Чёртова дюжина! 
(И хочу поблагодарить Птичку и Екатерину за помощь. Без них бы я эту ситуацию ни за что не разрулила!)
***** 13 *****
Несколько дней Катя радовалась наступившему в жизни спокойствию. Всё было как в сказке – любимая работа, любимые родители, и любимый мужчина рядом. Они с Андреем почти не расставались, даже обедали вместе, а после работы ехали к нему домой и несколько часов проводили занимаясь любовью или просто разговаривали.
А через пару дней Катя вдруг заметила, что фотография Киры с каминной полки исчезла. Понимание того, что Андрей сам её убрал, просто оглушило. Катя боялась, что Жданов заметит её мечтательное состояние, и поэтому прятала от него глаза, просто поцеловала, да так страстно, что Андрей удивлённо посмотрел на неё.
- Что случилось?
Она поспешно отвернулась и покачала головой. А сама в душе ликовала.
И в какой-то момент поняла, что в ней просыпается новое чувство. Собственническое. Очень хотелось, чтобы этот мужчина принадлежал только ей, хотелось иметь на него какие-то права, знать, что он всегда будет только с ней…
Эти чувства были неправильными, Катя это прекрасно понимала. И вряд ли когда-нибудь станет реальностью, а если она начнёт демонстрировать это желание, может только испортить их отношения. Ведь кому, как не ей, знать, насколько Жданов не любит, когда им пытаются им управлять, навязывать ему свою волю свою волю. Вот и с Кирой у него из-за этого не сложилось, а уж куда Кате с Воропаевой тягаться? Ни сил, ни возможностей…
Девочки из женсовета за обедом пытались выпытать у Кати, где и на какие деньги она приобрела себе такой шикарный гардероб. Маша даже, сделав страшные глаза, выдала предположение, что у их Кати появился богатый и влиятельный любовник. Пушкарёва даже поперхнулась, когда это услышала, и с трудом откашлялась. Дамочки рассмеялась, а Катя поторопилась смущённо покраснеть, чтобы не вызвать лишних подозрений.
Родители с трудом привыкали к её новому внешнему облику, папа каждое утро, когда она собиралась на работу, начинал ворчать и выговаривать что-то маме, но та только махала на него руками и предупреждающе шикала. А как-то Катя услышала её слова:
- Девочке надо жизнь свою устраивать! Мужа искать!
Катя только грустно улыбнулась. Бедные родители, даже подумать не могут, что их дочка, нравственностью которой они всегда так гордились, без зазрения совести спит со своим почти женатым начальником и счастлива от этого. И что по ночам теперь долго лежит без сна, сходя с ума от того, что не может почувствовать то, что теперь стало необходимостью. Без хорошей порции здорового секса уже и не уснуть. А всё Жданов виноват! Ему недели хватило, чтобы кардинально изменить её жизнь и мироощущение. Хотелось всего и сразу, и Андрея Жданова в своё полное распоряжение. Чтобы никто не смел врываться их маленький мир.
Зорькин вернулся с температурой, жутким кашлем и обветренным лицом. Но при этом как мог храбрился и рассказывал какие-то невероятные истории о том, как выслеживал ночью кабана. Валерий Сергеевич недоверчиво усмехался, а Катя искренне недоумевала, зачем надо было выслеживать бедного кабанчика, да ещё ночью, когда ему, да и Зорькину тоже, надобно спать и похрюкивать во сне.
Елена Александровна отпаивала Колю чаем с малиновым вареньем и мёдом, а он ходил по дому с перевязанным шерстяным шарфом горлом и сипел, продолжая поражать воображение семейства Пушкарёвых невероятными историями из жизни настоящих мужчин.
Но всё это было неважно. Это было за гранью, за которой в данный момент жила Катя. Сейчас был важен только Андрей, как он смотрит, как прикасается, как улыбается ей и только ей. И появилась потребность заботиться о нём, ведь Андрюша должен поесть вовремя, надо отправить его костюмы в чистку, серьёзно поговорить с домработницей, которая совершенно не хотела заниматься своими обязанностями в той степени, в которой должна, привыкла, что Андрей и не замечает ничего, главное, чтобы по полу вещи не валялись. Катя всё сразу же взяла в свои руки, и даже мысленно возмущалась и не понимала Киру. Как можно было так всё запустить? Бедный Андрюша…
Вот только телефона боялась как огня. Однажды машинально сняла трубку и услышала голос Маргариты Рудольфовны. Та приняла её за домработницу и принялась выспрашивать, где её сын. Катя от ужаса чуть в обморок не упала. Что-то пробормотала, пытаясь говорить приглушённо, чтобы Маргарита не узнала её голос, а потом сама над собой смеялась. Чтобы Маргарита Рудольфовна узнала её голос? Да она наверняка имя её не с первого раза вспоминает, а тут голос!
Больше к телефону не подходила. Андрей если звонил, то всегда на мобильный, поэтому и решила просто игнорировать домашний телефон.
У Андрея она проводила по нескольку часов в день, в основном после работы, хотя иногда заезжала днём, чтобы пообщаться с домработницей или успеть что-нибудь приготовить на вечер. И не смогла удержаться, чтобы не накупить на кухню всяких безделушек, «безумно нужных и просто необходимых», как она уверяла Андрея. Он в ответ только смеялся.
Но всё равно она чувствовала себя чужой в его квартире.
