|
Глава 6. «О непредсказуемости жизни»
– Андрей, может быть вам с Катей развестись?
– Что? – непонимающим шепотом переспросил Жданов. – Ты чего несешь, Малиновский? Ты белены, что ли объелся?!
Роман молчал, но глаз не отводил, смотрел прямо, и взгляд был серьезным, можно даже сказать суровым.
– Ты думаешь, – Андрей приподнялся на локте и не менее выразительно посмотрел на друга, – если мне врачи вставать не разрешают, то тебе опасаться нечего? Зря, Малиновский, ты на это надеешься. За такие слова я и мертвый до тебя дотянусь и придушу. Ты меня понял! Стратег хренов!
– Не ори, – одернул его Роман, – а выслушай сначала. Придушить ты меня всегда успеешь.
– И слушать не собираюсь. Как тебе только в голову такое могло прийти! Да, я… тебя…
– Андрей! Уймись!
– Я уймусь! – продолжал бушевать Жданов, – я сейчас только башку тебе оторву и сразу же успокоюсь!
– Послушай! – взревел Роман. – Меня следователь вызывал, – глухо продолжил он. – Они подозревают, что стреляли не в тебя, а в Катю, а ты случайно ее пулю на себя взял, понимаешь?
– Как?! – обомлел Андрей. – Почему я ничего об этом не знаю?!
– Мы не хотели тебе говорить, – Роман виновато опустил глаза. – Это же пока только предположение...
– Постой…, что ж, получается, сначала гибнет Сашка, потом стреляют в меня, или… в Катю?! О, Господи!
Жданов тяжело опустился на подушку.
– «Что же это? Неужели убийца и, правда, охотился за его Катей!?»
Почувствовав подступающую дурноту, Андрей усилием воли попытался с ней справиться.
– Андрей, тебе нехорошо? – заметив, как вдруг побледнел друг, разволновался Роман. - Врача позвать?
– Не надо… не зови… Сейчас пройдет…
– Андрюх, ты только не переживай, слышишь? – передвинул стул и сел поближе к его кровати Малиновский. – Мы сейчас все меры предосторожности приняли, чтобы твоих защитить.
Жданов, прикрыв глаза, молчал, и Роман, внимательно наблюдая за его состоянием, был готов в любой момент позвать на помощь.
– Причем здесь развод? – наконец, отдышавшись, спросил Андрей.
– Сам не знаю…, просто я ума не приложу, как вывести из-под удара Катю и детей, вот и лезет в голову всякое.
– Понятно… Развод это не выход, Ром. И Катя, и дети, так или иначе, мои наследники, да и поздно уже стратегией заниматься, решение нужно принимать как можно быстрее.
Друзья опять замолчали, каждый пытаясь привести свои чувства и мысли в порядок.
За последнее время в их жизни произошло столько трагических событий, что немудрено было, не только покой потерять, но и утратить способность здраво рассуждать.
Десять дней назад в автомобильной катастрофе погиб Александр Воропаев, успев за минуту до своей гибели предупредить, что им всем угрожает опасность, а на следующий день после его похорон, на даче Ждановых, где они собрались всей семьей, было совершено покушение на Андрея. Пуля попала в плечо, было задето легкое, в общем, все было не фонтан, но медики постарались, и сейчас жизни Андрея уже ничего не угрожало. Врачи, оценивая его состояние как стабильное, перевели его из реанимации в обычную палату и даже разрешили посещения.
– Андрей, как ты себя чувствуешь? – заметив выступившие на висках друга росинки пота, допытывался Роман.
– Да все нормально, Ром, не волнуйся. Лучше скажи, что ты обо всем этом думаешь?
– Хорошо, только ты лежи смирно и постарайся не принимать все близко к сердцу.
Андрей в ответ кивнул головой.
– Тогда давай рассуждать спокойно. Что нам на сегодняшний день известно?
Александр успел сообщить Пал Олегычу, что его шантажируют – так? Понятно, что весь план нападения на компанию был составлен из расчета шантажа Воропаевых, но Воропаевы из игры выбыли – Александр погиб, Кира и Кристина слишком мелкие акционеры их акции ничего не решают, а вступить в наследство они по закону могут не раньше чем через полгода.
Дальше, я думаю, события развивались так - осознав, что их блицкриг провалился, бандиты видимо решили сменить тактику, и наехали на тебя. Но зачем они в тебя стреляли? Вот чего я никак не пойму, Андрей! Какой им резон был тебя убивать? По логике вещей они должны было выйти на нас, озвучить требования, предъявить ультиматум… Но убийство! Тем более без предупреждения… Это месть каморры какая-то получается, а не рэкет. А если их мишенью, прости Андрей, была Катя… это и вовсе беспредел, чистая истерика… Кому скажи на милость мы поперек горла встали? Конкурентов, которым бы мы дорогу перешли, у нас никогда не было, и нет, да и потом модный бизнес – это ж не политика, или скажем там нефть с алмазами, чтобы такую мясорубку устраивать. Чертовщина какая-то получается, согласись?
