогреваем! Нежно ладошками прохожусь от затылка по спине, вниз… ООоооо! Какое шикарное мускулистое тело! Мечта одинокой идиотки!.. Наконец-то, одолела эту дурацкую ширинку. Не носи такие противные брюки, чуть себе все волосы не повыдергивала… Это что еще такое? Черные боксерки? Нет, я не поняла?! И почему ж столько одежды, а? Нет, это конечно, очень сексуально… так обтягивает…такие формы… уууууу… Кажется, я улечу раньше времени… Алекс, милый мой, все! В следующий раз встречаемся в сауне. И чтоб никакой одежды уже, в конце концов! Даже такого красивого белья! А то все разорву, нафиккк, в клочья! Вот! А кружевное бордо я люблю. Ты как угадал? Ты подсматривал??? Фу, как некрасиво… ЫЫЫЫ… Я рада, что наши вкусы совпали, очень!
ЛЮ тебя, солнце! Жди, скоро опять приду!
Твоя Никуша.Он так хотел отвезти её на работу, но Кира снова не позволила этого сделать, сказав, что в любом случае поедет на своей…и не в «Никамоду», а в «Зималетто».
- Кир, ну когда мы официально объявим о наших отношениях? - немного раздраженно спросил Николай, закрывая на ключ дверь своей квартиры.
- А зачем это нужно? - удивленно переспросила женщина.
- Потому что мне надоели эти прятки! Я взрослый мужик и хочу, чтобы все знали, что ты - моя женщина, любимая невеста!
- Невеста? А разве мы помолвлены?
- Вот и я об этом говорю, Кир! Я устал! Не вижу динамики наших отношений!
Кира улыбнулась, поцеловала Зорькина в губы и легко побежала вниз по лестнице.
- Вот так всегда! Ки-ра! - прокричал вслед Зорькин и, услышав тихое «Я люблю тебя» облегченно вздохнул - сейчас только это его и грело.
А Воропаева Кира Юрьевна легко сбежала по лестнице и, напевая что-то себе под нос, прыгнула в машину. Всю дорогу улыбка не сходила с её лица - настроение было отменное и какое-то странное желание поселилось в её душе, правда, она пока не могла идентифицировать его, а лишь смутно предполагала, что это последствия проведенной ночи. Что-то сегодня произошло такое, отчего женщина вдруг сама захотела этой самой динамики в их отношениях. Нет, не брака, не совместной жизни, а именно захотелось сделать следующий шаг и сказать и показать всем, что ЭТО ЕЁ МУЖЧИНА! Воспоминания заставляли её улыбаться, в голове возникали все новые и новые картинки совсем недавнего ИХ СОВМЕСТНОГО прошлого.
Когда Кира Жданова отправила после бесконечно долгих уговоров свою уже не виртуальную подругу к своему почти бывшему мужу, она была совсем не уверена в правильности совершенных действий. То, что они не помирятся - Кира знала на 100 %, но разговор все-таки должен был состояться. Она проецировала отношения Катерины и Андрея на себя, представляя, что сейчас чувствует Жданов и насколько сильно он возможно оскорблен. Кира, отвезя Катю в Подмосковье, сама решила ехать домой. Снова, поглядывая в зеркало заднего вида, женщина заметила все тот же, сопровождающий её почти повсюду, автомобиль марки «Ауди». Покачала головой, улыбнулась и вдруг почувствовала, как что-то ведьминское, шальное и игривое проснулось в её душе. Кира остановила автомобиль у обочины и вышла из машины. «Ауди» припарковалось неподалеку. Знакомая личность покинула салон своего автомобиля и быстрым шагом направилась в сторону Киры.
- И сколько это будет продолжаться, а Зорькин? - возмущенно и громко спросила Кира.
- Пока ты не простишь меня! - просто ответил Николай, предусмотрительно останавливаясь в метре от своей любимой.
- И не надейся! Ненавижу! - выпалила Кира, отворачиваясь от Зорькина, только потому, что готова была улыбнуться, глядя на его растерянное лицо.
- Я умираю без тебя, Кирочка, слышишь? С ума схожу…
- А мне дела до этого нет! - не оборачиваясь, и как можно злее, огрызнулась женщина.
Зорькин улыбнулся - она с ним разговаривала, пусть так вот зло, грубо, с ненавистью, но разговаривала, а не отвечала молчанием на все его попытки хотя бы поговорить.
- А Гаврюшка уже так вырос… Тебя ждет… и баба Нюша тоже… Знаешь, кошка Манька родила котят… баб Нюша тебе оставила чертенка маленького… Кир…
Она едва не разрыдалась, представив себе и Гаврюшку, при появлении на свет которого она почти присутствовала тогда, в их самый первый раз, когда корова отелилась, и Маньку – трёхцветную, постоянно рожающую кошечку, очень ласковую и похожую на маленький трактор, радостно мурлыкающий при одном только легком поглаживании, а уж черного котенка - чертенка она вообще хотела очень давно и именно с подачи все той же бабы Нюши, обещавшей женщине обязательно его оставить.