- Я хочу, чтобы ты осталась сегодня.
Андрей каждый вечер это говорил. И смотрел умоляюще, а потом улыбался так зазывно, что Катя поневоле начинала улыбаться в ответ.
- Андрюш, я не могу, ты же знаешь! Папа меня ни за что не отпустит!
Жданов повалился обратно на постель и застонал.
- Надо что-то придумать! Давай на выходные куда-нибудь махнём? Скажем, что в командировку срочную. Это прокатит?
Катя всерьёз задумалась, а потом пожала плечами.
- Может, - и улыбнулась. – Правда, поедем?
Андрей сел на постели и кивнул.
- Поедем. Иди ко мне.
Она покачала головой.
- Нет, мне уже ехать надо. Половина десятого, Андрюш.
- Знаю, но всего на минутку. Иди.
Катя, уже почти одетая, подошла к кровати и села, тут же угодив в объятия Андрея. Он её поцеловал в висок и довольно вздохнул.
- У тебя загранпаспорт есть? Можем, слетать куда-нибудь к солнышку на выходные.
- Я летать боюсь, - шёпотом призналась она.
Жданов удивлённо посмотрел.
- Со мной и боишься?
Катя засмеялась и покачала головой.
- С тобой не боюсь.
- Вот и отлично. Я подумаю об этом.
Ещё раз чмокнул её в щёку и встал с постели. Катя осталась сидеть, неожиданно задумавшись о неприятном. Смотрела, как Андрей одевается, а потом всё же решилась спросить:
- Андрюш, а Кира ведь скоро приедет, да?
Он обернулся и посмотрел на неё. Потом пожал плечами.
- Понятия не имею. А почему ты спрашиваешь?
Катя закусила губу и не ответила.
Жданов вздохнул. Надел через голову свитер, прошёлся по комнате, стараясь быстренько придумать, что сказать.
- Кать, мне всё равно – приедет Кира или нет. Я тебе уже говорил!..
Она быстро кивнула.
- Да, я помню. Просто беспокоюсь немного.
- Нечего беспокоиться, - раздражённо проговорил Андрей. – Я всё решил. Почему ты мне не веришь?
- Я верю. Тебе верю, просто… не может быть всё так просто.
Он лишь фыркнул.
- Мне уже всё равно – просто или сложно. После случившегося наше примирение с Кирой просто невозможно, ты понимаешь? Да я и не хочу! И совсем не понимаю, почему мы с тобой должны об этом говорить. С Кирой я сам всё решу!
Это не твоё дело. Это не прозвучало, но Катя прекрасно поняла, что он имел в виду. И спорить здесь было не с чем. Действительно, не её дело.
- Не злись. Я просто беспокоюсь.
Он вздохнул, потом кивнул.
- Я знаю. Но нечего об этом думать. Не надо портить вечер. Мы едем?
Катя поднялась.
- Да, конечно. Родители ждут.
Андрей обнял её и примирительно поцеловал в висок.
- Не грусти, маленькая. У нас всё хорошо.
>>>>>>>>>>>
- Вы ставите сложные задачи, Александр Юрьевич.
Ярослав Ветров закинул ногу на ногу, поболтал в пузатом бокале благородную жидкость янтарного цвета и сделал глоток.
Воропаев наблюдал за ним с прищуром, потом усмехнулся.
- Я тебе хорошо плачу, Ярослав Борисович. Или ты не доволен?
Ветров активно замахал на него руками.
- Ну что вы! С этим всё в порядке! Но действительно сложно. Доказать, что Жданов сознательно закупал контрафактные ткани… Это почти нереально.
Александр одним глотком допил коньяк, поставил бокал на стол, а пальцем медленно очертил край.
- Трудно, но возможно.
Ярослав вздохнул.
- Деньги ваши, Александр Юрьевич.
Тот кивнул.
- Именно. И у меня к тебе ещё одно дело. Нужно, чтобы кто-нибудь походил за Ждановым.
- Хотите установить за ним слежку? Думаете, что он будет с кем-то встречаться? Тогда уж может и за Малиновским?
- Плевал я на Малиновского, - довольно грубо отозвался Александр. – У Жданова новый роман, я хочу знать имя этой женщины.
Ветров презрительно фыркнул.
- Какая-нибудь новенькая моделька!
Воропаев покачал головой.
- Непохоже. Нужно узнать, кто она. Говорят, она просто чудо, а не женщина!
- Даже так?
- Работай, Слава, работай! И людям своим отдыхать не давай! Пусть зарплаты отрабатывают! Я хочу знать всё, что происходит в «Зималетто». Сколько ещё Жданов сможет удерживать компанию на плаву? Когда мне наносить решительный удар, и куда именно бить?
Ветров долго смотрел на него, а потом нерешительно усмехнулся.
- Вас опасно злить, Александр Юрьевич.
Воропаев улыбнулся, хотя скорее оскалился.
- Со мной опасно не считаться, Слава, а тем более обижать моих сестёр. А Андрюша об этом забыл. Вот и получит по самое не балуйся.
Ветров замялся.
- Вы всерьёз собираетесь его посадить?
Воропаев пожал плечами.
- Я ещё не решил… Но я его раздавлю. Однозначно.
Этот разговор произошёл несколько дней назад, а сейчас Александр Воропаев был готов получить ответы на все свои вопросы. К тому же, статья в «Финансовом вестнике», которая попалась ему вчера на глаза, только добавила остроты сложившейся ситуации.
