|
Андрей был рассеян, часто отвлекался на свои мысли. Катя чувствовала легкое разочарование – она так ждала этого вечера, так надеялась, что они будут общаться легко и доверительно, как в прошлый раз. Но сегодня все было не так. Андрей начинал говорить о чем-то, хмурился и умолкал на середине фразы, потом с видимым усилием продолжал. Катя видела, что его тяготит беседа, и несколько раз робко попыталась прервать этот явно не доставляющий ему удовольствия разговор и попрощаться. Но Андрей не пускал ее, с каким-то отчаянием удерживал ее руку в своей, и Катя, дрожа и млея от прикосновения его пальцев, всякий раз покорялась. Она видела – ему плохо, и отчаянно хотела хоть чем-то помочь, но не представляла – что можно сделать.
Он вспоминает разговор с Воропаевым, – думала Катя. – Неужели Александр был прав, и Андрей действительно… да, именно поэтому он так переживает! Он плохо поступил с той девушкой и сейчас раскаивается…
– Андрей Павлович, вас что-то тревожит? – робко спросила она.
– Тревожит? – Андрей невесело рассмеялся. – Да, меня много что тревожит. Положение дел в компании, эта история с Никамодой…
– Я имела в виду – помимо этого…
– С чего вы взяли? – резко спросил Андрей. Катя отчаянно покраснела.
– Мне так показалось, – пролепетала она. – Александр Юрьевич приходил, и вы… после разговора с ним…
– Все нормально, Кать, – сказал Андрей.
– Вы…Андрей Павлович, я понимаю, вам тяжело, вы переживаете, и это понятно, вы волнуетесь за ту де… за того человека…
– О чем вы, Катя? – удивленно спросил Андрей.
– Я.. – Катя смешалась и замолчала.
– Вы что, слышали наш разговор с Воропаевым? – вдруг резко спросил он. – Подслушивали? – И неприятно усмехнулся.
– Андрей Палыч, я… простите, я не хотела лезть не в свое дело! – Катя вскочила со стула, потом опять села. – Простите…. Он неправду сказал, да?
Андрей молчал.
– Простите… – прошептала Катя.
– Да нечего мне вам прощать, Катя! – с раздражением в голосе сказал Жданов. – Вы передо мной ни в чем не виноваты. Вы почему-то через слово просите прощения, хотя и не сделали ничего дурного, меня это иногда… – он осекся.
– Прос… ой, я опять извиняюсь, – Катя улыбнулась.
– Это мне нужно извиниться перед вами, Катя. – Андрей взял себя в руки. – Я повел себя грубо, но мне сейчас очень нелегко, поймите…
– Я понимаю!
– Да, а теперь еще и эта… Оля… черт, я же не думал, что так получится… – Андрей, незаметно для себя, по уже сложившейся привычке начал изливать Кате душу. – Очередная знакомая Малиновского, обычное развлечение, кто же знал, что она… – он вдруг вспомнил, перед кем откровенничает, смутился и замолчал.
– Вы…
– Я обошелся с ней…плохо. А когда она потом меня нашла, сказал, что женюсь на другой, и что между нами ничего быть не может. – Он посмотрел на притихшую Катю и скривил рот в улыбке. – Что, образ рыцаря без страха и упрека развенчан?
– Как же она теперь? – тихо спросила Катя. – Вы знаете?
– Я искал ее потом. Да, ищу, но все без толку – она словно сквозь землю провалилась.
– Вы… любили ее? – Катин голос снизился до еле различимого шепота. – Вы ее любите, да?
Черт, и долго она будет ломаться? Уже все стихи рассказал, которые знал и, кажется, даже новые придумал, и про звезды уже говорили, и про глаза, которые сияют ярче этих самых звезд…
– Оль… – говорит он полушепотом, прекрасно зная, как действует этот тон на женщин.
– Дааа? – лепечет она.
– Ты такая… необычная. Никогда таких девушек не встречал. – Он старательно подбирает слова. – Ты не похожа на других. Я когда тебя впервые увидел – решил, что ты ангел, фея, которую невесть каким ветром занесло в наш грешный мир. Ты такая… нежная, чистая… удивительная…. Оль… я с ума по тебе схожу, я только о тебе и думаю…
– Но вокруг вас столько красавиц…
– Красавиц? Пусть так, но они все – пустышки, глупые и жеманные, а ты другая… ты умная, добрая, ты…
Она первая его целует. Как предсказуемо…
– Нет, Катя, я ее не любил. Это был просто… порыв… мимолетное увлечение. Которое неожиданно привело к очень неприятным последствиям.
– Почему вы так говорите? – встревожилась Катя. – Какие последствия? Вы думаете, она может… что-то с собой сделать?
Жданов опустил голову. Смертельно хотелось рассказать все Кате, вывалить на нее груз своих проблем в надежде, что самому от этого станет хоть чуточку легче. Но что-то мешало – то ли боязнь окончательно разочаровать эту девочку, то ли… какое он имеет право, в конце концов?
– Я не знаю, что думать, – ответил он. – Я знаю только, что должен найти ее и попросить прощение. И надеяться, что она простит.
Катя робко тронула его за плечо.
