|
2.
Андрей наклонился и поцеловал жену.
- Всё хорошо? – шепнул он ей на ухо.
Катя улыбнулась и кивнула. Глянула на Малиновского, который старательно отводил от них глаза, и вздохнула. Снова кивнула.
- Всё хорошо. Я буду у себя в кабинете.
Жданов сжал её руку.
- А я у себя, - и игриво подмигнул ей. Катя поневоле заулыбалась вполне искренне. Осторожно освободила свои пальчики из его ладони и пошла по коридору, а вскоре скрылась за дверью.
Андрей задумчиво смотрел ей вслед, а после вздохнул. Рома стоял у него за плечом и с интересом смотрел в том же направлении, пытаясь понять, что так увлекло друга.
- Что-то случилось? – спросил он.
Андрей обернулся и посмотрел на него с тоской во взгляде.
- О-о, - протянул Рома. – Поругались?
Жданов не ответил, кивнул в сторону своего кабинета и они направились туда.
- Палыч, так поругались или нет? – переспросил Малиновский, закрывая за собой дверь.
- Поругались и уже помирились, - ответил Андрей, снимая куртку. – Кажется.
Рома сел в кресло и закинул ногу на ногу.
- На небе безоблачного счастья появились первые тучки?
Андрей нервно отмахнулся.
- Если честно, я просто в растерянности, Ромка. С Катей что-то происходит, а я никак не могу её понять. Она говорит, что я несерьёзный и детей не хочу. Что я не готов. Представляешь?
Малиновский хмыкнул.
- А ты хочешь?
- А почему нет? – искренне удивился Жданов. – Родители только этого и ждут – и её, и мои. Да и не бедные мы люди, Ромка, если понадобится, отряд нянек наймём. А Катя всё чего-то боится, упрекает меня.
Малиновский выразительно вздохнул.
- Вот по этому я и не женюсь. Быт любовь убивает.
Жданов досадливо поморщился, достал из ящика бутылку виски и два стакана.
- Не говори ерунды. Если такие мелочи убивают, значит не любовь.
- И у тебя внутри ничего не пошатнулось? – не поверил Рома.
- Скажешь тоже. Я её люблю, а всё остальное – переживём. Сейчас покапризничает немного и успокоится. Что я, Катьку не знаю? Она у меня умница.
Рома поболтал в стакане виски и одним глотком выпил.
- Так вы не картину на стену покупаете, Андрюх. Это ребёнок. А когда дело касается детей, у баб мозги набекрень съезжают. Совершенно невменяемыми становятся. Слушай, а может у неё этот… как его?.. гормональный сбой? Вот и скандалит.
Жданов тоже сделал глоток и пожал плечами.
- Да кто его знает?.. Но я же всё для неё делаю, разве не так? Ты свидетель, Малиновский.
Тот согласно закивал.
- Я её люблю, - продолжал Андрей. – Без памяти. А ей всё чего-то не хватает! Если бы я мог, я бы ей луну с неба достал! А она требует чего-то непонятного и смотрит так, словно я идиот, потому что никак не могу её понять. Обижается. И что я должен делать? Пойди туда – не знаю куда, и принеси то – не знаю что. Я ей клянусь, что хочу ребёнка, а она не верит.
Рома вздохнул.
- Да не обращай ты внимания, Андрюх. Нам их логику ни за что не понять.
- Знаешь, я даже подумывал выбросить к чёрту все таблетки, - в сторону проговорил Андрей. – Думаю, забеременеет и всё это наконец закончится, успокоится тогда.
Малиновский хохотнул.
- Я даже знаю почему не выбросил. Сдрейфил, да?
Андрей вздохнул и кивнул.
- Споткнулись мы с ней на какой-то глупости. И кажется, скоро зайдём в тупик. Надо что-то с этим делать, а что – не знаю.
- А что обычно делаешь?
Жданов пожал плечами.
- Праздник ей устраиваю. Но что-то мне подсказывает, что в этот раз у меня этот фокус не пройдёт.
- Ну и расслабься тогда. Всё само наладится. Работай над наследником и жди счастья.
Андрей неожиданно обиделся.
- А ты меня не учи. Сам женись сначала. А у меня брак счастливый, по любви.