Ветров разложил на столе папки и, странно улыбаясь, начал:
- Ну и нюх же у вас, Александр Юрьевич! Я, признаться, до конца не верил, что Жданов мог до такой степени запустить дела, но… Но, но, но! Вы оказались правы! «Зималетто» действительно заложена, причём довольно сомнительной компании под названием «НикаМода».
- «НикаМода», - задумчиво повторил Александр, постукивая пальцами по столу. – Не слышал…
- И не могли слышать! Я подозреваю, что эта компания и была специально создана, чтобы поглотить «Зималетто» в нужный момент.
Воропаев усмехался, пролистывая документы, а потом коротко поинтересовался:
- Перспективы?
Ярослав покачал головой.
- Практически никаких. Доказать факт мошенничества будет очень трудно. У компании есть деньги, довольно круглая сумма… по меркам небольшой компании, они кредитоспособны. А знаете, кто владелец «НикаМоды»? Точнее, владелица?
Александр посмотрел на него рассержено.
- Я не собираюсь играть с тобой в загадки, Слава! Я тебе не за это деньги плачу!
Ветров заметно стушевался, но тут же попытался напустить на себя побольше важности.
- Екатерина Валерьевна Пушкарёва! А адрес фирмы – я специально проверил! – это её домашний адрес. И работает в компании кроме неё только один человек, некий Николай Зорькин.
Саша усмехнулся.
- Очень интересно! Значит, Жданов заложил компанию, отдал её в руки своей страшненькой секретарши? И за что же ей такое доверие?
На лице Ветрова расползлась неприятная ухмылка.
- А вот это, Александр Юрьевич, ещё интереснее! – и протянул Воропаеву другую папку. Тот её открыл, и из неё посыпались фотографии. – Вы просили последить за Ждановым, выяснить, кто его новая пассия. Посмотрите сами. Я лично глазам своим не поверил!
Воропаев начал неспеша перебирать снимки. Вот Жданов в каком-то магазине с пакетами в руках, разговаривает по телефону, а рядом молодая женщина. Она стоит вполоборота и держится за его локоть. Вот он её обнимает, наклоняется к ней за поцелуем… Вот они уже на улице, садятся в машину, Андрей открывает ей дверь. Опять поцелуй. В магазине, на улице, у машины… Фотографий было великое множество, Саша старательно их проглядывал, но женщина редко стояла лицом к объективу, в основном боком или вообще спиной. Попадались редкие снимки, где было видно её лицо, Воропаев с интересом её рассматривал, но чтобы узнать?.. Стройная, эффектная, личико довольно милое, даже красивое, и ноги просто потрясающие, это Саша почему-то сразу отметил. А если ко всему этому присовокупить всё то, что говорил о ней Жданов, то действительно идеал!
- Они практически не расстаются, - насмешливо продолжал тем временем Ветров. – Обедают почти всегда вместе, после работы к нему, и только вечером, в районе десяти, он отвозит её домой. Но при этом, насколько я понимаю, свои отношения они не афишируют. На людях строго на «вы» и всячески показывают, что отношения у них только официальные.
Саша удивлённо посмотрел.
- Хочешь сказать, что они работают вместе?
А Ярослав неожиданно захохотал.
- Вы её тоже не узнали? И я не узнал, пока вчера своими глазами не увидел! Александр Юрьевич, это Пушкарёва!
Воропаев подавился дымом и закашлялся. Поспешно положил свою трубку на специальную подставку и изумлённо посмотрел на Ветрова, а потом снова на фотографии.
- Ты в своём уме?
- В своём, - кивнул Ярослав. – Всё «Зималетто» только об этом и говорит в последнее время. Чудесное преображение Екатерины Валерьевны после новогодних праздников!
Александр неверяще покачал головой, отыскал снимок, на котором девушку можно было нормально рассмотреть, и жадным взглядом начал выискать сходство.
На этой фотографии она улыбалась, но толка от этого мало, раз Саша до этого ни разу не видел, как Пушкарёва улыбается. Но на зубах этой девушки не было брекетов. И очки совсем другие, и причёска. В лёгкой шубке нараспашку, в сапогах на высоченной шпильке, с волосами, рассыпавшимися по плечам, и с искренней, беззаботной улыбкой она смотрелась очень даже… ЧЕГО!
- Это правда Пушкарёва?
Ярослав кивнул.
- Она. И Жданов с ней спит.
Воропаев мрачно усмехнулся.
- Он не просто с ней спит. Он собирается ею заменить мою сестру.
Ветров неприлично вытаращил глаза.
- В смысле?
- Жениться он на ней собрался.
- Да ладно! Хотя… после всего, что она для него сделала…
Саша не ответил, задумался и опять нервно забарабанил пальцами по столу, а потом вдруг стукнул ладонью по полированной поверхности.
- Так, что у нас с тканями?
Ветров с сожалением покачал головой.
- Ничего мы не докажем. Да, договаривались они напрямую, но доказать, что Жданов с Малиновским всё знали… Это нереально. Конечно, можно заплатить кое-кому, но ни один суд это всерьёз не примет.
Саша откинулся на спинку стула и стал смотреть в стену.
- А суд мне и не нужен. Сделай мне это признание. Запиши на плёнку, и в письменном виде, для страховки.
