|
Андрей делал вид, что слушает Киру, которая разговаривала с его отцом, обсуждая детали подготовки к показу, но его самого занимали совсем другие мысли. За обедом, что проходил в конференц-зале, он всё больше молчал, с минимальным интересом прислушиваясь к досужим разговорам, а когда терпение закончилось, придвинулся к Малиновскому и заговорил шёпотом, но от этого не менее возмущённо:
- Представляешь, опять весь в белом. Болезнь, что ли, у человека?
Роман Дмитрич, с аппетитом поедавший изысканно приготовленное мясо, усмехнулся, стараясь не привлекать внимания.
- Мания, - подсказал он также тихо.
Жданов согласно кивнул.
- Вот-вот. И ты бы видел, как она расцвела в один момент. – Андрей пренебрежительно фыркнул. – «Миша, как у тебя дела?», - передразнил он Катю. – «Миша открывает новый ресторан». Тфу.
- А ты что?
- А что я? Я этому мерзавцу в глаза смотрю, а он улыбается. Знаешь, он всегда улыбается. Такой приятный молодой человек, - съязвил Жданов, - аж противно. Терпеть его не могу.
Рома отпил из бокала с минеральной водой с таким видом, будто это было коллекционное вино. Вроде даже во рту воду подержал, смакуя.
- А Катерина что?
- Еле вытащил её оттуда. Между прочим, они при встрече расцеловались, как лучшие друзья.
Рома снова фыркнул.
- Вот уж да. Помнится, когда он уехал, она не выглядела особо огорчённой.
Андрей медленно жевал, обдумывая его слова.
- Думаешь, она притворяется?
- Не удивлюсь.
- Вот ведь… вредная какая.
Малиновский обвёл взглядом людей за столом, а потом совсем тихо полюбопытствовал:
- Но у вас что-то было?
- В смысле?
Малиновский на друга посмотрел, в недоумении.
- В том самом. Что я, по-твоему, ещё могу иметь в виду?
- А-а… - Андрей неопределённо повёл рукой, а от Ромки отвернулся. – Конечно.
Рома вглядывался в его лицо.
- Ты врёшь, да?
Наверное, Рома произнёс это слишком громко или с особым огорчением и разочарованием в голосе, потому что Пал Олегыч оторвался от разговора с Кирой и обратил на них внимания.
- Что вы всё шепчетесь?
- Обсуждаем последнюю поставку тканей, - сходу сориентировался Андрей. – Не хотим вам мешать разговаривать.
Кира смотрела на него с ехидством.
- И что с поставкой, Андрюша?
- Всё нормально.
- А по твоему лицу этого не скажешь. У тебя такой вид, будто тебя обокрали.
Андрей встретил её взгляд и изобразил улыбку. Воропаева же рассмеялась, довольная тем, что смогла его поймать.
- Украдёшь у него, как же, - вдруг рассмеялся Рома, кинув на друга многозначительный взгляд. – Он зубами вцепится, и загрызет, если потребуется.
- Заткнись, - сквозь зубы посоветовал ему Андрей.
Кира пытала его своим взглядом, посмеивалась тихонько, и это выводило Андрея из себя. А потом ещё и спросила:
- Как семейная жизнь, кстати? Ещё не надоела?
Вот взять и ответить ей, широко и счастливо улыбаясь, но Жданов не был уверен, что ему удастся так притвориться.
- Нормально, живём.
Кира даже рот открыла, потом рассмеялась.
- Боже мой, разлад в благородном семействе?
- Кира, тебе заняться нечем? – разозлился Андрей и одарил бывшую невесту нетерпимым взглядом.
- Ну почему же… - Она якобы скромно потупилась.
- Аркадий Батаров, - с понимающей улыбкой начал Рома, но тут его Милко перебил. Посмотрел на Жданова и сказал, устрашающе погрозив пальцем:
- Я вас видел вчера.
- Кого? – не понял Андрей.
- Тебя и Катерину. Все видели.
За столом повисла тишина, Андрей зачем-то посмотрел на отца и заметил, как тот нахмурился. Жданов притворно усмехнулся.
- И что?
Милко не ответил, но при этом так хитро прищурился, разглядывая его, что Жданову невольно не по себе стало. Сразу почувствовал себя виноватым. Уткнулся взглядом в тарелку и пожал плечами.
