НРКмания

Катя с прожектором и дневником под одеялом. Вертится, еще немножко по инерции изображает дворники. «Мы танцеваали!» К счастью, от этого зрелища нас избавили. «Я смотрела на него, не могла отвести взгляд! Он напугался». Если она смотрела на него так, как вот сейчас было на прожектор, то и не мудрено. Но Андрюша, рыбка! Напугался «Потом взял на руки, нет, на колени! (не запомнила такой важный момент? Хотела на руки во время танца, да Андрюша обломал?) Я была так близко-близко!» Дальше выпускает целый кусок про поцелуи и бодание под подбородок. «А потом в машине я совсем потеряла голову! Я … просто хулиганила, и все. Он не злился, он… оххх… Это самый счастливый день рождения в моей жизни». То есть я даже не знаю. Неловкая, неопытная, не уверенная в себе девочка весь вон тот вон не поддающийся описанию звиздец отрефлексировала как «хулиганство», причем такое, умилительное. Ни «Боже, что он обо мне подумает!» (а подумает он про недееспособную малолетку (с), ни «какая же я дура!», ни даже жалкого фейспалма. Нормально, чо. И опять ни слова про поцелуи! Угрожающее «Я хочу быть с ним. Всегда», «Сегодня я была раскованнее. Он … удивился». Ну, можно и так это назвать… «Мне конечно неловко за свое поведение, но ведь я люблю его? Я ХОЧУ быть с ним?» Себя убеждает, что хочет? Ну и да. Пошла против всех своих громогласных принципов, предала, можно сказать, любимых родителей, вслед за которыми считает, что до свадьбы ни-ни… И немножко неловко
Андрюша крадется (наконец-то ботинки в доме снял, а то ведь так и шлендрал всегда), Кира пьет и вяло выговаривает. Но Андрюше надо срочно смыть из сознания только что пережитый звиздец с уклоном в уголовщину, и он легко переводит ситуацию в горизонтальное русло.
Катя, пережившая первый (вроде как) опыт какой-никакой близости с мужской тушкой, продолжает строчить порожняк. Мол, если в день рождения загадать желание, оно обязательно сбудется. «Сбудется!». Крупный план. Домик из одеял, тени, приглушенный прожектор, тень усмешки. Теперь Катенька похожа на последнее Оно.
Заставка. ЖС и затемнение. Затемнение. Затемн…Андрюша!) Сидит, молотит по клавиатуре, весь в трудах. Аки пчела. Нервно жалуется Роме на гиперсексуальную Катеньку, ему страшно, «обрыдло», просит у друга успокаивающего средства, расстраивается из-за его отсутствия, сам же находит выход – «дважды в месяц» и сидит, довольный. Запястья эти, зарраза…
Рома не успел высказать другу все, что он думает по поводу того, что и где ему там обрыдло, ибо был остановлен иерихонским хэпибёздеем от ЖС. Хэпибёздей преодолел пространства, стены, двери и прорвался в президентский кабинет от самого ресепшена. «Что ты стоишь?!» - гонит Рома Андрюшу.
Не прекращая орать, друзья вручают Кате подарок – картину. В процессе язва-Федор желает имениннице «жениха хорошего», а простодушный Потапкин – оставаться такой же «доброй», умной и «хорошей».
Андрюша присоединяется к базару. Оба стоят под картиной, которую держит ЖС, впившийся глазами в президента. Андрюша чмокает помощницу в щечку, Федор на заднем плане корчит гримасу. Явились Милко и Кира, поздравляют Катю, Милко почти без иронии, Кира – очень мило. Андрюша вспоминает про торт, но Татьяна оттесняет его от Кати, убеждая, что все под контролем и они справятся. Включая торт. Катя хочет убивать в этот момент. Но тут же начинает щемиться. Не нужно этого всего (картину и цветы уже получила, так чего от торта отнекиваться?). Но девчонки хотят вручить еще подарки в торжественной обстановке. Не мной замечено – Катя даже жалких печенюшек на работу не принесла, где ее так приняли (ведь если верить сказанному – это ее первые подруги в жизни!) и обязательно захотят отметить ее днюху, тем более что Татьяна работает в отделе кадров. Кстати, о Татьяне. Она опять находит подходящий момент (президент компании все еще маячит рядом), чтоб спросить о подарках от жениха. Естественно, жених не подарил ничего, и громкое негодование по этому поводу перерастает в обсуждение мужиков-козлов и прочей Катиной личной жизни. Одно хорошо – бабы про Андрюшу забыли, и тот может спокойно корчить недовольные рожицы. Ох, эти лепестки… Но лучше этот момент смотреть без звука, потому что они (бабы, не лепестки) опять орут.
Андрюша настолько шокирован тем фактом, что у пушкаревых тоже бывают дни рожденья, что бросается в забег по кабинету. Верный друг, разумеется, не оставляет его в одиночестве. Нарезают круги. Ке фер, фер-то ке, то есть, что дарить. Идея Малины насчет цветов кажется Андрюше гениальной. «Точно!». Настолько, что это подстегивает его собственный интеллект и он вспоминает, что еще можно подарить что-нибудь, сделанное своими руками книжку – Катя ведь умная! Какую книжку, о чем – вопрос второй. Который Андрюша «любимой» не задал ни разу за все их свидания, несмотря на то, что говорить ему с ней было мучительно не о чем. Малина снисходительно не указывает другу на этот факт и «кстати» предлагает подумать об ужине при свечах. Дальше собственно свечи, 25 экземпляров «Анны Карениной», нежные слова, комната с белым потолком белоснежная постель, черепно-мозговая травма, смерть на рельсах через труп Малины, восклицательный знак. Разошлись, довольные друг другом.
Затемнение. Светлана и ОВ похищают милкино платье.
Андрюша страдает в кресле. С ногами. И цепочка опять блестит. Не хочет известно чего. Рома зудит. Впирается Катя с подарком. Рома просит ее вернуть экспонат в Третьяковку и ретируется. Катя, придавленная картиной, зигзагами приближается к Андрюше. «Влюбленный» Андрюша начинает отчитывать «любимую» за сокрытие факта дня рождения, не спуская ног с кресла. Комментаторы восхищенно обсуждают «язык тела», который буквально кричит об Андрюшиной любви. Катя кренится под картиной, и Андрюша наконец-то срывается с кресла, чтоб удержать угрожающую ему травмой «любимую». В принципе, тот факт, что он удерживает ее за талию, можно в каком-то смысле истолковать как симпатию. Ну, подумаешь, картиной щас именинницу придавит… Все, удержал, можно руки и убрать. Катя девушка крепкая, сама со своей дурой справится. Продолжает отчитывать, выбирая остатки букета из Катиной праздничной (косичечки с трогательными разноцветными шнурочками) прически. Ой, взялся-таки одной рукой и за картину. Катя отнекивается - все это совершенно не нужно, «ни к чему все эти поздравления». Наконец-то поставили дуру на пол. «Я должен был подготовиться, для меня это важно» - «А для меня нет!». Андрюша выдает гениальное: «Что вы постоянно со мной спорите? Я –это я, вы это вы, вам это понятно?» Но надо отдать должное – сразу же и извинился. Кате пофиг, она тоже решила повытаскивать цветочки из Андрюшиной шевелюры. Андрюша прелесть. «Простите меня, у вас такой день, а я как упырь просто…» Катя по привычке говорит только правду: «Совершенно обыкновенный день, я никогда не отмечаю его…» (Забудем, что родители были готовы уже с ночи, Колька привычно украшает квартиру, как на новый год, забудем одноклассников в школе… Не отмечает Катенька день рожденья! И никогда не врет ).
Вика просит денег у папы, Марьяна сдает Милко ОВ и Светлану. «Ах вы ж… Ах вы ж злые сОбаки…». ОВ выкручивается.
Дикие бабы проникают в президентский кабинет и зачем-то на цыпочках крадутся к каморке. Андрюша подает голос из-за двери (вот почаще бы подавал, ну прелесть же!), где сидит в пальто на кресле, как сиротинушка. Вызывает им Катьку. Они зовут ее в кафе, интересуются, не позвал ли ее жених, просят не расстраиваться, что не позвал, зато в Ромашке такой пирог, они заказали… Президент-сиротинушка все это время сидит в своем уголку.
Бабы ушли. Андрюша таки приглашает Катю «провести время с ним». В процессе Катя прячется за дверь, чтобы благоразумно скрыть свою выразительную мимику.
Катя убегает, приходит Рома. Андрюша ошарашивает его счастливым известием. «Что, прям здесь?» Как-то он не сильно рад. Интересуется подарком. Разумеется, Андрюша еще не придумал. Не грей голову, Жданчик. «А для чего у тебя я?» Будет тебе подарок.
Катя сообщает всем, что «Коля» ее пригласил.
На выходе из кабинета ребятки встречают Киру и Вику. Заминка, Рома делает руками и уступает Андрюшу его законной пока владелице. Сам ранит Вику жестоким вопросом, добыла ли она денег. Фух, пронесло – Кира хочет «поработать» и отказывается от щедрого предложения Андрюши пообедать. Свободный Андрюша отрывает друга от Вики.
Праздничое ЗЛ в гирляндах и классово чуждых буржуинских золоченых оленях на входе. Проводили Свету. Машка задает странный вопрос – рада ли Катя, что Николай ей позвонил. И тут же интересуется, «случилось» ли у них уже или нет. Идеальное место и время, да. Катя жОстко стоит на своем – «рано еще» и «я не думаю об этом». Да-да-да. Час Ч все ближе, вообще-то) Машка орет. Татьяна требует «не смущать ребенка». Катенька с пылом «даже думать об этом» не хочет. Машка орет еще громче (ЗЛ, не ЗЛ, олени, не олени… пофиг) – Катя боится, потому что не знает, как себя вести, и обещает научить. Вот прям тут, в дверях и начнет, надо полагать. Наивная – Катя а) не боится и б) ей, пофиг, как надо себя вести. У нее в руках такие мощные рычаги, что о том, как себя вести, должна думать другая сторона…
Коля в поролоновых ушах с дождиком и цветами.
Кира и Вика шмонают президентский кабинет. Вика на стреме) Но времени там не теряет, грамотно обследует картины, жалуется на судьбу, сомневается, что замужество решит все ее проблемы («и буду я по карманам рыться, как ты») и не щадит колготок и маникюра, припадая к полу, чтоб заглянуть под шкафчик. Все-таки Вика – друг!
Судьба вновь радует Зорькина разговором с Викой. В этот раз обеспечивать ему имидж крутого олигарха выпадает Елене. Она особо не заморачивается и просто дает оболтусу по поролоновым ушам. А Вика, поговорив с Колей, приходит к неожиданному выводу – эх, вот была б она финансовый директор, а не секретарша, и ее бы приглашали на деловые завтраки, обеды и ужины, и вот там бы она ухх! А пока собирается реквизировать Зорькина у Пушкаревой. Наша злобная снобка говорит ей не ломать чужую жизнь и иметь совесть.

76
Рома притаранил обещанный подарок. В пакете с сердечками. Деловитый Андрюша требует уже предъявить презент, но Рома без спектакля не может, поэтому содержимое пакета сначала кусает его за палец, а потом чуть не отъедает всю руку. В принципе, можно углядеть связь. Хм, да много связей можно углядеть! И бульдожью хватку куклы-Чаки-Кати , и ее милую манеру отхватывать руку, когда протягивают палец, и то, что благодаря следующему пакету кукла-Катя уже не в шутку, а всерьез сожрет и Андрюшу, и фирму. Но он пока пребывает в счастливом неведении и просто хочет получить «свой» подарок. Рома медлит. Ему надо поиграться с куклой, уронить ее, умилиться ее «нестандартности» и «наивно-простодушности», а потом еще и Андрюшу напугать, когда тот наконец-то эту куклу получит.
Светлана в суде. В красном платье без рукавов. Аа, нафиг. Затемнение.
Новогодняя заставка. Андрюша пугает Катю хлопушкой, гладит по волосам, потом Кира утягивает его в лифт. Но сначала пугает хлопушкой.
Заставка кончилась, Катя работает. Пантомима «Вручи подарок любимой девушке», исполняется Андрюшей Ждановым. Вошел с пакетом, вынул куклу, чмокнул в лобик, выложил перед Катей. Добавил открытку. Попытка к бегству, которая не устраивает Катю. «Эт-то мне?» Нет, Зорькину. Но Андрюша вынужден вернуться. Кивнул, смылся. Глотнул воздуху в родном кабинете, вспомнил, вернулся. «Поздравляю». Держит перед собой несчастный пакет, как зайка под елкой, обеими прижатыми лапками. «Не умею говорить красивых слов, просто, от души, поздравляю». Смылся. С пакетом. Опять глотнул воздуху, вспомнил еще одну важную деталь поздравления, снова вернулся. «С днем рождения, Катенька». Намек на улыбку. Закрывается пакетом, как щитом. «Ну, в общем… все такое!». Катя. «А насчет красивых слов вы пошутили?» Андрюша не понял. Катя цитирует: все для тебя рассветы и туманы для тебя моря и океаны для тебя «Я дарю тебе озера бесконечной доброты, неба синего узоры…» Читает проникновенно и нараспев, как Блока (как минимум). Для чистоты эксперимента забила первую строчку в гугл (вдруг я чего-то не знаю о высокой поэзии) – поиск выдал страничку с чудесным названием «Поздравления для деток», там такого много. Но для Кати это звучит так же, как гипотетически любимая ею и лишь тонким ценителям известная Лохвицкая. Что характерно, Рома тоже подачу с Лохвицкой не переоценил и не стал утруждать себя подбором равноценного текста. И не ошибся. Андрюша даже не знает, что сказать. Хочет как-то объяснить, что это все-таки не Блок, но… «Катенька, это… а!» Крутит пальцами, подбирая слова, потом машет рукой и уходит. С пакетом, в который вцепился мертвой хваткой. Но Катя вновь его останавливает. «Андрей Палыч, мне кажется, или она на кого-то похожа?!» Андрюша смеется идиотским смехом. «Аааээ… это просто… только что заметил… совпадение!». Катя кокетничает, прижав куклу к себе. «Я так рада этому совпадению!». Катя обегает стол, чтобы обнять любимого, и буквально натыкается на от живота протянутую руку. Язык тела такой язык тела. Пожимает ее, и все-таки исхитряется клюнуть, куда получится. «Влюбленный» Андрюша вновь протягивает руку, уже на большее расстояние от себя. «Очень, очень рад… Очень!» Убегает, Катя задерживает его за руку, потом одна стоит со своей протянутой. Но она рада и довольна. Все так, как надо, очевидно.
Андрюша придавлен реакцией на свое поздравление и в ужасе грызет пакет. Потом чует опасность и резво прячет его под прекрасную жо… В общем, прячет. Заходит Кира, зовет его на важное мероприятие, Андрюша вытягивает губы трубочкой («Не могу!») и выдает очередную гнилую отмазку. Весь день расписан от и до, у него …вввв ….встреча ссс …эээ… клиентами, во! Оч важными. «Ткскть, да». Такая прелесть. Кира в том же месте работает, какие «ткскть» клиенты, какие сделки могут быть, ей неизвестные? Но Андрюша отродясь такими мелочами не заморачивался. Кира все понимает и обижается. Просит уделить несколько минут драгоценного времени. Андрюша предлагает переместиться в конференц-зал, ибо треклятый пакет ощутимо жжет его прекрасную пятую точку. Кресло удалось покинуть без потерь. Проводил Киру, метнулся, вернулся, нервно зашвырнул улику в угол. Рыбка моя
Шура переживает, что в таинственный пакет в сердечках заглянуть так и не удалось – Малиновский «вырвал из рук». Важная деталь.
Кира обижена невниманием. Новый год на носу, а любимый не чешется. Отмазки, нервы, чувственно погладил по плечу, извини, обещаю, «честное слово». «Ты сам-то в это веришь?»
Жалкие Андрюшины вяки окончательно убедили Киру – слежке быть. Верная Викуся готова обеспечить транспорт, инвентарь и экипировку.
Милко хандрит, Марьяна дурит, Света рыдает. В общем, затемнение.
Трансформер-Кристина в костюме Санта-Клауса поздравляет орущий женсовет. Загадка – сама при этом тоже не шепчет, но это как-то не раздражает. Подошла Вика и Кристина сообщает ей последние новости: купалась в ашраме, жила в снегу, вступила в кармическую связь с Нехай-Бабой. «А наша Вика (которая сейчас слова никому не сказала!) тоже вступила в кармическую связь, - радостно делится своими новостями Татьяна. – У нее даже непорочное зачатие было!» Все ржут. «А наша Таня вскрыла чужое письмо и раззвонила конфиденциальную информацию, разглашению не подлежащую ни при каких условиях». Но это же мелочи. Вот право слово, Таня, иногда лучше жевать. К сожалению, Вика ответила не так, а «заткнись, дура». Кристина, как всегда, гасит конфликт – приобщает коллектив к энергетическому столбу от Нехай-Бабы и начинает вручать подарки. «Подарки, подарки, я так люблю подарки, - скрипуче верещит Амура, которая больше всех веселилась, изображая пресловутого трансформера.
Милко опять хандрит.
ЖС обсуждает каникулы. Таня к свекрам, Шура с Амурой к друзьям, Федька один, а Машка оставит Егорушку с бабушкой и на праздники будет совершенно свободна, возьмите ее тоже к друзьям пожалуйста?
На Федоре какой-то странный свитер.
Является Катя. Амура вручает ей игрушку - ДедМороза со Снегурочкой. Катя зависает в глюке. Они с Андрюшей в соответствующих костюмах (слава Богу, в этот раз отечественных, еще одного Санта-Клауса с оленем я б не выдержала) романтически держатся за руки. «Катенька, будьте моей женой!» - говорит «внучке» «дедушка» диким голосом. «Да, Дед Мороз, - не отстает от «дедушки» «внучка», - Я согласна!» Подружки возвращают «Снегурочку» на землю. «О чем задумалась? – Да так. Думаю, каким будет этот год». Последняя фраза звучит очень серьезно и «взрослым» Катиным голосом. Стратегически звучит, я бы сказала.
Дальше прекрасное. Андрюша, Рома и медосмотр. Андрюша как знает – уже сидит на столе с ногами. Водичку пьет. В дверях возникает Рома в маске (Хосспади, где он ее нашел?!) «Врача вызывали? – Да! Нужна срочная психотерапевтическая помощь!» Улегся на стол, ручки на пузе сложил. Жалуется на Киру. Рома проверяет температуру. Действительно, чего это она обиделась? Рома светит ручкой в глаза, предварительно ее «включив». «Пушкарева еще!» Рома меряет пульс. Ззапястья! «Ходит, улыбается все время, меня это раздражает!» (Ах, эта любовь…) Температура и пульс позволяют Роме надеяться, что летального исхода все же можно избежать, и он начинает простукивать Андрюшин ливер. Не обнаружив патологий, напоминает ипохондрику больному, что родители звали его в Лондон (забыл, рыбка моя!), и значит, проблему с Кирой можно решить там. Вот с Катей сложнее. У нее «хронический Зорькин» (на этих словах Андрюша делает вид, что уже умер), который может перехватить инициативу. И тут уж… Рома делает руками и тяжко вздыхает. Андрюша тоже делает руками и тяжко вздыхает (Андрюша! Почему ты так мало вздыхаешь?! ). «…и Катя будет твоя навеки, ну, хотя бы до конца финансового года». Разумеется, Андрюша не хочет и только через труп Малиновского. Роме надоедает игра. «Ну тогда вообще можешь не возвращаться из Лондона». Андрюша таки умер.
Катя в каморке поет. «А потом обними, а потом обмани…» Что характерно, слова подходят обоим участникам нашей «возлюбленной пары». Звонит Коля, радостно и с различными звуковыми эффектами поздравляет подружку. «Спасибо, что не забыл!», - отвечает тронутая подружка. Коля зовет ее «в шикарный ресторан», но Катю уже пригласил ЖС, и отказывать им неудобно. Коля расстроен, пытается шутить. «Зато сэкономлю». Катя (в кои веки) понимает, что он обиделся. «Коль, ты самый лучший!» - «Да ладно, зато сделал тебе приятное – когда еще ты сможешь отказаться от ужина с мужчиной!» Желает хорошо оттянуться.
О намечающемся побеге узнает ВС. Что за фигня? Коля отвечает, что вот, в этот раз не получится, потому что Катя уже обещала (NB!). «Да не пойдет она никуда, не будет ничего этого, она будет справлять день рожденья дома!» С силой возвращает на Кольку поролоновые уши. Чудесный человек. А где про то, как они, Пушкаревы, держат слово? О прочем пире духа уж не будем.
ЕА звонит на деревню дедушке в ЗЛ. «Здравствуйте, я мама Кати Пушкаревой, а приходите к нам в гости все-все, ну его нафиг, этот ресторан». Но попадает по адресу.
ВС – хамло-хамлом, но первый пирожок несет пробовать Кольке, и они этот пирожок вместе съедают. ЧОрт. Хочу пирожков(
Татьяна оскорблена в лучших чувствах – подруги решили накормить Катю в обход нее. Все выясняется быстро, ребенок-Катя грустно говорит, что обманула родителей, чтоб сгонять на свиданку, ЖС согласен, что дело святое. Но придется отложить. Катя со стоном падает на спину, все пропало, но через секунду поднимается и уносится решать проблему. К вопросу о.

77
Катя не рассусоливает. «Мамочка! Отмени праздник!» ЕА не понимает. Катя что-то говорит. «Ну, не знаю. Поговори с папой!». Умная женщина, которая знает все о том, насколько целесообразно вести какие угодно разговоры с ее супругом. Катя тоже знает, поэтому вздыхает и машет рукой. Все пропало. «Бесполезная трата времени». Потом берет трубку, и то ли мама предлагает выход, то ли Катю осенило, но она внезапно зовет Колю.
Коля на стремянке и в фартуке занят украшением квартиры. Обещает развлекать девчонок и спрашивает про Вику. Катя в этот момент готова прогрызть стену каморки. «Какая Вика?!» Раздраженно. «Коля, ты должен уйти. Не вздумай оставаться, слышишь? Помнишь, ты мой жених, красивый, богатый, с манерами английского лорда, помнишь? Они не должны тебя видеть! Спасибо, Коля». Коля весь день пурхался, помогая готовить праздник. Колю уже один раз обломали, отказавшись от его подарка, хорошего и, в общем, очень правильного, что ли. А теперь заявляют, что он должен уйти, потому что он страшное нищее не умеющее себя вести чмо. И хотя я в принципе согласна с последними двумя пунктами, все же необходимо помнить, что как раз в отношении к Катьке проявлялись лучшие стороны Колькиной натуры. А ведет он себя всяко не хуже Женсовета (хотя, конечно, такое обилие живых человеческих женщин, с двумя декольте и одним красным платьем на пять особей) способно произвести некоторые разрушения в его неокрепшем мозгу. В общем, Коля обиделся. Но решил доказать, что красивым и богатым он тоже может быть. Ахните еще, какой у Пушкаревой жених.
Катя вбегает к Андрюше и всплескивает руками. «Что-то случилось? – Да, то есть, нет! Мои родители…» Куксится, низко опускает голову, кривит личико – точь-в-точь готовое зареветь капризное дите. Опять. «Хотят, чтобы вернулись домой сразу после работы?» Все та же гримаса. «Угу». Очевидно, Андрюша боится, что голос его предаст, поэтому отыгрывает «разочарование» невербально – разводит руками, встает, швыряет ручку, на Катю не смотрит, руки в карманы. «Они хотят отпраздновать день рождения дома, и друзей всех моих пригласили…» Ни малейшей благодарности в Кате, ни к родителям, ни к только что выгнанному единственному другу. Она как бы извиняется за внезапное препятствие, что нормально, но с раздражением и негативом, мол, Андрей Палыч, фигня такая, чтоб им всем… Андрюша выходит из-за стола, весь такой красивый. Катя не отводит от него глаз, он бросает на нее полувзгляд и снова отворачивается. «Ну что делать, Кать!» Сколько радости и облегчения в этом голосе. «Это ваши родители, это их праздник!». Катя куксится. И искренне уверена, что наносит Андрюше душевную травму, лишая его возможности провести этот вечер с ней, распрекрасной: «А как же вы?» Он переживет, Катенька! Смотрит на «любимого». Андрюша аж чавкнул от такой заботы. «Что я?» Возвращается к столу. «Главное - это ваши папа и мама». Катя вынуждена согласиться. «Да». Кривит личико, топчется, делает туда-сюда плечами. «И мы отменяем нашу встречу?» В общем-то проблема не стоит выеденного яйца. Как бы ни был противен Пушкарев, но праздник готов, мама с утра на кухне, уборка, украшения эти все… Проигнорировать это – очень сильно обидеть родителей. На свидание можно сходить и на следующей день (ну, для нормальной пары). Но Катя вцепилась именно в эту возможность, хотя знает, что Андрей все равно никуда не денется некуда ему деваться, с подводной лодки. Чуток поупирается, может быть, но в конце концов устроит ей положенный «секс в прибое» с шоколадкой романтИк как миленький. Но с упорством, достойном лучшего применения, долбит и долбит, и все это чтобы Андрей что? Явиться вместе с ней он не может (сейчас Кате это самой не надо), «похитить» ее тоже, тогда чего ей нужно? Сожаление Андрюша выразил, приличия соблёл… соблюл, и завтра она вполне может свое дожать. Но нет. «Вы хотите отменить?» Снова лицо дитяти на пороге рёва, садится в кресло, весьма, опять же, характерным движением, сутулится там, голову опять вниз, машет рукой: «Я понимаю». Что ты понимаешь? Андрюша кидается утешать и даже расщедривается на тактильный контакт – кладет руку на плечо. «Катенька, я мечтал провести этот вечер с вами, но мы не можем огорчать ваших родителей в такой день. Я не хочу быть причиной раздора». Катя смотрит подозрительно, все еще надутая, губу отвесила. Делает рукой. «То есть, дело только в этом?» А что такое, Катенька? То есть ты не веришь в искренность чувств своего «возлюбленного»? Андрюша подтверждает. Смотрит, поверила. Отводит взгляд. Производит некие калькуляции… «Ааа…» Открыть рот пошире, как без этого. «Ааа я щас все улажу!» Решительный жест, мгновенно подрывается с кресла и уносится улаживать. Покачнувшегося Андрюшу аж разрывает от счастья и вспыхнувшей надежды. Прикрывает глаза, жует губами, «ччерт!», заставка. Что, к бесам, на Катеньке за беретка?!
Набегает на женсовет, по пути рассыпав Викины бумаги, добивается согласия уйти пораньше (что мешало сделать это сразу и поставить Андрюшу перед фактом – возникла некоторая проблема, но все улажено, в двадцать два нуль нуль жду вас у подъезда?) Победно вскидывает кулачки и счастливым Квазимодо уносится обратно. На обратном пути Катенька совершает мелкую месть – точным движением крепенького локотка вновь отправляет Викины бумаги в полет. Еще один штришок – какое бы «щастье» не маячило в конечной точке, но если по мере продвижения к этой точке есть возможность кому-то отомстить, хоть бы и такой мелочью, будьте спокойны, Катенька отомстит. У нее все ходы записаны намертво.
Запыхавшись, влетает в кабинет обрадовать Андрюшу. «Зачем, Катя?!» - орет «любимый». «Идите! – указывает на каморку правой рукой, - И празднуйте, Катя!» - указывает на выход левой. Или правой. Ааа, неважно. Катя вновь включает обиженное дитятко – опустила голову, отвесила губу, не торопясь и вперевалочку понесла свою беду по льду в каморку. Сработало. «Катя, подождите!» - кривит личико уже Андрюша. Скрип двери, Катенька высовывает все еще понурую голову. И губа на том же месте. «Заеду за вами в 10», - с силой выдавливает из себя бедолага. Наше великовозрастное дитятко моментально (как это им, дитяткам, свойственно, когда их хотелки все-таки удовлетворяются давшими слабину родителями) забывает все свое горе, подпрыгивает чуть не на метр, крутится вокруг себя и вкручивается обратно в каморку, устроив там небольшой оползень. Андрюша застреливается. Из левольверта из пальцев.
У Пушкаревых последние приготовления. Пушкарев полагает обойтись «парой бутылок сухого для девочек и графинчиком беленькой» для них с Колюней. Колюня в пуховике и мыле сгружает последние припасы, тащит нечто с тарелки и торопится домой переодеваться - у него явно есть намерение доказать подружке свою состоятельность как олигарха и лорда. ЕА советует ему надеть костюм с вручения диплома – дескать, и приличный, и идет тебе, то есть, ему, но Коля фраппирован – костюм немодный! И немедленно оказывается обсмеян вездесущим ВС-ом: «Он оденет модное, но неприличное, сменит «имиччь», как сейчас говорят». Ага, именно так и говорят, ваша прынцесса не даст соврать. Щегольнув модным словечком, ВС стыдит Кольку за поведение, недостойное мужчины. Потому как не будет настоящий мужик о шмотках думать! Ты мои брюки погладила? А заломы?!!!
Кира и Вика идут на дело. «Фотоаппарт. Правда, без пленки, пленку надо будет купить, возьми на себя, я не могу все взять на себя, Кирра!» «Наручники, на случай, если мы будем его брать, а брать мы его будем». Явно от игрищ с Ромой остались. «Чулок, женский (это важно!). 15 ден, то, что нужно». Почему-то в единственном экземпляре чулок. Ну и так, по мелочи. Фонарь, баллончик, диктофон, костюм снегурочки, Кристина…Ой, чтой-то у вас? – «Это Вики! Попросили соседи Вику, чтобы они хотят устроить в доме утренник новогодний, да, Вика? И вообще, Вике уже пора! – Да? А вообще да!» Вика, а-ба-жа-ю. Так Кристина и не узнала, зачем снегурочке наручники.
Вика закрыла чемодан, схватила его поперек и застряла в дверях, отклячив изящных очертаний корму. Ну, хоть какой-то праздник, раз с маскарадом Кристину обломали)
Проводив Вику, Кристина продолжает делиться энергетическими месседжами и цитирует Чехова. И вдруг очень серьезно спрашивает Киру, как у той с Андреем. С Андреем то так, то эдак.
Рома в красном свитерочке, который ему безумно идет, радуется наконец-то появившейся возможности стать президентом компании, потому что текущий президент дематериализовался. А он вовсе не дематериализовался, он просто под столом сидел, где прятал давшнюю улику – пакет в сердечках. И хоть президентсво Роме не светит, но Андрюшу сейчас бросать не надо, потому что Кира хочет порвать его на сотню маленьких Жданчиков (Жданчики… маленькие! Милота! ) Опять в пакет вцепился. «Что ж ты такой пугливый стал?» . Рома предлагает выход. «Скажи ей, что лучше ты придешь на Катин день рожденья, чем она на твой. И фьюить!».
Кристина и Кира пришли по Андрюшину душу. «Дамы, это что, психическая психологическая атака?». «Кукусики, - грозно отвечает Кристина. – Дядька. Сейчас мы все будем соединяться в один энергетический столб. Резко выдохнул». Помычали. Кристина пугает всех Непалом и персонально Андрюшу – Сашей («Нькой!», конечно, «Нькой!»). Андрюша говорит Кире про Лондон, все улыбаются, довольная Кристина покидает парочку, напевая богомерзкую «вместоневесту» почему-то. И кто-то считает Кристину дурой и пустышкой? Парочка смеется, Андрюша шутливо выдыхает лепестками граната, да что ж такое!
Способ Малиновского сработал, но слежку Кира отменять не собирается.
Катя нервно преет у лифта, пока Машка наводит последнюю красоту. Уже минут 20 как наводит. Прочий женсовет тоже преет, но с пониманием. Амура задает гениальный вопрос, будут ли мужчины на Катином празднике. Катя обещает им папу (Машка с досады чуть не плюнула в пудру), но девочкам хочется жениха. Увы, говорит Катя, но он (красивый, богатый, на тачке, финансовый директор) застенчивый. «И вообще он занят! Он готовит сюрприз на сегодняшний вечер!» Прекрасно знает, что никакого сюрприза Жданов не готовит (а про Колин еще не в курсе), но врет вдохновенно. Правильно, пусть завидуют.
Рома лениво воркует по телефону, развалясь в кресле. На словах «Даа, это любовь делает меня таким дерзким и безрассудным» на стол падает тело Андрюши. Не очень внятно тело советует другу «записать эту песнь павлина на автоответчик и экономить время». В общем, в очередной раз портит Малине всю малину. «Прости, милая, - вынужден прерваться Рома. – Мне тут… документы принесли на подпись». «Документы» закрывают глазки и елозят по столу, стараясь устроиться поудобнее. Им, как всегда, плохо (ну, или они просто спать уже хотят). Свидание переносится на «двадцать два нуль-нуль», и Андрюша, точнее, все еще его тело, намерен провести это время в офисе. Рома предлагает ему место поприятнее – там тепло, светло и играет легкая музыка. Тело Андрюши не верит, что такие места еще существуют, и хочет туда навсегда. Увы, не получится. Рома хватает тело за плечо и увлекает за собой.
Катька уже упрела сидит на карточках под ресепшеном и не может. Кстати, рядом пакет в сердечках, который Андрюша ей так и не оставил. Теперь все ждут такси. Потапкин вручает имениннице три чупа-чупса и тоже получает приглашение. Татьяна беспокоится, что Потапкин в такси не влезет, но не беда – его домчит Федор.
Кира и Вика притаились за багажником. Вслед за Федькой и Потапкиным под шпионскую музыку появляются Рома и Андрюша. Рома в авангарде, нервно оглядывает пространство, трет нос, полы пальто шпионски развеваются. Андрюша в арьегарде, пригибает головушку. Мальтийские соколы, блин. Уехали.
Пушкаревы встречают гостей. ЕА провожает толпу встревоженным и задумчивым взглядом. Оказывается, ее беспокоит, что у Кати комната маленькая (а не как она выглядит на фоне подружек). Машка выгружает бутылки и злит ВС. «Что это, зачем это, у нас все есть!».
Вика крадучись проникает в последнее перед прыжком в ад пристанище Андрюши.
ВС гонит жену делать тонкие бутерброды с толстым маслом. «Они не будут масло, они фигуры берегут». Но нашему гостеприимному хозяину плевать. Интересно, он в них это масло силой пихать собирался? Зло пнул шарик, потом еще один (как не лопнули). Не дотягивают дочкины подружки до его высоких нравственных стандартов, ну надо же. Пьют, имеют внебрачных детей, поголовно не замужем (подслушивал под дверью женские разговоры?). Но особенно возмутила нашего моралиста и адепта Военторга «эта вот, которая в возрасте» и которая «туда же (изображает сиськи), пошла развлекаться с молодыми подружками». Ладно, он считает, что его незамужней ровеснице нужно не наслаждаться жизнью, а ползти на кладбище, очевидно, но «сиськи»-то тут причем? Что его так возмутило в облике ОВ, которая прекрасно выглядит? ЕА пытается усмирить своего дундука. «Это подруги нашей дочери, и ты сам настоял…» ВС демонстрирует хваленую пушкаревскую логику. «Я думал, пришли в порядочный дом и вести себя будут соответственно!» (не будем сейчас про порядочность взращенной в этом доме прынцессы, которая с утра пытается загнать почти женатого мужика в койку). ЕА успокаивающе улыбается как дебилуи просит не портить дочкин праздник, а пойти и рассказать «что-нибудь интересненькое», подразумевая «как ты умеешь». Парой часов позже она более откровенно выскажет то, что думает об умении супруга рассказывать что бы то ни было.
Теплое уютное место с приятной музыкой. Рома жует, Андрюша чахнет над каким-то мясом (очень похожим на то, что жует Рома). Кусок в горло ему закономерно не лезет. Даже на «тряпку» не реагирует. Рома велит другу доставать «Талисман любви» (до меня только сейчас дошло) и начинать тренироваться. Андрюша берет специально захваченную фотку парнокопытной Анастасии, звезды моей, и послушно начинает. Красное, нет, золотое солнце, выброшенный кит, нежная фиалка, человеческие жертвы. Рома мажет горчичкой кусок еды и пока одобряет, но финал его все же разочаровал. «Ты не кит, ты мидия». Андрюша обзывается моллюском. «Спорят, выбирают из морепродуктов, общаются с фотографией», - рапортует Вика. А Андрюша тем временем не может. До такой степени, что Рома предлагает все бросить и никуда не ехать. Ну, после десерта. Но Андрюша отказывается от щедрого предложения – ему Зорькин в затылок дышит.
Амура толкает тост, который писали люди, знающие жизнь. Вот так оно все примерно в этой жизни и звучит. «Ну, Катюш, что я тебе хочу сказать (чшчшчшч)… Ну, в общем… всего тебе… хорошего! И чтобы вот все твои сны, которые плохие вот, они сразу же забывались, а все которые хорошие – сбывались! Урааа!». Поорали. Катя сидит, не особенно уже стараясь выглядеть радостной. Самоназаначившаяся в Катины конфидентки Маша страстно шепчет ей попробовать ее фирменный коктейль, «чтоб все мечты сбылись». Катя отвечает голосом, которым спрашивала про «дурочку» - «Зачем?». Как зачем? Расслабиться и «побороть» «скромность», которая Кате сегодня «ни к чему».
Является ВС, который перестал надеяться на масло, очевидно. Поиграть в города – то, что нужно молодому женскому коллективу. Амура удачно отбрехивается тройкой по географии и ВС неожиданно (с него сталось бы и продолжать настаивать) вспоминает про музыку. Всеобщая радость, танцы, ура. Щас он вам организует, ага. И вносит свой «раритет». Взглядов гостей не замечает и заводит СВОЮ любимую песню - стилизованный под «Рио-Риту» (или что-то вроде) саундтрэк к НРК. И вот тут хочется поконспироложить. Актер, а значит, и Пушкарев 1942 года рождения. Его молодость пришлась на 60-е. Почему у него такие странные музыкальные пристрастия? Не «черные коты» и «замечательные соседы», не Магомаев, не Кристалинская, а вот такое ретро? Или это вкусы тех генералов, которых он возил? Ни в коем случае не в упрек собственно музыке, я обожаю ту же «РиоРиту» и люблю военные песни, но мои бабушки и дедушки любили и их, и всю музыку их молодости. То же самое можно сказать про родителей. А Пушкарев демонстрирует совсем уж какую-то архаику. Или это просто художественный прием, без второго дна?
Но вернемся к праздничному застолью. Музыка заглохла как раз в тот момент, когда Пушкарев удивился, что никто не рвется танцевать. Кстати, как он изначально собирался это делать, учитывая, что места в комнате осталось только к столу протиснуться. В прихожую тоже все не влезут. Но Татьяна предлагает спеть. У Катьки уже лицо устало изображать счастье.
Начинают петь. Тут ВС исправляется и затягивает «Счастье вдруг». Под шумок Катя ускользает к маме, Пушкарев остается петь, буквально зажатый между бьющим не в бровь, а в глаз полуголым бюстом Амуры и подпирающим его главным бохатством Марии. Но в этот раз ситуация протеста почему-то у него не вызывает.
Цейтнот – не цейтнот, койка – не койка, но порекламировать диск «Моей прекрасной няни» надо. Катя и рекламирует. Но потом все же переходит к делу. «Мамочка, он песни поет!» - «Ну, что делать, миленькая, придется минут сорок ждать, пока не осипнет». Над тарелкой с колбасой Катя признается в самом главном. «Меня сегодня Андрей Палыч на ужин пригласил». – «Зачем? Ты же ужинала?» И вот тут, мне кажется, я поняла, откуда ноги растут у Катиного постоянного и порой бессмысленного вранья (машину водить? нет, не умею; день рождения? нет, не отмечаю, никогда и тд). Это же ЕА. В любой ситуации первая реакция – прикинуться дурой, даже если в этом нет необходимости, вот как сейчас с Катей. С мужем это работает прекрасно (недавнее «а за сигаретами поехали»), но имеет свои издержки. Мама включает дуру, дочка врет, отвечая на любой вопрос. Нет, страшноватенькое семейство выходит у Пушкаревых.
«Он приготовил мне какой-то подарок! Приедет в десять!» Вот, опять врет. Ведь не обещал он ей подарка, просто встречу? ЕА счастлива. «Так-так-так-так.. Значит он тебя… уважает!» Титры.

