|
Передние колёса пробуравили песок, всхлипнули тормоза, и автомобиль замер на месте. Пару секунд абсолютной тишины. Тишины внезапной и одновременно пугающей. Пугающей тем, что последует за ней.
Жданов рывком повернул ключи в замке зажигания и вышел из машины. Дверь коротко стукнула, захлопнувшись за ним.
Катя сидела, глядя прямо перед собой, не делая попытки двинуться с места. Перед ней был пляж, по всему - дикий и заброшенный. Никаких тебе специальных веранд, где бы стояли лежаки для желающих загорать в тени, ни фонарей, ни кафешек, ни катеров и яхт вдоль берега — ничего, напоминающего о том, что днём - это место отдыха многочисленных туристов. Только песок, вода, небо и луна. Кое-где вдоль берега росли камыши.
Что это за место, Катя не имела понятия.
Дверь с её стороны распахнулась. Катя вздрогнула и повернулась. Какое-то время Жданов смотрел ей в глаза — очки он зачем-то снял.
- Выходи!
Она снова посмотрела в лобовое стекло. На песок как два длинных жёлтых треугольника падал свет от включённых фар.
- Отвези меня обратно.
- Ты что, меня боишься?
- Зачем ты меня сюда привёз?
- Поговорить.
- Нам не о чем разговаривать!
- Ошибаешься, - усмехнулся он. - Выходи!
Он шевельнулся, протянув руку, но Катя отпрянула в сторону.
- Не трогай меня.
Его рука бессильно опустилась вдоль тела.
- Не трогаю. Выходи.
Андрей отошёл, придержав дверь и позволяя Кате пройти.
Высокие каблуки увязли в песке, и она сбросила босоножки. Голые ступни почувствовали приятную прохладу песка.
Андрей захлопнул дверь. Не дав Кате опомниться, он схватил её за руку и потащил прочь от машины. Вырываться было бесполезно - он держал слишком крепко.
Затормозив, Жданов развернул её к себе и отпустил. Катя сделала несколько неуверенных шагов назад, боясь просто-напросто упасть.
Андрей глубоко дышал, и в распахнутом вороте рубашки - даже пуговицы не выдержали резких ждановских движений! - его грудь медленно вздымалась и опускалась.
- Ну а теперь говори! - сказал он. - Здесь нам никто не помешает!
Катя оторвала взгляд от его голой груди, и только сейчас осознала, что пиджак с Андрея куда-то испарился.
Господи, при чём здесь его пиджак?! О чём она только думает!
Он разговаривает с ней в приказном тоне, как будто имеет полное право, а она ему это позволяет! Мало того, она позволила ему усадить себя в машину и увезти неизвестно куда, ни разу при этом не пикнув! Вот о чём надо думать!
Что с ней происходит? Последние остатки гордости потеряла?
- Мне кажется, Андрей Павлович, что Вы кое о чём забыли. Исполнять Ваши приказы не входит в мои обязанности, я уже давно не Ваша секретарша.
- И ты даже не представляешь, сколько раз я об этом пожалел, - сказал Жданов, взглядом не отпуская её ни на миг.
Едва уловимая ухмылка тронула Катины губы.
- Не нашлось больше ни одной такой наивной дуры?
- Дуры? Ты правда так считаешь?
Зачем он так с ней? Зачем эта явная жалость? Меньше всего Кате нужно его сочувствие, ей вообще ничего от него не надо!
- Самое время говорить о Ваших секретаршах, Андрей Павлович! Вы притащили меня сюда, чтобы спросить совета? Простите, но я в таких вопросах Вам не советчик!
Она решительно двинулась обратно к машине, и, поравнявшись с Андреем, почувствовала, что он коснулся пальцами её локтя.
- Кать...
Она действительно хотела уйти. Разум кричал, чтобы она не делала глупостей — всё равно их разговор ничем хорошим не закончится! - но Катя глупость сделала - остановилась.
Пальцы Андрея осторожно скользнули вниз по её руке и мягко обхватили тонкое запястье.
- Что?
Она не пыталась освободиться, просто стояла и смотрела вперёд — вернее, в их случае назад, на машину.
- Мне нужно тебе кое-что сказать... Я хочу, чтобы ты знала...
- А я не хочу! - резко перебила Катя и вскинула голову, взглянув на него. - Я ничего не хочу знать ни о чём!
- Почему? Почему ты не хочешь со мной поговорить? Разве я многого прошу?
- Да. Вы просите многого. Я не хочу с Вами разг....
- Прости меня...
Ей показалось, что остановилось время. Время, которое никогда не задерживается ни на секундочку, время, которого постоянно не хватает, которое куда-то летит, спешит и несётся — вот это самое время сейчас замерло. А ещё пропали все звуки. Только что Катя точно слышала шум прибоя, а теперь вдруг слышать перестала.
Она резко дёрнула рукой — Жданов, не ожидая, не успел её задержать - и, ни слова не говоря, направилась к машине. Ноги, стянутые узким платьем до колена, путались и утопали в песке. В какой-то момент Катя чуть не упала, споткнувшись, но удержала равновесие.
