НРКмания

Да, АЖ как МУЖЧИНА защищает честь любимой женщины, но вот с бутылкой надо быть осторожным, не лучший советчик...

_________________
Мой блог "О фиках.. коротко" кое-кто посещает. Загляните!
( http://nrkmania.ru/topic3705.html )

А я вот интересуюсь: с чего это они о голосованиях раздумывают, если компания им уже не принадлежит ?

_________________
Время от времени следует говорить глупости, это способствует созданию теплой дружеской атмосферы. (Макс Фрай "Лабиринты Ехо")

по превычке))))
ну как такого Андрюша не любить. Спасибо талантливому автору!

_________________

Крестная фея, я хочу себе дракона
— Может что по проще?
— Тогда хочу есть и не толстеть
— Какого цвета дракона ты хочешь?

farayla
old man
agatha, для Воропаева это не помеха)
lady Yu






*Продолжение*





- Палыч, я после твоего звонка чуть инфаркт себе не заработал! Вот умеешь ты новость преподнести! – Ромка сидел на столе, качая болтающимися ногами, и что-то рисовал на листочке бумаги. Андрей разместился на диванчике, обхватив голову руками. Буря эмоций, бушевавшая в нем, начала понемногу отступать. Вдох. Выдох. Главное дышать правильно.
- Нет, мастер по сюрпризам – мой отец! Весь день меня ими балует, - зло пробормотал Андрей.
- А что с губой?
- С Сашкой подрался…
- Что? Послушай, Жданов, я чувствую себя сейчас следователем на допросе. Может быть, ты уже сам все расскажешь?
- Отец узнал о кризисе в компании – это раз! – загнул указательный палец. – Отчитал меня – это два! – загнул средний палец. – Катя в больнице – три…
- Что? А что с ней?
- Ничего серьезного… Легкое переутомление…
- Вот тут я почему-то не удивлен! Сам испытал, что это такое! И Пушкареву понимаю, как никто другой!
- Ну, это еще не все… Катя беременна… От меня, - хитро блеснул глазами.
Малиновский подпрыгнул на месте и чуть со стола не свалился.
- Уф-ф-ф! Жданов, как это? Ты же… И ты вообще как? – Малиновский даже дар речи потерял. Впервые в жизни.
- А что я? Я женюсь!
- На ком?
- На Кате. Ромка, замкадье, видимо, повлияло на твою мозговую деятельность! – усмехнулся Андрей.
- А что ты хочешь? Ты мне тут такие вещи говоришь! Слушай, а с женитьбой не перебор? Ну, раз хочет Катюшка рожать, то… Пусть рожает. Но жениться…
- Ромка, ничего ты не понимаешь! – Андрей вздохнул, но весь вид его излучал радость и довольство жизнью. Малиновский моргнул несколько раз. Хотел что-то сказать, но подавился словами.
- Я… - просипел он и откашлялся. – Я, конечно, многое не понимаю. Но ты уж попробуй мне, ущербному, объяснить!
- А что тут объяснять? Я женюсь на любимой женщине, которая уже носит моего ребенка.
- Любимой? Ты когда успел влюбиться? Жданов, такой установки не было! Эй, отмена! – помахал руками.
- Бесполезно. Ты думаешь, я не пытался ее забыть и оставить? У меня не получилось. Постоянно о ней думаю. И это такое чувство… Немного странное.
- Да, уж… Дела… - протянул Малиновский. – Вот радует здесь только одно – компания от нас теперь точно никуда не денется. И Пушкарева изменилась, похорошела… Если б не ты, сам бы приударил!
- Я тебе приударю! – показал кулак, на котором уже была ссадина от недавней драки.
- Кажется, ты уже кого-то приударил! Сашку, говоришь? Вот с этой новости и надо было начать! Желаю услышать все в мельчайших подробностях, особенно о Воропаеве, распластанном по полу, захлебывающимся в собственной крови, - мечтательно протянул Малиновский. – Надеюсь, все именно так и было?
- Почти, - ухмыльнулся Андрей. – Отец созвал совет акционеров за моей спиной и все им рассказал. Я имел честь услышать это стоя возле двери конференц-зала.
- Да, Павел Олегович – мастер сюрпризов… Это ж подстава, Андрюх! Ты же показал ему документы? Разве он не видел, что в компании все налаживается? Зачем было поднимать переполох? Вот сейчас еще Воропаев начнет вмешиваться своими глупыми и алчными ручонками.
- Все он видел и даже консультацию профессионала получил. Но он Кате не доверят, насколько я понял… Запаниковал он. А Воропаев выгоду почуял сразу! Он каким-то образом надеется занять место президента.
- Так ты за это его?..
- Нет, он Катю оскорблял и я…
- Понятно все с тобой. Рыцарь бился за честь дамы! – хохотнул Малиновский. – Ну, и что теперь делать будем, мой генераль?
- Ну, выхода тут всего два… Меня, скорее всего, ожидает второй из них. Это тот, где я оставляю кресло президента, служу на пользу родной компании в должности охранника, или на ресепшене могу… Хотя там Тропинкина… Скажут еще, что подсидел!