Ярослав нахмурился, но спорить не посмел.
- Хорошо, Александр Юрьевич… если хотите.
- Хочу! Я всё хочу и побыстрее! Я его за свою сестру в дерьме утоплю! А то посмотрите на него!.. нашёл себе девочку, достойную его самолюбия!.. Посмотрим, как он ужом на сковороде извиваться будет! Готовь документы!
>>>>>>>>>>>>>
Всё закончилось в один день. Утром Катя как обычно пришла на работу, и Андрей сообщил, что уезжает.
- Отец просит срочно приехать, - сказал он, преданно заглядывая ей в глаза. – Намечается выгодный контракт, я должен быть в Лондоне. Это очень важно, ты же сама понимаешь.
Слишком преданно Андрей смотрит ей в глаза, немного виновато даже. Катя отвела взгляд и кивнула. Что ей оставалось?
- Катюш, - Жданов засмеялся и обнял её. - Ну что ты, в самом деле? – слегка встряхнул Катю, а руки заскользили по её телу, пытаясь отвлечь от ненужных мыслей. – Скажи, думала обо мне этой ночью?
Катя тихонько вздохнула и обняла его, послушно подставив губы для поцелуя. Отвечала достаточно пылко, но в голове билась лихорадочная мысль – уезжает! В Лондон, к родителям, в другую жизнь… А там Кира, которая наверняка захочет с ним помириться всеми правдами и неправдами.
И закончится их спокойная жизнь…
- Я вернусь очень быстро, - шептал Жданов. – Максимум через неделю… А ты пока поскучаешь обо мне, - таинственно улыбнулся. – А когда я вернусь, поедем отдыхать. Придумай пока, куда ты хочешь.
И весь вечер говорил о предстоящих выходных, Катя тему поддерживала, но лишь для того, чтобы отвлечься самой от мысли о его отъезде. Вот только уже этим вечером, между лёгким разговором, Андрей начал собирать чемодан. Катя ему помогала, как могло быть иначе? А ночью плакала, уткнувшись лицом в подушку.
Утром, когда уже собиралась выходить, чтобы поехать на работу, позвонил Андрей и попросил приехать к нему домой. Катя заволновалась. Поймала на проспекте такси, и мысленно поторапливала водителя, желая быстрее доехать.
- Андрюш, что случилось? – взволнованно спросила Катя, как только Жданов открыл ей дверь. Андрей втянул её в прихожую, закрыл дверь и тут же принялся расстёгивать пуговицы на Катиной шубе. – Что ты делаешь? – засмеялась она. – С ума сошёл?
Андрей заулыбался.
- У меня есть два часа перед тем, как надо будет ехать в аэропорт. Хочу провести их с тобой.
Катя замерла. Жданов уже снял с неё шубу, рьяно принялся избавлять её от остальной одежды и потянул за собой в комнату, а Катя изо всех сил старалась справиться с накатившим отчаяньем.
- Через два часа? Я думала, вечером…
- Нет, солнышко, я в половине первого улетаю. Катюш, ну не расстраивайся! Мы с тобой неделю не увидимся, как я жить-то буду? Иди ко мне, поцелуй…
Очень трудно заниматься любовью, когда горло перехватывает рыданием, а глаза наполнены слезами. Катя пыталась успокоиться, как могла, уговаривала себя, а когда поняла, что это бесполезно, решила постараться не встречаться с Андреем взглядом, чтобы Жданов ничего не заметил.
А потом всё продолжала лежать, закутавшись в одеяло и прижавшись щекой к подушке Андрея. Ведь если встанет, то это означает, что пора прощаться…
- Тебе завтрак приготовить? – всё же спросила она.
- Нет, я уже ел. Лежи.
- На работу надо, - пробормотала Катя, с тоской наблюдая за тем, как он одевается, и совершенно не представляла, как сегодня войдёт в его кабинет, а Андрея там не будет.
- Не выдумывай. Отдохни спокойно.
Она встрепенулась.
- Тебе уже пора?
Андрей только кивнул, надел свитер и поспешно вышел из комнаты. Катя осталась сидеть на постели, сжавшись под одеялом в комок. Жданов вернулся, подошёл к кровати и сел. Посмотрел как-то странно, а потом наклонился и поцеловал её, как целовал редко – очень нежно. Слёзы сами полились из глаз. Катя обняла его за шею и всё-таки разревелась.
- Ну, слёзы в три ручья, - засмеялся Андрей, гладя её по обнажённой спине. – Действительно маленькая!.. Ты и не заметишь, как пройдёт неделя, и я вернусь.
- Замечу…
Он только головой покачал.
- Глупенькая. Не плачь! – а потом что-то положил на прикроватную тумбочку. – Это тебе. А мне пора, я уже такси вызвал.
Катя посмотрела на тумбочку и увидела связку ключей на ней.
- Что это?
Жданов вздохнул.
- Ключи от моей квартиры. Я сделал тебе дубликат.
Катя изумлённо посмотрела на него.
- Мне?
Он снова засмеялся.
- Ну а кому? – потянулся к её губам за быстрым поцелуем, но Катя вдруг вцепилась в него. Обняла сильно-сильно, а потом поцеловала сама.
- Я тебя люблю.
