Элен писал(а):
Отличное исполнение, ждём продолжения))))))))))
ура, новый читатель! Элен, спасибо
несу продолжение
***
Катя опасалась все же, что Александр Юрьевич поделится своими подозрениями с матерью, и после этого уже, конечно, оставаться в доме будет для нее совершенно невозможно. Но Ольга Ивановна вела себя совершенно как раньше, а поскольку она не была тем человеком, который способен скрывать свои чувства, Катя немного успокоилась на ее счет. Непонятно было, почему Александр промолчал - из жалости к матери или же из страха перед отцом? Но, по правде сказать, Катеньке совсем не хотелось раздумывать над тем, что же на самом деле движет поступками Александра Юрьевича. Этот человек не любит и не уважает ее, так почему же она должна относиться к нему иначе? Александр Юрьевич больше не заговаривал с ней, но порой Катя ловила на себе его взгляд, и ей становилось страшно от того, что в нем ясно и недвусмысленно читалось.
Хуже всего было то, что Юрий Капитонович так и не отказался от идеи поженить их, и, как ни умоляла Катя его передумать, Воропаев оставался непреклонен. Как видно, поведение сына крепко его рассердило, и Юрий Капитонович решил настоять на своем во что бы то ни стало. Сопротивление Кати этому браку вызвало у него недовольство, отчего между опекуном и воспитанницей произошло даже некоторое охлаждение.
А тем временем Кира Юрьевна пребывала в самом лучезарном настроении. День свадьбы был уже определен; покамест же Маргарита Рудольфовна Жданова пригласила ее в поездку во Францию. Кира с восторгом согласилась, особенную радость же ей доставило известие о том, что в Париже они должны были встретиться с Андреем, который примерно в это же время собирался приехать туда с другом. Но радовалась Кира Юрьевна недолго – ровно до того момента, как Юрий Капитонович объявил, что Катя тоже поедет. Много было слез и рыданий, Кира уверяла отца, что компаньонка ей не нужна, и что Катя испортит ей всю поездку, и даже заявила, что Катя все это подстроила только ради того, чтобы увидеться с Андреем. Мать ее поддержала, но Юрий Капитонович заявил, что если Кира не хочет ехать вместе с Катей, то обе остаются дома, и это его последнее слово. Тут уж Кире Юрьевне пришлось смириться – слишком многое было у нее связано с этой поездкой.
Катя подчинилась безропотно. Ей не хотелось перечить Юрию Капитоновичу, и так на нее обиженному за упрямство, к тому же эта поездка предоставляла ей возможность хоть на время оказаться подальше от Александра Юрьевича. И даже самой себе не хотела она признаваться, что больше всего ее и радует, и тревожит предстоящая встреча с Андреем Павловичем.
Подошел день отъезда. Юрий Капитонович все эти дни державшийся с Катей строго, сейчас словно бы оттаял и простился с ней необыкновенно ласково. Катенька была этому рада, размолвка с опекуном камнем лежала у нее на душе. Со слезами на глазах она поцеловала руку Юрию Капитоновичу, и на протяжении всего пути на вокзал сидела с видом мрачным и печальным, чем немало рассердила Киру Юрьевну.
«Ты как будто навсегда с батюшкой прощаешься, - сказала она Кате сухо. – Или хочешь показать всем, что ты куда более любящая дочь, чем я?»
Катя ничего не сказала в ответ, только опустила голову. На душе у нее было тяжело, и она сама не могла себе ответить, по какой причине.
Но вскоре не без помощи Маргариты Рудольфовны плохое настроение ее развеялось, как туман поутру. С нетерпением ждала Катенька встречи с прекрасной Францией, ранее известной ей только по книгам да по рассказам Маргариты Рудольфовны. И действительность превзошла самые смелые ее ожидания. В Париже они остановились не в гостинице, а в доме друзей Ждановых. Хозяева отнеслись к ним очень сердечно, Катеньку же больше сего порадовало то, что ей разрешили свободно брать любые книги в библиотеке.
