|
***** 17 *****
Прошла неделя
Зорькин вошёл на кухню, присел на стул и хмыкнул.
- Шикарная квартира, Пушкарёва.
Катя с тревогой посмотрела на друга.
- Надеюсь, ты не заходил в его кабинет? Он этого терпеть не может!
Коля помотал головой.
- Я только заглянул, честно.
Она поставила перед ним тарелку.
- Ешь.
- А ты рассказывай, - попросил Коля с набитым ртом. – Как тебе семейная жизнь?
- Ну какая семейная? – вздохнула Катя. – Одна работа. У меня от постоянных цифр уже голова кружится!
- Да-а, - весело усмехнулся Коля. – А вы говорите – царь, царь!..
- Не смешно! Быть президентом совсем не весело, столько ответственности… - Катя обернулась и задумчиво посмотрела на жующего Зорькина. – Коля, мне нужна твоя помощь.
Он перестал жевать и кивнул.
- Я готов.
- Я хочу, чтобы ты стал финдиректором в «Зималетто», а то у меня уже силы кончаются. Не могу я всё на себе тянуть!
Зорькин вытаращил глаза.
- Меня? В «Зималетто»? Ты не шутишь? – и посмотрел на неё с надеждой, а потом заулыбался.
Она нахмурилась.
- Коля, я тебя не на прогулку в парк приглашаю! Это очень серьёзно!
- Да я понимаю, понимаю! – затараторил он. – Но порадоваться-то могу? А потом я стану очень серьёзным, честно!
Катя вздохнула.
- Надеюсь.
- А мне аванс положен?
- Что?
- Надо же приодеться, солидности себе придать. А то я на твоём фоне теперь не смотрюсь!
Она усмехнулась, но потом кивнула.
- Ты прав. Этот вопрос я решу.
- И машину мне! – воскликнул Зорькин. – А можно Вика будет моей секретаршей?
- Коля, не наглей!
Он понуро опустил голову.
- Я тебя работать зову, а не личную жизнь устраивать. Мне помощь твоя нужна!
- Тебе хорошо говорить… У тебя-то всё под боком.
- Что всё? – не поняла Катя.
- И муж, и любовник. А я один…
Катя нервно покраснела.
- Ты хоть думай, что говоришь! Какой ещё любовник? И мужа у меня нет! Фикция одна.
Коля доел, отодвинул от себя тарелку и взял стакан с соком.
- Значит, со Ждановым у вас всё? Прошла любовь?
Катя сникла и решила не отвечать, а Зорькин фыркнул.
- И стоило из-за него идти на такие жертвы! Если бы не это, выкрутились бы!
- Прекрати, - поморщилась она. – Я поступила так, как считала нужным. Иначе казнила бы себя… было бы ещё хуже. А Андрей, он просто злится на меня, понимаешь? Считает, что я его обманула.
- Да, а ты рассчитывала, что расскажешь ему, и он сразу бросится спасать тебя! От большой любви!
- Я это не только ради него сделала, но и ради себя, так что… кого мне в чём обвинять?
- Да, вот только его любовь прошла подозрительно быстро.
Катя отвернулась от него и принялась теребить в руках полотенце.
- Не было никакой любви, Коля. Я всё придумала. У него таких, как я, знаешь сколько?
- Догадываюсь, - кивнул Коля и посмотрел на подругу с жалостью. – Ладно тебе, Пушкарёва, не расстраивайся. Такое бывает намного чаще, чем хеппи-энд.
Она согласно кивнула, хотя на глаза опять навернулись слёзы. Что ни говори, как себя ни успокаивай, а всё равно безумно тяжело.
В прихожей хлопнула дверь, и Зорькин замер, с ужасом прислушиваясь к шагам.
- Катерина, ты где? – раздался зычный голос Воропаева, а Катя лишь вздохнула.
- Здесь.
Саша показался на кухне, увидел Колю и нехорошо усмехнулся.
- О! Сплетничаем?
Зорькин заметно стушевался.
- И ничего подобного… Я в гости пришёл!
- Не лезь к нему, - попросила Катя Воропаева. – Он по делу пришёл, я позвала. Есть будешь?
Саша заглянул через её плечо в сковороду и покачал головой.
- Нет. Кофе мне свари.
Катя достала джезву и начала варить кофе. Воропаев сел за стол и насмешливо и выжидательно посмотрел на Николая.