Андрей замер, когда услышал эти слова, растерялся, сердце как-то нервно скакнуло, но он заставил себя улыбнуться, а потом подумал и сказал:
- И я тебя, маленькая… А сейчас мне пора. И прикройся, Кать, а то я на самолёт опоздаю! – сказал это специально, чуть возмущённо и поддразнивая её, но для себя. Чтобы не зациклиться на словах о любви.
Она схватила одеяло и натянула на себя. Жданов улыбнулся ничего не значащей улыбкой, а сам никак не мог отвести взгляд от её глаз – в них словно огонь горел. Такое счастье, такая преданность, и всё это с налётом грусти – он уезжает. Кажется, ни одна женщина до этого момента так на него не смотрела.
«Во что ты вляпался, Жданов?» - пронеслось у него в голове, и он с трудом вздохнул. Мотнул головой, чтобы избавиться от наваждения.
Выставил из спальни чемодан, потом вернулся к кровати, чтобы ещё раз поцеловать Катю.
- На работу не торопись сегодня, хорошо? Отдохни.
- Ты мне позвонишь? – голос дрогнул.
Андрей кивнул.
- Конечно, как только прилечу. Не волнуйся. Всё, я пошёл. А ты не плачь! Что ты из-за ерунды расстраиваешься?
Катя закусила губу, чтобы сдержать слёзы, и стоически кивнула. И выглядела в этот момент так трогательно и так печально, что Жданов не выдержал, снова подошёл к ней и поцеловал. И сам же на себя разозлился.
- Сумасшествие какое-то! – больше не взглянув на Катю, вышел из спальни.
Она сидела, напряжённо вслушиваясь в его шаги, а потом хлопнула входная дверь, и в квартире воцарилась тягостная тишина. Пушкарёва всхлипнула, теперь уже таиться было не от кого, и опять легла, накрывшись с головой одеялом. Постельное бельё ещё пахло Андреем и, казалось, ещё хранило его тепло.
Он только вышел за дверь, а она уже тоскует. Как неделю прожить без него? Да ещё зная, что рядом с ним там Кира…
Но у Кати теперь есть ключи от его квартиры. Он сам их ей дал. От квартиры, а такое чувство, что от своей жизни.
На работу она приехала во время обеденного перерыва. Прошла по пустынным коридорам, поражаясь тишине, царившей на офисном этаже. Вики на месте тоже не оказалось, и Катя даже вздохнула с облегчением. С Клочковой сейчас встречаться никак не хотелось.
Катя смело открыла дверь в кабинет Андрея, не ожидая от судьбы никакого подвоха. И застыла в дверях.
Человек, сидящий в президентском кресле , развернулся, медленно и вальяжно крутанувшись на кресле, и у Кати тревожно застучало сердце от плохого предчувствия.
Александр Воропаев с любопытством разглядывал её не меньше минуты, а потом пакостно улыбнулся.
- И где же вы ходите, Катенька? Я вас уже часа полтора жду.
Катя медленно втянула в себя воздух, стараясь успокоиться.
- Александр Юрьевич? Что вам нужно?
Он пожал плечами.
- Так, зашёл поболтать.
Пушкарёва наконец решилась закрыть дверь и прошла к столу. Остановилась в паре шагов и выжидательно посмотрела на незваного гостя.
- Зря. Андрей Палыч сегодня улетел в Лондон.
- А я знаю! – порадовал её Воропаев. – Представляете, Катенька, а я к вам!
Катя постаралась не отвести взгляда от его наглых, насмешливых глаз.
- Кстати, вы мне так и не ответили, - продолжал глумиться Воропаев. – Где вы гуляете до обеда? Никак Андрюшу провожали? Любимого своего, - а заметив, как она мгновенно побледнела, быстро добавил: - начальника!
- Что вам нужно? – повторила она, насторожившись.
Саша развёл руками.
- А вы не догадываетесь? – и засмеялся. – Зашёл на вас посмотреть! Прошёл слух о чудесном превращении лягушки в царевну.
Катя быстро сменила нервную бледность на смущённую пунцовость. Александр хлопнул в ладоши и захохотал.
- Как мило! Катенька, вы не устаёте меня поражать!
- Прекратите немедленно! – рассердилась Пушкарёва. – Говорите, что вам нужно, и уходите!
Воропаев театрально вздохнул, а потом поднялся и шагнул к ней. Катя испуганно отступила, но Александр вдруг как хищник прыгнул вперёд, и Катя даже не успела опомниться, как оказалась прижатой к стене. В ужасе уставилась в его лицо, встретила опасный взгляд и на какой-то момент даже дышать перестала.
А он вдруг взялся за пуговицу её шубы и потянул.
- Катя… терина Валерьевна, - с нехорошей усмешкой продолжил Саша. – А не сходить ли нам в ресторан? Пообедать?
- Я не хочу…
- Хочешь. Разговор есть. И не для этих стен. Не мне тебе рассказывать, что здесь нельзя говорить ни о чём серьёзном. Сразу все обо всём узнают. А разговор у нас будет очень занимательный. Пошли.
Он не просил, он приказывал. И говорил и смотрел так, что ослушаться она просто не могла. Сердце оглушающее колотилось, и было понятно, что случилось что-то серьёзное. Разве иначе Воропаев вспомнил бы о её существовании?