- Понятия не имею, о чём ты говоришь. Мы… случайно встретились. – Не удержался и взглянул на Милко, потом снова на отца. – Правда. Она с мамой встречалась, за чаем… Папа, ты ведь знаешь!
Пал Олегыч недовольно поджал губы, отвернулся от него и промолчал, а Кира головой покачала.
- Ты не меняешься, - проговорила она негромко.
Жданов вспылил.
- Как хорошо, что тебя это больше не волнует, да, Кирюш?
- Перестаньте, - шикнул на них Жданов-старший.
Аппетит пропал. Андрей отодвинул от себя тарелку, попросил принести кофе, а сам недобро косился на Милко. Вот кто его за язык тянул? И что, интересно, он всё-таки видел?
Да и Ромка хорош! «У вас ведь что-то было?». Малиновскому невдомёк, что сейчас уже неважно, что именно у них с Катей было, важнее, что будет. Если бы Андрея это не заботило, он бы уже обивал порог её квартиры, в надежде, что Пушкарёва потеряет бдительность, забудет о здравом смысле, и допустит его в святая святых. Это он о её квартире, а не… В общем, все поняли. Но вчерашний поцелуй, надо признать, пошатнул его выдержку.
Не успел закончиться обед, официант из бара принёс ещё кофе, и Жданов порадовался тому, что на него перестали коситься с подозрением и любопытством, как дверь осторожно приоткрылась, и он увидел жену. Ника заглянула с сомнением, увидела его и уже смелее улыбнулась и вошла. Андрей удивился её появлению, и скорее уж насторожился, чем обрадовался, из-за стола поднялся, а отец опередил его, проявив воодушевление.
- Ника! Какой сюрприз.
Пал Олегыч тоже из-за стола поднялся, и Андрей отступил на шаг, позволяя отцу первым приблизиться к его жене. А он сам оглянулся на собравшихся за столом. Думал, как бы ему одним взглядом заткнуть Милко рот, продемонстрировать Кире кулак, чтобы не лезла со своими умозаключениями, и шикнуть на Малиновского, и без того подавившегося смешком при появлении Ники.
- Хорошо, что ты пришла. Ты не часто радуешь нас своими визитами.
Ника благодарно Пал Олегычу улыбнулась, позволила ему провести себя к столу и усадить в кресло. Потом подняла на мужа глаза, и Андрей буквально заставил себя улыбнуться, всё ещё теряясь в догадках, что жене могло понадобиться в «Зималетто».
- Я не знала, что вы здесь обедаете. Хотела пригласить Андрея в ресторан.
- Хорошее дело.
Ника рассмеялась.
- Хотела сделать ему сюрприз.
- Андрюша не слишком любит сюрпризы, - не упустила возможности вставить свои пять копеек Воропаева, явно веселясь, наблюдая за бывшим возлюбленным, за тем, как тот силится улыбаться молодой жене, браком с которой так гордился ещё совсем недавно. А сейчас вот с трудом удерживает вежливую улыбку на губах. Кира откинулась на кресле, закинула ногу на ногу и наблюдала за происходящим. – Он предпочитает их преподносить.
Ника глянула на неё в некотором замешательстве. Андрей уже не раз замечал, что она старается держаться от Киры на расстоянии. Даже если сталкивались в обществе, Ника торопилась поздороваться и уйти, разговаривать с Воропаевой ей, явно, не хотелось, да и тем подходящих не находилось, это все вокруг понимали. А уж привычка Киры припоминать дело и не в дело об их с Андреем отношениях, Нику заставляло чувствовать неловкость. Вот и сейчас поторопилась отвернуться, стала смотреть на мужа, который присел рядом.
- Кофе?
Официант поставил перед ней чашку и замер рядом, с кофейником в руках, ожидая решения. Ника выглядела смущённой, кивнула и снова сосредоточилась на Андрее.
- Слышала, вы в Питер ездили? И как, понравилось? Маленький медовый месяц?
- На самом деле, я ездила с родителями. Но да, нам очень понравилось.
Кира последних слов вроде бы и не расслышала. Удивлённо вскинула брови.
- Андрюш, а ты не ездил? Ты ведь так любишь Питер. Гидом мог бы работать. – Кира перевела взгляд на Малиновского. – Ромка, помнишь, когда я в Питере училась, вы приезжали почти каждые выходные, и мы до поздней ночи гуляли по городу?