- Эй! Этот вариант ты давай отметай сразу!
- Ну, тогда остается бороться до конца. Нам с тобой.
- Нам не впервой.
- Это точно! Тем более, что основные козыри у нас. Просто отцу надо все подробно объяснить. О делах в компании. И успокоить его. Кстати, как ты съездил?
- Если бы еще дня на три там задержался, то заключил бы несколько выгодных договоров. Но и так я наладил неплохие контакты с Екатернбургом.
- Надеюсь деловые? – усмехнулся Андрей.
- А на другие я, Андрюха, не способен…
- То есть ты хочешь сказать, что не прошло у тебя…
- Нет. Не понимаю, что со мной происходит. Но интерес и желание к женщинам, как отшибло.
Жданов присвистнул и покачал головой.
- Может быть, тебе к психологу сходить?
- Да, ходил я… Не помогло. Ладно, проехали! – махнул рукой и печально вздохнул. У Андрея даже сердце сжалось при виде такого Ромки.
Внезапно раздался стук в дверь. Вошел отец.
- Андрей, вот ты где… Я… Мы не могли бы поговорить? – голос у него был сдавленным.
- Да. Конечно… Можем здесь.
- А я пойду с Маргаритой Рудольфовной поздороваюсь! – встрял Ромка и стремительно вышел из кабинета, на лице у него была грусть-печаль. Андрей проводил его взглядом и переключился на отца.
- Андрей, ты почему сразу мне ничего не сказал? – спросил он, как только сел в кресло и упер локти в стол, скрестив руки.
- Я пытался… Но, если честно, то не хватило времени. Я собирался. Но тут позвонила Катя из больницы…
- Скажи, ты женишься на ней из-за компании? – внимательно посмотрел Андрею в глаза.
- Нет. Нет, конечно! – прошелся по кабинету, затем остановился и взглянул на отца. – Я люблю ее, пап.
- Помнится, еще совсем недавно ты говорил эти же слова, но о другой женщине. Ты собирался жениться на Кире.
- Да, я понимаю, как это выглядит. Но я, действительно, ее люблю. И готов доказать… Я могу отказаться от президентского кресла.
- И совершишь глупость! Не нужно никогда никому ничего доказывать в ущерб себе. И… Я тебе и так верю. Твои глаза тебя всегда выдают. Особенно, когда врешь.
- Правда? В следующий раз буду надевать солнечные очки.
- Шутишь все? Андрей, натворил ты дел. Даже я от тебя такого не ожидал.
- Пап, я…
- Не говори ничего. Ты виноват, это бесспорно. Но твои поступки и твое поведение сегодня говорят мне, что ты повзрослел. Я рад этому. И Берлин, конечно, сделал свое дело. Эта поездка – не просто шанс для «Зималетто» выбраться из кризиса, это ступень наверх, на голову выше. Я, признаться, был обеспокоен поведением Екатерины. Слишком уже она старалась вернуть нам компанию. И я не мог понять почему. Кроме как корыстных целей причины не находил. Но после твоего заявления о женитьбе все встало на свои места. Картинка сложилась. Я поздравляю тебя!
- Спасибо, па… - Андрей выглядел удивленным.
- Я верю, что все у тебя получится. И президентом, конечно же, должен остаться ты. О кадровых перестановках не может быть и речи. Вот только контроль с моей стороны теперь будет доскональным. Ты будешь присылать мне каждую неделю отчеты. Реальные отчеты, Андрей!
- Конечно…
- Знаешь, то, что ты не обратился ко мне за советом и помощью при первых же неудачах, очень огорчает меня… Что-то я упустил в свое время, если ты мне так не доверяешь…
- Пап, я… Я просто боялся. Боялся разочаровать тебя.
Отец рассмеялся. Громко, заразительно, закинув голову наверх.
- Ну, что за детский сад, Андрей? А я уже понадеялся, что ты повзрослел… А ты все живешь от выговора до похвалы… Послушай, ты не можешь меня разочаровать по определению. Ты мой сын. И я буду всегда в тебя верить. И мне тут Марго шепнула, что скоро у нас появятся внуки.
- Пока только один внук. Но это только пока! – улыбнулся Андрей.
Отец поднялся с места и подошел к нему.
- Какой же ты все-таки балбес! – дал ему подзатыльника.
- Ау! – вскрикнул Андрей. – За что?
- За драку! Ты зачем Сашу избил?
- Он заслужил!
- Я с этим не спорю! – Андрей в этот момент удивленно на него посмотрел. – Но на глазах у матери… У нее же сердце прихватило.
- Правда? А где она?
- Отправил с водителем домой. Сейчас захвачу документы и поеду тоже. Ты не желаешь присоединиться к семейному ужину, и заодно мать успокоить?
- Я… Мне нужно заехать к Катиным родителям. Они еще не в курсе ничего… А потом, если получится, к вам. Но я еще позвоню позже и скажу точно.
- Ну, хорошо. И, Андрей… Не делай глупостей… - сказал он напоследок и ушел.
А Андрей стоял и думал, что же он имел ввиду…