- Кир, я не могу без тебя…
- А я могу! И очень даже неплохо! – выкрикнула та, все еще не оборачиваясь и боясь показать ему свои нюни. Кира вдруг совершенно четко отдала себе отчет в том, что простила этого обманщика уже давно, поняла его мотивы, конечно, не без помощи Ники-Кати, но она поняла! А еще, она совершенно точно поняла то, что любит его - это странного, такого немного смешного, но такого безумно искреннего Зорькина, её Кольку!
- Кирочка…
- Не смей больше за мной колесить по городу! Лучше помогай нам вытаскивать Зималетто из кризиса, коль уж взялся за гуж!
- Я делаю все возможное и невозможное! - развел руками в сторону Николай и сделал шаг по направлению к любимой.
- Не смей ко мне подходить! - огрызнулась Кира и направилась к своей машине, - Хватит уже, Коля, хватит!
- Коля? Как ты меня назвала? - уже не пытаясь спрятать улыбку, переспросил Зорькин.
- А что, тебя иначе зовут? - ругая себя за непрошенное, ласковое слово, ответила Кира.
- Нет… я буду около тебя всегда, пока ты не простишь меня!
- Ну, так долго ждать придется! ДОЛГО!
Она уселась в машину и сорвалась с места, умчавшись вдаль. Зорькин быстро забрался в своё авто и рванул следом - сейчас, именно сегодня, он не имел права её потерять! Его любимая, кажется, начала сдавать позиции.
Кира видела, что он так и преследует её, и направилась в ночной клуб. Посидела в баре немного, выпила несколько чашек кофе, чувствуя его взгляд спиной и чертыхнувшись, направилась к себе домой. Уже лежа в постели, получила смс: «Буду под твоими окнами дежурить ровно до тех пор, пока ты меня не простишь!»
Выглянула - и вправду стоит! С непокрытой головой, под моросящим дождиком! Простынет ведь! Почти всю ночь пыталась заснуть, но так и продежурила у окна. Зорькин, время от времени, отогревался в машине и снова вставал как постовой на службу.
- Ну и мёрзни, волчий хвост!
Утром ни машины, ни её обладателя под окном не оказалось. Стало пусто и одиноко, захотелось позвонить и хотя бы поехидничать, но телефон абонента оказался отключен.
Тогда она впервые почувствовала какую-то странную тревогу… вечером, приехав к Катерине домой, они на пару начали вызванивать Колю и только спустя час сам Катин отец отзвонился им и сказал, что Колька в больнице с воспалением легких.
Полетели в больницу… и… простили, каждая за своё! Ну, не могли не простить, потому что он лежал в палате такой несчастный, бледный, с кучей лекарств на тумбочке… Девушки растаяли, причем обе и одновременно. Все же, женские нервные клетки очень нежные,? и не терпят подобного зрелища, коим был Николай Антонович Зорькин.
Ну, а после больницы все совершенно изменилось. Кира почувствовала себя неким тепличным растением, о котором заботились даже не ежечасно, ежеминутно. И ей, вдруг, захотелось жить вот так вот ВЕЧНО!
Она почти подъехала к зданию Зималетто и, будто бы в один миг все для себя решив, развернула авто и направилась в сторону, противоположную своей работе.
Зорькин был погружен в работу! Ему предстоял нелегкий разговор с господином Ждановым, да и Воропаев должен был подтянуться… Отгоняя от себя мысли о любимой женщине, Коля изо всех сил настраивал себя на предстоящее совещание, правда, происходило все это с некоторой толикой безуспешности. Солнышко (он так любовно называл Киру, и это ему безумно нравилось) вот уже в который раз проигнорировала его предложение, а он, Николай Зорькин, так больше не мог! Нет, он не просто не мог, он скорее не хотел больше этой неопределенности! В Коле проснулся собственнический инстинкт и он уже не собирался больше почивать в бозе, все чаще и чаще напоминая хозяину о себе! Мысли… мысли… мысли… Отчего же их столько много? Как иногда хочется закрыть занавес, впасть в беспамятство, да умереть наконец, чтобы перестать все время думать, думать и думать!
Зорькин с силой зажмурил глаза, снял очки и встал из своего кресла. Папка документов требовала срочного отправления в архив и скорее для того, чтобы немного пройтись и проветрить собственные мозги, Коля покинул кабинет.
Это было столь же неожиданно, сколь приятно… Безумно возбуждающе, да и ВООБЩЕ! Когда он внезапно оказался в объятиях любимой, то не сразу понял, что произошло, но организм (хвала небесам) все сделал за него, ответив и на объятие, и на поцелуй.
- Ты… ты сошла с ума? - выдавил из себя Николай, отрываясь от любимых губ и все еще не воспринимая произошедшего.