- И что же за дела такие? Меня посвятите в свои секреты?
Коля в томлении глянул на подругу.
- Кать, можно я пойду?
Воропаев хохотнул, Катя недовольно посмотрела на него, а потом кивнула Коле.
- Иди. Завтра утром я заеду.
Зорькина как ветром сдуло. Саша только удивлённо посмотрел ему вслед.
- И что это было?
- С завтрашнего дня он будет работать в «Зималетто». Будет финансами заниматься, - спокойно сказала Катя, внимательно наблюдая за закипающим кофе.
Саша удивлённо посмотрел.
- Ты с ума сошла? Ты хочешь сделать этого чудика финансовым директором?
Катя поставила перед ним чашку, потом вернулась к плите и выключила газ. Налила кофе и только после этого посмотрела на Александра.
- Во-первых, он не чудик, он мой лучший друг. А во-вторых, он прекрасный специалист, и ты это знаешь, если изучал документы «НикаМоды». И в-третьих, я так решила!
Воропаев захохотал.
- Она решила! Смешно.
- Иди к чёрту, - пробормотала Катя тихонько.
Саша пил кофе и весело поглядывал на неё, потом хмыкнул.
- А я думал, ты нюня.
- Кто? – изумлённо переспросила Катя.
- Нюня, - с удовольствием повторил Воропаев. – Всегда такой забитой выглядела. Я всё думал, что же Жданов с тобой делал-то, а ты, оказывается, и правда… маленькая такая стервочка. Весело вам было?
Катя просто оторопела, и не знала, как реагировать на эти слова. Он говорил с такой насмешкой, при этом окидывал её весьма красноречивым взглядом, у неё от смущения даже язык отнялся. Швырнула в него кухонное полотенце и вышла из кухни. Слышала смех за спиной, и от этого опять захотелось разреветься. И не просто разреветься, а пожаловаться кому-нибудь. Уткнуться… Андрею в подмышку и пожаловаться на всех и вся, чтобы легче стало. А он бы обнял, поцеловал, пошептал что-нибудь на ушко – бессмысленное и успокаивающее.
Опять накатила тоска. Как быстро всё кончилось…
- Всё, надулась как помидорина, - ухмыльнулся Саша, остановившись в дверях её комнаты. – Ты же взрослая девочка, пора уже прекращать смущаться.
- Отстань!
Воропаев прошёл в комнату, сел в кресло напротив кровати и закинул ногу на ногу.
- Я не против. Хочешь Зорькина пристроить, давай.
Катя возмутилась.
- Спасибо тебе!
- Не язви, - усмехнулся он, а потом улыбнулся. – А знаешь, я пришёл к выводу, что быть женатым очень удобно.
Она даже рассмеялась.
- А ты ничего не перепутал? Жена и домработница – это разные вещи!
- Точно, - кивнул Саша. – У жены ещё кое-какие обязанности есть. Может, попробуем?
Пушкарёва насторожилась и сдвинулась на другую сторону кровати, подальше от него.
- Ты не посмеешь…
Он усмехнулся.
- Так и будешь хранить верность Андрюше?
- Не твоё дело.
Воропаев расстроено вздохнул.
- Ну смотри. Но если что, я не откажусь, знай, - и подмигнул ей.
- Выйди из моей комнаты! – потребовала она. – Я спать буду!
- Уйду сейчас, - успокоил он её. – Я чего хотел-то… У нас с тобой в эти выходные семейный выход.
- Что? – не поняла Катя.
- Ждановы приглашают нас на дачу. Так сказать, чтобы получше узнать нового члена семьи.
Катя запаниковала.
- Я не поеду.
- Поедешь, - решительно заявил Саша и сразу улыбнулся. – Это очень интересно. Посмотрим, что из этого получится.
- Ты с ума сошёл? А если они догадаются?
Воропаев разозлился.
- А ты сделай так, чтобы не догадались! Побольше проявлений любви и страсти. И не гляди ты на Жданова такими несчастными и голодными глазами! Смотреть противно. Он о тебе уже и думать забыл, а ты…
Катя отвернулась. Саша же наблюдал за ней с усмешкой.
