Привет.
Пятница вечер - тоже неплохое время. Как бы уже выходной. Удалось что-то чуть-чуть написать. Правда немного, но решила выставить.
Рома ворвался в кабинет Жданова, тяжело дыша. Как он вообще добрался сюда живой? Мчался ведь, почти не соблюдая никаких правил, подгоняя медленно плетущиеся машины и проклиная постоянно, на каждом углу останавливающий его красный свет.
Андрей работал. В отличие от неизвестно чем занимающегося, неизвестно где пропадающего дружка. Поднял на того мрачный взгляд и выразил ему свое недовольство. Почему вице-президент отсутствует в рабочее время на рабочем месте?
- Андрей, заткнись! - невежливо перебил Роман гневную отповедь начальника. Широким шагом подошел к столу, тяжело, двумя руками оперся на него, сминая лежащие бумаги, выдохнул Жданову прямо в лицо, - Дай мне хоть слово вставить!
Президент замолчал. Заметил явно неадекватное состояние собеседника. Его багровое лицо, лихорадочно горящий взгляд и прерывистое дыхание.
- Что случилось?
- Я их только что видел!
- Кого?
- Эту, твою... - у Малиновского не хватало слов. Горело во рту, и говорить было больно, - бедняжечку страшненькую! Ангела невинного! - выпрямился, схватил графин с водой и жадно напился прямо из горла. - Двух ангелков видел! - выпалил, вытирая рот рукавом.
- Что ты несешь?
- Я хотел пообедать! Просто ехал по улице! И увидел их!
- Кого?
- Пушкареву и Зорькина!
- Ну и что? - Андрей откинулся на спинку кресла, продолжая буравить Романа взглядом.
- Я ее сначала даже не узнал! Жданов! Она водила нас за нос все это время! Она красивая, хитрая акула! Стерва!! И Зорькин совсем не тот, за кого себя выдает! Гениальный спектакль тут отыграл! Застенчивый мальчик с честными глазами в поношенном костюмчике? Как бы ни так!! - воздуха в груди не стало, и вопль постепенно превратился в хриплый, свистящий шепот, - На них были такие шмотки! На многие тысячи!
- Хватит истерить! - Андрей стукнул кулаком по столу, - Этого не может быть! Ты обознался! У тебя паранойя, Малиновский! Тебе лечиться надо!
Рома засмеялся. Смеялся долго, каким-то надрывным, сухим смехом, очень похожим на чахоточный кашель.
- Прекрати!
Смех оборвался. Роман сел на стул, плотно прижимая к себе графин. Просто забыл поставить его на место.
- Я видел их собственными глазами, Андрей, ты понимаешь? Проследил за ними, сидел в ресторане за соседним столиком.
- Что в этом такого? - Жданов старательно пытался всему найти обычное объяснение. То, что говорил Малиновский, было слишком кошмарно, чтобы быть правдой. - Ну, вышла она прогуляться, ну с Зорькиным. Даже если она что-то купила себе хорошее из одежды или прическу какую-то более-менее сделала, так что? Это нормальное желание женщины - улучшать себя, как-то изменять. Шопинг - это вообще известное успокаивающее женщин средство, после того, что с ней вчера произошло...
- Замолчи, я тебя прошу! Ты что, меня не слышишь? Пушкарева очень красивая женщина! Фигура, грудь, ножки - все при ней! Жалко у меня фотоаппарата не было, я бы тебе показал.
Андрей держался. Изо всех сил старался придать разговору несерьезный, легкомысленный оттенок. Прищурился и насмешливо протянул:
- Действительно жалко. Ты меня прямо заинтриговал. Катька молодец! Что ж она там такого с собой сделала, что ты так возбудился? Уже жду не дождусь, хочу увидеть это чудесное перевоплощение. Вот она придет скоро...
- Не надейся! Думаешь, она явится сюда в том виде? Я очень сомневаюсь. Для нас у нее эти очочки и тряпки допотопные! Говорю тебе - все, что тут перед нами прыгает, чучело чучелом, все это игра! Для того, чтобы обдурить таких лохов, как мы!