Роман Дмитрич вздохнул, ностальгируя, и озарил конференц-зал печальной, но открытой улыбкой.
- Да, хорошие были времена.
- А ты, Андрюш, помнишь? Ночь, набережная Невы…
Кира откровенно посмеивалась, и Жданов прекрасно знал, на что она намекает и о чём ему напомнить пытается. Но играть в её игры был не настроен, и поэтому лишь обменялся с Кирой язвительной улыбкой.
- На память я пока не жалуюсь.
- Всё помнишь? – Она легко рассмеялась, посмотрела на Нику, чтобы пояснить. – Он клялся и божился одну меня любить. А в итоге, - Кира театрально развела руками, правда, тут же поспешила свести всё к шутке, испугавшись, что Пал Олегыч может не оценить её откровенности. – Но я не в обиде, честно. Хотя, думаю, многим женщинам в этом городе хотелось бы Андрея Жданова утопить. В Неве или Москва-реке, хоть в джакузи. Например…
- Кира! – резкий окрик в три мужских голоса, и Воропаева неловко замолчала, моргнула, затем рассмеялась.
- Я же шучу. Ника, вы понимаете, что я шучу? – Она взглянула на Жданова в упор. – Меня не интересуют женатые мужчины. Меня не так воспитывали.
Андрей пробуравил взглядом бывшую невесту и исподтишка показал ей кулак.
Ника смотрела в свою чашку, и Андрей понимал, насколько ей неловко. Наверное, в такой ситуации он должен был взять её за руку, поцеловать, прилюдно заверить, что Кира говорит глупости, а он только смотрел на неё, буквально заставляя себя не отводить взгляд. В конце концов поднялся, тронул её за плечо.
- Пойдём в кабинет, - предложил он. А напоследок обжёг Киру взглядом, и ядовито проговорил: - А то некоторым неймётся.
- Это он обо мне или о себе? – услышал он насмешливый голос Воропаевой, когда уже закрыл за собой и женой дверь президентского кабинета.
Ника прошлась по просторному кабинету, положила сумку на кресло, не сразу набралась смелости, чтобы посмотреть на мужа. Но после минутного молчания всё же спросила:
- Она что-то конкретное имела в виду?
- Кира? Да брось. Просто у неё отвратительный характер.
- Вы расстались из-за её характера?
Не слишком желанный вопрос. Андрей сел в своё кресло, руки на столе сцепил.
- Из-за всего. Из-за её характера, из-за моего. Всё в комплексе.
Ника разглядывала его с непонятным для Андрея интересом.
- Ты ей изменял?
Жданов поперхнулся словами утешения, которые собирался произнести. Изменял ли он Кире? Воропаевой это бы понравилось, это была её любимая тема. Но не его.
- Это было давно, Ника.
- Но ты ей изменял. – Жена кивнула, подтверждая свои подозрения.
Андрей размышлял пару секунд над возможным ответом, но после всё-таки кивнул.
- Да.
- Она поэтому на тебя злится до сих пор?
- Думаешь, она злится?
- А ты не замечаешь?
- У Киры такой характер, я уже говорил. Я считаю, что она успокоилась. По крайней мере, стала куда спокойнее, чем два года назад.
- Что же ты такого сделал два года назад?
Жданов подозрительно прищурился, разглядывая её.
- А почему ты спрашиваешь?
Ника присела напротив него, посмотрела на статуэтку орла, до сих пор украшавшую стол.
- Не из любопытства. Просто пытаюсь понять… чего я ещё о тебе не знаю. Или что в тебе знаю достаточно плохо. В Москве ты другой.
- Правда?
- Да. Ты жёстче, нетерпимее. Ты очень занят.
- Я предупреждал тебя, что в Москве наша жизнь будет другой.
- Я не думала, что ты станешь другим.
- Ты недовольна мной?
Она посмотрела на него.
- А ты мной?
Андрей почувствовал глухое раздражение, ногой оттолкнулся и откатился на кресле назад, к стене.
- Тебя так насторожили слова Киры?
Она ответила вопросом на вопрос.
- Я впервые пришла в «Зималетто», сама. Ты не рад этому?
- Почему? Я никогда тебе не запрещал…
- Просто я не знаю, где ещё мне с тобой пересечься. Ты уходишь рано, приходишь поздно. Ты даже не ешь то, что я готовлю, ты каждый день приходишь из ресторана.