_________________
- Ты не туда идешь! Огни в другой стороне!
- Мне все равно, я зажгу свои.

.

_________________
- Ты не туда идешь! Огни в другой стороне!
- Мне все равно, я зажгу свои.

АЖ побеседовал с РМ, с мудрым ПО, но беседа с Пушкаревыми будет самым трудным испытанием....

_________________
Мой блог "О фиках.. коротко" кое-кто посещает. Загляните!
( http://nrkmania.ru/topic3705.html )

Хорошо поговорили!!!

_________________

Крестная фея, я хочу себе дракона
— Может что по проще?
— Тогда хочу есть и не толстеть
— Какого цвета дракона ты хочешь?

ПО реабилитирован, а Андрей двигается в правильном направлении.

_________________
Время от времени следует говорить глупости, это способствует созданию теплой дружеской атмосферы. (Макс Фрай "Лабиринты Ехо")

old man
lady Yu
agatha




Небольшое лирическое отступление.






-29-



Расхищенный, потерянный, без времени,
Скитается он в красках маскарада.
Внутри – угли и пепел - эхо бремени.
Снаружи - бесконечная бравада.

Железными тисками сжаты помыслы.
Из уст прольется сладкая баллада
И успокоят ненадолго промыслы
Вечернего метущегося чада.

Скитается. Но теплит ожидание.
Вот-вот раздастся гром – падет блокада.
И завершится праздник и метание,
И музыка гремящего парада.

(Alla Savos)