Вскоре прибыл в Париж и Андрей Павлович. Теперь Кира Юрьевна была совершенно счастлива, Андрей Павлович тоже выглядел счастливым и, казалось, был влюблен в свою невесту без памяти. Катя же была рада видеть Жданова, изредка беседовать с ним, и этого ей было вполне достаточно.
Правда, идиллию их омрачил один неприятный эпизод. Кира Юрьевна приревновала Андрея к Кате, и нельзя сказать, что совершенно беспочвенно – обстоятельства были несколько двусмысленные. Как-то раз Кира Юрьевна услышала из библиотеки шум и как будто женский вскрик, а вслед за этим голос Андрея Павловича. Бросившись в комнату, Кира увидела, что жених ее крепко держит Катю за запястья, и вид у обоих взволнованный и даже какой-то взъерошенный. Кира Юрьевна потребовала немедленных объяснений. Андрей с несколько растерянною улыбкою объяснил, что Катя хотела достать книгу с верхней полки, чтобы дотянуться до нее, встала на стул, но, к несчастью, потеряла равновесие и чуть не упала, а он помог ей спуститься. Катя все это подтвердила, почему-то извиняясь перед Андреем Павловичем, но Киру Юрьевну эти объяснения не удовлетворили. Между женихом и невестою произошла серьезная ссора. Кира Юрьевна ждала извинений; Андрей Павлович, не чувствуя за собой никакой вины, уперся и просить прощения не желал, извинения же Кати только подливали масла в огонь.
Дошло уже до того, что помолвка оказалась под угрозой, но вовремя вмешалась Маргарита Рудольфовна. Побеседовав со всеми по отдельности, уверилась она в том, что дело обстоит именно так, как рассказывают Андрей Павлович и Катя; но ей предстояло убедить в этом Киру. Маргарита Рудольфовна любила Киру и хотела брака между нею и своим сыном, однако теперь из-за необузданного нрава девицы Воропаевой выгодный обоим семействам союз мог разрушиться; этого допустить было нельзя. Маргарита Рудольфовна убеждала Киру в том, что Андрей ее любит, спрашивала, готова ли она разрушить счастье своей жизни из-за такой нелепости, из-за глупого недоразумения, говорила о том, что даже самый любящий мужчина не вынесет пустой ревности, а также, что женщина должна быть мудрой, терпеливой, понимающей… Старания ее увенчались успехом: Кира успокоилась и признала, что погорячилась. После чего Андрей, получивший ранее свою порцию увещеваний, попросил у нее прощения, уверил в своей любви и вечной верности и мир, наконец, был восстановлен.
Казалось, что худшее позади; но тут судьба нанесла им новый и куда более жестокий удар.
Следующим утром г-н Ардынцев, общий знакомый Ждановых и Воропаевых, нанес Маргарите Рудольфовне визит. Между ними состоялся долгий разговор за закрытыми дверями, после чего гость передал письмо от Александра Юрьевича. Маргарита Рудольфовна распечатала это письмо дрожащими руками. Очень скупо и сухо Александр Юрьевич писал о том, что отец его трагически погиб, виною чему был несчастный случай, и что Кире и Кате надлежит как можно скорее вернуться домой. Из беседы с Ардынцевым Маргарита Рудольфовна получила намного больше сведений о том, что произошло. Теперь нужно было подумать, как сообщить об этом Кире и Кате.
С трудом подбирая слова, Маргарита Рудольфовна поведала девушкам трагическую новость. Кира залилась слезами и припала к ее плечу; Катя же сидела молча, недоуменно сдвинув брови, словно никак не могла уразуметь смысл услышанных слов.
- Это же неправда, - тихо сказала она. – Не может ведь этого быть!
