ВЕРНУЛСЯ!!!
Вернулся мой Музик. Я его так ждала, так ждала...
В общем, так я обрадовалась его возвращению, что настрочила главу.
Ловите!
***11***
Андрей медленно шел в направлении Катерины. По пути сталкивался с танцующими, машинально извинялся и шел дальше, неотрывно глядя на Катю, чтобы не потерять ее из виду.
А еще Жданов усиленно думал. Мысли перебивали одна другую и не давали ему никакого результата. Наконец, пробилась
одна-единственная мысль: что он такое творит? Куда идет?
Казалось, что вот еще сейчас можно развернуться, уйти и просто смириться. Но это «сейчас» уменьшалось с каждым сделанным шагом, как будто отрубалась возможность всё исправить. Словно не было пути назад.
Андрей четко понимал, что всё, что он сейчас делает – это полное безрассудство!
Нужно было вернуться за столик к Веронике. И выкинуть все бредовые мысли из головы.
Ну, зачем он идет к Кате? Совершает очередную ошибку… И не раскаивается! Ни капли! Он – безумец.
Катя стояла к нему спиной. Кажется, никакого дискомфорта по поводу того, что осталась на танцполе одна, она не испытывала. Увлеченно двигалась под ритмичную музыку и никого вокруг не замечала.
Андрей остановился буквально в метре от нее. Стоял и не в силах был сделать еще хоть шаг.
И ведь отчетливо понимал – еще шаг, и дороги назад уже не будет.
Он не знал, что произойдет, и почему не будет обратного пути, но знал точно, что всё будет по-другому… потом. Что - всё? Понятия не имел.
А в следующую секунду сделал два шага и оказался в непосредственной близи от Кати. И вот тут уже не выдержал, больше никаких мыслей не осталось. Тревожные звоночки, видимо, перестали надеяться, что их услышат.
Жданов поддался первому порыву и, почти не касаясь ее тела, расположил свои руки на ее талии. Она, все еще находясь к нему спиной, замерла и только что не замурлыкала, запрокинув голову на его плечо. Но глаза ее были прикрыты, а потом она медленно положила свои руки на его и…
Катя резко распахнула глаза и в испуге посмотрела на Андрея, тут же отскочив от него и гневно вскрикнув.
- Андрей… Павлович… Что… что за…
- Кать, давай просто потанцуем? – попросил Жданов, и настолько умоляющим был его взгляд, что Катерина, не раздумывая, кивнула, хотя еще мгновение назад готова была разорвать Андрея на тысячу маленьких жданчиков.
И почему она согласилась? Ведь знала же, что нельзя. Ни в коем случае нельзя. Не понимала, почему, но чувствовала это каким-то шестым чувством.
И, несмотря на все внутренние предостережения, всё же согласилась.
Что было причиной такого быстрого согласия, Катя и сама не понимала. Но стоило лишь взглянуть в бархатные глаза мужчины, и она уже бездумно кивнула, соглашаясь с его предложением.
Никогда еще ни один мужчина не оказывал на нее такое сильное влияние. Один взгляд, а она уже не владеет собой. Как будто под гипнозом.
А всё его глаза! Эти дьявольские угольки, излучающие в данный момент какой-то странный блеск…
Словно ожидая именно этой пары, диджей поставил медленную песню какой-то новой незнакомой группы.
Танцующие тут же разбились по парочкам и стали медленно покачиваться в такт музыке.
Катя замерла в руках Жданова и почему-то очень крепко вцепилась в его плечи.
Наверное, чтобы не упасть от переизбытка эмоций. Хотя она бы и так не упала, Андрей тоже не расслаблял мертвой хватки.
Его руки были горячими и буквально обжигали кожу. Ладони его находились на ее оголенной спине и изредка смещались то чуть выше, то чуть ниже, не нарушая при этом никаких приличий. Но в Кате эти движения вызывали какие-то странные ощущения… Такие, что сбивалось дыхание, и становилось трудно дышать. Ее щеки налились краской, и она всё пыталась хоть как-нибудь спрятать лицо от Жданова. Хотя, конечно, вряд ли Андрей смог бы разглядеть цвет ее лица в полумраке, в который погрузился танцпол, но … Катерине почему-то казалось, что Жданов видит ее насквозь. И знает даже больше, чем она сама о себе.
Его руки вновь опустились, и на этот раз ниже, чем следовало бы. Ладони коснулись ткани джинсов, расшитых бисером, но, почувствовав, как моментально напряглась девушка, поспешили вернуться в район талии.