Александр подталкивал её вперёд, а потом просто довольно больно взял за локоть и потащил за собой. Катя пыталась вырваться, но ничего не получалось – Воропаев держал цепко и при каждом её рывке зло зыркал на неё. Как назло навстречу никто не попадался, обеденный перерыв ещё не закончился, и Катя начала паниковать. Хоть кричи, а нет никого!
Воропаев вызвал лифт, а сам повернулся и принялся беззастенчиво разглядывать свою жертву. Катя отвернулась, а он засмеялся. Двери лифта открылись, и из него высыпал женсовет в полном составе. При виде Александра заметно стушевались, смущённо поздоровались, но потом всё-таки окружили Катю.
- Ты пришла! Мы ждали, ждали! Обедать без тебя пошли.
- Я задержалась, девочки, - тихо проговорила Пушкарёва, кидая на Воропаева настороженные взгляды.
- А Жданов уехал, да? Ему тут звонили, Кать. А как же ты теперь без обеда? Хочешь пирожок?
Она покачала головой, и вдруг почувствовала, как твёрдая рука буквально вытащила её из круга подруг и уже через секунду Катя оказалась прижата к боку Александра. А его рука нагло легла на её талию.
- Ничего, мы с Катюшей сейчас пообедаем, да, милая?
Катя только успела заметить изумлённые лица дамочек, как уже влетела в лифт, только рукой успела упереться, чтобы совершенно глупо не впечататься лицом в стену. А сзади уже Воропаев, снова запросто приобнял её и игриво подмигнул женсоветчицам. Двери закрылись, и Пушкарёва в первый момент никак не могла справиться с потрясением. А потом со всей силы толкнула своего обидчика в грудь.
- Вы спятили, что ли? Что вы делаете? Вы знаете, что теперь начнётся?
Александр усмехнулся.
- И что же начнётся?
- Да они из этого такое раздуют!.. О Господи! – и даже глаза от отчаяния прикрыла.
Саша усмехнулся.
- Ничего. Думаю, после нашего обеда это тебе покажется такой мелочью, - «успокоил» он её, а Катя снова испуганно посмотрела на него.
- Что вы имеете в виду?
Воропаев не ответил и рукой указал на открывшиеся двери.
Александр привёз её в «Лиссабон», вот только провели их не в общий зал, а в отдельный кабинет, что Катю напугало ещё больше. Воропаев тут же расположился в кресле, отложил портфель и с усмешкой наблюдал за тем, как официант помогает Кате устроиться напротив. Пушкарёва была напряжена, заметно нервничала, и даже руки дрожали, но она сцепила их в замок. И посмотрела на своего мучителя в упор.
- Что вам нужно? Говорите, я не хочу здесь задерживаться.
Саша фыркнул от смеха.
- Какая смелая девочка! Вы неплохо держитесь, Катенька!
- Вы позвали меня сюда поиздеваться?
- Ну что вы? Пообедать! Что будете заказывать?
- Я ничего не хочу, - каменным голосом проговорила она.
Александр не обращая на неё внимания, принялся делать заказ. Официант всё записал и выжидательно посмотрел на Катю. Она разозлилась.
- Воды. Без газа, с лимоном.
Воропаев засмеялся.
- Даме то же, что и мне. И воды.
И прежде чем она успела возразить, молоденький официант уже вышел из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь.
Пара минут царила тишина, из-за чего Катя нервничала ещё больше, не зная, к чему себя готовить. То, что ничего хорошего она сейчас не услышит, итак было понятно, но к чему весь этот ненужный антураж?
- Я вас слушаю, Александр Юрьевич, - наконец не выдержала она. – О чём вы хотели поговорить?
Он усмехнулся, а потом сказал:
- А ты симпатичная. Даже красивая. Не ожидал, признаться. Но так даже интереснее.
Катя в упор смотрела на него, пытаясь понять к чему все эти комплименты, от которых её заметно коробило.
- Мне всё это надоело! – решила предупредить она его. – Либо вы мне всё объясняете, либо я ухожу!
- Куда? Куда ты денешься? А сказать мне есть что. А пока спрошу. Жданов у тебя действительно первый?
Кате показалось, что в голове разорвалась атомная бомба. Все мысли и предположения, которые она строила, разлетелись в разные стороны, и стало просто страшно.
- Что?
А он захохотал.
- А покраснела-то! Ладно, это я шучу так… Но всё-таки не хорошо спать со своим начальником, согласись. Банально и пошло.
Странно, что она не сумела порвать скатерть. Пальцы судорожно вцепились в ткань и с невероятной силой, как показалось Кате, потянули в разные стороны.
- Я не понимаю, о чём вы говорите.
Воропаев гадко хохотнул.
- Я почти поверил! – а потом потянулся за своим портфелем. Достал оттуда папку и почти швырнул на стол перед Катей. – Смотри.
Она несколько секунд не решалась открыть. Только разглядывала выглядывающий наружу уголок фотографии, а потом вытащила её и сразу зажмурилась. Они с Андреем целуются на стоянке перед супермаркетом. Это было пару дней назад. Катя даже папку открывать не стала, итак понятно, что там. Сколько ещё таких фотографий? Какая разница?
- Какая гадость, - пробормотала она, а Саша премерзко заулыбался.
- Тебе лучше знать! Я со Ждановым никогда не целовался!
С трудом справилась с дыханием. Медленно втянула в себя воздух и посмотрела на него.
- Что вы хотите? Что вам это даёт? Меня унизить? Какой смысл?