- Дура ты, Катерина, впрочем, как и все бабы. Ты мне ещё спасибо скажешь! Если бы не я, запудрил бы он тебе мозги, а потом осталась бы ты… А так, смотри, что из себя представляет твой любимый Андрюша! Эгоист и выпендрёжник!
- В этом вы мало отличаетесь, - пробормотала Катя в ответ, правда, уже после того, как за Александром закрылась дверь.
Катя была замужем уже больше недели. И почти неделю она президент компании «Зималетто».
Вот только не радовали эти перемены. Всё это было ужасно…
Андрей продолжал смотреть на неё волком и каждый раз, как она приближалась, откровенно морщился. Такое явное пренебрежение кололо в самое сердце, но сделать Катя ничего не могла. Осталась одна в огромном президентском кабинете, и даже поговорить не с кем было. С тех пор, как объявили о её новой должности, все начали её сторониться, даже дамочки из женсовета. Больше не заходили просто поболтать и с собой обедать не звали. Катя подозревала, что Воропаев всё-таки сделал им внушение.
Жданов злился и кричал на неё, Малиновский старательно игнорировал, а Кира всегда выслушивала с таким видом, словно Катя ей за это отдельную зарплату платит, попросту терпела, причём с трудом.
И вообще всё было плохо. Теперь и любимая работа уже не радовала, Катя просто упорно продолжала её делать, не обращая внимания на всеобщее неодобрение.
К родителям старалась заезжать каждый день, это стало единственной отдушиной. Конечно, и с ними приходилось врать, улыбаться через силу, говорить, что у неё всё отлично. Она счастлива, и статус замужней женщины её очень радует. И муж у неё… самый замечательный. И красавец, и умный, и при хорошей должности…
Чего ещё, спрашивается?
А как она потом будет объяснять родителям причину развода? Поспешили, не сошлись характерами? Это для них не аргумент.
И всё бы ничего, можно было бы вытерпеть, если бы не Андрей. То, как он общался с ней – это один разговор, а вот как он себя вёл в последнее время – совсем другой. Да, он появлялся на работе каждый день, и даже ни разу не опоздал, но выглядел так, что сразу становилось понятно, чем он в эту ночь занимался. Малиновский выглядел ничуть не лучше, видимо, от друга старался не отставать, но на Рому Кате было наплевать, он ей никто.
Хотя и Андрей ей теперь никто, и Жданов, как мог, старался ей это продемонстрировать, чтобы лишний раз уколоть. А пару дней назад дошёл до такого, что позвонил ей в полпервого ночи и начал допытываться, «а чем же она в этот момент занимается?». Был пьян, голос хриплый и язвительный, но всем этим прикрывалась откровенная злость. Катя слышала музыку и женский смех, потом томное «Андрюша», и выключила телефон, не в силах этого выносить. Не ругаться же с ним среди ночи на всю квартиру? Да ещё с пьяным… Воропаев её потом со свету сживёт своими издёвками!
Обидно было до ужаса. Поплакала в подушку и поклялась, что завтра обязательно выскажет ему всё, что думает о его выходках!
Но Жданов, по всей видимости, даже не помнил, что звонил ей ночью. На следующий день появился ближе к десяти, и едва на ногах держался от усталости и похмелья.
И Катя его опять пожалела. И уже не думала о том, где, как и с кем он провёл эту ночь. Главное, что с ним всё в порядке, ни с кем не подрался и никуда не влез.
Понимала, что такое прощать нельзя, и именно сейчас надо начинать топтать ногами свою любовь, пока Жданов даёт ей повод, но не получалось. Вместо того, чтобы сосредоточиться на его недостатках, она находила всё новые и новые причины его пожалеть. Пару раз решалась с ним поговорить, но он просто выставлял её из кабинета Малиновского, который они теперь делили на двоих. И каждый раз, когда находился повод обвинить Андрея, Катя напоминала себе, что виновата сама. Ведь пока они были вместе, он так себя не вёл. Андрей почти не пил, был спокоен, даже голос почти не повышал, а сейчас опять всё сначала…
А сегодня она застукала его, так сказать, на месте преступления. Искала Ольгу Вячеславовну, чтобы позвать её к себе в кабинет и начать обсчитывать новую коллекцию, а в демонстрационном зале наткнулась на Андрея в компании двух моделей. Жданов лежал на подиуме, свесив ноги с бортика, а они над ним. Целовали его, хихикали, шептались между собой, а руки скользили по его телу.