Пушкарева никак не могла понять, почему ее тело так реагирует на руки Жданова. И на эту тему думать ей вообще не хотелось, по крайней мере, пока.
Андрей же был расслаблен и, казалось, абсолютно доволен всей сложившейся ситуацией.
Только вот, ему очень хотелось заглянуть Кате в глаза… Он сам толком не знал, что именно хочет там увидеть. И что было бы увидеть предпочтительнее в его ситуации. Наверное, самым оптимальным вариантом было бы выслушать от Катерины море «комплиментов» в свой адрес и, получив в подарок гневный взгляд, на следующий день подписать ее заявление об увольнении «по собственному». Но она, как назло, молчала, и Андрей понятия не имел, как остановить себя и не наломать дров.
Единственным стопором для него была сама Катя. И если бы она сейчас его послала на все четыре стороны, ему стало бы гораздо легче.
А тут вот, что получается… Она молчит.
Жданов в очередной раз подумал, что зря, вообще, послушал Веронику и Романа и приперся на этот дурацкий танцпол.
И уже сейчас начал осознавать, что всё закончится плачевно. Что-то ему подсказывало, что исход будет непременно таким.
- Кать, - вдруг сказал Андрей, глядя сверху вниз на девушку, - почему ты с ним?
Катя не сразу поняла, о чем он говорит, потому как мысли ее были затуманены, и надо сказать, что алкоголь уже давно был не причем.
А когда до нее дошел смысл его слов, даже обиделась.
- Я люблю Бориса, – ответила она, глядя ему за спину.
Смотреть Жданову в глаза почему-то не хотелось. И она уже стала догадываться, почему. Всё равно, что в омут с головой.
- Тогда почему же ты одна? Сейчас - почему?
- Ему позвонили по работе. И вообще, почему вы задаете мне такие вопросы? С какой стати? Я же вас не допрашиваю, например, о вашей уже второй по счету невесте, – взвилась Катерина, хотя и зареклась ничем не выдавать свое откуда-то взявшееся раздражение по этому поводу.
Но, как правильно говорят, не зарекайся!…
- Не допрашиваешь, но очень хочешь этого, - произнес Андрей задумчиво.
- Глупости какие-то, - нервно улыбнулась Катерина. – Делать мне больше нечего, как о вашей личной жизни расспрашивать. Бред!
Катерина помотала головой и постаралась отодвинуться от Андрея, но он крепко держал. Катя выжидающе посмотрела на Андрея.
Ну-у-у-у, и когда он ее отпустит?
У Жданова были совершенно другие планы, нежели просто отпустить Катю.
Нет, так просто она от него не избавится… И почему в ней столько упрямства? Ну, в конце концов, он же не слепой! Хотя тут и слепому, и глухому, и вообще всем было понятно поведение Катерины. А еще Жданов был просто уверен, что для нее все его такие блеклые, казалось бы, ласки, вроде поглаживания ее нежной спинки, не остались незамеченными.
Она явно не осталась равнодушна к этим его маневрам, которые в сущности ничего и не значили.
В голове Андрея родилась безумная мысль, что, как всегда, говорило только об одном – берегись! Такие моменты Малиновский называл: «Осторожно! Разум Жданова уехал в длительный отпуск, притом не обещал вернуться и оставил себе в замы нечто, что не только не помогает Жданову думать, но и активно этому процессу мешает…»
Вот и сейчас настал такой момент.
Одним глазом заметив какой-то странный темный закуток в нескольких метрах от того места, где они были, Жданов, не раздумывая, чуть приподнял Катю от пола, и, пока она находилась в недоумении, перетащил ее туда.
- Андрей, что вы твор…
Ее возмущение было тут же нейтрализовано умелым страстным поцелуем.
Андрей, кажется, вложил в него всё то, что чувствовал сейчас к Катерине. А вот девушка, как оказалось, была против. Катерина тут же засопротивлялась, стала молотить широкую ждановскую грудь маленькими кулачками, но напрасно…
Андрей прижал ее спиной к стене, но от губ так и не отстранился. Все ждал, ждал…
Ну, вот сейчас она уже должна сдаться. Еще чуть-чуть и…
А Катя вдруг действительно ответила на поцелуй.
Сначала она несмело раскрыла губы, но Жданов не дал ей опомниться и тут же завладел ее ртом. Поцелуй был, пожалуй, слишком горячий, а движения - порывистыми.
Ее ладони разжались, и уже через несколько секунд руки обвили шею Жданова, притягивая его всё ближе, хотя ближе уже просто некуда было.
Андрей ловил момент, но не спешил радоваться. Ведь в любую минуту она может его оттолкнуть. Это он знал наверняка. Она может!