78
Андрюша выколупывает орешку (вместо десерта Рома поит друга допингом) и собирается «пойти». Рома останавливает – еще девяти нет. Андрюша намерен слинять или очень-очень медленно ехать? Кстати, тогда Катя как-то рано начала уставать от общения с подругами – времени прошло всего ничего, и до десяти могла бы участвовать в веселье. Андрюша спокоен как удав, который очень боится умного кролика. «Поверь мне, - говорит Рома, привычным жестом обнимая друга за плечи. – С этим кроликом волноваться не надо. Пришел, увидел, чмок, соблазнил». Именно в этот момент Вика заподозрила неладное .
Вика щиплет чей-то виноград. Вряд ли она себе целое блюдО с фруктами заказала.
Елене снилось кольцо с бриллиантом размером с тарелку с колбасой (Ретт Батлер, помнится, желая посмеяться над Скарлетт, подарил ей такое). Поняв, что дочке на ее пути к бриллианту к дружескому уважительному ресторану с начальником нужна помощь, ЕА моментально мобилизуется. «Так, что нужно сделать?» - «Нужно папу…обезвредить как-то!» Очень интересные жесты у Кати во время этой тирады. Какие-то… агрессивно-окончательные. Поднимает скрещенные руки, потом резко опускает их вниз. В конце сжимает кулаки, и ЕА повторяет за ней, правда, немного мягче. Потом начинает метаться по кухне, нелепо подпрыгивая, чтобы заглянуть в верхний ящик шкафа, в итоге находит бутылку с самогоном. Тут опять интересно. ВС не настолько высок, чтоб ему самому было удобно доставать что-то из таких высоких шкафов или снимать с вешалок (вот там вообще олимпийские игры будут), значит, он просто этого не делает, и все. И ЕА за годы не смогла подвести его к мысли что-то исправить? Или сознательно не просит – у супруга руки из жопы растут, и она просто не хочет лишних разрушений? А настоящий патриархальный мужик ВС не замечает, что жене неудобно. Но продолжим. ЕА не может долго существовать в режиме адекватности. «Как гости уйдут в десять, я столько наготовила, они же не успеют все съесть!» Но признает – это мелочи, ведь нельзя же «президента заставлять ждать!» Кого-то другого можно? Договорились. Катенька поет марш Мендельсона. Они с мамой с полуслова понимают друг друга.
«Шпион без денег – провал операции!». Официанту вычтут из зарплаты.
Звонок в дверь, ВС деловито интересуется на выходе из сортира: «Андрей Палыч приехал?» Поскольку никто ему ничего не говорил, это его личная уверенность, что президент компании приедет поздравлять его прынцессу. «Как так не приедет, почему это?» Чудесный человек.
Явились Федор Михалыч и Сергей Сергеич. Федор Михалыч на секунду меняется в лице при виде ВС. «Знакомься, пап – Да виделись уже!» В смысле уже знакомы? Продолжаем Версаль. «Валерий Сергеич, Катин папа, если КТО НЕ ПОМНИТ!» - это Федору. Да-да-да. Он же, сволочь такая, хотел свою работу выполнить, когда «Катин папа», как он есть бухгалтер и подполковник, ему помешал. Должен был запомнить урок. Очень, очень чудесный человек!
Ребята дарят Кате куклу, потому что она на нее похожа. Катя зависает – этот подарок ее не очень радует почему-то. Кукла в очках, но вроде как в вечернем платье. Снижает степень эксклюзивности подарка «Андрея»?
Потапкин, будущая звезда вечера, счастлив. Он явно страдал в том рассаднике безалаберности, разгильдяйства и анархии, которым является ЗЛ, и тут…Имя! Звание! Если хочешь жить, приведи нас к ракетной установке!Следуйте за мной на командный пункт, водочка сама себя не употребит. Кайф.
ЕА и олимпийские игры под вешалкой. В итоге просто бросила куртки куда придется.
Звонок жертвы. ЕА отправляет Катю к телефону, женсовет обсуждает несуществующего для нее жениха дочери, она не ведет бровью.
Андрей говорит с Катей. Голос усталый и грустный. Катя в панике. «Что же делать!» - «А что, разве ваши гости не разошлись?» Как вспыхнула надежда в этих красивых глазах! Катя объясняет, как все ждут мужа Татьяны, Андрюшу раздражают подробности. «Оставайтесь, Катенька, празднуйте, веселитесь, я все пойму!» Жертва трепыхается и хочет сорваться с крючка. И тут… Та-дам! Или даже нет – ТА-ДАММ! «Нееет… Неет, я вам обещала, я обязательно сдержу слово» Сдается мне, это ЕДИНСТВЕННОЕ обещание, сдержанное нашей честной Катенькой. Жертва не сдается. «У вас такой голос усталый, я не хочу вас мучить». Но данное честное слово пеплом стучит в сердце Катеньки! «Неет, нет, нет!» Кричит, вскакивает, почему-то улыбается. «Дайте мне пятнадцать минут, я все улажу!» Каким образом, интересно? Идите нафиг, гости дорогие? Мама, отрежьте девочкам тортика с собой? Они там как раз свечки зажгли.
А свет выключили. Сказать, что такое освещение Катеньку не красит, это ничего не сказать. Особенно когда она замирает, набрав полные щеки воздуха, в излюбленном операторами НРК ракурсе – плечи и голову опустила, смотрит исподлобья. Красотка. Эсмеральда. Да, а замирает она, потому что женсовет радостно заявляет, что в курсе ее заветного желания про женихахорошего. Ну так это разве не то, чего Катенька хотела? Чтобы подруженьки были в курсе и донесли информацию куда надо? Вот они и доносят, чем Потапкин, Федька и мама хуже этого «куда надо»? Да, а свечки именинница с одного раза задула. Легкие у Катеньки тоже что надо.
Андрюша намерен вздремнуть (все-таки устал, рыбка моя). «Давай, Жданов, настраивайся. Тебе сегодня такое предстоит!». Кто ж знал, что черти понесут ВС в аккурат мимо Андрюшиной стоянки. Не повезло. Даже поспать не дали. Нет, серьезно, за этот вечер и ночь Андрюше целая цистерна молока полагается. Не допьет, так утопится.
ВС то ли сам собой подобрел, то пение с пышнотелым дуэтом Амуры и Маши на него так повлияло, но погнал наш поборник за дополнительным алкоголием. Там и взял в плен Андрюшу.
Кира и Вика наблюдают. Вика углядела странные пакеты, военную выправку и прозрела в ВС вражеского резидента. Ей очень понравилось это слово и придуманный ею каламбур, поэтому она зловеще открыла рот и засмеялась коварным смехом. В процессе посмотрела на Киру. Пришлось закрыть рот и перестать смеяться коварным смехом.
А Кате каким-то чудом удалось добиться желаемого, отогнав друзей от деньрожденьишного торта. Сонные барышни и примкнувший Федор собираются в прихожей, и только Потапкин оккупировал туалет и не хочет покидать расположение. С трудом попадая в рукава, Амура объясняет (и одновременно приоткрывает завесу тайны над тем, каким образом удалось Кате всех расшугать): «Представь, что тебе выписали пропуск на два часа, а ты уже целых три сидишь». Причину Потапкин принял, но уходить, не попрощавшись с «папой», категорически отказался и скрылся в бункере сортире.
Рецепты пообещали, стол похвалили, Катей повосхищались, можно бы и уйти, но тут ВС притащил своего пленного. Что за фигня! Все снимают пальто и веселятся до упада! Зачем ему, кстати? Собутыльника он себе уже добыл, статусным гостем перед быдлом с дочкиной работы похвастался.
Андрюша находит остроумный выход, как прервать неловкий момент и избавиться от старательного приветственного смеха ЖС. Выгоняет Потапкина изсортира бункера, сбросив ему на руки роскошное (поди не хуже чем у Шерлока) пальто, и уединяется у источника спасительных струй. Катя закрывает за «любимым» дверь.
Женсовет принимает волевое решение остаться, дабы защитить подругин праздник, который шеф сто пудов «испортит». Милейшие женщины, которые не видели от этого шефа ничего плохого, кроме хорошего. И шеф – не сволочь, не сноб и не зануда, который их Катьку аж в щечку сегодня чмокнул, обязательно все «испортит», а не просто создаст некоторую неловкость, которая, как уже ясно, не продлится дольше дороги из прихожей до командного пункта. ВСу хватит просто продемонстрировать дочкиного шефа коллективу, добывал он его явно не для их развлечения. Водочка, она ведь как…
У Кати под дверьюсортира бункера в какой-то момент опять вид дебилки.
Сгрузив польта на безответного Потапкина, изгнанного из своего укрытия проявившим авторитаризм Андрюшей, ЖС вернулся к столу. Услышав, что путь свободен, Андрюша тоже покинул живительный источник. «Счастливые любовники» обменялись красноречивыми взглядами через прихожую. Кате у двери пожалуй что и (в кои-то веки) неловко. Не, не так что бы сильно, вы не думайте! Андрюше у сортира бункера… Да чего уж, он просто рад и счастлив окружающему пьяному шапито и персонально Катеньке, оное шапито железной рукой обеспечившей. Стоит, смотрит, жует лепестками граната губами.
Потапкин не выдерживает напряжения и стремительно скрывается в обжитом бункере сортире, не забыв спросить разрешения у начальства. Блюдет субординацию.
Неловкую пантомиму (Катенька только и успела, что рот открыть) прервал деловитый ВС. Заодно раскрылась тайна вешалки – подполковник скинул пальто на руки дочки-пигалицы, правда, куда она его потом дела, не показали. Сам же припал к своему трофею. Мелочи, мелочи. Влез в личное пространство, положил ладонь на грудь, наклонился – Андрюша отшатнулся едва заметно, продолжая вежливо улыбаться.
Шпионки в машине.
-А как же пожарная лестница и твои шпионские таланты?
-Я?
-Ты.
-Думаешь, слабо?
Викуся, лихо подвязав парик шарфиком и не сильно при этом заботясь об эстетической стороне, выскочила из теплой машины, достигла стены, вспорхнула на мусорный бак и уже оттуда дотянулась до лестницы. Не снимая черных очков. Повернулась к подруге в ободряющем но пасаране. И бесстрашно устремилась ввысь, к пушкаревскому окну, невзирая на юбку и шпильки.
ВС с пленным на, прости хосспади, «командном пункте», уставленном большей частью какими-то объедками. Травит свои охренительные истории, Андрюша сидит с видом английского лорда (учись, Зорькин). «Сухой закон! – Да что вы говорите». Андрюша цепляет вилочкой шпротинку, придирчиво изучает ее в воздухе, ловко переворачивает, сливая масло, укладывает на тарелку. «… присылают аппарат! – Ух ты, самогонный, что ли?» - талантливо удивляется Андрюша. Отрезает шпроту хвостик. Кушает, радуясь возможности отвлечься от «собеседника», который упоенно вещает о своих конспираторских талантах. «Мы рыбку коптим!» А?!А?! Что, съел?! Взялись за рюмки. ВС выпил свой «бальзам» махом, Андрюша понюхал, пригубил, восторга не испытал, но счел терпимым и не опасным для жизни. Выпил.
ЕА выносит тарелки из комнаты и пугается странных звуков из бункера сортира. Там, в сортире бункере, спит Потапкин и храпит в маску медведя. Говорю же, звезда вечера. «Здрасьте! Вам помочь?» - вежливо интересуется Потапкин, внезапно распахивая дверь своего укрытия. «Нет-нет, спасибо. Веселитесь! Веселитесь…» - отвечает ему железная женщина ЕА.
Кстати, Потапкин оказался единственным человеком, который предложил хозяйке помощь.
Женсовет поет «Если у вас нету дома», половина уже сквозь сон. Бодрее всех ОВ, Амура и неугасимая Машка. Федор замечает Катенькину грусть. Бабы тоже. «Кать, не переживай, Жданов же не любит задерживаться (в смысле?), скоро уйдет! Или мы его сами выпроводим!» Вот что он им всем сделал, а? Сидит над объедками, послушно пьет ВСов шмурдяк, никого не трогает. Катька демонстрирует наследственные способности к конспирации. «Да это мы рыбу коптимнеожиданно просто!» ОВ подает сигнал из своей ямы (которую, как недавно выяснилось, прорыла в днище и теперь, очевидно, обустраивает): «А беда всегда приходит неожиданно! А Андрей Палыч нам все равно вечер не испортит!» Это Андрюша, которого она с детства знает и который всегда уважительно с ней общался, беда? И чем это он им вечер портит? Тем, что принял на себя весь удар удушающего ВСова гостеприимства и избавил разомлевших певунов от необходимости плясать под какую-нибудь «РозамундУ»? Наоборот, это ВС молодец, увел от них противного шефа. Кстати, Федька сидит и очень внимательно наблюдает ситуацию трезвыми глазами.
Загрустившая Татьяна потеряла Пончика. Именинница, откинувшись на стуле, со стуком опускает на стол прямые руки, стучит всеми пальцами. Говорит уже с почти неприкрытой злостью: «А давайте его тоже к нам? Чего человека морозить?» Федька смотрит. Татьяна встает к окну высматривать мужа, и они с Викой замечают друг друга. Татьяна визжит, Вика прячется, порадовав перед этим крупным планом со своим фирменным выражением лица. Вика, а-ба-жа-ю . Кстати, возвращается в машину она уже в брюках и ботинках)
Вика замерзла и хочет глинтвейна, но Кира считает нужным посидеть еще. Они сидят еще и высиживают Зорькина с музыкантами («… и как-нибудь поромантичней, она это любит!»). Интересно, что девушки сразу идентифицируют Зорькина как Зорькина, и Вика называет его сморчком. Кира обещает ей луковый суп. Вика радуется.
Теперь я хочу луковый суп, да что ж такое(
Андрюша безуспешно пытается прикрыть свою рюмку от очередной порции пушкаревского нектара, пока Елена с видом сосредоточенного артиллериста мажет на хлеб толстый слой амброзии. ВС описывает следующий этап своей богатой биографии. Оказывается, настаивать шмурдяк нектар можно на лимонных корках, на дубовой коре, это вам, Андрей Палыч, на МОЛОДЕНЬКИХ побегах сосны («Усраться!» - так и хочет сказать Андрюша, но не говорит), на перепонках грецких орехов, на смородиновых почках, на берёёё... Андрюша уже ничего не хочет. Елена мажет амброзию.
ВС не унимается. «Даже не это главное!» Андрюша пока еще способен демонстрировать воспитание: «Главное, с дрожжами не переборщить?» Железная выдержка. А мы узнаем, что все описанное священнодействие с молоденькими перепонками и долгим настаиванием уходило псу под хвост, потому что ВС тупо начинал цедить бражку уже через три дня. Андрюшу поддостало. Переглянулся с ЕА, жестом показал, где у него уже этот нектар. ЕА над амброзией намекнула мужу, что он уже утомил гостя, но Пушкареву пофиг – он приближается к апофигею сегодняшнего вечера. Вишенке, так сказать, на торте. «Пошли мы как-то на охоту…»
Катя вернулась к гостям. «На Тихорецкую состав отправится». Татьяна где-то нарыла фотоальбом и делится впечатлениями с именинницей: «Ты такая смешная на детских фотографиях, умора!» Катя под дверью скрестила руки на груди и закусила губу. На ее лице явственно читается, что она думает о впечатлениях подруги и ее желании ими поделиться. И я тут с Катей солидарна, потому что то же самое думаю. Кто-то предлагает Кате перестать «его ждать» и лучше петь. Катя поет, изображая энтузиазм. Под этот энтузиазм впечатлительная Татьяна изображает не то банты, не то уши, не то еще что-то, что она там углядела на детских фотографиях. В танце Катя вновь покидает гостей.
Андрюша делает попытку сбежать, когда горе-охотники из ВСовой истории ходили-ходили в поисках друг-друга. ВС пресекает эту попытку, обещая зажигательный финал. Катя отзывает мать, и та покидает Андрюшу наедине с фонтанирующем во всех смыслах Пушкаревым. Андрюша периодически отворачивается, чтоб вздохнуть, но терпит. И Пушкарева, и его пьяные объятия, и его медведя. Катя просит спасти Андрей Палыча.
Явился Коля. «Ты что, с ума сошел?!» - встречает Катя единственного друга. «Уйди, пока тебя никто не видел!» Показывают Колю с букетом. «Как уходить? Я приготовился, цветы тебе купил!» Катя забирает цветы и захлопывает дверь. В прихожую впирается ЖС. «Жених! С букетом!». Да, но он ушел, потому что стеснительный. Стеснительный «жених» звонит еще раз. «Это он?!» Нет, звонок заедает. «Жених» долбит в дверь, возможно, ногами. Катя вручает букет проснувшемуся Потапкину и резвым кабанчиком мечется на площадку. Коля демонстрирует новый костюм и надеется, что теперь его пустят к женщинам. «Проваливай!» Катя толкает друга детства. Спиной в сторону лестницы, к которой он стоит очень близко. Коля выворачивается из ее захвата, обегает, скребется в попытке открыть дверь. «Оп!Оп!Оп!» Катя дразнит ключами (успела!успела закрыть дверь на ключ!), которые друг детства пытается выхватить. У него не получается, потому что у Кати лучше реакция и крепче бицепсы. В конце концов Катя отшвыривает (бицепсы!) его от двери. Противны оба в этот момент (в смысле, и Коля тоже). Хотя я изначально жалела Колю, но сейчас думаю, что все-таки женщины, а не Катя, его интересуют.
Дальше Коля заходит с козырей. «Козыря» затягивают свою серенаду, и все бы хорошо, но Коля пытается затянуть вместе с ними. На словах «одна ты солнышко мое» ОЧЕНЬ крупный план «солнышка» во всей красе. В такой красе, что… Господи, бедный Андрюша.
Вся шобла с примкнувшими к Светлане Потапкиным, Пушкаревыми и Андрюшей слушают поздравительные песнопения. ЖС сетует, что ничего не видно, потому что Катька с той стороны глазок закрыла. ОВ с сигаретой стыдит любопытных варвар, но сама не уходит, как всегда. Амура скрипуче ноет про «в наше время» и «таких не встретишь». Потапкин разрывается между цветами и Светланой, не зная, куда порыдать, и в конце концов делает выбор в пользу сортира бункера.
Харита Игнатьевна наша кует железо не хуже дочки. «Вы знаете, Андрей Палыч, они с детства вместе! Он так любит ее, так любит!» ВС, для которого Коля –босяк, «геракл» и липовый финдир, внезапно вторит супруге: «А чем черт не шутит, вот возьмут да поженятся!» Амура сообщает всем, что вот там ничего не слышно, но она не будет слушать, вдруг они там в любви объясняются! Конечно, вот и Харите Игнатьевне кольцо с бриллиантом снилось. Андрюша, сжигаемый ревностью и страстью, но пожевав губами, уводит ВСа пить дальше его шмурдякэликсир.
Коля шантажирует. «Не уйду, пока не познакомишь с подругами!». Катя расшеперилась в дверях. «А если они не хотят с тобой знакомиться?!» «А может, ты ревнуешь? Или боишься, что отобьют?» У Кати опять весьма говорящий взгляд. «А ты Вику пригласила?» -«Нужна она мне!» -«Значит, точно ревнуешь». А вот теперь опять думаю, что есть у Зорькина интерес к Кате. Он действительно думает, что разговорами о ней может вызвать ревность.
Однако комедия кончилась. Грустный Коля собирается уходить. Кате немножко стыдно. Ну, как. «Ты хороший! Очень хороший! Я тебя очень люблю! Но пригласить сегодня не могу». До Коли доходит. «Ты что, меня стесняешься?» «Нет, просто там люди, которые не должны тебя видеть». А почему, собственно, а, Катенька? Формально Зорькин бизнесмен? Бизнесмен. Финдир Никамоды? Финдир Никамоды. Костюм он себе приличный купил. На музыкантов и цветы потратился кольцо с бриллиантом Елене снилось. А феррари у него, допустим, в ремонте. Так почему ж и не показать «жениха» пьяным подружкам, растроганным серенадой, под которую уже любая внешность проканает, тем более что она у Коли в принципе нормальная? Или у нас там «возлюбленный», который ни дай бох увидит, с кем ему приходится бороться за Катенькину, прости-хосспади, благосклонность?
Катя помогает Зорькину надеть куртку. Вообще-то, мужская роль обычно. Неловкое молчание. «Ну, счастливо повеселиться, оторвись там по полной. Если совесть есть, конечно». Уходит, поднимает руку в прощальном жесте, не оборачиваясь.
Родители интересуются, где Коля. «И ты что, не догнала?» Спасибо, ЕА, хоть один человек пожалел бедолагу. ВС вот решил, что тот возгордился. А Андрюша узнал, что Зорькин у Катеньки днями сидит, не выгонишь. Кстати, он тоже должен был задуматься, почему сегодня вдруг такой афронт, да еще после серенады. Мутит, мутит Катенька. И «жених» ее – мутит. А так-то да, ревнивая ревность и любовная любовь, как пишут в комментариях, ага. Два раза. Но на словах Андрюша «коллегу» поддержал. Бизнес есть бизнес. «Да какой там бизнес!» -отвечает ВС, и можно подумать, что сейчас он скажет «две кастрюли» или что-то вроде (ведь именно так он примерно оценивает всю Колину деятельность), ан нет! «Бизнес никуда не убежит, вот вы же нашли время, пришли…» Пьют за бизнес.
Пьянющий женсовет требует кольцо, отчет о признании и предъявить женижа. «Он застенчивый!» - грозно стоит на своем Катя. Наконец-то сигналит Пончик.
ОВ курит. Светлана в маске медведя сроднилась с Потапкиным. «Уходите? До свидания! Как жалко!» Как жалко, что буквами не передать интонацию. Это был шедевр.
Грузят Потапкина. ВС, ни в одном глазу, извиняется, если что не так, и просит заходить еще, гости дорогие. Андрюша как дурак стоит между хозяевами и провожает женсовет. Нет, две цистерны молока! И банку сметаны. Под шумок Андрюша пытается, пожалуй, тоже пойти, но ВС и особенно ЕА, которая просто руками его хватает и возвращает в комнату, против. «Пойдем, еще посидим!» С Андрюши уже всякая вежливость слетела. «Ну, перестаньте, куда еще-то…» Но у радушных хозяев свои планы. У ВС очередной медведь на бруньках, у ЕА кольцо с бриллиантом.
Машка, как настоящее торнадо, сбивает Катьку в дверной пролет и учит там быть женщиной и не ждать милостей от природы. Катя с ней солидарна. Она чувствует в себе эти силы, взять у природы то, что ей причитается! Она день отработала, отсидела день рожденья, выгнала распраздновавшихся подруг, отбила поздравительную атаку Зорькина, еще раз выгнала подруг, с маминой помощью отбила у папы взятого в плен Андрюшу, все это не снимая кокетливого пиджачка, вот сейчас, свежа как майская роза, еще раз отобьет Андрюшу, и возьмет. Причитающееся это самое.
«А вот такая история. Поехали мы с Вовкой на рыбалку…» -«О, Катенька! Спасибо огромное, я пойду…» ВС не может этого допустить. «Потрясающая история, потрясающая…». Как финал у медведя, надо думать. ЕА может уже позволить себе откровенность: «Они у тебя все одинаковые, что про рыбалку, что про охоту, и все про самогон! - Да нет же! Поехали мы на рыбалку, взяли… - Самогон!» Нет, ну и самогон тоже, конечно.
ЕА применяет силу и после нескольких забегов вокруг стола уводит супруга спать. Андрюша тяжко выдыхает. Катя счастлива! Наконец-то «возлюбленная пара» воссоединится! И полагает, что Андрюша должен быть тоже. Счастлив. «Ну, Катенька, еще раз с днем рожденья, по-моему, праздник удался, а мне пора». Катенька не поняла вот щас. «Как… мы же хотели…» Да блин! Смотрит, улыбаясь и не давая ни единого шанса. Да, Андрюша, это подводная лодка. Но он все же делает еще одну попытку. Уже на грани фола. «Ну вы же устали, Кать, посмотрите на себя в зеркало. Да и я …притомился… слегка... я пошел». Идет к двери. «Андрей Палыч! Я думала, мы вместе щас.. Вы же обещали…» Андрюше ничего не остается. Хватает сил пошутить. «Ну что же вы стоите… Жду вас, жду.. У вас совесть есть?» Нет. Вот чего нет, того, как говорится, нет.

79
Вика своей смертью не помрет. Как и те гопники, которым придет в голову на нее напасть. А пока со всей честной компанией разбирается старший лейтенант Маньякин, Андрюша надевает пальто на на нашу фамм фаталь. Под тягучую многообещающую музыку. Он перехватывает Катину рук… «ручку» (не забываем про романтическую литературу ) у вешалки, многообещающе (под стать музыке) проскользив по рукаву добротного лапсердачка (с) (Малышка Мо, я настаиваю ) и старательно не прикасаясь к собственно «ручке». Фамм фаталь, буквально сегодня веселым квазимодо носившаяся по коридорам ЗЛ, а несколькими днями ранее игриво бодавшая Андрюшу под подбородок из самых немыслимых подвыподвертов, изгибается томной павой, позволяя Андрюше накинуть пальто на «хрупкие плечики», грациозно вышагивает из туфеле… из обуви и так же грациозно вдевает ноги в ботинки (на нехилых таких каблучищах). Ни разу не пошатнувшись и не промахнувшись ног… ножкой мимо ботинка. Андрюша несколько сбивает романтический накал: «А что, Кать, вы прям так и поедете? Не переодеваясь?» Как Катя умеет переодеваться, Андрюша уже видел. Тогда что это было? Относительно вежливое предложение освежиться? В любом случае, понимания его фраза у Катеньки не встретила. «А что, надо? Если вам не нравится, я…» Что ты, что ты, Катюш! Конечно, ему нравится. Уникальный стиль, то, сё. Не будем уж про, ээ, флюиды. Неловкий момент прерывает ЕА, рассыпаясь в уверениях, какой Андрюша прекрасный и талантливый человек и начальник, ведь Катенька только о нем и говорит, знаете, Андрей Палыч, «очень она ценит вас, ценит, ценит, ценит… ценит… Ну, что, повезло с начальником! Идите-идите-идите, чем быстрее уйдете, тем быстрее вернетесь», - напутствует порядошная мама порядошную дочку, отправляя ее в ночь с чужим мужиком ужинать в ресторане после домашних разносолов, которыми оба (и дочка, и мужик) набиты уже под завязку. Проводив, садится на табуретку и умиляется: «Ой, какая взрослая стала! В свой день рожденья в ресторан идет!» Ну, можно и так это назвать. А мы узнаем, что ЕА привыкла включать дуру даже наедине с собой. Если это защитный механизм, то что ж тогда за жизнь была у женщины? Не стоит Пушкарев таких уж крайних мер, можно с ним справиться, не прибегая к столь радикальной мимикрии. Или просто – свойство натуры? Но в любом случае, совершенно понятно, в кого Катенька такая честная уродилась. Заставка.
Затемнение.Затемнение. Машка противная. Вику запирают к тараканам.
Андрюша с Катей топчутся в романтическом медляке, Андрюша нехотя, Катя просто топчется. Андрюше тошно и мерещится Кира. Так тошно, что Катя начинает трясти его совершенно непочтительно: «Эй!Эй! Эээй, что с вами АндрейПалыч!» АндрейПалычу душно, как Настеньке в кабинете Мерз(л)яева. «Погода, что ли меняется? А может, это папино зелье?» (эликсир, иттить! бальзам! ) «Посидим?» Катенька уводит бедолагу за столик. Андрюша долго выдыхает лепестками и живо наливает виски. Катенька резво хватает стакан и переставляет на свою половину столика. «А я знаю способ получше!» Завлекательно улыбнувшись, целует жертву. В губы. Сидят опять не очень близко, и ей приходится тянуться. То есть получается что. Вот только что у нас были «дурочка», «фффу», «зачем это», «вон пошел», волна-волна кулачками, талантливая имитация дворников и отшатывание от поцелуя в лобик. А сейчас мы действуем как прожженная кокетка и без малейшего напряга целуем в губы? А потом в висок и в ухо. А Андрюше опять мерещится Кира. Красивая как не знаю кто. Катя беспокоится: «Все в порядке?» Андрюша дышит, машет рукой, ищет слова. Кажется, его вообще тошнит. Все-таки возвращает свой виски и выпивает. Катенька смотрит вниз, отвесив губу. Андрюша справился с тошнотой и зовет прынцессу туда, где «тихо и никого нет». Краткий и почти неуловимый миг торжества. Талантливое непонимание: «Где никого нет?» Но нет, Катенька совсем, совсем «не против» отправиться в это таинственное место. Усадив ее в верный порш, Андрюша звонит в МЧС.
МЧС занято общением с очередной фэей. Кстати, я б не сказала, что фэя – писаная красавица… Со слов МЧС мы узнаем, что прынцесса Андрюшу «в постель тащит». Да, действия Катеньки именно так и называются. Андрюшу, кажется, опять тошнит. Все его «не могу», «не могу», «думал, что могу, но не могу», «паранойя» и «голова болит» звучат очень искренне и беспомощно. Мужику реально физически плохо. Причина сидит в машине, с независимым видом обозревает окрестности и дышит на стекло, на пару секунд являя нам очередной ракурс. В отличие от своей жертвы, Катенька чувствует себя прекрасно. Так посмотришь и не скажешь, что невинную девочку увозят в таинственное место заниматься отвратительным сексом. МЧС напоминает Андрюше про компанию и Зорькина. Тот злится, но берет себя в руки. Беседа переходит в деловое русло. «Посоветуй гостиницу, нет, домой я не могу ее отвести, я не знаю, как мне ее с утра выводить, где? все, найду, я пошел». Лицо у Андрюши в этот момент интересное. Какая-то смесь боли, отвращения и раздражения. Ну и как хотите, а по мне это «не знаю, как с утра ее выводить» говорит об Андрюшиной любви даже больше, чем «грязная работа». Во время беседы еще раз показывают независимую Катеньку – она рисует нечто на стекле плотным коротким пальц…пальчиком. Когда Андрюша садится в машину, ерзает и якобы взволнованно таращит глаза. Андрюша смотрит на нее, как Ревекка на свой костер. Катя тянет руку погладить его, он отклоняется, раздраженно снимает очки чтобы не видеть этакое счастье. «Ну что, Катя, едем. Едем туда, где никого нет». Кысмет. Костер так костер. Катя опускает глаза, пряча довольную улыбку.
Федька молчит, Машке хоть бы хны. Затемнение.
Доехали. Андрюша делает последний вдох и поднимается на первую ступеньку эшафота. «Ну?» Не все так просто, Андрюша. Палачу хочется пококетничать «Гостиница… Мы приехали в гостиницу…» Мне вот интересно. Ну, чисто теоретически. Катенька ожидала чего-то другого? Горку? Музэй? Игровые автоматы? Андрюша, кажется, теряет дар речи. «Зачем?» - спрашивает Катенька таким голосом, будто это ее собираются сжигать. И лицом подтверждает – да, ее. В Андрюшиных глазах забрезжила надежда. Тихонько засмеялся, прикрыл рот рукой, поискал слова. «Простите, я… Конечно, Катя, давайте я отвезу вас домой, да? Глупость какая - гостиница!» Смеется. Катенька в томной задумчивости. «Домой? Конечно домой, да…» «Я подумал/Я хотела/Что» одновременно. «Говорите вы». Отвернулись друг от друга. Андрюша начал раздражаться. Катенька внимательно изучает гостиницу, видимо, находя в ее архитектуре некие доводы в пользу посещения. Андрюша вздыхает. «Ну что, Кать пойдемте?» Полнейшая покорность судьбе в голосе. Катенька упорно пялится в окно на гостиницу. Я нитакая, я жду трамвая уговаривайте меня, уговаривайте Но Андрюша, очевидно, решил, что какого фига. Лимит исчерпан. Молчит. Катенька улыбается и довольно трясет головой. Уговорил, чорт языкастый. Показывают обоих, Катенька лыбится, Андрюша опускает голову.
«Мини-бар, спутниковое телевидение, гидромассажная ванна!» - возвращает нас к теме «освежиться» служащая гостиницы. Шеф-повар еще тоже замечательный. Спасибо, в них уже не лезет. Катенька открыла рот, держится за руку Андрюши робкой овечкой, спотыкается на лестнице. Андрюша точно решил, что какого фига. Мало того, что насилуют (как кричала Вика в начале ), так еще и политесы им разводить. Не очень вежливо тащит за собой нашу нитакую, не соизмеряя скорости. «В ванной халаты, шампуни, гели для душа», - продолжает намекать служащая. Распахивает дверь номера. Камера показывает «возлюбленную пару». На эшафот, похоже, поднимаются оба.
При взгляде на дрова на ложе любви, покрытое зелененьким таким покрывальцем, Андрюше опять делается дурно. Аж споткнулся, бедный. Девушка вещает про счастливую возможность выключить свет во всем номере. Какая радость, выключатель прям рядом с [strike]дровами[/strike] кроватью. Катя сосредоточенно изучает картину. Наконец, служащая желает «господам Зиминым» хорошего отдыха и покидает номер. Катя отворачивается от картины, тянется к Андрюше, но тот обнимать ее не намерен. Ему плохо. Пообмахивался папкой, бросил ее в дрова на кровать, поднял согнутые руки, как хирург, сжал кулаки, разжал, словно собирался сделать что-то, что никогда не делал и боится пробовать… или что-то неприятное. Снимает с Кати пальто. Катя выворачивается из рукавов, втягивает голову в плечи, поднимает руки, как Андрюша только что, бочком-бочком, как будто - стараясь не прикасаться к чему-то неприятному, устремляется в ванную. «Я в ваннууу…. Пойду посмотрю, какие там шампуниии….» Я бы все же рекомендовала обратить внимание на гели для душа. Учитывая, насколько.. насыщенным выдался у прынцессы день и вечер. Да, в Кате вновь проснулось квазимодо. Короткий путь до ванной она преодолела в своих лучших традициях. Андрюша остался маяться под тревожные испанские гитары. Метнулся куда-то, по пути замер у зеркала. Увиденное ему не понравилось.
Кира выручает непутевую Вику из застенков. Застенок. Выручает, короче. Берцы у нее такие изящные) Пытается дозвониться Андрюше. Патрульные приводят еще одну звезду вечера – поддатого дед мороза с бланшем. Звезда с душой поет про Воркуту-Ленинград. Это было весною, в зеленеющем мае. Вслед за звездою появляются Катькины гопники. И светски ведут с Кирой светскую беседу. Нет, ну ведь милейшие ребята, хоть и оболтусы. Очередной сюрприз НРК, где почти все в итоге оказывается не тем, чем казалось сначала.
Машка набралась своими коктейлями и кокетничает с официантом. Федька отвечает ей в танце. Вообще, Машку я проматывала, но из того, что все же не промотала, выясняется: Машка напросилась к Федьке на мотоцикл, чтоб он подвез ее домой. Потом напросилась в кабак. Вынужденно и не сказать чтоб сильно натурально поизвинялась. Обиделась на молчание. Пококетничала с официантом. Поназаказывала дорогущих коктейлей. Набралась. Продолжила обижаться. Чудесная у Кати «конфидентка».
Андрюша дерябнул, приложил стакан к бедной головушке и снова звонит в МЧС.
Катенька открыла воду, села спиной к зеркалу, ткнулась в него головой и вертится, пугая ракурсами. В какой-то момент кажется, что она свое отражение целует.
МЧС берет трубку со словами «Снова мой невинный друг звонит». В общем, да. Совсем не Катя здесь робкая дева. Да и жертвенная Настенька в гнусном кабинете среди «отвратительных стен» мне в начале серии не просто так вспомнилась. МЧС тем временем немного поиздевалось, но поняло, что у друга истерика, и посоветовало бросить монетку. Пока Андрюша судорожно искал монетку (в итоге позаимствовал из Катиного кармана), Катя игралась с водичкой и зеркалом. Водичкой она плескалась, в зеркало корчила рожи (не забывая открывать рот). Выражение модифицированного этими рожами лиц…личика расшифровке не поддалось. Андрюша продемонстрировал пустой бумажник, Катенька почертила фигуры на залитом водичкой зеркале. Поправила очки, задрав голову, наконец-то отлипла от зеркала, повернулась.. и вперлась взглядом в другое, с увеличительным эффектом. Пальцами сделала себе «улыбку», подняв уголки губ. Шепот, робкое дыханье. Трелями (про Воркуту) чуть ранее насладилась Кира. То есть, что мы увидели, это было «то, что называют желанием», волна-волна и хочу быть блииизко-близко . Вздохнула, задрала голову и пошла в объятия любимого, влекомая волной волной.
Не, я все понимаю. Если б, прежде чем свершилось это двойное аутодафе, герои фланировали мимо дров ложа любви в разрекламированных халатах, уступая друг другу очередь в душ, это был бы не романтизЬм, а закуска. Но хотя бы раз этой водичкой в лицо плеснуть можно было? Хотя бы для виду? Остудить, такскть, пылающие щеки? Ну, хотя бы их? Короче, кинул Андрюша монетку, но узнать ответ судьбы не успел. Катя приветствовала его очередной рожей.
Под романтический (хотя скорее под нудный) саксофон возлюбленная пара нехотя двинулась друг к другу. Сели в дрова на ложе любви. Отвернулись. Пересилили себя. Взглянули друг на друга. Явно ничего нового там для себя не открыли. Андрюша начал целовать Катю. Катя перестала гримасничать и вела себя на удивление прилично, то есть вполне ловко поворачивала голову и не пыталась больше игриво забодать любимого очками. В самый эротический момент Андрюшу отдернуло со словами «Простите, я не могу, я не должен». Катя отвернулась. «Это из-за Киры?» Ну надо ж что-то сказать. Как Кира «мешает» Андрюше наслаждаться жизнью, Катя знает лучше всех. И начинает свою речь. «Я понимаю. Ты не можешь мне всего сказать…» Как легко, смело и уверенно звучит у нее это «ты». «Боишься меня обидеть?» Сидит с открытым ртом. «Я все скажу за тебя. Только закрой глаза». Очень правильное предложение. «Ты был очень расстроен. Я оказалась рядом». Катенька себе немножко чуть-чуть льстит. Как она умела утешить, когда Андрей был действительно очень сильно расстроен, мы видели. «И ты стал испытывать благодарность. Просто благодарность». Благодарность Андрюше свойственна также, как Катеньке эмпатия, так что тут они, можно сказать, квиты «Я не могла понравиться тебе как женщина». Это точно. Андрей порывается что-то сказать, Катя закрывает ему рот рукой. Пальцами, точнее. Весьма, опять же, уверенно. «Ничего не говори, я ведь не обижаюсь! Я не обижаюсь, правда». Как Катенька умеет не обижаться, особенно когда понимает, что кому-то не нравится (и не только как женщина), мы тоже видели «И спасибо тебе, за все что между нами было…. Там, в ресторане, когда ты меня поцеловал… (это в первый раз? Под виски и на фоне Кэтрин Зета-Джонс? Не помню больше)…. Аххх в машине! (это дворники). И когда я сидела у тебя на коленях (это когда отшатнулась от страстно желаемого поцелуя всего лишь в лобик )… Я тебе, наверное, немножко нравилась. Совсем немножко… Ты не заснул?» Признаюсь, когда я услышала это в первый раз, просто заорала в голос Андрей опять порывается ответить. «Ччч… закрой, закрой, не надо на меня смотреть!» Закрывает ему руками очки. Очки. Руками. Сама будучи очкариком. Но потом все-таки их снимает. Опять же уверенно. «Я ничего не смогу сказать…» Показывает в профиль, она закусывает губу, быстро подбирая слова. «Ты пришел ко мне на день рожденья. Это для меня такой подарок». Да не он пришел. Папа приволок. И Катя это знает. Андрей ждал в машине, светить им перед ЖС и родителями в Катины планы совсем не входило. «Спасибо тебе. Аааа а любовь она не всегда взаимна. И ты совсем не должен меня любить только потому, что я этого хочу». Да, завтра утром это особенно очевидно будет. Андрей ничего не будет должен, а Катя ничего не потребует . «Только потому, что я люблю тебя. Я знаю, что тебе нужна другая женщина. Совсем другая». Так что это тогда было (будет, точнее), завтра?а потом с Волочковой, м? Опять хватает его руками за лицо. Блин, она эти руки хоть помыла? «Не надо, не надо, не надо меня жалеть». Андрюша говорит, что он не жалеет. Что еще ему остается сказать? Катя ему весь сценарий расписала «Тогда почему ты…меня не хочешь?» «А потому что я люблю тебя», выходит из положения Андрюша Что еще ему остается сказать-2. Начинают целоваться. Не сразу. Пару раз мне показалась, что Катя едва заметно от поцелуя уходит. Свет потянулись выключить оба. Фуух, досмотрела
Кира и Вика наконец -то покинули застенки. На прощания Вика спела.
Гопники рассказали о Пушкаревой и богатом мужике.
Катенька проснулась под Савичеву и сразу потянулась за очками - в правильную сторону! Порыв страсти такой порыв страсти Вчера был. Андрюша, к счастью, спит и этой утренней красоты не видит. Катя гладит его по руке, потом целует в плечо. И поскорее покидает дрова ложе любви, не стараясь никак продлить это чудное мгновенье – побыть рядом с любимым, который вот он лежит, только руку протяни. Нет, Катя натягивает халат (о! халат!) и подходит к окну. Снег, безусловно, гораздо привлекательнее голого Андрюши, еще в машине ясно было Ну, то есть, в машине Андрюша был еще не голый, конечно, но снег Катеньку уже заинтересовал Продемонстрировав трогательные и не сильно растрепавшиеся косичечки, Катя таки проследовала в ванную. Счастья на лице ни на грош. Андрюша тем временем проснулся, и ему тошно. Катя напилась и умылась сквозь очки. «Что же я наделала». Куксится, как будто собираясь заплакать. Андрюша мается, что он наделал. Катенька закрыла рукой свое лицо в зеркале, возит по нему, как будто не желая на себя смотреть, потом рука сдвигается, и мы видим улыбающуюся Катеньку, довольную, как два паровоза Андрюша находит монетку. Решка. Эх, блин! Не соврала монетка-то. Уходить тебе надо было, Андрюша.Но что есть то есть - если Катенька чего-нибудь хочет, то наплевать ей на чужую судьбу.
Что, впрочем, не отменяет неизбежного реванша. Хотя бы и после финальных титров
***
Ревекка, на всякий случай, это Ревекка из "Айвенго".
А Настенька - "О бедном гусаре замолвите слово"

80
Эпиграф.
Особенно неприятным было овальное блюдо на паучьих лапах, покрытое по краям жесткой редкой шерстью. Не знаю, что ему от меня было нужно, но оно отходило в дальний угол комнаты, разгонялось и со всего маху поддавало мне под коленки, пока я не прижал его креслом к стене.
АБС

Вследствие ночных событий, как принято считать, в Катеньке нашей наконец-то проснулась женчина. Утром эта женчина вышла из ванной с недооцененными шампунями и довольно уставилась на мирно облачавшегося в мятый пиджак Андрюшу. Андрюша уставился на нее тоже. С некоторой опаской. Женчина сначала сказала «Андрей», потом «Андрей Жданов». Потом взяла разбег и повалила любимого на кровать. Он попытался унять расшалившуюся тигрицу, но женщина в Катеньке крепко держала его за шею и мычала в подушку. Наконец, отпустила так же резко, как набросилась. Сели чинно на разоренные дрова ложе любви. Андрюша раздраженно выдохнул. «Просто мне очень очень-очень-очень хорошо с тобой», - объяснила свои действия Катенька, низко голову наклоня и тараща глаза в пространство. Андрюша опять выдохнул. Камера безжалостно фиксирует тот факт, что да, женщина в Катеньке вроде как проснулась, а расческа нет, не проснулась. Ну то есть…Ну вы поняли Не дождавшись ответа, Катенька резко схватила Андрюшино пальто и сунула ему в руки, потом вцепилась в свое. Сидят на дорожку. Друг на друга не смотрят.
Федька довез пьяную Машку до ее девятиэтажной хаты. Устроив небольшой концерт, Машка понуро побрела к подъезду, оскальзываясь под романтическую музыку.
Андрюша тоже довез женщину в Катеньке расхристанную Катеньку до дома. Разбудил, прикоснувшись тыльной стороной ладони к лицу. Катенька проснулась с видом глубоко несчастного человека. Наличие «любимого» в непосредственной близости ее скорее напугало. Поозиравшись, Катенька признала окрестности и немножко скривилась. «Уже? Так быстро?» Какое быстро, ты ж спала. Благодарит Андрюшу за самый лучший день рождения. Напомню: кинутые раздражающие подруги, оплеванный лучший друг, пинками загнанный в «щастье» «любимый», сражавшийся с тошнотой от ситуации и эликсира. И «ночь» тоже лучшая, да. Удался праздник, чо уж. Хватает Андрюшу за руку, прижимает к себе. Бла-бла. У вас таких много, вы завтра проснетесь, ты завтра проснешься, Андрюша опять вытирает лицо, друг на друга не смотрят, и удивишься, как ты мог оказаться рядом с такой … нескладной скажи мне что конечно же я складная. Как пушкаревское «извините, если что не так». Андрюше это блабла надоело. Решительно начинает: «Катя, ты … славный, милый человечек» Если и есть что-то, что я не смогу простить даже Андрюше, то это оно вот сейчас было. Но, к счастью, развивать тему «человечка» Андрюша не стал, ибо (поозирался) щас уже поздно и надо идти домой. Катя посмотрела на «любимого» с широко открытым ртом (посмотрела с открытым ртом, а не у любимого), отвернулась в окрестности. Андрюша напоминает про родителей, ждут, мол, и волнуются. Катя трясет головой с обиженным «ну конечно же»: «Вас тоже ждут. Кира». Так прям неожиданно. Обидно так прям, да. Как вам не стыдно вообще, Андрей Палыч. Андрею Палычу вот только Киры не хватало для полного счастья сегодня, но то такое, события, предшествовавшие пробуждению в Катеньке женщины, в Катенькиной «головке» не отложились никак. Андрюша говорит, что едет к себе. Катенька довольна. Милостиво желает спокойной ночи и собирается пойти. Но резко повеселевший вдруг Андрюша (барщину отработал, щас его отпустят домой и сомнительная радость оказаться у нашей фамм фаталь первым мужчиной его тоже благополучно миновала) намерен выяснить некий деловой вопрос. Начинает, улыбаясь. «Я.. раньше думал, что ты… дурацкий вопрос, не хочу задавать, и вообще, какое мое дело, нет, Кать…» Катя смеется. Андрюша включает обаяние на максимум и одновременно весь нацелен на добыть информацию. Это не ревность, не разочарование и не праздное любопытство. «У тебя раньше был мужчина. Кто он?» Заставка.
Катя мрачнеет. Открывает рот. «Тебе так важно это знать?». Андрюша смотрит внимательно. «Нет, нет, бестактный вопрос, не знаю зачем спросил, все-все, прости». Смеется. Катя напряженно отвечает: «Нет… был давно… человек…» Андрюша резко поворачивается к ней. «Кто он?» Пауза, Катя молчит. Он сдает назад. «Прости, я не имею права задавать тебе такие вопросы. Тем более если это твой жених и он…» Сдает и тут же ловко переводит тему на опасного Колю. Нет, совсем другой человек. «Ну да, конечно, прости». Сжал губы, напряженная работа мысли. И не отступает! «Скажи, а тот человек, он тоже был твоим женихом?» Перебор. Катя открывает рот: «Аааандрей». Он смеется. Катя морщится, собираясь заплакать. «Я не могу». Но не плачет. Андрюша исправляет перебор, начиная целовать Катю.
Катя явилась домой. Мама уже прибрала весь срач, постелила постель и усадила на нее подаренных кукол. Катя по своему обыкновению заваливается на эту постель прямо в одежде. Ссутуливается, берет кукол и начинает дурдом. Мама за дверью слушает. Катя для нее обрисовывает ситуацию. Посредством кукол. Сидели в ресторане до закрытия (дома-то не наелись), потом … катались всю ночь… на машине… по Москве… (это если мама сразу не поняла). Кукла-Катя-Катина мама (в очках) недовольна. «Делать вам больше нечего». Нет, почему же. Говорили-говорили-говорили, и все о зималетте. Настоящая мама поддерживает приличия странным голосом: «Когда общее дело, всегда интересно». Потом говорит, что переживала. Потом садится на диван, ОТОГНУВ КРАЙ ПОСТЕЛИ!!! А она-то в домашней одежде. И садится «в ноги», а не туда, где подушка. Хотя вот Кате что ноги, что не ноги – лежит этими самыми ногами в суточных колготках, простите, как раз в сторону подушки. Пообсуждали гопников и кутузку, стыд-позор-то какой. Спи, красавица моя.
Катя вроде бы только что спала, но в следующий момент уже опять беседует с куклой. «Даже если не навсегда», «Даже если проснусь и пойму, что все кончилось». Ню-ню.
Изможденный Андрюша наконец-то добрался до своей берлоги. Бродит, зажигает камин.
Катя вещает. «Я не нужна ему, зачем все это? У него есть другая. Но… он смотрел на меня такими глазами…» Он вообще старался на нее не смотреть, а потом Катя еще и сама ему глаза закрыла. Но она продолжает свой фанфик: «Столько нежности и любви…Он любит меня. Такой взгляд может быть только у влюбленного человека». Андрюша вышел на балкон, мерзнет и пьет. Идет в комнату, находит там Киру и пугается. «О, господи». Надо хотя бы предупреждать, а я звонила, а телефон разрядился, тебе не надоело? Выясняют отношения. Андрюша устал как собака, и мне тут его все равно жалко. Хотя и Киру жалко(
Андрюша нервно-эротически расстегивает рубашку и стеснительной рыпкой ныряет в одеяла, сверкнув трогательными коленками и обтянутой лаконичными труселями прекрасной харизьмой Единственное светлое пятно во всей серии
В общем, можно было бы еще поржать над этим робким стриптизом (не додали! Ромы додали, а Андрюши нет! ) но Кира ложится к Андрею, обнимает, а он не позволяет ей даже этого. Она смеется, потом плачет. Два несчастных человека, которым нужно расставаться как можно скорее. Грустный Андрюша смотрит красивыми глазами.
Катя не спит. Обсиживает разные углы постели. Вспоминает, как после всего гладила Андрюшу по руке. Если б не ломанулась смотреть снег, могла б еще погладить. Как он ее целовал, не вспоминает. «Андрей, мой Андрей». Некрасивый ракурс – не пойми что на голове и очень некрасиво снятая шея. «Я люблю тебя». Почему-то в очках. Жмурится, некрасиво улыбается. Вопрос не к Кате даже, а к операторам. Женщина проснулась (ну, типа), любимый поверил в тебя и ты поверила в его любовь (типа, ну), и по идее все это должно преобразить нескладную дурнушку… Но «чуда» опять не произошло.
Потапкин на боевом посту. Спит стоя и видит кошмары.
Андрей и Кира приходят вместе. Вслед за Катей. Катя многозначительно вцепляется в Потапкина. Андрюша, заметив Катенькино личико, понимает, что поменял шило на мыло и срывается на бедолагу-охранника. Потапкин признает, что как мешок, что ему стыдно и что «с папой не попрощался». Убегает рыдать, оставив возлюбленную пару выяснять отношения. Только они начали это делать («я ничего не думаю» и смотреть на тебя не буду, «не обманывай, пожалуйста, это тебе не свойственно» - три ха-ха), возвращается рыдающий Потапкин, которого, похоже, спугнула Машка. Она в своем репертуаре. Прискакала после начальства, оторвала подружку от этого начальства во время их разговора и начала выяснять подробности, невзирая на проходной двор, слезы Потапкина и собственное очередное опоздание. Все-таки у девушек очень много общего и помимо готовности прыгнуть в койку на втором свидании – Машкина бесцеремонность в выяснении интересующих ее вопросов абсолютно коррелирует с Катенькиными методами добычи потребных ей материальных и не совсем материальных благ. Но пока Катя отбилась.
Вручение подарков мающемуся головой женсовету. Новогодние сувенирчики Катя все же принесла. Подружкам тоже интересно, чо как. Катю выручает Кира, которая предлагает девушкам поработать, ну, если они не против, конечно. Татьяна сообщает, что Кира с утра не в настроении, скривившаяся Амура недовольна, что на ней будут срывать зло. Я не помню, чтобы Кира именно срывала зло. Ну, Амуре виднее.
Катенька, узнав, что Кира не в духе и собирается срывать зло (чему причиной может быть только афронт от Андрюши), вовсе не намерена отменять воспитательные меры. Она старательно смотрит в пол, отвешивает губу, вырывается из объятий и называет «Андрея моего Андрея» Андрей Палычем. Андрюша оправдывается, пока еще называя ее на «ты». Катенька полна презрения. «Я вам верю, пожалуйста, не рассказывайте мне». Отворачивается, срывается, не смотрит, кривит личико, хочет уйти. Андрюша психует (да какого фига, действительно?!) и повышает голос. «Выслушай меня! Прости…те». Катенька потрясла головой с открытым ртом, потом подняла ее и все-таки взглянула на «любимого», презрительной гримаской одобрив это «-те». Вот так вот, знайте место, Андрей Палыч. Чать, не шалава какая, прынцесса до вас снизошла. Порфирородная, иттить Андрей объясняет. Катенька снижает уровень пафоса, но подбавляет страдания. «Я понимаю». Андрюша опять психует. «У меня с Кирой ничего не было! Это единственное, что ты должна понять!» Катенька еще подбавляет. «Я понимаю. Верю. Вот тут Федор просил ключи отдать». Отвернулась, скособочилась, сделала личиком горгулью, залезла в сумку, покопалась там, добыла средних размеров елку. Сунула любимому, резко вытянув руку. Потом опустила руку, сделала объясняющий жест. «Это тебе». Сказала, как сплюнула. «Скоро новый год». Покинула «любимого» с презрительно-удовлетворенной улыбочкой под романтическую музыку. Любофь, май асс.
«Любимый» пожевал губами, потряс презентом от «любимой».
Дальше затемнение, потому что смотреть, как Андрюша неизвестно зачем заливает Роме про вот это вот все после вон того вон всего, описанного выше, сил у меня нету.
А Катенька, всласть повозив «любимого» мордой по полу, делится ночными подробностями с изнемогающей Машкой. Сладко замирая и смущенно улыбаясь детской улыбкой. «Самым главным было то, - сжимает повернутые к себе кулачки, - что он сказал, что л-л-любит… меня!» Делает лицом ласковую горгулью. «Л-любит!» Машка не поняла. «Он что, первый раз признался тебе в любви?» Ну что ты, Маш, Катенька нитакая Второй!
Затемнение, ибо Андрюша орет про любовь, обижает Рому и вообще неприятен.
Катенька продолжает свой фанфик. «Он такой заботливый, знаешь… и нежный…Я прижалась к нему …крепко-крепко («близко-близко», дада, мы помним). … Он гладил меня… так ласково… так нежно …» Что ж ты щас его, такого заботливого и нежного, так оплевала? Не слушая объяснений, не смотря в глаза и не принимая во внимание доказательства невиновности, м? «Знаешь, что я в тот момент поняла?» Ласково смеется, Машка рыдает. «Я поняла, что ему можно… доверять!» Иииди ты!!!!? Так вот что это щас было! Зайдясь слезами, Машка бросается в колени к Катьке, советуя доверять, но проверять. Катька покровительственно обнимает Машку сверху. «Я понимаю, что ты права, но знаешь, как хочется верить? Очень-очень-очень». Вот щас был хороший повод, Кать. С подтверждением из независимых источников. Но что-то пошло не так. «Так важно понимать, что рядом с тобой надежный человек». Забудем на минуту, что Катенька думала о надежности этого человека пару эпизодов назад, и обратимся собственно к Андрюше. Что конкретно в его действиях позволило назвать его надежным? В какой ситуации он эту надежность проявил? В том, что, извиняюсь, механизм сработал? Но продолжим. Катенька вещает в Машку, детским голосом: «Это так важно – верить… после всех насмешек… я почувствовала себя… женщиной…любимой». Повторю свой скушный вопрос. Где оно все было эти пару эпизодов назад? Любовь, вера, благодарность за важно и женщину, в конце концов? Фанфик такой фанфик.
Андрюша. Проматываю.
Кира и Вика. «Я все передумала. Попал в аварию. Напали хулиганы. … А он пришел утром и удивился, что я у него в постели. … Он прятал глаза. Его раздражали мои вопросы. Ему было невыносимо мое присутствие. Я еще никогда не чувствовала себя такой униженной». И «не смогла» уехать. «Мне показалось, что если я уеду, я потеряю его навсегда». Эх, Кирюш. Было б что терять . Вика утешает. «Кииир! Ну ты что?! Нуу!» Нежнейшая Вика.
Кира плачет. Впервые не смогли помириться с помощью постели. «Если бы ты знала, как я боюсь этого нового года. Мне кажется, в моей жизни произойдет что-то страшное. Все разрушится. Андрей уйдет от меня». Все так. Кира потеряет родной дом, которым стал для нее ЗЛ, людей, которые, как она думала, заменили ей родителей. И хотя потеря Андрея станет скорее приобретением, если можно так выразиться, меньше болеть от этого не будет.
Прекрасное лицо плачущей Киры сменяется отнюдь не прекрасной Катенькой на пороге ЗЛ. У нее свой «новый год». «Когда ждешь нового года, все вокруг становится таким сказочным, даже волшебным. И падающие снежинки похожи на звезды. Можно загадать желание!» Звучит Андрюшино «Я тебя люблю». Катенька смотрит вверх – на Киру у окна, которая тоже вспоминает Андрюшины слова. «Я тебе обещаю». И Андрюша у окна, выключил свет и мается. Слушает проникновенное и исполненное благодарности Катенькино «Я хочу тебе сказать, что у меня никогда не было такого дня рождения».
Сама же Катенька, почесав ЧСВ об виноватого «любимого» и фантазию об доверчивую Машку, довольным квазимодо кружится у дверей ЗЛ, под сентиментальные снежиночки и романтическую музыку. Проснувшаяся «женщина» кружится вместе с ней где-то глубоко внутри.

