|
Тут на кухню вошла Кира… Но не просто вошла. На ней был надет его пропавший пуловер. Голубой. С жирафчиком. Его любимый пуловер на любимой женщине…
- Мне, кажется, что мы не договорили, там, в ресторане…
- А-а-а… М-м-м… Э-э, - это все, что смог выдать Зорькин, совсем недавно утерший нос самой зубастой акуле пера.
- Коля… Скажи… А ты эту Эллу очень любил?
- Нет… Думал, что любил… Это две совершенно разные вещи… Любовь вообще, штука странная…
- Сложная… Коль… А почему ты все время со мной в каком-то напряжении? Будто боишься…
- Я?
- Да, ты! Что я кусаюсь?
- Н-нет, просто я не понимаю, о чем мы говорим… Сейчас.
- Странно. Мы с тобой всегда могли поговорить о чем угодно, а сейчас… Сейчас, как говорит Пушкарева, надо не говорить, а действовать.
И Кира, внезапно подошла к Николаю и легко дотронулась до его губ своими губами. Обоих будто током ударило. Зорькин почувствовал, что его сердце забыло, как биться. А Кира прижалась к нему вплотную и снова спросила:
- Коль, скажи… А ты очень расстроился, когда пуловер пропал?
- Очень… Но… Кира, скажи, почему все это…
- Коль… Я тебя люблю, слышишь?
- Этого быть не может…
- Почему?
- Такие как ты, никогда не обращают внимания на таких, как я.
- С чего ты взял?
- Жизнь…
- Глупый… Ты такой светлый, такой… Такой рассудительный, такой понимающий… Ты можешь все на свете объяснить так, как человек хочет, чтобы ему это объяснили и, странное дело, – будешь прав. Мне только рядом с тобой кажется, что на свете нет никаких проблем и сложностей… Коль, я тебя люблю… И пуловер с жирафом не отдам!
- А если я для тебя новый куплю? – совершенно растерявшись, пробормотал Зорькин, оглушенный Кириными словами и своими чувствами.
- Нет… Нового не надо. Мне этот нужен. Потому что он – мой, - и Кира медленно, но крепко обняла Николая за шею. – Только мой… Как ты, правда?
- А я всегда был только твой, - покраснев, наконец-то признался Зорькин.
- А Вика?
- Вика? Она просто совсем на тебя не похожа, потому я и пытался… Думал, если она ярче, шумнее, я тобой не… Не…
- Что, Коль?
- Не заболею… и не заболел, а куда серьезнее вышло… Я начал тобой жить, Кира… Жить тобой… - и тут он решился.
- Я тебя люблю, Кира Юрьевна Воропаева.
Глаза мужчины горели как никогда. В этот миг он был самым сильным, самым красивым, самым лучшим, самым родным и самым необходимым.
- Коля… Коленька, - Кира прижалась к нему и поцеловала. – Жирафчик мой милый! Как же я давно ждала этих слов! Я люблю тебя, родной мой…
- Повтори, пожалуйста…
- Люблю тебя, Колька!
- Как?
- Сильно и навсегда!
- Правда?
- Правда. Самая верная правда, что есть на белом свете.
И в это мгновение произошло неожиданное. Уверенным сильным движением, Николай притянул к себе любимую девушку и поцеловал. Поцеловал так, что у Киры даже сердце остановилось от всех тех чувств, которые мужчина вложил в эту ласку. Она не ожидала такой силы, такого напора, такой энергии, а поэтому, почувствовала, как немеют ноги. В голове только и было, что слова из комедии о смешной толстушке из Лондона: «Хорошие мальчики так не целуются…».
Через минуту или две, когда в легких совершенно не осталось воздуха, поцелуй закончился. Кира осоловело посмотрела на Колю, который был смущен.
- Не ожидала такого, да?
- Если честно, то нет, но… Но ты должен пообещать мне три вещи…
- Какие? – руки Николая ласкали ее спину, отчего по всему телу девушки пробегала теплая волна покалывания – предвестника желания.
Кира загадочно и соблазнительно улыбнулась, осторожно сняла очки с любимого и шепнула ему на ухо, привстав на цыпочках:
- Во-первых, ты больше никогда и ни на кого из других девушек не обратишь внимания… Потому как, если ты нарушишь этот пункт, я… Я конечно не Отелло, но ты можешь сыграть роль Дездемоны, дорогой… Понял? Никакого внимания другим девушкам!
- Это уже давно действует… Исключением является только Катька… Но она не девушка, то есть девушка но… Ну, друг она! Друг. Дальше, что теперь…
- Во-вторых, ты больше никого и никогда так больше не поцелуешь…
- Отлично! Тебе первой это понравилось…
- Замечательно… И в-третьих… В-третьих, когда мы поженимся, то не ругай меня слишком сильно за стряпню… Я только учусь.
- Вот это самое тяжелое…
Зорькин сделал вид, что серьезно размышляет, а Кира уже видела в его глазах смеющиеся звездочки.
- Я учусь у ЕленСанны!
- И как успехи? Мне спросить твой аттестат по кулинарии?
- Я пока его еще не получила.
- Ну, к золотой-то свадьбе этот документ у тебя на руках точно будет?
- К золотой - точно!
- Тогда…
Коля опустился перед ней на одно колено.
- Моя королева… - его глаза сияли счастьем и радостью. - Ты выйдешь за меня замуж?
- А ты принимаешь мои условия?
- Все… И даже те, которые ты придумаешь позже… Выйдешь?
- Да… Да! Да!!!
И через мгновение Кира уже была подхвачена на руки Колей, который кружил ее по квартире.
- Коля! Прекрати!
- Слушаюсь, моя королева…
Они стояли, обнявшись, и смотрели друг на друга.
- Мне пора… - наконец, выдохнул Николай.
- Не-ет… Ты никуда сегодня не уйдешь…
- Как это?
- А вот так. Должна я, наконец, получить заверения в твоей любви. Или нет? Должна! И это не надо откладывать в долгий ящик… Не подумай обо мне плохо… Я вовсе не наглая и распущенная. Я просто тебя люблю. Я слишком долго ждала свою настоящую любовь… Тебя… Свою вторую половинку… Коль… Я хочу стать с тобой единым целым… Прямо сейчас…
_________________ Своих в полет я отпускаю белых птиц!
По свету разнесут они любовь...
Ведь для свободных птиц на небе нет границ!
И нет преград для моих птиц!
Белых птиц!
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