Она шла всё быстрее и думала только об одном: не смей реветь, слышишь?! Не смей реветь! Я тебе запрещаю!
Он нагнал её у автомобиля, схватил за плечо, развернул к себе и оказался совсем близко. Она отпрянула и упёрлась поясницей в джип.
- За что?
- За всё. За дурость, за трусость, за враньё. Я не хотел... Я правда не знал, что всё так... получится.
- А как, ты думал, получится? Я ни о чём так и не догадаюсь, ты используешь меня, а потом избавишься, как от отслужившего свою службу калькулятора?
- Нет! - тяжело дыша, проговорил он. - Нет! Я думал, что...
- Не надо красивых слов, Андрей Павлович! Мы оба знаем, что было бы всё именно так, как я говорю! Я для Вас была вещью, которую бы Вы выбросили на свалку, как только во мне отпала необходимость. Отвезите меня обратно!
Она сделала шаг в сторону, собираясь пройти, но он вдруг больно схватил её за обнажённые плечи — на плечах были лишь две тонкие лямки платья - и хорошенько тряхнул. От неожиданности Катина голова откинулась назад.
- Я никогда не считал тебя вещью! Я просто ошибся, понимаешь?! Я допустил ошибку. Я тогда не осознавал, что делаю и к чему всё это приведёт! Меньше всего на свете я хотел причинить тебе боль!
Там, где его руки сжимали её плечи, было больно, и казалось, что стоит ему чуть-чуть сильнее надавить, он переломает ей кости.
- Отпусти меня! У меня синяки останутся!
- Я оставлю, - рявкнул он, притянув её к себе ещё ближе, - я и вылечу!
Брякнул и не сразу понял, что только что сказал. А когда понял — увидел её ошеломлённый взгляд! - резко разжал пальцы и сделал шаг назад.
- Я три года места себе не нахожу! Когда я вспоминаю о том, как тогда поступил, хочется сдохнуть. Первое время я вообще на стену лез из-за всего, и компания здесь совершенно ни при чём. Я до одури хотел с тобой поговорить, объяснить, попросить прощения, но ты запретила даже приближаться к тебе! Пусть я сволочь, подонок, но я так больше не могу! Я хочу, чтобы ты знала, что я раскаиваюсь!
Он орал. Ему было стыдно, что он так орёт и ведёт себя как последний психопат — давно уже с ним такого не было! - но она не слышала его — или просто не хотела слышать! А ему было жизненно необходимо, чтобы она услышала! Чтобы знала!
Она подёрнула плечами и отвернулась, вцепившись пальцами в дверцу машины. Теперь взгляду Жданова представилась её полуобнажённая спина. Платье начиналось под лопатками и плотно облегало изгибы тела.
Замок платья на спине разошёлся на несколько сантиметров, и Андрей отрешённо подумал, что его надо застегнуть.
- Раскаиваешься? - услышал он охрипший голос Кати. - Места себе не находишь? А как я себя чувствую, ты спросил? Ты можешь представить, что чувствовала тогда я? Ты сегодня говоришь «прости», так же легко, как когда-то говорил «люблю»! Благодаря тебе, на такие слова у меня выработан иммунитет! Я рассказала тебе такое... а ты... ты с самого начала знал, что у истории будет похожий финал, и всё равно не остановился! Ты смеялся за моей спиной с Малиновским! И продолжалось это не один день и не два, а теперь ты мне говоришь, что ты не осознавал?
Ему нечего было возразить. Вернее, было — он действительно не осознавал - в эту историю он бросился как в омут, и «омут» его затягивал с каждым днём — каждой минутой, секундой! - сильнее, и он, Жданов, ничего не осознавал. Только как объяснить это ей, он не знал. Наверное, потому что она умная, а он — полный идиот.
- Ты ещё скажи сейчас, что ты в меня тогда влюбился! - с надрывом в голосе сказала Катя и резко обернулась. Тонкая лямка спала с плеча. Глаза неестественно блестели.
Она закинула голову назад и часто заморгала. Жданов понял, что причина блеска в глазах — непрошеные слёзы, которые она сдерживала изо всех сил.
- Кать...
- Нет! - быстро сказала она и выставила руку вперёд, предупреждая любые его слова и действия. - Ты же хотел поговорить, значит, теперь слушай. Ты искалечил мою жизнь. Ты растоптал меня! Посмеялся, пошутил с Малиновским! Шутя, понаделал ошибок в управлении «Зималетто», шутя, сам, САМ переписал на меня фирму, а потом, шутя, занялся совращением страшилы-секретарши. О том, что я живой человек, ты и не вспомнил!
Она говорила, а его сердце глухо бухало в груди. Вспотели ладони, взмок лоб. Жданов с остервенением прошёлся рукой по лицу. Невозможно было слышать всё то, что говорила Катя. Невыносимо снова осознавать себя моральным уродом. И оказалось, что винить себя и слушать, что пережила она — совсем разные вещи.