Пусть его ругают! Пусть кидаются камнями и выкрикивают претензии, и даже оскорбления! Но он не сдержался. Столько всего навалилось, что терпеть уже не было мочи. И он напился. Опустошил целую бутылку, залпом, большими глотками, не останавливаясь. В горле першило, капли текли по подбородку на рубашку. Жар и озноб нахлынули одновременно. Он расстегнул верхние пуговицы. Отбросил бутылку в сторону. Стекло с грохотом ударилось о пол и покатилось, звеня.
Не обращая ни на что внимания, он рухнул на диванчик и прикрыл глаза. Вот теперь становится хорошо. Стягивавшая сердце боль, не дававшая дышать, постепенно начала отступать. А ведь он уже даже и забыл, каково это, жить без этой тяжести, вдыхать запах свободы и нестись вперед, на свет огней, без оглядки, без доли страха и сомнения.
После той ночи мир перевернулся. Что-то оборвалось и рухнуло, разбившись вдребезги. И он уже никогда не будет прежним. Остались руины былых миражей. И кто он теперь? Роман Малиновский – успешный, богатый, неотразимый покоритель женских сердец? Успешный? А в чем, собственно говоря, заключается этот успех? Богатый? Все его состояние – акции «Зималетто», которое находится в тяжелейшем кризисе и принадлежит Пушкаревой. А с покорителем сердец он и вовсе ничего общего теперь не имеет. Он их боится… Женщин...
Но вот в чем парадокс – рыжие красотки модельной внешности преследуют его и пугают, но и притягивают одновременно. В этом он даже себе боится признаться. Ведь это же катастрофа получается…
Алкоголь начал свое дурманящее, оцепеняющее действие. Тяжесть свинцом разливалась по телу, мысли ускользали. Но эйфория и веселье требовали выхода. Хотелось праздника. Хотелось говорить, шутить, смеяться. Хотелось, как прежде, завалиться в клуб с парочкой моделей, засыпать их порциями комплиментов и ощущать себя рыцарем на коне. Но все, на что он сейчас был способен – лежать и улыбаться.
Вот в таком виде его и застала Шурочка Кривенцова, которая уже собиралась идти домой, но как верная секретарша чувствовала своим долгом попрощаться с начальником, и, если нужно, предложить помощь в многочисленных делах, которых в последнее время значительно прибавилось.
- Роман Дмитрич… А что с вами? – удивленно и взволнованно спросила она, прикрыв за собой дверь и подойдя ближе. – Вам нехорошо?
Малиновский открыл глаза и сосредоточился на ее лице. Рыжее пятно расплывалось и мерцало.
- Опят-т-ть ты? – спросил он и погрозил ей пальчиком. – Думаеш-шь, я т-тебя боюсь? – заливисто рассмеялся и икнул. А затем вдруг резко приподнялся и сел, качаясь из стороны в сторону.
- Роман Дмитрич… Вы что? Вы пьяны? – Шура выглядела удивленной и напуганной одновременно. Слишком странно заблестели у него глаза, когда он посмотрел на нее.
- Я? – снова икнул. – Я пьян! – закивал головой, полностью признавая правоту высказанного.
- Но как же… А давайте, я вам такси вызову! – Шура подошла к столу, взяла трубку в руки и начала по памяти набирать номер. Вдруг сзади послышались громкие неспешные шаги, упали какие-то предметы, а затем ее талию обхватили его руки и прижали к себе.
- Ты думаеш-шь, я буду от т-тебя бегат-т-ть? – прошептал он на ухо и обдал жарким дыханием вперемешку с запахом виски.
- Роман Дмитрич, вы что? – Шура находилась в оцепенении, отказываясь верить в происходящее. Ее начальник не мог вот так на нее наброситься! Да он вообще на нее внимания даже не обращал! Попробовала вывернуться, но Малиновский держал крепко, что крайне странно для его пьяного состояния. – Роман Дмитрич, отпустите! – потребовала она и снова задергалась в его руках.
- Не отпущ-щ-щю… - начал покрывать шею поцелуями. – Я ус-с-стал бегат-т-ць… Ты мне нужна! – выдохнул он, а затем развернул к себе лицом и впился в губы.
Его всего охватила эйфория и мощнейшее желание, какого не было слишком долго. И от этого было радостно. Хотелось вдавиться в нее, раствориться в ней. Кто она Малиновский до конца не понимал. Но эти рыжие волосы и это тело манили его, палили, как пожар. И он сгорал.
Он повалил ее на стол, продолжая прижимать к себе со всей силы. Руки несвязно блуждали по телу. А Шура…
Шура не могла оттолкнуть его. Не хватило на это ни сил, ни воли. Да и глупо бежать от того, о чем в тайне мечтаешь уже не один год, скрывая от всех. Ее тянуло к нему словно магнитом почти с самого первого дня работы. А теперь, когда он так рядом, когда он так целует ее, неужели она сможет противиться? Нет. Такое не под силу никому!
И она ответила на поцелуй. Обхватила руками его шею. Малиновский застонал, таким образом, выражая восторг по поводу ее капитуляции.
И пусть он пьян! И завтра, возможно, они оба пожалеют о содеянном. Но это будет завтра! А сейчас… Сейчас она счастлива, как никогда!

_________________
- Ты не туда идешь! Огни в другой стороне!
- Мне все равно, я зажгу свои.

-30-



Пусть будет так! И не иначе!
Я вам поведаю секрет,
Что у судьбы в момент раздачи
Путей, событий - нету сдачи!
И вариантов тоже нет!
Есть промежуток с цифрой лет.
Есть график радости и плача.
Есть список пламенных побед
И потрясений неудачей.
Нет мистики и нет задачи.
И выбора, поверьте, тоже нет!
Простой вопрос – простой ответ.
Пусть будет так. И не иначе...

(Alla Savos)