- Это моя жизнь, Ника. Я назначаю встречи в ресторанах.
- Мама говорит, что это не нормально.
- Твоя мама говорит? А что она об этом знает?
Ника взглянула осуждающе, и Жданов прикусил язык, правда, поздно.
- Мне не нужна мама, чтобы понять, что ты от меня бегаешь. Ты ведь бегаешь, Андрюш?
- Глупости, - фыркнул он, и был сбит с ног следующим аргументом, с которым поспорить было достаточно трудно.
- Ты со мной не спишь.
Жданов несколько смущённо кашлянул, посмотрел в угол кабинета, затем ухмыльнулся. Ника внимательно наблюдала за ним. Нервно сглотнула, Андрею на мгновение показалось, что расплачется, но сдержалась. Помолчала, ещё раз сглотнула, потом сказала:
- Я ведь стараюсь. Я очень стараюсь… вписаться. Но ты же сам мне говорил, ты просил меня не становиться такой же, как женщины вокруг тебя. Ты не хотел, чтобы я вникала в светскую жизнь, ты хотел жену, хотел, чтобы мы жили так же, как в Екатеринбурге. Ты мне это говорил! А теперь получается, что именно это нас с тобой друг от друга отдаляет?
- Не это, Ника. – Андрея покачал головой. Очень хотелось быть искренним, но глядя на Нику, понимая, насколько она расстроена, что она в отчаянии, язык не поворачивался сказать ей правду. Опять не поворачивался!
- Тогда что?
Она невольно повысила голос, и Жданов на неё шикнул и глянул возмущённо. Ника тут же сникла, а Андрей поморщился в досаде на самого себя.
- Ты бы хотела жить в Москве? – спросил он, не зная, с чего начать. Не спускал с Ники взгляда, стараясь отмечать каждую, даже малейшую эмоцию, промелькнувшую на её лице, чтобы понимать, что говорить дальше.
- Я уже живу в Москве.
- Если не брать меня в расчёт. Хотела бы?
Ника неуверенно пожала плечами.
- Я не знаю. Я никогда об этом не думала.
- Я оставлю тебе квартиру, - сказал Андрей, и сам не поверил в то, что сказал. На самом деле сказал.
Ника вскинула на него ошеломлённый взгляд, и замерла. Жданову даже показалось, что он видит, как она съёживается.
- Я оставлю тебе квартиру, и помогу во всём.
- Взамен на что? На развод?
Андрей снял очки и потёр переносицу.
- Ты на самом деле хочешь развестись, Андрюш? Я тебе надоела?
- Не говори этого. Просто… всё не так.
- Что не так?
Он руками развёл, встал, не в силах больше сидеть напротив жены и чувствовать нестерпимое жжение в груди от её обвиняющего взгляда.
- Я не должен был привозить тебя сюда.
- Мне здесь не место, по-твоему?
Андрей повернулся к ней.
- Это не обвинение, Ника. Скорее уж наоборот. Тебе плохо здесь, ты же сама говоришь, что не можешь привыкнуть.
- Я стараюсь! – Она тоже вскочила и подошла к нему. – Но как я могу привыкнуть, если ты… если ты больше не разговариваешь со мной? Ты во мне больше не нуждаешься. Думаешь, я не замечаю? С тех пор, как мы вернулись, тебя словно подменили. Ты думаешь о чём-то, но мне не рассказываешь. Ты даже усмехаешься порой, зло так, когда думаешь, что на тебя не смотрят. Я тебя не узнаю.
- В этом-то и дело, малыш. Самое поганое то, что это я настоящий. А то, что было там…
Она уверенно покачала головой.
- Ты не притворялся. Неправда. Просто здесь, в этом городе, сосредоточено всё, что делает тебя хуже. Ты не задумывался об этом?
- В этом городе всё, что я люблю.
- Два года ты прекрасно жил без этого. Разве нет?
Они взглядами встретились, и Андрей понял, что его лицо принимает всё более виноватое выражение.
- Прости.
Ника отступила от него на шаг и замерла, сжав руки в кулаки. Сделала судорожный вдох.
- Вот так просто? «Прости» и всё? Ах да, я забыла про квартиру.