– Похоже, ты прав, Ромка. Что-то во всей этой истории есть странное, непонятное.
Андрей откинулся на подушку, и опять закрыл глаза.
– Устал я что-то. Ты иди Ром, хорошо?
– Андрей, тебе точно врач не нужен?
– Мне сейчас нужно побыть одному и обо всем подумать. Не волнуйся Ром, со мной все в порядке. Иди, – повернулся Андрей к другу, успокаивающе пожал ему руку и даже слегка улыбнулся.
Оставшись один, Андрей обвел глазами строгое белое пространство больничной палаты, и почему-то ему вспомнилась пустыня, – белый цвет ее бесконечных песчаных барханов, безжалостное белое солнце над головой и его отчаянная попытка выжить в тех страшных нечеловеческих условиях…
Что за судьба у него такая, тоскливо размышлял Андрей, почему она раз за разом пытается отнять у него самое дорогое? Или это не судьба виновата? Может быть, это расплата за совершенную когда-то подлость?
– «Я люблю тебя без памяти, – мысленно обращался Андрей к жене, – ради тебя, ради наших детей, я готов на все, на любые жертвы и лишения, но расстаться с тобой, жить вдали от тебя – я не смогу… Это выше моих сил. Я без тебя умру, Кать».
Дверь чуть слышно отворилась и в палату зашла медсестра, Андрей закрыл глаза, и сделал вид что дремлет, сестра постояла немного у постели что-то переставила на тумбочке и тихо вышла.
– «Что же делать? Как защитить семью от безжалостных убийц? – мучительно размышлял Андрей и видел только один выход, – родителям и Кате с детьми нужно срочно уехать из Москвы. Вот только куда? – Нужно посоветоваться с отцом, – решил он. – В любом случае здесь им оставаться нельзя, это очень опасно».
Со стороны двери опять раздался какой-то звук, она приоткрылась и в образовавшийся проем просунулась очаровательная женская головка.
– «Катя!» – радостно скакнуло сердце.
– Что это вы Катерина Валерьевна мнетесь у дверей, словно пришли ко мне на прием, да еще и в первый раз? – спросил он с напускной холодностью, и Катерина сразу поняла, что муж сердится.
– «Интересно из-за чего?» – подумала она.
– Андрюш ты не спишь? А мне медсестра сказала…
Катя подошла к кровати и наклонилась, чтобы его поцеловать, хотела в губы, но Андрей отвернулся, и поцелуй пришелся в щеку.
– «Таак, – удивилась Катерина. – Что же у нас случилось?»
– Ты почему мне ничего не рассказала? – недолго мучил ее неизвестностью муж.
– О чем?
– О чем? – сразу вспыхнул Андрей. – О выводах, к которым пришел следователь!
– «Малиновский, – догадалась Катя. – Вот ведь балабол, прости Господи».
– Андрюш, это же только предположение, возможно, оно и не подтвердится.
– Не подтвердится, предположение, – повторил за ней Андрей. – Ты зачем сюда приехала, а? Тебе, что было сказано, сидеть дома и не высовываться! Почему ты никого не слушаешься, Катя?!
– Если ты настаиваешь, – сделала вид Катерина, что обиделась, – я могу и уйти.
– Нет! – схватил ее за руку Андрей. – Не надо. Чего уж теперь… Только больше ты ко мне не приезжай, договорились?
– Скажешь тоже, – возмутилась Катя. – Как я тебя одного оставлю?
– А вдруг…
– Никаких вдруг, Андрей, – проявила свое врожденное пушкаревское упрямство Катерина. – Меня и так Роман со своими мерами безопасности достал: из дома лишний раз не выпускает, целый полк охранников нанял… Что же мне из-за этих извергов теперь в подвале сидеть? Ууу, – пригрозила она кому-то неведомому за окном. – Не дождетесь!
Андрей не переставал удивляться мужеству и стойкости своей маленькой хрупкой жены. Когда его ранили, она первая бросилась к нему на помощь, - она не закричала, не заплакала, не впала в истерику, она до приезда скорой зажимала его рану рукой и изо всех сил старалась подбодрить и поддержать его. И только побелевшие губы, да расширенные зрачки наполненных ужасом и болью глаз выдавали ее истинное состояние.