- Я? С ума? - продолжая обнимать его за шею, пропела на ухо Кира, - Разве не ты так жаждал определенности? Чем тебе не нравится подобная динамика наших с тобой отношений?
- Ты для меня загадка, Солнышко! Я не перестаю тебе поражаться!!! - восхищенно пробормотал Коля и, просто не желая больше сдерживать собственные эмоции, поцеловал женщину.
- Знаешь, я вдруг поняла, что хочу… да-да-да! И не смотри на меня так! Я действительно хочу…
- И чего же ты хочешь, милая моя сестренка? - громогласно спросил появившийся братец Сашка.
Ну, не ожидали они подобного вторжения! Хотя и вторжением это назвать было бы трудно, учитывая, что парочка стояла, обнявшись посреди огромного пустого холла и наверняка надеясь, что никто, кроме их ангелов-хранителей, на них не сморит.
- Сашка? - удивленно спросила Кира и повернулась к брату. Было заметно, что женщина немного стушевалась, но ненадолго. Быстро взглянув на Николая, она снова повернулась к Саше и произнесла, - Всего и побольше!
Катя закашлялась, чтобы скрыть смех, рвущийся наружу при взгляде на друзей, похожих сейчас на школьников, застуканных за курением в общественных местах.
Воропаев покачал головой, не скрывая изумления, и перевел взгляд на сомкнутые руки стоящей напротив пары.
- Интересно… Может, ты все-таки мне объяснишь вот это? - показывая на сжатые ладони, спросил Сашка.
- А должна? - уже совершенно перестав смущаться, спросила Кира, - братик, я взрослая девочка и ничего никому не должна, правда, Кать?
Она подмигнула подруге, которая улыбалась во все свои тридцать два.
- Так и Катька была в курсе? Ну, сестренка, это вообще свинство! Я обижен! - на самом деле сердясь и взмахнув руками, произнес Воропаев и отвернулся от светящейся счастьем пары.
Кира кивнула Кате, легко поцеловала Зорькина в губы и подошла к брату:
- Сашк, ну прекрати… мы просто боялись сглазить судьбу, понимаешь? Плыли по течению её реки, понимаешь? Я боялась… - шепотом на ушко произнесла Кира.
- Александр Юрич, я прошу руки вашей сестры как у старшего брата! - произнес рыцарь в золотых доспехах, на самом деле облаченный в костюм. Но чего стоило только одно выражение лица нашего рыцаря!!!
Кира опешила! Да, конечно, динамика… да, сегодня ее будто в спину кто-то подталкивал, но чтобы вот так… и замуж… нееет… она пока… Но мысли улетучились, стоило ей только взглянуть на своего избранника, который совершенно серьезно задал свой вопрос.
- Однако… это интересно… А скажи-ка мне… - менторским тоном спросил Сашка, - как давно ты, дорогая моя сестренка, водишь меня за нос?
Воропаев не удостоил просящего даже взглядом, обращаясь непосредственно к сестре.
- Сашка, прекрати уже учить меня жить!!!! - разозлилась Кира и, подойдя к Коле, снова взяла его за руку.
- Ой-ой… все-все, сестренка, вижу злость в глазках, не хочу, чтобы ты порвала меня в клочья… молчу… А ты, Катерина, значит, тоже партизанила… в курсе была, да?
- Итак, Александр… я прошу руки вашей сестры! Даже если вы откажете мне в этом, я все равно не отступлюсь и женюсь на ней…
- Да что ж с вами делать-то! - голосом умудренного жизненным опытом человека произнес Сашка, - любишь?
- Люблю! - ответили хором в один голос влюбленные.
- Женись!!!
Кира и Николай не ожидали такого скорого согласия старшего брата, хотя по большому счету, им не было нужно ничье согласие. Это, скорее всего, была лишь дань традициям предков. Со Ждановым все было иначе… а с Колькой Кире хотелось пройти все круги счастья от помолвки и до первой брачной ночи.
Зорькин едва сдерживал себя, чтобы не заорать на весь холл от счастья. Безумное желание обнять, прижать к себе крепко и зацеловать было столь сильным, что хотелось выть от безысходности и необходимости держать марку - все-таки глава двух компаний!!!
Единственное, что позволил себе Николай - это положить руку на талию любимой и нежно обнять её взглядом, прикоснувшись ласково губами к щеке.
Катьке, этот собственнический жест показался таким забавным, что взглянув Кольке в глаза, она подмигнула другу, заставив того слегка смутиться. Это заметили разве что сама Катя и уже не виртуальная подруга, а точнее новоиспеченная невеста.
Воропаев все еще продолжал бубнить:
- Ну, это вообще-то наглость, ставить в известность родного брата в последнюю очередь!
- Сашка, отстань от ребят! – улыбаясь, произнесла Катя и взяла Воропаева под руку, призывая перестать ворчать. Сама же смотрела на друзей и была счастлива уже оттого, что глаза близких ей людей светятся своим особым блеском, лучатся счастьем. Как же она была за них рада!!!