У вечности не бывает оправданий. Ее бездонные очи смотрят в самую суть, отметая погрешности, исправляя ошибки, наказывая виновных, спасая отчаявшихся. Для нее не имеет значения «Почему?». Она видит результат. И судит именно по нему.
Чем Андрей так прогневал вечность? За какие грехи она его так сегодня покарала? Ударила в спину, когда он ожидал нападения меньше всего. Окрыленный пониманием отца и его поддержкой, Андрей тут же отправился к родителям Кати. Те встретили его самым лучшим образом. Елена Александровна с порога сразу повела его на кухню. Где Валерий Сергеевич, увидев его, расплылся в улыбке и привстал со стула.
- О! А вот и Андрей Палыч! Как вы себя чувствуете? После вчерашнего то! – воскликнул он.
- Спасибо, потрясающе! Ваша наливка – лучшее, что мне приходилось пить. Ни какого похмелья…
- О! Вот! Человек дело говорит! Мать, неси на стол вчерашнюю открытую бутылку…
- Валерий Сергеевич… Подождите. Я должен вам кое-что сказать… - серьезно начал Андрей и тяжело вздохнул. Пушкаревы тут же насторожились.
- Что-то случилось? – спросила Елена Александровна и присела на соседний стул.
- Да. Катя…
- Что с ней? – тут же заволновалось ее материнское сердце.
- Ничего. Она… Я специально торопился к вам до конца рабочего дня, чтобы вы не волновались. Катя в больнице…
Елена Александровна вскрикнула. А Валерий Сергеевич схватился за сердце.
- Не волнуйтесь, пожалуйста! – воскликнул Андрей. – С ней все в порядке… Вчера у нее кружилась голова и с утра она решила первым делом отправиться проверить здоровье. У нее переутомление…
- Вот! А я говорил! Совсем ты загонял ее, Андрей Палыч! – громко крикнул Пушкарев.
- Да, я виноват… Валерий Сергеевич, Елена Александровна, я… Я не знаю, как вам сказать…
- Говори, как есть! – сухо произнес Пушкарев, пристально глядя на Андрея.
- Я… Люблю вашу дочь… - зажмурился и тут же открыл глаза. У Пушкаревых на лицах застыло удивление.
- Что? – растерянно спросил Валерий Сергеевич.
- Да, я очень люблю Катю. Уже давно…
- А почему молчал, раз давно любишь? – Пушкарев даже кулаком по столу ударил.
- Я не молчал. Катя знала… И она сегодня согласилась стать моей женой…
- Что? – одновременно переспросили Пушкаревы.
- Как это согласилась? Она же в больнице!
- Валерий Сергеевич, я там был…
- Что-то ты темнишь, Андрей Палыч! Не договариваешь что-то. По глазам твоим вижу! – прищурился Пушкарев.
- Вы правы… Я просто пытаюсь подвести разговор… - замолчал на несколько секунд, собираясь с силами. – Я… Катя беременна…
- Как это беременна? – рявкнул Пушкарев.
- Беременна? – лицо Елены Александровны вытянулось от удивления.
- Да. Отчасти поэтому у нее были головокружения…
- Вот с этой новости и надо было начинать, Андрей Палыч! – гневно произнес Пушкарев. – И беременна она, надо полагать, от тебя?
- Да. Это мой ребенок…
- Замечательно! – хлопнул в ладоши. - А я же говорил! Я говорил! Но меня никто не слушал! – закричал полковник Пушкарев, вскочив со стула. – И вот! Полюбуйся, мать!
- Тише, Валера! Тебе нельзя расстраиваться!
- А как тут не расстроиться? Лен, ты не понимаешь, что история повторяется?
- Ну, что ты такое говоришь? – Елена Александровна погладила его по руке, успокаивая. – Ничего не повторяется. Андрей Палыч ведь сказал, что любит нашу Катю. Ведь так?
- Да, Валерий Сергеевич!
- Он же женится из-за ребенка! Неужели ты не понимаешь, Лен?
- Нет! Я еще вчера собирался сделать Кате предложение…
- Врешь! Все ты врешь! И знаешь что? Я не позволю повторению истории! Прежних ошибок не совершу. Мы сами вырастим ребенка! Без вас! Убирайтесь из моей квартиры, Андрей Палыч! – процедил сквозь зубы Пушкарев. Порывисто выбежал в коридор, открыл входную дверь. – Уходите!
- Никуда я не пойду! И ни вам решать в данной ситуации, а Кате. И она сказала мне «да».
- Вон! – взревел Пушкарев, сильно покраснев от злости и ярости, переполнявших его.
- Я… - Андрей хотел еще что-то сказать, но вдруг понял, что такую враждебность переубедить ему не удастся.
- Немедленно уходите! И чтобы я вас больше не видел! – уже тише добавил Пушкарев, держась за сердце.
- Валера! – крикнула Елена Александровна. – Что с тобой? Тебе плохо?
- Все хорошо. Я только присяду… - сполз по двери на пол. Андрей кинулся к нему.
- Валерий Сергеевич, сердце, да? – поддержал Пушкареву голову. Елена Александровна прибежала с каплями.
- Нужно вызвать скорую! – нервно бросил Андрей и принялся набирать номер на телефоне.
Через десять минут прибыли медицинские работники, погрузили Валерия Сергеевича на носилки и медленно понесли до машины. Мимо любопытно выглядывающих соседей. В сопровождении бледной Елены Александровны и не менее перепуганного Андрея, который запрыгнул в свою машину и медленно поехал за мигающей сигнальными огнями скорой помощью, внутри которой находились Пушкаревы.
За что ему все это? Если что-то случится с Валерием Сергеевичем, он себе никогда этого не простит! По его вине он сейчас в полусознательном состоянии. И этот грех будет посильнее провалов и ошибок в «Зималетто». Речь идет о живом человеке! Об отце любимой женщины. Хотя, точнее будет – о дедушке. Но какое это имеет значение для бесконечности? Важна ведь только суть.