- Ника, не надо так. Я знаю, что виноват, я не должен был…
- Что? Жениться на мне? – Вместо ответа он отвернулся к окну, а Ника вытерла слёзы, пока он не видел. – Я не понимаю, что не так. Разве ты не говорил, что самое важное – это мы с тобой? Помнишь, когда мы решили вернуться? Ведь это мы решили, вместе, ты не сказал: «Я возвращаюсь». Ты спросил, поеду ли я с тобой, для тебя это было важно. А теперь что? Ты вернулся, понял, что тебе комфортно, и я стала мешать?
- Нет.
- Тогда объясни!
Андрей повернулся к ней, старался выглядеть уверенным.
- Ты не стала мне мешать, но я понял, что ошибся.
- В чём ошибся?
- Я не думал о тебе, когда замуж позвал. Тогда я, на самом деле, думал о себе. У меня были причины тянуть с возвращением. Как оказалось, я слишком боялся.
Ника зажмурилась.
- Я не понимаю.
- Тебе плохо здесь, я же вижу.
- Ты уже говорил это. Или у тебя нет для меня объяснения? – Он молчал, и она кивнула со слезами на глазах. – От меня просто нужно избавиться.
- Не говори так. Ника. – Он рискнул дотронуться до неё. – Я не хочу от тебя избавиться. Я пытаюсь всё исправить.
- А ты меня спросил? – Она оттолкнула его руки и отошла. Она вытирала слёзы, потянулась за сумкой, что-то принялась в ней искать, а потом вдруг спросила: - Это из-за Киры?
- Из-за Киры? – ошарашено переспросил Жданов.
- Она ведь не зря так на меня злится. А ты всегда замолкаешь, когда она рядом появляется.
- Это неправда.
- Правда. Ты не замечал? Ты всегда перед ней пасуешь. Будто виноват.
Андрей подавил тяжёлый вздох.
- Ну что ж, если смотреть с этого угла, то я на самом деле виноват. И если хочешь узнать, какая же я сволочь, то спроси именно у Киры, она расскажет.
- Что?
- Всё, - веско ответил Жданов. – Про то, как изменял, обманывал, не любил… и так далее.
Ника смотрела на него через плечо.
- Ты надеешься, что после этого я разочаруюсь и быстро дам тебе развод?
Андрей сжал зубы.
- Нет. Но ты ведь хочешь узнать, какой я настоящий.
- Ты наговариваешь на себя.
- Вот об этом я и говорю. Я тебя обманул.
Ника собралась уходить, даже сумку на плечо закинула, но к мужу всё-таки подошла, заглянула ему в лицо.
- Может быть, - не стала она спорить. – Но кого ты спасаешь сейчас – меня или всё-таки себя?
Дожидаться его ответа она не стала, из кабинета вышла и всё же не удержалась, хлопнула дверью. А Андрей понял, что после этого разговора, когда он всё-таки решился признаться жене в том, что всё не так благополучно в их семье, ему стало лишь тяжелее. Признание ничего не решило, но зато растоптало Нику. Но как сказать ей правду мягче, как её не расстроить такими новостями, он не придумал. Да и вряд ли такие слова могут найтись.
Он вышел из кабинета вслед за женой, правда, не уверенный, что хочет её догнать, да и не знал, нужно ли это делать, но и отпустить её расстроенной и эмоционально убитой, не мог. Вышел, увидел секретаршу, обжёг её взглядом и пролетел мимо, раздосадованный мыслью о том, что кто-то мог услышать, хотя бы частично, их разговор. Шёл по коридору за женой, она почти бежала, и Андрей видел, что время от времени поднимает руку к лицу, чтобы слёзы вытереть. Почувствовал вспышку раздражения, когда Ника и не подумала остановиться перед дверью, прежде чем выйти в холл, так расстроенная и выбежала. Хотя, конечно, она знать не знала, про женсовет и про то, с какой скоростью они умеют распространять сплетни. И нечестно винить жену за то, что она не задумывается об этом. И сам в последний момент передумал идти за ней до лифта. Что он мог ей сказать, особенно, находясь на глазах у чужих людей? Он остановился, Ника оглянулась на него, но всего на мгновение, дверь хлопнула, закрываясь, а Жданов вздохнул. Сунул руки в карманы брюк, на пятках качнулся, после чего развернулся на каблуках. Оказался стоящим лицом к стене, и на секунду всерьёз задумался, а не приложиться ли ему к ней лбом, давно он у него не болел. Уже пару дней.
