|
Однажды она уже уходила от него, не оглядываясь. Тогда казалось, что сделала невозможное. Теперь пришлось повторять «смертельный номер» на бис.
Но за последнее время она изменилась. Стала сильнее. В спорте, когда перед тобой постоянно ставят все более трудные задачи, иногда перестаешь верить в себя, а потом стискиваешь зубы, и все получается. Ты становишься выносливей и готов к следующему преодолению... не цели, в первую очередь самого себя.
Можно ли накачать душевную мышцу так, чтобы с каждым разом выдерживать все большую боль? Она не знала... Лишь расправила плечи и ускорила шаг, чтобы не поддаться искушению и не оглянуться... Моля об одном, пусть бы уехал, наконец,… и тогда она перестанет надеяться, что он ее окликнет...
Улыбнулась и махнула рукой брату, который внимательно наблюдал за ней из окна.
Вошла в подъезд, сбросила с плеча сумку и устало опустилась на лестницу.
Она смогла. Дальше будет легче.
От стены приятно холодило. Она облокотилась на нее и закрыла глаза.
***
Собирались в спешке, поняв, что раньше десяти вечера в Москве не окажутся. К тому же, Малиновского подгоняли недовольные комментарии родителей по поводу позднего пробуждения и борьба с мамиными заготовками, оккупировавшими задние места в машине.
« Не отпускай моего сына. Возможно, ему ты нужна даже больше, чем он тебе». - Последние слова Анны Петровны все звучали в ушах Шуры. Что они означали? И разве был в них какой-то смысл?
А что сказала мама сыну? После разговора с ней он изменился.
Внешне все тот же — балагур и весельчак, остроумен и легок в общении, путешествовать с таким одно удовольствие.
Вот только Шура за эти дни привыкла видеть перед собой другого Рому.
Не хватало пустяка - пары невидимых штрихов, которые во Владимире и заметны то ей не были. Зато их исчезновение почувствовала остро и неожиданно…
Утром договорились перестать делать вид, что ничего не было, но получилось наоборот... Рома моментально перевел разговор на другую тему, когда она попыталась пофлиртовать — осторожно и совершенно ненавязчиво, чтобы проверить свои подозрения. И поняла насколько неприятным и неуместным ему это показалось. Ну что же, сама виновата, знала ведь, секс с Малиновским есть не близость, а отдаление - редкое исключение в правилах физического мира, с его законом человеческого тяготения друг к другу.
И какой же наивной она себе казалась, из-за недавней уверенности в том, что Рома будет ее уговаривать заехать к нему после Владимира... Готовилась к долгому объяснению причин, почему им не стоит продолжать встречаться в Москве в качестве любовников.
Решительно доказывать, чтобы, в конце концов, сдаться...
На плечо легла чья-то тяжелая рука.
- Здравствуй, сестренка.
Рома смотрел в спину удалявшейся девушки.
«Вот, я и в Москве... Наконец-то! А мама... она ошиблась, просто я слишком хорошо сыграл свою роль...»
Повернул ручку громкости у проигрывателя. Музыка зазвучала в полную силу.
... Больше нечего ловить.
Всё что надо, я поймал.
Надо сразу уходить,
Чтоб никто не привыкал...
Резко выключил.
Достал мобильный.... Ада, Айна, три Алены... Отшвырнул телефон на сидение рядом.
Нечаянно нажалась кнопка вызова следующего абонента и на дисплее высветилось фото друга.
- Привет, Ромка.
- Привет, - Малиновский схватил телефон, удивляясь, как он сам не догадался позвонить Андрею, единственному, чей голос сейчас хотелось слышать.
- Ты где?
- Вернулся от родителей,... а ты с Катей? - почти не надеясь на отрицательный ответ, спросил он.
- Ты о Валерии Сергеевиче слишком хорошего мнения. Невеста ночует дома.
- Может, я тогда к тебе?
- Захвати еду какую-нибудь. В доме пусто.
Обернулся на сумки, лежащие на заднем сиденье.
- Не охота в магазин заезжать, обойдемся мамиными консервами.
- Я по тебе даже соскучился, - расплывшийся в улыбке Жданов наблюдал, как Рома достает из сумки очередную банку, с сомнением разглядывает ее содержимое, кладет на стол или кидает обратно.
Его совершенно не смущала перспектива закусывать эксклюзивное виски маринованными грибами и огурцами. Такая мелочь не могла испортить его радужного настроения.
- А у вашей семьи есть фирменный рецепт малинового варенья?
- А ты теперь все время с такой идиотской улыбкой ходишь? Это раздражает. - Рома хмурился все сильнее.
Андрей попытался сделать серьезное лицо, но не смог, только рассмеялся.
- Все никак не смиришься с мыслью, что я женюсь на Катьке?
- Можно подумать, у меня других забот нет, - проворчал Рома.
Стал по-хозяйски нарезать хлеб, и сооружать бутерброды с завалявшимся в холодильнике сыром. Закончив с закуской, отнес ее в комнату, достал из бара бутылку, плеснул в стаканы и, не дожидаясь друга, выпил со словами:
- За тебя с Катькой!