- Увы, дитя моя, это правда, - печально ответила ей Жданова. – Я понимаю, тебе…
Не дослушав ее, Катя вскочила и стремглав выбежала из комнаты. Запершись у себя, она просидела там остаток дня, и не пускала к себе даже Маргариту Рудольфовну, переживая свое горе в одиночестве.
Катя не могла простить себе, что согласилась на эту поездку. Самый близкий и дорогой ей человек умер, и ее не было рядом в его последние минуты, она не успела попрощаться с ним. Вместо этого она беззаботно веселилась, в то время как…
Тут, наконец, хлынули слезы; содрогаясь от рыданий, Катя скорчилась на постели. До мельчайших подробностей вспоминала она лицо Юрия Капитоновича, его взгляд, голос, тепло его руки, и не могла поверить, что больше никогда уже не увидит своего опекуна, ставшего ей ближе и дороже родного отца.
Вернулись они, конечно, уже когда Юрия Капитоновича давно схоронили. Ольга Ивановна была убита горем; заливаясь слезами, упала она в объятия дочери, и Кира Юрьевна все никак не могла ее успокоить. Александр Юрьевич выглядел таким же холодным и надменным, как и всегда; глядя на его спокойное лицо, трудно было поверить, что человек этот понес тяжелую утрату. Ольга Ивановна пожаловалась Кире, что Саша убивает ее своим равнодушием; а горничная Маша, пока разбирала Катины вещи, рассказывала, что Александр Юрьевич ни слезинки не проронил над отцом, и казалось, что ему вообще все равно, что происходит. «А может быть, - прибавила Маша шепотом, - еще и рад был!»
Катя слушала все это вполуха, не проявляя ни удивления, ни интереса. Иные мысли занимали сейчас ее ум. Теперь, после смерти Юрия Капитоновича, в доме не осталось ни одного человека, который относился бы к ней с приязнью, за исключением слуг. «Возможно, - думала Катя, - скоро придется мне покинуть этот дом и самой зарабатывать себе на жизнь…». Юрий Капитонович не раз говорил, что выделит ей капитал. Хорошо, если это так, но если даже нет, она сможет заработать себе на жизнь. Катя не думала, что Ольга Ивановна и Александр Юрьевич станут удерживать ее в доме, а обузой ей быть совсем не хотелось. Она уже собиралась уведомить Воропаевых о своем намерении, но тут Александр Юрьевич вызвал ее в кабинет для разговора.
«Отец мой завещал вам некоторую часть акций фирмы, - без обиняков заявил Воропаев. – Не сомневаюсь, что он хотел таким образом подтолкнуть меня к заключению брака с вами. Но я, Катенька, даже ради сохранения семейного капитала не готов пойти на такие жертвы. Так что можете забыть о безумной идее моего батюшки – хозяйкой в этом доме вам не бывать».
Катя не смогла сдержать вздоха облегчения.
- Значит, я могу распорядиться наследством по своему усмотрению? – спросила она.
- Я знал, что именно это вас озаботит в первую очередь, - улыбнулся Александр. - Нет, не можете. Пока вам не исполнится двадцать один год, вашим наследством распоряжаюсь я на правах опекуна. Если вы, конечно, до этого времени не выйдете замуж. Обещаю, что не буду возражать против вашего брака, кто бы к вам ни посватался. Чем скорее вы уберетесь из моего дома, тем лучше.
- И вас нисколько не заботит, что часть семейного достояние может перейти в руки чужого человека? – недоверчиво сказала Катя.
- О, я и не такую цену готов заплатить, лишь бы никогда не видеть вас более, - ответствовал Александр Юрьевич. – Но, боюсь, что придется вас терпеть несколько дольше, чем мне того хотелось бы. Батюшка на смертном одре взял с меня клятву, чтобы я позаботился о вас, и будьте уверены, я ее сдержу. Уж я о вас позабочусь…
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
А что там о ней за разговоры ходили?
*прошу не считать за спойлер*
, всем 
афффтар хороший!!!! 
хотя не так активно, как хотелось бы - трудо выебудни несколько этому мешают 
