Хех. Пожалуйста.
По заявкам трудящихся следующую проду назовем "Ай"
Исполнение 3
20/?- Вы ведь не отстанете, да?
Воропаев вздохнул и поднялся. В голове гудело и от спиртного и от удара. Сделал шаг на нетвердых ногах и промахнулся мимо ступеньки.
- Однако…- пробормотал он, хватаясь за вовремя подставленное плечо Катерины.
- Вот именно, - с оттенком злорадства в голосе согласилась добровольная помощница. – Какой вы неуклюжий!
- Но-но! – Он погрозил девушке пальцем. – Попрошу не передразнивать!
Парочка медленно и осторожно двинулась по лестнице.
- Вот чего ты припёрлась, а? Ну? ждала бы в кабинете, потом пошла в палату спать, как все приличные пациенты. Нет, отправилась шарахаться по коридорам… - бурчал Александр.
- Сами сказали, надо договорить. Не пришла бы - сидели бы до утра на лестнице. Еще чего доброго во сне скатились бы и шею себе свихнули, – вразумляла его Катя.
- Знаете, сколько народу вздохнуло бы облегченно?
- Догадываюсь. Осторожно, косяк…
- Ай! Вы меня заразили! Я теперь тоже буду собирать все углы и порожки.
- Еще чуть-чуть, вот так, теперь несколько шагов до дивана.
- Ждете, что я вас буду благодарить?
- Я же не дура. Да и не за "спасибо" работаю.
- Да-а-а? Как вы говорить умеете. А за что? Катя, я такой коварный… а вы еще коварнее.
- Конечно-конечно, как скажете.
- Нет, правда, вы не ждете от меня и «спасибо», а я вот сейчас возьму и вас поцелую. Из благодарности, разумеется.
- Пугаете? – Катя подняла голову и пытливо посмотрела на Воропаева.
- А вы вдруг возьмете и мне ответите, – добавил он и немедленно поцеловал приоткрывшиеся для очередной реплики губы. Решительно и нежно.
- Вот видите, я был прав, - довольно заметил он минут через пять. – Черт, а ведь это даже лучше, чем в прошлый раз!
- Вы сошли с ума? Конечно, это все объясняет. И хватит уже меня обнимать, ложитесь на диван и спите!
- Кать, а что вам про меня рассказывала Ольга Вячеславовна? – вдруг спросил Александр. Ему нужно было срочно проверить одну теорию. Вдруг его сон был… гм… вещим?
- Многое, – нехотя выдавила Пушкарева. – Но я не расспрашивала, она сама!
- Как же! Опять пытаетесь врать. Расспрашивали, выведывали, уточняли подробности… Ну и как?
- Что как? – не поняла Катя.
- Удовлетворили любопытство? Разобрались в моем сложном и противоречивом характере? Оправдали неприятное, откопали, что понравилось?
- Больно нужно! Да вы бредите…
Воропаев не смог устоять и снова принялся целовать спорщицу, та неожиданно сильно оттолкнула его, но и сама потеряла равновесие: Александр плюхнулся на диван, а Катя приземлилась ему на колени.
- Давно бы так! – обрадовался он.
- Я не… - у нее вдруг перехватило дыхание от того, что губы Воропаева начали осторожно исследовать ее шею.
- Какая глупая, - шептал он между поцелуями, - надо говорить «да». Мне - никаких «нет». А то я рассержусь и…
- Нет, - быстро ответила Катя.
- Да!
- Нет.
- Да! А лифчик у тебя белый?
«Во сне точно белый был, хорошо помню».
- Нет! Ой! То есть – не ваше дело!
- Ну, вот же, белый! Вруша, – он жадно приник к тонкой ткани, начал ее сдвигать, прихватив зубами… наверное, даже толпа голодных младенцев не была бы настолько нетерпелива, добираясь к заветной цели. Вспомнил еще раз сон, оторвался на секунду, посмотрел на Катю:
- Нет?
Она отвела взгляд и промолчала, только слегка сжала пальцы, запущенные в рыжую шевелюру, от чего по спине Воропаева прокатилась волна озноба…
Он потер замерзшими руками плечи, открыл глаза и застонал от разочарования. По-прежнему один, на холодной лестнице.
- Это какое-то наваждение! – громко сказал в пустоту и встряхнул головой.
«Черт знает, что такое! Надо спирт отдать в лабораторию на анализ, в него явно что-то подмешано. Вот так выпьет человек, а потом мучается от галлюцинаций. И от нереализованного сексуального напряжения, проще говоря – от стояка. Возмутительно! Немедленно спать! Никуда не заходя и ни с кем не заговаривая по дороге. При приближении Пушкаревой – бежать в противоположном направлении, не оглядываясь!»
Его немного качало из стороны в сторону, но до кабинета он все же добрался, убедился, что он пуст и рухнул на диван. Повозился, устраиваясь удобнее, потянул на себя край пледа, валявшегося тут же на диване, но тот не поддался. Александр потянул сильнее, плед зашевелился, придвинулся, тихонько зевнул и равномерно засопел.
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
И мысли Воропаева, и его сон 
, и появление Кати. Они самые что ни есть живые. Мне Воропаев даже одного давнего накомого напомнил 