Андрей сел напротив него, глотнул виски.
«Рома - самый близкий и единственный друг. Редкая удача в мире бизнеса, когда можешь довериться, зная, что не предадут, и поддержат, даже в том случае, если будут считать неправым... Интересно, какие такие заботы у него появились, за те две недели, что мы не виделись. Ведь точно сам не свой...»
- Как родители?
- Что с ними случится. Все нормально.
- Достали расспросами о невесте?
Он был в курсе легенды Малиновского, и знал о причинах, почему тот крайне редко наведывается домой.
- Не поверишь, Палыч, но я к ним с невестой ездил...
- Серьезно?!... Ну, и кого ты к ним затащить умудрился?
Рома крутил в руках наколотый на вилку шампиньон, и обдумывал, как лучше ответить на вопрос. Выговориться хотелось, но рассказывать обо всем было нельзя. Андрей не поймет, лишь посмеется.
- Я попросил Шурочку съездить со мной...
Андрей поперхнулся бутербродом.
- Кривенцову?!
- А кого еще? Ты можешь представить себе другую женщину из нашего окружения для знакомства с родными? Кого можно было привезти, не опасаясь последствий?
- Начинаю догадываться, чего такой неудовлетворенный и злой ко мне приперся, - хмыкнул Андрей. - Только я одного не понимаю, почему ко мне?
Малиновский проигнорировал вопрос, тем более и сам не знал на него точного ответа.
- Слушай, я завтра с Шурой в Зималетто возвращаюсь. Моя личная просьба, не заставляй ее просить прощения у тебя… выговоров никаких тоже не надо. Катя, думаю, не будет против.
- Так я и не собирался! С самого начала было ясно, возвращаешься ты - возвращается и Кривенцова, куда же ты без нее. Да, и «Зималетто» выгодно держать секретаря и охранника на одной ставке, - он инстинктивно потер пострадавшую скулу.
Рома впервые за весь вечер улыбнулся:
- Признайся, она тебя... того... реально... со всей силы?
- Не то слово! Не женщина, а..., - он хотел съязвить, но Малиновский его перебил.
- Она меня защищала. Так, как умела...
Андрей красноречиво покосился на него, не пряча своего удивления.
- Что? - с вызовом спросил Рома.
- Ничего...
Жданов всегда знал, что его друг с особенным уважением и симпатией относится к своей секретарше, но упустить возможность над кем-то поострить...
- А как родители ее приняли?
- Замечательно приняли, она всем очень понравилась, - огрызнулся Малиновский.
И тут Андрея озарило. Еще до того, как он сообразил, что стоило промолчать, он воскликнул:
- Да ты с ней переспал!
По тому, как вытянулась физиономия Малиновского, он понял, что попал в самую точку.
- Зачем?! Или ты питаешь непонятную слабость к секретарям «Зималетто»?! Клочкова, Тропинкина, теперь Шура, кто следующий? Амура?
- А тебе-то что? На Катьку я вроде никогда не покушался, - угрюмо буркнул Рома.
- Ладно, проехали... Но она хоть в курсе, что была фиктивной невестой... или?..
Малиновский удивился:
- Неужели я в твоих глазах настолько скотина?... Не волнуйся, Шура девушка разумная, и фантазия у нее не настолько богатая, что бы вообразить себе, будто меня можно на себе женить... Да и не нужен я ей... Давай поговорим лучше о вас с Катей? Что со свадьбой решили? Событие года или скромный семейный ужин? Кто у нас свидетелем будет со стороны жениха. Надеюсь я?
Последний вопрос поставил Жданова в тупик и заставил забыть о столь тяжелом разговоре для Ромы, на что тот и рассчитывал.
- Понимаешь... Тебя не было... Вобщем, Зорькин будет свидетелем.
Рома готов был поклясться, что Андрей даже покраснел от смущения. Мысленно посмеялся и... вздохнул с облегчением. Исполнять сию дурацкую миссию никакого желания у него не было.
- Значит Николя ЗорькИн теперь твой лучший друг? - Скрыв истинную реакцию на услышанную новость, обиженным тоном спросил он.
- Не говори глупостей, конечно нет. Просто так получилось... Прости меня...
- И на мальчишник его звать придется? - состроив кислую мину, продолжил Малиновский пытку товарища.
- Ром, ну какой мальчишник? К тому же я прекрасно представляю, что именно ты хочешь организовать - дюжину стриптизерш, выскакивающих из торта.
- Значит, мало того, что я не свидетель, так еще и вечеринка тебе моя не нужна? - угрожающе повысив голос, начал шантаж Рома.
И Жданову ничего другого не оставалось, как принять столь «любезное» предложение и согласиться участвовать в сомнительном мероприятии.
- Ладно, зови своих стриптизерш. Надеюсь, Катя за них убьет тебя, а не меня...
Рома разлил по стаканам виски:
- За дружбу и понимание!
Последний раз редактировалось Байба 20 дек 2008, 16:44, всего редактировалось 1 раз.
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
за самопожертвование... 
Боюсь, облегчать боль с помощью Женсовета она не будет. 