Катя застыла, парализованная ужасом, а они заметили её и с любопытством переглянулись. Жданов тоже поднял голову и посмотрел на неё. Кате показалось, что в первый момент он растерялся, увидев её, даже словно смутился, а потом в момент разозлился. Глаза зло сверкнули и губы скривились в неприятной усмешке.
- Что смотришь? Не твоё дело, поняла?
Она поняла. Задержала дыхание, чтобы тут же не разрыдаться, и попятилась к дверям. Именно попятилась, потому что он продолжал смотреть на неё, не отпуская её взгляда. Вышла из зала, закрыла дверь и услышала смех девушек. Почти бегом кинулась к своему кабинету, заперлась в каморке и там уже разревелась.
Долго не выходила. Сидела в темноте и жалела себя. В кабинете звонил телефон, заходила Вика и громко возмущалась безответственностью нового президента, даже в дверь каморки стучала, но Катя никак не реагировала.
Зато когда вышла спустя час, была почти спокойна, по крайней мере, внешне. Макияж и причёска безупречны, руки не трясутся, голос ровный – можно проводить совещание. Главное, на Жданова не смотреть, и всё.
А ситуация никак не хотела исправляться.
С Воропаевым у неё складывались довольно странные отношения. Она действительно стала для него кем-то вроде домработницы. Следила за квартирой, договаривалась с прислугой, уволила кухарку и сама встала к плите. Правда, особой необходимости в этом не было, Саша ел дома только утром и очень редко ужинал, он был приверженцем питания в ресторанах. И даже появление в доме «жены», которая довольно неплохо готовила, его привычек не изменило. И получалось так, что в основном Катя готовила для себя.
С его вещами приходилось обходиться очень осторожно и трепетно. В кабинет лишний раз не заходить, а за одеждой, которую Катя отправляла в химчистку, внимательно следить, чтобы всё было в идеальном состоянии. Саша мог выйти из себя из-за любой мелочи.
Конечно, Катя могла всего этого не делать, и даже подозревала, что Воропаев и не знает, что она взвалила всё это на себя. Он домой приходил только ночевать и желал, чтобы у него всё было идеально. Катя всё успевала сделать до его появления, а Саша только наслаждался покоем – работал у себя в кабинете или шёл спать. И только иногда просил Катю сварить ему кофе. Ему было абсолютно всё равно, кто, что и как делает для того, чтобы ему было удобно. А Кате надо было что-то делать, чтобы отвлечься от всех негативных мыслей.
Они практически не разговаривали. Да и о чём? Утром за завтраком обсуждали дела, и больше тем для бесед у них не было, только если ему не приходило в голову над ней поиздеваться, когда настроение такое было. В такие моменты Катя предпочитала отмалчиваться. Ответишь – себе дороже.
Жизнь превратилась в какой-то фантастический фильм, сюжет которого никак не укладывался в голове. Настолько не верилось, что иногда долго смотрела на документы, где значилось имя Екатерины Воропаевой.
Она Воропаева, подумать только!
Остаётся только надеяться, что это ненадолго. Как только «Зималетто» выйдет из кризиса и Александр станет президентом, она разведётся и уволится. Это она уже решила.
И постарается забыть обо всём. И обо всех, включая Андрея. Начнёт новую жизнь.
Лишь бы дождаться этого.
>>>>>>>>>>>>
- Я сказала ему всё, что думаю о его поступке! И его жене! Блажь какая-то! Это надо же было догадаться - жениться на Пушкарёвой!
Андрей досадливо поморщился и подлил себе ещё виски.
Чёрт его дёрнул согласиться приехать к Кире! Уже минут сорок выслушивал её, и ни конца, ни края её выступлению видно не было.
Сегодня она его буквально атаковала. Поймала перед тем, как он уже собрался уходить с работы, и начала жаловаться на жизнь. И на Сашку, и на него самого, Андрея. Что всем на неё наплевать, никому она не нужна.
Жданову с самого утра было откровенно тошно, а уж после того, как совершенно глупым образом попался на глаза Кате, как раз в тот момент, когда пытался немного отвлечься от страданий в компании двух миловидных девушек, стало совсем невмоготу. И застыдился своего поступка. Видел, как она смотрела на него, глаза были такими несчастными, что у Андрея внезапно ёкнуло сердце. И из-за этого он разозлился, на себя в первую очередь. И накричал на неё, а она гордо вздёрнула подбородок, да так высоко, что Жданов понял – она сейчас заплачет. И его накрыла волна бешенства.