– Как дети? – улыбнулся Андрей, с любовью вглядываясь в родные черты.
– Все в порядке, Андрюш, не волнуйся, только скучают они, все время спрашивают, когда папа из командировки приедет.
– Я тоже очень соскучился по ним…
Андрей за руку притянул Катю ближе к себе и потерся щекой о ее ладонь.
- Кать…
Муж так произнес ее имя, что Катерина сразу поняла, – он очень хочет, чтобы она пожалела и приласкала его. Что греха таить, случалось у него такое настроение, любил солидный бизнесмен и отец семейства Андрей Павлович Жданов, немножечко покапризничать.
- Что Андрюш?
Катя села рядом с ним на постель.
– Обними меня, – последовала тихая просьба и Катерина, улыбнувшись (как же хорошо она его знает), осторожно просунула свою руку мужу под голову, потом прилегла рядом с ним на подушку и стала, целуя его в висок гладить по волосам.
Им было так уютно вдвоем, что не хотелось думать ни о рэкете, ни о бандитах, ни о нависшей над ними опасностью, хотелось просто плыть по волнам нежности и любви, и, ощущая близко близко самого дорогого человека ласкать и целовать его.
Катя и Андрей никогда не задумывались о глубине своих чувств, но взаимную потребность быть рядом друг с другом ощущали всегда. Каждое расставание было для них испытанием, и только осознание необходимости этого расставания и мысли о том, что они скоро опять встретятся, поддерживали их и не позволяли отчаиваться. Они друг без друга не могли жить.
Катя чувствовала Андрея как саму себя и сейчас хорошо понимала, что беспокоит его, и то, что другого выхода у них нет - тоже понимала. Они должны защитить детей, поддержать в трудную минуту стариков родителей, а, значит, пусть на время, но должны будут расстаться. Думать об этом было невыносимо, а уж говорить…
– Кать, – вздохнув, приготовился Андрей рассказать жене, о принятом им решении отправить семью на неопределенный срок из Москвы, но нетерпеливый стук в дверь прервал его.
– Ребята, я, конечно, извиняюсь…, – влетел в палату взъерошенный Малиновский, в очередной раз по инерции удивившись: – «Опять целуются! И когда ж они намилуются-то уже?!»
– Я извиняюсь, – повторил Роман с нажимом, – но есть дело. Сверхважное! – многозначительно добавил он. – Сергей Сергеич заходи.
Роман распахнул дверь и в палату стеснительно улыбаясь, вошел Потапкин.
– Извините, Андрей Палыч, Катерина Валерьевна, – смутился руководитель службы охраны, но Катя решила, что старые друзья могут обойтись и без сантиментов.
– Садитесь, Сергей Сергеич, – указала она на стул, а сама поднялась и встала в изголовье кровати. – Рассказывайте, что случилось.
Потапкин вздохнул и начал пространно излагать свою теорию.
– Понимаете, Андрей Палыч, следаки сразу установили, что стреляли в вас из двадцатизарядной снайперской винтовки Ремингтон. Стрелок был явно не новичок в этом деле, он долго следил за домом, выжидал, когда вы с Катериной Валерьевной останетесь в саду одни, значит, готовился, но при этом выстрел был всего один и неудачный. Меня это сразу удивило. Чтобы снайпер да промазал? И почему он тогда не стал стрелять второй раз? Простите, – заметив, как от его слов вздрогнула и побледнела Катерина, поспешил извиниться охранник.
– Ничего, ничего – остановила его Катя. – Продолжайте Сергей Сергеич.
Странно все это. Вот я и решил сам во всем разобраться. У меня есть знакомый баллистик, он в ГРУ работает. Мы с ним спроектировали траекторию пули, и вот что получается, этот снайпер он вообще целился в пустоту, вернее в вазу на столе… Понимаете! Просто вы Андрей Палыч в этот момент неожиданно привстали ну и … А если стреляли не в вас и не в Екатерину Валерьевну, то получается, что вас просто хотели напугать.
Это было ошеломляющее сообщение и это кардинально меняло все.
Во-первых, относительно, но можно было быть спокойными – видимо в планы рэкетиров убивать акционеров все-таки не входило, хотя если судить по методам которые они выбрали чтобы сделать их сговорчивее - мерзавцы они были еще те, и от них ждать можно было чего угодно. Во-вторых, как предположил Роман, если их враги сами не ожидали такого поворота событий, то возможно сейчас находятся в замешательстве, а это значит, что, воспользовавшись этим замешательством, они могут быстро и незаметно вывезти семью Андрея из Москвы, а потом уже, не опасаясь с этой стороны провокаций, попытаться найти тех, кто устроил всю эту вакханалию.
