Вечер наступил
Правда, боюсь, что потом вы потребуете, что бы наступила ночь
Отец проводил Рому с Шурой, помог занести вещи, попрощался, предложив завтра никуда не торопиться и поспать подольше.
Как только за ним захлопнулась дверь, Ромка схватил Шуру в объятья:
- Получилось! Ты понимаешь, все получилось! Какие же мы молодцы! - кричал он, кружа Шуру, - Ни одного прокола! Мы с тобой гении!
Поддавшись настроению Ромы, Шура тоже начала смеяться:
- Ты только потише, а то сейчас первый будет! Орешь так, что тебя наверняка на улице слышно.
Малиновский отпустил Шуру и покосился на дверь. Продолжил, понизив на всякий случай голос:
- Осталось продержаться еще пару дней и можно со спокойной совестью возвращаться в Москву.
- И?
- Годик с тобой поживем, родители, конечно, начнут приставать, настаивать на свадьбе и внуках. Как только отнекиваться станет невозможно, ты меня бросишь. – Состроив грустную мину, изрек Малиновский. - Я буду долго переживать, еще года два, а потом все сначала…
Шура взяла свою сумку, поставила ее на стол и сделала вид, что что-то в ней ищет. Потом, не глядя на Рому, поинтересовалась:
- Ты реально думаешь, что жениться не для тебя? Семья, дети… Ты никогда не влюблялся? Неужели не хотелось самому почувствовать, каково это?
Роме вопрос был знаком, так спрашивали девушки, которые пытались пролезть в его в жизнь дальше выделенной для них кровати. Малиновский, приняв театральную позу, приготовился отвечать заученным текстом и интонацией:
- Понимаешь!.. Мы – настоящие мужчины…
Зайдя в холл, они так и не включили свет, но было не настолько темно, что бы не заметить, как то ли от обиды, то ли от раздражения дрогнули плечи у стоявшей к нему спиной Шуры. Малиновский осекся на полуслове. Ему стало стыдно. Чего это он тут паясничает и главное - перед кем? Это же Шура, а не очередная настырная любовница. Он присел рядом с ней на стол. Помолчал какое-то время, собираясь с мыслями, и продолжил уже серьезным тоном, пытаясь не только ответить на вопрос, но и действительно понять, почему в его жизни все сложилось именно так, а не иначе...
- Не то, что бы я не верил в любовь, я же вижу своих родителей, мне даже трудно их представить по отдельности, настолько они пара… Вижу, как Палыча от Катюшки колбасит… Но со мной такого не разу не происходило, никогда не возникало желания оставить девушку рядом с собой больше чем на одну, максимум две ночи подряд. Я даже не знаю, что с ними делать-то толком. Умею ухаживать, соблазнять, и тому подобное… А дальше?... Зачем мне они дальше? Поэтому выпроваживать их с утра, я навострился также ловко, как и заманивать в свою постель. И все довольны. Случаются, конечно, исключения, но обычно девушкам бывает достаточно просто провести весело время, или устроиться моделью на следующий показ к Милко… Хочу ли я, чтобы было по другому? Скорее нет, чем да. Опытным путем выяснил, не существует такой женщины на свете, которая бы меня утром не раздражала, не говоря уже о чем-то большем. Вот и живу по принципу «много женщин - много удовольствия».
Произнесенная вслух концепция жизни, которой Малиновский так всегда гордился, вдруг показалась ему ущербной и неправильной. Ночь что ли такая? Или присутствие Шуры влияет?
«Одноразовые зажигалки» - назвал его любовниц Жданов, пытаясь задеть друга. А ведь он был прав,… какие же еще? Нечего было обижаться на Андрея. И он такой же одноразовый - одинаково хороший и пламенный для всех… быть другим не умеет.
- А ты почему не замужем? – чтобы отвлечься от неуютных мыслей спросил Рома.
Шура присела рядом.
- Не знаю… Требования у меня завышенные, - она с грустью усмехнулась, показывая рукой, что имеет в виду рост будущего избранника.
