|
Спасибо за ваши рассуждения. Очень интересно)))
17.
- Что? Что ты сейчас сказал?..
Зорькин взял в себя в руки и не сбежал из кабинета жены, заслышав змеино-угрожающие нотки в её голосе. Повторил упрямо:
- Мне кажется, Жданов действительно любит Катю.
За окном крупными хлопьями летал снег. Синева ранних сумерек не приносила покоя.
- Ты что, не читал инструкции?
Зорькин поморщился.
- О её содержимом в курсе многие - твоими стараниями.
- Я еще и виновата!
Снова слезы. Кира плакала целый день, дрожащими руками перебирала помятые листочки сочинения Малиновского, снова и снова читала знакомые с детства слова и никак не могла найти смысл. Она искала его даже у автора злобных строк:
- Рома, что это? Как это может быть правдой?
Малиновский отводил глаза. Ему нечего было ответить.
Кире было безразлично её неожиданное повышение. И до трагедии семьи Ждановых, которые вдруг обнаружили, что их ненаглядный Андрюша - лжец и мерзавец, ей не было никакого дела. Она могла разговаривать только с Зорькиным. Зорькин чужой, перед ним не стыдно. Зорькин знает больше, чем другие.
- Расскажи мне еще раз, как все начиналось...
- Они прогорели с тканями. Оплатили контрафакт, а таможня его арестовала...
Он повторял эту историю не в первый раз - мягко, спокойно, с ненавязчивой теплотой. Коле было жалко эту красивую женщину, вина которой заключалась только в том, что она полюбила Жданова. Она готовилась родить ему детей и умереть в один день. В её распланированной счастливой жизни не было места всяким там Пушкаревым.
- Катя отдала мне финансы Никамоды, потому что сама не успевала, а я умный. Я правда умный... в экономическом смысле. А Жданов почему-то испугался, что я отберу у него и Катю, и компанию. Засуетился. Начал творить глупости...
- Он мне жизнь сломал, - равнодушно сказала Кира. - А ты говоришь - глупости.
Коля замолчал. Кира встала, подошла к окну, обхватила себя руками.
- Что же теперь делать, Зорькин?
Он оживился. На этот вопрос он знал ответы.
- Для начала - разобраться с банками. Нужно аккуратно и быстро закрыть кредиты. У Пушкаревой есть план, рекомендую ему и следовать. Вот смотри, я тебе сейчас нарисую схему...
Кира обернулась и посмотрела на мужа, который деловито что-то чиркал на бумаге.
- О чем ты говоришь?
- Ты президент компании, Кира, - твердо сказал Зорькин. - И я помогу тебе справиться с этим.
- Твоя подружка уже помогла!
- Пушкарева хотела как лучше. Правда. И я хочу как лучше.
- Почему я должна тебе верить?
Зорькин помедлил с ответом, взвешивая каждое слово. У него не очень ловко выходило со словами, куда хуже, чем с цифрами.
- Потому что я только начинаю свою карьеру, и чтобы не закончить её немедленно, мне нужна чистая репутация.
Эти объяснения были Кире понятны. Бизнес прежде всего. Начни он сейчас ей объяснять про честность и ответственность - мигом бы оказался на улице.
Кира скомкала многострадальные листочки и кинула их в мусорку. Посмотрела на ополовиненную упаковку валерьянки и отправила её следом.
- Ты... ты правда поможешь мне?
- Я помогу, - спокойно подтвердил Коля.
Хлопья снега были очень крупными - Малиновский не помнил таких с детства. В кабинете президента компании было темно.
Они пили без закуски и пышных тостов. Просто пили.
- Ром, я ведь помню тебя еще ребенком.
- Да, Пал Олегович...
- Ты ведь всегда был добрым мальчиком. Щенка как-то притащил - помнишь? На улице подобрал.
- Помню, Пал Олегович...
- Что же с вами сделала жажда власти?
- Мы просто... нас просто унесло течением.
- В погоне за властью, теряется власть над самим собой... - рассеянно пробормотал Жданов. Встал, отодвинул от себя стакан. - Что ж, мне все понятно.
- И... что вы решили?
Жданов улыбнулся, грустно, горько.
- Будете карабкаться наверх с самого низа, Ромка. Будете заново учиться быть людьми.
Малиновский залпом опрокинул стакан. Ему как-то сразу полегчало даже. Мера наказания определена. Только вот основным обвинителем все-таки выступать не всемогущему Жданову-старшему, а маленькой девочке со смешными косичками.
- Пал Олегович, - окликнул Ромка собеседника. - Вы только Катю не трогайте.
- Насколько я понимаю, - очень медленно ответил Жданов. - Она моя будущая родственница. Была бы чужой - я бы и пальцем не пошевелил. А своих детей нужно воспитывать.