- Ну, вы и партизааааны - все еще возмущенно произнес Воропаев и взяв Катерину под руку добавил, - надеюсь, свадьба будет в Метрополе?
- Где пожелает моё Солнце, там и будет! - отозвался Николай и покрепче прижал к себе любимую.
- Доброе утро!
Знакомый баритон раздался в холле, и все разом повернули головы в сторону вновь прибывшего.
Катя, все еще улыбаясь, обернулась и почувствовала, как жаркая волна прокатилась по всему телу сверху донизу. Щеки моментально заалели, воздух в легких резко закончился, захотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не быть ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС.
- Андрююююша! Как же ты кстати! Ты слышал радостную весть? Моя сестричка выходит замуж!!!
Жданов, смотревший на Пушкареву, медленно перевел взгляд на пару влюбленных и улыбнулся.
- Николай, это без сомнения БОНУС! Поздравляю! Вам достанется в жены изумительная женщина!
Андрей пружинящей походкой подошел к Зорькину и пожал крепко руку, наклонился к самому уху и прошептал:
- Обидишь - убью!
Зорькин лишь улыбнулся и ответил:
- НИКОГДА! Обещаю!
- Кирюш, поздравляю… и не обещаю, что не стану ревновать тебя и приглашение на свадьбу, надеюсь, мне будет? Обещаю не устраивать сцен ревности на бракосочетании.
Кира и Андрей расцеловались по-дружески, правда, вызвав легкую волну ревности у известных нам людей, которые усиленно скрывали собственные реакции на увиденное.
- Только не говори, Жданов, что и ты все знал! - обалдело произнес Сашка.
- Не знал на все сто, но догадывался! Надо быть внимательнее к людям, Сашка! Здравствуйте, Катя!
Пушкарева с алеющими щеками не могла отвести от него глаз - с самого его появления она так и смотрела на любимого, чувствуя, что готова вот тут, при всех прокричать ему о том, что любит. Она была сражена наповал этим внезапным появлением, этими потрясающими изменениями, которые произошли в Андрее, этой, вроде бы на первый взгляд, не заметной сменой имиджа, так ему идущей.
- Доброе утро… - улыбаясь, ответила Катерина и только сейчас поняла, что стоит с Воропаевым под руку, а все попытки освободиться свелись к нулю – Сашка, будто специально, крепко держал её за руку.
Она очень быстро забыла об этом досадном недоразумении, снова сосредоточив свое внимание на Жданове. Что в нем изменилось? Он стал другим… совсем другим…
Катя, вдруг, поймала себя на мысли, что не замечает никого вокруг себя, не слышит звуков, посторонней речи, не видит никого, кроме Андрея… Она думала, что такого не бывает...
Тут очнулся Зорькин, вынырнувший из собственных розовых снов, и произнес:
- Что же, все в сборе, можно начинать собрание?
- К-какое собрание? - не совсем понимая, что происходит, переспросила Пушкарева.
- Катюша, это как раз тот контракт, ради которого мы сюда и приехали.
Сашка, наконец, отпустил Катерину, и она удивленно посмотрела на шефа. Левая щека загорелась от знакомого взгляда. Она не удержалась и ответила взглядом на взгляд. А он вдруг улыбнулся так, как умел только он один, заставив удивленно распахнуть глаза навстречу его взгляду. Родная, такая знакомая, совсем не бесчувственная улыбка все еще витала на его губах, когда Катя не в силах сдержать себя улыбнулась в ответ и отвела глаза, отругав себя за ту небольшую долю кокетства, промелькнувшую во взгляде.
Пора было прекращать эту стрельбу глазами, приходить в себя и начинать уже работать! Но какая может быть работа, когда ты настолько соскучилась по родному человеку, что могла бы вот так простоять, кажется, целую вечность и смотреть… смотреть… смотреть на него, подмечать штрих за штрихом его изменившейся внешности… следить за тем, как губы растягиваются в улыбке, ловить на себе его взгляды, тонуть в его глазах… И плевать на то, что она не его, а он не её… этот миг станет еще одним в копилке её воспоминаний о Жданове Андрее Павловиче.
Вся честная компания прошла в кабинет генерального директора Никамоды и расселась за большим столом. Кажется, в данной ситуации всем было, мягко говоря, не до работы, потому что Кира с Колей о чем-то тихо переговаривались, переводя время от времени взгляды с Катерины на Андрея, Воропаев с не менее заинтересованным лицом наблюдал за Ждановым, не забывая бросать взгляды на сестру и Зорькина. Катя пыталась заставить себя не смотреть так часто на Андрея и не улыбаться во весь рот.
- Однако… - пробормотал Воропаев и, открыв папку с документами продолжил, - Николай Антонович, я думаю, что мы поработаем вместе, мне интересны ваши предложения… особенно в свете последних событий! Катюш, ты не посмотришь?