- Вот-вот, - с готовностью поддакнул Рома. – А жениться надо по расчёту. Проблем меньше.
Жданов скривился.
- Ну-ну. Кстати, моя тёща просила тебе передать, что больше тебя ни с кем знакомить не будет. Ты уже всех дочек её подруг испортил?
Малиновский возмущенно вытаращил на него глаза.
- Но она-то этого не знает!
- Не дай Бог узнает. Я тебя убью тогда.
- Да ладно. Должно же мне повезти. Вдруг бриллиант встречу?
- Ага, в золотой оправе. Чтобы бриллиант получился, Ромка, сначала невзрачный камешек огранить надо. Чтобы засверкал. Ты бы хоть учился на чужих примерах.
- Я помню, помню. Катенька у нас алмаз.
Андрей кивнул с улыбкой. Рома только головой покачал, глядя на его довольную физиономию. Поднялся и подтянул джинсы.
- Алмаз алмазом, а проблем всё равно не меньше. Из чего следует, что исключений в жизни не бывает. Грустно, конечно.
Ромка ушёл, а Андрей навалился на стол, подпёр голову рукой и задумался. Чтобы такое придумать, чтобы Катя подобрела? А главное, успокоилась.
Очень хотелось, чтобы она успокоилась и снова стала мягкой девочкой.
Очень хотелось понять её.
----------///----------
Маша сунула в рот конфету и вздохнула.
- Знаешь, Кать, а я иногда жалею, что пошла у Воропаева на поводу и уволилась. Всё-таки какое-то дело у меня было.
- А сейчас нет?
- В том-то и дело, что нет. – Тропинкина снова вздохнула и вдруг встрепенулась. – Я тебе не мешаю?
Катя покачала головой.
- Хоть отвлечься, поболтать с тобой. Сколько не виделись?
- Месяц почти.
- Как отдохнула?
- Хорошо, - кивнула Маша. – Я люблю Испанию. Красиво, солнечно. И вкусно. – Вздохнула и протянула руку за ещё одной конфеткой. – Поправилась на два килограмма. Просто ужас какой-то.
Катя засмеялась.
- А говоришь, по работе скучаешь. Когда тебе скучать-то?
- Это, конечно так, но… Ладно. А у вас как дела? Какая-то ты невесёлая. Снова поругались?
Катя заметно приуныла и кивнула.
- И очень серьёзно на этот раз. Вчера Ждановы к нам приходили и… в общем, сама понимаешь.
Маша внимательно слушала её, потом сказала:
- Кать, да роди ты ему ребёнка, раз он так хочет.
Катя закусила губу.
- Это не он хочет. А Андрею ребёнок не нужен.
Тропинкина фыркнула.
- А где ты видела мужика, которому нужен? Возьми того же Воропаева. Ты для себя роди, а Жданова будешь воспитывать параллельно с ребёнком.
Катя сняла очки и потёрла переносицу.
- Я не знаю. Мы с Андреем перестали понимать друг друга.
Маша побарабанила пальцами по столу.
- И не спите вместе, что ли?
Катя едва заметно улыбнулась.
- Ну почему?.. С этим у нас как раз всё в порядке.
- Тогда всё не так плохо, - уверенно заявила Маша.
Катя вздохнула.
- Но на одном сексе семью не построишь, Маш. Мы ругаемся и выясняем отношения, а потом ложимся в постель как ни в чём не бывало. А на утро дружно делаем вид, что ничего не случилось. Но проблему это не решает!
Маша нахмурилась.
- А я знаешь, что поняла, Кать? Что не надо искать проблему там, где её нет. Андрей тебя любит, он к твоим ногам готов весь мир положить. Я о таком даже мечтать не могла. И прости, конечно, но я думаю, что ваши проблемы сами по себе уйдут с рождением ребёнка.
- А если не уйдут? Если станет ещё хуже? А между нами будет ещё и ребёнок, а он ни в чём не виноват. Ты же сама мне сколько раз жаловалась, что Егорке без отца плохо. – Катя вздохнула. – Мы с Андреем перестали понимать друг друга. Он хочет одного, а я другого. И никак не можем договориться.
- А как же любовь? – уныло поинтересовалась Маша.
