Доброй ночи, спасибо, что читаете и откликаетесь
Исполнение 1. 12/...Кажется, он был законченным идиотом, когда повелся на потупленный взгляд этой тихушницы.
«Я думала, вы предоставите выбор мне!»
Так он и предоставил. Еще удивлялся — «а'Моне», романтичное такое местечко, кальян, живая музыка… И в чем подвох-то?
Неужели прокололся? Паранойя!
Он неприятно скривился, но пора было нацепить улыбочку послаще. Королева красоты стремительно приближалась к его машине. Как бы ни протаранила ненароком.
Вынырнул из салона и слился с дорогой иномаркой в красивую картинку. Привычная вальяжная поза. Отточенная мимика. Все опробовано на десятках, да что там — за сотню перевалило. Уже собирался отбарабанить пару стандартных фраз… и запнулся. Система выдавала сбой.
И всё из-за одной маленькой выскочки в больших очках. Знакомые джинсы и толстовка, легкая болоньевая курточка нараспашку, а на голове… яркая трикотажная полоска.
Вот это ты попал. Не девушка, а мечта физкультурника… Челюсть подбери. И скажи ей уже что-нибудь.
Катя оперлась локтем о серебристый капот и красивая картинка на фоне авто распалась. В ее глазах читался вопрос:
— Чччто?
— Вечер добрый… Кааатенька… Вот, стою, не решаюсь пустыми словами такой момент испортить… Ааа что это у вас?
Он растопырил пальцы, как будто собирался нарисовать на лбу боевой раскрас.
— Это? — она невинно выгнула брови. — Чтобы волосы в глаза не лезли — очень удобно.
— Хм… Катенька, а мы с вами что, бегом, что ли, собираемся заниматься?
— Роман Дмитрич…
Катя оглянулась на витую дверь пафосного ресторана и выдержала паузу.
— Вы знаете, я подумала, может, пока солнышко — в Сокольники? Тут совсем рядом.
— А.. Ну что ж… ничего не имею против…
Вот ведь! Он старательно демонстрировал улыбку и косился на Катин рюкзачок.
— А что, все ваши дамские сумочки разбежались, когда узнали, что им предстоит встреча со мной?
— У меня ролики с собой. А вы катаетесь?
Катается ли он? Хороший вопрос. Даа, белые ходят первыми… Эта кенгуру в очках сейчас и на лыжи тебя поставит — пикнуть не успеешь.
А Катя без паузы уже обращала его в свою веру:
— А мне нравится… Я когда первый раз попробовала — ух! Мир как с другой точки. Ролики прямо в парке можно напрокат… Только прикид у вас… не спортивный в общем.
— Да? Еще никто не жаловался.
Он все же умудрился свалиться. На одном крыле дотянул до скамейки и теперь уговаривал себя не психануть.
— Ох, Катенька, кажется у меня на ноге катастрофа.
Только на ноге? Она была не согласна. Но решила остаться при своем мнении — и помалкивать. Давай, Пушкарева, это твой звездный час. Ты же вылитая сестра милосердия. Как там папа учил?
— Роман Дмитрич, штанину закатайте.
Поверхностный осмотр никаких результатов не дал. А что, собственно, она хотела увидеть? Щупальца? Или пластиковый хват на шарнирах? Даже кровь натурально так выглядит… Блин, Пушкарева, никакого в тебе сострадания.
— Больно?
— Эээ… Нормально, ничего… Да у вас настоящий арсенал.
— Меня папа без этого богатства из дому не выпускает. Шутка!
— Ситуация какая-то… Ай! Вы за мной ухаживаете. Обещайте, что в следующий раз мы поменяемся ролями. Катя, а вы сладкое любите?
— У-гу, зефир в шоколаде.
— Да… А я, пожалуй, не отказался бы от воздушного десерта. Да, тирамису, что вы скажете?
— Скажу, что для первого раза вы были неподражаемы.
— Ааа, Катенька, вы снова меня сделали. Рассыпаться в комплиментах в адрес прекрасной дамы… это же…
— Да ладно вам, какая из меня прекрасная дама, скажете тоже… Посидите здесь, сейчас домчу вашу обувь. Я быстро.
А она ведь и правда его сделала. Махнула рукой и юркнула в метро. Чееерт!
Рывком сел за руль и со всего маху хлопнул дверцей.
Будь проклят тот день, когда ты вздумал охмурить это четырехколёсное чудовище!
Продолжение следует