81
Катя подбирает у лифта брошенное механическое животное и вспоминает все этапы своей бурной карьеры в ЗЛ. Сначала, по ее словам, Катя очень боялась, что ее не возьмут. Показывают бдящего Потапкина и обалдевшую Тропинкину. Но к ней так хорошо отнеслись! Ее очень хорошо приняли! Показывают шокированного Милко и вылазку на подиум. Она даже не ожидала! А ее карьера, она развивалась так стремительно! Показывают наведение марафета в сортире, когда подружки накрасили Кате губы красной помадой. К зеленой… зеленому… назовем это одеждой, в общем. Короче, Катя почувствовала себя как дома и с уверенностью заявляет об этом зрителям. Теряюсь в догадках, о чем тогда заявляет видеоряд. А так Катя всех любит, и друзей, и каморку, и прекрасного Андрюшу из первой серии, надеется, что этот год будет таким же счастливым и она будет вместе с Андреем. Вы как хотите, а Катин взгляд во время паузы после слова «год» - в копилку джена. С ангстовым уклоном. Гладит животное.
Войдя в каморку, торопливо достает из сумки дневник. Жестом «раззудись плечо» достает ручку. Практически ложится личиком на стол, отвешивает губу и начинает строчить, не снимая пальто. Все понимала, но надеялась и верила, и вот мы вместе, он любит, все происходит так быстро, наверное это потому, что я очень сильно этого хотела (нет, Катенька, она прелесть, конечно). Вспоминает пьяный поцелуй в забегаловке с салфеточками и напугавшими Малину солонками. Думала об Андрее под куранты, а он думал обо мне, гостиничная нудятина в дровах, Катенька, сними пальто, вспотеешь. Скоро придет Андрей, мы снова будем вместе (ага, вот прям сразу и начнете), я так волнуюсь, аж коленки дрожат, а сердце просто, как это удивительно, любить». Не знаю, что у Катеньки дрожало в момент написания этих строк, из-за пальто не видно, но точно не коленки. Повторю скушный вопрос – а чо чо, за ночевку с Кирой «любимый» уже прощен?
Вика в роскошном красном пальто констатирует отсутствие (alas) перемен в ЗЛ и Тропинкиной на рабочем месте (NB). Щегольнув красивым словом «отнюдь» и «лучшим» египетским отелем.
Прискакала Машка, но Федор – кремень.
Бросили сумки в приемной, чтоб Кира видела, как они работают-работают.
Легкий завтрак в курилке – селедка под шубой, жареная кура в фольге (целиком), банка оливье, банка еще чего-то. Катька доносит торт. Они что, с утра так оголодали? Вплоть до куры?! Дичь какая-то. Но Катьку про жениха попытать, это святое. И еще куда поехал Жданов после дня рождения. Катя напрягается.
Вика в ожидании подруги надраивает рукавом коробку с сувенирным жуком. Большим жуком. Появляется руководство, и Вика кидается обнимать Киру со словами «Как я вас рада видеть, ребята». Андрюша делает ироничное движение лепестками, Рома смотрит издевательски. Вика обрушивает на компанию информацию о лучшем отеле и Кира торопливо уводит подругу. Ребятки ржут. Рома делает себе рОги на голове, изображая жука, Андрюша (в профиль, невозможным голосом) глумится: «Че ты смеесся! Это жук-носорог!» Показывает носорога путем приложения красивой ладони к прекра… а, чо уж. К шнобелю путем приложения.
На ходу обсуждают ждановские каникулы и Киру. Андрюша в процессе ложится на стол, дотягивается до орлуши и ласково улыбается в нее. И нет, он не рассказал родителям, что у нас все плохо, потому что не хочет, чтобы их хватил удар. Малина благодушен. Ладно, коллекция продается на ура, «еще один рывок, и мы выберемся, если секретное оружие не подкачает». Ну, что тут скажешь. Хреновое вам досталось оружие, ребятки. «Кстати!» Андрюша наконец-то вспомнил. О женщине, которая перевернула всю его жизнь, или что он там еще втирал не понимающему высоких материй Малиновскому. Тот глумится. «Ой. Ой. А что это с нами случивши мы так расстроились? Признайся, ты скучал по ней?». Подсаживается, снимает очки, нацепляет на себя. «Ты хотел заключить ее в свои объятия!» Практически заключает в свои объятия. Ну, так это назовем. «Зацелова…» Ну, это пока нет. «Ты хотел сказать, что ты скучал, считал минуты..» Андрюша возмущен такими предположениями: «Полная чушь!» Невозможно артикулирует лепестками. «И эту полную чушь она должна съесть и не подавиться». Тоже артикулирует, но поскольку у Ромы никаких лепестков (у него другие сильные стороны ), получается не так невозможно. Андрюша виновато бегает глазами и возвращает на место очки – он сувенир забыл. Рома не понимает, за что Андрюшу любят бабы, такого черствого. За лепестки, Рома. И за запястья. И… а вот еще … и коленки вон то вон вот…. . Хорошо, в общем, что у Андрюши есть Рома. Дал ему и подарок, и открытку, и текст. Андрюша изучает его со скучающим видом. Не оценил. Брезгует. Давай ты перепишешь, а я подпишу. А если серьезно, то это он так Катю не собирается обманывать. Текст скомкан и отправлен в полет, с демонстрацией того самого запястья, спасибо, Андрюша. «Твоя Катя только этого и ждет. Переписывай». У Ромы есть еще один текст, и он безжалостен. Второй текст повторяет судьбу первого до малейших деталей, включая запястье, спасибо, Рома. Андрюша там что-то блеет про «подло», Но Рома устал, и третьему тексту везет больше, потому что подло – это профукать компанию и обманывать Киру. В общем, больше никаких запястий. Эх, Рома, жалко тебе было, что ли… Андрюша поуросил и переписал как миленький. Но Рома каков! Так точно рассчитал количество необходимых копий! Не две! Не четыре! Ровно три и подарок. Хотя это ладно, с подарками-сувенирами-вниманием к дням-рожденьям у Андрюши, похоже, проблема давняя. Почему, кстати? Эгоизм и отсутствие глубоких чувств к своим женщинам – это понятно, но как Андрюша мог забыть о приглашении родителей?
Женщины и провизия. Только я пережила Машкину куру, Катя собралась кормить подружек тортом. За отсутствием стола держит коробку на весу на одной руке, тряся над ней бохатой грудью и небохатыми волосами, другой режет. Опять отметим снайперскую координацию и двигательное хладнокровие. Женщины разбирают куски немытыми руками и поедают, не постелив на колени ну хотя бы оборотки. Кто эту сцену придумал, я не знаю, но он явно с какой-то другой планеты. В общем, это уже на стадии куры было ясно, но зачем нести торт, когда нет стола, нет тарелок и салфеток, нет чая? Тянут они там что-то из стаканчиков, но где они у них стоят, на полу? Ладно салаты ложкой из банки, ладно бутербродики какие-то в салфетках, но кураторт! Впрочем, вполне возможно, что торт придумали, чтобы у Кати была возможность заткнуть чем-нибудь рот Татьяне, которая опять не в бровь а в глаз расписала ей возможные маршруты АндрейПалыча после посещения пушкаревских палат. Кате бы порадоваться, что подружка так далека от понимания истинной картины, но она спешит, как я уже сказала, заткнуть ей рот, немытой опять же рукой суя в него какую-то мелкую фиговину с торта. Не, я понимаю, у этих женщин своя атмосфэра, но попробуй кто из моих подруг такое проделать… боюсь, это стало бы серьезным испытанием для нашей дружбы. Хотя чего. Дружба подверглась бы этому испытанию еще на стадии пальца в лоб. Светлана пытается свернуть тему, мол, ладно, личная жизнь все-таки, Машка громогласно возмущается, потому что ЗЛ ей дом, АндрейПалыч – отец, а значит, они имеют право знать. А Катенька вот ничего не знает о жизни Андрей Палыча и знать не хочет. Ну, в общем и целом, когда не подслушивает разговоры Киры и не лазает в адресованные Андрей Палычу запечатанные пакеты. А так нет, не хочет. Она вообще очень порядочная, Катя . Шура тем временем крайне заинтересовалась президентской пассией и намерена с этого момента обратиться в одно сплошное ухо и один сплошной глаз. Катя давится тортом, Светлана предостерегающе тянет «Шуурааа!». Догадывается?
Вика в лицах и акцентах рассказывает, как ее в Египте (проклятое место!) развели на 100 долларов. Кира про Андрея: чужой, глаза чужие, думает о ком-то другом. Ни слова о нест.. неконтакте.
Катенька из приемной собиралась вломиться в кабинет Андрюши, но у дверей услышала многообещающее «У меня ручка не пишет» и решила не пренебрегать очередным зернышком. Причина задержаться нашлась быстро – Катенька захотела посмотреться в зеркало. Смотрелась прям от дверей – а что, у нее очки мощные. Повернулась, продемонстрировав уродливую косичку (в этот раз одну), перевязанную в двух местах какой-то розоватой ветошью. Зернышка не случилось, но ничего, случится в другой раз, Катенька упорная. Зашла.
Рома так рад, что бросает Андрюшу с его документами и весь устремляется навстречу Кате, сияя и лучась. Вручает ей подарок с внезапной пугающей снегуркой, улыбается, как на будущем показе с ЖС. Сигнал Катеньке, который она уловила, сдается мне. А Рома обнимает ее за плечи, подводит к столу и усаживает в кресло. Андрюша светски равнодушен: «Здравствуйте, Катенька! Прекрасно выглядите!» Катенька довольно оглядывает очередной лапсердачок (с) и нацепленное на него оранжевое макраме. Сегодня она действительно на стиле – макраме приятно гармонирует с оранжевой же блузкой. Правда, дисгармонирует с ветошью – но ничего, то дело наживное. Скоро, скоро все задохнутся от тесных штанов из женской рекламы и импозантных (произносится в нос) полосатых халатов. Рома намерен оставить «счастливых любовников», но Андрюша его жертвы не принимает и просит задержаться. Катенька неприятно удивлена. Андрюша жжот. «Так как вы говорите отдохнули? Хорошо?» Катенька поддерживает игру и даже ласково огрызается: «Спасибо, хорошо, а ВЫ?» «Я? Оч хорошо, замечательно просто!» это приятель Антон Семеныча Шпака, - ничтоже сумняшеся отвечает моя прелесть и заслуживает многозначительной гримасы от друга. Который «Ой, дурааак!» не сказал, но совершенно точно подумал. А Андрюша ловко сводит разговор к работе. Все хорошо, но у нас есть проблема, которую можете решить только вы. Катенька… все понимает лицом и ничего не понимает на словах. «Что вы имеете в виду?» Мальчики переглядываются, до Ромы «доходит»: «Ааа.. ну как же, как же.. Ведь никто не сможет представить… ткскть… несуществующие данные лучше, чем вы». Катенька оскорблена. «Я что, опять должна подготовить липовый отчет для акционеров?» Андрюша напрягается, вымучивает эвфемизм (не липовый, а слегка видоизмененный), обещает, что в последний раз (с фига ли? последним этот раз будет, только когда выйдут из-под залога или решат рассказать правду акционерам), и апеллирует к Катенькиной незаменимости («только к вам могу обратиться»). Катенька милостиво соглашается. Одна команда, иттить! Тройственный союз! Подельники, скованные одной цепью и прочая прекрасная чушь. Ни ребятки так не думают, ни Катенька, которой нужно сначала честно похлопать глазами, поизображать нитакую (как-то до этого момента обходилась - ваяла только в путь), и лишь потом снизойти. Хотя необходимость в липовых отчетах не исчезла, и другого выхода, когда уже во все это влезли, нет, и Катя знает об этом не хуже ребяток. Раз уж разговора об открыть правду никто не начинал. Но вернемся к нашим баранам. Напряженно помолчали, вымученно посмеялись, а Катенька вновь изобразила «любимому», как она «за него-за него». «Я вас не подведу!». С чувством так. И руку вытянула в сторону шефа. «Спасибо, Роман Дмитрич». Потрясла снегуркой, вернула Малине его улыбку. Серьезно, я не понимаю, как можно…ай, ладно.
Катя уходит, с Андрюши сползает фальшивая улыбка. «Малиновский, что я творю» под лирическую музыку. Хотя после Катенькиного спектакля, вообще-то, напрашивается другой вопрос. Например, «Малиновский, ну как нас так угораздило?» Или вот еще: «Ну ведь как лохов, Малиновский!»…
Катя в каморке. Находит Малинин презент и открытку. Читает очередное творение, про лучшую ночь в моей жизни и чего-то там. Лирическая музыка сменяется гнусными звуками из открытки. Катя довольна. Прячет лицо в переписанный её «А.» текст и подтанцовывает головенкой в такт звукам. Врывается Андрюша, который то ли допинга глотнул, то ли пендель получил, но он достоверен как никогда. С разбегу клюет Катю в щеку и тут же отстраняется. Катя подается за ним – но не за поцелуями, которые вдруг так обидно кончились – она благодарит за открытку. Слова про лучшую ночь и мечты вновь оказаться в ее объятиях для Кати как-то важнее самих объятий (Лана, внешнее подтверждение, да?) «Я не ожидала, ты такой внимательный…» Андрюша прелесть. «Потом, потом, все слова потом, мы столько времени потеряли из-за этих праздников…» Троекратно лобызаются. В щечку. «… а у нас собрание на носу и конь не валялся!» Катя как будто совсем не расстроена таким переходом. Вручает Андрюше подобранное у лифта животное и целует, прихватив за лацканы. В щечку. «Рработать! Арбайтен!» Андрюша возвращает поцелуй. На то же место. Катя соглашается: «Работать!» И тоже возвращает. Туда же. Андрюшу уносит из каморки, Катя замирает над столом, полностью удовлетворенная. Андрюша, кажется, первый раз не халтурил. Но с другой стороны… ведь и совет не за горами.
Захар с ужиком. Милота. Ну, так.
Федька возмущается стервозностью Буренки, но продолжает использовать ее для воспитательных амуров против Машки.
Шура не поленилась! Она подрядила подружку из турфирмы, и та нарыла ей подробности Викиного лакшери-тура по верблюдАм Египта. Интересно мне, насколько это законно.
Но очень скоро Вика была отмщена! Забежав в сортир попудрить носик, она услышала звуки из кабинки. А потом увидела кулек с жратвой и бутыль какой-то фанты. А потом – восседающую на унитазе Татьяну, с аппетитом поедающую сэндвич. Татьяна прикрыла полотеничком обширные телеса, таскает пальцами (!в сортире!) салат из сэндвича и прекрасно себя чувствовует. Женсовет долго не понимал, чего от них хочет Вика, потом искренне возмущался, вот что ей Пончева сделала (действительно), но Вика не обращала внимания на такие мелочи. «Только не топайте, а то спугнете это голодающее поволжье!» Вика, а-ба-жа-ю Когда бабы добрались до уютной Татьяниной кабинки, она уже прикончила сэндвич и догонялась шоколадными вафлями, подбирая на послюнявленные пальцы крошки с полотеничка. Дальше затемнение.
Лифт привез Юлиану. Так и не могу решить, у кого из них голос противнее –у нее или у Амуры.
Урядов оккупировал Малину. Узнал, что тот отдыхал интересно проводил время в Италии, и поведал ему про свою гондольершу из Флоренции. Рома опешил от такого напора и от представшего перед его внутренним взором кентавра на гондоле, потому что верх у него был как у Тропиканкиной, а низ тоже как у гондолы кого-то.
Явились немножко вздрюченный Андрюша, обиженный Юлианиным костюмчиком Милко, Кристина с сувенирными собачками и задорным лаем, и все это над ухом у Андрюши. Вспомнили, как Кристина вернула Милко вдохновение, энергетический месседж от Нехай-бабы и Мадам Баттег`фляй, Андрюша выдохнул лепестками и протер стол перед собой, Катя явилась, Киры нет. Милко в свойственной ему снисходительно-хамской манере предложил Кате («куколке» и «красотке») «быстренько сбегать». Андрей его оборвал, Кристина нахмурилась, Катенька никак не показала, что задета. Ничего, Андрей Палыч, я схожу. Помнится, совсем недавно она практически устроила скандал из-за меньшего. Юлианочка всегда на страже гендерного равноправия: «Да, Милко, все, что в тебе осталось от мужчины, это шовинизм по отношению к женщинам». И хоть Милко и ответил ей мирно, что «не только», я все равно не понимаю феномена этой удивительной женщины и профессионала. Не говоря уж о том, что как раз женскому естеству несравненной Катеньки никакого морального урона не нанесли.
Кира и Вика обсуждают маршруты Андрюши, Вика прозревает любовницу в Пушкаревой. «Да точно тебе говорю, любовь зла, полюбишь и козу!» Кира категорична: «Да он скорее станет голубым, чем влюбится в Пушкареву!» Подслушивающая Катенька крайне оскорблена такой оценкой ее потенциала и спешит донести свое недовольство до Киры, которая чуть не сбила ее с ног у дверей собственного кабинета. «Меня просили передать, что вас ждут в конференц-зале. Все собрались». Вопрос к тем, кто считает, что Кира гнобит и топчет безвинного агнца Катеньку – как бы вы относились к своему подчиненному, если б он позволял себе иметь такие интонации и такое личико при общении с вами?
Конференц-зал. Пироженки кушают. Жорик свое умял, перебил Андрюшу цитатой из «Ревизора» и злостно отхлебнул из чашки Малиновского. Похоже.
Андрюша председательствует. Собирается приурочить к показу еще одно событие, «самое важное событие этого года» - собрание акционеров. «Да вы посмотрите на него! Ты че, заработался, дядька?» Солидарна с Кристиной, но до Андрюши, похоже, дошло не сразу. А, что, свадьба? Вот как-то нету такого в его картине мира. А штрилиц-Катенька моментально сделала стойку и изобразила личиком глубочайшее страдание. Что такое, Катенька? Сурприз? Платье, странное («но красивое!»), сценарий (все умерли чума на оба ваши дома), сухарь-Андрюша, свадьба – это вам не посиделки, она бывает раз в жизни (ну, два-три), Кира молча наблюдает за Андрюшей, Катенька старательно визуализирует страдания. Неловкая пауза. Кристина пытается ее заполнить, обещая «взвалить на свои плечи Андрюшу и Киру и освободить свадьбу от Зималетты». Жорик жрет уже вторую пироженку. Андрей предлагает обсудить это чуть позже, потому что есть более важные темы для разговоров. Катенька показательно страдает в папку с бумагами. Юлиана настырно возвращается к свадьбе (все-таки – она или Амура?) и бьет очередные рекорды бесцеремонности: «Я не понимаю, почему ты мне-то не сказал? Я же могу помочь!» Почему, почему ... Ты прямо сейчас хочешь этот вопрос выяснить? А ты ему, извиняюсь, кто? И ... кстати, что ты тут делаешь? Рекламные стратегии обсуждать еще рановато. Кира, как постепенно выясняется, вовсе не подруга (тоже про свадьбу не сказала), значит, упала девушкам на хвост и приволоклась?
Андрюша, рыбка, продолжает демонстрировать свою очаровательную незамутненность: «Давайте позже, свадьба-то не скоро!» Офигела даже молчавшая до сих пор Кира. «Андрюша, ты чего, свадьба через два месяца!» Очередная неловка пауза.

82
Коле нужно прям срочно передать прозаседавшейся Екатерине Валерьевне исключительно важную информацию. Привлекает к делу ЕА, которая носит ему свежий чаек в комнату. Кстати, на ней темно-зеленая шаль и крупные серьги под цвет. Заботится то есть о своем внешнем виде. Что ж с Катенькой-то не так пошло?
Рыбка моя тем временем «остроумно» сваливает вину за свой склероз на Кристину – та, дескать, обещала заняться подготовкой, а сама в Непал. Кристина возмущена – воздушный шар, пароход и троллей с профитролями Андрюша сам же и отверг, и вообще она ему щас врежет. То есть врезала бы, если б не Непал. Кира унимает сестру «омами» и предлагает обойтись тупо ЗАГСом. Катенька продолжает оскорбленно-показательно страдать. Андрюше удается-таки своротить беседу обратно в деловое русло, но поздно – Катенька уже нагнула голову и отвесила губу.
ЕА вызванивает Катю через Вику. Коля, повыпендривавшись четвертой занятой линией и «Еленочкой», которая позорит его фирму, солидным голосом подключается к беседе. Воркуют.
Жорик и Кристина обсуждают виды иеромонахов. Изможденному Андрюше добавляет веселья Милко, которому вовсе не надо, чтобы его гениальную коллекцию «одобряли». Злые вы, уйдет он от вас. Все утешают Милко. Потом Андрюше еще добавляют, потому что Кристина намерена позвать Сашу. Ньку. Андрюша уже немножко взбесился. Кира торопливо уводит сестру, Андрюша прощается с ними «адьосом». Кажется мне, или это у него тоже признак раздражения? Кстати, все (кроме Ромы) нервно трясут-мотают Кристининых собачек. Ну, Жорик только от скуки. Андрюша свою к головушке прижал.
Ушел Урядов. Выждав секунду, Юлиана томным голосом дает Андрюше ценный совет про свадьбу и внимание к невесте. То есть мы видели что? Сестра невесты обижена. Невеста, до этого совершенно спокойная, расстроена. Жених взбешен. И даже у помощницы жениха косичка дыбом, благо что на нее, кроме Ромы, не смотрел никто. Но наш специалист по пиару… Кстати, выяснилось, почему Роме нечего было нервно крутить. Верный друг его собачку в стакан упихал. Хотел и свою, но она уже не влазила, поэтому опять прижал к головушке. Нет, НРК – это какая-то совершенно бездонная вещь . А Юлиана никак не уйдет – успели с Милко дискуссию провести, относительно преимуществ зеленого чая по сравнению с кофе и общей корыстности женского рода. Тут уж даже Рома не выдержал и стал крутить собачкой Урядова.
Катенька наконец-то покидает собрание, светски проинформировав начальство о месте своей дислокации. Андрюша как-то не обратил внимания – бесится из-за Кристины и поднятой ею темы. Безотносительно настроения «исстрадавшейся» «возлюбленной». А вот Рома обратил. И резюмировал, что от одной из этих замечательных женщин Андрюше придется отказаться.
Коля полагает, что сможет выкроить часок на следующей неделе, чтобы выпить с Викторией хорошего кофе. ЕА прерывает олигарха плакатом «За хлебом быстро!!!», а потом и вообще лупит полотенцем, потому что олигарх борзеет. Не знаю, услышала ли Виктория звуки избиения, но она сделала верное заключение, что это хороший повод предложить свою кандидатуру молодому перспективному бизнесмену. «Секретарша» сообщает олигарху стервозным голосом, что у него совещание, и она последний раз предупреждает. Виктория понимает, что это ее шанс.
Вздрюченная страданиями Катя громит кулер. Подруги намерены спасти ее счастье – ведь коварная Вика хочет увести Катиного мужчину! Катя искренне не понимает об чем базар, простите, речь, а потом еще раз не понимает, услышав слово «Николай». «А что, у тебя есть еще какой-то любимый мужчина?»
Мальчики в конференц-зале. Андрюша грустный и красивый, Рома меланхолически… эээ … назовем это «трындит». «Что отменяй свадьбу… что нет… Зималетта окажется под ударом». Ситуация «патовая». Андрюша глючит свой единственный «выход». Веселенький траурный мотивчик, фото довольного как паровоз Андрюши с черной ленточкой, безутешные модели и «законные» Кира и Катя в шляпках и вуалях. Почему-то при общей невыразительности шляпки Кира – все равно Кира, а Катька и под вуалью чучундра чучундрой. Андрюша глючит и улыбается прекрасный как рассвет. «Ну и чему ты улыбаешься?» - Рома аж трындеть перестал. Андрюша закрывает красивое лицо красивой рукой и смеется туда.
Колюня наворачивает борщечок почему-то за компом. Кидается отвечать на телефонный звонок – но увы, солидный голос пропадает втуне. Это Катя звонит отчитать за очередную дурость. Или не дурость? «Коля, какие игры ты ведешь?» Вообще-то да. Не стыкуется у меня финансовая гениальность, полное понимание чо к чему еще на стадии полуслова о подставной фирме – и такое настойчивое желание запалить контору. Махинаторы хреновы. Коля отбривает работодательницу ответным «Это вы там в деловую женщину заигрались» и оправдывается тем, что ему видите ли отчеты надо было отправить, и без звонка в приемную ну никак было не обойтись. Ну да, с этим имейлом всегда так. Катя практически орет. «… никогда не звонить Клочковой!... И это был не пятиминутный разговор! Это был полноценный получасовой треп!» Рука у нее в этот момент – как у уже упоминавшегося на страницах настоящих обзоров Кащея, занятого чтением «Молота ведьм». А ребятки слушают. «Если ты еще раз заговоришь с Викой о работе, я тебя уволю! А фирму закрою!» Не понимаю, почему они решили, что Катя ревнует. И «играет» бедолагой Зорькиным.
Катенька этакой Марией-Антуанеттой вносит баланс. И merciспасибо, с ней все в порядке, небольшие семейные (!!!) проблемы. Рома вновь применяет насилие, пытаясь загнать друга в страшную каморку объясняться в любви, но являются Кира и Кристина. Кристина радует Андрюшу скорым Сашей (Нькой) и удивляется, где огонь в глазах. Такие молодые, такие красивые и такие нудные. Станешь тут нудным… Потом обижает мальчиков – Ромио, не изображай ответственного, Андрюша твои отчеты как будто читает. Кира внезапно предлагает отменить свадьбу. Нитакая Катенька в каморке даже виду не делает, что работает – сплошное ухо. Торжествует лицом при словах Киры. Победа из-за неявки соперника! Но Андрюша «этого не говорил». Но подумал! Дальнейшую дискуссию Катенька внезапно слушать не хочет и втягивает эхолот. Рома уводит Кристину, Кристина толкает Киру к Андрею. Вот странно, думала, она тоже все понимает и считает, что лучше им расстаться, но сейчас скорее пытается их помирить. Андрюша бекает. Но Кира пока не настроена. «И пусть твоя Пушкарева передаст твоей любовнице, что свадьбы не будет!» Нелегкая приносит Сашеньку. В офигенного цвета рубашке. Что это, брусничный, да? Пособачились с Сашенькой.
Андрюша-таки доходит до «возлюбленной». Мекает. Катенька в режиме Антуанетты пялится в стол. На показ не пойду, «У меня много работы, а мода не для меня». Тут щас всем так стыдно стало, ага. Может, ну хотя бы очки для начала, а, Катенька? Ну, или косичку без ветоши?
Юлиана и Милко в баре. Мы узнаем, что Милко увел у нее жениха. И знаете, я его (жениха) как-то понимаю. Даже где-то за него рада, чо уж.
Подваливает Сашенька в брусничной рубашоночке харошенькай такой, рассыпается в заверениях и отвешивает сомнительный комплимент насчет фурии в постели. Считать, что Сашеньке в жизни секса не хватает, я не готова, тогда шо это было? Юлиана не Вика… Какая-никакая, но ровня все же? Общее презрение к женщинам в принципе?
Модель в примерочной: «Я не знаю, как в это влезть, оно какое-то странное…»
Захар с собаченькой. Затемнение.
Показ. Девочки направо, мальчики налево. Александр навис над сплоченными как всегда ребятками. Начинается дефиле. На подиум порхает первая Милкина рыбка. Кровь с молоком девица.
Женсовет с попкорном и блокнотом. А потом вышивальные машины ломаются.
Сашенька сначала мирно объясняет Андрюше, что они с Кирой не подходят друг к другу, но Андрюша не ведется. Сашенька грозит разделить капиталы, если свадьбы не будет.



И все-таки мощные у нее каблучищи.

83
Кристина опять уловила некие эманации и выскочила на подиум, отвлекая внимание агрессивных мужчин. Юлиана не упустила шанса подключиться к движухе с громогласными поцелуями, Вика не смогла пройти мимо, заодно напомнив, как классно она одевается. За что и огребла, услышав от Воропаева комплимент тому, как классно она раздевается. Кристина поведения братца не одобрила, Кира тоже заявила, что они с Андреем сами разберутся. Саша переключился на Андрюшу. Повернулся назад в его сторону (они с Малиной стоят у него за спиной). «Родной мой, ты понял? Завтра я хочу узнать все в подробностях. Всего доброго». Последнее было сказано уже в сторону Ромы. То есть как бы с ним попрощался только. А я в очередной раз отмечу просто ангельское терпение и незлобивость Андрюши. Потому что за одни только интонации Сашку следовало бы взять за шкирку и ткнуть горделивым носом в какую-нибудь жесткую поверхность. Все смеются (ну, кроме ребяток), и Милко сомневается, стоит ли Кире выходить за этого вАндала. Он, дескать, хочет платье для невесты шить, а не для крысы в чулане. Странная альтернатива. С крысой в чулане Милко мог бы сравнить только Катю, но при чем здесь она? А Кира не превратится для него (да и вообще) в крысу ни при каких условиях… Ляп? А если все же Милко имел в виду Катю, то это опять в копилку. К Крошке Цахесу.
«Может мне убить этого гения?» - наконец-то позволяет себе Андрюша эмоции, угрожающе тронув элемент бижутерии на мощной Милкиной шее. «ЗА чьто? Ну зА чьто? ЗА то, что я говорю то, что думаю? А тебе это не нравится!». Роме слова даются легче: «Ему не нравится, что ты думать не умеешь. А говорить уже научился».
Заставка и пара затемнений.
Андрюша с Ромой. Катя приносит Андрюше отчет. Кира приносит Андрюше отчет. Обе выражают ему свое фе. «Кира!» - останавливает Андрюша невесту, но Катя почему-то тоже считает нужным задержаться. И после ухода Киры дожидается вопроса и в свой адрес. «Катя, а вы куда?!» Катя, разумеется, пользуется случаем и интенсифицирует фе. «Что-то еще, Андрей Палыч?» Андрюша растерян. «Я что сегодня, козел отпущения? Почему на меня все рычат?» спрашивает он невозможным голосом. Но Катенька оседлала любимого конька, ее на такой хлипкий понт не возьмешь. То есть, ни на голос не возьмешь, ни на мягкое напоминание о субординации. Наша прынцесса и без году неделя «возлюбленная» опять изволят гневаться и тыкать «любимого» шнобелем в его перед ней виноватость. В чем, кстати? Но когда ее такие мелочи волновали....«Простите, пожалуйста. Я позволила себе недопустимую интонацию… Плохое настроение!» - издевательски «извиняется» Катенька. Андрюша пропускает мимо ушей и просит ее взять и спрятать Кирин отчет, а также позвать ОВ, чтобы обсчитать коллекцию. Отчет Катенька, так уж и быть, берет, поворачиваясь к «любимому» и начальнику (так-то) во время его к ней обращения спиной. Пренебрежительно бросив через плечо «Я все сделаю» на пороге каморки.
То есть получается что. Прямо говорить «любимому», на что мы так показательно обиделись, мы не будем. Мы будем демонстрировать эту обиду и ждать, что «любимый» бросится нам в ножки и начнет вымаливать прощение без всякой на то с нашей стороны мотивировки. Более того. Мы будем демонстрировать эту обиду сначала в присутствии толпы на собрании, а потом усиливать впечатление на глазах Малиновского. Внимание, вопрос. Какого хрена наша трэпетная лань пытала тогда Андрюшу, знает ли Малиновский, если устраивает такие спектакли в его присутствии?!
Андрюша посмеялся любимым смехом Малышки Мо ( ), швырнул об пол папку, полегчало. Резюмируют. Если не жениться на Кире, Сашка разорвет ЗЛ на части. Если жениться на Кире – Катя проглотит фирму заживо. Катя, Катя проглотит, а не коварный Зорькин. Резюмировал – поплохело. Лежит в кресле, дышит через рот. Рома смотрит с нехорошей какой-то жалостью. Всего лишь женщина, прорвемся. Подумаешь, страшная.
Рома уходит и, похоже, срывается на Вику – иначе зачем бы ему попрекать ее Сашкиным «комплиментом». В ревность я не верю.
Катенька продолжает воспитательные меры. «Ну что вы, это лишнее» - голосом Людмилы Прокофьевны. Детскость дворники, ау! Решительные жесты, стремительная походка, напоследок за столом посидела, широко расставив руки по его краям. Наполеон, ни дать ни взять. Буонапартий. От «любимого» уворачивается с отвращением, которое не сыграешь. С отвращением и презрением. Любовь? Я вас умоляю. Что там той любви было? До утра после первой ночи, перерыв на каникулы, с утра и до обеда, с обеда – воспитательные меры вплоть до второй ночи (не знаю пока сколько это в днях), с перерывом на машину, со второй ночи до инструкции иии… и все? Ой, как неожиданно. Любофь, my ass. Ну да вернемся к нашим мутонам. «Кира Юрьевна подозревать будут». Опустила голову, дождалась лирической музыки, продолжила с тем же презрением: «Вы женитесь, Андрей Палыч!» А ты не знала? Андрюше хреново. Катенька начинает хныкать, пользуясь лирической музыкой. «Женюсь, Кать!» Смотрит на «любимого» кривеньким личиком гонимой невинности. Андрюше очень хреново. «Я запутался, Кать, я…» Не по адресу, Андрюша. Понимание и сочувствие здесь не ночевали. «Мне нужно с вами поговорить». Мотнула «нехорошенькой головкой», миг торжества. Два мига. Издевательское «я слушаю». И ручками такое эть. Приглашающее. Поумолял. Потрясла головой, якобы борясь с собой. Снизошла. «Поехали!»
Рома гнобит Вику. Катя на крейсерской скорости впирается в приемную, за ней Андрюша. Без причины грубовато отшивает Рому, который его ждал – «Общение с тобой в мои планы не входит» (дает знак другу, что поехал уламывать, и одновременно Катеньке приоритеты демонстрирует? Хит-рый-план! ). Изящно атакует Вику – повёз, мол, Екатерину Валерьевну до дому, а потом к любовнице, потом к еще одной, к двум, трем. Звони Кире. Вика, сама того не зная, немножко ущучивает увозимую Валерьевну (которая ну так изнемогает от любви, что малейшее упоминание свадьбы, о которой ей было известно с самого начала, приносит ей невыносимые страдания): «Твой юмор стал похож на юмор твоего будущего родственника». Рома хохотнул, Андрюша издевательски попрощался с Викой, Рому проигнорировал. Отбыли. Кстати, пока длилась сцена, Андрюша немножко воспрял. То ли на Рому посмотрел, то ли об Вику зло сорвал.
Кире плохо в их с Андреем фотографиях. Свадьбы не будет.
В машине. Андрюше очень хреново. Злой, напряженный и ему как будто больно. Говорит очень быстро - хочет скорее выпалить чушь, в которую не просто не верит сам, а не понимает, как в это может поверить даже Катя. «Катя, когда вы пришли в ЗЛ, в моей жизни появился человек, которому я могу абсолютно доверять». Мы же помним, как Катенька обращалась с этим доверием, да? «Мне казалось, что вы мне тоже верите». Катенька отворачивается как будто в раздражении. «Но в последнее время мне кажется, что я теряю ваше доверие». Катенька, мирно: «Андрей Палыч, все в порядке!» Да ну? А тогда что это вот щас было такое? За «порядок» за такой? Катенька тоже говорит быстро, кстати. С ее-то любовью к мхатовским паузам. «Когда я пришла… у вас уже был такой человек… ваша невеста. И главное, что я знала, обо всем знала…» Возвращаемся к предыдущему вопросу. «И прекрасно понимала, что не имею права ни на что претендовать». Золотые слова. Но – слова. В этот момент лицо Андрюши – почти злое. Ибо он тоже знает цену этим словам. Жует губами. А Катенька торопится излить исстрадавшуюся душу. «Я и сейчас все осознаю, я не имею права требовать, чтобы вы отменили свадьбу!» Ну вся – понимание и самопожертвование и «любимый» ни в чем не виноват… Андрюша аж затормозил. Нет, Катенька прелесть все-таки. Чемпион по завуалированному высказыванию своих хотелок. «Отменить свадьбу?! Катя!» Остановился, повернулся к ней. «Я не собираюсь отменять свадьбу! Но…» Катенька не дает договорить. «Нет? Прекрасно! Тогда зачем эта встреча, этот разговор?» Ай! Здесь, кажется, где-то было понимание и принятие и осознание и что там еще? Вот только что? Андрюша горячо объясняет выпускнице МГИМО и свидетельнице всех его измен Кире и диверсионных поползновений Воропаева ситуацию, о которой та совершенно не в курсе. Оказывается, если он отменит свадьбу, то Александр разделит компанию между акционерами. «Если, конечно, осталось что делить». Злой и страшный. Катенька, детском голосом со слезкой: «Хорошо, я перепишу завтра все документы Никамоды, и Зималетто будет принадлежать вам, завтра же! Хотите?!» Андрюша опять объясняет гению-Катеньке прописные истины. Гений-Катенька потрясла головкой с очередной страшной рожей. «Вы правы, черт возьми!» Деточка куда-то делась, появилась актриса больших и малых академических театров. «Вам придется жениться, что и требовалось доказать». Андрюша поворачивается к «любимой». В кадре только он и край лица Кати. «Посмотрите на меня!» - «Не надо-не надо». «Приготовления к свадьбе позволят нам выиграть время. А потом я поговорю с Кирой. Она все поймет!» Хм. В общем-то, это совсем не обещание отменить свадьбу…. А вот если выключить звук и присмотреться к Катенькиному личику во время этой тирады Андрюши, то там мелькнет заинтересованность. На фоне абсолютного спокойствия. Но зато когда Катенька повернулась к «любимому»… Боже! Сколько страдания в этом прерывающемся голосе! Сколько боли за несчастную Киру Юрьевну! «Жестоко… это… Это слишком жестоко, так нельзя!» А как можно? «Я вынужден». Кем бы это? Не может же быть, что любящей, верной и жертвенной Катенькой? От она рядом сидит, в трогательном сереньком пальтишечке с почти натуральной цигейкой. В трогательных смешных очочках. Киру Юрьевну жалеет. Со слезкой. Андрюша. «Мне даже говорить об этом невыносимо, но я не могу по-другому поступить!» - «Так нельзя с людьми! Жестоко! Так! Нельзя! С ней!» Так не поступай, Катенька, кто не дает? Не спи с ее женихом, не заставляй его быть жестоким, шантажируя возвратом НМ? Стихи хотя бы не подбрасывай? Или вот эти дуры на показе... Чего проще-то, а? Или ты опять не при чем? Но Андрюша вспоминает, как можно сделать Катеньке приятно. «Я не могу потерять тебя!» В Катеньке вновь просыпается малая академическая актриса. «Черт! Это какое-то сумасшествие!» Один Бог знает, где она такое подсмотрела. Впрочем… наверное, там же, где и «способ получше». Помотала головкой, завертелась, завырывалась, замерла, все еще вроде бы вырываясь, но изо всех сил вытягивая вперед голову для поцелуя. «Бросилась» в этот самый поцелуй. Никаких дворников и прочего забодай меня комар. Бла-бла, придет ли времечко. Приди, приди, желанное. И Андрюша! «Я очень рад, Катя, что мы понимаем друг друга» (интонация! текст! ) А Катенька «подобрела» и снова «обещает»: «Я подожду, я обещаю, я подожду». Ню-ню.
Андрюша отмучался, звонит Роме (никаких обид). Рома, кстати, явно волновался. Но Андрюша спокоен и деловит. «Как по маслу, согласна ждать». Жует губами. «Не совсем гигант, пришлось пообещать». Рома хочет подробностей. Андрюша, счастливый от перспективы воссоединиться с женщиной своей мечты, без которой не может и вот это все («ах, он был так искренен в машине!», - пишут в комментариях к серии), долго собирался с духом, чтоб сообщить радостное известие другу. Вздохнул, пожевал. «Отменю и объявлю». Рома ошарашен, потому что Жданчик объелся белены. Андрюша обрывает разговор – ему нужно настраиваться на следующий сеанс вранья.
Пришел к Кире. С цветами. «Это неправда, я хочу, чтобы ты стала моей женой». Грустным голосом. Кира деланно смеется. «Родители наставили? Сашка напугал? Тебе так не хочется терять ЗЛ, что ты даже готов на мне жениться?» Помолчал, сел на кровать. «Да, действительно. Сделал предложение, чтобы получить голос. А теперь боюсь отказаться от свадьбы, чтобы не потерять ЗЛ». Наконец-то правда, а давай искать твою любовницу. «Я все сказал. Если тебе нечего мне ответить, я пошел». Бросает цветы, «пошел». «Подожди!» Подходит. Не смотрят друг на друга. «Скажи, ты меня любишь?» Андрюша бегает глазами, но все-таки собирается с силами и смотрит на Киру. Лучше б не смотрел. «Конечно, я тебя люблю». Голосом, не оставляющим сомнений. Но Кире много не надо. «Правда?» У Андрюши лицо плохо врущего человека. Который понимает, что врет плохо. Бегающий взгляд. «Конечно, я говорю тебе правду». И слова, и голос просто кричат об обратном. Кира грустно усмехается, отворачивается. «Влюбленную женщину так легко обмануть. Как мне хочется тебе верить, если бы только знал!». Не смотрит на него. «Я не собираюсь тебе обманывать». Тем же голосом. Который я не возьмусь описать. «Я действительно хочу на тебе жениться». Опускается на пол. «Андрюш?» Почувствовала, что ему плохо, села рядом. Гладит своей красивой рукой его красивую руку, гладит по голове. Красиво гладит!
Звучит Катенька. «Я уверена в том, что Андрей не любит Киру». Показывают Катеньку. Возит по стеклу коротким крепеньким отлично отманикюренным пальцем. «Я настолько в этом уверена, что даже не ревную его». На лице – тоскливая безысходность. Но к концу фразы появляется страшненькая в этом освещении и ракурсе улыбка с хищными зубами. Все еще возит пальцем. «Ни капельки». Потом рот закрывает, но улыбка остается. Круглые глаза без ресниц за круглыми очками, тени под ними, выпяченная челюсть. Разумеется, звучит романтическая музыка. Ой, а что, не жалко уже несчастную Юрьевну? От ведь.
Красивая Кира гладит спящего красивого Андрея. «Ты действительно устал». Целует в плечо.
«Той ночью он почувствовал силу моей любви!» Боже, Катенька, где ты этого набралась?! Сейлормун какое-то. «Мне не страшна теперь Кира! хмык». А как дысал пять минут назад Кира берется за Андреево пальто. «А другие женщины? Они так и норовят утащить его!» Непередаваемые интонации. Моя прелесссть, мерсские хоббитсссы. Кира находит парнокопытную фотку. «Андрей, он ведь податливый и слабый». Какая умудренная снисходительность. Да что ты вообще о нем знаешь? Откуда ты это взяла?! «Вдруг кому-то удастся отнять его у меня?» Все, застолбила. Еще бы, после лунной-то призмы в дровах.
Наконец-то позитив. Утречко под веселый мотивчик, Андрюша с Кирой, смеясь, пришли на работу и удивляются ранней Клочковой. Она измучена и фрондирует. «Хорошо спится на сытый желудок!» Андрюша немножко потоптался. «А ты попробуй спать в своем дорогущем автомобильчике». Рома пришел, тоже потоптался. «Хосспади, неужели некому было оценить, как ты разоблачаешься?!» Схватил Андрюшу и увлек работать. Кира и рот раскрыть не успела, а Андрюша уже упорхал. Кира говорит Вике, что свадьба будет. «Ааа ну-ка расскажи мне щас!» Прелесть
Андрюша отстрадал свое ночью, или Рома на него так действует, но он уже опять ироничен. «Тебе все хиханьки-хаханьки, а страдать, между прочим, приходится мне». «Что-что делать? Что-то я не видел, чтобы вы в последнее время страдааали…» Устремляется к каморке с пакетом, заглядывает и прижимается к стене. Распахивается дверь и в кабинет впархивает наша фэя. Андрюша изображает улыбку углом рта и поскорее отводит от фэи взгляд. Ну да, в стол. Фэя жизнерадостна и кокетлива, делает ручкой приветственное «эть». «Доброе утро, Андрей…Палыч». Смотрит на него, как на купленную вчера «Феррари». Или, скорее, Матисса, повешенного над комодом с магическими шарами, сувенирной тарелкой «Анапа-2002» и подушкой-пердушкой чесалкой для темечка. Андрюша с трудом оторвал взгляд от стала, коротенечко моргнул на «любимую». «Доброе утро, Катенька Верочка Любочка Танечка…» «Катюш, а вы уже сходили к ОВ?» В Катеньке вновь просыпается малая академическая актриса. «Я как раз к ней и иду», - величаво отвечает она и подтверждает свои намерения жестом «о всемогущий Юпитер». Андрюша оценивает артистизм «любимой» вымученной улыбкой и опять спасается глазами в стол. «Так поторопитесь, Катенька!» - ласково просит Рома из-за двери. Катенька растерялась, пооткрывала рот, раздраженно взмахнула рукой и отчетливо проартикулировала нечто малопечатное. Ничуть не смущаясь присутствием изучающего стол «любимого». Но на приветствие ответила. Скрестила руки на груди . Так я пойду.
Рома с пакетом вернулся к другу. Друг блеснул латынью. Квентум сатис. Так-то «квантум», ну да ладно).Рома хвастается очередным подарочком для прынцессы – какими-то Чуком и Геком на палочке и больш… ОЧЕНЬ большой открыткой. «101 причина, почему я люблю тебя». Рома горд собой. «Ну, тут всякие нежные слова… ей должно понравиться». Гладит Андрюшу по головушке. Жаль, от банков открыточкой не отделаешься.
Кира делится подробностями с оголодавшей Викой.
Катя у Милко ищет ОВ. Милко хамит и изгаляется. «Что прОстите? Бог тебя прОстит, если ты уйдешь отсюда!», «Обсчитать коллекцию? Андрюша умеет считать? Не смеши меня, у меня губа треснет». Вот, и Андрюше досталось. ОВ приносит кружева для Кириного платья. Катя за манекеном опять напряглась и кривит личико.
Рома с Андрюшей. Андрюша крутит кубик Рубика. Занимательная арифметика. Живем втроем, нет впятером. Сообщает другу страшное. «Как-то не так». Рома… то растерян, то глумится. Глумится как-то больше… Андрюше плохо. Я сволочь, надоело врать. Собирает желтую сторону на кубике.
То же самая делает Кира в следующем кадре. Вика, поедая яблоко, подозревает членство Андрюшиной любовницы в секте энергетических вампиров. Они душу у людей высасывают. Ну, не без этого, да. А в мужских карманах можно найти все что угодно. Даже косточку куриную. Чего мы о тебе не знаем, олигарх Кирилл (забыла фамилию)? Кира говорит о Волочковой.