Катя печально улыбнулась.
- Тебе любовь помогла?
Маша встрепенулась.
- Ты меня с собой не сравнивай! Андрей тебя любит.
- И Сашка тебя любит, - уверенно заявила Катя. Постучала костяшками пальцев по столу. - Он вот такой упрямый, но он тебя любит.
Тропинкина замахала на неё руками.
- Хватит, Кать. Я больше ничего не хочу слышать о любви. Я устала от сомнений Воропаева и от него самого. Слава богу, я довольно быстро поняла, что всё бесполезно. А продолжать биться головой о стену из упрямства и во имя призрачных надежд… надоело. Пусть живёт один. Как сыч. Мне наплевать. – Она говорила отрывисто, в голосе звучала обида, и Кате стало очень её жаль.
- Маш…
- Да ладно, - отмахнулась Тропинкина. – Это пройденный этап. Я больше не позволю ему над собой издеваться. А у меня всё хорошо! Я может, замуж выйду…
- А как же Егор?
- А Егор привыкнет!
Они помолчали, грустя каждая о своём, а потом Маша вздохнула.
- Лёшка очень хороший, Кать, - тихо проговорила она. – Он так ко мне относится… Сашка таким никогда не был. Да и не будет. А я иногда себя просто ненавижу. Лёшка такой хороший, а я… всё ещё думаю об этом… дураке. Когда всё это кончится?
- Да никогда, - вздохнула Катя.
Маша недовольно посмотрела на неё, но потом кивнула.
- Кать, а помнишь, как мы мечтали? Я с Сашкой, а ты с Андреем. Как счастливы будем, помирим их. А что вышло? Сидим и страдаем из-за них. Всё-таки жизнь – штука несправедливая.
- Не говори так. Нам выпал шанс и мы им воспользовались. А уж что из этого получилось…
- Тебя Андрей очень любит, такое редко бывает.
- Я знаю.
- Вот и не руби с плеча. Вы же такие счастливые были. Не может всё так закончиться. Это только первое испытание.
- Наверное, ты права. Нам с Андреем надо всё обсудить.
Маша закивала.
- Да, да. Поговори. Всё у вас будет хорошо, я знаю. По-другому не может быть. Иначе я точно в любви разочаруюсь.
Катя улыбнулась.
- Ну теперь я точно сделаю всё, что от меня зависит.
- Да, ты уж постарайся, - в тон ей ответила Тропинкина.
- Постараюсь, - со вздохом проговорила Катя.
Сразу после ухода Маши, Катя решила пойти к Андрею. Не говорить, нет. Офис – не место для важного разговора. Захотелось просто пойти к нему и побыть рядом.
Когда она вошла в кабинет, Андрей сразу отложил в сторону документы, которые изучал, и улыбнулся жене.
- Ты по мне соскучилась?
Она подошла и присела на край стола перед ним. Кивнула.
- Очень.
Жданов положил руки на её талию, потом повёл их вниз, а сам смотрел Кате в глаза.
- Я рад, что ты пришла. Вроде и помирились, а я всё равно чувствую себя неуютно.
- И я, - призналась она.
Андрей улыбнулся и уткнулся лицом в её живот.
- Я тебя люблю. В это ты хоть веришь, недоверчивая моя?
Катя запустила пальцы в его волосы.
- В это верю.
- Сядь. – Он усадил её к себе на колени, обнял и сунул руку под подол её юбки. Катя уткнулась носом в его волосы, обняла его за шею и засмеялась.
- Ты просто невозможен, Андрюш. Давай не будем больше ругаться?
Он вздохнул и покачал головой.
- Боюсь, у нас не получится.
- Почему? – насторожилась Катя.
- Да потому что. Потому что, чтобы перестать ссориться, мне надо перестать тебя расстраивать. А для этого нужно что?
- Что?
- Мне нужно понять, чего ты от меня хочешь. – Поцеловал её в плечо. – Расскажешь мне?
Она улыбнулась.
- Расскажу. Только не сейчас.
- Почему?
Катя пожала плечами.
- Здесь не место, Андрюш. Давай дома? – она улыбнулась и наклонилась к его лицу. – Я ужин приготовлю. Мы с тобой поговорим.
