|
А он (аффтор) лучше вместо собственного разоблачения пока устроит другое, в проде. Оно какое-то странное вышло, но тут уж ничего не поделаешь.
Исполнение 3
17/?
Чайник закипел и отключился, Воропаев достал из шкафа коробку с конфетами, распаковал и поставил на стол рядом с тарелкой с пирогом. Он посмотрел на часы и начал разливать чай в две красивые чашки тонкого фарфора: в одну покрепче, почти чефир, во вторую в нормальной пропорции.
- Катерина, входите уже, сколько можно трусить! – позвал он, слегка повысив голос.
Дверь скрипнула и чуть приотворилась. Катя Пушкарева нерешительно заглянула внутрь и, кажется, облегченно вздохнула.
«Боялась увидеть зажженные свечи и застеленный диван?» - хмыкнул про себя Александр Юрьевич.
- Откуда вы знали, что я уже стою под дверью? – девушка бочком протиснулась в кабинет заведующего отделением. – И почему вы меня ждете здесь?
- Элементарно, Ватсон. Вы пришли в перевязочную, медсестра вас послала сюда, на все это ушло две-три минуты, максимум пять. С вашей обязательностью вы не могли не прийти и опаздывать вы не любите, правда? Значит, стояли под дверью и не решались войти как минимум четыре минуты. Как это назвать, если не трусостью?
- Может быть, осторожностью?
- Вы меня опасаетесь?
Катя пожала плечами, Воропаев усмехнулся:
- Нет? А зря! Потому что я сейчас буду вести с вами беседу по душам. Вот вам и ответ на второй вопрос – такие разговоры лучше проходят в непринужденной обстановке. Присаживайтесь.
Видя, что Пушкарева не торопится принимать приглашение, повторил уже более настойчиво:
- Присядьте, пожалуйста, а то мне придется встать, а мне этого делать ужасно не хочется, набегался за день, знаете ли.
Настороженная пациентка присела на край стула, готовая в любой момент сорваться с места и выскочить в коридор. Воропаев подвинул к ней чашку и положил на блюдце кусок пирога.
- О, мамина кулебяка? Кое-что проясняется. Мама была у вас и...
- И выказала крайнюю озабоченность вашим здоровьем в целом и питанием в частности. И я взял ее угощение исключительно с целью – разделить его с вами. Так что смелее.
- Долго она у вас была?
- Вас больше интересует, много ли она мне рассказала. Да, очень много. Например, матушка думает, что вы влюблены, - доктор дотянулся через стол и заботливо похлопал по спине поперхнувшуюся кулебякой Катю. – Только вот никак не решит, в кого. Мы с ней перебрали массу вариантов…
- Вы говорите со мной по ее поручению или по собственному почину? – попыталась уйти от опасной темы собеседница.
- И мама пришла к выводу, что есть вероятность того, что вы влюблены… в меня. Елене Александровне такой вариант очень симпатичен. – Воропаев импровизировал, внимательно наблюдая за выражением лица и жестами Пушкаревой.
- А вам, как я понимаю, этот вариант не понравился? – Катя решилась посмотреть в глаза доктора и тут же отвела взгляд.
- Ну почему же, будь это так, я бы чувствовал себя даже польщенным. Но…
- Глава четвертая, Онегин и Татьяна, - пробормотала Катерина.
- Но вы слишком здравомыслящая девушка, чтобы выбрать в объекты влюбленности такого неромантичного типа, как я.
- Конечно, - быстро согласилась Катя, чем вызвала у Воропаева досаду. – Только дура… В смысле, я же не дурочка, понимаю, что вы никогда бы мне не ответили взаимностью, так чего зря страдать? Александр Юрьевич, спасибо за угощение, я пойду в палату.
- А еще вся больница знает про вашего замечательного, но ужасно таинственного жениха. Только вот родители ваши не в курсе. – Воропаев сделал вид, что не заметил Катино желание уйти. Встал, неторопясь прошелся по кабинету, остановился у девушки за спиной.
- Но это вас уже точно не касается! – Катя начинала злиться. – Мой жених, кому хочу – тому про него рассказываю!
Воропаев наклонился, оперся на стол слева и справа от Кати и шепнул прямо в красное ушко:
- Все вы врете! Нет у вас никакого жениха, и ко мне вы неравнодушны. Хотите докажу?
- Не надо! – запаниковала девушка. – Отпустите меня. Пожалуйста. А то я жениху все расскажу!
Воропаев выпрямился и повернул катин стул на сто восемьдесят градусов.
- Будете продолжать утверждать, что он у вас есть? А привести его сможете?
- Повторяю, это не ваше дело! – Ее глаза засверкали гневом.
- А мама вот переживает. Думает, что та история не дает вам любить и быть счастливой…
- Какая история? – голос ее сорвался и перешел в шепот. Казалось, Катя вот-вот упадет в обморок.
«Надо немного дожать» - решил Воропаев.
- Та, с вашим однокурсником. Которую давно пора забыть и двигаться дальше.
- Я бы и забыла. Да все время напоминают, – глухо ответила Катерина. – Зачем она вам-то…
«Кажется, не стоило мне лезть сюда» - вдруг засомневался в своей тактике Александр Юрьевич. Катерина встала напротив него, прямая, строгая.
- Мама думает, что вам не все равно. Что вы за меня тоже переживаете, хотя бы, как за пациентку. Вот и советуется с вами. Простите ее, она просто не понимает, какого рода ваш интерес ко мне.
- И какого же? – поднял бровь Воропаев.
- Исследовательский, наверное. Ставите какие-то опыты… - она не обвиняла и не возмущалась, говорила как о чем-то обыденном.
Воропаев попытался отпереться:
- А может, я за вами так ухаживаю?
- Угу. За животными в зоопарке так ухаживают. И наблюдения записывают.
- Как умею, – отрезал Воропаев. – Без соплей и сантиментов.
- Ну да. Со мной так и надо. На спор ухаживать и спать. Или пинцетом тыкать и через увеличительно стекло смотреть – что будет. Любопытно, да?
Пока холодный разум Воропаева пытался разложить по полочкам полученную информацию, подыскать ответы на обвинения, произошло что-то непонятное. Он шагнул вперед, обнял засопротивлявшуюся Катю и прижал к себе. Она немного побарахталась, потом затихла и засопела, будто вот-вот разревется.
- Ш-ш-ш, злая девочка… - шептал он ей, - все прошло. Никто тебя больше не обидит. Я не позволю. Ты сама не позволишь. Ты теперь сильная…
В дверь настойчиво постучали:
- Александр Юрьевич, скорая везет пострадавшего в аварии!
- Готовьте операционную, я иду! – моментально отозвался Воропаев, но руки не разжал. – Дай слово, что после операции придешь, и мы договорим. Или… жди меня здесь! Пей чай. Поспи.
Катя кивнула, он отпустил ее и вышел из кабинета.
|
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
. Мне уже пора возвращаться в нормальный режим, семья бунтует.
Это как раз то, что надо читать с утра, чтобы день прошел хорошо 
А уж собой довольный! Сильно хочется. чтоб Катька малось того... лакировочку его сцарапнула 