****
упд.
Катеньке Андрюша врал зло и пожалуй на кураже. Кире - мучительно и ненавидя себя. Киру и Андрея жалко обоих, Катеньку - не жалко даже гетную. Ладно, взгляды и интонации, сам текст за себя говорит.

Андрюша сосредоточенно застегивает манжеты. Прекрасен и невозможен. Рома усаживается на президентский стол, обхватив себя за коленку, и требует фотографию. Впрочем, что он там требует, совершенно неважно, потому что дальше начинаются их обычный треп, смех и [strike]насилие[/strike] милота . И если поводом для всей этой радости будет фотография Волочковой, то пусть будет. Пoйду, еще посмoтрю.
Милко щчЕбечет и пОрхает от модели к Кириному платью, на которое кисло смотрит нагруженная каталогами Катя. Неожиданно звонит звезда моя Анастасия. Милко начинает щчЕбетать уже с ней. Катя под каталогами напряглась. ОВ уводит ее считать.
После заставки появляется звезда моя. К сожалению, она присутствует в этом прекрасном фильме не только в виде фотографии (что после начальной сцены уже готова ей простить), но и во всей своей мощной плоти. Плоть туго объята сверху и романтически овевается снизу, украшена розовыми от люстры из Большого Театра висюльками и обута в девственные розовые пуанты. Такие же пуанты, но чуть меньше размером, свисают с телефона звезды, небрежная россыпь их собратий громоздится на антикварной этажерке. На антикварном же диване в художественном беспорядке навалены балетные пачки синего, красного и зеленого цветов. Картину обрамляют красная юбка в черные горохи слева и белая юбка в черные горохи справа. На антикварном столике красуется ваза с фруктами и кусок оперения умирающего лебедя. Обои вокруг Анастасии полосаты, шторы монументальны, диван инкурстри… икру.. инкрустирован бирузой. Звезда моя стоит, задрав ногу в пуанте на спинку кресла, и говорит ротом в телефон с пуантами. Нога изящно подергивается.
В жестоком бою Малина вырвал несчастную фотографию из бесчувственных лап ренегата Андрюши, не пощадив ни ренегата, ни фотографию. В разгар акта прощания с идеалами красоты входит Катя и зовет всех в конференц-зал. Ребятки милейшим образом пугаются, прячут изгвазданную в полное непотребство улику. Катя смотрит на них с кривой улыбкой.
Но в каморке ее уже ждет сурприз – 101 причина, почему ее «любит» «Андрюша». Довольная Катя ныряет в открытку, но потом находит подарок – давешних Чука и Гека на палочке и немножко офигевает. Помотав презентом туда-сюда, она обнаруживает, что Чуки с веселым стуком бьются друг о друга деревянными бошками и вздрагивает. Но потом находит выход из неприятной ситуации и, дождавшись, когда Геки успокоятся, пальцами заставляет их склониться друг к другу в поцелуе (судя по более длинной шевелюре одного из Геков, он все-таки девочка). Действие умиротворяет. Посмеявшись, Катя внезапно говорит «Люблю тебя». И добавляет «Все равно». То ли из-за геков, то ли из-за Волочковой, с которой Андрюша, кстати, еще никак не согрешил.
Проход звезды моей по Зималетте. Меха, кашемир, контрибуционные брульянты, золотая сумка с мишкой, когтищи. Вообще, сверху звезда моя вся золотая.
Вика предлагает Кире вытащить змеищу из кабинета за волосья и уничтожить, если у той духу не хватит.
Андрюша и Рома скучают за обсчетом коллекции. Андрюша грызет карандаш, Рома острит. Неожиданно предлагают ОВ сходить в отпуск. ОВ напоминает про честность и дешевые ткани, Катя рядом не ведет бровью – ее это совершенно не касается. Мальчики божатся, звонит телефон. И звонит. И звонит. И звони… «Катенька, ну возьмите трубку!». Милко нужен Андрюша, Катенька не дает – не велено-с. «Я Милко! А ты там кто такая сидишь?» Люблю его иногда . Андрюшу тоже люблю, хоть он опять ведет себя как дундук. «И правильно, Катенька, ни с кем не хочу говорить, тем более с Милко». Ну вот что он опять творит на пустом месте? Хотя нет, Андрюша же обиделся сегодня. Пускай себе. Катенька с удовольствием повторяет слова президента, Милко сообщает про Волочкову. Катенька делает скорбное личико… и вспоминает минуты две из прощания с фотографией! Во плоти и подробностях! То есть она умудрилась не только подслушать, но и подсмотреть. Ей бы в разведке работать предателем, ей-богу . Милко покрикивает, Катя доводит до начальства информацию о гостье. Ребятки устраивают нездоровый энтузиазм с заталкиванием друг друга обратно в кресло. Катенька демонстрирует железную логику и нервы и просит Андрей Палыча не волноваться – она скажет Волочковой, что как-нибудь в другой раз. Нет! Тем более, они уже закончили. «Как?!» - ОВ аж вскочила. Ну вообще-то было похоже на то, что закончили, раз заговорили о поставщиках? В общем, счастливое начальство за шею усадило друга обратно и упорхало на встречу. «Андрей Палыч примет госпожу Волочкову у себя в кабинете», - отрапортовала Катя и была обругана Милко несчастной и идиоткой, которая до сих пор не поняла, что для Андрей Палыча важно, а что нет. В данном конкретном случае - хамство, в общем и целом – суровая правда. Не поняла, не понимала и не поймет. За ненадобностью. А Милко поясняет ошарашенной звезде моей, что он говорил с «самым страшным чудовищем в Зималетто».
А нет, не закончили. Покинутая троица продолжает работу. Точнее, ОВ и Рома продолжают, а Катя сидит, погруженная в тяжелые думы. Дает Роме вместо ниток схему расчета. Нервной рукой расстегивает лапсердачок (с), как будто ее тошнит. И только я собралась согласиться с ОВ, что «заездили девчонку», как … «Нет-нет, все в порядке. Кхе-кхе». Тошнота вдруг сменяется простудой, а Катя, не обращая ни малейшего внимания на встревоженную ОВ, которая квохчет вокруг нее, поворачивается всем корпусом в сторону поглотившей «любимого» приемной и многозначительно смотрит на дверь. «Все хорошо». Слова для ОВ, мимика (на секунду вытаращенные глазки, насмешливая улыбка) для Ромы. На ОВ Катенька и не смотрит. Смотрит на Рому. А Рома смотрит на нее. С таким же насмешливым удивлением.
Рыбка моя готовится к визиту звезды. На пальцы поплевал, бровки пригладил. Ать, эть. Так сел, сяк сел, повертелся, ручки сложил, ждет. Грустный Милко, убежденный, что идет метать бисер перед свин..ну ладно, поросенком, приводит наконец Анастасию. Меха и кашемир она сняла, теперь на ней полупрозрачный блузон в стразьях, приятно гармонирующий с брульянтовыми трофеями из Большого. Под стать трофеям и другие украшения – колечко с настоящим скорее всего сапфиром и кулончик с настоящими скорее всего бриллиантами. Дю ком иль фо, Шишков, прости.
Вика накачивает Киру. «Запомни этот взгляд! Шикааарный взгляд! У меня аж мурашки!» Показывает мурашки.
Работяги. «Ольга Вячеславовна, огласите уже весь список, пожалуйста!» ОВ грудью стоит за интересы Милко. «А ты не бойся, Ромочка, это не больно. Во-первых, органза… - А в-третьих, мне дурно! Дурно! - Кому дурно, так это Катерине!» Расхристанная «Катерина», борясь с «тошнотой» и отвесив губу, строит что-то на коленке. Но Рома не склонен проявлять излишнюю заботу. «Катенька, вы видели этот дополнительный список?» - «Какой? - сквозь губу отвечает Катенька безучастно. «Партийный», разумеется. ОВ предлагает перерыв, ибо работать в таком режиме, как «Катерина», невозможно! А в чем таковость режима, кстати? Они сидят там втроем так-то. И Рома сидит, и сама ОВ, бодра и свежа… Но у Катеньки опять «все в порядке». Это только Малиновскому она ни на один вопрос от «тошноты» и страданий ответить не может, а обеспокоенную ОВ можно схватить за плечо и с силой вернуть на место, потому что Катенька «может продолжать». ОВ «подруга» весьма условная, Катя с ней на «вы», как и прочий женсовет, но почему-то никто из них себе такого не позволял. Откуда это в Кате? Точнее, в чем причина? Неужели в должности? Она помощник президента, поэтому может и 35-летнюю Светлану за подбородок трогать («Ну-ка, выше нос!»), и пожилую ОВ вот так вот хватать за плечо и усаживать? Не знаю, может, я преувеличиваю, но для меня такое поведение немыслимо.
Рома объявляет перерыв. Катя резко бросает свою писанину и вскакивает. «Спасибо, Роман Дмитрич, я… к себе, мне взять нужно…» Также резко устремляется к двери в приемную и замирает около нее за секунду до обращения Малины. «Конечно, я вас понимаю. Идите… и берите». Катенька стоит враскоряку у двери еще пару секунд, но Рома демонстрировать покорность никак не намерен. Сама-сама-сама. Не сказать, конечно, что это «сама» может нашу Катеньку как-то смутить, но и Рома пока еще себя блюдет.
Андрюша через стол воркует с Волочковой. Впирается Катенька, замирает посреди кабинета. Молчит. Андрюша и звезда вежливо смотрят на Катеньку. Тоже молчат. «Извините», - говорит Катенька. Ей там забрать надо. Машет руками туда и сюда. Звезда и Андрюша смотрят. «Надо забрать. Там». Андрюша отмирает. «Что вам надо забрать, Катенька»? Катенька смотрит с ненавистью. «Ведомость с прошлой коллекции. Там». Кстати, знакомьтесь. «Моя помощница Екатерина – госпожа Волочкова». Всем приятно. Оглядывает звезду мою от шпилек до пёрьев в голове. Во всем брульянтовом сиянии. Я бы сказала, что в лице сих достойных фемин мы видим две одинаково ужасные крайности, но… нет, не скажу. Все-таки одна «крайность» ужасна чуть меньше. Поэтому.. ну хотя бы очки, да, Катенька? Уж Бог с ней, с косичечкой. Но куда там. Стоит столбом, пялится. «Тогда, пользуясь случаем, может быть, вы предложите нашей гостье что-нибудь из напитков?» Катенька пускает ноздрями пар. Открывает рот. «Конечно!» Закрывает рот. Смотрит на Андрюшу. На звезду. «Что вы будете пить?» Звезда сообщает нам, что хотела бы капучино, но лучше воду без газа. Наверное, услышала перестук копыт и решила не рисковать. А вот Андрюша не услышал. Потому что ему тоже. С лимончиком. «Капучино или воду?» - уточняет Катенька, пуская еще одну порцию пара и опасно переступая с ноги на ногу. «Воду с лимончиком», - лучезарно улыбается Андрюша, который сегодня выбрал себе девиз – «Слабоумие и отвага» и с честью ему следует. «Воду без газа, воду без газа с лимоном», - резюмирует «Екатерина», и Андрюша решает от греха позвонить сам, а то никакой воды так не дождешься. Катенька возражает. «З-зачем, мне совсем не трудно, я могу принести, совсем не трудно, воду без газа и воду без газа с лимоном!» Но у Андрюши сегодня девиз Андрюша сегодня кремень. Помахав руками, Катенька наконец-то уходит.
Идет по приемной с задумчивой ненавистью на личике, кулачки засунула карманы. На Кирино «Катя, где Андрей?!» машет себе за спину рукой с отогнутым большим пальцем: «У себя». Не глядя на Киру, прогулочным шагом следует дальше. Это хамство, вообще-то. Впрочем, с Никамодой в кармане лапсердачка(с) можно себе позволить.
Кира. Ты правда рад меня видеть, на фотографии вы выглядите несколько иначе, как увидит звезду, так память и отшибает. Вышла. Секундант-Вика бросается за подробностями. Кира без сил. «А я не ей, я ему все сказала. А она - очередная жертва». Мерзкая, злобная снобка.
Появляется Катя с водой без газа и водой без газа с лимоном. «О! Какая трогательная картина! Пойдите, Катя, отнесите нашей сладкой парочке водички!»
Вика подхватывает: «А может это, кофе в постель им? Да ладно, я шучу. Идите, Катерина. Может, дверь помочь открыть?» «Катерина» поворачивается, исполненная очков. Тяжелую повесть, полную мук и лишений, читаем мы на этом покрытом благородной бледностью лице. Вся жизнь Тэсс дЭрбервилль – санаторий по сравнению с этими муками. Сонечка Мармеладова рядом не валялась. «Спасибо», - отвечает Катя. «А чо хамить-то, чо хамить?! Хамит и все!» Вика, а-ба-жаю.
А Катя вновь демонстрирует чудеса эквилибристики. Путь от бара до Киры с Викой, в которых практически врезалась, она проделала с ловкостью и достоинством заправского официанта –стакан не брякнул, поднос не грюкнул, осанка гордым кипарисом. Стоило войти в кабинет с подлыми охальниками – куда что делось. Бутылки рухнули как подкошенные, кипарис согнулся в горгулью. Дошкандыбав до стола, Катя с лязгом принялась сгружать на него напитки, пока начальство и подуставшая от маразма Волочкова смотрели на ее изматывающие экзерсисы. Кстати, этот момент – безусловный успех звезды моей как актрисы Очень натурально получилось, особенно почти испуганное «Спасибо большое!» (правильно, с психами надо ласково, а то того и гляди, въ… ударит подносом). Катенька на вежливую и все еще ничего плохого ей не сделавшую гостью ноль внимания – смотрит дурой исключительно на Андрюшу, сжав губки. Андрюша, вежливо улыбаясь, наклоном головы намекает ей свалить уже с глаз. Катенька поворачивается.. но внезапно раздумывает и вертится вокруг своей оси против часовой стрелки. Снова идиотски машет руками. «Мне взять нужно!» Скрывается в каморке, не закрыв дверь, и загнанной ланью прижимается к стене, вновь посрамляя Тэсс с ее санаторием. Андрюша кидается исправлять ситуацию, хотя что тут исправишь… «Вы только не подумайте о Кире плохо, - говорит он, хотя Катенькин цирк с не вполне здоровыми ментально конями затмил сцену, устроенную Кирой, как Тузик грелку. – Все дело в вашей красоте, а я живой человек!» Катенька за стеной корчит моську и с силой кидает поднос на пол. Нет, звезде моей определенно повезло. Ведь и правда въ… в лоб могла этим подносом получить. И кажется, Анастасия это понимает, ибо в следующую секунду мы видим, как она схватилась в испуге за лицо. А Андрюша делает лепестками и с улыбкой продолжает: «Я живой человек, но нервы у меня в последнее время расшатались». Голос уже подводит. Катенька изображает перекошенным личиком «Ах, так?!», хватает стеллаж, отрывает его от стены, шарахает им из стороны в сторону, ссыпая все содержимое на пол, но не давая однако мебели упасть. Хотя, видит Бог, за ней бы не заржавело и стеллаж уронить. Андрюша не выдерживает, в голосе наконец-то слышится раздражение: «Катенька, вы там живы?!» - «Да-да, все в порядке, не волнуйтесь за меня», - отвечает ползающая по полу Катенька. Звезда моя тем временем успокаивает Андрюшу насчет Киры (опять правильно, лучше вообще не показывать психам, что тебя их действия как-то задевают). Мол, она все понимает, свадьба, каждая женщина будет оберегать свою территорию. Да, то-то Андрюша чувствует, что вокруг него колючая проволока. Сдается мне, это он Катеньке. Которая явно хотела еще раз шарахнуть об пол подносом и грудой папок с порушенного стеллажа, но в последний момент раздумала и решила перенести воспитательный процесс на территорию противника. Старательно пылая праведным гневом, наша фам фаталь выперлась из каморки и начала демонстративно копаться в бумагах на президентском столе. Каталоги, видите ли, не нашла. Не иначе как у шефа в ящике, затейника. Андрюша вежливо не думает, что каталоги в столе, но Катеньке плевать, назовем это так, что там себе думает президент компании во время деловых переговоров с потенциальным лицом коллекции. Роется в ящиках. Андрюша наконец-то теряет самообладание. «Вы, может быть, не заметили – у меня встреча?» Катенька роется. «Катя, дайте мне поговорить, в конце концов!» Катя бросает рыться и знакомым уже нам Буонапартием взмывает из-за стола, сидя на кортах и разбросив руки по столешнице. Враскоряку принимает вертикальное положение, бегом устремляется к двери, помахав руками для придания себе дополнительного ускорения и соблазнительно взметнув, прости-господи, поневой. Хлопает дверью, но это уже такие мелочи… В приемной налетает на Малиновского, изображает, что не в силах взглянуть на него от переполняющих ее чувствствс и скрывается в сортире.
Где ее атакуют дикие бабы. А они поцеловались? А он к ней приставал? (Боже, откуда они это берут, когда и к кому Андрюша приставал???) А чо Кира Юрьевна?! Катя спасается в кабинке, бабы стаей мигрируют за ней. Видела? Слышала? «Катя, принесите воды!» - жалуется помощница президента на наглую просьбу президента и вновь уединяется. Бабы растеряны, Катя с перекошенным личиком рассекает по кабинке (простор у них там, однако), зло, агрессивно и резко размахивая руками. Страдает, ага. Потом перестает махать, отвешивает губу, сутуло топчется. Бабы несут фигню под дверью, Катя делает странные жесты, как будто сбрасывая что-то с одной ладони тыльной стороной другой. Выламывается из кабинки, прибив подружек дверью. Носорогом в поневе убегает из сортира.
Кира и Вика. Кира начинает успокаиваться, Вика полыхает. Катя набегает на них и глючит. «Катя, эта женщина уводит от нас Андрея!» - «Да, я тоже страдаю! Это так несправедливо, хнык». Как всегда, глюк заканчивается возвращением на грешную землю. «Что вы на меня так смотрите?» - спрашивает Кира, а Вика… вновь, сама того не зная, вскрывает истинную сущность главной героини: «Это – взгляд предателя!»
Андрюша выходит из кабинета проводить звезду мою, элегантный, как рояль. Катенька смотрит на них с ненавистью. Андрюша возвращается в зал к работягам, удивляется отсутствию Катерины Валерьевны. Такое чувство, что все неприятные мысли покинули его красивую головушку. Вздрюченный Малина хватает его, чтобы увести и поговорить, что почему-то оскорбляет ОВ. «Ребят, может мне выйти?» Рома делает паузу, отвечает вежливо: «Если это,конечно, вас не обидит, Ольга Вячеславовна…» - «Не обидит», - отвечает ОВ обиженно и уходит, прихватив сигареты. Рома начинает проводить среди Андрюши разъяснительную работу. «Ты что с Катей сделал, ирод?» Андрюша искренне не понимает, что случилось, на Катю-то он всего лишь прикрикнул. Мешала разговаривать! Рома выдает свое знаменитое про пятна и косичку, Андрюша… является Катя, выворачивается от попытавшегося ее задержать «любимого», делает личиком привычное уже нам отвращение и как всегда «не хочет об этом говорить». Что характерно, Андрюша, ни в чем не виноватый, уже вовсю виноват, а Катенька уже вовсю жертва и в своем праве, и это совсем не она пять минут назад крушила кабинет во время деловых переговоров, а нам привиделось.
Кира требует у Милко прогнать звезду.
Закончили считать. «Катя!» Катя замирает у двери, демонстрируя гнусно изогнутую косицу с ветошью. Но Андрюша просит смету. Хотя и поговорить им тоже надо. Катенька с презрением сообщает, что им надо не поговорить, а работать. Рома продолжает разъяснять. Андрюша не понимает, потому что он не… Но вредный Рома «на стороне» Катеньки.

upd.
Что это было за "финита ля комедия" в конце от Андрюши под интересную такую тоже позу? Обрадовался, что Катенька обиделась, и он покидает эти галеры? Так рановато вроде ...

Кира гонит Волочкову. Милко проясняет ситуацию. Кира извиняется, грубиянка. Обсуждает с Викой стервоискатель.
Громогласно источая отвратительный энтузиазм, является Юлиана. Впаривает одним клиентам билеты в галерею других клиентов. Кире не до того, Викуся не видит смысла и отговаривается отсутствием на выставке богатых мужчин, Юлиана, не будь дура, тут же заверяет ее, что как раз этого добра там будет хоть кормой ешь. Кира предлагает Юлиане отдать бумаги «нашей красавице». Юлиана удивлена и идет окучивать Катю.
Дверь в каморку гуру пиара открывает зонтом и без стука. Здравствуйте, Катя. Отдает бумаги и ласково объясняет, что приглашает всех сотрудников на выставку. И очень бы хотела, чтобы Катя тоже пошла. «Я?» - удивляется Катя, с горькой неверящей улыбкой прижимая кулачок к обширным грудям. Ведь мир опять жысток выставка – это вот вообще не место для таких, как Катя. Юлиана, понизив голос, сообщает несчастной крошке по секрету, что вообще-то она (Катя) – одна из немногих, кто способен по достоинству оценить это мероприятие. Не знаю, почему она так решила, наверное, из-за очков. Потому что на данный момент культурный багаж Катеньки представлен только стихотворением Лохвицкой (1 шт, не без купюр), придыхательным чтением по ролям стишат про бесконечные озера и цитатой Пикассо (1 шт), которой Катенька блеснет несколько позже, и ничего из этого Юлиана не слышала. Но приглашение наша Золушка принимает. Хотя, если она не закончит сегодня расчеты, Андрей Палыч сотрет ее в порошок. Очень она Андрей Палыча любит, Катенька. И тут же показывает, как сильно, стирая нечто в порошок крепенькими кулачками. Но гуру успокаивает Золушку – ничего, Андрей Палыч не совершает необдуманных поступков, а без Катеньки он и дня не протянет. Катенька внимательно смотрит на гуру, крепко держа в кулачках оставшуюся от «любимого» гипотетическую труху и что-то напряженно прокручивает в своих замечательных мозгах.
В кабинете Юлиану уже ждет Андрюша с вежливой улыбкой, искренность которой позволяет предположить, что про порошок и не протянет Андрюша слышал. «Присядешь?» - предлагает он дорогой гостье, кивая на кресло для посетителей, и Юлиана гордо усаживается за президентский стол, уложив на него предварительно зонт. Андрюша, жалко скукожившись, подыгрывает очередной дикой бабе, предлагая чай-кофе. Юлиана издает звук, который, очевидно, кажется ей завлекательным, и снисходительно отказывается. Сексуально разметав по креслу руки, отдает Андрюше смету на фуршет-банкет, которую тот должен одобрить. Все еще жалкий Андрюша мостится на краешек кресла для посетителей и робко снимает очки. «Я просто не могу не одобрить то, что вы мне предлагаете, Юлиана Дормидонтовна!» А нефиг в президентские кресла усаживаться! Дормидонтовна делает губами и обзывает Андрюшу Акакиевичем, но продолжает кокетничать руками. И очки его нацепляет. Зовет на свою выставку, просит отпустить остальных сотрудников «офиса», имея в виду Екатерину Валерьевну. Угрожает зонтом. Опять зовет на выставку, обещая «много интересного» и «парочку моделей в качестве эскорта» - склонившись к самому уху и эротичным голосом. Возвращает очки и долго целует воздух. Ну такая ей Кира подруга, ага. А вообще молодец – Вике мужика пообещала, Андрюше моделей, Катеньке почесала ЧСВ.
Оставив подуставшего от развеселого ее флирта Андрюшу, гуру идет окучивать женсовет. На обратном пути в ее сети попадают звезда моя и Милко. Как бы между прочим поинтересовавшись, что звезда забыла в нашем, то есть вашем, Зималетто, Юлиана осчастливливает приглашениями новых жертв. Милко не рекомендует ей приглашать женсовет – их можно водить только в цирк, да и то на второе отделение к хищникам, авось те съедят хоть одну. Дамы не одобряют юмора, но чуть позже женсовет, как обычно, подтвердит правоту гения.
Наконец-то ребятки. Рома врывается в кабинет, обменивается с другом мимикой и жестами. «На западном фронте без перемен?» – «Она меня игнорирует!». И Андрюша не собирается ни на колени, ни серенаду, ни, особенно, зацеловывать, ибо с какого фига. «Сама отойдет». Ага, к Зорькину.
Приходит Кира и напоминает про Прагу. Андрюша забыл и в панике. Но ублажать «любимую» до отъезда все равно не хочет.
Машка с обиженной моськой и фигульками как у Катьки яростно казнит карандаш, пока Федька в воспитательных целях зовет простодушного Потапкина в клуб. Является одинокая Волочкова, которая все никак не уйдет. Федька добывает два автографа, себе и другу Потапкину, которые звезда запечатлевает на отжатых им где-то пуантах.
На мужчин набегает Юлиана и приветствует Федора зонтом в пуанты: «Уу, я вижу, вы тоже увлекаетесь искусством!» - «Очень!» - отвечает явно не обрадованный таким приветствием Федор. Но Юлиана тут же называет его Феденькой и вручает билеты. И вовремя не спрятавшемуся Потапкину тоже. «Начало ХХ века, мой любимый художник Малевич! Мне нравится, как он работает с цветом. Особенно в моей любимой картине «Черный квадрат». «Очень любопытно!»- с кислым видом выдает Юлиана, оскорбленная не то наличием у грубого мужлана таких познаний, не то иронией в адрес Малевича.
Ребятки веселятся - вместе с билетом Юлиана вручила Андрюше крохотный зонтик и он теперь показывает его Ромке. Оба абсолютно счастливы, когда распахивается дверь и в кабинет вносит Катеньку. Не реагируя на приветствие Малины (он-то что ей сейчас сделал?), она молча отдает Андрюше черную папку. И остается подождать его реакции, явно предвкушая удовольствие. И получает его. «Малиновский, нам конец!» Катенька делает зырк и тут же независимо отводит взгляд на потолок, потом с легким презрением чуть двигает челюстью. Руки сложила. Малиновский посматривает на нее внимательно. Андрюша дошел до финала. Нет, это не опечатка. Поджав губы, Катенька трясет головой. То есть, на 10%? Катенька трясет головой, на Андрюшу не смотрит. Андрюша в ужасе орет, но Катенька готова и даже не вздрагивает: «Можно попросить поставщиков об отсрочке… Ну и попросить… обратиться в Ллойд-Моррис за кредитом для Никамоды. А сейчас рабочий день закончен, я пойду, меня ждут, простите». Резко отворачивается, вся такая в поневе независимая. Ребятки бросаются за ней. «Катенька, вы понимаете, что финансовые отношения между НМ и ЗЛ не должны отражаться в официальных отчетах!» Катенька являет все привычные нам уже грани своей красоты, кривя личико, поджимая губки и периодически открывая рот. И не глядя на Андрюшу. Андрюша просит подкорректировать документы. Аудитора бы лучше нанял, за Катенькой пересчитать. А Катенька вздевает бровки, таращит глазки, набирает в грудь воздуха, давится им, возмущенная гнусностью неожиданной просьбы «любимого», потом ее не то тошнит, не то не тошнит, она нелепо крутит кулачком с торчащим неприятным пальцем и наконец-то, скривишись от боли, произносит гадкое, отвратительное (почти как «любовница») слово «подделать». «Подкорректировать!» - сепетят загнанные в угол ребятки. Но Катенька пряма и неумолима как правда. «Подделать, давайте называть вещи своими именами». А сейчас рабочий день закончен, все насущные вопросы мы обсудим завтра, орвуар. Взмах поневой, захлопнутая дверь, блюющий смайлик.
Андрюше плохо. Побледнел, дышит через рот. Рома не дает ему присесть и громко гонит к «любимой».
«Любимая» уже ждет «любимого». В пальтишечке, играет чуками, нагнув голову и отвесив губу, прекрасная, как вечерняя заря. Ждут ее? Ну, подождут.
Когда Андрюша входил, она стояла за столом, когда заговорил – уже вышла из-за стола и повернулась спиной. Изящно накинутый поверх пальтишечка гнусного вида шарфик демонстрирует полет и независимость исполненной достоинства героини, чья сияющая добродетель была сегодня подло и многократно оскорблена. «Я отвезу вас домой. – Не стоит, меня ждут». Терпеливые, видать, люди, ибо никакого движения, чтобы уйти, наша фам –фаталь не делает. Бла-бла. Из рук решившегося-таки прикоснуться к «любимой» Андрюши выворачивается с усталой гримаской. Добродетель, фигли. Отвесила губу, перематывает шарфик. Андрюша никак не расстроился, что не удалось сжать хрупкие плечики (они так-то не совсем хрупкие, то есть, ну, совсем не хрупкие, скорее, даже мощные, но как-то мы забыли о требованиях романтической литературы ) «любимой» и нейтральным голосом убеждает ее «поговорить». «Нуу детали отчета мы обсудим завтра, я об этом уже говорила». Стоит на месте. Дожидается еще одной атаки на «плечики», моментально выворачивается, утыкается в грудь «любимому», выставив перед собой трогательные кулачки… Но у Андрюши тоже реакция будь здоров, поэтому руки он уже отдернул и больше на вожделенное (вроде как) тело никак не посягает. Смотрит вбок и сообщает, что хотел поговорить не о работе, а о том, что произошло с Анастасией. «А у вас с ней что-то произошло? Поговорите об этом с кем-нибудь другим. Я не лучший собеседник в этих вопросах». Разве? А по-моему, сортировка девочек согласно списка шефовых предпочтений отлично зашла Обогнула «любимого» и наконец-то отправилась туда, где ее уже заждались. Красиво так отправилась. Независимо. Андрюша, вопреки ее ожиданием, за ней не бросился. Но потом все-таки пересилил себя и нагнал «любимую» у дверей. В дверь как раз вошла Кира, и разговора не получилось. Катенька мирно отбыла на выставку.
Андрюша сообщил Кире о 10%, она его успокоила – «ничего страшного», от поехать домой отговорился расчетами, обещал приехать позже. Рухнул в кресло, постучал по столу. Получил безжалостное «По голове себе постучи!» от Малины. Малина раздражен, дверь ногой закрыл. Андрюше плохо. Снял очки, руку к головушке прижал. Догонять Катеньку не хочет, разговаривать с ней не хочет, видеть, слышать ее не хочет… Но Ромка неумолим и гонит друга в очередную «ночь» - мол, девушку за живое задел – предпочел ей 90-60-60. Андрюшу тошнит от перспективы и Катеньки. Рому – от Андрюши и ситуации. Тяжелая сцена.
Катенька добралась до упревших на ресепшен подружек, не прошло и года. Почему-то неприязненно посмотрела на Федора и Потапкина, которые маячили у лифта. Обернулась, погоню не обнаружила, скорчилась. Так, скорчившись, к лифту и прошла. Машка и Федька несут свою фигню, призванную вызвать взаимную ревность, каждый у своего лифта. Говорят, что не могут терпеть, пока он/она там с этими. Обмениваются пылающими взглядами. Катенька в своем пальтишечке со злым лицом терзает бумажку, чужая на этом африканском по накалу страстей празднике жизни.
На выставке гостей встречает переодевшаяся и привычно пронзительная Юлиана. Сообщает, что выставка уникальна и шедевральна. Благодарит за визит. Особым голосом благодарит за то же самое Катеньку, как будто одно ее присутствие придает мероприятию смысл, которого оно без Катеньки было лишено. В общем, грамотно обрабатывает. Версаль нарушают Катины подружки, громогласно предположив, сколько денег вбухали в уникальную выставку и есть ли буфетик. Смущенно посмеявшись, товарки намекают Татьяне, что они пришли картины смотреть, а не в буфет. А вот Татьяна совсем не смущена и размеренно предостерегает их, что если ее доведут до голодного обморока, то сами же потом и потащат. Юлиана старательно наслаждается интеллектуальной беседой, но видно, что уже сто раз вспомнила Милко.
Кира зажигает свечки и ждет Андрюшу. Андрюша звонит и быстро и нервно врет, что едет на выставку, а потом как только, так сразу.
У Вики кончается бензин. Звонит Кира и вновь кооптирует ее для слежки за Андрюшей. Поломавшись для приличия (принять вааанну, выпить чашечку кофэ), Вика с ревом разворачивается на 360 градусов и мчится на помощь подруге. Навстречу Вике мчится машина, но Бог милует. «О хосспади!»- выдыхает она. Вика, а-аба-жа-ю
Юлиана экскурсоводствует. «Излюбленной темой живописцев всегда были пейзажи. Вот например Рокуэлл Кент…» «Рокуэлл Кент» она произносит с понтом апломбом. «Пейзажи?» - оживляется Татьяна. «По экспрессии его можно сравнить, пожалуй, с Николаем и Святославом Рерихами. Они все использовали в своих работах такие яркие, сочные цветовые пятна!» Светлана конспектирует. Татьяна почуяла шанс и им воспользовалась. «Ой, а вы знаете, я в школе ТАК любила пейзажи!» «Дааааа?» с ненавистью улыбается Юлиана, но Татьяну просто так не возьмешь. «У меня во дворе была сосна! – с чувством, с толком, с расстановкой начинает она свою охренительную историю. – И один раз я взяли самогон ее нарисовала! И так НЕДУРНО вышло, что учитель по рисованию меня похвалил!» Огорошив слушателей удивительным финалом, Татьяна усилила эффект: «И сказал: «Вот, у нас подрастает свой Шишкин!» «А вырос Пышкин!» - остроумно шутит Амура, но Юлиана взяла себя в руки и спешит поделиться с миром собственной сосной: «Превосходно, превосходно! Вы знаете, мне вот кажется, что художники, которые работают такими крупными цветовыми пятнами, не вдаваясь в мелкие детали, всегда прекрасно передают состояние и атмосферу!» Шура показывает Кате нечто интересное в брошюре (пардон), Катя вежливо улыбается и делает вид, что внимает Юлиане. «Вот к примеру в такой манере писал имярек, прекрасный натюрморт которого «Виноград»…» Татьяна нервно сглатывает, захваченная атмосферой и состоянием изображенного на натюрморте винограда, ибо буфет ей пока недоступен. Юлиана усугубляет – кроме «Винограда», у имярека еще есть ПРЕКРАСНЫЙ натюрморт «Лимоны», и Амура беспокоится за финал мероприятия. Ей-богу, у Татьяны какие-то странные вкусы.
Является Милко. И он предупреждал, что их (Женсовет) нельзя пускать в приличное общество. «Они даже здесь думают о колбасе». Обиженный ЖС как всегда громогласно отбривает гения хлестким «ой-ой-ой!» с детсадовским прононсом.
Является Андрюша. Катя, не видя «любимого», сжимает губки и усиленно таращится в виногард. Бла-бла, даже вы, на огонек, не мог пропустить. Девушки, есть вопросы? «У меня есть вопрос!» - с нарочито базарной интонацией вступает в беседу Машка. «Пейзажи там, натюрморты… А где же любооофь?» Андрюша сморит на нее с невозможным видом, Машка сначала теряется, то потом начинает стрелять глазами. Будет вам любофь. Вот, например на картине Петрова-Водкина…Татьяна радостно хихикает – ей сегодня «об этих двоих» рассказывали. Сначала хихикает, потом ржет, Юлиана вспоминает, что там Милко говорил про хищников. «Вы знаете, некоторые видят в этой картине исключительно аллегорию…» Машка хлопает глазами и пытается постичь смысл страшных слов, открыв для пущей усвояемости рот. Андрюша, паразит, продолжает на нее смотреть. С тем же видом. А Юлиана вот видит не только аллегорию, а еще что-то там, наполненное простыми человеческими взаимоотношениями. Тут уже и Андрюша устал. А Юлиана продолжает про отношения и рассказывает о нелегкой судьбе «спящего юноши», над которым гарпиями замерли «две девушки, изображающие прекрасное и безобразное». Крупный план Катеньки на этих ее словах должен нам что-то сказать, и он говорит. А Юлиана нагнетает саспенса, умело помогая себе голосом: «Перед юношей, как ни странно, стоит очень важная задача – он должен выбрать между прекрасным и безобразным!» «Как сказал Пикассо, - просыпается Катенька, - выбирая одну женщину, в какой-то степени убиваешь другую». Великие мысли великих людей. Изд-во «Изд-во», 2000 (к примеру) г., - 90 с. «Запишу!»-глухим голосом обещает Шура. «Замечааательно, Катенька, браво!» - восхищается Юлиана.
Под агрессивную музыку Кира с Викой едет убивать.
Милко любуется неким шедевром. Шура зовет Амуру, показывает ей шедевр и сообщает, что и она так сможет. Юлиана уводит травмированного Милко. Подгребает Катенька и тоже поначалу пугается шедевра, но потом начинает внимательно его рассматривать. Андрюша пытается сообщить Кате, что хочет поговорить. Ему пофиг на шедевр. Приходится прерваться из-за Машки. Она шедевра не пугается, но какое-то впечатление он на нее производит. Высунув язык, Машка удерживается и все-таки не издает неприличный звук, который, очевидно, рвался с ее прекрасных губ, и оставляет «возлюбленную» пару. Зато является ОВ. Она смотрит на шедевр немного свысока, вздернув очки, в то время как «возлюбленная» пара, наоборот, наклоняется, и гордо дефилирует дальше. «Если мы куда-нибудь отъедем вместе, это могут заметить!» Катенька как-то забыла, что должна демонстрировать наказанному любимому любовь (то есть наоборот) и кровь и совершенства, и дает понять, что вовсе непрочь, отъехать. Очевидно, под воздействием шедевра. Андрюша излагает ей план, но тут вносит Амуру. Амура открывает рот, изучает шедевр под углом, убегает, закатив глаза. Во время ее визита Катенька напряженно обдумывает план Андрюши – опустила углы рта и прижала к губам палец. Красотка. Согласилась, ушла смотреть картины для конспирации. Настала очередь Андрюши обратить внимание на шедевр, но ему все равно пофиг – покрутился для вида, повернулся, наткнулся на других мучеников от искусства. «Здрасьте, Андрей Палыч, тоже решили повысить свой культурный уровень?» -приветствует начальство курьер Федор. «Пейзаж с парусом», - выдает растерянный Андрюша. – В каком-то смысле, да».
Юлиана переходит к теме войны. Динамика, экспрессия, до выставки доехала Кира. Юлиана нагнетает эмоций, в упоении от глубины своего понимания искусства.
*обессиленно* Титры.

86
Предупреждение:
1)Варварское отношение автора к некоторым общепризнанным шедеврам мировой живописи и к Кате, как обычно .


Вика и Кира дошли до лекции. Бла-бла, решили приобщиться? Да Вика бы с удовольствием приобщилась, но тут слишком много… примитивизма. Вика, я тебя сегодня буду обожать всю серию.
Кира тихо спрашивает Милко, где Андрей. «Здесь» и «был», отвечают женсоветовки. «Вы думаете, я бы его не заметила?» «Ну что вы, Кира Юрьевна, конечно, заметили бы! Ведь Андрей Палыч у нас ого-го какой, он же… в смысле, такой представительный мужчина!» Что Андрей и Кира сделали Амуре?! Издевается над обоими. Даже Светлану покоробило, а Милко с отвращением сказал дуре успокоиться.
Продолжают искать Андрея. Потапкин видел его с Катей «возле той картинки», и Юлиану это оскорбляет до глубины души, потому что автор «той картинки» - Петров-Водкин, на минуточку. Ох, зря она это сказала. «И что такого? Что, Андрей Палычу теперь там постоять нельзя чуть-чуть?» - обиделась за шефа Тропинкина. А Татьяна, очевидно, услышала что-то свое в звуках знакомой фамилии и ловко слилась, отговорившись поисками Кати. Юлиане не терпится продолжить просвещать массы, но на женсоветовском корабле зреет бунт, а Вика вообще уводит Киру без никаких. Юлиана остается терзать Бочолли и остатки ЖС.
А мы наконец-то видим таинственный шедевр! Это действительно Мунк и несчастная маленькая натурщица. Потом мы видим Катю, которая стреляет глазами туда-сюда. У стены рядом с шедевром стоит Андрюша, прикрывая руками стратегические области своего прекрасного организма. Те же области прикрывает испуганная девочка на картине. Глянув на «любимого», Катенька производит в голове (в «головке») некие вычисления и складывает руки над животом. Потом старательно тянет вверх шею («шейку»), силясь повторить несчастный взгляд натурщицы (Гебо! Именно так !) Получается плохо (потому что Андрюша, как всегда, тонких аллюзий не улавливает, а по осанке и рукам опять выходит у Катеньки Буонапартий, а не робкая девочка). «Кать», - говорит ей Андрюша. Катя тянет «шейку». «Катюш?» Катя изучает шедевр, щурится, рассматривает одной ей ведомые подробности. Андрюша хочет попросить прощения. Не имея раскаяния ни в одном глазу. Он вообще спокоен, почти расслаблен, и на Катенькины потуги смотрит снисходительно. «За что?» - холодно вопрошает Катенька и покидает шедевр, не разлепляя рук. Ее путь пролегает мимо другого шедевра, на котором изображена лежащая голая (!) женщина. Катенька фраппирована срамотой и немедленно отводит взгляд, но превозмогает себя и все-таки смотрит на картину. Это стоит ей некоторых усилий, и она делает пару возмущенных вздохов, один в один ВС, а потом наклоняется, чтобы узнать имя бесстыдника-автора. Андрюша тем временем просит свое прощение – за то, что увел ее с экскурсии. «Да, Юлиана рассказывает очень интересно. Правдиво». На слове «правдиво» Катенька бьет себя скрюченными пальцами куда-то в пепел Клааса и резко срывается с места. Андрюша устремляется за ней, и мы видим шедевр полностью – поверженная голая женщина с так возмутившими Катеньку сиськами и раскоряченная над ней мужская шовинистическая злодиюка с лицом олигофрена, тоже голая. Злодиюка распускает клешни над женщиной. Андрюша пытается схватить Катеньку за руку, но та возмущена грязными домогательствами и смотрит на Андрюшу, как монахиня на пьяного ландскнехта. А потом и вообще не смотрит, бескомпромиссно отвернувшись. Андрюша просит посмотреть на него, но благородная дева не в силах переносить его гнусность и играет трогательными желваками. Ей ну просто нестерпимо больно. Андрюша просит, Катенька умело кобенится. Андрюша опять просит, и Катенька наконец снисходит, воззрившись на «любимого» с силой и напором всей отпущенной ей природой невинности. Поскольку невинности в Катеньке значительно меньше, чем сил и напора, кожа на голове у нее слегка потрескивает от напряжения, а я бессильно немею. Андрюша хочет выяснить все «здесь и сейчас», Катенька презрительно соглашается – место и время самые подходящие, и многозначительно смотрит на шедевр. Шевелюра у злодиюки поразительно напоминает цветом Андрюшину, и Катенька дает понять, что и сам Андрюша недалеко от него ушел. Катенька же его жертва, жертва, несмотря на неприличные сиськи. Но Андрюше, как уже было сказано, Катенькины аллюзии до одного места, как, собственно, и шедевр, на который он даже не взглянул, и он настойчиво хочет извиниться. Выдержав паузу – руки на груди, «шейка», победительно задранный подбородок, Катенька сообщает, что это ни к чему, потому что извинения ей не нужны. А хрена ли тебе тогда нужно? Сопровождая свои слова очаровательной (насколько это возможно в Катенькином случае) улыбкой. Простите, Андрей Палыч, я пойду, меня Юлиана ждет. Андрюша вновь пытается ее удержать, и Катенька опять включает пьяного ладнскнехтамонахиню. Заставка.
После заставки нашу «возлюбленную пару» занесло в зал, в который скрылась от подруг Татьяна. Кстати, Андрюша опять пытался схватить «любимую» за руку, но в этот раз не было никакой бунтующей добродетели – Катенька вырвала руку со словами «нас могут увидеть». Как говорится, недолго музыка играла. Увидеть их, конечно, могут, Татьяна и увидела, но здесь для нее были вещи поинтереснее шашней начальства - в этом зале находились картины с едой. В частности, она внимательно изучала изображение селедки и двух картошек на красном фоне, когда ее уединение было столь беспардонно нарушено. А тут еще Андрюша бросился в атаку. «Что вы здесь делаете?» - строго спрашивает он несчастную голодную женщину. «Я? Сама не знаю, то есть, в смысле, я же, ну, мы здесь на экскурсии?» - теряется Татьяна под взглядом невозможных карих глаз. Жестокий Андрюша продолжает обвинять: Юлианы здесь не слышно. Бедная Татьяна ищет поддержки у Кати и не находит. Зато находит выход! «Просто… дело в том, что Вика.. понимаете?» Андрюша понимает. И смотрит, зараза «…и Кира Юрьевна.. везде вас ищут!» «Ааа вам надо идти, Андрей Палыч!» - звонким честным голосом вступает в беседу Катенька, но Андрюша не обращает на нее внимания. Он коварно смотрит на Татьяну, прекрасный от кончиков волос до первой застегнутой пуговицы на рубашке (вы не подумайте чего, ниже пуговицы Андрюша тоже прекрасен, просто Татьяна туда не смотрит ) и, невозможно артикулируя лепестками, предлагает пунцовой от голода и смущения жертве сказать Кире Юрьевне, что она его (Андрюшу) не нашла. А если она проговорится, то он ее уволит. «Уволите?» - шепотом повторяет испуганная Татьяна и делает шаг назад, не в силах оторвать взгляд от коварных лепестков. Получив немножко удовольствия, Андрюша возвращается к своей добродетельной возлюбленной, которая терпеливо ждет завершения его беседы с подругой, хотя извинения ей не нужны, Юлиана ее заждалась, а прикосновения «любимого» противны и оскорбительны. Татьяна спиной покидает помещение. Осиротевшие селедка и картошки печально мигают ей вслед красным фоном.
Андрюша наступает на Катю. «Идемте, а?» Поерзав туда-сюда и выставив локоток, как будто для того чтобы ее подхватили и увели, но быстро опомнившись, Катенька заявляет, что Андрюша уйдет один, потому что если их увидят вместе, Кира Юрьевна может… Что-то может, в общем. В конце тирады Катенька выдает серию саркастических гримасок, обвиняя Андрюшу в наличии у него этой самой Киры Юрьевны. И как посмел... Андрюша наступает, пытается взять ее за руку, но Катенька уже опять вспомнила, что она приличная девушка и должна кобениться, и кобенится. Андрюша глядит на цирк и улыбается, но потом жует губами. «Таня может все рассказать!» - довольная своей находчивостью, продолжает Катенька. «Таня? Ну, она, конечно, не похожа на партизанку, но. Мы уйдем вместе». Катенька, накобенившись всласть, наконец-то сочла доводы достаточными и позволила Андрюше себя увести, страстно мотнув «головкой» с так и не переплетенной поприличнее косичечкой. Недолго фраер танцевал.
(А вот на Таню Катенька возвела напраслину. Ибо она – тот единственный человек (после Малины), который Андрюшу ни разу не подвел. Обещала никому не говорить про косметическое молочко и пенку и вату – и не сказала. И сейчас не скажет).
Несгибаемая Кира шерстит Третьяковку. Вика плетется за ней и канючит. Андрюшу девушки не нашли, зато нашли Татьяну, которая лечила потрепанные начальственными лепестками нервы у картины с очередной едой. Нет, не видела она Андрей Палыча, и Катю не видела, можно, она пойдет? Можно. Татьяна, шатаясь, покидает милую сердцу живопись, даже не взглянув на вожделенные «Лимоны» имярека. Мероприятие спасено.
В своих скитаниях несчастная женщина натыкается на Шуру с Амурой, которые пытаются дезертировать с экскурсии. В ходе непродолжительной беседы выясняется, что Татьяне жарко, то есть холодно, у нее горло, она пойдет, пойдет, поест, пойдет, и уходит. А я всегда говорила, что Андрюшины лепестки – страшная сила. Что-то мне подсказывает, что отнюдь не голод заставляет Татьяну бежать от людей Юлиана ловит дезертирок.
Очень мне интересно, какая такая картина живописи привлекла внимание Вики настолько, что она даже попыталась потрогать ее пальцем. А Вике кажется странным, что Андрей везде таскается с этой Пушкаревой. Но что у них роман, она уже не думает, потому что Андрей конечно извращенец, но не до такой же степени. Получает от Киры за извращенца