Он хитро улыбнулся.
- Ужин при свечах?
Катя поцеловала его в щёку.
- Если хочешь.
- Очень хочу. Только… - Андрей слегка нахмурился.
- Что такое?
- Да у меня сегодня встреча с Полянским, он очень настаивал. – Жданов обнял жену. – Но ты не расстраивайся. Я недолго. Поговорю с ним и домой, хорошо?
Катя обняла его и сильно прижалась.
- Я вчера тебя разочаровала, да?
- Что ты такое говоришь? – удивился он. – Глупости. – Убрал с её лба чёлку. – Я же тебя прекрасно знаю, тебя сильно беспокоит вся эта ситуация. Но у нас всё будет хорошо. Я обещаю. Я буду сама серьёзность. Ты этого хочешь? – Жданов надул щёки и серьёзно посмотрел на неё. Катя засмеялась и поцеловала в лоб.
- Тогда я поеду домой и буду тебя ждать, да?
Он кивнул.
- Я постараюсь не задерживаться.
Улыбался ей, пока она не вышла за дверь, а потом громко вздохнул, радуясь тому, что кажется обошлось.
------------///------------
Воропаев подкинул сына под потолок, засмеялся вместе с ним, а потом прижал к себе. Повернулся, встретил Машин хмурый взгляд и тоже нахмурился. Опустил Егора на пол и хлопнул пониже спины.
- Беги, играй.
Ребёнок тут же приуныл.
- Ну папа! Ты же обещал мультики со мной посмотреть!
- Посмотрим. Сейчас я с мамой поговорю и приду. Иди.
Егор через плечо оглянулся на мать и обиженно выпятил нижнюю губу. Засопел, но ничего не сказал. Саша требовательно и выжидательно смотрел на него. Егор поддел ногой ковёр, но из кухни вышел, оставив родителей наедине. Воропаев дождался пока сын скроется за дверью гостиной, и только тогда обернулся к Маше.
- Ну что ты всё волком на меня смотришь?
Маша не сдержала язвительной усмешки. Кинула на него раздражённый взгляд, схватила чашку с остывшим чаем и сделала жадный глоток. А потом всё-таки не удержалась от упрёка.
- Ты опоздал. Ты должен был привезти его ещё час назад.
- А я к тебе в няньки не нанимался, между прочим. И с сыном я буду проводить столько времени, сколько захочу, - в тон ей ответил Александр. – Или ты у нас теперь пунктуальная стала? Какие глобальные изменения.
- Прекрати надо мной насмехаться!
Воропаев сел за стол, взял из вазы яблоко, поразглядывал его, а потом откусил. И снова посмотрел на Машу, с вызовом посмотрел.
- Милая, что случилось? Ты злишься? – спросил он, не переставая жевать.
У неё рука дрогнула, Маша чуть чашку не уронила. Наградила Воропаева убийственным взглядом, а он довольно рассмеялся.
- Я тебе не милая.
Он равнодушно пожал плечами.
- Как скажешь.
И отвернулся от неё. Смотрел в окно и жевал яблоко. У Маши от волнения и досады голова кружилась. Ну почему, почему он такой непробиваемый?
Семейного счастья у них так и не случилось. И вроде жили неплохо, но уж слишком сильно было его внутреннее сопротивление. Возможно и старался стать хорошим мужем, но этот факт уж слишком его волновал. Ведь «посмотрим», это тоже отношения, которые требуют самоотдачи и ответственности, а эти чувства Александра пугали. Он возился с сыном, проводил с ним всё свободное время, а Машу словно намеренно отодвигал в сторону. Будто боялся, что привыкнет к тому, что она всегда рядом, что станет ему необходимой.
Маша чувствовала его страх, но сделать ничего не могла. Старалась на него не давить, надеялась, что так Саша скорее привыкнет и перестанет отгораживаться от неё, но он сопротивлялся и оказался сильнее неё. Его устраивала жизнь рядом с сыном, ему нравилось приходить по вечерам домой и видеть Егора, а вот присутствие женщины рядом настораживало. Маша стала приходить к выводу, что она живёт в его квартире только в качестве приложения к сыну. Она о них заботилась, обустраивала быт, и на этом всё заканчивалось. Ночи… ночи – это ночи. Единственное время, когда Саша проявлял к ней явный интерес. Поначалу Машу обнадёживало именно это. Он её хотел, и она надеялась, что спустя какое-то время он перестанет сопротивляться и пустит её не только в свою постель, но и в свою душу. Но в какой-то момент она устала этого ждать.