- Ты даже в постель со мной лёг, преодолевая отвращение! Зачем? Неужели ты не видел... Ведь ты знал, что я и так готова сделать для тебя всё! И как вам, наверное, с Малиновским весело было, когда вы обсуждали мой отсутствующий опыт! Ты ведь всё обсуждал с ним, верно?
- Я не обсуждал с ним... это!
- Не надо! - перебила она и расплакалась, закрыв ладонью лицо. - Не лги мне хоть сейчас! Ты мне должен был сразу сказать, что я тебя не устраиваю, слышишь?
Она вдруг вскинула голову и схватила Жданова за лацканы распахнутой рубашки. Рывок был такой сильный, что Андрей едва удержался на месте.
Из Катиных глаз слёзы уже текли нескончаемым потоком.
- Если бы ты мне тогда не врал, если бы ты не говорил, что тебе со мной хорошо и сказочно, в моей жизни всё сложилось бы по-другому. Если бы я с самого начала знала, что как женщина я ничего из себя не представляю... - она отпустила его и снова отвернулась, смахивая слёзы с щёк. - Ну и ладно! Нашлись другие, кто сказал. Обидно только, знаешь что? - Катя глубоко вздохнула и посмотрела вдаль, на море, поправила спавшую лямку. - Я ведь искренне верила тому, что тебе со мной хорошо, а теперь понимаю, как глупо и смешно я выглядела в твоих глазах.
Кажется, только теперь до него начал доходить смысл их прошлого разговора. Её «неживая» ещё долго стояло у него в ушах - он всё никак не мог понять, к чему она это тогда спросила. Теперь понял.
Если бы он только мог сказать ей! Если бы только он мог облачить в слова все чувства и эмоции, которые испытывал, подминая её под себя и заглядывая в карие глаза, освобождённые от стареньких очков и раскрывающие перед ним всю её! Как он с ума сходил по этим глазам! Как каждое её движение или звук, срывающийся с губ — не специальный, не кокетливый, произносимый не для того, чтобы завести, а искренний и иногда смущённый, как будто она стеснялась своей несдержанности — как от этого всего его накрывали такие ощущения, которые он не испытывал в постели ни с одной женщиной.
И как он боялся в такие моменты себя самого! Он терял себя в минуты близости с ней и боялся этого! Такого с ним никогда не было!
И это он тоже старательно забывал все три года!
Жданов в два шага преодолел расстояние, разделяющее их с Катей.
- Кто? - спросил он, когда она посмотрела на него. Дотрагиваться до неё он себе не позволил. Кажется, воспоминания о прошлом сыграли с ним плохую шутку, тело среагировала слишком бурно, и усугублять ситуацию было ни к чему. - Кто тебе сказал, что ты неживая?
Она моргнула, потом ещё раз. Несколько минут тишины позволили Кате прийти в себя. Она уже пожалела, что не сдержалась и расклеилась перед Ждановым. К тому же, вопреки её надеждам, тот разговор он не забыл. Сил снова ругать себя у Кати просто не осталось.
- Отвези меня домой, пожалуйста, - тихо попросила она — какой раз за этот вечер?!
- Кто? - Жданов проигнорировал её просьбу и, приковывая к себе взглядом, требовал ответа. - Ответь мне, кто? Что за... недоумок сказал тебе такую чушь?! Это всё бред, понимаешь? Полный бред! Как ты могла в это поверить?
Он смел говорить ей такие вещи?! После того, как сам с ней поступил, он ещё упрекает Мишу во лжи?
Злость с новой силой ударила по вискам.
- Поверила! - закричала Катя. - И не тебе меня судить!
- Что за ерунда?! - он тоже снова сорвался на крик. - Ты же умная женщина! Скажи мне, что ты не восприняла это всерьёз!
- Умная женщина? И это говоришь мне ты, который очень предприимчиво воспользовался моим умом?! Который спал со мной после бутылки виски и в кромешной тьме? - сдерживаемые рыдания сделали её голос совсем хриплым. - А человек этот, - Катя задержала дыхание, - мой муж, Андрей Павлович! И врать мне у него не было причин! Ясно Вам?
Жданов оторопел. Её муж... Когда-то Андрей подумал о Катином замужестве, но как-то так отстранено подумал, не веря в реальность своего предположения. А теперь вот на! У неё есть муж! И, чёрт побери, муж — кретин!
Они долго смотрели друг другу в глаза. Катя отвела взгляд первой. Андрей резко положил ей руку на спину и дёрнул замок платья вниз.
- Снимай это!
_________________ Сама накосячила, сама виновата, сама удивляюсь?! Какая же я, чёрт возьми, самостоятельная! (с)
Есть ли во мне изюминка? Во мне масса изюминок! Да я практически кекс!(с)
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
По-крайней мере, недосказанности не осталось 
Нюрочка,спасибо! 
И поскорее... 
Потому как уж очень процесс "лечения" завораживает! 