- И что теперь? – спросил его Малиновский вечером, когда они сидели в баре «У Севы». Жданов давно сюда не захаживал, а вот этим вечером просто не знал, куда ещё податься. Домой не тянуло, если честно, даже не был уверен, что стоило возвращаться, чтобы переночевать. Интуиция подсказывала, что Нике нужно дать время успокоиться и всё как следует обдумать. Согласился поехать выпить с Малиновским, с намерением напроситься на ночлег. Ромка, конечно, не откажет, но при этом все жилы из него вытянет, стараясь понять все скрытые мотивы, что Ждановым двигали – и когда женился, и когда разводиться надумал.
Андрей плечами пожал, допил одним глотком виски и подвинул пустой бокал в сторону бармена. Тот без лишних слов подлил ему виски и тут же отвернулся. Сама деликатность, куда деваться.
Ромка совсем не весело усмехнулся.
- А говорил, что рядом с ней успокоился.
- Ага, успокоился. – Ударил себя в грудь кулаком. – Но я, правда, так думал. Дурак я, Ромка?
- Да ладно тебе себя казнить. Один ты, что ли, такой неправильный?
- Она хорошая.
- Но Катька лучше. Да?
- Не знаю. Лучше или нет. Только меня немного клинит, - Андрей криво усмехнулся. – Вижу её, и уже думать ни о чём не могу. Ромка, иногда она меня так злит.
- Когда с Борщёвым целуется?
Андрей одарил его убийственным взглядом.
- Она с ним не целовалась, - отчеканил он.
Ромка рассмеялся и вскинул руки, признавая поражение.
- Как скажешь. – Повозил бокалом по барной стойке. – У меня ночуешь?
- Наверное, - безразлично отозвался Андрей.
- Вот твои-то обрадуются разводу.
- Мама уже знает. Я ещё вчера сказал.
- Вчера? – Рома не на шутку заинтересовался. – Это когда? Когда она с Катей чай пила?
Жданов сунул ему под нос кулак. Отпил ещё виски, втянул в себя воздух сквозь сжатые зубы, потом на часы посмотрел.
- Ты когда домой планируешь?
- Странные ты вопросы задаёшь, - искренне подивился Малиновский. – Это же судьба, как я могу предугадать?
- Действительно. – Жданов поднялся, достал из бумажника купюру и прижал её пустым бокалом. – Я поеду, приеду позже.
- А куда поедешь-то?
- Да так. Мне надо.
Ромка вздёрнул брови.
- Надо тебе. Круто. Ну, передавай Пушкарёвой привет.
Андрей обернулся на друга и ехидно поинтересовался:
- Ты умный, да? Давно ли?
Когда из бара вышел, на улице уже темнеть начало. Жданов голову закинул, потаращился на сереющее небо, потом плечами зябко передёрнул. Кажется, погода портилась в унисон с возникающими у него проблемами. Андрей вышел к дороге и поднял руку, останавливая такси. На стоянке осталась машина, но он как-то незаметно опьянел, что стало ясно только, когда вышел на свежий воздух. В голове сразу поплыло, а в ушах зазвенело. Да и за руль садиться не хотелось. Пришлось бы следить за дорогой, вместо того, чтобы обдумать то, что он Кате сказать собирается.
А что он вообще собирается ей сказать?
Сказала, точнее, спросила она. Когда Катя дверь своей квартиры открыла, он стоял, как истинный дурак, и молча на неё смотрел. В голове ни одной мысли, если честно.
- Что случилось?
Он вздохнул и плечами пожал.
Катя нахмурилась, приглядываясь к нему, потом вытянула шею и вроде бы принюхалась.
- Ты пил?
Жданов, как в детстве, пошаркал ногой.
- Я иногда пью, - ответил он, не придумав слов в своё оправдание. Уставился на номер её квартиры. Девяносто шесть. Туда-сюда, кажется так говорят, играя в лото. В его варианте, наверное, ни туда и ни сюда. – Пустишь меня? На пару слов.
Катя смотрела на него недоверчиво. На ней были джинсы и смешная футболка с улыбающимся смайликом на груди. Жданов подумал о том, что никогда не видел её в джинсах. Подумал об этом, и весь настрой, с которым он сюда ехал, тут же куда-то делся.
- А что ты хотел мне сказать?