– Это благородно – что вы пытаетесь исправить свои ошибки. Андрей Палыч – вы же знаете, если вам понадобится моя помощь…
– Знаю, Катюш. – Он, усмехнувшись, завладел ее рукой и поцеловал ладошку. Катя, залившись краской, попыталась выдернуть руку, он не отпустил.
– Андрей Павлович! – пролепетала она. – Зачем…
– Просто захотелось, – сказал он. – Кать…
Что же он хотел ей сказать? Андрей так и не вспомнил потом. Все слова, все мысли вылетели у него из головы, когда он увидел в толпе прохожих за окном… Скитальца. Он медленно прошел мимо, одетый так же, как в их первую встречу – джинсы, простая черная ветровка.
– Катя, подождите. – Андрей вскочил, с грохотом отодвинув стул. – Я сейчас!
– Андрей Павлович, что…
Он, не дослушав, уже бежал к выходу. Оказавшись на улице, огляделся лихорадочно – боясь, что обознался, что ему все показалось. Но уже в следующее мгновение видел знакомую фигуру. Скиталец был всего в нескольких метрах от него, шел медленным, прогулочным шагом, засунув руки в карманы ветровки. Андрей бросился следом, думая, что быстро нагонит его, но – странное дело – как бы он ни прибавлял шагу, расстояние между ним и Скитальцем не сокращалось. Все словно происходило в кошмарном сне – он бежал, задыхаясь, со всей возможной скоростью, но все равно не мог догнать идущего впереди человека.
– Стой! – заорал Жданов. – Эй, ты! Скиталец, мать твою! Остановись!
Скиталец даже не обернулся, он продолжал идти вперед, не останавливаясь, и вскоре пропал из виду. Жданов остановился, тяжело дыша, держась рукой за фонарный столб. Огляделся – что за чертовщина! Он же совсем недалеко ушел от кафешки, где они сидели с Катей. А казалось, что бежал чуть ли не час…
Опустив голову, он побрел обратно. Катя ждала его у входа в кафе.
– Андрей Павлович! – вскрикнула она, увидев Жданова. – Что случилось?
– Ничего, Кать. – Андрей говорил медленно, словно через силу. – Показалось, что увидел знакомого.
– Но…
– Пойдемте, вам уже домой пора, – резко сказал он.
Катя сникла.
– Да, конечно, – прошептала она.
***
Оставшись одна, в тишине своей комнаты, Катя никак не могла уснуть, разбирая их разговор с Андреем по репликам, по слову. Снова и снова обдумывала все, что он ей рассказал. Ее воспитание, въевшиеся в подкорку понятия о том, что такое хорошо и что такое плохо, тянули ее в душу в одну сторону: «Он поступил подло! Он обманул! Он сам признал, что не любил, а позволил себе зайти слишком далеко!», а любовь – в другую:
– Мы все ошибаемся! – возражала сама себе Катя.
– Ошибаемся? Разве один раз? Один? Не ты ли сортировала длинный список девиц по спискам: черный, белый, чернее некуда? Разве не ты выгораживала Андрея перед Кирой? Он – всего лишь ошибся? Полноте!
– Он раскаивается! Он хочет все исправить! Он выглядел таким несчастным…
Если бы он попросил, если бы сказал хоть слово, она бы нашла эту Олю – Катя была уверена. Как же больно было вспоминать такого Андрея – прячущего невеселые мысли за обаятельной улыбкой. Как же ужасно было осознание собственной беспомощности…
На следующее утро, придя на работу как обычно - раньше всех, Катя с нетерпением и тревогой ждала Андрея.
– Ты просто хочешь, Пушкарева, стать для него незаменимой не только в профессиональных вопросах, – отругала она себя.
– Нет! Нет… я просто не могу ему не помочь, не могу! Как только он найдет эту Олю, как тут же все станет, как прежде. Он будет веселый и… больше не будет ужинов в маленьких кафе…
– Так может, не стоит ему помогать? И он будет приходить к тебе – почему–то именно к тебе – за утешением?
– Нет, я не хочу, чтоб он страдал. Я помогу ему! Обязательно!
Катя не знала – чего ждать от него: вчера они попрощались как-то скомкано. Теперь она понимала – причина не в ней, а в незнакомой девушке, и все равно волновалась. Как же вести себя? Сделать вид, что ничего не было, и он ей ничего не говорил, или хоть как-то показать, что она все помнит и все понимает, и готова прийти на выручку?
И еще ее терзало любопытство – за кем вчера выбежал Андрей на улицу? Кого хотел догнать? Если бы эту Олю, то вряд ли она смогла бы убежать, да и Андрей Павлович не стал бы скрывать, что это была она – после всех откровений…
Катя вздохнула, поправила папки, посмотрела на часы – до начала рабочего дня оставалось несколько минут.
– Катя, – прокатилось по кабинету.
Катерина выбежала навстречу Андрею. Он улыбнулся ей так, как мог улыбаться только он, так, что замирало сердце, и куда-то пропадали все мысли.
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Отзовитесь хотя бы, когда продолжения ждать? 
И еще раз с праздником! 
уж тем более не хорошо, когда слабая хрупкая девочка становится опорой для такого здорового дядьки.