_________________
- Ты не туда идешь! Огни в другой стороне!
- Мне все равно, я зажгу свои.

Прям лавина неприятностей свалился на влюбленных. Валерий Сергеевич зря становится в стойку, надеюсь жена его убедит не вмешиваться. Хоть бы с ребенком все было хорошо после новостей о папе. Аллочка, спасибо большое, но уже так хочется ХЭ

Да уж грустное получилось окончание визита АЖ к Пушкаревым, но шанс на ХЭ есть, я надеюсь ...

_________________
Мой блог "О фиках.. коротко" кое-кто посещает. Загляните!
( http://nrkmania.ru/topic3705.html )

Автор, принимайте ещё одного читателя
Алла, у вас получается такое изумительное и увлекательное произведение, читаю, и оторваться не могу, а уж сколько юмора! Браво!
Классно вы Катю преобразили... в Берлине и я рада, что причастен к этому Милко. В сериале удивлялась, почему ОН не изменил внешность Кати, это было бы логично?! Настоящий профессионал так бы и поступил. А то всё фыркал, издевался над ней, нет чтобы помочь девушке. Подключил бы хоть тех же СашЕньку и ДашЕньку, которые помогали ему преобразовывать "Женсовет", да и вообще у него же много знакомых стилистов!
Спасибо вам за это - порадовали
Андрюша Жданов поначалу меня разочаровал, дёрганый какой-то, просто неврастеник да и только, ну а теперь ОРЁЛ, молодец, повзрослел.
Маргарита у вас мудро поступает - это здорово! А вот Павел - раздосадовал, не ожидала!
А уж про Пушкарёвых... это вообще, такой неожиданный ход!!! Надо же... бабушка и дедушка! Вот это да! А Катюша случайно не является ли родственницей Герману Полянскому из "Севенгупп", партнёр "Зимолетто"???
Алла, хотелось бы ещё увидеть братские взаимоотношения Курта с Катей, может он приедет на свадьбу? Ведь он же попросил стать Катю сестрой и она согласилась.
Очень жду продолжения !

_________________
Мадам - МАСКА


Ах, если бы всё мечты сбывались...

Мадам - МАСКА

Добро пожаловать!))



Вот вы сразу раскрыли мои планы)) И что теперь делать?

_________________
- Ты не туда идешь! Огни в другой стороне!
- Мне все равно, я зажгу свои.

"Говорят, красота страшная сила. Нет, это они еще ревнивого Жданова не видели, вот где сила!"

Ха-ха-ха! Браво!!!

_________________
Мадам - МАСКА


Ах, если бы всё мечты сбывались...

Алла, планы надо воплощать, а если вас смутили мои предположения, то можно их и удалить, ради дела, я не обижусь

_________________
Мадам - МАСКА


Ах, если бы всё мечты сбывались...

Все равно я тут мало, что решаю. Герои давно вышли из-под контроля. И как дальше повернутся события - совершенная загадка! Могу лишь строить планы и предположения))

_________________
- Ты не туда идешь! Огни в другой стороне!
- Мне все равно, я зажгу свои.

Все равно я тут мало, что решаю. Герои давно вышли из-под контроля. И как дальше повернутся события - совершенная загадка! Могу лишь строить планы и предположения))


Вот и получилась интрига!!! Уже не терпится узнать, как развиваются дальше события!

_________________
Мадам - МАСКА


Ах, если бы всё мечты сбывались...

farayla, и мне хочется ХЭ, но он почему-то все не наступает...