Катюша бы посмотрела, вот только буквы в папке, отчего-то плясали джигу, не желая складываться в слова, а если и складывались, то только в одно знакомое сердцу и глазу имя - Андрей… Андрей…
- Прости… те Александр Юрич, мне нужно в спокойной обстановке все просчитать и после этого сообщу свое мнение.
- Кать, я тебе сейчас все объясню.
Зорькин быстро рассказал всю суть контракта, понимая, что Пушкарева совершенно не может осуществлять сейчас мыслительную деятельность и добавил:
- Что вы думаете обо всем этом, Андрей?
- Думаю, что дополнительная партия нашей новой коллекции будет нам очень кстати.
Казалось, он все отлично понимает, здраво рассуждает, совершенно не смущаясь, кидает какие-то не двусмысленные взгляды на Катерину… совершенно адекватный генеральный директор! Такой, как обычно! Собранный, уравновешенный, спокойный и… такой безумно сексуальный!!!
Совещание длилось буквально несколько минут, и когда все вопросы были решены, Кира, переведя взгляд с Катьки на Андрея, произнесла:
- Саш, ты не уделишь мне минут десять?
И увела того из кабинета. Следом, корректно покашляв, Зорькин сказал:
- Андрей, если бы вы сейчас показали Кате свои выкладки по новому контракту, я бы был очень этому рад… Кать, ты же посмотришь?
Пушкарева молча кивнула и посмотрела на Зорькина, собирающегося покинуть свой кабинет, всем видом умоляя не оставлять её с ним наедине. Она не готова пока, она еще не может быть рядом с ним так близко, с ним таким потрясающим!!!
- Вы меня простите… я отлучусь?
- Конечно, Николай… мы все решим с Катериной до вашего прихода.
Катя удивленно посмотрела на Андрея, приподняв одну бровь, и усмехнулась.
Зорькин ушел… Андрей так и остался сидеть на своем месте. Сидел и смотрел на Пушкареву, сцепив руки в замок и продолжая улыбаться.
- Я не понимаю, чему ты улыбаешься?! - немного раздраженно произнесла Катерина.
- Тебе улыбаюсь… Просто, рад тебя видеть…
Она хотела выкрикнуть ему «Зачем??? К чему все это? Все это уже было! Я тебе не нужна! Мне итак плохо, так ты решил окончательно меня раздавить??? Никогда, Жданов, НИКОГДА я больше не стану тешить себя напрасными надеждами!!!»
- Где документы? - спросила Катя и, широко открыв глаза, наблюдала, как Жданов медленно поднялся со своего места и, сделав два шага, оказался в непосредственной близости от девушки. Снова поток крови понесся по венам с молниеносной скоростью, зажигая адским огнем все внутри. Щеки, слегка порозовевшие, стали пунцово-красными, и взгляд забегал по столу в поисках пристанища.
- Вот… возьми…
И присел на соседний стул, совсем – совсем рядом, да еще и склонился к ней, указывая на документ, который необходимо внимательно просмотреть.
Отчего же сердце так застучало в груди? Как теперь его успокоить? Как смочь взять себя в руки и не показать, что она сейчас чувствует? А надо ли не показывать? Может… отпустить себя, прекратить сдерживаться и просто наслаждаться его близостью?
- Андрей, вот эта цифра мне кажется сомнительной…
Произнесла ровным, спокойным голосом, удивляясь самой себе. Старалась не показать, как жадно вдыхает в себя его запах, медленно, маленькими порциями заглатывая воздух в себя.
- Мне это тоже кажется, потому и прошу тебя проверить всё… Поможешь?
Она повернула голову в его сторону и, не улыбаясь, произнесла:
- А куда я от те… - осеклась и поправилась, - Зималетто денусь?
Но разворачивать коней было поздно, он понял её оговорку и улыбнулся.
- Действительно, от МЕНЯ тебе уже не отвязаться… Ты все также потрясающе краснеешь! Как дела?
- А тебе, кажется, очень нравится напоминать мне об этом досадном свойстве моего организма! - огрызнулась Катерина.
- Отчего же досадным??? Мне нравится… очень!
- Давай работать, Андрей, у меня совсем мало времени…
Она была такой серьезной, что Андрей невольно вспомнил их работу вместе… Вернуть бы все хоть на денек! Хоть на пару часов!!!
- Замуж не собралась? – кажется, совершенно не собираясь отодвигаться от неё, спросил Жданов.
- А что, заметно?- улыбаясь собственным мыслям, ответила вопросом на вопрос Катерина.
- Заметно что? Что замуж собралась? Или что не собралась?
- Не важно… а ты потрясающе выглядишь… - она должна была разорвать вереницу этих случайных прикосновений и взглядов, а потому отодвинула кресло от стола и повернулась к Андрею лицом. Закинула ногу на ногу и сложила руки на груди.