За прошедшее время Катенька успела резко сменить дискурс. Нежным голосом она втирает Андрюше, что им не надо, потому что здесь слишком много знакомых. Они уже сидят в машине, поэтому знакомые им не сильно помешают, ну да ладно. Андрюша получил живительных звиздюлей от Ромы и в кои веки не халтурит – наклонился к Кате, держит за «плечики» и даже смотрит на нее. На знакомых ему все равно, волнует его сейчас только Катя и вообще она самый важный для него человек. Крупный план Кати с человеческим лицом. «Вы сами понимаете, что это неправда». Андрюша отворачивается. «Ну да, может быть раньше я часто вас обманывал (что это? когда это? в смысле, нам-то все ясно, но как его должна понять Катя?), но сейчас я абсолютно искренен». Опять сбивается в халтуру. Почти поцеловались, но звонит телефон. «Кира», то есть, «Кира Юрьевна». Заставляет Андрюшу ответить. Всю дорогу сидит с недовольным лицом, хотя Андрюша безупречен - с Кирой говорит неласково. А еще он с девушкой, то есть с Катей, и у них еще дела. На делах Катенька делает гримаску. Ну да, надо было сказать, что поедут трахаться в квартиру Малиновского . А Кира пропустила всю неласковость мимо ушей и будет Андрюшу ждать.
Вика и Кира обсуждают ситуацию под шедевром со злодиюкой. И нет, следить Кира больше не будет, ибо не верить Андрюше никаких оснований нет. Бдительная женщина прогоняет задержавшуюся Вику от шедевра. «Что?!» Вика, абажаю .
«Возлюбленная пара» в машине. Едут. Андрюша молчит, следит за дорогой, пожевывает губами. Катенька, постреляв глазами и оценив ситуацию, начинает диалог. «Как я устала!» (ни грамма усталости на лице секундой раньше замечено не было). Андрюша кремень. «Сейчас приедем, и вы отдохнете». Катеньку такой ответ не устраивает и она объясняет, что имела в виду: «Не то. Я устала от вранья». В Катенькином случае это равно «устала дышать», в общем-то, ну да ладно. Усиливает тезис: «Я устала от этого бесконечного вранья». Андрюша… ну вот вообще не намерен вокруг нее плясать. «Кать, перестаньте». Тогда Катенька заходит с козырей. «Я думаю… нет, я абсолютно уверена, что вы должны с начала начать с Кирой Юрьевной». Эх, Андрюша… и придумывать ничего не надо, все уже придумано: «Прощай, моя любовь, судьба разлучает нас, но в моем сердце ты будешь жить вечно ой я не могу» . Возрыдать, оросив слезами рыбий воротник на пальтишечке любимой, отвезти ее к родителям, проводить до подъезда, сжать в последний раз «хрупкие плечики», уйти, шатаясь и время от времени вскрикивая сквозь рыдания «Святая, святая!.. Нет, я не достоин!», потом напиться от радости с горя, прийти утром с похмельем, смотреть на Катеньку больными глазами… И пусть «святая» на деле подтверждает свое благородство. Глядишь, какое-то время еще и протянул бы, пока Катенька не придумала, как вернуть все взад. Насчитанные 10% все равно не отменишь, так зачем платить больше эти жертвы в квартире Малиновского? Но увы... Рисковать Андрюша не стал. «Мы с Кирой…» А тут еще и телефон опять зазвонил. Катенька удачно изображает горький смех с легким налетом истерики. Кажется, это первый раз, когда она смеется? Андрюша трубку не берет, Катенька хохочет и рвется из машины. «Это Кира, остановите, я не могу больше слышать ваших разговоров!» Надо же, а вот по сериалу складывается впечатление, что слушать чужие разговоры - это у Катеньки хобби такое. Музыку она как-то не очень, книжки тоже… Всей и радости – Лохвицкая да подсмотреть-подслушать-почитать чужие письма. Андрюша включает телефон, Катенька стихла и напрягла радар. Услышав, что это Малиновский, стрельнула глазами и довольно улыбнулась. Андрюша вышел поговорить и прибедняется – мол, аргументов не хватает. Что делать, не знает, но они с Катей тем не менее как-нибудь сами, и что же такого интересного в твоей квартире, ха-ха, ты что, марки собираешь? В общем, иногда Андрюша даже меня утомляет, при всей моей к нему не рассуждающей любви.
Юлиана восторженно завершает лекцию. За спиной у нее еле живая банда Женсовета, перед ней – Милко, Вика и Кира. Выходит, обращается она к ним. Мол, интерес к искусству у человека не ослабевает! «Зато человек ослабевает!» Вика, я тебе обещала, и я держу слово. А Кира и Милко держат Вику - за локоть и сумку, потому что Вика очень хочет прилечь вон под этим «полотнооом», и выдвинувшаяся из-за угла бдительная женщина ей не помеха.
Федор шпарит кусок из буклета. Юлиана добреет к мужлану и даже вступает с ним в дискуссию. Федор продолжает шпарить, Вика художественно зевает в Милко. Федор вворачивает что-то про «работу с цветом», но Вика устала и хочет домой. «Ойй! В этом сезоне модный лиловый!» - объясняет она недотыкомкам, хотя Милко деликатно дергает ее за ручку сумки, - « А здесь сплошной желтый! Я бы даже в ванную не повесила эту картину». Как ни странно, Федор смотрит на Вику с полным пониманием. А та продолжает. «Хотя… на прихожую может быть даже и повесила бы….» Кира тихонько пихает подружку, Милко беззвучно умиляется ее незамутненности, Вика также беззвучно не понимает. «Что?!» Милота да и только . Как-то они втроем все вместе в этот момент.
Юлиана добреет настолько, что предлагает «Феденьке» встретиться в более интимной обстановке отдельно и поговорить о содержании буклета, которого она не читала. Машка мимикой и жестами показывает, что она думает об этом предложении. Но экскурсия наконец-то заканчивается, всем спасибо, надеюсь, было интересно. «Очень, очень интересно!» - радостно галдит почуявший волю ЖС. «Ахаа!» - вновь художественно зевает Вика. Гремит гром, то есть Потапкин. «Особенно вот это, самое ценное полотно понравилось». Юлиана радостно пищит: «Так вы тоже разбираетесь в искусстве! Слава Богу!» Не знаю, причем здесь Бог, но Потапкин разбирается в безопасности, потому что «картинка» висит не абы как, а под сигнализацией. Даже не знаю, что там может быть такое – Мунк и Петров-Водкин так-то тоже не на помойке себя нашли (про имярека с лимонами и автора злодиюки с клешнями не скажу – не знаю), а им сигнализация, вишь ты, не положена…
Все уже почти ушли домой, но Вика хочет понять, на что она потратила два часа своей жизни. «Аа если честно, я не понимаю, что люди во всем этом находят. Без слез не взглянешь… Хотя вот эту вот картинку (привет Потапкину) я бы взяла – под шторы подходит…». Юлиана шокирована, Светлана со своим конспектом удивляется, что так можно было. Милко обнимает своих девчонок и просит его подбросить – ветреный Рональд увлекся футболом, и Милко ревнует его ко всей команде сразу, и подбросить его, сироту, некому. Вика зевает. Опять художественно. "Что ты зеваешь?" -смеется Милко.
«Возлюбленная пара». Андрюша кривит рот, Катенька смотрит вбок. Потом начинает волноваться. «А мыыы едем к моему дому?» «Не совсем. А что, вы хотите домой?» Разумеется, «Да!», ибо Катя все еще приличная девушка. Сказала и суетливо забегала глазами в ожидании реакции «любимого». А Андрюша… отрывается за весь звиздец последних дней и предстоящие дрова. «Ну тогда я вас не понимаю». Сжал губы. «Я так старался… хотя это было непросто». Закусил нижнюю губу. «Пришлось обойти столько препятствий, для того чтобы нам быть вместе. Страааано. Странно все это, Катя». «Стараался», «препятствий», «странно» он протягивает как-то интересно. Интонация откровенно издевательская. «Ведь это последняя ночь перед моим отъездом, Кать». Катя пытается вклиниться («я…») но Андрюша ей не дает. «Впрочем, если вы хотите домой…» На «домой» Катя делает зырк. А Андрюша продолжает. «Если вам так не терпится пообщаться с родителями – пожалуйста, я могу вас отвезти». Лицо насмешливое, ни тени симпатии к Кате. А та заметалась, но реноме блюдет: «Да, пожалуйста!» Едут, молчат, Андрюша жует губами. Покосились друг на друга. Катенька щелкает тумблером. Повернулась к «любимому», снова девочка-девочка: «Нет, я не хочу домой!» Рот открыла. Андрюша рулит и выражение лица не меняет. Молчит. «Я очень, очень-очень хочу побыть с вами, но мне тяжелооо!» Мучается. Ну, типа. «Понимаете?» Андрюша выражения лица не меняет, только поднимает брови: «Да, я понимаю вас, Катя» (звучит как «я вас услышал»). «Эти ВАШИ бесконечные ссоры с Кирой…» Которые Катенька так же бесконечно исподтишка провоцирует. «Это наше вранье…» От которого она устала, да-да. И тут… та-дамм! «Теперь еще и Волочкова…» С такой робкой и деликатной обидой, словно не было цирка с конями, погрома и прочих скачек по кабинету. «Катя, я вам, кажется объяснил…» Смотрит на дорогу, ноль эмоций. «Да-да! Да, конечно!» Потрясла головой, вынужденно: «Простите!» Еще одно «простите, й…» Жест рукой, прижала пальцы ко рту в немом страдании. Сидит так, молчит. Ждет. Но, как уже было сказано, Андрюша сегодня не пляшет. Поэтому никаких «Это вы меня простите, Катенька!» Катенька не дожидается. И резко меняет линию. «А давайте куда-нибудь поедем!» Эмоционально так, с энтузиазмом. «Вы завтра уезжаете, а я.. Я даже не знаю, как я буду без вас…» Ну да, Андрюша ведь на год уезжает. Не говоря уж о том, что все последнее время Катенька прекрасно была «без него», полностью поглощенная своими обидами и воспитательным процессом. Но вот «решилась»: «Поедем!» Мама, ищи меня в Волге. Поерзала от эмоций. Андрюша счел нужным прореагировать наконец-то: «А мы едем. К Роман Дмитричу». Катя шокирована. «Ккак… вы же мне обещали… Ннет, он ничего не узнает!» Андрюша чешет под носом, полный любви и понимания деликатных переживаний «любимой»: «А он и не узнает. Его не будет дома!» Он точно издевается. Катенька «мечется». «Нет.. это неудобно!» «Неудобно спать на потолке», - дальше пепелит Андрюша. Нас никто не знает, консьержка – божий одуванчик. «Нет… я не могу…» Устраивать более чем однозначные сцены в присутствии этого самого Малиновского может Катенька, а это нет, не может. «Я могу», - равнодушно утешает Андрюша. «Не бойтесь, я же с вами». Звучит также, как «не вру-люблю» Кире в 83. Только тогда ему было плохо и тошно, а сейчас плевать. Катя подумала, повертела головой, поподжимала губки. «Поехали». Ищи меня в волге-2. «Куда угодно». Все еще звучит романтическая музыка.
Машка с помощью подруг окучивает Федьку, Федька пока держится. «Сергей Сергеич, вам не кажется, что в этой картине художник, он как-то не учел духа времени?» Сергей Сергеичу кажется. Он бы вообще лучше с Милкиным другом на футбол пошел, чем вот это все. Жестикулирует, сверкая обручальным кольцом. Соберитесь, Сергей Сергеич, и Сергей Сергеич собирается, ибо любой художник стремится абстрагироваться от артефактов эпохи и творит для вечности. Ох, сказала б тебе Вика за ту абстракцию… Да, Сергей Сергеич дочитал твой буклет, Федор. «А то что картина выполнена в красно-оранжево-желто-сине-черно-белых тонах, вас не утомило?» - демонстрирует Федор умение творчески интерпретировать полученную из буклета информацию. Меня, меня утомило, Федор! Но и Сергей Сергеич со мной согласен – рябит ему, как от телевизора, в пшах гандибобель и кукушню гвинтит. Затемнение, во время которого Машка таки уносит в клюве свою жертву, повыделывавшись для порядка.
У Малины в доме – какой-то зимний сад с дикой лозой и рыцари, охраняющие раздвижные пластиковые двери. А вместо консъержки-одуванчика «возлюбленную пару» встретил некий шустрый шелушащийся молодой человек среднего возраста с четкими инструкциями от Малины. Надо полагать С сожалением констатировав отсутствие привычной компании девчонок-конфеток, шелушащийся «внучек» передал Катеньке персональный привет от хозяина апартаментов, поинтересовавшись у Андрей Палыча, как обычно он «на всю ночь или так, на часок».
Вошли. Катя вцепилась в пальтишечко и жмется в дверях. Как будто если сделает шаг, на нее тут же накинутся таившиеся по углам роман дмитричи. Андрюша слегка раздражается, а Катя «не может», потому что «это не ее». Нитакая у нас Катя, как Андрюша этого не поймет. «Здесь до меня…» Как и в гостинице. И до нее, и значительно больше, чем в тщательно оберегаемой берлоге Малиновского, и чем они там только не занимались. Андрюша закатывает глаза. «Катенька, послушайте. Во-первых, это квартира Малиновского. И он волен приглашать сюда тех гостей, которые ему приятны». Смотрит презрительно. «Но консъерж сказал, что вы тоже здесь бывали». И чо, понять я не могу? Разумеется, бывал, потому что Андрюша Малиновскому старый друг и точно приятен. Андрюше тем временем надоедает, и он втаскивает Катю поближе к комнате. «Давайте шарфик. Был. Бывал. Мы общались тут. По дружески. Пили…кооофе. Смотрели журнааалы. Исключительно по-дружески. Катя! Меня не интересуют никакие женщины, кроме вас». Катя смотрит сощурившись, все еще презрительно. Потом так же морщится. «Ну вот и отличненько». Андрюша уходит разорять Малинин холодильник за никому не нужными напитками. «Я надеюсь, когда я вернусь, вы не убежите? Оч хорошо!» Андрюша холодно шутит, Катенька так же улыбается. А потом под романтическую музыку смотрит на траходром, тьфу, на дрова, тьфу, на ложе любви. Сглатывает несколько раз, словно готовя себя к чему-то неприятному. Хотя почему словно?
Андрюша где-то снял пальто и примчался. Сует Кате стакан, но у нее в руках шарф, который она роняет. «Лед». Это не стакан, как я сначала подумала, а бадья со льдом. Напряжен и жует губами. «Вооот. Заодно Малиновскому холодильник разморозим. Кать, что опять не так?» Катя хочет позвонить. Андрюша ногами подвигает ей тапки – руки-то бадьей заняты, конечно – и делайте, что хотите. Уносит бадью к напиткам и что-то там химичит.
Пушкаревы. ВС ест, ЕА хлопочет. Она, кажется, никогда не ест со всей семьей вместе – только обслуживает домочадцев. ВС грустит, что дочка выросла. Ну, выросла, взрослая стала, утешает мужа ЕА. И только я хотела сделать затемнение, как ВС отжег. «Какая такая личная жизнь?!» «Ну что ж она, не может с подружками в музей пойти?» «А чо она там не видела, я водил ее в детстве! И в Третьяковку водил, и в Исторический…» ЕА отжигает еще круче: «Ну вот и приучил ее интересоваться всем, она и ходит теперь…»
Катя дозвонилась. У Малиновского фиолетовые шторы и страшная картина над кроватью как в музее, у Кати бант на рукаве пальто и ветошь в косичке гармонирует со шторами Малиновского, Андрюша пьет. Поговорили о ВС. «Ваш папа всегда за вас волнуется, по поводу и без». «Ему кажется, что я какая-то невозможная… красавица и за мной все вьются, вьются…» Сейчас, к примеру, ни о чем таком вообще не говорили, но Катеньке очень хочется, чтоб ее поубеждали, что это действительно так. Андрюша похмыкал, пожевал, решил ответить на подачу. «Ааа… он прав». Подходит к Кате, берет за «плечики» (подержав перед этим руки на весу, как в прошлый раз). «Вы очень… необычная. Вы какая-то…» Отвернулся, пожевал, поискал слова. «Я бы даже сказал особенная». Кате не надо, она не любит комплименты, это не для нее. Ага. Очередные пчелы против меда. Андрюша без особого чувства несет приличную в таких случаях чушь и избавляет Катю от шарфа, пальто и пр., параллельно ища место, куда это все пристроить. «Какие комплименты… Это правда. Вы действительно очень особенная. Вы умная». Сжал губы, вспомнил еще одно супер-достоинство: «Аабразованная. А это такая редкость в наше время». Вот уж…да . А Катя внезапно опять уверена, что у них нет будущего в смысле отношений. Шантаж-подстава-шантаж, цирк с конями и пьяная монахиня, а теперь не уверена. Андрюше опять надоело. Целует ручку, чего вы боитесь. «Я всего боюсь. Я боюсь, что консъерж расскажет…» Рассказать могла еще Машка после караоке, но тогда Катеньке мысль об этом была приятна. Хотя чего далеко ходить… стихи на столе, концерт перед Волочковой… А уж если «Роман Дмитрич узнает», то Катенька даже боится представить, что будет (хотя и перед ним был концерт, да не один). И вообще. Она очень устала от этого. Блин, а Андрюша-то как устал! Но включает таки актерские способности. «Из-за ваших страхов вы готовы прекратить наши отношения?» Голос робкий-робкий, но наконец-то снял с Катеньки пальто. Катенька сначала млеет, потом выхватывает пальто и прижимает к себе обратно. Все это, видите ли, неправильно «Аэээы.. Да никуда я вас не отпущу!» - вывернулся Андрюша. Все, бастион пал. Романтически подхватывает «любимую» на руки, тыкая в камеру трогательными тапками сорок пятого размера.
Титры.

Ну, программная, можно сказать, 87
Предупреждение: стандартное
Эпиграф: традиционный
Примечание (голосом Малиновского): ой, чот я разорался расписалась...
[/right]

«Возлюбленная пара» под Савичеву. Кто вместо меня. Федька с Машкой помирились. Вика, вооружась рулеткой, подогревает в Кире здоровую злость, но Кира, хоть и не спокойна, в Пушкареву не верит: «Я вкусу его доверяю! С этой Пушкаревой он будет заниматься чем угодно, но только не сексом!» Теряюсь в догадках по поводу рулетки.
Савичева сменилась лирической музыкой. Продолжаем наблюдать современный извод картины Петрова-Водкина «Прекрасное и безобразное». Прекрасное лежит в кровати Малиновского. Впереди у него, как известно, вулкан на совете, а рядом Безобразное. Оно тянется за очками и укутано одеялом Малиновского по самое не могу. И если вы думаете, что это я такая злая, то нет. Это операторы. Потому что столько удивительных ракурсов, сколько явила нам Катенька на пике своей любви, целительной, окрыляющей и преображающей во всех других случаях кроме, почему-то, Катенькиного, она не являла нам никогда. Весь этот ла фет де фу сопровождается лирической музыкой и трогательным хихиканьем. Странно, но хихиканье Катеньке вполне удается, не придерешься. Такова диспозиция, предваряющая рассказ Той Самой Истории. Андрюша откатал обязательную (хотя правильнее назвать ее «короткой» ) программу и твердо намерен выяснить, не Зорькин ли был тот коварный соблазнитель. «А я ждала этого вопроса!»- словно бы говорит нам Катенька и очень быстро отвечает, что соблазнитель был «подонок». Никаких затруднений с неприятной темой она больше не испытывает. Заставка. Да, новогодняя мишура сменилась привычной картинкой, и в конце мы вновь видим Катеньку, которая с хищной улыбкой прячет фотографию несчастного Андрюши в карман коричневенького пиджачочка.
После заставки Катенька начинает свой фанфик. «К нам перевелся один мальчик… Я о нем ничего не знала, только то, что он очень красивый. Очень красивый, это сразу все заметили». Тут красивого Андрюшу показывают. Ну да, губа у Катеньки всегда не дура была так-то. А красота объекта обязательно должна быть общепризнанной. «Нас Стас познакомил, не помню фамилию. Он на лекции, наверное, раз в неделю ходил, да и то только для того, чтобы надо мной прикалываться». Всего два предложения, а уже столько вкусного. Конечно же, Стас ходил на лекции только ради Катеньки. Он прикалывался над ней как минимум три года, он познакомил ее с первой любовью, потом покупал подарки (или писал открытки?). И Катя не помнит его фамилию всего через два года после окончания универа. Вот про один раз в неделю помнит, а фамилию нет (кстати, а зачем она нужна, фамилия эта? еще один пример мелкого вранья?) А, ну и, конечно, тот факт, что на лекции товарищ ходил редко, уже должен намекнуть нам, что он и человек так себе. То же будет потом с Денисом.
Первый флешбэк. Сначала мы видим чинно вышагивающие ботиночки с огромными каблуками. Стопку книг, все те же наманикюренные пальцы. Некий молодой человек делает «бу» (на словах про Стаса-приколиста, но это не Стас), некая девушка хмыкает. На Кате фигульки и коричневый пиджачок, но выглядит она гораздо лучше, чем в ЗЛ. Катя продолжает чехвостить Стаса: «Потом на экзаменах всегда «Дай списать, ты же у нас самая умная». Уже сказали – как можно списать на экзаменах, если у всех свои билеты? «Ну, я давала конечно». Оскара за интонацию этому столику. «Когда к нам Денис перевелся, он со Стасом этим сразу водиться начал». Катя на видео роняет учебники на лестнице и долго собирает. «А потом подзывает он меня как-то и говорит: «Познакомься, Денис, надежда нашего курса. Если она зачет не напишет, то у всех пара. Кроме нее, у нас никто не учится». В кадре Стас знакомит Катю с Денисом: «Наша принцесса, надежда нашего курса». Принцесса, конечно, это ирония, но интонация не обидная, лицо нормальное и у Стаса, и у Кати, которая только что собирала учебники по всей лестнице на глазах у своего персонального насмешника, но спокойно подошла к нему, не ожидая никакого подвоха. Показывают «очень, очень красивого» Дениса. Ну, не знаю. Я такой тип внешности не люблю. «Здравствуйте, Катя». Стас рядом разливается «умницей-красавицей». Катя не тушуется, не гримасничает, смотрит на Дениса и выглядит по-прежнему нормально и ничуть не уродливо, несмотря на те же самые вроде бы очки и фигульки. «А он посмотрел на меня так внимательно (не очень долгий взгляд на Катю был, потом повернулся к Стасу, потом склонился к руке) и сказал: «Имя… царское – Екатерина». И нынешней Кате до сих пор чертовски приятно повторять эту фразу. А Катя из видеоряда слегка растерялась лицом и уронила учебники. И никаких гримас! А ведь по-хорошему шок должен быть не чета ждановскому букетику, например. Андрюша начинает свой марафон дурацких вопросов: «Он тебе понравился?» Катя объясняет: «Я глупая. И потом, это так необычно – он мне руку поцеловал! Представляешь, мне?» Денис действительно выбрал верный путь. Начал с «царского» имени (даже Стас еще начал – с «принцессы» ... чОрт! Нет, не прынцесса – королевна! ), приложился к «царственной» ручке. То, что надо. Ребята прям психологи оказались. «А потом выяснилось, что у него проблемы с учебой. Нет, он не глупый был (Важно! На абы кого Катенька не западет. Стас явно не глупее, но он такой оговорки не удостоился), просто в его вузе программа была слабее, чем у нас».
Флешбэк. В библиотеку заваливается компания. Денис развязный, нагловатый. Чтобы подсесть к Кате, хватает с полки как будто первый попавшийся учебник, перемигивается со Стасом. «А так он очень быстро схватывал». Чуть понизила статус – неглупый, но ничего особенного. Схватывал быстро. Сидят в библиотеке. «Ему надо было сдать предметы, которых у него в вузе не было. Штук десять…А сроки были жесткие, не смог сдать – вылетаешь. Никто не спросит, по каким причинам не успел. Преподаватели у нас были строгие, не то что в других вузах». Внимание, вопрос: а как же до 3 ажно курса доучился Стас? И дундуковая Катина группа, которая жила от сессии до сессии только благодаря Кате? (да, Стас мог это сказать, чтоб польстить и помочь Денису завязать полезное знакомство, но Катя приняла этот «комплимент» удивительно легко). Допустим, Катя, добрая душа, два года тянула лямку, но как «строгие преподаватели» за 4 сессии ни разу не спалили этот марафон неслыханной щедрости? Но продолжим. «Зубрить надо было много, Денис в библиотеке сидел подолгу». То есть – сидел и зубрил как миленький. Даже с перерывами на завлекательный треп с полезной Катей не выходит из него оболтуса. «В общем, он ко мне пришел и сказал, что ему очень трудно и один он не справится». Если в видеоряде был именно тот момент, когда Денис пришел и сказал, то Денис очень резвый малый, а Катя… весьма свободная девушка. «Ой, микроэкономика!...», рука на спинку стула, на Катино плечо, носом почти к лицу. Катя немного удивлена-смущена, но даже не дернулась! Не отпрянула – хотя бы от неожиданности, покосилась на пальцы, покосилась на лицо, почти прижатое к ее (пожалуй, с некоторым недоверием)…и все. Сравните с реакцией на ждановские «на коленках». Или на абсолютно невинные прикосновения Коли – почти что брата родного.
В общем, стала Катя Денису помогать, «ну а как иначе-то?» Второго Оскара за интонацию. А Денис начал ухаживать. «Причем так романтично, по-настоящему». В кадре на стене дома появляется тень, которая беспорядочно машет цветком. Потом появляется парочка. Скачут вприпрыжку и дурачатся. «Ну, мне так казалось. Он мне цветы дарил (один цветок в кадре), а раньше никто не дарил, только папа на день рождения (а Коля?! ни одного паршивого цветочка за все годы дружбы? хотя ладно, Коля – это как папа), и открытки надписывал стихами, и сумку за мной носил, как в школе за другими девчонками носили, за красивыми». В кадре ни сумки, ни открыток со стихами, потому что Катя захотела покататься на пандусе, Денис полез за ней, катаются, падают, Денис свободно хватает Катю-недотрогу поперек туловища, та никак не возражает. На ней невыразимая шапка, симпатичный куртец в клеточку и юбка привычной нам модели «жизнь моя, иль ты приснилась мне». Но в общем и целом эти одежки смотрятся лучше, чем актуальный ее старушечий ансамбль. Денис шикарным жестом достает из кармана платок, зачем-то протирает ботинки, Катя перевесилась через поручень и смотрит, не отрываясь. «Вообще все было так… по-детски как-то» - внезапно демонстрирует способность к рефлексии нынешняя Катя, для которой звиздец с дворниками в машине был умилительным «хулиганством», не более. «Мы даже поцеловаться толком не могли – смущались очень». «Смущались» Катя произносит смущенным шепотом. Как будто снова поддалась прежним чувствам… или увлеклась фанфиком? По идее, она должна была добавить что-нибудь вроде «ну, он изображал смущение» или «мне так казалось». А Катя давешняя сначала упирается грудью, объемы которой не скрывает даже зимний куртец, прямо в Дениса, потом оскальзывается, и парочка образует совсем не изящную кучу-малу, в процессе Денис получает цветком по роже.
Современная парочка в постели Малиновского полу-топлесс. Катя под одеялом Малиновского, Андрюша под покрывалом Малиновского. У Кати рук не видно, Андрюша свои красивые сложил на трогательных тощих коленках. Рассказывают-слушают печальную историю про «подонка». Ни Кате контакт-поддержка не нужны, ни Андрюше защитить «любимую» от неприятных воспоминаний не уперлось. Сначала кажется, что они ну хотя бы плечами соприкасаются – но нет, там хороший такой зазор, потому что Андрюша наклонился вперед. И с загадочной интонацией интересуется, что, мол, цветы и открытки – это повод влюбится? Не понимает он, рыбка. Садитесь, два, студент Жданов. А Катя вытягивает губки. «А я не сразу в него влюбилась. Я сначала думала, что мы будем просто дружить (после атаки в библиотеке, катавасии с грудью и почти-поцелуем на пандусе и прочего?). А потом не получилось». Отвесила губу.
Переходим к знакомству с родителями, которым Денис «не очень понравился». Рожица, комедийные барабаны. В кадре ВС жует и смотрит на Дениса, как на дохлого таракана. Денис смущен, сглатывает нервно. «Папа устроил ему настоящий допрос». В кадре: «Как зовут вашего дедушку?» - «Которого?» ВС с отвращением уточняет: «По матери». То есть получается что? Линия отца априори безупречна? Милый, милый. Голос Кати: «Где учился, как учился, кто родители? Когда узнал, что у него нет папы, совсем расстроился». Прелесть. По мнению Кати, это называется «расстроился». «Сказал, хороша же у него мама, если от нее отец ушел». А вообще да – расстроился. Дочка сошлась с отбросом, воспитанным – позорище! – матерью-одиночкой. Расстроишься тут. Что характерно, слова про маму не ВС произносит, а Катя. И такое ощущение, что для нее реакция папы нормальна. Ну то есть вот вообще. ВС сморозил потрясающую по подлости и дремучести херню, и Катя ничтоже сумняшеся рассказывает об этом, не испытывая ни стыда, ни даже неловкости. Потому что разделяет его мнение? Эти слова могли вложить в уста самого ВС под Катино «папа тогда наговорил ему всякого» или «ну вы же знаете моего папу, он иногда может…», могли даже без Катиных комментариев оставить, и впечатление от героини было бы другое. Но нет.
Кстати, пока ВС ведет свой допрос за столом, Катя стоит.
А ВС свою херню сморозил (ачотакова? ничотакова!) и тянется налить отбросу рюмку. Но отброс все же не совсем отброс. И хоть и не встал и не покинул тут же гостеприимный кров, но пить с нашим благородным стариком не захотел. Рюмку прикрыл, «Я не алкоголик, как некоторые». Посмотрел прямо на ВС. Катя «уже сама пожалела, что позвала его. Но оказывается, это было еще ничего!» Нормально так. Это было ничего, и пожалела она после ответа Дениса, а не из-за папиной херни. Вообще, это понятно, если слова и поступки близких воспринимаются менее критично, чем такие же слова и поступки чужих людей, но совсем не заметить, что любимому (на тот момент) человеку нанесли, на минуточку, оскорбление, что ему могли сделать больно, в конце концов (мало ли какая там история), это… Это очень по-Катенькиному, я бы сказала.
А парочка переместилась в девичью светелку. Сидят на диване в трогательных тапочках (милый домашний пушкаревский уют). Держатся за руки, Денис тыкается носом Кате в висок… И Катя сама тянется за поцелуем. Целуются. Но ВС не дремлет. Без стука (хоть и медленно) открывается дверь, Пушкарев грозно указывает на часы. В дверях уже «Папа спросил его, в каких войсках он собирается служить после института. А тот взял и ответил, что в универе, слава Богу, есть военная кафедра». Денис в кадре ржет, глядя на ВС снизу вверх. «Но даже если бы ее не было, он прикинулся бы сумасшедшим, геем или кришнаитом, кем угодно, чтобы откосить от армии. Ну тут и началось». Андрюшин голос «представляет» и удивляется, что ВС не задал этот вопрос перед тем, как впустить Дениса в квартиру. «Нее, это было еще хуже, чем ты можешь представить». В кадре ВС разоряется, ЕА его унимает, все как обычно. Кстати, на ней милейшая светло-голубая блузка и ободок под цвет. Харита Игнатьевна, да и только. С поправкой на «по летам». ВС одергивает пиджак, гордый победой над отбросом.
А у Катеньки какая-то лакуна в фанфике. Потому что сразу после «представить» вдруг идет «А потом он сказал, что одних поцелуев ему недостаточно». Если смотреть на видеоряд, то поцелуй на диване был первым их поцелуем. И его сразу стало недостаточно? В общем, ладно, Катя решила не тянуть. Грядет кульминация. Катя сидит на кровати (Малиновского) и скубет пальцы, Андрюша сияет рядом прекрасным топлессом (наконец-то без полу-), сложив на нем (топлессе) красивые руки. Наконец хоть как-то соприкасаются. Напряженная моська свидетельствует, что Андрюша изо всех сил пытается постичь девичью драму. Какой-то особой вовлеченности я не увидела. Спрашивает: «А ты?» «А я влюблена была… Но …все равно…» Все равно блюла себя из последних сил? «Папа был всегда начеку, он встречал меня каждый день из университета». Как справедливо отметили раньше в обсуждениях, папа с обеда с работы уходил? А Андрюша кхекает. «Все-таки замечательный у тебя папа. Обязательно пожму ему руку при встрече». В чем замечательность? Реакция ВС понятна – что за комиссия, создатель, и все такое, даже учитывая конкретные пушкаревские нюансы. Ничего из ряда вон, достойного отдельного рукопожатия, ВС не сделал. Или Андрюша сравнивает со своим папА? Но тут все же разное. А Катенька странно и долго жует губами и делает зырк перед кульминацией. «Но дело не только в папе. Я сама…» Что сама? «Мне тяжело было и страшно и вообще». Трепетно выдыхает. Ждет реакции. Дожидается - Андрюша чешет под носом. «Ты ему не верила?» Катя в порыве чувств прижимается щекой к собственному плечу. Андрюша не меняет позу, несмотря на подразумеваемую барабанную дробь. Так и сидит, сложив руки на топлессе. Но красивый, зараза. А Катя «верила» трогательным голосом. «Потом наступил день святого Валентина. Он настаивал». Андрюша сделал сострадательное лицо, но отвернулся. «В общем, пригласил меня в общагу. К себе». Андрюша, рыбка. Ни барабанов не слышит, ни трагедии не видит: «И ты пошла?» Катя таки утыкается лицом в плечо «любимого». «Любимый» это движение игнорирует. «Он говорил, что мечтает об этом. Что раз мы влюбленные, в эту ночь обязательно должны быть вместе».
В кадре Денис целует Кате ручки под портретом Дали, предварительно выпустив изо рта дым. Давешняя Катя улыбается. Нынешняя продолжает: «Сказал, что украдет меня, если папа не отпустит». Андрюша поддерживает беседу: «И что, сумел украсть?» Ну поди сумел, Андрюша. Катя входит, в комнате дым коромыслом, кто-то ей улыбается, остальным неинтересно. Денис разливается соловьем: «Кто к нам пришел! Это Катя Пушкарева, да! Мисс «Самые очаровательные очки года». Нормально так. «Я тебя обожаю! Проходи, не стесняйся. Очки- это знаешь, очки… Все носят очки… Садись, садись… Дама пришла!» Стас уступает ей свой стул. «Садись, садись, садись, садись… Здесь все друзья!» Денис суетится и не в своей тарелке явно. «Все друзья, познакомься… Что-что-что-что тебе предложить…» Картинно размахивает сигаретой, с ненатуральным оживлением наливает Кате стакан. «Надо, праздник! Праздник есть праздник! Давайте выпьем за любовь!» Потом выключает свет. «Ой, электричество отключили!» В комнате внезапно уже никого нет. Катя сидит спокойно, не особо встревожена. Денис двигается к ней, выключая еще что-то, на лице напряженная и неприятная улыбка. Катя ждет его со скромной благосклонностью. Никакого «тяжело», ни «страшно», ни, тем более, «вообще».
Голос Кати нынешней: «Папу было сложно уговорить отпустить меня на всю ночь, но маме как-то удалось». Подозреваю, мама папу просто напоила. Других вариантов не вижу. Ай да Харита Игнатьевна, тьфу. «Ну и я пошла. Он был так нежен…(Денис: «Пельмешек не хочешь?» )… Так романтичен… говорил, что мне мешает воспитание, что мне нужно научиться расслабляться, верить ему…» Катя в кадре не проявляет активности, но спокойна, поцелуи Дениса ей как минимум не неприятны, она не дергается, не пробует отшатнуться. По-прежнему нет ни дворников, ни гримас. «Ну я и поверила». Нынешняя Катя смотрит в камеру, выставив голое плечо. «Вот и вся история». От Андрюши отсела за километр и глядит в противоположную сторону. Андрюша… задремал!!!!!!! И Катины слова его встряхнули. «Как вся?» (вот тут встряхнулся, а Катя посмотрела на него). И продолжил хладнокровно: «По-моему, все только начиналось». Не верит? Ждет подробностей отношений, которые могут продолжаться до сих пор и влиять на дела с ЗЛ?
Катя продолжает сидеть на том же расстоянии, не смотрит опять, не тянется, говорит почти раздраженно: «Это у нормальных людей все только начинается с первой ночи, а у меня все ею и закончилось». Некрасиво тянет губы, сбоку свисает выбившаяся из косички неопрятная волосина. Андрюша пепелит. «Ну он это как-то объяснил?» Интонация – огнище. «Нет, зачем ему что-то объяснять мне. Он исчез». Андрюша не понял. «Как исчез? Он же учился вместе с тобой?» Вот да. Катя выдает презрительную гримаску, крепко держа под мышками одеяло Малиновского. «Ну, учился это громко сказано». Внезапно, да? «Иногда посещал лекции». С сарказмом с таким. «Но после этой истории он вообще перестал появляться». Что так? Катя ломает руки, прижимая одеяло, Андрюша сидит в своем углу с красивыми руками на коленках. Кажется, между ними уже два километра. Защищает Дениса: «Ну,а может быть, с ним что-нибудь случилось?» Катя смотрит на него, как на милого дурачка, и ничего не говорит.
В кадре Катя давешняя в клетчатом куртеце подходит к двери с Дали. Стучит. «Я тоже так подумала, вдруг он в больницу попал». Добрым таким голосом подумала. Я разговаривала с его друзьями и знакомыми, но мне никто ничего не сказал. Тогда я решила съездить в общежитие». В кадре Стас открывает дверь – обычное лицо. Ни насмешки, ни неприязни, ни фальшивой улыбки – он вообще не улыбается. «Одну минуту!» Закрыл дверь, изобразил очки, брекеты и фигульки (обойдясь как-то без ротовых щупальцев, к которым якобы «уже привык» Андрюша, жалуясь другу на Катино преображение). Катя входит. «Его там не было. По крайне мере, они так сказали». Катя обозревает компанию – опять кто-то пьет, кто-то улыбается, кому-то нет дела, и замечает ботинки под шторой на подоконнике (кстати, точно также попугайская Катя потом пряталась от Коли). Что Денис там был и прятался от нее, она не сказала. Стас: «Нет, Дениса нет которую неделю, во всяком случае, мы не видели. Нет, не говорил. Может быть, может быть, в деревню уехал, да». Трет нос, деланно улыбается. От вранья ему неловко. Насмешник, что и говорить. Андрюша опять умело поддерживает беседу: «Ну они это как-то объяснили?» «Объяснили. Сказали, охмурила Пушкарева парня так, что он пропал в полном смысле слова». Что они сказали на самом деле, в кадре было показано вот только что. Давешняя Катя грустно улыбается, кивает, прощаясь, ребята кивают ей в ответ. Но на самом-то деле… Та-дам! «В общем, я узнала, что… я с ним спала, трубит весь университет». Стоп. Университет? ВЕСЬ? МГУ?! ( *скушным голосом* В МГУ обучается более 40 тысяч студентов, 20% из которых – иностранцы. В состав МГУ входит 39 факультетов, 15 научно-исследовательских институтов, 4 музея, 6 филиалов, около 380 кафедр, Научный парк, Ботанический сад, Научная библиотека, издательство, типография, Культурный центр и школа-интернат (гугл). Трубит о том, что некая (пусть даже очень, очень умная) Катя Пушкарева с кем-то спала? «Еще бы, такая сенсация», - горько усмехается Катя. Стесняюсь спросить, это чем же Катенька так прославилась, что об изменениях в ее личной жизни трубили 39 факультетов, 15 институтов (научно-исследовательских) и аж 4 музея с типографией? Нобелевку ей вроде пока не вручили...
В кадре Катя всхлипывает под дверью с Дали. «А что было на самом деле?» Что было на самом деле? Не поняла вопрос. Катя, закутавшись в одеяло, сидит спиной уже, кажется, за три километра от Андрюши. «Я узнала! Но лучше бы я этого не знала». Готовится заплакать. «Все было очень просто». Быстро и жалобно: «Они поспорили на меня!» Кто «они»?! «Просто поспорили с ребятами (добрая девочка Катя – эти «спорщики» для нее - «ребята»), кто переспит с самой некрасивой девушкой, которая спит только с учебниками». Не показали ни «труб», ни спора, ни даже «самой некрасивой девушки». Даже с дурацкой прической и очками та Катя была, пожалуй, симпатичней некоторых девушек в комнате. А Катя эта продолжает плачущим голосом, но так и не заплакав: «Ну, у него тоже свой интерес был – он хвосты подтянул… (зачем ему так напрягаться, если он изредка появлялся на лекциях?) и денег заработал, я думаю, они на крупную сумму спорили…» Прелесть. Кто, интересно, финансировал проект? Стас? Другие обитатели общаги? Они могли поспорить на бутылку портвейна, максимум. Ну, или на «пельмешки». Так откуда «крупная сумма»? А, и если это было пари с целью заработать денег, то почему ж Денис так бездарно провалил знакомство с родителями, вынудив ВС отслеживать Катины перемещения и тем самым поставив под угрозу успех предприятия?!
Между тем, пари Андрюша не проникся, поэтому Катя добавляет в фанфик знакомых слов: «Представляешь, они даже … план! План совращения придумали!» А вот очень правильно стратегическая Катенька отсела от «любимого» на три (уже) километра и повернулась спиной. В пространство так мощно врать гораздо сподручней, чем в глаза. Показывают Андрюшу, он начал улавливать некие параллели. «Даже подарки не он покупал, а Стас. А записки (какие?! ни записок, ни открыток, ни подарков не показали) сочинял еще один парень (где парень? какой парень?!), он только переписывал». Пардон, но ведь тогда выходит, что Денис должен был поделиться с помощниками. «Крупная сумма» уменьшается сразу втрое. И овчинка все еще стоила выделки? На слове «переписывал» Андрюша отодвигается от Катеньки нафиг к стеночке. Там, сощурив красивые глаза, вспоминает соответствующий флешбек. Убитым голосом говорит, что это «мерзко». Катенька шмыгает носом (слез как не было так и нет) и предусмотрительно не поворачивается к «любимому» лицом. До Андрюши доходит, что можно бы и приобнять «любимую» в такой напряженный момент, а до Катеньки – что ей, пожалуй, нужна поддержка. Шмыгнув носом еще несколько раз, она наконец-то льнет к Андрюше. Слез так и не появилось.
Андрюшу придавило. «Подонок», «сам придушил бы» тем же убитым голосом. Катенька не отвечает – она продолжает фанфик одновременно с вернувшейся лирической музыкой, прижимаясь лбом куда-то к боку Андрюшиной головы. Контакт минимальный. «Самое обидное было не то, что я его любила, а он меня… (детским голосом) нееет». Да-да-да, Катенька, она такая. «Ты совсем не обязан меня любить…» Андрюша солидаризируется с Денисом: «Но может быть потом чувства прорезались?» - «И поэтому он меня бросил?» - «Не мог показаться тебе на глаза?» Катенька отскакивает от Андрюши. «Просто ему никто не собирался платить за продолжение этого спектакля!» Да собственно тех, кто платил за начало, тоже как-то не показали. «Самое обидное, что все это было из-за денег! Но неужели они ДОРОЖЕ!» - переходит на капслок Катенька. «Чести, порядочности! Мне тогда казалось, что я единственная, кто так думает, на всем белом свете!» Да растуды ж твою в качель!!! Оплот, иттить! Цитадель! Нравственный ориентир! «Я тогда забросила институт, заперлась у себя в комнате, никуда не выходила и плакала сутками».
Наконец-то хоть какие-то объятия и видеоряд: Катя в углу в веселеньком желтом одеяле, ЕА над ней хлопочет, в той же голубой блузке. «Маме я все рассказала, она очень за меня переживала». ЕА зовет «Валеру» с каплями. «Папа тоже переживал, хоть и не понимал, что происходит. Но он догадался, что во всем виноват тот парень». ВС грозится. «Ну и папа решил отомстить». А с чего он решил, что виноват именно тот парень? Ему никто ничего не сказал. А если бы был не тот?!А если вообще не парень?
Все, объятия кончились. Лежат опять за километр, Андрюша подуспокоился и хвалит Валерий Сергеича. О, давненько ракурсов не было! Катенькино лицо во весь экран, на боку, в очках, с выдвинутой вперед челюстью. «Папа все выяснил. Оказалось, что Денис находится на грани отчисления». С чего вдруг?! Неглупый подонок из деревенского вуза, сын матери-одиночки, зубрил в библиотеке, подтянул хвосты, закрепился в МГУ и вдруг забил на учебу? 1/3 «крупной суммы» настолько изменила его материальное положение? Или просто совесть замучила не самого плохого парня, который не смог смотреть в глаза обиженной им девушке?
«Ну, папа ускорил этот процесс». Как само собой разумеющееся. «У него там на военной кафедре старые знакомые работали». Андрюше про Дениса больше не интересно. «Ну, туда ему и дорога». А вот Коля…Катенька искренне не понимает: «Что?» Андрюша глазки опускает, а потом зыркает: «Ну, Николай Зорькин? Он имел отношение к этой истории?» Все, сантименты кончились. Что мог, Андрюша выдал, дальше .. джаст бизнес «Нее, что ты, Колька… Колька святой! Он мне так помогал!» Голос веселый, ракурс прежний. Крупным планом. «Он меня выгораживал перед профессорами». Не думаю, что до этого вообще дошло. Красный диплом сам себя не сделает, так что максимум пару дней Катенька порыдала. Если не один. Никакие потрясения ее от дела не отвлекут настолько, чтобы поставить это дело под угрозу. Да и чревато – папа может заподозрить неладное. К тому же, удовлетворение, с которым Катя рассказывала об «ускорении процесса», позволяет предположить, что отцовская месть быстро помогла ей утешиться и тогда.
А между тем, «Колька» носил страдающей Кате «конспекты» (зачем? она же «сутками рыдала») и «булочки московские, их с молоком вкусно». Катенька знатный фикрайтер, да. Какая милая деталька. Умилительная даже. Только вот и сам «Колька» счел бы эти булочки кощунством в доме, где кулинарит божественная ЕА, и сама ЕА бы их на порог не пустила. Да и Катенька… За весь сериал не было ни одного момента, который показал бы, что она в принципе знает, что такое «вкусно». Тут и первый «романтический обед» с любимым, ради которого она исхитрилась и заказала нечто настолько тошнотворное, что Андрюша это сразу в ведро отправил, и полнейшее равнодушие к новому торту ЕА, о котором та с воодушевлением рассказывала, и ни одного доброго слова в адрес материнской стряпни, которой ВС и Коля восхищаются постоянно. Для Кати эта сторона жизни не существует в принципе. А тут вдруг издрасьте вам, «их с молоком вкусно» Нарочитая разговорность формы («их») тоже Катеньке обычно не свойственна. Зато в сочетании с дебильной (опять!) улыбкой, круглыми очками (Катенька их как после, пардон, акта «любви» нацепила, так и не снимает) и убийственным для Катенькиной красы крупным планом создается нужный накал трогательности. Ну, как она думает. На Андрюшу вот подействовало. Наверное. «Что, конспекты что ли вкусно?» «Бууулочки», - детским (годочка так на 4) голосом отвечает Катенька и тянет губки вместе с челюстью, для вящей пущести. «Булочки», покорно повторяет Андрюша, весьма комфортно чувствующий себя на своей половине кровати Малиновского, ширина которой позволяет ему избегать излишнего тактильного контакта с «любимой». Правда, от любования ракурсом никуда не денешься, но тут уж.. да. «Булочки», - еще один, контрольный, раз повторяет Катенька. Сделав краткий перерыв на мимими, она снова возвращается к героическому Николя. «Он меня просто спас тогда». Очень крупный план Катеньки, которая опять смотрит куда угодно, только не на «любимого». «Я расклеилась, совсем. Я тогда решила, что никогда, никогда-никогда-никогда и никогда никого не полюблю!» Эх, вот свезло-то Андрюше, а Так, стоп. Зорькин-то ее булочками от чего спасал? Подготавливал почву для новой любви? А Катенька переходит ко второму главному своего фанфика. «А тут вдруг ты у меня появился». Говорю ж, свезло «Ну что ты такое говоришь, - любуется ракурсом Андрюша. – Это ты у меня появилась». И расщедривается аж на тронуть «любимую» пальцем за нос. Быстренько так и не покидая обжитую половину кровати Малиновского. «Это такое счастье!» - морщится Катенька. «Такое счастье быть рядом с тобой!» Фестиваль дебильных гримас продолжается. «Такое счастье знать, что ты меня никогда не обманешь, не предашь!» Слушай, Андрюша, внимательно, это тебе Катенька программу действий очерчивает. Пофиг, что все последние дни ни ты не давал ей повода верить в такое будущее, ни она особо не надеялась, шантажируя то одним, то другим. Андрюша вот тоже это понял. Глазами побегал, губами пожевал. Блеснул красивым топ-лессом. Катенька все это время восторженно пялится на него (наконец-то на него, а не в угол, камеру или потолок), нацепив лучшую свою гримасу. «Ну, да, (это Андрюша говорит) только вот нимб немножко запылился. Не думай обо мне лучше, чем я есть на самом деле!» Завернутая по уши в одеяло Малиновского Катенька чмокает любимого в нос. «А то мне будет очень тяжело». Катенька чмокает «любимого» в лоб. Не вылезая из одеяла. «Соответствовать», - добавляет Андрюша. «Я в тебя верю!» - со сложной интонацией отвечает Катенька. Чмокает в щеку. Оценивает реакцию – вроде не оттолкнул… и пытается чмокнуть уже в губы. Поскольку сидит по-прежнему за километр, из одеяла не вылезла, а Андрюша ничуть не намерен поддерживать ее маневр, выходит у нее примерно как с боданием в кафе. «Я тебя люблю!» - объясняет Катенька свои экзерсисы и добавляет: «Это самое главное». Ну так-то да… а впрочем, как обычно. Главное, что Катенька любит. Соответствуй, любимый. Кокетливо хихикнув, Катенька как есть в одеяле покидает кровать Малиновского и устремляется в ванную. Камера отъезжает, и мы видим, почему Катеньке было так неудобно целовать Андрюшу. Когда за ней закрывается дверь, Андрюша не то устало, не то раздраженно заводит глаза, поджимает губы и сообщает, что «я тебя тоже». Оно и видно. Тут звонит телефон, и Андрюша наклоняется за ним, сверкнув беззащитным бочком и масштабным фрагментом защитных труселей. Доолго ищет телефон Андрюша и отвечает, только убедившись, что зрители налюбовались бочком сделали выводы по поводу труселей. А звонит Кира. Она красиво выходит из ванной – в кадре красивые босые ножки, надевает тапки, камера едет вверх – и сама Кира красивая в красивой домашней одежде. Как всегда, впрочем. Поговорили. Я тебя тоже.
Катенька в ванной уже облачилась в поневу и прочее. Кажется, в этот раз некоторые водные процедуры все же имели место. Да и сама Катенька причесалась. Но контраст с Кирой это контраст с Кирой. Катенька, как и в тот раз, рефлексирует в зеркало. «А если бы я ему не рассказала? То ходила и мучилась бы». Чем мучилась? С чего? «Аааа (широко открывает рот, давненько не было) он бы думал, что я скрываю от него что-то самое ужасное!» Нет, Катенька, он думает, что ты скрывала от него только Зорькина и свои планы на его компанию. «А это и есть самое ужасное, об этом я рассказывала только маме. А теперь Андрею. Ан-дре-ю». Опять пробует на вкус имя незадачливого президента Зималетты и гримасничает. Вот как она в прежние года без этого обходилась, а? Подмигивает изображению: «Ты молодец!» Показывают Катеньку в профиль. Катенька выпячивает нижнюю челюсть, посрамляя этим профилем даже некоторые из фасов, и повторяет «Нет, ты молодец!». Да, знатный вышел фанфик. Садится на ванну. «Катька, ты молодец! Ты все сделала правильно!» Угу. Особенно вот еще те 10% удачно вышли.
Затемнение. Машка с Федькой в клубе. Раскрутила таки.
«Возлюбленная пара» в машине. У Катеньки лицо, как у Андрюши перед эшафотом с дровами. «Спокойной ночи. Я пойду». Смотрит в любимый пейзаж за лобовым стеклом. «Спасибо тебе за то, что ты мне рассказала». – «Ты мне приснишься?» - изображает духи и туманы Катя, не отрываясь от пейзажа и держа руку Андрюши около лица. Улыбается. И смотрит в пейзаж. «Тогда я побежала, чтобы скорее увидеть тебя во сне». Да что это было тогда с дворниками, а? Поцеловались… как Юлиана с кем-нибудь из приятелей. «Давай», - жжет Андрюша. «Беги, поздно уже». Помотала головой, пара гримасок напоследок, «Я бегууу». Вышла из машины, идет в свете фар под музыку. Счастливая человеческая улыбка, нормальная свободная походка и как никогда сильное общее сходство со старушкой. Андрюша в машине бессильно бьет руками по рулю и запрокидывает голову. Мается.
Зималетнее утро. Вика с удовольствием отмечает отсутствие на рабочем месте Тропинкиной и вполсилы перебрехивается с прочим ЖС. Докладывает об оном отсутствии явившимся под ручку акционерам. «Как, опять?!», всех уволим к чертовой матери. Проорались. Андрюша обещает затребовать у Потапкина список злостных опоздунов (затребуй, радость моя! ну сил же нету на эту вашу анархию смотреть! ) «Мож не надо так резко, зачем…» - сдает назад Вика и получает синхронное «А ты вообще молчи!» от подруги и ее жениха. Что характерно, Вика вовсе не надеется, что дружба Киры может спасти ее от последствий пребывания в этом списке. Это в пользу Киры, если что. Ах и ну да! Вика! А-ба-жа-ю!
Фирменный всписк от Вики, смущеноне «Пойду поработаю» от Андрюши. Одумался, рыкнул «И всем того же!»… И ушел без списка и репрессий.
Кира и Вика. А он, а ты, да ты чо, действительно, устал. Чуть-чуть устал или очень сильно? От работы так не устают! Последний шанс, или я его влюблю, или…Иди работай!!!! Вика умница! Потому что не видит она связи между тем, что влюблять будет Кира, а работать должна она, Вика. Вика, а... ну, вы поняли
А Кира – или ляп, или я не знаю. Ну, какое «влюблю», ну Кира.
«Возлюбленная пара» в кабинете. Соблюдают социальную дистанцию, у Андрюши руки в карманах и он прекрасен в своем сегодняшнем костюме. Как рассвет, да. Обсуждают рабочие вопросы. Андрюша уходит в путешествие по кабинету, не улыбается, почти не смотрит на Катю. Катя улыбается довольно, смотрит на него и параллельно танцует следом, не нарушая дистанции. Радует любимого (и сама радуется) новостями: им дают кредит! Да вот незадача – только половину суммы. К концу фразы Катенька все же слегка прикручивает радость, а то как-то совсем неловко получается, да. Андрюша как будто не удивлен, а Катенька опять девочка-девочка и детским голосом добавляет, телепаясь туда-сюда, что ну так, половину… и это еще не всёёёё, они просят ЕЩЕ одно долговое обязательство на Никамоду, дураки такие, представляете? Это звиздец, товарищи . Андрюша как будто и не ждал другого: «Да они с ума сошли!» (руки в карманах). Катенька надула губки, смотрит снизу вверх, улыбаясь: «Ну правда, какие-то сумасшедшие…» Делает попытку повертеть пальцем у виска, продолжает телепаться, абсолютно счастливая. «Ненормальные люди ваще», - слегка улыбается Андрюша и замолкает. Катя тоже и ждет от него нежности. Андрюша делает к ней шаг и берет за руку. «Кать, я надеюсь, в мое отсутствие здесь… все будет хорошо?» Катя недовольна, явно ждала другого. Но она будет скучать. Явно не этого ждал уже Андрюша, а впрочем, спасибо, Катенька, чо уж. «Я тоже». Останавливает «любимую» у дверей каморки, та оборачивается, в надежде услышать таки что-нибудь для себя приятное. Но Андрюша просто чемодан не собрал и ему нужен Федор. Катя смирилась и обещает, что как только, так сразу. «А что, и Феди нет?» На приятное для «любимой» Андрюша пожабился, но в утешение дал ей полюбоваться собой, прекрасным. «Феди нет… Маши нет… Они что, вместе что ли?» Невозможный он здесь . Впрочем, может, он рассчитывал, что Катенька хоть как-то сможет пошутить в ответ? Увы.
И тут является Малина в ослепительном свитере. Нет, не хорошее настроение, просто в улыбке укус больнее. Пройдемте в реанимацию!
А в реанимации все грустно. Мерзавцы, стишата, она умрет, если узнает. «А как она узнает? Ты ведь ей не скажешь». Правильно, ей Малина скажет.
Ту би континуед.

