|
Не прошло и много-много лет
29
Катю поражала Ждановская способность кого угодно куда угодно затащить. Больше вопросов о том, как Зорькин мог в финансовые махинации впутаться, не было. Жданов затащил! Однозначно. А теперь то же самое с ней творит. И слава Богу, что к денежным вопросам его «затаскивания» отношения не имеют. Но по воле этого самого Жданова она сейчас сидит на берегу моря, а Андрей спокойно рядом лежит в расслабленной позе. Руку за голову положил и в темнеющее небо смотрит. Вид у него при этом безмятежный такой, спокойный. А она, Катя, только диву дается, как и зачем она здесь оказалась.
Все с его второй попытки поцеловать ее началось. Хотя нет, третьей попытки, и Кате лишь надеяться оставалось, что попытка эта последняя будет. Так вот, на следующий день он появился перед ней с огромным букетом цветов в качестве извинений и всяческих заверений, что он больше никогда, он клянется, обещает, а еще у него тур на двоих в Египет куплен, и второй Катя быть должна. Вот должна ему и точка. От такого нахальства Жданова Катерина дар речи потеряла, а Андрей не потерял настойчивости и уже через несколько дней ее затащил в самолет. Катю! В самолет! Она пыталась ему объяснить, что летать боится. Правда, пыталась, но Жданова это не остановило ни на минуту. Он начал ей что-то рассказывать о собственных страхах, потом о страхах Малиновского, от последних рассказов Катерина покраснела и все пыталась заставить Андрея замолчать. В общем, как они до Египта долетели, Катя не заметила. И про страх свой забыла начисто.
Потом были пирамиды, сфинкс, плавания с аквалангом…
Теперь вот он лежит и на темнеющее небо смотрит.
- Я тут подумал…
- Думать Вам, Андрей Палыч, бывает вредно, - мстительно заметила Пушкарева, - Не доводит это Вас до добра.
- Кать, а что для тебя счастье? - выдал вдруг Андрей, проигнорировав ее высказывание, повернулся к ней и посмотрел вопросительно.
- Счастье? - как-то расслабленный Ждановский тон с серьезностью вопроса не сочетался, и Катерина решила ответить в шутливом манере: - Чтобы после Зорькина пирожки и мне доставались.
- А что не достаются? - удивился Андрей.
- По всякому бывает, - не стала вдаваться в подробности Катерина.
Андрей покивал, лег и поудобнее устроился. Снова небо стал рассматривать. Только тон его окончательно сменился, что Катю напугало.
- Мне казалось, что счастье - это отцу доказать, что я способный вообще-то парень. Дел в результате наворотил… Ты в курсе… Попытался другого человека счастливым сделать. Получилось еще хуже… Причем обоим… Ты не знаешь, но ты спасла меня… Нас обоих спасла, Кать… Спасибо тебе…
Кате совсем не понравилось какой оборот их разговор принимает. Вот же Жданов! Зачем он опять все портит? Ведь так хорошо было. И снова он… То с поцелуями… Теперь вот…
Встать бы, да уйти…
- Однажды ты мне сказала, что врать всю жизнь не хочешь. И я подумал, что в этом счастье. Рассказать все, во всем признаться и тогда облегчение наступит. Но… Легче стало, правда… Но знаешь… Я понял, когда же я был по-настоящему счастлив. Не спросишь когда?
Катерина головой замотала. Не нужна ей эта информация.
- Когда мы с тобой ночью по «ЗимаЛетто» гуляли. Помнишь… - скорее не спросил, а подтвердил Андрей. - Самая удивительная ночь в моей жизни. Ни на одну другую не похожа…
- Не сомневаюсь, - выдала Катерина.
- Это хорошо. Хорошо, что ты во мне не сомневаешься, - засмеялся он, - Кать, - протянул ее имя, - признайся ведь тебе тогда тоже было хорошо. И вообще со мной… Тебе же нравится проводить со мной время. И поездка эта наша тебе нравится. Верно? Кажется, я наконец-то повзрослел, - продолжил он так и не дождавшись от нее ответа, - И теперь хочу, чтобы все по-другому было. Сам до конца не знаю как, но точно знаю, как не хочу. Может быть… Попробуешь со мной? Ты боишься…
- Андрей… - он не двигался, продолжал вроде как небом любоваться, но Катя чувствовала, что нет-нет, а на нее посматривает, наблюдает. - Я не боюсь… Просто мы… Мы слишком разные. И я… Не место мне в твоем мире, - произнесла она, наконец, абсолютно честно. Вот зачем он это из нее вытянул? Точно «тиран», как Милко и говорит.
- Хочешь правду? - она кивнула. - Нет никакого «моего мира». А если и есть мне в нем тоже не место… Во всяком случае в том, в котором я жил последние годы. Столько всего произошло… Но я точно знаю, чего я хочу. - Он сел и к руке ее потянулся. За руку взял. Дождался, когда она на него взглянет: - Я хочу узнать, - задумался и выдал: - Что для счастья нужно? И без тебя мне не разобраться. Просто никак. А вдвоем ведь веселее и не так страшно, - хитро усмехнулся он, - Давай вместе разберемся. Ты со мной?
- Андрей…
- Рискнем?
- У тебя с рисками плохо получается.
- Ну все же не всегда. Так что? Со мной? Часть отгадки у нас уже есть: не врать. Что еще? Узнаем?
Катя на него во все глаза смотрела. Пыталась понять, чего же она так боится. С Мишей быть не хотела, он слишком давил, а Жданов… А Жданов был недосягаем. Этим и притягивал и интриговал. Когда-то. А потом ей просто было с ним хорошо, приятно и легко. И хотелось это ощущение продлить. Не хотелось терять эти отношения. Его терять не хотелось? Именно поэтому и соглашалась снова и снова на все его авантюры. Неужели сможет отказаться сейчас? От этой самой главной?
- У тебя удивительная способность, Андрей Палыч. Ты умеешь втягивать людей во всякие… Дела.
- Но я никогда их там не бросаю…
- Это да. Ответственности ты не боишься. Думаю для нашего счастья это пригодится.
- Для нашего?
- Для нашего.
Посмотрела на него внимательно, со значением. Но он целовать ее не спешил. Ах, да, он же пообещал. Пришлось самой к его губам потянуться. А он улыбнулся победно и только потом ее поцеловал.
- Ты не пожалеешь, - прошептал он ей, - Обещаю.
Конец.
_________________
Веди себя хорошо только тогда, когда это веселее, чем вести себя плохо! (с)
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Неужель будет Андрюша страдать, как Илюша Ковригин? 
Спасибо 