Конечно, ни о каких дальнейших развлечениях и речи быть не могло. Он вернулся к себе в кабинет и немного походил туда-сюда, меряя пространство широкими шагами. Благо, что Ромки не было, и можно было дать волю чувствам.
Его просто выводила из себя мысль о том, что Катя так умело притворяется. И ведь до сих пор! Спектакль закончился, а она всё продолжает раскланиваться. Ведь сыграла уже свою роль и приз получила, но всё равно продолжала чего-то ждать от него.
Андрей уже ничего не понимал. Вроде всё ясно как Божий день, но кто-то внутри него до сих пор отказывался верить, что все две недели, что они были вместе, Катя ему врала. Ведь так смотрела, такое ему говорила!.. Чтобы так врать, надо быть очень циничным человеком. Как Сашка.
Два сапога пара, как говорится.
Но что тогда сейчас происходит? Самолюбие не позволяет отпустить от себя бывшего любовника? Ведь неспроста все эти взгляды…
У него время от времени мелькала мысль отомстить Воропаеву. То есть, вернуть Катерину в свою постель. Андрей искренне считал, что много усилий для этого не потребуется. И пусть Сашка бесится, потому что скрывать этого Андрей не будет. Кто-то ведь должен ответить за то, что его так бессовестно обманули!
Но потом… когда Жданов представлял себе Катю в объятиях Воропаева, его начинало тошнить. По-настоящему, даже изжога начиналась. А это видение приходило как по заказу, стоило только подумать о Пушкарёвой – и пожалуйста! И что было делать? Не головой же о стену биться! Это уже последняя стадия белой горячки. Вот и пил, надеясь, что думать об этом перестанет.
И как ей удалось его провести? А всё её невинные глазки и тихий голосок. Разыграла всё как по нотам, видно, долго готовилась. А он дурак, как есть дурак!
А как-то подумал о том, что если бы знал заранее обо всём, то нашёл бы способ перехитрить Сашку и уговорил Катю остаться с ним, не отпустил бы. Простил.
Подумал об этом и испугался. Неужели и правда, простил бы?
Он боялся этих мыслей.
Чем она его так зацепила? Своими глазками невинными? Так ложь всё!
Сегодня Андрей собирался поехать домой. Домой, один, просто отдохнуть и выспаться надо было, но его перехватила Кира. Вцепилась в него, поплакалась, а потом попросила отвезти её домой. У Жданова не нашлось причин ей отказать. Можно было нахамить, отказаться, но сил уже не осталось. Кира обрадовано затараторила, когда поняла это, подхватила его под руку, и они вместе пошли к лифту.
А когда подъехали к её дому, она как-то незаметно уговорила его подняться к ней, немного посидеть и поговорить. Андрей не соглашался, он просто не стал сопротивляться.
Кира вся светилась от неведомого счастья, изображала из себя жену и хозяйку. На столе появился ужин и бутылка хорошего вина. Себе Андрей налил виски и вскоре просто привалился спиной к кровати, сидя прямо на полу перед небольшим столиком, за которым они ужинали, и вздохнул, продолжая слушать непрерывную речь Киры. Надолго её благодушия не хватило, и уже совсем скоро она перешла к гневному осуждению поступка брата, и даже не замечала, как всё чаще болезненно морщится Андрей, когда она упоминает имя своей нежданной невестки.
- А эта… выскочка! Я совершенно не понимаю, как твой отец мог так поступить! Назначить её президентом компании! У меня это просто в голове не укладывается, Андрей!
Он вздохнул.
- Сашка сам так решил.
- Он решил! – воскликнула Кира. – Думаешь, о чём она с ним в кабинете говорила? Упрашивала! А он!.. Все вы, мужики, одинаковые! Только с виду крутые и себе на уме, а как юбку короткую увидите, обо всём на свете забываете!
- И где ты короткую юбку увидела?
- Где, где… А думаешь, как она его обхаживала? Видел, как она теперь наряжается? Только понять не могу, как она так быстро из страшилы превратилась в человека!
Жданов невесело хмыкнул и опять потянулся за бутылкой.
