Исполнение 3
21/?Конечно, доктор был пьян, но сразу сообразил, что под боком не Моника Белуччи, которая являлась ему ночной порой в юные годы. Во-первых, Моника у него под мышкой просто не уместилась бы. Во-вторых, сегодня был бенефис другой героини.
«Доверяй, но проверяй», – гласит народная мудрость. Он осторожно отогнул клетчатую ткань и убедился, что предчувствие его не обмануло: завернувшись в половину шерстяного пледа и положив под щеку кулачок, Катя Пушкарева загадочно улыбалась в его третье и четвертое ребра.
«Интересно, если ее снова накрыть, а потом еще раз проверить – она исчезнет или нет?»
Он так и сделал. Потом повторил. Катя не пропадала.
«Судя по предыдущим сценариям, сейчас я должен начать до нее домогаться. Ночь сурка какая-то. Ну, уж дудки! Буду ломать штампы: притворюсь бревном, причем, совсем не гимнастическим, на котором девицы фигуры высшего пилотажа крутят, а самым что ни на есть неотесанным деревянным. Вот так! Лежу, молчу, думаю негромко, пробую уснуть».
Увы, заснуть не выходило.
«Это все будильник! Разве можно так оглушительно тикать? Расслабиться не дает».
Пушкарева немного довернулась и снова затихла, перебросив руку поперек воропаевской груди.
«Хм. Какой интересный поворот. Кажется, я уловил систему в сновидениях. Сначала я домогался, а она дала мне отпор. В следующий раз – я уже не приставал, а скорее соблазнял, и она не была против. Значит, что? Теперь ее очередь ко мне приставать! Только представить Катю в такой ипостаси никак не могу».
Тем временем Катерина потянулась и обняла его за шею. Плюшевым мишкой он пробыл не долго – минуты три, затем девушка бессознательно погладила ворот рубашки, замерла на мгновенье, осторожно ощупала ключицу, выясняя, на чем же лежит ее рука и даже дышать перестала.
«Я обнаружен», – понял Александр и представил ее испуг. – «Вот так неожиданно оказаться в койке, точнее, на диване с мужчиной. От которого спиртом и табаком несет за километр. А кому сейчас легко? Да-а-а… видел бы нас сейчас Валерий Сергеевич… что бы он сказал?! Да ничего! Молча побежал бы за двустволкой и патронами, у него наверняка есть. Или за иконой – благословлять».
Он хотел накрыть рукой ее ладошку и сказать что-нибудь ободряющее вроде:
– Привет. Выдохни, я знаю, ты уже не спишь. Не бойся, не укушу.
Верх взяло любопытство, и он промолчал, притворяясь спящим. Что Катя будет делать? Попытается сбежать? Так просто у нее это не выйдет, придется перелезать через него. Или подтвердит его свежеиспеченную теорию и перейдет к активным действиям?
Пушкарева приподнялась на локте, легонько толкнула его в плечо и смущенно задала совершенно идиотский вопрос:
– Александр Юрьевич! Александр Юрьевич, что вы здесь делаете?
«На рояле играю, не видишь что ли!?»
– Александр Юрьевич, вы спите?
«Нет, газету читаю!»
– Александр Юрьевич, вы напились и отключились?
«Еще пара вопросов и я не выдержу, подскочу и начну вопить: «Я здесь лежу и жду, когда ты меня начнешь соблазнять!»».
– Ну, спите, спите. Не ехидничаете и не рисуетесь – непривычное зрелище.
«Но-но! – возмутился мысленно Воропаев, – Это кто рисуется? Дожил, меня критикуют в собственном сне. Давай, не отвлекайся, приступай. Смелее, Катя, смелее, это же не по-настоящему! Завтра я даже не вспомню об этом, я сны вообще плохо запоминаю, а ты настоящая ничего и не узнаешь».
– Даже хорошо, что вы спите. А то, что бы я делала? Сейчас спокойно перелезу и уйду. Еще немножко и...
Она положила голову на плечо Воропаеву и снова обняла его.
– Дрыхнет самым бессовестным образом. Сколько же выпил, если его так вырубило? А ведь я могу с ним сделать все, что захочу!
«Наконец-то сообразила!»
– Вот возьму и нарисую зубной пастой усы! Нет, слишком мелко. Что бы такое придумать?
Катерина вздохнула, как перед прыжком в пропасть, неуверенно погладила мужчину по щеке и обвела пальчиком его профиль.
«Это все? – удивился Александр. – Пушкарева, где твоя фантазия? В прошлых снах было гораздо горячее».
Пальчики снова пробежали по его лицу, робко, едва касаясь. Катя склонилась к его уху и прошептала:
– Надеюсь, вы действительно крепко спите. Иначе я никогда в жизни к вам больше не приближусь.
Он решил держаться до последнего и тут же ощутил прикосновение ее губ к своим бровям... глазам… носу…
«Вот дался ей этот нос!»
Словно услышав, Катя соскользнула к подбородку, наверное, укололась о щетину и решилась на поцелуй в губы. Один, короткий. Следующий – немного дольше. Выходило как-то по-детски, неуклюже и нежно, будто впервые. Доктор пытался контролировать свое состояние: слава богу, пока обходилось без зашкаливающего возбуждения. По телу разливалась ленивая истома, немного кружилась голова, но ощущение было довольно приятное, усиливающее впечатление нереальности происходящего.
– Удивительно, мы ведь только целуемся, даже не раздеты, а так хорошо.
Во сне Воропаев вполне мог себе в этом признаться. Вот только сказал он это почему-то вслух.
Катя охнула и уткнулась в его плечо.
– Не прячься, лучше продолжим, пока я не проснулся.
– Так, по-вашему, это сон? – переспросила она, приподнялась и недоверчиво уставилась на Александра.
– У тебя есть сомнения? Мы теряем время! – Он потянул девушку на себя и продолжил поцелуй.
Александр положил руку Катерине на спину, слегка помассировал, автоматически отмечая про себя: «Остеохондроз нижних шейных, хм… да пожалуй, верхних грудных позвонков тоже. Много сидит за компьютером в неудобной позе. Или ноут в постель берет. Не тем ты, Катя, в постели занимаешься!» Слегка прижал к себе, так, чуть-чуть, чтобы не вздумала отстраниться. Катя повела плечами, требуя продолжения, и он вернулся к массажу, радуясь, что угадал отзывчивое местечко. Его профессиональные навыки были оценены по достоинству: Катерина не сдержала короткого стона и стала отвечать на его поцелуй более энергично. Воропаев решился на изменение диспозиции, он все-таки предпочитал быть сверху. Повернулся на бок, увлекая за собой Катю, и со всего маху шлепнулся на пол.
Удивленно осмотрелся. «Почему так светло? И почему так болит голова?» Напрягся, пытаясь вспомнить вчерашний вечер, но четко видел только свой поход в перевязочную и первую мензурку спирта.
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Не знаю, насколько сопоставимы, а вот лаконичность объяснима - я половину написанного удаляю 
Спирт был очччень медицинский.... 