еще одно примечание:
ла фэт де фу, он же La fête des fous - см. "Собор Парижской Богоматери"

Андрюша дует лепестки, пока Рома пляшет вокруг, убеждая его в относительности всего сущего. «Катя мне доверилась!» - говорит он с проникновенной хрипотцой. Андрюша, это Малина! Ау! «Она была со мной искренна, как никто другой!» Не будем про веру Андрюши в искренность Кати (и про дефицит искренности при наличии у него Романа, Киры и даже Изотовой), тут сама формулировка странная. Никто другой не рассказывал ему печальные секреты своего прошлого? Ну так они и не обязаны вообще-то. Правильнее было бы сказать «была искренна, как ни с кем другим». В общем, совершенно справедливо Малина глаза закатывает, потому что «не надо вот этого вот, патееетики этой…» Андрюша же включает большого босса и в ответ заявляет, что не надо цинизма (тоже вот этого вот), и вообще Малина должен быть с Катей искренним и нежным. Рявкнул и тихохонько отслеживает реакцию. Рома офигевши, Андрюша поясняет, что он, видите ли (и это безусловно секрет и открытие для Малиновского) не умеет писать трогательных писем. Тон понизил, независимо бегает глазами. Рома фигеет, дорогая редакция, и сирано – не сирано. Рыбка моя не растет в моих глазах сейчас.
Викины два курса МГИМО не прошли даром – словосочетание «корпоративная этика» дается ей легко и непринужденно. А Машка с Федькой опоздали и вызывают ненависть своим счастливым видом. Федькина футболка, скрывающая Машкины богатства, вопиет, а косички с одной стороны симметричны Катенькиным, а с другой нагло посрамляют их своей толщиной.
Машка и Федька вьют веревки из Киры. Почему ж наша подлая снобка смотрит на них с грустной улыбкой и отпускает, не уволив и даже без выговора?
Пастораль в президентском кабинете. Ослепительно синий на белом Ромочка, изведя энное количество бумаги, ваяет потребное другу трогательное послание. Просто ослепительный (костюмчик!) Андрюша мирно работает с документами, орудуя союзным Ромочкиному свитеру маркером. Ромочка наваял, а Андрюша уросит громким шепотом. Ну, что это такое: «Катя – хватит»? Банальщина. И похабщина (так все же одно или другое?) Рома обижается, подбирает свое отвергнутое творчество и слагает обязанности. А вот и напишет Андрюша сам, «просто и по-человечески»! Для этого, Андрюша, надо быть «простым» и «человечным», а ты «даже спасибо другу не сказал». Нет, совсем не растешь.
Является Федя, и Рома немножко повышает себе настроение, поигравшись в педсовет. Федя поигрался в квартиру Андрюши. А Андрюша ни во что не поигрался, ему чумадан надо собрать по вкусу Киры Юрьевны. А вообще это нормально – курьера с такими поручениями посылать, по ванным да шкафам рыться?
Андрюша ваяет. Спасибо, рука и запястье были прекрасны.
У Киры плохое предчувствие. Амура гонит фальшивую пургу про аутотренинг, потом гримасничает с Шурой. Вообще не было повода. И очередной парадокс – кажется, у Амуры вообще никакого контакта с начальницей. Суетлива и неестественна в самых обычных ситуациях. Настолько велика… стилистическая разница?
Кира пришла к Андрюше. Грустная и спокойная. Андрюша неловко прячет свою писанину. Не может поехать с ней даже обедать - чумадан ждет, видите ли. А во сколько кстати у нас вылет? Кира устала. Впирается Катенька. Андрюша задает ей тот же вопрос. Катенька бекает и мекает. «Я … да… Билеты у меня, я щас принесу, не помню. Тут… проблемы возникли у нас…Я только что звонила в банк…» Замолкает в ожидании вопроса. Получает просьбу не тянуть и говорить яснее. Им отказали в отсрочке? «Да, я говорила с менеджером, но вы же знаете, это бесполезно… Они хотят общаться лично с вами! (быстро, жестикулирует) Я пфф… пробовала все возможное, но…» Андрюша хочет услышать, что конкретно от него требуется. Фер-то ке, в смысле, что делать-то? Катенька мекает. «Нужно решать… проблему с кредитами… срочно… Видимо, придется отложить поездку…» Глазами бегает, на Андрея не смотрит. Кира поражена. И нет, на следующей неделе не получится, проблему нужно решить до конца этой. (Так до конца недели или срочно?), а то счета заморозят. Андрюша разводит руками, мол, сама видишь. Киру перемкнуло. Я так и знала, а твоя Катя отлично тебе подыгрывает. Катя таращит глаза с открытым ртом, а потом бросается в бой: «Кира Юрьевна, я вас не понимаю!» Раньше она в разборки Андрея с Кирой не вмешивалась, а тут… Осмелела Катенька, после второй ночи и новых долговых обязательств, чо уж . Андрей пытается успокоить Киру, но как-то нелепо: «Родная, это только из-за ЗЛ!» Только подливает масла в огонь. Кира кричит. Охамевшая вконец Катенька по мере сил участвует в движухе: «Кира Юрьевна, вы не…!» К счастью, Кира ее игнорирует и отвечает только Андрею, но тому от этого не легче. Он психует и устремляется за ней, так сотрясая хлипкие двери, что любо-дорого. Перемещаются в ее кабинет, Андрей пытается достучаться, Кира не слышит, он выдыхает, собирается с силами и делает еще одну попытку. Гладит по ножке. Безрезультатно. Психует еще больше. Едем, и пофигу, чо тут и как. Вновь сотрясает двери.
Кабаева и затемнение с заглушением)
Андрюша жалуется Роме. На женскую логику. Очень смешной светильник у них над этими красными креслами, как лапа какая-то) Рома сама милота. «Жданов, ну не грузись ты!» Пошел улаживать. Андрюша кидает вслед «спасибо» и Рома аж оборачивается от неожиданности.
Андрюша рявкает Катю. Уверена ли она, что ситуация с банком настолько критична? Катенька делает неожиданные (или не очень?) выводы из этого вопроса. «Андрей Палыч, неужели вы.. вы что же, думаете, что я не хочу, чтоб вы уезжали» Между прочим, вопросительная интонация заканчивается где-то на середине фразы, а собственно финал звучит как утверждение. И Катенька этот вывод подтверждает: «Я действительно не хочу, чтобы вы уезжали… (да блин! рядовая рабочая командировка максимум на неделю, что за цирк?!) Но это не причина, и интересы компании сейчас важнее, чем мои интересы и, извините, интересы Киры Юрьевны!». И опять странная формулировка! Какие интересы компании?! А командировка этим интересам противоречит? Вопросы, которые должны там решаться, на самом деле не важны? Банковский демарш - это форс-мажор, и именно так и должна ситуация объясняться, без апелляции к высоким материям в виде абстрактных интересов компании, которые Катенька не в пример Кире Юрьевне прям блюдет-блюдет, хоть ей и невыносимо больно . В общем, как тогда у лифта после отмены увольнения ЖС – на пустом месте белым пальтом махнула, только сейчас еще и Киру получилось пнуть. Андрюша тем временем Катю, упаси Бог, ни в чем не подозревает, но все же более неудачного момента, чтоб сообщить о срыве командировки, придумать было нельзя. Катенька горячо пускается в объяснения: «В банке сменился начальник кредитного департамента, пришел новый человек, новые правила!..» Затормозила. Виновато: «Я опять стала причиной ссоры вашей с Кирой Юрьевной…» Ну не без этого, да. У Катеньки вообще уже рука набита. «Простите меня…» - отвернулась с кислой гримасой (той самой, которая у нее проходит по классу «знает кошка»). Стоит, обхватив себя руками.
Взнервленный Андрюша уселся в кресло (кстати, для этого пришлось отойти от Катеньки подальше), красивую головушку опустил. Катенька посмотрела – и, очевидно, вспомнила ситуацию с контрабандой, когда они на пару с Малиной утешали бедолагу (точнее, когда Малина утешал, а Катенька присоединилась позже), шагнула к «любимому», не меняя положения рук (т.е. все еще закрываясь). «Не надо нервничать, все будет хорошо, слышишь». И на ты перешла вдруг. Редко наша «возлюбленная пара» друг друга этим «сердечным «ты» балует. Схватила за плечо и за руку. «Ну вот, весь на нервах…» Полностью переключилась на руку, прижала ее к себе, но что с ней делать, не знает и вертит неловко. Андрюша на ее манипуляции никак не реагирует, движения навстречу не делает. Катя собирается принести валерьянку, Андрюша вальяжно кобенится в потолок, мол, дожили. Катя довольна, ну вот, хороший мальчик, наглаживает по плечу и тискает руку, пойду возьму у Женсовета (заодно рассказав, кому и зачем, без этого не обойтись), уходит, с умилением оглядываясь на «любимого»… «Любимый» даже головы не поворачивает в ее сторону. В общем, очень яркая сцена. Катенька в кои веки вроде бы действительно поддерживает Андрюшу… посреди кипеша, который сама же и сгенерировала. И очень довольная и собой, и кипешем. Который, кстати, по сереьезности не дотягивает ни до совместного визита папА и фасовца, ни до задержек зарплаты – случаев, когда поддержка и понимание (и валерьянка) Андрею действительно были нужны, а Катеньке в голову это почему-то не приходило.
Милко, Кабаева, ЖС и затемнение. Одной и радости, что Милко на Женсовет поплевал. А, Шура сотрясает воздух. Мол, еще б чуть-чуть, и получил бы гений в глаз. Ню-ню.
Рома уговаривает Киру. Кира отвернулась, заткнула уши. Впирается Юлиана. Ой, а чтой-то у нас с Кирой? Все тебе скажи. Трогает Киру. Та оборачивается, ой, это ты. Устало и без интереса спрашивает, как дела, поворачивается спиной. Юлиана вся в трудах, вся в трудах и валится с ног, о чем и повествует, не обращая внимания на интонацию, с которой был задан вопрос. К вопросу о дружбе, да. Рома обезьянничает охи-ахи и вываливает ей текущую проблему, Юлиана хочет объяснений. Подваливает Милко с Алиной, пугая кулебякой с кальмаром по-китайски, Вика, позвольте представить, да? а вообще да, Кира здоровается с Алиной. Она уже успокоилась, но ей очень плохо и она устала.
Те же и Андрюша. Продолжение скандала. Кира просит прощения, Андрюше сообщают про Алину, он включает невозможный голос.
Катенька. Притаранила в кабинет валерьянку, навела в два стакана, понюхала оба, понесла к столу, довольная тем, как ловко она заботится о «любимом», обнаружила открытку. Явился Андрюша, выпил валерьянку, спасибнул, но Катенькиной заботой как-то несильно проникся. Спросил про встречу с банком. Сел за стол. На Катю не смотрит. Катя маячит рядом, у вас тут вот. Состроила гримасу. Ой. Андрюша, который уже про Катю забыл, не то что про открытку, отдает ее «любимой». А это вам. Написал, мол, я вам тут вам вот, не гладко, но от души. Катя счастлива и включает Гоголя("хоть святых выноси"). Как известно, Гоголь включается в Катеньке одновременно с игривостью. Покрутила довольной головой, взяла открытку, поднесла ее к носу, постреляла над ней глазами, изобразила рукой и глазами же, что ну я пойду почитаю, пошла почитать, танцующей походкой вприпрыжку и обмахиваясь открыткой, покрутилась многообещающе в дверях каморки, словно голливудская красотка накануне секса у входа в ванную, скрылась. «Влюбленный» Андрюша перестал (а кто бы не перестал?!) смотреть на нее чуть раньше, чем она исчезла, и жует губами.
Катя радуется тексту, «Андрей Пааалыыыч!», Андрюша рефлексирует, что за чушь он написал. «Она подумает, что я сентиментальный идиот (вот тут наоборот в тему, Андрюша), или бабник, которому есть, с кем сравнивать». Вот тут даже не знаю. А не должно быть, к тридцати-то годкам? Что ж она у тебя совсем дура? Хотя… Ругает себя кретином и злится, зачем он «все это затеял».
А Гоголь в Катеньке требует выхода. Из каморки она выходит совершенно пьяная. «Андрей, - говорит она, тряся головой и завлекательно вращая глазами, - Андрей Палыч! Вы такой шалун…я даже не знала, что выыы…» Как будто он ей в этой открытке Камасутру нарисовал в жанре гиперреализма, ей-богу. Медленно идет к нему походкой пантеры от бедра перед прыжком, обмахиваясь неприличным, но таким увлекательным посланием, потом берет короткий разбег и запрыгивает на «любимого». Какая Кира, какие свидетели, о чем вы вообще. Нацеловывает в щеку. «Кать, да за что спасибо-то, вы меня задушите!» Отпустила. «За счастье». Так это вот это счастье? Не ночь с «любимым», не объятия с поцелуями… открытка? Дует по-детски губки и игриво лупит «любимого» открыткой по макушке! «Как можно спрашивать, за что?» Смотрит, выдвинув в улыбке челюсть, и снова целует. Успела отпрянуть в последний момент перед появлением Киры.
Она настроена мирно (хотя, наверное, в ней больше усталости сейчас) спрашивает, когда встреча. Андрюша бездарно врет. «Скоро, буквально минут через…» - «Сорок», - заканчивает Катя. Ну ведь в течение недели же! «Хорошо, я желаю тебе удачи», - говорит Кира. Катеньку ситуация (помирились?!) не устраивает. Помявшись с бумажками у стола, она громко обращает на себя внимание вопросом, не нужна ли она больше, и направляется к выходу. Кира стоит близко к двери, не очень удобно, но если подойти к этой двери со стороны кресел, то можно без труда открыть ее пошире и выйти, не задев начальницу. Но Катеньку и эта ситуация не устраивает! Поэтому она чешет напрямую и втискивается между дверью и Кирой, буквально оттеснив ту спиной и жопой.
Андрей грустно трогает Киру, как котик лапкой. Понял, что она сорвалась, обиженного не строит. Просит звонить, но Кира не уверена, что ему это нужно. «Не будем прощаться». Стоит расстроенный.
Кира приглашает Катю пообедать вместе. Очень вежливо и волнуясь. Бабы поодаль навострили уши.
Малина развернул бурную деятельность. Набор «Неотразимый соблазнитель» уже разложен и упакован. Конфэты, оставь котенка, степлер. Андрюша сварливо срывается на Рому. Мол, не пропадешь с таким товаром. Рома отвечает загадочной фразой про Андрюшину любовь, которая не продается. Андрюша просит положить это все ему на стол, а лучше в шкаф. Рома замечает понурость друга и спрашивает, все ли у него в порядке. Андрюша аж обернулся. «Что мне тебе ответить?»
Вика вне себя от такого бездарного использования французских деликатесов и попрекает подругу батончиком. Кира ее затыкает.
Петли на Катином пальтишечке в профиль – как тараканьи лапы, извините.
Рома запечатывает конверт с инструкцией. ЗАПЕЧАТЫВАЕТ. Конверт с липким краем. Придумывает название пакету. «Укротитель монстров», «Мужчины на грани нервного срыва» и «неделька» отвергнуты, а вот «Спасти рядового Жданова» в самый раз.
Кира и Катя в ресторане. Катя надулась от неловкости, глупо шутит про несвежий фреш. Кира сглаживает момент, предлагая ей попробовать коктейль. Катя долго пялится на метрдотеля, соглашается. Потом зачем-то вертится на стуле, оглядывая зал. В крысиных косичках новая ветошь. Похоже, у нее стратегические запасы. Снова глупо шутит, на этот раз про «официанта». Кира объясняет про «уважение», Катя мотает на ус. Кира разворачивает и кладет на колени салфетку, Катя повторяет за ней. Давайте поговорим.

Кира сначала пытается давить. Мягко, но давить. Вы ничего не хотите мне сказать, я задала вам вопрос. Катенька сидит горгульей, потом с вызовом хочет «сначала посмотреть», потом из меню исподлобья смотрит на Киру. Что вы хотите услышать? Боже, эти крупные планы. Кира немножко сдает назад и максимально мирно объясняет про проблему. Не знаю, заслуга это осветителей или Уваровой, но как Катенька темнеет лицом во во время неприятных разговоров! Глазки в меню, губки сжала, некрасиво кривит рот на «он перестал советоваться со мной, как раньше». Потом еще раз кривит. Потом будет и консоме, и патафэ (в гугле нашла только потофё, официант в "Ришелье" косячит?), а что, нельзя? Суп в горшочке, пьют за встречу. Катя горгульей тянется со своим коктейлем.
Кира уже потеряла самообладание. «Скажите, он меня еще любит?» Катенька, покривившись туда-сюда: «Конечно, у вас скоро свадьба. Андрей Палыч женится на вас В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ». Ай да Катенька, ай да Пушкин Кривит рот в потофё в горшочек. Кира чуть не плачет. «Мне не нужно в любом случае, мне нужна любовь». Катенька смотрит, не отрываясь и собрав лицо в кучку. «Скажите, у него кто-то есть?.. Простите, я не знаю, что мне делать». Катенька… внезапно пожалела? «Он будет с вами, обязательно, вам нечего опасаться». Кире как будто выговориться нужно. «Я сама виновата, контролировала его, а мужчины ненавидят, когда их контролируют, но я люблю его… я сама виновата…» Звонит телефон, извинившись, Кира отвечает Роме, собирается, встает, оставляет деньги… Но у все еще сидящей Катеньки вдруг появляется, что сказать. «Кира Юрьевна подождите, СЯДЬТЕ, пожалуйста!..» Кира садится. «Простите меня, я действительно не тот человек, который может вам помочь!» Нормально. Чтобы выслушать это, Кира должна была сесть? Но раз уж уйти не получилось, продолжаем разговор. «Я так рассчитывала на Прагу, романтичный город… Но у Андрея нашлись дела поважнее». Катенька… едва скрывает торжество! Быстро опускает голову, крутит там моську, потом поднимает голову и быстро говорит, практически улыбаясь: «У ЗЛ действительно проблемы с банком, если Андрей Палыч их не решит, компания может пострадать». Надо же, оказывается, можем быстро и четко формулировать проблему, когда хотим? Впрочем, не впервой. А Кира не радует. «А если он их решит, то пострадаю я». А вот это уже каприз, даже с поправкой на нервы.
ЖС и Вика. «… так сладенького хочется!» - «Конечно, Танюха, поешь, а то не все еще платья по швам разошлись, непорядок!» Бабы в отместку попрекают врагиню голодовкой, но та следит за фигурой, каковую им и предъявляет, и бабам приходится утереться, потому что это аргумент.
Звонок. Ценные сотрудницы вяло перелаиваются на предмет того, кому ж оторвать жопу и немножко поработать, Шуре отвертеться не удалось. Роковой пакет в жутких розочках гордо возвышается на столе Малиновского адресатом к зрителю и Шуре. Роман Дмитрича нет, но она все передаст. Пытается заглянуть между липучек, обнаруживает надпись, закономерно удивляется, что пакет для Жданова делает в кабинете Малиновского.
Дикие бабы за руки вытаскивают Катю из лифта. А что ели, а что пили. Не знаю, в горшочке, вкусно. «Пустили Дуньку в Европу!» - как всегда, блестяще формулирует Вика, возмущенная переводом ценных продуктов. Вика, я тебя обожаю, и за «по швам» тоже А бабам меню уже мало. О чем говорили, об Андрее? Катю ситуация выбешивает, но бабы не дают ей уйти, многословно объясняя себе ее нежелание говорить навострившей уши Викой. Нет, бабы, не поэтому. И ваши уши и язык вот ничуть не короче Викиных. Хотела уж промотать, но тут Вика отожгла. Женсовет уже не в первый раз тянет в криминал – то канцелярией ей угрожают, то ножом для колки льда. «Тоже мне, Шэрон Стоун нашлась!», презирает их Вика. А-ба-жа-ю.
Катя все-таки подрывается и делает попытку уйти, бабы суетятся, и Катя замахивается на Шуру кулаком, артикулируя нечто угрожающее, когда та вручает ей опасный пакет. Под перебранку подружек насчет ПикАссо, ПикассО или голубой (Шура! ), Катя со сложным лицом уносит пакет. Кстати, совсем не радость или предвкушение подарка на этом лице. А чуть ли не тревога… и такое, весьма прагматическое любопытство, я бы сказала. Еще бы… Пакет в розочках с надписью от Малиновского Жданову.
Женсовет нужно отвести в цирк на второе отделение и забыть там навсегда. В приемной Катю ждет засада из Светланы и Татьяны, которым тоже кровь из носу нужно знать, куда ходили, что ели и о чем говорили (именно в такой последовательности) Катя и Кира. Проблемы в компании? Любовница Андрея? Есть не давала, пока не расколешься? А что за пакет? В цирк, бабы!!!
Катенька приперла пакет, звонит Андрюша. Почему-то он без очков. Радуется отсрочке платежей, говорит, увидел плакат с Кабаевой («потрясающе выглядит!»), «может, нам с ней посотрудничать?» И хоть никакого личного интереса в словах Андрюши не звучит, Катенька все равно кривит личико. Ну конечно, как так можно, модный дом и красивая женщина. Привлекли бы для пиара кого-нибудь в очочках с ветошью, зря, что ли, этот «кто-то» здесь как проклятая поневой машет Впрочем, лицом «Катенькиной» коллекции как раз и станет Женсовет. Багинюшка должна быть только одна
Просьба организовать Алине чай-кофе Катеньку не обрадовала, но и разрушительных последствий (в виде метания стульев, например), тоже не вызвала. А потом внезапно на пустом месте в Катеньке опять проснулся Гоголь, и она попыталась игриво навести Андрюшу на разговор о пакете. «Потом, все потом!» - ответил простодырый Андрюша, и Катенька, поигравшись еще немного («потом, потом…потом так потом!») и посверлив пакет взглядом, решила попротирать стол перед приходом Алины. А когда пришла Шура, уже вовсю радовалась предстоящему визиту звезды и даже водрузила на свежепротертый стол где-то добытые фрукты. Радеет Катенька за успех ЗЛ, разве не понятно?
Шура склоняет Катю заглянуть в пакет. Катя пока еще сияет белым пальтом, но Шуру все же к тиграм. «Он же тебе доверяет!» Железный довод, чтобы вскрыть чужую посылку Впрочем, разве не этим тезисом с самого начала руководствовалась Катенька, начав крутить свои схемы сразу после того, как получила нотариально заверенное свидетельство об этом самом доверии? А Шура все тянет лапы к пакету, а потом и вовсе хватает, и наличие «заклепок» ее не смущает ни капли. Мы аккуратно, слуушай, это от любовницы посылка! Но Катенька кремень. Пока. Шура уходит чуть ли не обиженная. Что это вообще?!
А Катенька, поплясав вокруг пакета с перекособоченным личиком, на котором нет ни тени намека на то, что ей не терпится увидеть подарок «любимого», ставит его набок и аккуратненько отлепляет заклепку. «Любовницу» ищет, не иначе. Все же интересно. Когда б Андрюша успел, с тем безумным графиком, что она ему устроила? Но Катеньке график – не аргумент. А лично ею самою сказанное «любимому» буквально несколько часов назад «Какое счастье знать, что ты меня не обманешь и не предашь» - так это послышалось. И Андрюше, и зрителям. Из пакета выпадает игрушка, Катенька улыбается, потом берется за конверт (кстати, или ляп, или я не знаю – Малиновский его точно запечатывал, придавливал по липкому краю, а этот конверт выглядит так, будто с ним ничего подобного не делали, открывается свободно).
И начинается бенефис нашего Сирано.
Надпись на конверте гласит, что это «Инструкция по совращению Пушкаревой, Ч.2». («Они даже план! План совращения придумали!») Да, Сирано Катеньку услышал и процитировал. И да, надпись ее не смутила. Читать она начала спокойно, даже сделав гримаску «о как!» на словах «Мой дорогой друг и президент». И фраза про склероз и помощь ей даже понравилась. И пока все идет по «плану». До самого «монстра». А вот дальше начинаются напалм, везувий и содом с гоморрой.
«Куча всякой дряни». Этот пассаж задел Катеньку особенно сильно. Прочитала два раза сама, потом то же повторил голос крайне довольно собой Малиновского. Все-таки да, открытки действительно были самым для Катеньки приятным во всем их с Андрюшей скоропалительном «романе».
«Господи, за что?» Вообще-то, за обманутое доверие, за лицемерие, за угрозы, подставы и шантаж. И, отдельно – за попытку навязать чувство вины за те действия, к которым сама же этим шантажом и принудила.
«Коварный Зорькин» - «А причем здесь Коля?» Действительно.
«Зималетто уплывет к нему», «мы пойдем побираться», «когда фирма будет в наших руках», «послать Пушкареву куда подальше» - практически программа действий. То, что Малина ждет от Кати? Это, конечно же, письмо для нее. Смысла писать все это Андрею нет никакого. А вот Кате, если цель – оторвать от нее Андрея (и Андрея от Зималетты), вполне. Но литературно одаренный Малиновский мог бы добиться этого и меньшим набором оскорблений. Так что, похоже, он по-настоящему ненавидит Катю? Потому и голос такой довольный.
Пришла Кабаева. Нет, ничего, природа меня обидела, вы не поймете, такая, как вы, никогда не поймет такую, как я… Вообще-то Алина с ранних лет в большом спорте и наверняка нахлебалась всякого, ну да ладно.
«Какая разница, люблю я его или нет, финал у таких историй всегда один» А было "Ты не обязан меня любить" и "я люблю - это главное".
«Я предмет насмешек», «все издеваются» - вообще-то в ЗЛ над ней издевается только Милко. И Вика, которую Катя отбривает только в путь. «Я никому не нужна!» Подружкам нужна, но для Кати они только инструмент. Коле нужна – та же фигня.
Сеанс психотерапии от Алины (звезда моя! прости меня, если можешь! ). Удивленное «Я не думала, что вы такая…» А что ты думала? Что Алина- пустая бездушная кукла-проститутка, только потому что прилично выглядит и нравится мужчинам (и вообще людям)?
Намотав на ус про любовь к себе и прочее, Катя провожает Алину, почти улыбаясь. Потом уходит в каморку дочитывать про нумерацию открыток. Она уже собралась, движения резкие и решительные. На лице не страдание, а ярость.
«Он меня никогда не любил», «Он только смеялся надо мной!» Катенька, ему до такой степени было не до смеха, что это вообще последнее, о чем он мог думать. Но про шантаж мы уже приподзабыли, конечно.
Юлиана. «Катюша, «глазки красные», кто обидел нашу девочку. Нет-нет, это аллергия и вообще грипп.
Флешбек, бревно и ракурс. Андрей ведет по ее руке кончиками пальцев (Андрей! Кончиками пальцев! ) – рука не шелохнется. К вопросу о том, какие там чувственные бездны могли открыться бабнику-Андрюше. И ракурс, боже, ракурс!
«Не можееет человек так притворяться!» А претензий к Андрюше я вот совсем не понимаю. Он свою часть негласного уговора выполнил. Да еще ровно так, как могло устроить именно Катеньку. «Это розыгрыш». Собирает в пакет «дрянь» и открытки, рассуждает про розыгрыш, ПОКАШЛИВАЕТ. Грипп же! Катя отыгрывает все, что говорит?
Понесла пакет Шуре. Бабы прыгают из засады и опять требуют подробностей. В ЦИРК!!!! Кстати, Катенька прекрасно выглядит. Глаза сухие и даже не покраснели, вздрюченная немного, но совсем не раздавленная. Впрочем, когда планируешь месть, это контрпродуктивно. Отшивает подружек. «Странная она какая-то. Надеюсь, Кира ей ничего в суп не подсыпала?» Что вам сделала Кира, лахудры?!
Катя окончательно превратилась в горгулью. Идет, низко наклонив голову и выставив вперед пакет. Шура тоже хочет подробностей, но Катя сначала сует ей пакет, потом отбирает обратно и уходит. Ей в голову пришла какая-то интересная идея, очевидно.

Катенька добывает инструкцию, железной рукой залезши в запечатанный пакет. Ни одна повторно приклеенная заклепка не пострадала, несмотря на надрывающиеся вокруг Катеньки телефоны и незапертую дверь. Стальные, стальные нервы. Все-таки не то себе Катенька поприще выбрала. Добыв инструкцию, копирует под незамолкающие телефоны.
ЖС на ресепшене. «Положи на место!» - "вежливо" просит Катенька подругу, возвращая ей неоднократно оскверненный пакет. Шура закономерно не верит, что Катенька туда не заглянула, тем более что и запечатана посылка по-другому. Но Катенькин непреклонный взор полон божьей росы. Она не читает чужую корреспонденцию! Никогда! Стыдитесь, девушки. Добрая Шура не акцентирует внимание на этих деталях – ей бы подробности узнать и что все-таки там, в пакете. «Водородная бомба!» - остроумно отвечает Катенька подруге. «Шутишь все, Пушкарева? Смотри, дошутишься!» - Вика
Катенька и горе мое Андрюша. «Кать?» - улыбается, рыбка. «Да, Андрей Палыч. Не ждали?» Медуза Горгона в лапсердачке (с). Заставка.
Почему же, ждал. Алину Кабаеву. И где она, ау? Некая Екатерина Валерьевна, видите ли, не выполнила его просьбу… В Катеньке, как это с ней обычно бывает по злобЕ, проснулось тщательно в других случаях скрываемое чувство собственного (от такенного!!!как мы помним ) достоинства и йумор. Мол, пыталась приковать Алину к батарее, да ее перспектива почему-то не заинтересовала. Посмотрите за жалюзи, Андрей Палыч. Андрюша не улавливает. «Шутите?» Можно было бы занять гостью беседой, например о светской жизни. Катенька не может не воспользоваться случаем, чтоб не подчеркнуть свое благородное невежество в столь низменных вопросах. И подчеркивает. Это для Алины жизнь, а для Катеньки – разговоры. Не вижу логики, ибо именно разговоров от нее Андрюша и ожидал. Требовать от Катеньки светской именно жизни немножко слишком даже для него. А Катенька тем временем снисходит до пояснения – не значится фамилия Жданов в расписании Кабаевой, знаете ли. Андрюша интересуется, откуда агрессия. «Оттуда, - с холодной ненавистью объявляет Катенька. – Для вас люди – пустое место!» Как, собственно, и для кое-кого еще в этой комнате, так что не вижу проблемы. Андрюша заподозрил неладное. Напряженно смотрит «любимой» в затылок. «Вы странно выглядите. Вы не заболели? Говорят, грипп.. ходит» Про грипп звучит иронично. «До меня не дошел!» С издевательской улыбкой Катенька захлопывает дверь каморки. Потом расхлопывает обратно и добавляет, что Андрей Палыча хотела видеть Юлиана. «Так может это из-за нее у вас такое настроение?!» Буравит Катеньку взглядом. Катенька буравит в ответ – очевидно, ожидая, что «любимый» прям щас падет на колени. «Любимый» не падает, и Катенька скрывается в каморке. Да, кстати. Ни слез, ни красных глаз, ни неловкости, ни прочей нервенной дрожи Катенька не демонстрирует. Как будто каждый день уличает «возлюбленных» в страшных и ужасных обманах и каждый день ее мечты разбиваются в прах и попираются грязными сапогами. Рука набита.
И кто-нибудь может объяснить мне, почему, почему Катенька так уродлива в любви – и так нормальна (если не сказать красива) в ненависти?
Андрюша и Юлиана в креслах, обсуждают смету. Катенька нам посчитает. Юлиана протягивает папку, Катенька приближается к ней, обходя «любимого» со спины. У дверей каморки гуру пиара и деликатнейшая из женщин останавливает ее вопросом, хорошо ли она себя чувствует. То есть получается что. Гуру видит, что человек не совсем в себе. Но при этом вроде бы держится. Гуру позволяет человеку почти покинуть кабинет, где они сидят с его (человека) шефом и вдруг задает в спину свой сострадательный вопрос. Человек, который не совсем в себе, вынужден что-то сделать с расслабившимся уже лицом, обернуться и вежливо отвечать сострадательнице - в присутствии шефа. Но Юлиану ни наличие шефа не смущает (грубого черствого мужлана, в ее же представлении), ни то, что от такого вопроса человек может потерять с трудом сохраняемое самообладание и, например, расплакаться. Мне интересно, она совсем дура? Не, Катеньке, разумеется, это все что слону дробина, но любой другой на ее месте был бы выбит из колеи. Катенька же повернулась и сказала, что все хорошо. Юлиана решила еще чего-то уточнить и уже потом нагружать ее расчетами. Андрюша демонстративно вытянул руку, ожидая получить папку взад, Катенька демонстративно же обогнула его и отдала папку Юлиане. Перед кем еще концерт сыграем, а, Катенька? Тянет, тянет показать всем, что «отношения», даже сейчас .
Катенька в каморке передумывает кромсать в напряженных условиях откопированную инструкцию ножницами.
Захар без ужика и даже без собаченьки. Не, нафиг. Затемнение. Затемнение. Затемн… Андрюша.
Жует не пригодившийся банан, сиротинушка, и говорит с папА. У нас все хорошо. Ну конечно же будет заниматься Юлиана! Нет, все-таки было, было у нашего ПО что-то с Катенькиной фэей. Иначе откуда такая лояльность?
Катенька внимательно слушает их разговор. На личике – изможденное презрение. Звонит Малина. Катенька отвечает – спокойно, не выдав себя ни интонацией, ни лицом. Потом слушает разговор Андрюши с Малиной.
Андрюша, прелесть моя! «Щас за ним кого-нибудь пошлю. Э.. – Ага. Я даже знаю кого». Ей-богу, он и вправду собирался послать Катю Ладно, сгонял за пакетом, обозвал друга олухом. Вернулся в кабинет. Обсудили бантик и следы взлома. Катя в каморке подслушивает и подсматривает круглыми глазами в прозрачную полоску на двери. Андрюша читает инструкцию (кстати, конверт уже изрядно помятый и с чуть надорванными по сгибу краями). «Чтоб тебе самому, изверг, садист, ну ладно, пошел выполнять, отчитаюсь». Така любофь.
Юлиана во всю кокетничает с Андрюшей.
К приходу ее в каморку Кате уже попала в глаз соринка. Рыдает. Юлиана проводит ее через кабинет. Катенька показательно закрывается от Андрюши бумажками.
Катя в туалете «никогда не будет плакать» одновременно с входящей Юлианой. Страдания-утешения-«катюшеньки» в окружении мятых салфеток.
Является Вика. «О, а это что за всемирный потоп? Может, сантехника вызвать?» Юлиана просит нахалку уйти, Вика не понимает – вообще-то, она по делу и это общественное место. Проходит по своему «делу» к кабинке и замечает рыдания. «А че случилось? - Тебя не касается» (кстати, рыдания уже подыссякли). Вика из-за двери бьет не в бровь, а в глаз. «Одно из двух, или Жданов отчитал, или жених бросил (Катенька накачивается боевой яростью). Вот лично я сто раз переживала и то, и другое, и никогда не рыдала, никогда!» В общем-то, по Викиным меркам и учитывая отношения между фигурантками, это практически поддержка. Юлиана вклинивается со своей «отрицательной энергией», которая выходит вместо со слезами, но Катенька нашла другой способ эту энергию канализировать. «А Вика никогда не плачет! Правда, Вика? Такие, как Вика, не умеют плакать. Нечем!» Конечно, куда этим черствым викам до простых и искренних катенек. А наша Вика возмущена тем, что на ней срывают зло (вообще-то, так и есть). Катя вскочила и просит не лезть, но Вика именно что лезет в бутылку: «Другая бы на твоем месте спасибо сказала, что на нее внимание обратили! И так незнамо на кого похожа, а так вообще мокрая курица!» Катенька… забыла все страдания! Решительный взгляд исподлобья (любимый), сжатые кулаки, вся стремленье и порыв засветить в торец: «А ты ..знаешь кто?..» О, эта мимика! Бойцовский клуб. «Кукла! Пустая!» Юлиана пытается успокоить «девочек», а Вика снова бьет не в бровь! «Ты смотри, твоей подопечной перепалка на пользу пошла, вон, щеки порозовели, в глазах решимость…» Вика! А-ба-жа-ю А Катенька вновь не выносит неприятной правды?! Раскачиваясь, как в боевом трансе, просит у Юлианы зонт, и Вика мудропозорно отступает с поля брани.
Прикрывшись бумажками а-ля «не смотрите на меня, я плакала», Катя проходит в каморку мимо Андрюши, который привычно треплется с Кирой и нет, не врет, а что вчера? В каморке сверяется с инструкцией насчет открытки.
Является Андрюша с зайцем. Соответствует инструкции. При упоминании Волочковой Катенька поднимает лицо с отвешенной губой и смотрит на Андрюшу, как на врага народа. Андрюша замечает красные глаза. Да, от смеха Катенька плакала. Смеялась до слез над историей из жизни Женсовета. Не понимающий Андрюша неловко шутит, мол, хорошо, что у кого-то такая жизнь развеселая. Ага, обхохочешься, попрекает зажравшегося Андрюшу Катенька проблемами истеричной дуры, любительницы лазать по чужой почте и неблагодарной шалавы. Андрюша чешет под носом и предпочитает не понимать аллегорий. А Катеньку довезет папа. Что вдруг? Что-то случилось? Нет, все хорошо. Между прочим, Катенька как стояла, так и стоит, не делая попытки уйти. Андрюша истолковывает это в том смысле, что надо, наверное, все-таки «любимую» поцеловать. Обходит стол и клюет в щеку. «Любимая» кривится от отвращения и ныряет носом в шарф. Андрюша…пожимает плечами, сует руки в карманы и «до свидания, Екатерина Валерьевна». Еще раз пожимает плечами, непонимающе ежится, окидывает взглядом каморку и с чувством выполненного долга устремляется к выходу. Обнять? Потребовать объяснить, что случилось? Не-а.
Катенька казнит зайца ящиком стола и режет фотку «любимого».

