*** Шурочка с замиранием сердца ждала, что шеф может, подойдет к ней, и то и дело из-под опущенных ресниц поглядывала в его сторону. Но все было без толку: Малиновский стоял на месте и был совершенно на себя не похож. Потом к нему подошел Жданов, потом Катя, а потом… Боже мой! Он все-таки идет к ней! Сердце забилось, как сумасшедшее, а тело затрепетало, и тут…
- Шурочка, Вам не скучно? – раздался совсем рядом его потрясающий голос.
- Роман Дмитрич! Как на такой вечеринке можно скучать?
- Тогда, почему не танцуете? – его глаза почти осязаемо ласкали ее тело.
- Сказать честно?
- Конечно!
- Не умею… К своему стыду…
- Бросьте… Не может этого быть!
- Ну, не совсем, конечно, но двигаюсь просто ужасно!
- Повторю: не верю! Быть этого не может, просто Вам с партнерами не везло, а потому…
Роман выдержал эффектную паузу.
- Разрешите, мадмуазель?
Шурочка раскрыла свои глаза.
- Что?
- Вашу руку, в знак того, что Вы согласны со мной потанцевать…
Сердце подскочило куда-то к горлу… У обоих…
- Пожалуйста…
И двое, ради которых, собственно и наметилось все это гуляние, присоединились к танцующим…
Несколько минут танец отвлекал их друг от друга, а потом Роман не выдержал.
- Шура, скажите, пожалуйста, что Вы обо мне думаете?
- Как это?
- Ну, как, по-вашему, какой я человек?
Кривенцова стала красной как рак.
- Хороший…
- И все?... А вот, например, поверить мне Вы можете?
- Конечно, Роман Дмитрич!
- Пожалуйста, называйте меня Романом… Мы же уже говорили об этом…
- Я попробую… А насчет того, чтобы поверить… я и так Вам верю…
- А если это не по работе, а…
- А по какому же вопросу?
- По вопросу о любви…
- Ой, ну, тут уж не Вам со мной советоваться!
- Ошибаетесь… Именно с Вами… С тобой…
Что-то в его голосе заставило девушку внимательнее взглянуть ему в глаза… И в тот момент сердце ее остановилось… Такого выражения в глазах своего начальника Шурочка не видела никогда, и замерла в объятиях Романа, который чуть сильнее прижал ее к себе…
- Я, конечно, не могу рассчитывать на то, что мне поверят тут же… Уж очень я до этого был не тем человеком, которому так легко можно доверить себя, но… Но в моей жизни в последнее время столько всего произошло… Сначала история эта с Катей и с Андреем… Потом придуманная влюбленность в нее…
- Придуманная? – Шурочка от счастья даже дышать перестала.
- Придуманная… Я только недавно понял, что это такое – любить по-настоящему настоящую девушку… Не из зависти или вины, а потому что… Потому что без нее жить вообще нельзя… Потому что не жил без нее раньше, а просто существовал… Горел, как старая жухлая листва в костре: пламя яркое, а дыму еще больше…
- Вы влюблены в кого-то? – горечь снова грозила затопить все ее существо.
- Нет, не влюблен… Люблю… Впервые в жизни по-настоящему… Как могу, в полную силу, и чувствую, что вляпался в эту историю насовсем… Шур… Я ТЕБЯ люблю…
- Что? – девушка остановилась.
- Я… ТЕБЯ… ЛЮБЛЮ…
- Ёклмн…
И тут Роман рассмеялся, закружив свою любимую в танце… Ее глаза, просто взорвавшиеся восторгом и счастьем изнутри, сказали ему все…
- Нет! Ты одна единственная вот такая!... Только ты могла ответить такое на мое признание!
- А что еще сказать, когда слышишь признание в любви от такого…
Малиновский помрачнел.
- Такого бабника? – закончил он за нее совсем поникшим тоном, но тут девичья рука легонечко погладила его плечо…
- Нет… Ты не понял…
Малиновский замер…
- Такого долгожданного человека, как ты…
- Шур… Ты это серьезно?
Его руки оплели ее талию, совсем прижав девушку к своему телу.
- Да уж, серьезней некуда…
И они просто посмотрели друг другу в глаза. Странно, но больше ничего говорить и не надо было. Шура поверила ему… ЕМУ! Самому известному бабнику Москвы и Московской области! Тому, который не мог пропустить мимо себя ни одной юбки! До тех пор… До тех пор, пока не сел в тот прекрасный троллейбус номер 8 и не посмотрел на ту, которая была очень долго рядом, совсем другими глазами…
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