А ему было так необходимо, чтобы она поняла, что с тем, что их тянет друг к другу, ничего нельзя поделать… Просто, чтобы она поняла, а больше ничего и не надо. Ну, или почти ничего…
Андрей оторвался от Кати, только когда совсем стало не хватать воздуха, но даже не дал ей хоть немного придти в себя.
Сунул свои ладони в задние карманы ее джинсов и рывком притянул к себе. Тут же усыпал всю ее шею невесомыми поцелуями и, поймав еле слышный стон, слетевший с ее припухших губок, снова слился с ней в долгом поцелуе…
Его руки и губы бродили по ее телу, а она охала, прикусывала нижнюю губу, чтобы не застонать, запрокидывала голову с прикрытыми от наслаждения глазами, а порой шептала какие-то нежные глупости, постоянно повторяя «Андрюша»…
Андрей потянул ее коротенькую беленькую маечку кверху, шепча Кате на ушко:
- И после этого ты мне говоришь, что ничего ко мне не чувствуешь? Маленькая врушка… - Жданов слегка куснул Катину шейку. – Ну, признайся же. Скажи, наконец, правду. Ты ревнуешь меня… И твой Борис тебе вовсе и не нужен.
- Нет, – упрямо помотала головой Катя, стараясь, чтобы голос звучал поувереннее и не срывался.
- Почему же ты сейчас не со своим женихом там, за столиком, а здесь со мной, в этом темном углу? Тогда что тебя держит здесь?
- Ты… - выдохнула Катя, прикрыв глаза.
Андрей перестал ее целовать и отодвинулся от нее.
Вот, значит, как! Всё ясно, Катерина Валерьевна. Андрей Жданов для вас всё равно, что маньяк, буйно помешанный, с которым лучше не спорить. А то, что она сама тянулась к нему за новой порцией ласк и стонала от наслаждения, так это ничего не значит. Ну и прекрасно!
Катя открыла глаза и вопросительно посмотрела на серьезного Жданова.
- Значит, это я тебя здесь держу? Насильно, да? А так ты бы уже давно сбежала. А-а-атлична! Как много нового я о себе узнаю.
Пушкарева постепенно приходила в себя и начинала злиться, только не на Андрея, а на себя.
А Жданов, тем временем, тоже вышел из себя. Смотрел на девушку, которую только недавно обнимал и целовал, и которая теперь вызывала в нем жгучую злость, и думал, что лучше сделать – убить ее на месте или зацеловать до полусмерти и пытками заставить ее признаться.
Но неожиданно сказал совсем другое:
- Ну, хорошо, раз так, я, пожалуй, пойду. Не пристало начальнику и его сотруднице по темным углам прятаться. А то еще подумают о нас что-нибудь не то. Например, что мы любовники. Нет, мне это не нужно, у меня невеста. Да и вам, Катерина Валерьевна, думаю совсем ни к чему все это. У вас ведь тоже жених, и вы его о-о-очень любите. А я обещаю, что больше не побеспокою вас, Екатерина Валерьевна, без надобности. Но уж, простите, по работе нам общаться придется. А сейчас причины общаться у нас с вами нет. Так что, я пойду.
Жданов развернулся и рванул прочь.
Катя несколько секунд стояла в оцепенении, а затем прислонилась к холодной стене и съехала по ней вниз. Обхватив дрожащие колени двумя руками, Катерина всхлипнула и прошептала:
- Какая же ты дура, Пушкарева!
И чего добилась?
- Ни-че-го…
На душе скребли кошки, сердце никак не хотело сбавлять ритм, а воспоминания услужливо подсовывали одну картинку за другой.
Катю затрясло.
- О Господи… Что я наделала? - выдохнула она и уткнулась носом в колени.
Жданов обогнул столик и упал на диванчик рядом с Вероникой.
Тут же выхватил из рук Малиновского бутылку виски, плеснул себе в стакан спасительную жидкость. Залпом осушил стакан и со стуком поставил его на стол.
Малиновский с Забельской затаили дыхание и старались не шевелиться. Вид Жданова не предвещал ничего хорошего.
Узнать, что же все-таки произошло, решила Вероника.
- Андрюша, а где Катя?
Андрей бросил на нее раздраженный взгляд и отвернулся.
Забельская закусила губу и подала знак Малиновскому, мол, «твоя очередь, он твой друг».
- Андрюх, а мы тут сидели, наблюдали, как все танцуют, только отвернулись на секундочку… Бац! А вас с Катей и нет. Вы где были-то? И почему ты один вернулся?