Решено было собраться и разработать кардинальный план действий. Для этого уже на следующий день в палате Андрея было созвано совещание. Присутствовали: Пал Олегыч, Катя, Роман, Валерий Сергеич, Потапкин и собственно сам Андрей.
Маргариту Рудольфовну и Елену Александровну решено было не привлекать, он оставались дома с детьми.
– Пал Олегыч, повторите, пожалуйста, что вам успел сообщить Александр, – попросил руководивший собранием Роман.
Жданов-старший, с большим трудом переживший гибель сына своего самого близкого, ушедшего из жизни, но не забытого друга, и, последовавшее сразу за этим трагическим событием, покушение на Андрея, нахмурился и тихо повторил то, что узнал от Воропаева в их с ним последнем телефонном разговоре.
- Саша предупредил, что его шантажируют, он не успел сказать кто и чем, только добавил, что все расскажет потом, он был уверен, что это попытка захвата фирмы и очень переживал за сестер, просил побеспокоиться о них. Вот собственно и все…
В комнате повисло скорбное молчание. Все думали об одном и том же – как непредсказуема жизнь, как странно, что теперь, когда Воропаева нет в живых, все они никогда раньше, кроме, может быть, Павла, особо не жаловавшие Александра, сейчас грустят о нем и остро сожалеют о его гибели.
- «Хорошо, что мы выполнили последнюю Сашкину просьбу, - думал Андрей, - Кира и Кристина теперь в недосягаемости. Ну а нам предстоит решить, как обезопасить наших родных и как подготовиться к возможной атаке на «Зималетто»».
После продолжительных и довольно громких споров, учитывая, конечно, больничные условия в которых проходило совещание, и крайнее недовольство лечащего врача Андрея этим как он выразился сборищем, было принято следующее:
1. Павел Олегович Жданов с супругой, невесткой и внуками уезжают в Швейцарию по любезному приглашению тамошнего близкого друга Павла, который, узнав об опасности угрожающей семье Ждановых, не только пригласил их на время к себе, но и пообещал такую охрану, которой сам король Саудовской Аравии позавидует.
2. Валерий Сергеевич Пушкарев также с супругой отправляются в поход по местам своей боевой молодости и ближайшим самолетом улетают в Забайкальский военный округ.
3. Андрея по настоянию Маргариты Рудольфовны после необходимого лечения в Московской клинике ссылают в Италию в маленький городок Сиену, расположенный недалеко от Флоренции, на долечивание.
Там, опять же со слов Маргариты, в клинике «Agostino Gemelli» обитает какой-то чудо эскулап, у которого проходит обследование и лечение сам Папа Римский, и который быстро поставит Андрея на ноги.
4. В Москве остаются Роман Дмитрич Малиновский и Сергей Сергеич Потапкин, они будут, во-первых, помогать следствию, а во-вторых, сами попытаются добыть интересующую их информацию, ну и, конечно же, будут держать руку на пульсе событий и докладывать обо всем происходящем Павлу Олеговичу и Андрею.
Решено было также предпринять все необходимые юридические и финансовые меры, дабы избежать любых провокаций со стороны неизвестных рэкетиров, для чего надлежало привлечь к делу надежных проверенных юристов и верного Катиного друга Николая Антоновича Зорькина.
В дальнейшем в этот практически безупречный план после некоторых препирательств и даже ссоры (правда, шепотом) супругов Ждановых было внесено дополнение:
– Катенька, сопроводив свекра и свекровь с детьми в Швейцарию и убедившись в их полной безопасности, тайно переезжает в Италию и будет находиться там с Андреем до полного его выздоровления.
(План был составлен и собственноручно записан Р.Д. Малиновским, поэтому автор за стилистику и некоторую присущую этому герою эксцентричность ответственности не несет. Прим. автора)
Наконец все разошлись, вернее врач, не выдержав этого безобразия, со словами: – «Это больница, господа, а не Давосский форум!», разогнал их компанию, а Андрею должно быть в отместку даже пообещал назначить пару дополнительных уколов.
– Катюш, может быть не надо тебе ко мне сейчас приезжать, – сделал еще одну попытку договориться с супругой Андрей.
– Андрюш, ну мы же все решили, да и потом…
– Что потом, Катюнь?
– Не смогу я без тебя, – выдохнула Катерина, уткнувшись ему в плечо. – Зачахну.
– Как же я люблю тебя, родная моя, – прижался Андрей к таким знакомым и таким как в первый раз волнующим губам.
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Какая энергетика в этой главе - читаешь и дрожишь. Ощущение скорости и погони, переживаю за Сашу 
что-то как-то... нет слов!