В дверь деликатно постучали, и появился официант. Вкатил столик на колёсиках и в напряжённой тишине начал накрывать на стол. Катя наблюдала за ним, стараясь спрятаться от ехидного взгляда Воропаева. Но и это продлилось недолго. Разлив вино, официант также молча удалился. Катя сидела замерев.
Александр же совершенно спокойно встряхнул салфетку и принялся за еду. Время от времени поглядывал на Катерину, но лишь усмехался и ничего не говорил. Так прошло минут пять, потом Александр надменно поинтересовался:
- Ну что? Подумала?
- О чём?
- О своей нравственности и высоких моральных принципах, - хмыкнул он. – Ты ведь не глупая девочка и сама прекрасно понимаешь, что с одними фотками, даже не интимного характера, я бы к тебе не пришёл. Какое мне вообще дело до того, с кем Жданов спит? Тем более до тебя? Кто ты такая?
Катя покачала головой.
- Для вас? Никто.
- Вот именно, - кивнул он, удовлетворившись её ответом. – И не забывай об этом. У меня в портфеле лежит другая папочка, содержание которой намного занимательнее. И на тебя там пара бумажек тоже найдётся. И на дружка твоего. Как его зовут? Николай Зорькин, кажется?
У Кати во рту пересохло.
- Он то здесь причём?
- А как ты хотела? Сначала всеми силами помогаем Жданову скрыть банкротство компании, создаём фиктивную компанию, а виноват незнакомый дядя? Так не бывает.
Катя слушала Воропаева, смотрела, как он спокойно ест, аккуратно разрезая мясо на маленькие кусочки, а сама отказывалась верить в происходящее. Как такое могло произойти? Откуда он всё узнал?
Саша будто прочитал её мысли и усмехнулся.
- Не так уж и трудно было. Плохо вы таились.
- Это всё неправда! «Зималетто» не банкрот! Мы выберемся! И не создавали мы никакой фиктивной компании! «НикаМода» вполне законна!
Саша покивал с умным видом.
- А кто спорит? Жданову действительно повезло. Такую умную девочку себе в постель заполучил. Слепил из неё то, что ему больше нравится и во всю пользуется.
- Неправда!
- Ой, ой! – засмеялся он. – Ещё скажи, что он тебя любит! Сразила нашего Андрюшу стрела Амура!
Катя промолчала, а на глаза навернулись злые слёзы.
Саша исподтишка наблюдал за ней, внимательно отслеживая каждую эмоцию. Потом вытер губы салфеткой, взял бокал с вином и расслабленно откинулся на спинку кресла, продолжая разглядывать совсем сникшую Катю, причём почти с удовольствием. А потом вдруг нахмурился.
- Ну что ты сидишь, как курица и страдаешь? Меня это больше не развлекает! Короче так, нам надо найти выход из этой ситуации. Выход, который устроит меня.
- Какой… выход? Собираетесь Кире Юрьевне всё рассказать? Но это…
- О тебе и Жданове? – переспросил Саша, а потом захохотал. – Больно надо! Мне вообще плевать, что у них там происходит! Я, конечно, сестру люблю и в обиду не дам, но если она дура такая… Не наделил Бог моих сестёр мозгами, все мне достались!
Катя даже не нашлась, что ответить.
- Тогда что? Что вам нужно?
Саша смотрел на неё долго и молчал, а потом неверяще покачал головой.
- Ты действительно не понимаешь, - констатировал он это как истину. – Мне нужно то, что в данный момент принадлежит тебе.
Катя недоумённо нахмурилась.
- В смысле?
Воропаев чуть вином не подавился.
- Дура что ли совсем? Жданов мне на фиг сдался? Я предпочитаю получить материальное удовлетворение. Я хочу получить «Зималетто», а компания сейчас принадлежит тебе.
Катя неприлично вытаращилась на него.
- Вы в своём уме? Как вы себе это представляете? Для этого придётся переписать на вас «НикаМоду». Я никогда не соглашусь!
Саша лишь снисходительно усмехнулся.
- А куда ты денешься?
Она упрямо помотала головой.
- Нет!
Воропаев посмотрел на неё долгим взглядом, а потом пожал плечами.
- Да? Ну что ж, нет так нет. Но только готовься носить своему любимому начальнику передачи в тюрьму.
- Что? Вы о чём? – перепугалась Катя.
- О том, что мошенничество у нас уголовно-наказуемо, Катенька. А Жданов мошенничал, спасая компанию. Будете отрицать?
Катя прикрыла глаза, стараясь успокоиться.
- Это недоказуемо, вы это знаете, Александр Юрьевич.
Он пожал плечами.
- Скорее всего, ты права. И то, что он прекрасно знал, что покупает контрафактные ткани, я тоже не докажу.
Вот этого Катя уже стерпеть не могла.
- Это неправда! Андрей ничего не знал! Это случайность! Мы не одни на этом погорели!
- Это меня не интересует. А вот то, что он договаривался с поставщиками напрямую – я знаю. И у меня есть доказательства того, что они с Малиновским всё знали. Есть один человек, который готов дать показания в суде.
Пушкарёва похолодела.
- Я вам не верю.
Воропаев усмехнулся. Достал из портфеля ещё одну папку, а из неё какую-то бумагу и протянул Кате.
- Заверено нотариусом. А ещё есть аудио запись.