old man












*Продолжение*






Внутренняя сторона здания больницы была скверно освещена. В тусклой темноте виднелись мельтешащие силуэты. С трудом угадывалась фигура Елены Александровны, спешно идущей за носилками. Проехать на машине сюда Андрею не разрешили. Пришлось парковаться в стороне, метрах в пятидесяти, затем, скользя по обледеневшей тропинке, бежать обратно.
- Ну, как он? – обеспокоенно спросил Андрей, забежав вперед них и придержав входную дверь.
- Я не знаю… - грустно ответила Елена Александровна. – Валера… Валер, ты меня слышишь?
- Слышу. Не умер пока… - сердито прошептал Валерий Сергеевич. – Но будет лучше, если этот уйдет! – глазами стрельнул на Андрея.
- И вы думаете, что я смогу вот так просто бросить вас? – спросил Андрей, терпеливо пропустив негативные нотки Пушкарева.
- Не разговаривайте, пожалуйста! – возмутился один из медицинских работников, идущий впереди носилок.
Тут же подбежали какие-то женщины в белых халатах. Кажется, одну из них Андрей сегодня уже видел. Они прикатили каталку, погрузили туда Валерия Сергеевича, терпеливо сжимающего зубы, видать боль была действительно сильной. И самообладанию и выдержке полковника Пушкарева можно только позавидовать.
А потом все исчезли.
Их с Еленой Александровной дальше не пустили.
- Все будет хорошо… - прошептал Андрей. – И простите меня. Я не должен был вот так сразу говорить… Нужно было постепенно…
- Вы ни в чем не виноваты… Просто у Валеры характер такой. И он очень переживает за Катю. Он любит ее даже больше, чем как дочь, - она вытерла слезинки уголком рукава, медленно подошла к диванчику и присела. – И сердце его очень ранимое… Только бы все обошлось… - прошептала она и сложила ладошки.
- Не переживайте так. Здесь хорошие доктора, - сказал Андрей. И тут же усомнился в собственных словах, вспомнив Евгения Васильевича. И, как говорится, вспомнишь солнце, вот и лучик!
- О! Господин Жданов! – вполне закономерно удивился заведующий больницы, появившись из-за угла коридора.
- Евгений Васильевич! Какая приятная встреча! – воскликнул Андрей, слишком уж радостно пожимая ему руку, настолько, что под конец стиснул ее так сильно, что доктор заметно скривился и поспешил руку выдернуть.
- А вы снова к Екатерине Валерьевне? Жаль вас огорчать, но приемное время уже истекло… - довольно фальшиво огорчился Евгений Васильевич.
- Ну, что вы? – воскликнул Андрей тоном праведника. – Как я могу? Нет. Я здесь по другой причине… К вам поступил Пушкарев с сердечным приступом…
- Пушкарев? Это родственник Екатерины? – тут же лицо его сделалось серьезным и обеспокоенным.
- Это ее отец… То есть… Да, отец… - махнул рукой Андрей.
- Надо же… Знаете, что-то мне подсказывает, что и здесь не обошлось без вас! – усмехнулся он. А заметив, что у Андрея забегали глаза, даже рассмеялся. – Да, уж! «Повезло» Пушкаревым с вами… Так. Где он?
- Его увезли туда, - Андрей кивнул вправо на темнеющий вдалеке коридор.
- Что ж… Посмотрим, - задумчиво протянул Евгений Васильевич и зашагал в указанном направлении.
Андрей нервно передернулся и присел рядом с Еленой Александровной.
- А вы знакомы? – спросила она.
- Да… Знакомы, - процедил сквозь зубы Андрей и сжал кулаки. Вот за что он его так ненавидит?
- Вы чем-то недовольны? Он плохой врач? – Елена Александровна выглядела еще более обеспокоенной.
- Нет! Ну, что вы! – воскликнул Андрей, стараясь говорить как можно убедительней. – Это прекрасный врач! Заведующий больницы! Лекарь от Бога! Руки у него золотые! Да что там золотые! Платиновые! Вместо пальцев сразу хирургические приборы! – кажется, здесь он переборщил немного. Быстро глянул на Елену Александровну, но та ничего не замечала, и, кажется, верила ему безоговорочно, потому что на лице ее читалось облегчение. – Вот… А лечит даже самые запущенные болезни. Нескольких человек даже с того света достал! – вот здесь, кажется, не соврал. На правде и стоит остановиться.
- Ну, если он посмотрит Валеру, то я спокойна… Скажите…
- Елена Александровна, говорите мне на «ты», пожалуйста, - Андрей неловко переминался с ноги на ногу.
- Спасибо… Андрей, скажи… А этот доктор… Он Катю упоминал…
- Да, все верно. Дело в том, что Катя тоже в этой больнице. И так уж совпало, что он ее лечащий врач.
- Катя здесь? – Елена Александровна завертела головой.
- Да. Успокойтесь. С ней все хорошо…
- А я могу ее увидеть? – приподнялась с диванчика, обтянула юбку и нервно поправила вязаную кофту.
- Сегодня вряд ли… Тут строгие порядки. Но завтра, конечно, можно.
- Завтра… - печально выдохнула и снова села, вытянув ноги и прижав пальцы к вискам.
- С вами все в порядке? – Андрей наклонился ниже, внимательно вглядываясь в ее осунувшееся буквально за один вечер лицо.
- Со мной? А что со мной может случиться? – усмехнулась она. – Все хорошо… Внутри только больно…
- Елена Александровна, я хотел вам сказать… Я правда очень сильно люблю Катю. И женюсь не из-за ребенка… Вы мне верите?
- Верю… - прошептала она.
- Верите?
- Да. И я очень рада… Вот только бы с Валерой обошлось…
Они замолчали на долгое время. Каждый думал о своем, но в целом об одном и том же. На потолке с треском мигала неисправно работающая светодиодная лампа. Белые стены хранили тишину и умиротворение, коего так не хватало сейчас этим двум людям. Таким разным, но таким единым в эту минуту.
Внезапно в конце коридора раздались громкие шаги. Евгений Васильевич приближался стремительно.
Андрей тут же вскочил и подался навстречу. Елена Александровна тоже приподнялась, и большом волнении замерла.
- Ну, как он? – спросил Андрей, как только Евгений Васильевич оказался рядом.
- Не стоит так переживать. А это, простите, кто? – взглянул на Елену Александровну.
- Это жена Валерия Сергеевича, - сухо сказал Андрей.
- Здравствуйте! С вашем мужем все в порядке… - послышались сразу два вздоха облегчения. – Был сердечный приступ. Но вы успели вовремя. Еще бы минут двадцать промедления, и исход мог бы быть совсем другим. А так, отделались небольшими поражениями… Тут все поправимо. И восстановлению подлежит.
- Спасибо вам! – сердечно воскликнула Елена Александровна. Из глаз ее скатилось несколько слезинок.
- Ну, что вы! Госпожа Пушкарева, все же хорошо! Прекратите так расстраиваться! Поезжайте-ка лучше домой. Ни о чем не беспокойтесь. Я лично присмотрю за вашим мужем. Он полежит у нас несколько дней…
- Правильно, Елена Александровна! Я вас отвезу! Спасибо вам, Евгений Васильевич, - нехотя пожал ему руку, уже не сжимая.
- Ну, что вы, господин Жданов! Вы же знаете, как я к вам отношусь! – хитро подмигнул, поклонился Пушкаревой и, насвистывая, отправился в темноту коридора. Выглядело это очень даже зловеще.