Недовольно поморщившись, Жданов кашлянул и уселся в точности также как и Катя, разве что с той небольшой разницей, что Пушкарева закрылась от него сомкнутыми на груди руками, а он, наоборот, просто сомкнул руки в замок и положил их на колено… Своё!!!
- Александр лучше меня?
Она недоуменно моргнула. Он сразу же добавил, поняв, насколько странно прозвучал его вопрос.
- Какой он босс?
Она отмахнулась:
- Да нормальный он босс… ты так спрашиваешь, как будто не знал, где я работаю.
А он был недоволен увиденным утром. И этим идеальным партнерством босса и подчиненного. И слишком уж фривольным Сашкиным «Катюша». А еще был поражен тем, кем на самом деле оказался этот Сашка, которого она целовала, которому обещала ужин и ответ на предложение. Значит Воропаев? Почему он тогда сбросил Сашку со счетов? Почему даже не возникла мысль о том, что она ушла работать к Воропаеву в фирму? Может потому, что однажды она ему это пообещала? Пообещала не бросать его и не уходить от него… никогда… тем более к Воропаеву…
- Я не придавал этому значения… Значит, у тебя все хорошо?
- Нет, не хорошо, Андрей! У меня всё лучше ВСЕХ! Я абсолютно счастлива сейчас… Правда не так, как Кира с Колькой, но им конкуренцию могут составить только двое… Я одна…
- Не скучаешь по Зималетто?
- Скучаю? Скучаю… правда, времени нет особо вспоминать… да и потом… мне само Зималетто не дает забыть о себе… Вот снова контракт готовить нужно…
- Может оформить тебя на полставки в Зималетто? А то выходит, что ты альтруизмом занимаешься? Я не хочу, чтобы ты мне одолжение делала, мы в состоянии оплатить ваши услуги, Екатерина Валерьевна, - немного жестко произнес Жданов, отлично осознавая, насколько раздражает ее этот разговор.
Она вспыхнула. Его жесткость обидела и разозлила одновременно! Какое он имеет право так её обижать???
- Да уж увольте, Андрей Палыч, от работы в Зималетто! Мне хватило полугода! Я не привыкла быть выгнанной взашей, а после возвращаться обратно, как… как..
- А вас, кажется, никто оттуда не увольнял! Вы сами ушли! К Сашке! Хотя не должна была! Хотя обещала не уходить к нему!
- Я вам ничего не должна! И хватит вести этот бесполезный разговор! Я помогаю вам только потому, что чувствую за собой вину за Зималетто. А деньги мне ваши не нужны. И работа в Зималетто ТОЖЕ! По крайней мере, Сашка меня не… унижает!
Они оба повскакивали со своих кресел и стояли друг напротив друга, грозно бросаясь фразами, кажется, даже не осознавая, что городят полнейшую ерунду!
Она увидела, как заходили желваки на его скулах, как почернел его взгляд, как от былого улыбчивого, обаятельного и безумно сексуального красавца не осталось и следа - он превратился в холодного, расчетливого, беспринципного бизнесмена! В какую минуту произошла перемена, Катя не смогла бы сказать… просто, он вдруг расслабился, и спокойно произнес:
- Присаживайся, не стой…
- А ты не распоряжайся тут! Я сама отлично знаю сидеть мне или стоять!
Проглотил её реплику и произнес:
- Что же… не желаешь работать в Зималетто - дело твоё, если тебя напрягает моя просьба - я найду другого эксперта. Прости, если побеспокоил…
- Побеспокоил? - взвилась женщина. - Ты приехал сюда весь такой… такой… все так неожиданно… обвиняешь меня неизвестно в чем… и называешь это ПОБЕСПОКОИЛ?
- Катя… мне с огромным трудом сейчас удается держать себя в руках, мне очень неприятен этот разговор и ты это видишь! Давай просто на этом остановимся и всё! Я найду другого эксперта и дело с концом!
Она выдохнула и почувствовала, как злость улетучивается и на её место заступает жалость к самой себе. Захотелось плакать… Трудно… очень трудно вот так раз за разом разрывать себе сердце на куски, а потом долго и упорно сшивать его белыми нитками до следующей встречи. И потом - все по новой!!!
Она вернулась на свое место и всмотрелась в документы. Жданов подошел и попытался забрать бумаги, но зло, сверкнув глазами, Катя произнесла:
- Прекрати, Андрей! Я все посмотрю, и хватит об этом!
- На твоё имя будет открыт счет в банке, и компания будет перечислять тебе деньги за консультации. И не спорь! Я не привык быть обязанным кому-то!
Она, не глядя на него, дернулась и покачала головой, ухмыльнулась, стараясь изо всех сил не раскваситься и не начать пускать нюни.
- Что же… отказываться не буду. В конце концов, каждая работа должна быть оплачена.