Совсем недавно считала, что вытерпит и простит ему всё, только бы Сашка шанс ей дал. И вот он, этот шанс выпал, но воспользоваться им оказалось не так просто. Воропаев официально признал сына, но о том, чтобы узаконить и их отношения, разговора даже не заводилось. Да Маша и не настаивала, это было бы уже слишком. Её статус и так заметно изменился. Егор стал Воропаевым, и Маша для всех, хоть и не официальной, но женой Александра. Позже она себе не раз задавала вопрос – а уж не это ли его спугнуло? Сашка не хотел жениться, просто отчаянно не хотел и наверное считал, что ему удалось успешно этого избежать, а как оказалось… В глазах общественности – женат. На них даже в самом начале «поздравления» обрушились. Искренние и не очень, но сам факт Воропаева сильно раззадорил. Вот тогда он и начал усиленно отодвигать её в сторону.
Нет, он бы не расстался с ней, Маша почему-то была в этом уверена, побоялся бы потерять сына. Так бы и жили и возможно оба в итоге привыкли к такому положению вещей, но в Маше вдруг гордость взыграла. И смелости прибавилось. Если уж бороться за счастье, то всеми возможными способами. А счастливой очень хотелось быть. После того, как главная мечта сбылась и принесла разочарование, очень, просто навзрыд, захотелось быть счастливой. Пусть и не с Сашкой.
Кто сказал, что только с ним она может быть счастливой?
Эта мысль зрела в Машиной голове пару месяцев, а после очередного скандала по какому-то незначительному поводу, когда Сашка довольно резко поставил её на место, психанула, побросала в сумку вещи, взяла ребёнка и ушла. И тогда, к собственному удивлению, даже не ждала, что он попросит её вернуться.
Но он попросил. Не просил прощения, не пытался с ней помириться, просто хотел, чтобы она вернула ему сына. Она отказала. Воропаев тогда так побелел, что Маша даже испугалась за него. Правда, последующий его рык заставил почувствовать страх за себя. Зажала уши руками, и всё то время пока он кричал, остановившимся взглядом смотрела в окно, а потом спокойно повторила:
- Не вернусь.
Не поддалась ни на угрозы, ни на просьбы. В итоге у неё появилась своя квартира, куда она с Егором и переехала. Сашка приезжал каждый день, никак не мог отвыкнуть видеть сына постоянно. Зачастую забирал его из садика, гулял и к вечеру привозил домой. Иногда задерживался на пару часов, играл с Егором или занимался с ним в детской комнате чем-то безумно важным, чего Маше знать не полагалось. Она конечно обижалась, но сделать ничего не могла. После того, как они расстались, Воропаев совершенно перестал прислушиваться к её мнению. А уж когда узнал про Лёшку…
С Алексеем Свиридовым Воропаев её сам и познакомил, когда они только начали жить вместе. У них были какие-то совместные дела, и Алексей даже как-то приходил к ним на ужин. Тогда Маша не обратила на него совершенно никакого внимания, как на мужчину то есть, у неё тогда было полно иллюзий и надежд по поводу Воропаева и все остальные для неё просто не существовали. Снова они встретились, когда Маша с Егором уже переехали на новую квартиру. Встретились совершенно случайно, в супермаркете. Она даже не сразу его вспомнила, но Свиридов так ей улыбался, а потом ещё попросил передать привет мужу, что на израненную Машину душу подействовало, как красная тряпка на быка. И она вместо того, чтобы вежливо от него отделаться, нагрубила, отдавила ему ногу магазинной тележкой и ушла, пробормотав себе под нос несколько нехороших слов в адрес любопытных, которые вечно лезут не в своё дело. Алексей догнал её на улице и предложил помочь донести покупки до дома. И спрашивать больше ни о чём не стал. Маша не знала, почему разрешила ему себе помочь. Может из-за того, что Сашка в тот день снова забрал Егора к себе ночевать, а ей было жутко тоскливо и обидно.