И аккуратно закрыл за собой дверь.
Малиновский еще долго сидел в темноте, ощущая противный привкус во рту. Привкус публичного позора. Потом неохотно встал и побрел к лифтам. Компания была уже пуста и только на диванчике шевельнулась неясная фигура.
- Шура?
- Я... у вас все в порядке, Роман Дмитрич?
Она ждала его. Сидела у дверей в кабинет и просто ждала. Волновалась даже, наверное. Его преданный оруженосец.
- Мне плохо, Шура. Можно?
Он вдруг сел рядом, склонил голову и уткнулся лбом в её колени. Замер, обессиленный невыносимо длинным днем. Шура нерешительно подняла руку, подержала её в воздухе, а потом неловко погладила бывшего начальника по волосам.
Катя плавала долго, очень долго. Жданов сидел на песке и голодал. Навалилась усталость. Хотелось еды, чая, горячего душа, мягкой постели. Завтра будет новый день. Этот почти умер, и оплакивать его нет желающих.
И забыл про все свои нехитрые желания, увидев выходящую из воды Катю. Ткань прилипла к округлой фигуре, полной соблазнительных изгибов. Вода замедляла её движения, добавляла невиданной ранее плавности. Очки она небрежно бросила на берегу, а Андрей подобрал их, и без них Катя выглядела совсем взрослой. Афродита из пены морской.
Жданов опомнился и поспешил к ней. Набросил на мокрые плечи пиджак. Не решился обнять за плечи. Протянул очки.
Она посмотрела на него очень внимательно.
- Ты больше не президент?
Он думал - она будет обсуждать инструкцию. Боли и печали, вину и искупление. Подобной деловитости он не ожидал.
- Президент компании Зималетто теперь Кира Юрьевна Воропае... Зорькина.
- Неожиданно, - оценила Катя. - Почему не Александр?
- Думаю, отец не впечатлился его театральностью.
Катя кивнула.
- Кира справится. Зорькин ей поможет... Андрей, ты хочешь вернуть себе свое кресло?
- Ты... ты планируешь сейчас мою карьеру? - изумился Жданов.
- Определяюсь с ближайшими планами, - сухо сказала Катя.
- Еда. Вот наши ближайшие планы. Желательно - в номер.
Катя подумала еще немного. И зашагала по направлению к линии отелей. Шлепки и сумку не подобрала - была уверена, что Жданов подхватит. По дороге отдавала распоряжения.
- Номер - с двумя спальнями. Я не лягу с тобой в постель.
- Никогда?
Она неопределенно дернула плечом.
И от этого легкого движения что-то лопнуло в голове Жданова. Наверное, полопались сосуды, или еще что-то, потому что красная пелена заволокла собой этот мир.
Слишком много он сегодня уже потерял, чтобы позволить себе еще потери.
Жданов, распыляя песок фонтанами, нагнал Катю, перегнал, остановился впереди. Шлепанцы и сумка полетели в разные стороны.
- Я не позволю тебе, - крикнул Жданов, хватая Катерину за руку, - отдалиться от меня хотя бы на миллиметр! Сколько можно этой инструкции разделять нас!
Он прижал Катю к себе, смял её сопротивление, наощупь - вокруг все заволакивало алым - нашел её губы, раздраженно рыкнул, ощутив их показное равнодушие и едва не засмеялся, когда они дрогнули под его напором.
Она всегда будет покоряться его напору.
Маленькая девочка с изяществом роты солдат промаршировавшая по его нервной системе.
Слабая, хрупкая, непобедимая Катя Пушкарева.
Совсем скоро - Екатерина Жданова.
Его, Андрея Жданова, женщина.
Она уже не то что не сопротивлялась - а отвечала с яростной жадностью, мяла в руках его рубашку, подставляла шею под поцелуи. Мокрая, холодная, с горячими губами и бешено стучащим сердцем.
Они целовались, стоя на переполненном пляже Копакабана, а Катина сумка легкой добычей валялась неподалеку.
- Не надо, - остановил своего подчиненного, семилетнего Хосе, смотрящий по пляжу Йен. - Влюбленных грешно обкрадывать.
Хосе сплюнул, но подчинился.
В этом мире и без этих дураков добычи хватает.
_________________
Торжественно клянусь, что замышляю шалость и только шалость. (с)
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Сыночка, затеявшего всю аферу - на производство (явно с расчетом, чти Кира со временем уступит место бывшему женишку), а Кате, главной жертве этой аферы - "волчий билет". 
После такого Кате уж точно следует отобрать у них компанию. Жаль, что Катюша такого не сделает.
Он может и присоедениться к ней, но не сразу, и не чтоб спасти, а чтобы составить компанию 
) разговоры оттянуть.
Вот верила я в мудрость ПО! 