Рома обернулся к ней. Тени скрывали лицо девушки, но даже в этом полумраке можно было разглядеть, как оно напряглось и даже нахмурилось.
- А на самом деле?
- Если быть точнее, не требования, а скорее притязания и желания…- ответила Шура, имея в виду свою любовь к шефу, зная, что он все равно не догадается, о чем идет речь. – Конечно я периодически встречаюсь с кем-нибудь… Даже, представляешь, одно время в Интернете на сайте знакомств зависала, познакомила Амуру с классным мужиком… А у самой ничего так и не получилось.
- С тем парнем угрожающего вида больше не виделась? – вспомнил Рома о последнем ухажере своей секретарши - охраннике из казино. Он услышал о нем случайно из разговора Шуры с женсоветом и даже видел один раз из окна машины, когда вечером тот встречал девушку с работы.
- Не то…
- Понятно… Ладно, - Рома поднялся, - давай спать. Здесь несколько комнат, тебе какую?
- Мне все равно.
- Тогда забирай себе эту, на первом этаже, здесь большая двухместная кровать, тебе удобно будет.
Шура направилась в предложенную комнату, Рома перекинул через плечо свою сумку и собрался наверх, но остановился, подошел к Шуре и поцеловал ее в щеку:
- Спасибо тебе.
- Не за что... Спокойной ночи…
- Спокойной…
Шура вошла, включила свет. Неоштукатуренные стены - наружный стиль сохранялся и внутри. Стены из бревен, на потолке балки. Витая люстра - стилизация под старину. Огромная дубовая кровать с домотканым покрывалом. При этом не возникало ощущения лубочности, чувство меры выдавало хороший вкус создателя натуральной красоты интерьера.
Она сходила в ванную, приняла душ, переодеваться в захваченную с собой пижаму не стала – жарко.
Сон не шел, Шура вспоминала откровенный разговор с Ромой. О том, что Роме не нужны постоянные отношения она и раньше знала, единственное, что ее удивило, сегодня говорил он об этом без обычного бахвальства, а с какой-то растерянностью, словно оправдываясь. Зачем-то спросил о ее личной жизни...
«Из вежливости, наверное, - решила она. - Надо же, помнит о Шурике… сама уже забыла, а он помнит… Может зря с ним порвала...»
Саша ей подходил: высокий, большой и неуклюжий. С виду грозный, но если присмотреться, очень добродушный. На третьем свидании начал говорить о любви и предложил выйти за него замуж…
«Почему бы и нет», - думала она, - «пусть сама не люблю, но миллионы людей так живут и ничего. Он будет хорошим мужем»… Она тогда почти согласилась, но, придя на работу, узнала, что Рому вернули с производственного этажа. Он был такой радостный, принес девочкам торт, чтобы отметили его возвращение… А потом взял себе самый большой кусок и увлек Шуру в свой кабинет. Они вдвоем пили кофе, шеф говорил, что ужасно по ней соскучился… Разве были после этого у Шурика какие-то шансы?
Когда позвонил Александр и пригласил после работы сходить в кино, она сказала, что решила с ним больше не встречаться… Даже не объяснив почему. И все снова вернулось на круги своя…
Ее мысли были прерваны стуком в дверь, она не успела ответить, как на пороге появился завернутый в одеяло Малиновский.
- Слушай, я тут подумал, что если родители утром заглянут, а мы в разных комнатах? – он лег рядом, не давая Шуре времени на возражения.
- Ты уж извини, что беспокою. Обещаю, приставать не буду.
Шура ничего не ответила, лишь повыше натянула на себя одеяло.
- Еще раз спокойной ночи, - Малиновский отвернулся от нее, всем видом показывая, что пришел именно спать.
« Я буду первая, с кем он проведет больше двух ночей,… и за что мне такое счастье?», - с горькой иронией подумала Шура.
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Тем более,зная своего сына. А,вот Шурупчика жалка... 
вернее сердечка её влюбленного. Ромику все игры, а она... Спасибо,Байба! 
Так все достоверно, просто и замечательно! Даже удивительно, как 