Андрей отвез Елену Александровну домой, как и обещал. Даже остался у нее на чашку чая, чтобы поддержать ее. Слишком уж бледна и перепугана была его будущая свекровь.
Родителям позвонил и сказал, что приехать не сможет. Но обещал завтра с ними пообедать.
На кухне долго горел свет. За первой чашкой чая последовала вторая, потом третья. Чуть позже к ним добавились свежеиспеченные блинчики.
И они говорили. Много говорили. Наверное, так совпало время, что им обоим просто необходимо было выговориться. Каждый нуждался в поддержке.
Андрей рассказал о том, в чем даже Ромке никогда не признавался. О страхах, о проблемах в компании, о тяжелых отношениях с Кирой, о любви к Кате и о многом-многом другом.
А Елена Александровна поведала, как тяжело ей было первое время уживаться с Валерой. Что вышла замуж не по любви, а по велению родителей, что сначала зауважала его, и только потом влюбилась.
Еще она вспоминала Леонида, отца Кати. Каким проблемным ребенком он был. Но таким жизнерадостным, таким добрым, простодушным, что и людей таких не бывает. Только Катя такая. Но она грустная. Тяжело ей, но как помочь Елена Александровна никогда не знала.
За душевными разговорами они провели всю ночь и немного утра. Андрей хотел ехать домой. Но Елена Александровна категорически запретила и постелила ему в Катиной комнате. Что крайне обрадовало Андрея.
И вот он лежит в ее постели.
Катенька…
Вдохнул запахи комнаты и зажмурился.
Как же он соскучился! И как устал от навалившихся проблем!
Но все же чуть-чуть полегчало. Он выговорился. Не зря этот метод считается одним из самых действенных лекарств от душевных ран.
Что же будет дальше? Хочется верить, что только хорошее.
Закрыл глаза и тут же уснул.
Среди красных полей роз кружилась Катя. Она заливисто смеялась, раскинув руки в стороны. Красное платье. Красные лепестки, парящие в воздухе. И ярко-голубое небо…

_________________
- Ты не туда идешь! Огни в другой стороне!
- Мне все равно, я зажгу свои.

Хоть в этой части произведения и пришлось поволноваться за Пушкарёвых, но появилась некая лёгкость и уверенность, что всё будет хорошо. Андрей молодец, что не оставил одну Елену Александровну, помогли друг другу.
Автору -

_________________
Мадам - МАСКА


Ах, если бы всё мечты сбывались...