Девочки, дорогие мои, я безумна рада, что вам интересен мой фик. Спасибо, что вы такие понимающие и отзывчивые!!!
Я очень рада, что ВЫ ЕСТЬ!!!!!!
- Ой, Андрей Палыч? А мы как раз садимся завтракать. Проходите, с нами перекусите, - проворковала Елена Александровна.
У Жданова от вкусных запахов из кухни сразу свело желудок, он же не ел со вчерашнего дня. Да и разговоры вести лучше за столом переговоров, чем стоя в прихожей. Пушкарев встретил приход Жданов с довольной улыбкой. Родители Кати, как гостеприимные люди, не стали сразу расспрашивать Андрея о причине столь раннего визита, давая тому возможность спокойно поесть. Посчитав, что их гость не заставит себя долго ждать с объяснениями своего прихода. А гость с огромным удовольствием поглощавший все яства, приготовленные хозяйкой, только успевал их нахваливать. Пока Жданов ел, обменивались за столом ничего не значащимися фразами.
- Спасибо огромное, все было безумно вкусно.
- Спасибо за добрые слова. Вот и Катюше хотим сейчас отвести в больницу домашнего, пусть поест нормально.
- Я ведь и приехал из-за нее. Она родила утром пол шестого девочку 2,900 и 48см. У них все в порядке. Ей только поспать после бессонной ночи надо. Так что вы лучше к ней после обеда съездите.
- Ах, как хорошо то. Катюшенька, доченька наша, умничка.
- Да уж, молодец доча. А вот вы как, это самое..…
- Валерий Сергеевич, Елена Александровна, я должен вам сказать….Я отец девочки. Я ничего не знал, поэтому все так вышло сумбурно, не нормально, - молчавшие с открытыми ртами родители Кати были сражены откровениями бывшего начальника дочери. А Андрей, продолжавший свои объяснения, надеялся на благоприятный (для него лично) исход всего разговора. - Простите меня. Я специально приехал вам все рассказать. Вчера я у вашего дома был не случайно. Я приезжаю сюда иногда, но подняться никак не мог по причинам, которые Кате известны. Это наши с ней дела и надеюсь, мы с ними уже разобрались, или почти разобрались. И хочу сказать вам прямо - отказываться от Кати и от своей дочери я не собираюсь. Я приложу все усилия, чтобы они были счастливы. Я…
Но договорить ему не дал рык поднимающегося из-за стола Пушкарева.
- Да я тебя !!!!
– Валера! Валера! Успокойся! Не надо так…- Елена Александровна попыталась удержать разнервничавшегося мужа.
Ей удалось усадить его снова на стул, но тот порывался вновь вскочить и спросить по полной с обидчика его любимой дочери. Надо отдать должное Жданову, он не сдвинулся с места, видя сильно рассерженного отца Кати, лишь побледнел и сильно сжал свои руки в кулаки.
- Я понимаю, как вся эта ситуация, да и я сам, выглядят в ваших глазах, и не пытаюсь оправдываться. Но я не собираюсь оставлять, ни Катю, ни малышку. И если вы действительно любите свою дочь, то должны понять - сейчас нельзя давать Кате повод для беспокойств, переживаний. Я отец нашей с Катей дочери, и мы будем очень скоро все вместе. И если Катя захочет первое время после выхода из больницы пожить здесь, вы уж простите, вам придется принять и меня. Я не собираюсь больше жить без них. Они для меня – ВСЕ, ВСЯ МОЯ ЖИЗНЬ! И я буду там, где они – мои девочки. У моей дочери отец будет рядом, а не за тридевять земель! Может не самый лучший папаша (физиономией я не вышел пока), но уж самый любящий, это точно, я вам обещаю.
Молчание, повисшее после слов Жданова, было прервано звонком в дверь.
-Иди, Лена, открой уж. Наверняка Колька прибежал завтракать.
Говоря это, Валерий Сергеевич продолжал буравить взглядом Жданова, не давая тому сдвинуться с места. При появлении в кухне Зорькина, показалось, что напряжение между Андреем и родителями Кати уменьшилось. Может, не хотели впутывать Колю в и так сложные взаимоотношения, может, все-таки слова Жданова возымели свое действие. Но как-то потихоньку разговор возобновился. Были повторены слова Жданова о ребенке и том, что Катюше надо дать отдохнуть, и само собой определилось время выезда к Кате в больницу. Жданов молчал, лишь нервно покручивая в руках салфетку. Наконец, он прямо встретив взгляд Валерий Сергеевича произнес:
- Вы меня простите, пожалуйста, но мне пора. Сегодня у меня еще две важные встречи. Нельзя опаздывать, а надо еще домой заехать, переодеться. Всего доброго. Думаю, мы еще сегодня увидимся, у Кати в больнице.
Жданов в полной тишине встал, забрал в прихожей с вешалки свое пальто, и ушел, оставив всех троих с недоуменными лицами, доедать свой завтрак и додумывать свои думы.
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Но про женскую солидарность не забываю. 
ВС, видно, в новом статусе деда смягчился малость! 