- Кое-что… важное.
Он сделал шаг, Катя машинально отступила, опомниться не успела, а Жданов уже порог её квартиры переступил. И чтобы как-то отгородиться от его поползновений, решила его ещё разок обвинить.
- Ты пьяный. Ты поругался с женой?
- Не знаю, - честно признался Жданов. – Ты мне не звонила сегодня.
Катя нервно усмехнулась, не зная, куда ещё отступать, за спиной оказалась вешалка. А от Жданова пахло виски, он надвигался на неё, а уж когда дверь захлопнул, и они оказались в полутьме, и вовсе показался ей опасным. Не стоило ему дверь открывать. Но после драки кулаками не машут? Или машут и как раз время?
- А должна была звонить? – Попыталась оттолкнуть его от себя, запнулась о стойку для зонтов и повалилась на вешалку. Андрей, правда, вовремя её поддержал, но в тот момент Катя предпочла бы грохнуться на пол, чем оказаться в его руках.
- Я надеялся.
- Я не звоню мужчинам первой, - сказала она, пытаясь вывернуться из его рук. Наверное, слишком усердствовала, потому что Жданову, по всей видимости, это надоело, он её от пола легко приподнял и стене притиснул. Катя от неожиданности ахнула и попыталась дотянуться рукой до зонта-трости, что торчала из стойки. Между её рукой и зонтом было сантиметров пять, и дотянуться никак не получалось.
Андрей за подбородок её схватил, заставляя повернуться к нему.
- Этому я рад. Но мне могла бы позвонить.
- Позвонил бы сам. – В этот момент он коленом раздвинул ей ноги, и она оказалась распятой, прижатая к стене всем его весом. В бессилии схватила его за волосы и потянула. – Отпусти!
- Тихо.
- Я не хочу тихо. Отпусти!
- Я сказал ей про развод.
Пушкарёва перестала сопротивляться, обвисла на его руках, не сразу поверив. Голову назад откинула, когда Андрей прижался губами к её шее.
- А она?
Жданов потёрся носом о её щёку.
- Ей плохо, Кать.
Она с трудом сглотнула.
- Это нечестно.
- Нечестно, - повторил он за ней. – Я знаю. Но так бывает.
Он её поцеловал, а она не оттолкнула. От Жданова пахло виски, от его поцелуя можно было опьянеть, и у Кати голова, на самом деле, закружилась.
- Не бросай меня, Кать.
Она обхватила его голову руками, пальцы запутались в его волосах.
- Что ты говоришь? Ты напился и болтаешь ерунду. На машине приехал?
- На такси.
- Ну, хоть ума хватило.
Андрей опустил голову и прижался лбом к её плечу.
- Я сказал ей правду. И в этом я прав.
Катя всё-таки вывернулась из его рук.
- Я не могу об этом судить, Андрюш.
Она ушла в комнату, а он по стене сполз, на корточки присел, и устало потёр лицо.
- А я могу, - негромко проговорил он, но скорее для самого себя.
Малиновский позвонил в полночь. Голос был весёлый и пьяный, а ещё друг интересовался, когда Жданова ждать.
- Или ты нашёл местечко потеплее? – посмеиваясь, полюбопытствовал Ромка.
Андрей, разбуженный этим звонком, с трудом соображал. Обвёл взглядом тёмную, незнакомую комнату, потом повернулся на бок и уткнулся носом в спинку дивана. Чувство было такое, что проспал не час, а неделю.
- Нашёл, - лениво отозвался он, и, не желая слушать насмешки Малиновского, который непременно принялся бы рассуждать об их с Катькой морали, телефон выключил и бросил на пол. Потом натянул на плечи одеяло, в полусне радуясь, что это тёплое местечко для него все-таки нашлось, пусть и на диване, но всё-таки в Катиной квартире.
Продолжение следует...
_________________  - Расскажите о себе в двух словах.
- Всякое бывало 
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
И поведение такое же: умнеть-взрослеть методом проб и ошибок. Только пробует - сам, а за его ошибки другие расплачиваются 
Спасибо, 
И Катька молодец, не отталкивает, но и не подпускает, хоть и с ума сходит по нему. Настоящая Пушкарёва! И как же Андрюшу тянет к ней.... Хоть на диванчике, но рядом. Счастье! 
Ну а, лес рубят - щепки летят 