Катя пробежала глазами текст. Сердце колотилось и мешало сосредоточиться.
Неужели Андрей мог это сделать? Но ведь он тогда не хотел слушать никаких доводов, упёрся в этот «УзбекистонТекс», а ведь были и другие возможности. Правда, деньги были больше, но… Они с Малиновским настояли.
Господи, какие дураки!
Веришь Воропаеву?
Катя покачала головой.
- Не может быть такого, - но получилось не очень уверенно. Александр заметил и победно усмехнулся.
- Вы сами себе не верите, Катя. Чему вы противитесь? Доказательствам? Ведь сами знаете, что я прав. Жданов зашёл за черту. Считает себя безнаказанным.
- Вы не посмеете… его посадить. Кира и… Ждановы вам этого не простят!
- Думаете? Конечно, сначала будут в шоке, но кто виноват? Я? Не-ет! Андрюша виноват! А Пал Олегыч, так тот вообще человек очень принципиальный и всегда считал, что если человек совершил ошибку, то должен сам за неё ответить.
С этим нельзя было не согласиться. Осталась только небольшая надежда…
- Вы не докажете! Ничего не докажете!
Он кивнул.
- Вы правы. Но я утоплю Жданова! После скандала никто ему и руки не подаст! Компанию развалил, связался с контрабандистами, подставил всех, кого только можно… Вот потеха-то будет, да? И уж тогда Кира точно одумается. Она не любит неудачников! А вы, Катя, вы любите неудачников? Хотя, о чём я спрашиваю? После всего, Жданов будет вспоминать ваше имя с содроганием, и вас, как виновницу всех своих бед. И не важно, что виноват он, Жданов привык искать виноватых рядом, на себя пенять не привык!
Катя закрыла глаза и безнадёжно вздохнула.
- Что вы хотите?
Воропаев радостно подскочил на кресле.
- А я хочу всё! «Зималетто», кресло президента, ну и на закуску, так сказать, в качестве поощрительного приза, его женщину.
Катя сначала не поняла.
- Что? Какую женщину?
Он захохотал.
- Тебя, тебя. Не хочешь, чтобы Жданов загремел по полной – согласишься. И не надо так на меня смотреть! Насиловать я тебя не собираюсь, больно надо. Просто страхуюсь, милая. Мне не надо бумажек липовых с обещаниями отдать мне «НикаМоду», я хочу гарантий. А гарантией будет твоя фамилия.
Катя лишь помотала головой, совершенно отчаявшись что-либо понять в его коварных планах.
- Станешь Воропаевой и как говориться, всё у нас с тобой станет общим. Подпишешь одну бумажку полезную…
- Я? Воропаевой? С какой стати?
- Станешь, - тон стал жёстким и злым. – И тогда разбираться будем за закрытыми дверями. Андрюшу тихо сместят, и пусть себе живёт дальше. Как хочет и с кем хочет. Хоть с Кирой, хоть с Малиновским. Только подальше от моей компании. Как тебе такая идея?
Катя схватилась за голову, а потом разозлилась и швырнула Воропаеву папку обратно.
- Всё это бред! Я сейчас же звоню Андрею и…
- И я, как только ты отсюда выйдешь, позвоню своему знакомому журналисту. И Андрюшу нашего у трапа самолёта будет встречать толпа журналистом, а может и воронок казённый. Кто знает, что они ещё накопают? Журналюги, они народ ушлый, иногда такое раскопают, что просто диву даёшься! И неизвестно где после этого Жданов окажется! На Магадане или на Северном полюсе, чтобы спрятаться от позора. А ты себя потом съешь, и правильно. Могла всего этого избежать, а из-за своей дурацкой гордости…
- Да какой гордости? – в отчаянии выкрикнула Катя. Всё, что Воропаев излагал таким спокойным тоном, у неё просто в голове не укладывалось. – Бред, - повторила она.
Саша пожал плечами и довольно разулыбался.
- Может быть, может быть, но этот бред мне на пользу. Как я могу такой шанс упустить? В общем, я тебе свою позицию изложил. У тебя на раздумье почти сутки. Я в ЗАГСе договорился, завтра в полдень расписываемся. Думай, но не советую особо перенапрягаться. Я тебя всё равно обыграю. У меня на руках все козыри.
Он поднялся, посмотрел на Катю почти с жалостью, отмечая, как уныло она разглядывает свою тарелку с нетронутым обедом. Положил перед ней папку с документами.
- Это копии, я специально для тебя постарался. Почитай ради интереса, на что твой любимый горазд. А если думаешь, что он ради тебя всё это делал… - и язвительно усмехнулся. – Не будь дурой. Влетишь с ним по полной. Тебе это надо? Да тебя после этого скандала заклеймят вместе с ним! Я же предлагаю лучший выход из всего этого – и волки сыты и овцы целы, как говорится. Завтра в десять жду твоего звонка. В одну минуту одиннадцатого звоню в редакцию одной очень неприятной газетёнки и Жданову конец. Поняла?
Катя не ответила и не пошевелилась.
Александр что-то пробормотал себе под нос, засмеялся и вышел.
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Название начало проясняться.
Бедная Катенька 
КА-РА-УЛ!!!!! -вобщем....
Главное чтобы от Андрея ничего не скрыла,а с ним посоветовалась.
Мне очень понравилось,но так разволновалась,что забыла поблагодарить в первом сообщении.