Лёшка был очень хорошим. Он её не торопил и ничего от неё не требовал, просто был рядом и помогал пережить трагедию. Наверное, понимал, что всё не так просто и её чувства к Воропаеву не прошли, да и не пройдут так легко и быстро, но Маша была рада, что он рядом с ней. Что помогает ей избавиться от чрезмерного влияния Сашки.
Когда Воропаев узнал про то, что она общается со Свиридовым, что он частый гость в её новом доме, то просто взбесился. Опять кричал, что-то пытался ей втолковать, а Маша в ответ на все его обвинения и угрозы показала ему фигу. Глупый и абсолютно дикий поступок, который она совершила прежде, чем успела подумать. Сашка всегда утверждал, что она так поступает постоянно, по-другому не умеет. В тот момент, точнее после, когда опомнилась, решила, что он наверное прав. Сама на себя разозлилась, но было весьма забавно наблюдать, как вытягивается Сашкино лицо.
Воропаев не уставал её припугивать, всё беспокоился, что Егор потянется к Алексею. А Маша только вздыхала. Потянется он, как же… Это же второй Воропаев, одна порода. Егор никак не принимал Алексея, тот его подарками заваливал, а он разворачивался и уходил, или ещё хуже, начинал капризничать. А на следующий день говорил отцу, какую именно игрушку (если ему понравилось что-то из подарков Свиридова, но он не взял) он хочет, а Сашка ему это покупал, и Маша подозревала, что даже не догадывался, почему Егор заказывает ему именно эту игрушку.
Ситуация просто тупиковая и Маша потихоньку начинала впадать в панику. Старалась особо Алексея не обнадёживать, но в то же время боялась остаться совсем одна против обозлённого Воропаева. Знала, что Свиридов обрадовался бы, если бы она сама сделала первый шаг к нему, захотела какой-то определённости, а она никак не могла решиться. Да и как решиться, если не перестаёшь думать о другом? Ненавидела себя за это, но продолжала страдать по Воропаеву, хоть и старалась не показывать этого Алексею. Он-то ждал от неё совсем другого. А у неё никак не получалось.
А вот несколько дней назад, в последний вечер в Испании, он сделал ей предложение. Не торопил, не уговаривал, а просто предложил выйти за него замуж и попросил подумать.
Маша думала, думала не переставая, но решиться никак не могла. Не знала, как сказать об этом сыну и сообщить Воропаеву.
А он… сидит вон, жуёт яблоко и равнодушно смотрит в окно, а не на неё. А ведь они две недели не виделись, и у неё такое случилось. А ему неинтересно. Его волнует только сын, а она ненужное приложение.
Ему ненужное, а кому-то нужное.
Она нервно кашлянула в кулак и сказала:
- У меня есть к тебе разговор.
Саша повернулся и посмотрел на неё.
- Говори.
Маша покачала головой.
- Не здесь. Не хочу, чтобы Егор слышал.
Он задумался, подозрительно прищурился, но заставил себя улыбнуться.
- В гости напрашиваешься?
Тропинкина разозлилась.
- А не пошёл бы ты со своими шуточками?
Воропаев засмеялся.
- Ух ты! Почему ты так остро реагируешь?
- Может хватит уже? – Маша обернулась к нему и в упор посмотрела. – Так что?
Он пожал плечами.
- Приходи. Поговорим. Завтра вечером. – Усмехнулся. – Придёшь?
Она расправила плечи и с вызовом посмотрела на него.
- Приду.
Он кивнул, наблюдая за ней с усмешкой.
Из гостиной выглянул Егор и жалобно протянул:
- Папа!
Саша улыбнулся ему и тут же поднялся.
- Иду уже.
Быстро оглянулся через плечо и увидел, как Маша оперлась рукой о стол. На лице была странная растерянность, что Сашу насторожило. Но задумываться об этом всерьёз он сейчас не стал, решил оставить на потом, а пока заняться сыном.
Когда вошли в детскую, Егор сразу побежал к шкафу, вытащил диск с мультфильмом и протянул ему. Саша включил телевизор, вставил диск в проигрыватель и сел на диван рядом с сыном. Егор забрался к нему на колени и сам нажал кнопку на пульте. Воропаев погладил его по голове и усадил поудобнее.