- Слушайте, отстаньте от меня оба! Я вас очень прошу. Не до вас сейчас, – отрезал Андрей и налил себе еще виски.
Вероника опустила глаза.
- «Поссорились…»
Малиновский с тоской проследил за действиями Жданова.
- «Жданыч, как всегда, напортачил…»
К столику подошел Бардовски, не заметив напряженной обстановки, улыбнулся и сел на свое место.
- А Катя на танцполе, что ли, до сих пор? Я же ей сказал идти за столик.
Борис завертел головой, пытаясь найти взглядом Катерину.
- Меньше нужно оставлять девушку без присмотра. Знаете, сколько мужчин здесь на нее любовались. А сейчас вот, неизвестно, куда ваша Катерина пропала, – язвительно произнес Андрей.
Малиновский насторожился. Как бы Жданов чего не выкинул сейчас…
Но Андрей замолчал и только для вида обнял натянувшуюся, как струна, Веронику.
Борис занервничал и стал энергичнее вертеть головой, но к столику вдруг подошла Катя.
- Катюш, больше меня так не пугай. Я же тебе сказал идти за стол, ну, где ты пропадала?
- Мне надо было отойти, – тихо сказала Катя, не глядя ни на кого.
Борис обнял девушку за талию и усадил к себе на колени.
Катя обняла его за шею одной рукой и прямо кожей почувствовала взгляд Андрея.
Заставила себя поднять на него глаза и заметила его усмешку.
Пушкарева прикрыла глаза и опустила голову на плечо Бориса.
Ей было очень плохо. Совесть не давала покоя. И ее даже трясло немного, странно, что Борис этого еще не заметил.
А еще Катерина боялась. Ужасно боялась, что Жданов в любую секунду может сказать правду. Хотя Катя и отметала эту мысль, как совсем уж бредовую, если учесть, что за столом невеста Жданова, но она не покидала голову Пушкаревой.
Катерина ощущала на себе взгляды собравшихся, но просто открыть глаза и посмотреть на них она не могла.
Роман странно поглядел на Андрея, затем на Катерину и незамедлительно сопоставил все факты, которые дали ему однозначный ответ – Жданов испортил своими поползновениями к Катерине всё дело! Теперь она ни за что не поверит ни единому их слову. Как теперь Жданов собирается доказывать Катеньке неверность ее женишка? Эх, Борька, знал бы ты… что творится за твоей спиной… Убил бы!
А теперь, скорее, Борис заподозрит Катю в изменах, чем наоборот. Вот придурок, Жданов! Да еще сидит весь разобиженный. Дать бы ему в глаз за срыв операции.
Ну, если Борька усомнится в Кате, то Жданову, стопудово, не жить.
И будто в подтверждение слов Малиновского, Борис вдруг наклонился к шее Катерины, нахмурился и спросил:
- Кать, что это за красное пятно у тебя на шее?
Катерина тут же испуганно распахнула глаза, прикрыла ладонью шею и улыбнулась.
- Да так, ничего страшного… Это у меня аллергия на… апельсины.
- Да? А я и не знал. Ты же вроде раньше не жаловалась.
- У меня только в последнее время… А я и забываю все время. Вот апельсиновый сок заказала…
- Катя, а что же вы так покраснели? Или у вас пятна не только на шее, но и на лице? – «мило» улыбнулся Андрей.
Забельская ткнула Жданова локтем в бок.
Бардовски непонимающе посмотрел на злого Андрея.
А Роман чуть не швырнул в Жданова какой-нибудь предмет потяжелее. У-у-у… заткнись, идиот!
Катя гордо вскинула голову и ответила:
- Душно здесь, - и повернувшись к Бардовски, добавила. - Борь, поехали домой. А то завтра еще на работу, а уже поздно.
- Конечно, Кать, как скажешь.
Катя с Борисом быстро распрощались со всеми и ушли.
А троица осталась сидеть в молчании.
Малиновский с Вероникой постоянно переглядывались, и Жданову это, в конце концов, надоело.
- Хватит уже! – рявкнул он. – Нечего на меня коситься так! Я не маленький ребенок, сам справлюсь, и не нужны мне ваши чертовы советы!
Андрей подскочил и на прощание бросил:
- Малиновский, отвези Веронику домой. И не опаздывай завтра на работу. Адиос!
Рома с Никой переглянулись и одновременно вздохнули, глядя на удаляющегося Жданова.
* * *
- Неужели ты соизволила явиться? – «удивился» Александр. – Я уж и не надеялся, – и уже серьезнее добавил. – Я же просил, без опозданий.