Милый, теплый, семейный пушкаревский уют. ВС попрекает Зорькина пирожком и шутит супруге юмор: «Выглядит, как облезлый кот, жрет, как слон, да еще хамит!» Очень собой доволен. Так думаю, обидься Коля или еще по какой причине прекрати посещать гостеприимный кров, ВС бы затосковал от невозможности демонстрировать свое остроумие так, как этого просит душа. Впрочем, Коля уже привыкши: «Гость в дом – радость в дом, а вы скареда!» А мы узнаем, что Коля тут завтракает, обедает, ужинает и еще с собой берет. А скареда почему-то ВС. Правда, он и не в курсе насчет того, насколько сильно его гениальная дочка обязана облезлому Зорькину своим нынешним успехом, так что кормить ей его еще долго. С другой стороны – почему бы не объяснить родителю, что Коля свою еду на годы вперед отработал? Странно, почему Катенька этого не сделала…
А вот и она. Тихо пройти в комнату не получилось, и ВС получает новый повод поупражняться в остроумии. Ой, а ктой-то к нам пришел? Полчаса отборного пушкаревского сарказма по поводу взрослой работающей дочери и ее поздних возвращений домой. Коля подвякивает: «И даже в коридоре ничего не упало!» ЕА пытается отвлечь супруга едой, но тот поймал кураж: «А вдруг это не наша Катюха, а вдруг это двойник, или, как сейчас говорят, клон?» Катя поворачивается с резким «Хватит!» ЕА поняла, что что-то случилось, одними губами спрашивает, что, ВС опешил и растерялся от напора, и только чудный Зорькин, встав в красивую позу, радуется возможности наконец-то тоже смешно пошутить: «Знаете, дядь Валер, мне кажется, у нашей Кати не может быть двойника. Потому что она – ошибка природы!» Заедает пирожком. Все-таки Коля снайпер.
Катя закрывает за собой дверь. ЕА объясняет двум идиотам, что «человека обидели». ВС рад, что не он облажался: «Воот! Хочешь еще такие пирожки есть, держи язык за зубами!» (не «Думай, что говоришь»? интересно). Коля выкобенивается: «А что, я когда пирожки ем, язык высовываю?» Продолжает жрать пирожок. И вообще, раньше она не обижалась и мы всегда так шутим.
Катя в комнате начинает свою рефлексию. Читает пассаж про коварного Зорькина. «Коля… святая простота, а я наивная дура!» ну да, ну да.
Коварный Коля тем временем нашел удачный момент, чтоб открыть Пушкаревым глаза на то, как выглядит их дочка: «Вы что, совсем не понимаете, что она не идеал красоты?» ВС не понимает. «Да, моя дочь не такая как все! Она не красится как индеец на тропе войны!» Ну, вообще-то была попытка. Именно как индеец. Сиу-черноногий. ЕА солидарна с супругом: «А ей не надо красится! У нее и брови свои, и реснички…» Вообще-то «реснички» у Катеньки появятся только вместе с тушью, а что до бровей… Ну… да. Они у нее… есть. В каком-то смысле . ВС тем временем задвигает про то, как он понимает красоту – главное, чтоб никаких каблуков и мини-юбок, а ЕА отстаивает Катенькин «свой стиль»: «У нее прекрасное вообще все…» Показывает лапсердачок (с). И вообще, Зорькин всех оскорбил. «… и отца, и мать!» - негодует ЕА, ловко обходя закинутый в ее огород булыжник. И грустно поникнув, ищет защиты у грозного супруга, который это почувствовал, утешает за плечи и гонит паршивца извиняться на коленях. Зорькин бубнит про изюминку и экзотичность, ВС гонит, настаивая на «наколенях». Зорькин бубнит, чтонеча на зеркало пенять, коли рожа крива «… она конечно не виновата, это зеркало виновато…». ВС предлагает еще пошутить и еще много разного. А ЕА добилась того, что Коля пошел извиняться, и тут же унимает разбушевавшегося супруга. И ой, «ну вот, пирожки остыли!»
Катя забилась за этажерку. Сидит в темноте на полу, колени подобрала, держится рукой за край этажерки, ссутулилась и наклонила голову. Горлум заполз в пещеру. Зорькин многословно извиняется, Катя хочет побыть одна. Зорькин сыпет комплиментами а-ла Жданов: «Ты финансовый гений!» Катя истерически смеется. Сходство с Горлумом усиливается – одна рука плетью висит до пола, ссутуленное плечо выставила, губу отвесила. Зорькин суетится и несет свою пургу. Обещает никогда не смотреть на фотографию Клочковой. Катю заинтересовало – выглядывает из-за этажерки. Показывают ее голову на фоне скособоченного плеча и уцепившуюся за этажерку руку, потом камера отъезжает – снова видно ее всю целиком. Все еще Горлум. Наконец, вылезает из угла, перемещается на диван в объятия Коли.
Разогретые пирожки с чаем – то, что нужно сейчас больше всего. ЕА проверяет обстановку и оттесняет обратно в кухню ВС, который все же заглянул в комнату и теперь возмущается объятиями. Оттеснить оттеснила, но надо признать – право на приватность Кате, скорее всего, у родителей пришлось выгрызать. Зубами.
Катя начинает исповедь, имитируя бессвязность. «Я дура… доверчивая… как можно быть такой нелепой!» Коля не понимает и просит объяснить связно. «Я твой друг и ты можешь мне доверять». А Катенька уже «не знает», кому можно доверять. Чья бы корова. «Это так ужасно, опять… Опять попасться в ловушку. Я знала, что меня невозможно полюбить, но почему-то ему поверила!» Кому ему? «Андрею». Какому Андрею? Коля напряженно ждет ответа, и намека на мысль не допуская, что там может быть за Андрей. «Жданову». Коля фигеет. А Катенька думала, что он ее любит, а он ее «использовал». Не использовал, а защищался. Использовала его Катенька. Коля все еще фигеет. «Зачем? Он доверил тебе тайну, которую даже родителям своим не рассказал!» Хоть кто-то, хоть когда-то об этом вспомнил! Спасибо, Коля.
Катенька садится на пол и начинает имитировать дедукцию «Знаешь, я думаю все это началось из-за тебя!» Бинго! Причина найдена. Конечно, конечно из-за него! Совсем не из-за Катенькиного вранья, ну что вы. «Малиновский (ПАУЗА) и Жданов подумали, что между нами что-то есть!» Нет, сначала они подумали, что кристально честная Катенька, которой доверили имущество, как-то неожиданно оказалась не такой кристальной. «Когда-то они так решили». Угу. Когда кое-кто начал всячески им эту мысль подсовывать. «Они испугались, что мы с тобой сбежим, и прихватим с собой все имущество ЗЛ». Открывает рот. Закрывает рот. По-лягушечьи закусывает нижнюю губу. «Ну, чтоб меня под контролем держать! На коротком поводке!» Кто кого держал (и держит)… Да и по коротким поводкам Катенька кому угодно фору даст. «Лучше способа и не придумаешь – влюбить меня. А на роль моего возлюбленного (боже ) согласился Жданов!» Уж как Катенька старалась-то, чтоб согласился. Бедный Малиновский такого никогда в жизни не видел.
«Я думаю, все началось тогда, когда Андрей подписал долговое обязательство, и все имущество ЗЛ перешло НМ». - «Но ведь он сам предложил?» - «Да, но я тогда пообещала, что об этой сделке никто не узнает». И какая религия помешала выполнить обещание, я понять не могу? ВСЕ ИМУЩЕСТВО ЗЛ. Вообще. И Катенька говорит об этом, как о какой-то мелочи, тьфу, растереть. «И вдруг они выясняют, что некто Зорькин работает в НМ и в курсе всех дел». Ни тени намека на то, что вот конкретно в этом моменте совсем не мерзкие Жданов с Малиновским виноваты. Что немножечко было у них причин … «испугаться». Кстати… «Представляю, как они тогда испугались!» Да ей это даже сейчас в кайф, боже мой
Флешбек с Катей - гардемарином и Гоцманом. «Коля мой друг! Мой лучший друг!» Еще раз полюбуемся на наивно-обиженную мордочку кристально честной концессионерши. Черно-белый охрипший Андрюша вновь задает свой вопрос: «А я разве просил вас…?» Черно-белая концессионерша оскорблена: «Нет». Нынешняя Катенька на диване: «Малиновский (ПАУЗА) и Жданов устроили мне настоящий допрос (как посмели только) Они страшно возмутились (с чего бы?), узнав, что ты работаешь в НМ и знаешь больше, чем ИМ БЫ ХОТЕЛОСЬ » То есть... Держать все в тайне – это вовсе не необходимость! Это дурацкие хотелки! А как лучше, знает Катенька. И сделает втихаря. Исподтишочка Гении, гении писали эти тексты. «А Роман Дмитрич (подлец такой) вообще объявил, что твое появление – это шпионский заговор!» Как ловко Катенька наводит тень на плетень – не ее стремные действия, в результате которых Коля и «появился» в страшно-секретной фирме, а сам Коля, сам по себе, своим появлением вызвал у злоподлого Малины необоснованные злоподлые подозрения! Честный Коленька оскорблен: «Они что, фильмов пересмотрели? Если новый человек, то сразу шпион?» Нет, если новый человек в страшно-секретной фирме, о которой никто не должен был знать. Ну и да- «Привет бойцам невидимого фронта!» - приветствовала честная Катенька своего нешпионского экономического «негра», придя домой после того самого «настоящего допроса». А Катенька нынешняя.. пустила слезу: «Я тебя защищала, битых полчаса (ню-ню), я уговаривала, растолковывала, что ты честный, порядоШный, а они… Ты знаешь, мне даже показалось, что я сумела их убедить». И честный взгляд со слезой в очки облыжно заподозренного друга. «Это была самая страшная моя ошибка». О как? Не то, что ты просто сразу нарушила данное только что обещание, а потом врала и темнила? «Они ничуть мне не поверили». Как так? Почему?! Варум, перке
А умный вроде бы Коленька тоже не хочет видеть причин и следствий. «Это что же получается, они из меня заранее мошенника сделали? А я, между прочим, ни копейки себе в карман не положил (ну, мы помним же, почему так получилось, да? точнее, не получилось)! У меня до сих пор только один костюм с выпускного». Катенька жжот напалмом. «Я думаю, на твоем месте мог оказаться любой другой. Они просто испугались за свою компанию». Просто испугались за компанию. Всего-то, господи «А тут еще этот слух о том, что мы с тобой встречаемся…» Напомнить, кто и как его пустил, а, Катенька? Но нет, Катенька не при чем! «Помнишь, как ТЫ мне звонил, а трубку сняла Татьяна?» (не, ну так-то Коля тоже тут молодец, конечно…). Катенька нагоняет саспенса. «Вот видишь, ты с трудом это вспоминаешь, а мне кажется, что именно этот звонок решил мою судьбу». Флешбек с Татьяной. В ЦИРК!!!! К тиграм!!!
Коля одного не может понять – почему Катенька не смогла сразу объяснить Жданову, что «они просто друзья»? Потому, Коленька, что это не входило в планы Катеньки. Точнее, у нее были совсем другие планы. Ну а так-то конечно, Катенька «просто не думала, что это может быть кому-то интересно». Ну золотые слова «Зачем начальнику знать подробности личной жизни помощницы?!» Аж поворачивает голову. И таращит очень честные круглые глаза. А знать начальнику эти самые подробности очень надо. Потому что иначе затащить его в койку в загс не получится. Сомневаюсь, что тут бы и необитаемый остров помог. «Если б я только могла предположить, что он думает на самом деле!» Зачем предполагать? Знать гораздо надежнее. Точнее, сделать так, чтобы думал именно то, что нужно. Коля упорствует. «И все же из-за одного звонка вряд ли можно сделать такие выводы». А Катенька очень качественно работала с общественным мнением. И потом, была же еще визитка! Катенька изображает очередной инсайт, а мы любуемся на пьяного Рому и жующего лепестками Андрюшу. Аааа у Катеньки нет никакого жениха! (флешбек со звонком «любимого» был вот только что) И он такой шутник, этот друг детства, обхохочешься же. Финансовый директор, скажете тоже.
Перерыв на пирожки. Катенька не может, а ты, Коль, поешь, а то мама догадается. Слушайте, почему он столько жрет? Жрет и жрет, и жрет, и жрет, а потом опять...
Но нет, аппетит пропал. Зорькин заключает, что его визитка стала последней каплей. Катя в профиль с открытым ртом и отвешенной губой. Катящаяся из под очков слеза не делает ее привлекательнее. «Я думаю, они очень повеселились, когда придумывали план захвата» О, опять. И конечно же, «веселье» идет отдельным пунктом. Да в кошмарах им снилось это веселье, Катенька. Особенно Андрюше.
Флешбек. Катенька, ссутулившись и с отвращением: «Я думаю, в ту минуту у них уже был готов четкий план». Катенька, у тебя со словом «план» что-то личное? «Малиновский был как генерал перед началом сражения!» «Я думаю, они уже точно знали, в какой именно ресторан мы пойдем (это важно, чорт возьми! какой именно ресторан) и что потом мы останемся с Андреем наедине… Он начал что-то говорить о своей вине перед сотрудниками, сокрушался, что не может выплатить зарплаты..» Зорькин презрительно морщится, Катенька презрительно вспоминает подробности. Ну конечно же он сокрушался понарошку, Катенька! Конечно, ему было глубоко плевать на судьбу компании и зарплаты сотрудников! У него же «план захвата»! Несокрушимая цитадель Пушкаревой Е.В., куда уж зарплатам до ее (цитадели) крысиных косичек… «… Теперь-то я понимаю, почему он так много пил». О, какой профиль. Воплощенная ненависть. Вытаращенные остекленевшие глаза, усмешка. «Конечно, Коля! Представляешь, какой это героизм – поцеловать такую как я!» Ветошь и очочки, Катя. И уже совсем не такой был бы и героизм. «… А потом он опять начал что-то говорить о наших с тобой отношениях, о том, что мы просто друзья». Бла-бла, поцелуй. Один крупный план лучше другого. «Представляешь, я отключилась!» - злится на себя и свою реакцию. «В голове закружилось, Андрей даже скорую хотел вызывать!» - очень сильно злится. Стоит, вцепившись в Колю, очень близко. Перепугалась, сбежала, а потом не выходили из головы «п-поцелуи». Ппоцелуи едва выговорила. Личико сложное. Встали спиной к спине, крупный план. С злым отвращением: «Вот так витаешь в облаках, а потом вдруг просто понимаешь, что ты оказалась легкой добычей». А вот дальше… Это уже не Горлум. Это чудище покруче. Почти сипит, лицо страшно скривилось, в глазах злоба: «Ну откуда я могла знать, все было так похоже на правду!» Вытирает слезу… но монстра мы уже увидели.
Коля: «… хоть в монастырь иди». Утешил, нечего сказать. Катенька яростно бегает по комнате, активно жестикулируя. «А я и так живу, как в монастыре! Жила, как в монастыре! Я же выстроила вокруг себя стену!» Перемигивания с летним Малиной на остановке, поход в клуб с Витьком, поход в клуб с Рафиком, коленочки, как бы это сделать так, чтобы Андрюша понял, что мы друг другу нужны? Ну такие стены. А Катенька наяривает, опять срываясь на хрип: «… работа и одиночество!» В какой там серии было «А если я буду с Андреем на этих фотографиях?» В первой?
Коля попрекает благодатной почвой. Катя орет – влюбилась в мечту и была счастлива. Коля, горячо: «Конечно, сложно удержаться, когда принц цветы дарит! Я бы тоже не удержался, если б за мной мисс мира начала ухаживать!» Катенька с таким сравнением не согласна. Толкает, жестикулирует, орет. «Не так, не так, не так! Не так просто! Я ему не верила!» Мучительный для Жданчика флешбек. «Он не давал нам… мне и себе забывать о наших отношениях». Мечтательно, улыбается: «Каждое утро я находила на столе подаааарочек…. И открытку с нежными словами…» Опять – самым приятным для Кати были открытки с подарочками. «Как тяжело ему со мной, наверное, было – я не вписывалась в его обычную схему обольщения» Ой, права! Ой, тяжело! «На шею не вешалась (Стоп. Что? ) в ресторан не напрашивалась, подарков не требовала…» В койку загоняла, перед Кирой просто с транспарантом ходила, сцены устраивала, шантажом шантажировала… ну, вот в ресторан да, не напрашивалась
«Я думала, что любовь делает его таким стеснительным, а он просто не знал, как себя вести» Вот тут да. Еще один флешбек.
Улеглась на ковер, елозит лицом. Куклу, оказывается, Малиновский купил. «Для них это просто бесплатный циииирк, новая забава…» Хороша забавушка! Но Катенька даже сейчас мысли не допускает, что в центре может быть не она. Конечно же, цирк! Не заложенная в ее «честные» ручки семейная фирма, а она, Катенька, занимала все мысли злобных насмешников. У них жизнь-то скушная, над чем и повеселиться, как не над Катенькой. Но она все равно не жалеет.
«Но ты же знала, что он женится»? Очень разумный вопрос, Коля. «Знала, знала, но знать и верить… Как-то вечером Андрей и Кира, они… ужасно поссорились. Потом Андрей сказал, что отвезет меня домой… Я думала, что он скажет, что наши отношения закончились… а он сумел убедить меня в обратном». Помню, помню) 83. Андрей и Кира «ужасно поссорились». Катенька устроила свою любимую сцену, заставила Андрюшу вымолить у нее дозволение отвезти ее домой, а в процесее… Ах, вы не собираетесь отменять свадьбу? Тогда зачем этот разговор? Хотите, я вам Никамоду завтра верну? Конечно, бедолаге пришлось «суметь». Катенька продолжает новый фанфик. «Я понимала, что это жестоко… жестоко и подло по отношению к Кире…» И ее это полностью устраивало. «Но он говорил, что сходит с ума…Что жить без меня не может…» Мечтательно закрыла глазки. Да, все еще валяется на полу. Так легко в это поверить, да, Катенька, а шантаж, какой шантаж? Обидные ваши слова…
Коля удивляется, как это вы, женщины, верите, когда вас обманывают. А Катя внезапно «чувствовала, что он любит» ее. «Так невозможно притворяться! Не-воз-мож-но так притворяться!» Шатается, как пьяная, и говорит сквозь зубы, глаза закрыла. Сама себя убеждает? Флешбэк с дровами.
Та-дам и кульминация. «Но я слишком высоко взлетела. Пришло время падать» «Боже, какой текст», - сказал бы кинорежиссер Якин. «ЭТО ПРОИЗОШЛО СЛУЧАЙНО. РОМАН ДМИТРИЧ УЕХАЛ И ОСТАВИЛ ВОТ ЭТО». Это Катенька так свой залаз в чужой запечатанный пакет прелестно описала, если кто не понял. «Инструкция по соблазнению сссамой некрасивой… очкастого монстра (2 серия. "Ты оставил очкастого монстра?!" Роскошный слух у Катеньки! и память ему под стать) и круглой дуры! Кати Пушкаревой!». Быстро и громко читает последний абзац: «Когда фирма вновь будет в наших руках… пусть эта мысль греет тебя каждый раз, когда будешь ложиться с Пушкаревой…в постель… некрасивая женщина после занятия …сексом». Гадкие, отвратительные слова «постель» и «секс» Катенька произносит посреди больших пауз и тихим стыдливым голосом. Она очень порядоШная девушка, Катя. Ткнулась лицом в инструкцию, потом подняла голову. В окно: «Почему он мне не доверял?!» Действительно, почему? Ему врали, как не в себя, а он вдруг перестал доверять. Где логика, где связь… «Я ведь с самого первого дня делала для него все, не ставя никаких условий… Прятала любовниц (не просил), защищала от Киры (=провоцировала скандалы), писала липовые отчеты (это стоило такой внутренней борьбы, да-да), почемуу же он мне не доверяял! Как он мог так со мной поступить?!» Смог – ровно так, как с ним поступила ты. Но лесопилки в собственном глазу Катенька не видит принципиально.
Коля хочет дать в морду, но Катенька считает, что это бессмысленно. А вообще, как она завтра пойдет на работу, как посмотрит в глаза (не вижу проблемы; как сегодня смотрела, так и завтра посмотрит), и вообще, она так хочет убежать… спрятаться… Как Катенька убегает и прячется от обидчиков, мы видели, а вот Коле приходит в голову ценная мысль – пусть лучше Жданов прячется. Папочка-то вот она. Катенька мрачно смотрит на концессионера. Спасительные титры.

Несправедливо обиженный Коленька трясет черной папочкой. «Да ты из своего Жданова сможешь веревки вить! (в общем-то, Катенька и без инструкции нечто подобное практиковала) Ты можешь ему одним взмахом пера такое устроить, о чем он даже никогда не помышлял в своей маленькой недолгой карьере!», - уверен наш мамкин финансовый барракуд, который ворочает судьбами мира, не покидая любимой штаб-квартиры с прямым выходом к фрикаделькам. «Мы поставим их на место! Мы ударим Жданова по самому больному – по карману!» То есть, уворуем-таки чужое, да, Коленька? И кстати, карман – это самое больное у тебя, у чмошника, а у Жданова это больное - семейная фирма.
А Катеньке надо отдохнуть, подумать, и завтра, Коля, завтра. Барракуд уходит, бросив напоследок, что ничему Пушкареву жизнь не учит.
Катенька и ЕА. Катенька страдает посреди комнаты, ЕА воркует вокруг. «Все в порядке!» пускает Катенька одинокую трагическую слезу и вздрагивает, когда мама к ней прикасается. ЕА пугается. «Ты его встретила?» - «Кого?» - зловато не понимает Катенька сквозь слезу. Ну кого-кого, Дениса этого! «Никого я не встречала» - почти раздраженно. «Я устала… мне отдохнуть надо…» Мученически стоит на том же месте. ЕА с жаром кидается стелить постель, поминая папу, это ваше зималетто и всех таких нервных. Катенька стоит. Спиной, не реагируя на суету. «Мамочка!» Что, что?! ЕА кидается к ней с грудой больших плюшевых медведЕй (Малина – психолог!). Несколько секунд стоят рядом, ЕА (50+) – с платком, серьгами, ободком, который делает красивый валик надо лбом и красивыми покрашенными и завитыми волосами, и Катенька (24) – крысиные косички, ветошь, блузка в мелкий бес и красный вязаный жакетик, может быть, и вполне неплохой сам по себе, но на Катеньке да с блузкой выглядящий, как кофта моей прабабушки. «Я сама постелю! Спасибо…» Забирает у ЕА медведей.
Очень крупный план Катеньки. «Почему-то жизнь ничему меня не учит, правильно Коля сказал. Люди совершают ошибки, чтобы на них учиться, а я постоянно наступаю на те же грабли!» Вот да. Не ах я так любила! Не ох как больно!.. Но вернемся к крупному плану. Треугольное лицо, короткий нос, очень круглые глаза за очень круглыми очками. Ни слеза, ни трогательно дрожащие губы ситуацию не исправляют. «И дело не в Денисе с его пари, и не в Андрее, который воспользовался…» Да чем, чем он воспользовался, может мне кто-нибудь объяснить?! Это Катюшей Масловой воспользовались! Или вот Настасьей Филипповной. И потом, «воспользование» предполагает некое удовольствие от процесса. Какового не наблюдалось ни в реальности, ни даже в недавних Катиных умозаключениях.. Очень наша дева тяготеет к красивым словам. Заставка, слава Богу.
«Я была такой всегда». Катенька садится за старый письменный стол (браво реквизиторам), выдвигает ящик. « в -гоне за –илли- -нами», читаем мы название затрепанной невзрачной книжечки, лежащей в самом верху Соседствует с книжечкой диск развратной Мадонны. «В лучшем случае на меня просто не обращали внимания. А в худшем…» Достает тетрадку. На обложке король-лев и не то собака, не то коза. В тетрадке – если сердце, любви не бойся никогда, 12 розочек в стакане и прочее, написанное разноцветными чернилами. Не мной замечено – если так ее все гнобили, откуда взяла образец? Некрасиво сморщившись и отвесив губу, открывает прекрасно наманикюренными пальцами загнутый уголок.
Детская фотка со снеговиком в очках. Флешбэк. Фуууу, опять пришла, не нужен нам твой шарик и ты не нужна. Сидит, наклонив голову, нехорошо усмехается. Крупный план. Боже! Ну нельзя так снимать милых добрых страдающих Золушек! Флешбэк. Снеговика построили с родителями, ВС фотографирует. «Ну-ка, давай, улыбнись, что ты кислая такая!» Дети дочку прогнали, надо заставить ее улыбнуться. Чудесный человек.
Фото молодой Муравьевой. Огнище! Катя… то ли улыбается, то ли… усмехается. Не поймешь из-за ракурса. Фото Кати за партой. Флешбэк. Занято! Я заразный! А мне врачи прописали одному сидеть! Оскаров деткам, каждому Потом Пушкаревы врываются в пустой класс с Катей на камчатке. «Ничего, нас, Пушкаревых, издалека видно, и бинокль не нужен! Правда, Катюш? Ну-ка улыбнись! Улыбнись, улыбнись!» Весьма чудесный человек. Катя нынешняя улыбается в профиль, выпятив челюсть. В тетрадке очередной уголок с наклейкой в медведиках. Катя листает и в этот раз улыбается нормально. Флешбэк. Катя в желтой кофте с черными полосками поверх формы и с пышным кружевным воротником поверх кофты в темноте садится писать дневник (NB! дневник хранится в коробке из-под гуаши). Вообще нормальная девочка! Двигается нормально, смотрит нормально, не гримасничает, челюсть не выпячивает. «Я думала, что когда я вырасту, все мои проблемы закончатся сами собой». Листает тетрадку, мелькает вырезанная из журнала красивая туфля на шпильке. «Но детство прошло, а я по-прежнему осталась той одинокой девочкой». Да, тут Катенька смотрит в камеру – от слез ни следа не осталось, глаза сухие, лицо спокойное. «Я умерла сегодня днем»,ага.
Флешбэк и ужасающий ДР. Торт со свечками, ВС орет «Мо-ло-дец!», Катя свечки задула, ЕА гонит всех танцевать, чтоб «освободить место в желудках». Ребята встают из-за стола. «Команда танцевать прошла, быстро все встали и затанцевали!» Он совсем мудак? ЕА пытается его унять, но не очень преуспевает. Или не старается. Потому что мудак дундук ВС тут же угрожает через две минуты зайти и проверить, и чтобы все танцевали!
Звучит патефон и «Темная ночь». Один из мальчишек встает и движется к Кате. В углу на диване мы видим Колю, уткнувшегося в книгу, и нафиг ему не уперлась вся эта движуха, все эти одноклассники и прочий версаль. Подросток-Катя (браво гримерам, Уваровой и вообще всем причастным – ее не только превратили в ребенка, ей лицо сделали шириной в шею!) раскачивается на стуле, сжимает челюсти и пытается улыбнуться. Но засранец просит морса. Катя еще сильнее сжимает челюсти, резко поворачивается, резко хватает и отдает засранцу кувшин, резко опускает прямые как палки руки и прижимает их к туловищу. Колька в мерзкой праздничной рубашке в горошек тихонько ржет в своем углу… и Катенька моментально хватает что-то и кидает в него! Обоим пофиг на одноклассников. Наказав паршивца, Катя так же резко и порывисто обходит стул и идет вдоль стола, собирая тарелки. Голову низко наклонила, смотрит исподлобья, прямые руки так же прижаты, когда не задействованы в сборе тарелок. Полнейшее ощущение вот прям некоторых проблем. Это не просто неловкость и зажатость… Натыкается на чудесного человека папу. «На кухню» буркает едва слышно и не глядя в лицо. ВС возмущается: «Где это видано, чтоб именинница сама по хозяйству хлопотала?!» А кто должен? Гости? Или мама? «Была команда какая? Танцевать! Давай-ка!» Катя молчит, отвернулась. Чудесный человек замечает, что как-то не стремится никто Катю пригласить. Кстати, кореш Колька мог бы оторвать тощий зад с дивана и выручить подружку, чтоб не мучилась она от неловкости, одна над своим деньрожденьишным тортом… Но нет. Сидит. Сытый и безразличный, как Швейцария. Ну, поржал только маленько. А ВС «такает» и приглашает «барышню» (впрочем, хорошо, что не попытался выдернуть из-за стола одинокого паренька, да не взялся в процессе учить…) Барышня вынуждена согласиться. Но чудесному человеку этого мало – требует «в глаза смотреть партнеру!». Катя выжимает из себя улыбку. ВС бодает ее лбом, Катя отвечает, но рефлекторно качнувшись назад сначала. Это жесть, товарищи. Такое чувство, что гостей Кате навязали – она не знает, куда себя деть, разговаривать с ними не может. Ей бы одного диванного Кольки хватило, с которым у нее полнейший духовный резонанс и доминирование. Диванному Кольке, кстати, тоже. Но он, кажется, к одноклассникам идиотам просто равнодушен – не похоже, чтобы за книжку он прятался, ему реально там интереснее. С другой стороны, показаны совершенно нормальные ребята, которые нормально к Кате относятся и даже пришли на ДР, хотя особой близости у них с Катей нет. И Катя – хоть и стесняется и зажата ужасно, но ждет приглашения от засранца!
Нынешняя Катенька продолжает рефлексию над тетрадочкой. «Только папа считал меня красивой. Когда он при посторонних называл меня красавицей, мне хотелось сквозь землю провалиться! Я думала, что когда я вырасту, все мои проблемы закончатся сами собой (опять повторяет), что тогда я докажу всем, кто такая Катя Пушкарева!» А кто такая Катя Пушкарева? Что самая умная, все и так знают.
А у нас 1 курс и Катенька с порога начинает доказывать. Толпа перед расписанием в три ряда, все пишут, Катенька маячит за спинами двух высоких парней. Тянет шею, «вы не подскажете». Парни переглядываются и ухмыляются, хотя причин для насмешек нет – Катя здесь хорошенькая! Впрочем… С ее позиции Катенька не могла видеть подробностей, так что придумывает, придумывает. Кстати, рядом с ней, в том же ряду, еще одна девушка, которой вообще ничего не видно, но она почему-то не делает из этого трагедии, а спокойно ждет, когда толпа рассосется. Другая девушка поступает смелее и просто втискивается между Катенькиными «врагами». Сраженные наповал цветом ее волос, те не только отвечают на ее вопросы, но и предлагают проводить, хотя она из первой группы, а они из второй. Троица освобождает место, но Катенька, вместо того чтобы подобраться поближе к расписанию, пялится на компанию и с грустной надеждой сообщает вслед, что она тоже из второй. Внимание, вопрос. Это вот трагедию мы сейчас наблюдали? Отвергнутости, неприкаянности и экзистенцио…циа… циального одиночества? Вопрос номер два. Если парни проигногрировали и надсмеялись над изгоем Катенькой, фиг ли она так хотела набиться к ним «во вторую группу»?
Красивые съемки нынешней Катеньки (съемки, не Катенька красивая!) наискосок в очки. «Сейчас я даже благодарна этим людям. Они не принимали меня в свою компанию, но и не делали вид, что любят меня». Все эти люди – это те два калеки плюс блондинка? Ну и несет конечно Катеньку. Сразу и «любят». Даже принятие в компанию любви не подразумевает так-то. Но Катеньке должны все, всё и сразу. «Они были со мной честными». Кстати, неплохо было бы взять с них пример – быть честной. О! Флешбэк, к вопросу о честности «Они поспорили на меня! Просто поспорили с ребятами, кто переспит с самой некрасивой девушкой, которая спит только с учебниками!..» и тд. кто они кто ребята в чем удовольствие в чем челлендж кто платил где взяли деньги почему Денис слился и прячется в общаге у него же крупная сумма аааааа Кстати, в этот момент Катенькина мимика сильно напоминает мимику Кати-подростка с дня рожденья. Что это? Нагнетает трогательность? Черно-белый Андрюша нечестно говорит, что любит. Парочка ткнулась друг в друга лбами и Катенька тянет челюсть!!! Тьфу, блин, не могу, это анекдот про дона Педро как гвозди микроскопом забивать
А Катенька вновь задается вопросом «За что?». Повторяем наш ответ – за вранье, подставы, подлость и шантаж. «Почему история повторилась?» Потому что проблемы в консерватории. «Почему он решил, что СО МНОЙ можно вот так?!» Да ты ж моя прелесть! А почему с тобой нельзя вот так? С Кирой можно (о, как можно было с Кирой, особенно с твоим участием! и так, и эдак, и жопой, и с оттягом «в любом случае»!), с Изотовой можно, с Викой можно будет… А с тобой нет, нельзя? «Неужели непонятно, что с живым человеком нельзя играть, как с деревянной куклой?» Золотые же слова, Катенька! Нельзя злоупотреблять доверием, нельзя давать обещания, не собираясь их выполнять, нельзя подставлять человека, который тебе доверился, нельзя шантажировать, грозя уничтожить всю его жизнь, если он тебя не «полюбит» и не откажется от всего, что эту его жизнь составляло… Много чего нельзя, в общем. И да, с тобой никто не играл. От тебя пытались защититься.
Кстати, а почему кукла-то деревянная? Снова красоты, или опять на уникальность претендуем, м, Катенька? Вика-то у тебя поди кукла пластиковая…
«Может быть, Коля и прав, стоит наказать Андрея, ведь все действительно в наших руках…» Вот только не надо ля-ля - может быть, Коля прав… Даже сейчас на Колю сваливает, хотя решение приняла сама и сразу. Кстати, все последнее предложение проговаривает быстро и местами невнятно, в отличие от четких и пафосных предыдущих «вопрошаний», словно стараясь поскорее проскочить крамолу… которая так не вяжется с образом чистой-наивной-загнобленной? «Господи, уткнуться, забыться, кошмарный сон».
Хосспади! Зималетто, родное Андрюшу покажут!!!... ЧОрт, опять Катенька. В каморку шагнула Буонапартием, разделась, повесила насекомье пальтишечко, села за стол. Нашла в ящике памятную тряпицу для протирки различных поверхностей, флешбэкнула свои сухие рыдания в машине и то, как Андрюша трогательно пожертвовал ей ее (тряпицу). Черно-белая Катенька старательно трет кулачками глазки и воет «я вам постирааааю» и «я вам вернууууу». После недавних настоящих слез эти потуги смотрятся еще более ненатурально. Андрюша на заднем плане раздраженно жует лепестками и уговаривает Катеньку прекратить балаган перестать плакать. Катенька не перестает, и Андрюша орет. Подействовало. Лохматая, с неопрятной волосиной, вытаращенными глазами и выпяченной челюстью Катенька смотрит на «любимого», чувырла чувырлой. Катенька нынешняя, красиво щелкая ящиками, бросает тряпку в средний, выдвигает верхний и бескомпромиссно выбрасывает в ведро зайцев, чуков и еще какую-то хрень. Тряпку, что характерно, не выбрасывает. Набирает номер и голосом Алиеноры Аквитанской просит прислать уборщицу, ибо у нее «накопилось много мусора», от которого она «хочет избавиться». На том конце провода была необыкновенно важна эта информация. Ложится пострадать на стол. Без стука входит Юлиана. Покажите Андрюшу, ироды!
«Ну что, расскажи мне, ты вчера пришла домой, и что?» Мммда. «Понятно. Все советы коту под хвост, опять всю ночь истязала себя дурными мыслями». Даже комментировать не буду. Кстати, Катенька вовсе не выглядит изможденной – собрана и полна презрения. Свою вчерашнюю спасительницу-утешительницу игнорирует. Впрочем, и правильно, ибо утешительница обнаружила хрень в ведре, указует на нее зонтиком и интересуется, что это. Вот какое дело твое собачье, а? Катенька смотрит на спасительницу, как на врага народа, а та деловито пробивает дно. «Зачем так категорично-то? Они ж ни в чем не виноваты!» Она совсем дура? «А любовь – как американские горки». Бла-бла, «это жизнь». Мнет вынутого из ведра зайца. Катенька продолжает смотреть как на врага и интересуется: «А если толкают вниз, что, терпеть?» Не могу не повторить – обиды и ненависть красят Катеньку необыкновенно! Контраст с чувырлой из машины разительнейший. А Юлиана учит – иногда и потерпеть, и пойти на компромисс. Катенька смотрит. На юлианином зонтике она те компромиссы вертела. В принципе. «Надо уметь давать людям шанс». Катенька… смотрит, задумчиво улыбается, задумчиво шевелит степлер… и смачно лупит по нему крепенькой ручкой! Невинные бумажки только вздрагивают. Боже, боже, как это прекрасно! Кащеюшка наша. Бессмертненькая. Начинается реклама Новопассита. Но авторы и тут дают стране угля. Новопассит поможет успокоиться и сосредоточиться, но Катенька почему-то заключает, что Юлиана сочла ее психопаткой. Прелесть какая. Реклама новопассита, реклама новопассита, доброе у... Андрюша! Но нет(
Напоследок Юлиана советует семь раз отмерить, а отрезать всегда успеешь. Бросает зайца обратно в ведро. Катенька смотрит. Катенька думает. Андрюшу!!! Сил моих больше нет! Катенька повторяет, не торопясь, что отрезать всегда успеет. Катенька последний раз лупит по степлеру и небрежно отшвыривает его, бесполезного, в сторону. Ну ффух.
Андрюша, рыбка! Целуются с Юлианой в щечку, он просто, Юлиана громко и со смаком, потом она сексуально морщит нос. И куда все денется к финалу? Хотя да, это же с Катей так нельзя, с Кирой-то можно. В общем, обсуждают что-то там, Юлиана отбывает, чмокнув воздух в направлении Андрюши.
Андрюша в кустюме, голубой рубашке и невозможно-прекрасном стальном галстуке. Зовет Катю, Катя глючит допрос с пристрастием и покатушками на кресле с боданием в бохатую хрудь и финальными объятиями. В процесе покатушек Катенька горбится, жакет встает дыбом, и получается не Катенька, а Крошка Цахес. Хотя почему не Катенька? Катенька и есть. На словах «У вас такое чувство юмора хорошее» Катенька кончает глючить, Андрюша с умеренной тревогой спрашивает, что с лицом, на Катеньке сквозь глючную «любовь» начинает проступать презрение, и Андрюша быстро уходит от опасной темы – хотел он что-то там, бла-бла, образцы тканей. «Каких тканей?» Андрюша мило шутит про Зималетто, здесь иногда шььют разное, знаете ли, и как раз из тканей, такая неожиданность, вы понимаете? Катя понимает. «Чудненько! Ну так идите и работайте!» Очень он любит Катеньку, Андрюша
В Зималетте высаживается десант из Макротекстиля. Мощно так высаживается, динамично. У Нестеровой так и пиджак голубой. Десантников встречает голая Виктория с саспенсом (с) ручкой во рту.
Катенька встречает уборщицу весьма поставленным командирским голосом. Уборщица тоже жалеет игрушки и частично цитирует Юлиану: «Они же не виноваты, что вы…» Очень мне интересно, что она имела в виду. Катенька передумывает избавляться от мусора, среди которого оказалась и деньрожденьишная кукла.
Услав Катю за Милко, Андрюша решил, что это очень удобный момент переписать очередную открытку. Роется в пакете, находит искомое.Слушает читает проникновенное послание Малиновского. «Аааа!». Не то. Начинает сочинять сам. Феерия рук, запястий, лепестков и летающих комков бумаги. Забракованы и отвергнуты «Милая моя!» (привет Вике ), «Малышка!» и даже «Катя! Я люблю тебя! Кстати, обсчитай, пожалуйста, новую коллекцию!» Но что-то все же выродил, переписал красиво и отнес в каморку с чувством выполненного долга.
Катенька играет очередной концерт, в этот раз перед Нестеровой. На искренний вопрос «Как ваши дела?» хамит: «Не так хороши, как ваши, но тоже неплохо». Что это было сейчас? Нестерова спрашивает про «Андрея» и, видимо, причиняет нашей вязаной нимфе невыносимые страдания. Катенька поворачивается спиной, боком, упирается обеими руками в стенку (что за нафиг вообще?! ), в кадре появляется офигевающая Нестерова (деловой партнер, на минуточку), возвращается Катенька, которая нашла в себе силы отлепиться от стенки и умирающим голосом продолжить губить имидж компании: «Андрей (!) будет через минуту, он приводит себя в порядок перед встречей с вами». Вы не охамели, девушка? Растерянная Нестерова отшучивается, а Катенька, по-прежнему не глядя на нее, снисходит до показать дорогу в конференц-зал. Еще бы она глядела, ведь последние силы тратит, исстрадалась вся. Что характерно, с быдлом уборщицей и службой по телефону она общалась отнюдь не умирающим лебедем. Очень четкая была демонстрация, ху из ху. И на Юлиану смотрела агрессивным бодрячком. Чудесный человек, вся в папу
Вика, Шура, десант и аттракцион неслыханной дурости. Затемнение.
Милко в своей мастерской сидит в кресле, никого не трогает и болтает по телефону. Наша нимфа бесшумно подкрадывается к маэстро со спины, как бы раздумывая – шандарахнуть ли гения топором по затылку, не шандарахнуть ли… Перепугавшийся Милко реагирует ожидаемо, и Катенька получает по сусалам «назойливой мухой, которая мусорит ему глАзы». Но пока молчит. «Что ты здесь делаешь? Кто тебя сюда звал? Ты не слышишь, я разговариваю?» Нет, не пошли впрок Кирины уроки вежливости. Отложив (но не отказавшись пока от нее совсем) идею с топором, Катенька, тараща страдающие глазки, опускается на корточки и пялится на гения. Май мейкап мей би флейкид, ню-ню. «Я поняла». «Значит, еще и подслушивала?» Не сказать, что это что-то новое для Катеньки. «Я не могу разговаривать, когда на меня пялятся глАзами!» «А я не на вас!» - вся такая независимая, пошедшая в разнос Катенька. Камера перемещается, и мы видим, что за спиной Милко манекен с Кириным свадебным платьем. И пялится наш Горлум именно на него. Слушайте, это реально страшно. Пялятся такие вот «одинокие девочки», а потом эти платья утром находят…а там одни обрезки. И хорошо, если от платья, а не от невесты, брр... И Милко что-то такое улавливает. «Тем более. Не надо. Не надо пялиться на мою работу!» Катенька смотрит с презрением – обидели мышку, написали в норку, тьфу. А Милко глаголет истину. «У тебя дурной глаз, все четыре…Можешь все испортить… Ты хочешь, чтобы расстроилась свадьба?» Но Горлум уже всосался обратно в выпустившую его бездну. Так же бесшумно.
Затемнение. Затемнение. Затемн… О, Викину машинку опечатали.
Катенька независимо чапает мимо «любимого». В дверях каморки решает снизойти и, сделав личико, как будто ее сейчас стошнит, сообщает начальству, что его таки ждут господа из Макротекстиля. Андрюша блеет что-то нейтральное, Катенька кривится еще больше и захлопывает дверь, не поворачиваясь. Андрюша заподозрил – ложится на стол и долго смотрит в сторону каморки. Прямо ему в лицо скалится лев рыкающийлева. Тот самый, который скрывался под маской овцы.
Катенька обнаружила открытку. Читает выученное наизусть (ведь реально! Сидела и зубрила!) послание Малины, водит над открыткой своей неприятной рукой, по-паучьи шевеля пальцами. Дочитала, стукнула по открытке розовым карандашом. Не этим ли карандашом они вначале размахивали? Снова наслаждаемся звуками вице-президентского голоса. Надо же, отказался Андрюша от своего «Катя! Обсчита… я люблю тебя!». Очередной Катенькин ракурс. Андрюша заскочил проверить реакцию. «Вы плачете? Вас кто-то обидел? – Да, вы».
Ффух, устала.