- Пап, а останься сегодня с нами.
Саша вздохнул.
- Я не могу, Егор.
- Почему?
- Ты мультик хотел смотреть, а сам вопросы задаёшь.
Мальчик вздохнул и стал внимательно разглядывать пульт.
- Почему мама не разрешает тебе остаться? Дядя Лёша приходит, а тебе она не разрешает.
Александр до боли сжал зубы, но сыну показывать своё раздражение не стал.
- Всё не так просто, Егор. Это дела взрослых.
- У вас всегда всё сложно! А я опять хочу у тебя жить, а не здесь! Давай маму уговорим. – Егор развернулся у него на руках и просительно посмотрел. – Я знаю, если ты попросить прощения, то мама обязательно простит. Всегда прощает.
Саша только криво улыбнулся.
- Хорошо. Я обещаю, что поговорю с ней.
- Точно обещаешь?
Саша поднял вверх сжатую в кулак руку. Егор довольно улыбнулся. Повернулся к телевизору и теперь уже с интересом стал смотреть мультик. Воропаев сильнее прижал к себе сына и невесело задумался. С трудом удалось выглядеть спокойным, чтобы Егор не понял, в каком он сейчас настроении. Пришлось задержаться и самому уложить сына спать, потому что тот никак не хотел его отпускать. Маша тоже нервничала, Саша это чувствовал, но оба избегали какого-либо общения. Даже говорить друг с другом не хотелось.
Наконец Саша собрался уходить, одевался в прихожей и всё косился на Машу, которая стояла у стены и по всей видимости с нетерпением ждала, когда он уйдёт.
Воропаев застегнул пальто и всё-таки посмотрел на неё. Посмотрел серьёзно.
- Так придёшь завтра? Действительно поговорить надо.
Тропинкина кивнула.
- Приду.
- Хорошо.
Оба неловко замолчали, Саша разглядывал её с неожиданным интересом, словно давно не видел, уже открыл рот, чтобы сказать ей что-то приятное, как-то неожиданно захотелось, как вдруг раздался звонок в дверь. Оба дёрнулись от неожиданности, переглянулись, а потом Маша кинулась открывать.
- Я поздно? – весело поинтересовался Свиридов, входя в прихожую.
Маша натянуто улыбнулась ему и поспешила отойти в сторону. Алексей повернулся, увидел Сашу и на мгновение в удивлении замер. Потом улыбнулся.
- Ты здесь? Привет, - и протянул ему руку.
Воропаев несколько долгих секунд хмуро разглядывал протянутую руку, но свою в ответ так и не подал. Коротко кивнул.
- Уже нет. – И пошёл к двери.
Маша вздрогнула, когда дверь за ним захлопнулась и закрыла глаза.
Алексей подошёл к ней и осторожно погладил по плечу.
- Маш, что случилось? Поругались?
Она покачала головой и закусила губу.
- А что?
Она помолчала, потом на выдохе произнесла:
- Я завтра с ним поговорю… скажу, что согласна.
Свиридов непонимающе нахмурился.
- На что согласна?
Маша громко сглотнула.
- Согласна выйти за тебя замуж.
----------///----------
Встреча с Полянским закончилась быстро. Андрей тепло попрощался с ним, пообещал передать привет жене, остался всего на минуту, чтобы допить кофе и тут заметил Малиновского, который махал ему рукой из-за столика у стены. Андрей поднялся и пошёл к нему. Подошёл и увидел за столиком ещё двоих их общих приятелей. Они уже все явно были навеселе, и когда он подошёл, приветственно загудели.
- Жданов! Сколько можно работать?
Андрей засмеялся и покивал.
- Вот-вот, - и выразительно посмотрел на Малиновского. – Я работаю круглые сутки, а мой зам развлекается.
- Знаю я над чем ты работаешь, - пошловато усмехнулся Ромка, пододвигая к Андрею стакан с виски. – В поте лица.
Жданов дал другу подзатыльник, а стакан от себя отодвинул.
- Я не буду, мне домой надо.
- Начинается! Жданов, опомнись. Жена от тебя никуда не убежит. Можешь с друзьями полчаса посидеть?