- На улицах пробки! – воскликнула Клочкова, присаживаясь на удобный мягкий стул, но потом заговорила тише. – К тому же, это ты хотел со мной встретиться, у меня, вообще, на сегодня были другие планы.
- Собиралась подсчитать все свои расходы и долги? Или, может, придумать, как со всем этим разделаться? Так у меня есть чудесная мысль, – решил посодействовать Воропаев.
- Да? И… и как? – спросила Виктория, наивно рассчитывая, что Александр хоть какую-нибудь идейку ей подкинет.
- А ты продай свою машину. Знаешь, сколько всего ты сразу сможешь оплатить? – хохотнул Александр.
- Дурак! – тут же рассвирепела Вика. – Я же серьезно!
- Между прочим, я тоже. У тебя о-очень уж дорогая машина, – протянул Александр. – Продай ее, а то скоро придется тебе на улице жить.
- Я никогда не продам свою машину, – отчеканила Клочкова. – Даже, если я голодать буду! Это единственное, что у меня осталось. Моя машинка – это все то хорошее, что осталось в моей жизни!
- Да, не густо, – вздохнул Воропаев. – Видимо, скоро так и будет. Только она у тебя и останется. Отберут у Клочковой квартиру за неуплату, и будет Клочкова жить в своей машинке. А потом и ее конфискуют. Учти, «Зималетто» - не приют для бездомных и не дом милосердия, так что придется тебе ночевать на улице.
- Замолчи! – взвизгнула Вика и зашипела. – Ты что же думаешь, я буду вечно терпеть все эти унижения? Да я сейчас встану и уйду. Вот так!
- Не уйдешь, – спокойно сказал Александр и победно улыбнулся, глядя, как сникла девушка.
Действительно, никуда она не уйдет, пока не узнает, зачем ее сюда позвал Воропаев. А если сказать точнее, пока не поймет, что ей требуется для того, чтобы заработать денег. И непросто заработать, а вытянуть из Воропаева как можно больше этих самых, пахнущих шикарной жизнью бумажек.
- Вот, я, как всегда, оказался прав, - довольно улыбнулся Александр. – Клочкова, я таких, как ты, миллион знаю. И все вы готовы на всё, что угодно, ради жалких грошей. Ну что, разве не так?
Виктория ничего не ответила и только зубы сжала, чтобы не высказать Александру прямо сейчас всё, что она о нем думает.
- Что ты хотел? – наконец, спросила Клочкова. – У меня нет времени рассиживаться с тобой по ресторанам.
- Какая занятая девушка! – усмехнулся Воропаев. – Между прочим, это у меня нет времени, и это я прождал тебя лишних полчаса. Так что, теперь сиди, помалкивай и внимательно слушай то, что я тебе говорю.
Клочкова тут же притихла и приготовилась слушать.
- Вот, то-то же, - кивнул Воропаев. – Итак, к делу. Мне нужно, чтобы ты следила за Ждановым и докладывала мне о каждом его шаге…
- Это из-за Киры? – перебила Вика мужчину.
- Я же просил не перебивать, что за манера! – разозлился Александр. – И, вообще, Кира тут не при чем. Я не заставляю тебя следить за личной жизнью Жданова. Твоя задача докладывать мне обо всех его сделках и планах по поводу «Зималетто».
- Я не понимаю, а… а зачем тебе это надо?
- Викусь, а я не удивлен, что ты не понимаешь, ты никогда умом не отличалась. Но именно поэтому я выбрал тебя. Просто делай то, что я скажу, хорошо?
Клочкова недоверчиво поглядела на Воропаева и неуверенно кивнула.
- Вот и отлично. Разумеется, я подскажу тебе, как и где искать нужную мне информацию, а то ты ведь сама не догадаешься.
- Саша!
- Ти-и-ихо. Ты чего раскричалась? Будешь действовать мне на нервы, и никогда не узнаешь от меня ничего более того, что я тебе поведал.
Вика снова притихла и только обиженно сопела.
- Умничка, сегодня понимаешь меня с полуслова. Итак, вношу некоторую ясность. Во-первых, Андрею ни за что не стать президентом «Зималетто»…
Клочкова, услышав эти слова, в момент насторожилась и стала жадно впитывать информацию.
И по мере того, как она слушала, глаза ее становились всё шире и шире.
Не может быть!..
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Может, и правда, поможет 
А что же делать с Андреем Павловичем, его-то куда сплавим?! 
)
Вот чё ОНА ему такого сделала, что он ТАК завёлся? 
А он - ГАД!!! 