- А ты не думаешь, что это было сделано специально?
- Что ты имеешь в виду?
Он пожал плечами.
- Всего несколько месяцев в таком виде, чтобы втереться в доверие, а теперь надобность в маскараде отпала.
Кира потрясённо смотрела на него некоторое время, а потом присела на кровать рядом с Андреем.
- Вот же мерзавка!.. Она хуже, чем я думала! Андрей, надо рассказать всё Саше!
Жданов поперхнулся и закашлялся.
- Зачем?
- Как это зачем? Выведем эту хищницу на чистую воду!
Андрей помотал головой.
- Кира, ты думай, прежде чем говорить! Твой братец всё это и затеял!
- Неправда!
- Правда. Кто от всего этого выиграл? Сашенька родной! Что и следовало доказать.
Воропаева нахмурилась.
- Ты думаешь?
- Уверен.
Она печально вздохнула.
- Ужас какой-то… Я не ожидала от него такого.
- Я ожидал, - мрачно проговорил Жданов. – Вот только расслабился немного, и он в спину ударил!
Кира внимательно смотрела на него, потом забралась на постель с ногами и прилегла, обняв Андрея за шею. Он напрягся, Кира почувствовала, но рук не убрала.
Жданов допил виски залпом и поморщился.
- Андрюш, я так соскучилась по тебе.
Он вздохнул.
- Кир, ну что ты делаешь, а?
- Ну а что? – Воропаева мягко рассмеялась. – Просто хочу помириться со своим суровым мужчиной. Что в этом такого? Давай больше не будем друг на друга обижаться, - погладила его, а потом начала неторопливо расстёгивать пуговицы на его рубашке. Её пальчики пробежались по его обнаженной груди.
Андрей почувствовал какую-то странную внутреннюю дрожь и закрыл глаза. А Кира не растерялась, сама повернула его голову и поцеловала.
- Андрюша мой, - шепнула она, сильнее прижимаясь к нему.
Андрей ответил на её поцелуй, сначала неохотно, а потом в сознании произошла какая-то вспышка, и вот он уже развернулся и повалил Киру на постель. Кира довольно вздохнула и обняла его.
- Милый мой, любимый… Я так тебя люблю.
Жданов поднял голову и посмотрел на неё.
- Повтори.
Кира улыбнулась.
- Я тебя люблю.
Андрей в этот момент внимательно смотрел ей в глаза, пытаясь уловить тот самый особенный взгляд, увидеть волшебную искорку, которая была во взгляде Кати, когда она сказала ему эти слова, услышать ту же интонацию.
Но Кира смотрела на него совсем по-другому, скорее с торжеством и удовольствием, именно из-за того, что он сейчас с ней.
Андрей вдруг понял, что такого разочарования он не испытывал никогда в жизни. И даже в тот момент, когда узнал об этой нелепой свадьбе, почувствовал злость и возмущение, но не разочарование. А вот сейчас задушило. Опёрся на руки и тяжело вздохнул.
- Андрюш, поцелуй меня.
«Да, мы ещё празднуем, никак остановиться не можем, да, милая?»
А если они именно сейчас?..
В груди начало сильно давить, и с этим надо было срочно что-то делать. А рядом женщина, которая может помочь ему избавиться от этого самого разочарования.
Но он сомневался, правда, всего пару секунд, а потом поцеловал Киру.
И пусть всё остальное катится к чёрту!..
_________________  - Расскажите о себе в двух словах.
- Всякое бывало 
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
)
Очень интересный сюжет, любопытные характеры героев , нехилая интрига. Всё как всегда. 
Любимая, потрясающе! 
Да ещё сердечко свое любящее успокаивать от ждановской неприязни. Любимая, пожалей девочку! 
Ох, с каким же удовольствием я буду ждать этого момента. 
Главное - дождаться! 
Но в таком случае получается, что Катька вся из себя такая вуууууумная-вумная, а Жданов - идиот... Что он идиот - это, так сказать, аксиома, но Катька как-то уж черезчур хладнокровная получается. Одно дело инструкция, которая заставляла её себя в руках держать в моменты, когда она начинала плыть, а здесь-то её нет... Ну на людях понятно, а вот наедине мне кажется, тормоза должны были бы отказать... ИМХО
а потом такое сладкое-сладкое ДОЛГОЖДАННОЕ примирение. 