- Давай, давай, - Рома снова подвинул к нему стакан. – Мы тоже тут все… не вольные птахи.
Все удивленно посмотрели на него, а потом захохотали.
- Ты уж точно.
Андрей махнул рукой.
- Ладно, черти, уговорили. Только недолго!
Рома обнял его за плечи и заговорил на ухо.
- Довольный вроде. Помирились?
Жданов сделал глоток виски и довольно кивнул.
- Я же тебе говорил, что Катька у меня умница. Всё поняла, теперь и мне спокойнее стало. Всё решим, я в этом уверен.
Рома хлопнул его по плечу.
- Ну и отлично. Давай выпьем. Это отпраздновать надо.
- Чего вы шепчетесь?
Малиновский хмыкнул.
- Дела семейные обсуждаем. Кстати, Серёг, как твой мелкий поживает?
Андрей с интересом посмотрел на приятеля. Тот улыбнулся пьяноватой улыбкой.
- Орёт. Громко так. Здоровяк вырастит. – С интересом посмотрел на Жданова. – Тоже собираешься, что ли?
Андрей лишь плечами пожал и улыбнулся в сторону. Сергей протянул ему руку через стол, и Жданову пришлось её пожать.
- Желаю тебе, друг, терпения. Очень-очень много терпения.
Андрей удивился.
- Почему?
- А вот узнаешь, - глубокомысленно заявил Сергей. – Всё это пережить надо. И не верь, когда тебе говорят, что через девять месяцев всё кончится. Всё только начнётся. И продолжаться будет лет двадцать. Это я сейчас только понял.
Жданов с Малиновским переглянулись, потом Ромка крякнул и поспешил небрежно махнуть рукой.
- Да не слушай ты его, Андрюх. Он специально тебя пугает.
Андрей посмотрел на Сергея, а тот зловеще усмехнулся, а следом захохотал.
Жданов настороженно присматривался к нему, потом маетно вздохнул и залпом допил виски. Подвинул стакан обратно к Малиновскому.
- Налей.
До дома добрался только через несколько часов. Машину пришлось оставить у ресторана, потому что, как оказалось, выпил излишне много. Его даже мотало, хотя соображал неплохо. Вышел из такси и чуть не упал, поскользнувшись.
Дверь сразу тоже открыть не смог, никак не мог попасть ключом в замочную скважину. Уже подумал позвонить, но побоялся разбудить Катю. Он сейчас тихонечко войдёт, прошмыгнёт в спальню и спать. Вдруг повезёт и Катя не проснётся и соответственно не увидит его в таком состоянии?
Когда открыл дверь в гостиную, в удивлении замер. В комнате царил таинственный полумрак, стол у окна был накрыт и горели свечи. Точнее, уже догорали. А за столом, вполоборота сидела Катя. Когда он вошёл, повернула голову и глянула на него без какого-либо интереса.
Андрей привалился к косяку и сокрушённо вздохнул.
- А я… думал, что ты спишь.
Она не ответила. Снова отвернулась и словно окаменела. Андрей тоже помолчал, пытаясь сообразить, что сейчас надо сказать, но мозг, затуманенный алкоголем, помогать ему отказывался.
Снова вздохнул.
- Я сильно задержался, да? – Она молчала, и он жалобно протянул: - Катя. Кать.
- Иди спать.
Он кивнул, почти с радостью.
- Спать… очень хочется спать. Катюш…
Катя глубоко вздохнула и закусила губу, чтобы сдержать судорожное рыдание. Перевела дыхание и сказала:
- Я сейчас приду. Иди ложись.
Он пошёл к спальне, по дороге его снова шатнуло, и он споткнулся о пуфик. Чертыхнулся, до двери комнаты дошёл и ввалился туда. Катя ещё минуту посидела, не шевелясь, потом тяжело поднялась, с горечью оглядела накрытый стол, а потом задула свечи.
_________________  - Расскажите о себе в двух словах.
- Всякое бывало 
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Про мужиков в точку. 
Только по пунктам 1.2.3....А сделай то, не знаю что... 
Для начала им надо перестать заботиться о том, чтобы ребенок "НЕ завелся". 