- Ты права! ЛЮБАЯ УСЛУГА не должна остаться без оплаты! Извини… передай все документы Николаю, я заеду позже…
Она промолчала, кивнув, и даже не взглянув в его сторону. Услышала, как сильно хлопнула дверь и только спустя несколько минут, позволила себе расслабиться. Плечи опустились, пальцы смяли лист бумаги…
Дверь снова открылась, и…
- Катька… Ник, что с тобой? Рассказывай… что тут произошло?
Шепот Киры, как будто издалека, влился в сознание, возвращая девушку в этот бренный мир.
Она посмотрела на подругу невидящим взглядом и опустила голову… Все случилось именно так, как было раньше. Так, как они жили все эти полгода… На эмоциях, на кураже… в таком безумном ритме!!! Только отчего же так плохо-то, а?
Девушка прижала ладошки к горящим щечкам и произнесла:
- Гриинька… Ты не поверишь!
- Поверю, дорогая моя, поверю! Вы так орали, что я еле сдержала своего братца, ЧТОБЫ ОН СЮДА НЕ ВОРВАЛСЯ! Что опять случилось?
- Что? Мы поругались! Как обычно! Ты не удивишься, если я скажу, что мне безумно хочется убить твоего и моего бывшего? - спросила Катя и закусила губу. Улыбка непроизвольно появилась на её лице.
- Ничего не понимаю! Чему ты улыбаешься?
Катя посмотрела на Киру и ответила:
- До меня только что дошло, Гринь… Эта ругань… Понимаешь, это часть нас. Мы не можем без этого… он соскучился… и я тоже и… и…
- Ты меня убиваешь! Он вылетел из кабинета как ненормальный, едва не снес Кольку с ног и так хлопнул дверями, что стены задрожали, а ты сидишь тут и млеешь от счастья?
- Знаешь, Кир, я не удивлюсь, если он сейчас сидя в своей машине улыбается! Да я голову даю на отсечение, что ему понравилось! И еще… он вернется сейчас! Он не привык, чтобы последнее слово оставалось за мной!
- Ну, а разругались-то почему?
- Вот это уже хуже… как обычно, слово за слово… х… ой, прости, только одни ненормативы остаются у меня… короче, по столу и вот тебе! Он сказал, я ответила, он взбеленился, я возмутилась,.. и понеслось! Знаешь, я ненормальная, Гринь. Он меня оскорбляет на каждом шагу, а я, как последняя идиотка…
В этот момент дверь распахнулась и влетел ураган по имени «господин Жданов».
- Катя! - крикнул с ходу и осекся, увидев Киру. Затормозил невдалеке… Стушевался.
- Да, Андрюша, ты что-то хотел? – улыбаясь бывшему мужу, спросила Кира.
Жданов смотрел на Катин затылок, потому что, быстро обернувшись, Пушкарева уткнулась в документы, делая вид, что не услышала призыва.
Минута полной тишины. Кира смотрела на Андрея, тот переводил взгляд с затылка Катерины на бывшую жену и обратно. Тишина начинала доставать.
- Катерина, вы сможете отправить мне резюме завтра?
- Сегодня, господин Жданов, через час.
- Спасибо… - он мялся, поглядывая на Киру и не зная, зачем вернулся обратно и что хотел сказать. Вот если бы сразу, один на один… а теперь… он растерял весь свой словарный запас.
Кира пыталась уйти уже не один раз, но Катя крепко держала её за руку так, чтобы Жданов не увидел этого.
- Ну, что же… я, пожалуй, пойду? - он развернулся на пятках и будто бы что-то вспомнив добавил: - Да, Катя, ты… простите, вы будете на показе? Приглашение вам было выслано…
Пушкарева хитро сверкнула глазами и улыбнулась Кире.
- Конечно, мы будем на показе в качестве ваших деловых партнеров… с Александром Юрьевичем. Нам важно, чтобы этот показ прошел удачно, ведь мы заинтересованы в прибыли!
- Атлична! Буду рад вас СНОВА увидеть!
И ушел.
Кира недоуменно посмотрела на Катю и спросила:
- А можно полюбопытствовать, ЧТО это сейчас было?
- Ну, я же язва, разве я могла его не позлить! Скажи, он разозлился?
- Да он даже не отреагировал на это никак!
- Врешь! Я затылком почувствовала его злость! А знаешь, не все ему надо мной куражиться! Мне надоело страдать по нему. В конце концов, я от мужиков отбиться не могу, а тут посмотрите-ка на него какая ЦАЦА! Слууушай, Гринь, ты почему мне не сказала, что Жданов имидж сменил?
- Что он сделал? - удивленно переспросила Кира.
- Это же невозможно! Я думала челюсть с пола не подниму, когда его сегодня увидела! Чья заслуга, или… он, наверное, влюбился, да? Кир, скажи мне, ты ведь знаешь! Почему молчала?