- Что ж они такие опытные шпионы и повели себя так неосторожненько? Позволили тебе их увидеть? - Жданов продолжал насмешливые, логические рассуждения. Собственный снисходительный тон ему нравился. Успокаивал. Встал из-за стола, потянулся и даже улыбнулся.
- Не выдумывай, Малина. Не дают тебе покоя ее тряпки, - подошел, по-отечески похлопал друга по плечу. - Иди, работай. Катя придет, я тебя позову. Полюбуемся повнимательней, что там у нее за ножки. Я просто горю от нетерпения! – хохотнул, - А может ты все-таки обознался? Думаешь о ней постоянно, вот и показалось? И Зорькина ты только один раз в жизни видел.
Рома ушел. Просто встал и ушел. Молча. Резко отшвырнув в сторону стул. А что еще говорить? Ждановская беспечность и снисходительность его покоробила. Он считает его неврастеником с галлюцинациями? Ладно. Скоро сам убедится. Посмотрим, кто из них больший идиот.
О том, чтобы заняться делами, не могло быть и речи. Пометался по своему кабинету, полистал какие-то бумаги, навел порядок на письменном столе. Все сложил в аккуратные стопочки. Время теперь тянулось очень медленно. Андрей не звонил, а значит, Пушкарева изволит задерживаться. Не вытерпел заточения в четырех стенах и отправился в бар. Там он ее и увидел. Издали. Она вышла из лифта и направилась на свое рабочее место. Выглядела она как обычно. Жутко. В своей длинной, широкой, болтающейся между ногами юбке и выглядывающими из-под берета косичками.
Он прав. Он, Роман Малиновский, полностью, во всем прав. Это маскарад. Обман. Компания "Зималетто" в руках мошенников. Они со Ждановым стали жертвами дьявольски хитрой, жестокой игры. С неизвестными, совершенно непонятными правилами. В которой они исполняют роль дергающихся, безмозглых марионеток. Не способных ничего изменить и ни на что влиять. Скорей всего, изменить уже ничего нельзя!!!
Его парализовало. Он смотрел вслед Екатерине Пушкаревой, замерев, так и не донеся до рта надкусанный бутерброд. Смотрел, пока за ней не закрылась дверь.
Потом пришел в себя. Оглядел стоящих рядом сотрудников, перевел растерянный взгляд на разломавшийся в крепко сжатых пальцах хлеб. Посмотрел под ноги. Весь пол был усеян крошками и кусочками колбасы. Получить сегодня хоть какую-то еду его желудку было не суждено. Машинально присел и принялся наводить порядок. Собирать крошки в подставленную ладонь.
- Роман Дмитрич, что Вы, не надо, - донесся до него сквозь шум в ушах изумленный голос бармена, - я уберу все сам.
Выпрямился. С отстраненным удивлением уставился на свою руку. Откуда в нем взялся такой рефлекс - убирать? Странно. Струсил крошки в тарелку.
- Извините, - пробормотал, ни на кого не глядя, и, шаркая ногами, ссутулившись, двинулся к себе в кабинет. Плотно закрыл за собой дверь и тяжело опустился в кресло. И закрыл глаза. Мысли хаотично метались в мозгу.
Как оказалось, он еще на что-то надеялся. В глубине души. Волновался, психовал, орал Жданову свои доводы, а сам, значит, всерьез все это не воспринимал, не верил до конца в то, что это правда. Иначе, почему он так потрясен?
Надо поверить. Окончательно и бесповоротно. Взглянуть в лицо ужасающей реальности. „А может, мне действительно показалось?“ - пробилась жалобная мыслишка, - „Померещилось с перепугу? И там, в ресторане были совсем не они? “
Ну да! Очень хочется спрятать голову в песок, как страус. Осталось только убедить себя, что сошел с ума! Самое правильное решение! Нет уж! В собственном здравом рассудке он абсолютно уверен. Как и в своем уме, предприимчивости и способности бороться с трудностями. Нужно взять себя в руки. Спокойно посидеть и подумать. Не раскисать и прекратить панику. Еще не поздно. Не может быть поздно!
Все будет хорошо.
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Бедненький ... Главное что бы его состояние как -то на Кате не отразилось