- Господи, Ник, ты о чем говоришь-то! Да он уже пару месяцев так ходит! Да я привыкла уже, и все привыкли… А что такого?
- Как что? Он сейчас такой… такой… - она не могла подобрать подходящего слова и щелкала пальцами в воздухе, пытаясь дать определение своим ощущениям…
- Классный, сексуальный, потрясающий, стильный, от Милко! Ну, сменил он свой деловой стиль на, скажем так, эквилибристический Милкин! Ну, ему же это идет!!! - закончила за неё Кира и продолжила - Ты думаешь, наш гений просто так согласился бы вернуться? Он поставил условие - либо вся мужская часть Зималетто будет ходить в костюмах от него, либо нОги его тут не будет!
- Вот это да!
- Андрей артачился, ой как он артачился! Ты бы только слышала, что они тогда наговорили друг другу с Милко. Жданов кричал, что на кол посадит этого гения, на что тот только радостно смеялся и говорил - скОрей бы, скОрей! Знаешь, это было что-то! Андрей, памятуя прошлый случай… - Кира замялась немного, потом махнула рукой и продолжила, - ну, когда Жданов и Милко поспорили и Андрей проиграл… да ты слышала, наверное, наш гений нарядил его в женское платье и отправил в гей-клуб… Ты только представь, что это было? Я Андрюшу потом месяц из депрессии вывести не могла.
Катя беззвучно смеялась, пытаясь что-то ответить, но не могла - хохот не позволял. А Кира продолжала говорить:
- Вот и подумай сама, чего Жданов ожидал от маэстро??? Конечно, нечто неадекватного, а потому собрался уехать после выпуска коллекции в страны ЮАР,и жить там до конца своих дней. Но в итоге Андрюше пришлось пойти на уступки… и ты видишь, что из этого вышло? Милко приодел всех наших мужичков, да так, что дамы в офисе падают замертво и сами в штабеля укладываются!
- Однако! НО какой же Жданов все-таки…
- Красавчик! - закончила за неё Кира и улыбнулась. - Колись, что задумала сделать на показе?
- Да ничего, хорохорюсь просто… Ладно, как пойдет, так и пойдет.
В этот момент в кабинет вошел Воропаев и сел напротив подружек.
- А теперь скажите-ка мне барышни, что в Андрюше есть такого, чего нет во мне?
Барышни удивленно воззрились на пришедшего и пожали плечами.
- А с чего такой вопрос? - почти одновременно спросили они.
Воропаев внимательно смотрел именно на Катерину. Та не отводила взгляда, вопросительно глядя на шефа.
- Значит это и есть твоя пресловутая ЛЮБОВЬ?
Катя опустила глаза, обдумывая ответ, и удивляясь проницательности Воропаева.
- Не отвечай, это итак ясно! Вот только жизнь - подлая штука, да, Кать? Ты-то ему не нужна! Ни так, ни тем более с твоей любовью… Так что, подумай над МОИМ предложением!
И ушел.
Второй мужчина ушел из её жизни, за последние полчаса.
- Что он имел в виду? - спросила Кира.
- Он мне сегодня замуж выйти предложил.
- Да ты что?
- Вот я и думаю… а ведь Сашка-то прав, Кир, ведь ему дела до меня нет. А Сашка…
- Знаешь, подруга, что я тебе скажу! Не вздумай портить жизнь моему брату и себе! Потому как я своего братца отлично знаю, тебя тоже уже более ли менее изучила и ваш тандем – это, прости Господи, порнография на природе! А Сашку не слушай… его обида гложет, да оно и понятно! Всегда, всю их жизнь, Жданов был лучше и как бы Сашка не старался опередить Андрея, у него не выходило.
- Да они же разные!!! Как можно пытаться соперничать с человеком, у которого совершенно иной взгляд на жизнь, иное мировоззрение.
- Это мы понимаем, Кать, а мужики - нет! Вот они вечно и соперничают. И поверь мне на слово, Жданов сейчас кусает себе локти, что согласился на это партнерство с Сашкой. Он же не дурак и не идиот, и отлично видит как Сашка вьется за тобой.
- Да ну тебя, Гринь!
- Вот тебе и ну!
Девушки сидели в кабинете, думая обо всем произошедшем.
Александр пил кофе в баре, злясь на Жданова, который увел у него из-под носа такую женщину!
Коля стоял перед настенным перекидным календарем с карандашом в руках, увлеченно что-то высчитывая.
Жданов сидел в машине и улыбался… хотя сам с трудом понимал чему радуется.
Все было как всегда.
Каждый остался в легком недоумении от произошедшего.
Каждый чего-то ждал.
Может показа???
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Теперь мне мало! Хочу проду! 
- СЯП тебе мой вооооот такоооой!
Авторы,ауууууу!! 
Мы вас тут ждём с нетерпением 
) мы не хотим, а потому бум писать дальше уже в 2008 году.
Пишите,побольше и подольше и радуйте нас.