*про саспенс
https://www.youtube.com/watch?v=WbGeGCJW7tg

Катенька смотрит на Андрюшу, выглядывая из открытки, двумя темными пятнами, в которые превращаются ее глаза в этом освещении. Андрюша не знает, радоваться ему или нет, что слова получились «такие трогательные» - он не хочет, чтобы Катенька плакала. И рад бы написать что-то другое, да не умеет. Катенька успокаивает «любимого». Уставший от опасной неловкости Андрюша хлопает в ладоши: «Все, ну все, Катя! А то я покраснею. Идем совещаться!» и сбегает из каморки. Катенька, поблестев слезой, втягивает носом и с силой мечет открытку в угол. Был бы в этом углу Андрюша – остался б без глаза.
Вика испепеляет мужика из МТ роковым взглядом. Сидящая рядом Нестерова скучает, испепеляемый мужик наоборот. Явился Андрюша. Приложился к ручке, то-се, чай, кофе? Вика докладывает, что заказала. «И?» - нехорошим голосом интересуется Андрюша и делает опасное лицо. Да ладно тебе, Андрюш, мы же знаем, что ты добрый . Вика играет одной бровью, второй, обеими, вытягивает губы и демонстрирует много всего, прежде чем вылететь из конференц-зала под агрессивный саундтрэк. Ценного сотрудника Шуру ситуация с напитками не заинтересовала. Кофе в Бразилии, у сотрудника Шуры журнал, и Урядов ей не указ. Хосспади, ну как, как оно еще живо, это Зималетто всех, всех уволить к чортовой матери!? И, главное, как жив Андрюша? Вика и Катя взяли его в клещи, одна швырнула папку, другая пожаловалась на первую, Потапкин, машина, обморок, заставка.
Даже Андрюша забеспокоился. В кресло усадил, что такое, Вика, Катя бумажками на нее машет, два мужика из МТ аж три стакана воды суют. Милко подошел, тоже интересуется. В общем, под веселую траурную музыку Вика купается в почти всеобщем сочувствии, но тут до Андрюши доходит, в чем трагизм Викиной ситуации, и он рявкает на всех сразу. Десант из МТ синхронно пьет водичку, и Андрюша тушуется – мол, что вы-что вы, это я только про сотрудников… И тут же мастерски переводит дурдом в деловое русло, предлагая приступить к делу. Прекрасный, как рассвет. Представляет десанту Милко – творца и идеолога. Творец и идеолог сдает мужика со скушным лицом в розовом галстуке – мол, заждались его в известном месте. Нестерова ухмыляется, собрат по десанту ржот за кадром, Андрюша демонстрирует покерфейс и спасает скушного.
Викину машинку забирают за долги на глазах Федора и нескольких пролетариев.
Милко выкобенивается не по делу, Вика просит денег, Андрюша рявкает, десант сочувствует (не зря, не зря она коллегу скушного взглядами окучивала!), Нестерова усматривает в поведении Андрюши жестокосердие и шовинизм. Андрюше опять удается вернуться к деловым вопросом. Катенька? Катенька, сидевшая тише воды всю сцену, вздергивает собранное в кучку темное личико.
Еще немного Вики.
В каморке Андрюша цитирует Малиновского. «Катя… Ка… тя…» Стоит, руки в карманы, спиной к «любимой», оседлавшей стремянку в темном углу. Поворачивается, обмениваются смешочками. Андрюша фирменным неестественным, Катенька – издевательским. А есть повод? Для благодарности? Ну конечно, «дела с МТ идут отлично, а это целиком ваша заслуга!» Ну… наверное, да. В конце концов, Катенька в свое время смилостивилась и дозволила «любимому» воспользоваться услугами этой замечательной компании вместо изначально подсунутой ШС. «Мы сможем выйти с новой коллекцией раньше всех конкурентов, о чем еще можно мечтать?». Катенька наклоняется вперед, повышая градус издевки: «Да, больше не о чем!» Что-то новое узнали, Катенька? Андрюша мужественно улыбается сквозь осязаемую неловкость: «Да… Так это надо отметить?! Сегодня презентация у Волочковой… Вы не забыли? Я сделаю все, чтобы нам понравился этот вечер». Катенька смотрит насмешливо, закрывает глазки и улыбается одними губа.. «губками»: «Тогда я тоже постараюсь». В общем-то, тут все понятно уже. Второй день все понятно. Андрюша молчит, смотрит, ищет слова, деланно радуется и «пошел». Катенька глазки открыла и смотрит (издевательски, как и все, что она делает и будет делать в этот день). Неотрывно. Кайфуя от ситуации и ощущения приятно оттягивающей карманчик вязаного пиджачочка Зималетты. После ухода Андрюши резко подается вперед со своей стремянки, отвешивая в полете губу, и разворачивает копию инструкции, которую все это время, надо полагать, не без удовольствия тискала в потных кулачках. Смотрела на «любимого» так, как смотрела, и тискала. Вы как хотите, а есть в этом что-то ненормальное. Ну да ладно. Бумажку свою развернула, читает. Наслаждаемся голосом Малины, озвучивающего часть про Волочкову. А Катенька забывается и вновь выдает личиком злобность, хотя, вроде бы, сначала пострадать собиралась. А нет! Нифига не читает Катенька! Голос звучит, а она в бумажку не смотрит. Скачет по стремянке под аккомпанемент. Все выучила! Слетела со стремянки, «красиво» мечется по каморке. Начинает цитировать открытку, потом звучит голос Андрюши, что-то там про не могу забыть. «Если бы это было правдой!» - опять сипит Катенька в стеллаж. Не с болью – со злостью, что не сработало.
Вика в баре оплакивает свое сиротство – была ей машинка единственной поддержкой и утешением. Милко хватает ее под мышки и уносит со стойки – «Нельзя так убиваться из-за какого-то драндУлета!». Машка предлагает врагине помощь – заказать проездной на февраль. Убитая горем Вика безучастна. Но судьба справедлива! Из лифта на нее вываливается такая же безучастная Светлана. Захарчик, квартира, все дела.
Сходка в сортире. Бабы кудахчут, кудахчут, кудахчут… Машка втирает Светлане про найти мужчину и вызвать ревность, и тут мы узнаем, что Катенька тоже присутствует на сходке. Беды подружки, похоже, взволновали ее не особо, а вот предложенный Машкой план явно заинтересовал. Подошла, слушает. На словах «Ни один мужчина не может спокойно выносить, когда его женщина принадлежит другому, даже если это бывшая жена», мы имеем удовольствие полюбоваться этой самой «женщиной» - очочки, пиджачочек, шнурочки в крысиных косичечках, приподнятая в раздумьях левая часть верхнй губы. Катенька вспоминает слова злоподлого Малины про Зорькина и тщательно ею подготовленное выступление ничего не подозревающей Татьяны про «любимого», который «звонил». Похоже, с губой у Катеньки судорога. Ну, или она предвкушает, как будет «принадлежать» коварному Николя прямо на глазах «не выносящего» Андрюши. Это сладкая картина заставляет ее развернуться к зеркалу. Из зеркала на нас смотрит Горлум, а Катенька флешбекает дальше – пьяные посиделки под плакатом голливудской дивы с сакраментальным «Спать перестал». ОВ обращает внимание на важный нюанс – «мужик должен быть приличный», то есть, лучше Захара. С этим у Катеньки да, засада. Но Горлум в зеркале, дрожа от ненависти и сжимая кулак, обещает Андрею Жданову, что заставит «ревновать по-настоящему». Ну, можно конечно и так это назвать, но вообще-то страх за имущество это немножко не совсем ревность. Но когда такие мелочи волновали нашу фамм фаталь хренову?
Опять пускает слезу. И опять одну. В смысле, она у нее катится всегда из одного глаза. Флешбекает разговор с Малиной, почему-то уже в цвете. Сцена в машине «А Роман Дмитрич знает?» - опять нет. А мы имеем удовольствие вновь пронаблюдать офигевшего от маразма ситуации Андрюшу, и как он бегает глазами, прежде чем ответить, и силится понять, что это вообще, и рожает наконец «никто не знает, что я… ну, в смысле… между нами». После «между нами» точка звучит настолько отчетливо, что больше ничего и не надо. Опять Катенька на столе под разговор Андрюши с Малиной в цвете и следующий флешбек – Катенька кобенится в квартире Роман Дмитрича, «боится» консьержа (Машки не боялась! Юлианы! Нестеровой! Киры не боялась вообще никогда! А консьерж это да, консьерж «расскажет»), «трогательно» уворачивается от не слишком настойчивых «приставаний» Андрюши и разумеется «устала от всего этого». Катенька на столе слушает соответствующий пассаж инструкции в исполнении Малины, эротично грызя согнутый палец широко открытым ртом. Заходит Андрюша, весь на старательном позитиве, и Катенька на полпути раздумывает пихать палец в рот. Смотрит на Андрюшу со стола, не поднимая головы, потом прячется в сложенные руки. Андрюша садится на корточки. «Катенька! Наши планы не изменились?» Напряженность, попытка хорошей мины, полнейшее понимание, что к чему, и восхитительно равнодушное «Катенька». Тумбочка, лампочка, форточка. «Вы сможете остаться на всю ночь?» Тумбоч.. Катенька поднимает голову и смотрит. О, как она смотрит! Медленно поднимается, скособочивается, наклоняет голову… толкается и едет к Андрюше на стуле, в пути трансформируясь в пытающегося изобразить человека Горлума. Получается страшно. Реально страшно. Подъехала и запрыгивает на «любимого» с игривым хихиканьем. «Конечно, Андрей! А куда мы поедем?» Андрюша… фигеет, подхватывает ее одной рукой, второй делает неуверенные пассы, поправляет очки, потом отпускает обе руки, подбирая слова… в общем, демонстрирует полнейший тактильный восторг от осязания хрупк… плотненького тельца «любимой», такого желанного в этом вязаном лапсердачке (с). А Катенька тянет голову, широко открывает рот, прям в лицо «любимому», закусывает губу, рвется челюстью к потолку, улыбается улыбкой Гуинплена, в общем, являет всю палитру сразу. «Я тут подумала… поедем к Роман Дмитричу, мне там так понравилось, там так уютно, так тихо, так безопасно…» Улыбается, тянет губы, чмокает в щеку, челюсть, хихиканье, гуинплен. Андрюша офигевши. «А как же этот, ну, тип, который вместо бабульки…?» «Консьерж?» - у Катеньки, как всегда, и с самообладанием получше, и со своевременным подбором слов. «Нууууу (тянет губы), это к лучшему, он нас уже знает и сразу даст нам ключи!» Андрюша… ну, ключи, так ключи. «Хорошо, Кать, я все улажу. Едем к Роману, раз уж вам так понравилось там все.. мне там тоже было хорошо…» Катенька висит на шее, отклонила голову и смотрит – как на распяленную на столе лягушку. «… Тихо, спокойно…» Катенька соскальзывает с Андрюши, падает, повиснув на его руке, в кресло («шутку» вспомнила?), хихикает, отъезжает обратно в угол. «Вот и чудесно». Обменялись с «любимым» улыбками – Андрюша своей жалкой, Катенька своей издевательской.
Андрюшу пробрало. «Катя… Ну вы все-таки …какая все-таки странная!» «Это от счастья! Правда! Все в порядке. Угу?» Улыбается. Андрюша тоже угумкает. «Я щас… только позвоню… домой…» Щурится, машет своим некрасивым пальцем, «прицеливаясь», прижимает его к губам. Кокетка Андрюша повторяет ее жест – своим красивым, переходит в робкий но пасаран, с деланным энтузиазмом комкает и подбрасывает какую-то фигню со стола и уходит. Как из порохового погреба. Улыбка тут же сползает с Катенькиного личика, являя нам очередной ее страшный лик.
Хосспади! Вика! Радость-то какая. Мается на кресле, но Кира предлагает ей взять ее машину, чтобы проследить за Андрюшей на вечеринке Волочковой, и Викина жизнь ощутимо налаживается. А вдруг она встретит мужчину своей мечты?
В это самое время «мужчина» Коля яростно тайкунит в штаб-квартире Никамоды. Внезапно осипшая Катя (снова браво Уваровой) вызванивает его на предмет «принадлежать на глазах». В эйфории Коля совершает забег по дивану, не снимая тапок. Определенно, родственные души. С Катенькой.
Заглядывает Андрюша. Катенька коптит рыбу «отпрашивается у родителей» и лицемерно огорчается – мол, переодеться уже не успеет. «Хотя при моих данных … это, в общем, все равно». Лапуль, в сотый раз – в этом вот виноват конкретно Андрюша? Ему, кстати, все «замечательно». Ну еще бы. «А если приглядеться?»
Глюк с ущемлением дверями. А давайте, правда, приглядимся. Не к казнимому Андрюше, а к доброй чистой девочке Катеньке, которая вдруг превратилась в злобного опоссума. Ощеренная пасть – пасть, пасть, будем честными, вытаращенные безумные глаза и каааайф. Поглючила, соскочила со стола, протанцевала к вешалке, сдернула пальтишечко вместе с плечиками и Андрюшу не почтила – только сбросила ему на руки пустые плечики. Это даже красиво. Было бы. Если б не опоссум.
Сели в машину. Андрюша как бы между прочим пытается выяснить, в чем дело, постреливая сосредоточенными глазами. Весь любовь и обида от странного поведения «возлюбленной». Может, он сделал что-нибудь «не так»? «Ну что вы! Вы как всегда нежный, заботливый, открытый», - отвечает «нежная», «заботливая» и «открытая» с самых первых дней знакомства с «любимым» Катенька. Не, она прелесть . Андрюша пытается ее поцеловать, но давит (ей-богу, нарочно!) на эээ… ну, в общем, машинка бибикнула, и поцелуя не случилось. «Не самое удачное место - нас могут увидеть», с удовольствием пококетничала Катенька, почти хорошенькая в этот момент. Вот это ей тоже в кайф – кобениться. Андрюша молча нажал на газ, не сказать, чтоб сильно расстроенный. Да чо уж…Сказать можно прямо противоположное.
Вика, кулема! Посеяла пригласительный.
Прибыли. Гостей встречает звезда моя в голубых кружувах с люрексом. «О, здраствуйтЕЕЕ! – приветствует она Андрюшу на манер Лоренцы из «Формулы любви». Андрюша прикладывается к ручке, любезничает со звездой и подошедшей Доменик. Почему-то Катеньку пробило на хи-хи, едва успокоилась, когда до нее очередь дошла. Бонсуар, жомапель, тресорё. О, шарман манефик, ву парле, какая неожиданность, какой прононс. Катенька… ржот и, как она думает, издевается над Андрюшей. «О, мой шеф такой забавный, я постоянно смеюсь над его шутками!» То есть получается что? Обсуждает шефа (нарушение субординации) в его присутствии с едва знакомыми людьми, на языке, которого он не знает, да еще и в полнейший невпопад. Фу, Катенька, моветон.
А Катенька не унимается и берется сверлить днище. Звезда спросила про Киру, Андрюша обнаружил отсутствие телефона. Катенька интимно гладит босса по плечу (звезда рядом стоит – неее, ничо) и также интимно собирается сходить за телефоном – «такому мужчине, как вы, нельзя долго быть без связи». В общем, завидуй, кошелка, моему роману с этим отвратительным мерзким блестящим президентом компании, он меня так обидел, так обидел, а мне и кружува твои не надь, косичкми обошлась.
Хосспади! Вика и Афанасий. Афанасий и Вика. Прекрасная Вика, прекрасный Афанасий Вы- луч света в сегодняшнем темном царстве.
Андрюша и модельки. Милейшие девушки, Андрюшу облепили, хочут на показ, Андрюша млеет, легкий и довольный. Катенька наблюдает за праздником жизни (ни за какие рамки вежливости не выходящим), под очередной аккопонемент Малины. Заучила. Дословно. Андрюша представляет присутствующим свою помощницу, и мы имеем счастье наблюдать очередной глюк. Внимание, внимание! На подмостках – дешевый клоун (с) актриса больших и малых академических театров Екатерина Пушкарева!
«… любовницу! (боже мой, стыд-то какой! ну, Катенька, ну 21 век на дворе!) ДА! Он спит со мной! (показывать пальцем некрасиво) Но не волнуйтесь (а кому-то есть дело, Катенька?), он делает это, только чтобы не потерять компанию! Этот человек, который так мил с вами, который так галантен, который делает вам комплименты куклы! пустые! куклы! прошмандовки! ненавижу! сдохните!!!! (очень некрасиво, Катенька) на самом деле лицемер и лжец! (да моя ж ты прелесть! а ты-то кто?) Он обманывает не только меня! Он обманывает свою невесту! Свою семью! Свою компанию! (прелестная, прелестная прелесть! а кто делал это вместе с ним, нелицемерная ты наша?) Нет, теперь я скажу все. Этот человек (да что ж такое! Катенька, тебя родители вообще не воспитывали что ли?) – лицемер! (повторяешься) Он надеется вернуть свою компанию (от сволочь, да? вернуть! свою! которую доверил некой кристальной деве прощелыге) и я не удивлюсь, если ради этого он использует всех вас, как использовал меня (как?! как он сможет это сделать? использовать этих вас? и как он использовал тебя?!)!» Пошлятина, Катенька. Какая ж невыносимая пошлятина. Где ж ты этого всего нахваталась-то, а?
Катенька свалила, Андрюша вызверился на Милко. Катенька выпросила у звезды моей (добрейшая женщина! после того звиздеца, что Катенька устроила у нее на глазах !) пропуск для своего Николя. Звезда согласилась, Катенька в порыве благодарности схватила ее руками. Хосспади, какие ей вершины и горизонты? Она ж вести себя не умеет. Повспоминала Машкин туалетный урок. Погрезила, представляя приятненькое - "принадлежание на глазах". Личико такое, что и не скажешь, что трагедь переживает и «умерла сегодня днем». Предвкушение очередного почесывания ЧСВ – и все, все горести померкли.

Катенька просит сиятельных хозяек вечера без приглашения пропустить на показ ее друга, Николая Зорькина. «Мусью Николя ЗорькИн»,- поясняет она на случай, если Доменик не поняла, и благодарно хватает Волочкову руками за кружува, получив согласие. И тут же кладет ноги на стол, умоляя не говорить об этом Жданову. Бедные дамы соглашаются, ведь Катенька так широко и трогательно открывает рот. Бросив прощальный атуталёр, звезда моя (святая женщина!) уходит заниматься Катенькиными проблемами. Катенька тихонько взвизгивает и подпрыгивает, сделав в воздухе маленького квазимодо. Доменик предлагает Катеньке присесть и ласково спрашивает нашу птит бебе, почему она не хочет, чтобы Жданов знал про мусью. Он не знает, что вы помолвлены? «Не-не, то есть, non, non», - отвечает бебе, поломав крепенькие ручки. «Все гораздо проще (санэпаса). Мой шеф тиран (мон патрон этэнтиран) и деспот». Для подтверждения этих слов Катенька опускает углы рта до подбородка, но мы и так помним грустную жалобу «любящей» Золушки: «Если я не закончу вовремя, Андрей Палыч сотрет меня в порошок!» Сейчас золушка сама собирается стирать любимого, но с позиции жертвы это делать гораздо ловчее. Поэтому… «Он не любит, когда сотрудники приглашают друзей на приемы». Надо же, обычно все патроны это любят, а вот Катенькин нет, не любит. Как есть сатрап. Катенька чешет щеку, а Доменик, очевидно, очень интересуется узнать, что ж там за жених такой, и продолжает пытать. «Он о нем знает, но лично они не знакомы», - не врет Катенька. Доменик с нездоровым энтузиазмом предлагает воспользоваться случаем и познакомить бедолаг друг с другом, но бебе пугается и просит не выдавать ее, хватая собеседницу руками. «Даккор», - соглашается Доменик и мягко поясняет бебе, что во Франции не поощряются служебные романы. Бебе шугается в фикус и мощно выдыхает вытянутой челюстью, признавая, что спалилась. И как это так вышло, ведь ее игра была так тонка.
Покинутая засранцем-Афанасием, Вика тоскует у стойки бара. «Скучаете?» - улавливает месседж лысый олигарх в желтом галстуке. «Да вы знаете, вся эта суета не для меня. Все это как-то неискренне», - искренне отвечает ему Вика.- «Как-то грустно на это смотреть…» «Да, деградируем…» - не спорит олигарх и протягивает ей визитку. «Хм… музыкальный продюсер… Дабл-рекорд-компАни…Очень приятно, Виктория!» - добреет Вика и протягивает лысому ручку, к коей тот немедленно припадает. «Сдаюсь на милость победителя и, как побежденный, хотел бы увести вас отсюда и где-нибудь поужинать, вдали от суеты». Увы, но блестящая эрудиция не способна заменить свободу. Вика нащупала кольцо и в гневе отвергает галантного дабл-рекорд-продюсера. «Ничо-ничо, Вика! – утешает она себя. – Встретишь ты еще своего магната нефтяного!» И останавливает пробегающее мимо бебе. «Катя? Где наш президент?» Катя шутит, что в Кремле, Вика хмыкает и отворачивается, всем своим видом показывая, что ценить юмор не намерена. Катя таки объясняет, что президент там, где модели.
А тем временем в кадр врывается мусью. «Я значит по приглашению правой руки президента компании «Зималетто»! Инда взопревшая в шерстяном своем лапсердачке (с) правая рука является секундой позже и, светски облокотившись о стойку ресепшен, подтверждает информацию. Мусью пропускают.
Встреча концессионеров. «Ты свои визитки еще в троллейбусе не компостируешь, нет?», «Что это гадость какая?» - «Это лак на волосах, я у мамы взял!», «Как я выгляжу? – Честно?» Интересно, от Катеньки бы убыло, если б она подбодрила лучшего и единственного друга?
Андрюша радость моя в модельках, млеет и добирает в организм подыссякших эндорфинов. Замечает в занавесках Вику, расстраивается, вспоминает о делах и грустном. Модельки не дают ему уйти, окружают, тискают, гладят по животику, просят записать телефончики, у него ведь есть куда записать? Конечно у него есть! Милко руками вынимает президента из моделек, под шумок доглаживая и поправляя галстук. Все у него есть, «специальная потаенная книжечка, куда он записывает ваши телефончики, идите, идите отсюда!». Андрюшу напрягает такая осведомленность дизайнера о его личной жизни, но записную книжечку-то он и забыл. Уходит ловить Вику.
Кстати, Андрюша среди высоких тонких и ласковых моделек – совершенно отдельная красота, которая немного примиряет автора с кошмаром текущих серий.
И Вика, спрятавшаяся за охранником, примиряет. И опять Андрюша, злой и ствашный, который сверкает красивыми глАзами и грозит ей увольнением, если Вика не скажет, кто послал ее шпионить. И снова Вика (а-ба-жа-ю ) , потому что Андрюша, как ты мог такое подумать о Кире… Ай, Андрюша, ну зачем так грубо(
Кстати, пересматривала милоту и за спинами моделек обнаружила скучающего крепкого юношу в костюме с блестящим переносным сейфом(?) Украшения же презентуют)
У Милко императорская корона на пузе.
Андрюша втолкнул Вику в гримерную, арбайтен, пару раз чуть не поцеловал и упорхнул, довольный. Сцену наблюдал меланхолически курящий Милко.
А Вика вот совсем не на помойке себя нашла! «Во-первых, не Вика, а Виктория Аркадьевна!» («Да, Викуленька, да!» Милко, тоже абажаю ) И вообще….
Концессионеры. Один в лаке, другой вспотела. Излагает «план». Коля внезапно самокритичен. «Не, ну, я, конечно, хорошо выгляжу, но…» Катенька мекает. Коля возмущается – ни о каких «рядом» (Катенька очень смутилась, произнося это гадкое, стыдное слово) они не договаривались. Катенька объясняет про «финансовую ревность». Коля не ведется. «Финансовая ревность? Это что-то новенькое…» Вот уж действительно. Катеньке бы определиться…. Но Катенька «просто» хочет, чтобы Андрей переживал за свою компанию, которая «в наших руках». «В наших руках» она показала сжатыми и поднятыми кулачками.
Андрюша послал Вику с ее комком мятых бумажек искать Катю. По пути Вика затоптала Колю. Катя встретила Лазареву. Лазарева отшила Вику (почему?...). Вика пошла раскладывать комок по алфавиту.
Андрюша любуется на дефиле и ножки. Впитывает эндорфины, лапушка.
«Я так неловко чувствую себя на этИХ показАХ…» жалуется Лазаревой задолбанная «этими показами» по самое не могу Катенька, которая только что бодренько расталкивала толпу, тряся косичками, лезла с просьбами к хозяйкам вечера, хватала их руками и впутывала в свои блудняки.
Лазарева старается повысить Катеньке самооценку: «Неужели вам интересно мнение этих людей?» (опачки, а люди-то опять чем виноваты?). И говорит, что «она сама тоже». «Вы?» искренне так удивляется Катенька. Экскурс в биографию Лазаревой, пропустим. «А если над тобой смеются?» - не унимается Катенька. Катенька! ОЧКИ! Ветошь! Косички! И даже лапсердачок (с) можешь оставить. А Лазарева тем временем мило удивляется наличию у Кати жениха. «Познакомите?» «Зачем?» - немного по-хамски пугается Катенька. Конечно, Катенька, Лазарева щас и отобьет.
Затемнение с звонком маме. Боже, из какой пещеры они вылезли, эти «молодые львы»?
Затемнение. Ай, «Такая суЕта, суЕта!» А Катенька похватала руками уже Лазареву.
Встреча влюбленных на берегах подиума. Андрюша Катю так искал, так искал, а она попрощаться. Коля за ней заехал, «ее Николай». Андрюше ничо непонятно, может, Катя объяснит? «Поздно», - делает трагическую паузу Катя. Поздно уже, Андрей Палыч. Бредут вдоль подиума. Андрюша такой решительный, вахх. Поговорим прямо сейчас. Утаскивает «любимую» в предбанник и предъявляет накопившиеся претензии, весь любовь и томленье. Милко с сарказмом, а звезда с банкетом и кружувами мешают «влюбленным». Катенька убегает.
Мусью ЗорькИн позорится с телефоном. «Да, купите по одному изделию из всей коллекции… Коллекция называется «Анастасия»… А где охрана? Почему ее нет до сих пор? Что?! Я сказал, через пять минут… Пожалуйста, ну! Издрассьте!» Сунул телефон в карман, потянулся рукой к звезде, звезда, помедлив, все же протянула свою для рукопожатия, мусью на полпути решил приложиться…. Как звезда удержалась и не обтерла пострадавшую конечность о кружува, я не знаю. Но мусью на этом версаль не закончил. Издрасьте еще раз, прстите, пжалста, сщщасс, держите… «Держите» - это про визитку, если кто не понял. «Я наблюдал за вами весь вечер и у меня есть к вам одно деловое предложение …а вот… но у меня очень жесткий график ( ), если вы не против, мы могли бы встретиться и поговорить…» Звезда затосковала. «Господин…эээ.. о так вы жених Кати?» Спасибо, друг. Коля скис. Но тут явилась Вика, и наш магнат бросился в очередной забег с телефоном. «Машина пришла?»
Катенька прощается с Доменик. Удалось ли ей спрятать от Жданова своего жениха? «О, еле ноги унесла! Он охотился за мной весь вечер» - интимно шепчет Катенька, и мы вспоминаем оргазм после встречи с Машкой около караоке. А вот Доменик Жданов показался милым и обаятельным. Он, в общем-то, многим таким кажется, но Катеньке так неинтересно. И то, что думает ее собеседница о Жданове – что он ценит Катеньку, несмотря на всех поклонниц, тоже. Катенька уже повернулась спиной и высматривает своего хищного преследователя. Высмотрела – и вновь хватает Доменик руками, устраивая вокруг нее дикие пляски в попытке спрятаться Жевузанпри, ву не ме.. ву не ме…а, чорт, французский в жизни автора был слишком давно Катенька, довольная, как паровоз, прячется за ресепшен.
Кинутый верным оруженосцем на произвол судьбы Андрюша вываливает на бедную Доменик все свои познания в английском и французском сразу и усугубляет ситуацию невербально, показывая очки и от горшка два вершка. Катенька должна быть польщена – обошлось без челюстей и ротовых щупальцев. А вот и она, выпрыгивает из-за стойки счастливым носорогом и хохоча сообщает Доменик, что Андрюша убил бы ее, если б нашел. Я не понимаю, это мечты у нее такие? Эротические? Уж и Доменик ей дала понять, что не разделяет такого мнения об Андрюше, а та все не уймется
Развязавшись с Доменик, Катенька рукой стирает с лица игривую идиотию и переключается в деловой режим. «Где этот Николай-угодник… дамский…».
Дамский Николай теме временем уселся на краешек дивана, собрал коленки в кучку, ссутлился и предается разврату в компании бокала с вином и шпажки. Таким его и находит хищная в своей радости Вика. Шпажка, значит, визитка, нога на ногу, кофейная плантация прямо под нефтяной скважиной (авторы! ), воооот… Неописуемо. Мусью пожимает протянутую в этот раз конкретно для приложиться ручку… и на обратном пути Вика красиво врезается в красивого Андрюшу. Тот все «любимую» ищет. Вика предлагает спросить об этом «жениха» и Андрюша … демонстративно? ищет вокруг людей… и находит. Дуэль взглядов. «Николай Антоныч Зорькин, финансовый директор компании «Никамода». Гниденыш.
Концессионеры у ресепшен. Лапсердачок(с) нашу фамм фаталь несколько сутулит. Мусью Зорькин огребает низачто и за все сразу. В завершение беседы Катенька поправляет ему галстук, недвусмысленно намекая, что могла бы и придушить. Андрюша под тревожный бамс выходит из укрытия и провожает лягушатник взглядом, невыразимым образом скривившись.
Штаб-квартира концессионеров. Катенька казнит подельника. « Я тебя просила не разговаривать с Викой. Ты мне на зло, да?» Конечно на зло, Катенька, что ты. Ведь чувстствс…чувства только у тебя бывают. Коленька хочет жрать, но Катенька жестко продолжает допрос, грозя выручившему ее другу половником. «Я пожал ему руку, посмотрел ему в глаза, и он потерял дар речи». Катенька негодует. «Ты с ума сошел? Кто тебя просил смотреть ему в глаза?!» Эээ… стесняюсь спросить, а…что он должен был делать? Собственно, чего вообще Катенька ожидала, без мыла протаскивая «жениха» на показ и агрессивно суя его под нос волочковым, зарубежным партнерам волочковых и даже лазаревым?! Кстати, она даже перед Андрюшей сегодня вертела этим «женихом» меньше, чем перед вышеназванными – успешными и большей частью красивыми женщинами К вопросу о приоритетах, да?
Скособочившись над кастрюлями, концессионеры продолжают беседу в лирическом ключе. «Ты когда ему скажешь, что знаешь о его обмане? – Я хочу, чтобы он сам признался», - демонстрирует железную логику Горлум, поднимая круглые глаза от котлет. «А если не признается, то я…» - злая гримаса, швырнула ложку. То ты, да. «Я не знаю, так хочется бросить все, уехать куда-нибудь…» Ну да, ну да. Коленька должен видеть страдания. «Уедем вместе, только отберем у них компанию, - обнимает подругу честный благородный друг. – Компания и так моя», - отвечает честная благородная девочка.
Концессионеры и ВС. Катенька понимает, что компании «Никамода» просто
необходима «машина представительского класса». Коля почуял запах кофейной плантации под нефтяной вышкой и с готовностью приосанился. И да, Катенька «все обдумала, ни с кем советоваться не собирается и сама вправе решать такие вопросы». Коля благодарит небеса.
Катенька в девичьей светелке с дневничком под люстрой. «Оказывается, я сильная. Я смогла отказать ему. Я для него просто нужная и удобная вещь (чем и стремилась стать с самого начала). Безмолвная, безотказная (интересная трактовка понятия «безотказность», угу), одноразовая, как лампочка (и как все Андрюшины девицы, чередой проходившие перед глазами страдалицы). Сделала, что могла, и в мусор (знакомый подход, Катенька, м?). Пора бы уже понять – чудес не бывает (правильно, бывает четкое планирование, использование любых возможностей и немножко лжи)» Взгляд в камеру, лирическая музыка, широко открытый рот. «Моя мама никогда не выбрасывает лампочки. Она берет носок, надевает на лампочку и штопает (а разве одной лампочки для этого не хватит? Или каждому носку – отдельная лампочка?) Больше всего на свете мне хотелось поехать с вами, Андрей Палыч (конкретно сегодня больше всего на свете тебе хотелось повыделываться женихом перед бомондом)». О, давно по полу не валялись.
Микеланджелевский Андрюша в простынях. Катенька гонит очередной фанфик. «Я смогу не думать о нем. Я прикажу себе забыть его улыбку, его дыхание. У меня получится, вот увидите, господин Жданов». Звезду фикбука прерывает звонок Киры. Андрюша глумится. Кидает телефон, выдыхает лепестками, падает в кровать, сверкнув трогательной ножкой.
Утречко. Вика страдает по драндУлету в разговоре с папой.
Катенька в каморке, не сняв пальто, лезет за истрепанной инструкцией – сверяться. Андрюша явился, Катенька гнусно ухмыляется и смотрит, медленно кладя инструкцию в ящик стола. Андрюше бы поговорить, и Катенька слушает. Подходит томной павой, как она умеет, и поворачивается, чтоб с нее сняли пальто. Наслаждаемся видом нового лапсердачка(с) и блузки, лишающей Катеньку шеи. Андрюша стоит, вцепившись в пальтишечко «любимой» - ни дай бох Катенька захочет объятий, а у него глядь, и руки заняты . Говорить в итоге сил в себе не находит – и жалуется на лампочку. О, да это же Катенькина любимая тема! «Выкрутим, выбросим, вкрутим новую. Что-то еще?» Андрюша пожевал лепестками, собрался с духом и закрыл дверь. «Нет, это не все».

Маленькое затемнение.
Андрюша тискает пальтишечко любимой. У него проблемы Катенькиными стараниями, и он ждет от Катеньки объяснений. Весьма начальственным образом ждет. И от пальтишечка избавился (Катенька отгородилась столом, а значит, тактильного контакта можно не опасаться и убрать щит) и руки за спину спрятал. Катенька – сама светскость. А что случилось? Просто мы с Колей ушли очень рано, решили поужинать в ресторане… Андрюша ехиден. Как-то по-другому они собирались провести вечер, вроде бы. Катенька жжот. «Ну мы же с вами каждый день видимся, а Коля так просил…» Начальственный Ромео продолжает негодовать. «А как же наши планы? Вы этого хотели, я этого хотел мы с вами деловые люди, и что в результате? Есть вещи, которые нельзя повторить, понимаете, нет?» Интонации бесценны Впрочем у девочки-дурочки Катеньки с ее «Ой ну вы так говорите, как будто это наша последняя возможность!» тоже. «Сегодня! Приезжает Кира», - грохочет Андрюша, и Катенька широко открывает рот и вздевает ручки в издевательском «Ахх! Я забыла!» «Ай-ай-ай, боже ж ты мой!» - не менее издевательски отвечает Андрюша. И вообще ему жаль, что они вчера не были вместе. Интонации по-прежнему бесценны. И Катенька вновь не отстает: «Мне тоже жаль. Но в следующий раз обязательно!» «В следующий раз… Как вы легко об этом говорите, тумб…форточк… Катенька!» - укоряет Андрюша голосом народного артиста, который сегодня чуть позже применит к Малиновскому, даже не пытаясь приблизиться к «любимой». Беседу «возлюбленной пары» прерывает визгливая Юлиана, которая, услышав Андрюшин ор, очевидно, в кои веки решила постучаться. Катенька дозволяет ей войти. Юлиана вручает Андрюше списки приглашенных и получает концерт теперь в его исполнении. Ну а что вы хотите, у него эта «любимая» уже вот где
Юлиана спрашивает Катеньку, как она, Катенька собирает личико в кучку, пытаясь изобразить страдания, но каменный цветок не выходит. Юлиана упархивает, пообещав ей «кое-что», Катенька предвкушающе ухмыляется. Понятное дело, красоты ей это не добавляет. Заставка.
Андрюша подписывает Юлианины бумажки и сомневается, что «все эти замечательные фамилии и имена придут». Юлиана кокетничает, прикрутив визгливость, и Андрюша несколько оттаивает в обществе относительно нормального (после Катеньки) человека. Идиллию нарушает Федор, вломившийся в президентский кабинет без стука. Чудом не зашибив дверью Юлиану, он неуклюже следует к каморке, вертя пакетом, который ощутимо жжет ему руки. Не зря жжет, потому что конверт из банка. Катенька приглушает мстительную радость, несколько раз делает губами, как будто собирается совершить некую предосудительную пакость и не уверена, что проканает. Потом, приняв честный и независимый вид, отправляется к Андрюше. «Андрей Палыч, письмо из банка, они дают нам кредит, но нужна ваша расписка». Андрюша низко склоняется над бумажкой, и Катенька выдает очередную презрительную ухмылку, полную в этот раз самодовольства и превосходства. Честная, невинная, благородная девочка! Андрюша возмущается, сколько можно, Катенька объясняет: «Чтобы НМ перечислила деньги ЗЛ для новой коллекции, нужны гарантии». Андрюша сообщает нам, что уже кучу таких расписок подписал. «Того и гляди, стоимость долгов превысит стоимость компании». «Я не настаиваю! – не настаивает Катенька. – Это требования банка. Или у вас появились причины мне не доверять?» - говорит она с понтом, как будто бы этих причин не существует и не существовало никогда Андрюша этого не говорил и подписывает. «Вы прекрасно знаете, что вы единственный человек, которому я доверил нашу фирму!» Говорит быстро и не глядя на «единственного человека». Ну, мы помним, как этот человек поступает с доверием. «И ни разу об этом…» Ню-ню. Андрюша подписывает, а Катенька …сначала гнусно ухмыляется, потом (под музыкальный бамс) хохочет. «Что смешного? Любопытно, Катенька, что из моих слов вызвало вашу улыбку?» Андрюша тоже умеет в сложные интонации, Катенька. И будь ты способна слышать кого-нибудь, кроме себя, ты бы многое из этих интонаций поняла. А с другой стороны, зачем? Расписка-то вот она. «Может, мне повторить?» - «Не стоит», - ржет Катенька. «У вас что-то дома случилось?» - и в издевку может Андрюша! «С чего вы сделали такие выводы?» - таращит круглые глаза Катенька. Нет, Андрюша, все-таки у Катеньки и опыт, и настоящая любовь к своему делу. Да и глаза пучить у нее лучше получается. «Просто раньше вы чаще улыбались» - быстрый и цепкий взгляд на «любимую». «Просто раньше вы меня чаще баловали». Катенька, в новом розовопегом кожушке, с прической старухи-процентщицы, мотыляется туда-сюда, удерживая на челюсти очаровательную улыбку. Как такое не побаловать… «Открытками там, всссякой ерундой…» Кстати, могла бы не прибегать к эвфемизмам и процитировать Малину прямо, Андрюша бы не заметил. «Так вот в чем дело, Катенька…» - устало потягивается Андрюша, а Катенька наблюдает за ним сверху, отвесив губу и наглаживая острый сгиб на бумажке. Кощеюшка. Андрюша обещает исправиться, но Катенька пошутила и ей не нужны сюрпризы. Ффух, еще одна гнусная сцена сегодня, и все, а пока небольшой перерыв.
Андрюша кряхтя лезет в стол, достает кучу «всякой дряни» и ищет в ней очередную открытку. «Номер, номер…». Катенька подсматривает в прозрачную щель на двери. Круглый глаз, открытый рот… Интересно, это чтоб лучше слышно было? Ну, там… вибрации всякие, резонаторы…. «Какой болван это написал!» - горько морщится Андрюша.
Все, вторая сцена пошла. Катенька ланью выпрыгивает из каморки, скачет, крутится, сутулясь в кожушке, и выхватывает несчастную открытку. Вы уже написали, так быстро? Не та? Улыбается во все брекеты. Опять скачет, игриво хихикая. Вся такая воздушная, к поцелуям зовущая . Андрюша мямлит, мол, всякая ерунда, самому стыдно… Борьба за открытку, которую выигрывает Катя (у нее и тут богатый опыт, вспомним ключи и друга Колю). Стоит, обмахивается трофеем. «Ну зачем же стыдиться, вместе щас посмеемся…» Смотрит на «любимого» сверху вниз, наклонив при этом голову и открыв рот. Так смотрят на обвязанную динамитом жертву перед тем, как поджечь фитиль.

Андрюша-таки вырывает открытку, едва не заломив «любимой» руку. Надо ему еще подумать. Катенька кокетливо прикладывает короткий толстый пальчик к розовым губкам . Потом сует Андрюше очередную бумажку, которую тот подписывает. Катенька смотрит с торжествующим презрением. «Прекрасно!» В дверях каморки поворачивается, чтобы поддать пафоса: «А насчет открытки вы правы. Не стоит торопиться. Серьезные слова, их же надо…выносить. Даже выстрадать». Кому и знать об этом, как не Катеньке, единственной в нашем циничном мире носительнице подлинных глубоких чувств и истинных и искренних порывов. Ах и да. Этот момент – очередной шедевр гримеров и операторов. Катенька редко выглядела настолько отталкивающе, как сейчас. И... немножко странно гнать высокодуховный пафос, вот буквально в этот самый момент крутя свои махинации. Или нет? М, Катенька?
В каморке наша поскакушка привычно съеживается у дверей, подслушивая и потом подсматривая. Снова широко открытый рот в прозрачной полосе. Хосспади, сейчас-то ты что высмотреть хочешь?!
Андрюша задумчиво жует лепестками.
Машка с Федькой милуются на ресепшен. Машка сидит на Федьке. Приехали наши командировочные. Малина даже и ревнует.
Вика оставляет на стойке бара приманку для Татьяны. Татьяна сжирает приманку и возвращает на стойку пустой фантик. Жует с чувством выполненного долга.
Основательная, вдумчивая, с чувством-с толком встреча друзей после долгой разлуки. Рома пеняет Андрюше на отсутствие ковровой дорожки. Что такое? Объятий дорогого друга уже мало? Андрюша недоволен и выбрасывает в корзину открытку. С которой ребята предварительно поигрались. Катенькой Андрюша вдохновился? «Спустись на землю, Малина! Это либретто для другой оперы!» Интересно, что ж там такого заоблачного Рома насочинял? На этих словах камера отъезжает в сторону разумеется подслушивающей Катеньки, и голоса ребят становятся приглушенными. Что еще раз говорит нам об отличной слышимости в Катенькином обиталище. Малина вещает про замену репертуара, Катенька сжимает кулачок, Андрюша продолжает театральную тему. «Не прошел кастинг?» - свистит Малина. «Что я тебе, народный артист, что ли!» - говорит Андрюша голосом народного артиста и немножко обиженно продолжает, что он простой президент компании. Рома не понимает, Андрюша все еще с видом народного артиста указывает на каморку. Аааа, - Рома понимает, и друзья отправляются в конференц-зал. С пачкой открыток.
В кадре появляются ножки в сандаликах ботиночках с каблучищами. Деликатными приставными шагами сандалики ботиночки следуют к двери конференц-зала и там замирают. Эх, Катенька, некому тебя в крапиву толкнуть… Предшествует сандаликам ботиночкам подол юбки с несколькими махровыми галунами и тонкой золотой каймой. Дизайнер явно вдохновлялся прозрачной упаковкой с коробки конфет. Андрюша сообщает о событиях прошлого вечера, Катенька прижимает зализанную головенку к двери. Малина распекает подопечного. Променял, антиквариат на ширпотреб, не я, а меня, Малине дурно, дайте ему воды, мы товар назад не принимаем, коварный Николя.
Кира выкладывает сувенирчики, Амура сообщает ей о «Северной галерее», которая хочет сделать дозакупку, потому что коллекция расходится на ура. Интересуется, может ли она идти, и снобка, хамка, фу, Кира вручает ей сувенирчик. Упакованный в красивую коробочку с бантиком. Амура скрипуче-визгливо рассыпается в благодарностях. Кира поворачивается к Вике, которая, оказывается, тоже тут сидит. У Вики все ужасно, машину забрали, нет, Кира ей не одолжит, а что Жданов, Жданов нормально, у него ж машина на месте… Вика стоит у сувенирчиков, рассматривает и даже нюхает коробочки, Кира последовательно их отбирает и все пытает про Андрюшу. Тот вел себя хорошо, ни с кем не был, бегал за своей Пушкаревой, которая от него пряталась, а потом ушла с Зорькиным. Ай да Вика! Глаз-алмаз. Даже Кире интересно, что там за Зорькин такой (хотя разве не видела она его под окнами Пушкаревой?) и Вика с удовольствием описывает: «рабочий и колхозница, ботаники в очках», но самое главное, что не хватает Зорькину этого, лоска! Я бы сказала, что Вика необыкновенно добра сегодня к обоим. А вообще знаете, о чем сейчас думает Вика? Она думает, не достанется ли ей такой мааааленький сувенирчик? Из Праги? Кира с улыбкой смотрит на подружку.
Андрюша продолжает тему. Пугало в очках и в дешевом костюме. «А что ты хотел? Он и должен быть таким. Два сапога, и оба левые…» Андрюша щас про Катеньку ни слова не сказал, но Рома верно проассоциировал. Обижает Андрюшу – ты на сапог не похож, но только внешне. Андрюша громко возмущается, как Катенька могла променять ночь с ним на ужин с пугалом… ну вот же, вот! – могут сказать поклонники пары, имея в виду, что хоть не красой, так чучелком Катенька Андрюшу все же зацепила. Нет, не зацепила, потому что дальше звучит совершенно прагматическое: «Неравный обмен. Что-то здесь не то!». Ребятки укладываются на стол и начинают на нем валяться, Катенька мечется от двери к креслу. На слышимость это не влияет. Катенька негодует из кресла. Вот прям негодует-негодует. Из-за чего? «Вариант, что она была голодна, мы отметаем сразу (Это Малина говорит). Может, она хотела проверить твои чувства? Она ведь у нас девушка со странностями. Одно слово – Пушкарева». Что в этом такого ужасного? Кроме того, что про проверить чувства – чистая правда? Андрюша про открытки. «Надо думать, что писать! Продумывать варианты!» Собственно, ничо нового не слышит Катенька, чтоб так уж пар ноздрями пускать. Рома про три варианта. Продолжают валяться. На двери – тень от фикуса, который стоит со стороны Катеньки. Могли б ее и спалить так-то. Андрюша перекатился на пузо. «Нужно тонко написать, искренне! Ну типа я переживаю!» Очень он ее любит, Андрюша. Катеньку. Рома опять про ночь. Где ты, мол, мое снотворное. Андрюша обратно перекатился. С тяжким вздохом. Утомился, лапушка. Воздевает руки к потолку. «Хосспади! Ну почему она променяла меня на Зорькина?»
Катенька метнулась ответить на звонок. Ллойд-Моррис перевел деньги, сразу с ними расстанетесь или подождете, чтоб почувствовать себя миллионершей? «Лучше сразу, а то еще привыкну». А дальше интересно. «Я сегодня у Жданова подписала еще одну долговую расписку, - говорит Катенька страшным шепотом. – И он это сделал? А ты физическую силу применяла?» Прелесть прелестная! Привыкать к деньгам бескорыстная Катенька не хочет, слова надо выстрадать, а вот разводить лоха-начальника на эти самые деньги….Просто не устаю восхищаться мощью ее самовнушения Но дальше еще интереснее. «Сейчас я готова на все. Коля, ты не представляешь, на что способны эти люди, чтобы вернуть компанию! Во что еще они способны нас втянуть!» По пунктам. А) А на что способны эти люди? Похитить твоих родителей и маму Коли? Увезти тебя в лес и заставить самой яму копать, пока с Колей разбираются продажные менты за подброшенную наркоту? Нет? Не увезли и не разбираются? А что ж тогда? О, открыточки пишут, придумывая, как бы тебе еще ЧСВ почесать. Страшные, страшные люди . Б) Вернуть компанию. Вернуть. Свою компанию. Свою, не твою. Вернуть, потому что сейчас она у тебя, и ты шантажируешь хозяина с самого того момента, как он, поверив в твою ниипическую честность, доверил ее тебе. В) Конкретно ты, Катенька, втянула «любимого» в дешевку и армагеддон, но тебе по-прежнему нигде не жмет.
Рома дописал очередной опус и вручает его утомившемуся Андрюше. Напоминает ему, что в отношениях между, извиняется за выражение, влюбленными должна быть некоторая легкость. Ткскть. Ветерок. Андрюша делает ему открыткой ветерок и полцарства бы отдал, чтоб он оказался на его месте. Говорю же, любит. Катеньку.
Андрюша читает опус. «Жалею, что не были вместе этой ночью, мечтаю о новой ночи, хочу тебя». Колдобится. Обзывает бредом сексуально озабоченного идиота и выбрасывает в дыру в столе. Стесняюсь спросить, а…Ну да ладно. Любит. Любит. Катеньку. И страстный секс в тапках под пейзажи Рокуэлла Кента забыть не может.
Вика преследует врагиню. «Во народ! Вчера машину умыкнули, сегодня конфету, не удивлюсь, если завтра зималетту из-под носа уведут!» Экстрасенс!Кассандра!
Радостная Кира под о соле мио пришла к Андрюше. Катенька в каморке разворачивает локаторы. Зачем, Катенька? Зачем тебе подробности встречи страшного человека, который способен на все, чтобы вернуть свою компанию, с его законной невестой? Вот сейчас – зачем?
А Кира снимает с Андрюши его красивый галстук, надевает на него свой, подарочный, увлекает на кресло, нацеловывает в носик, и в ушко, и не может ждать, потому что ждала все эти ночи… Катенька морщится, сворачивает локаторы и соле мио (кстати, почему? оно не для нее игралось)… А не надо было разворачивать, Катенька.
Кира нацеловывает, Андрюша напоминает про Катю в каморке, Кира смеется, но все равно нацеловывает, а Андрюша все равно млеет… Обещает быть этой ночью с Кирой. «Да ты что? И Катя не спрячется в шкафу?» Андрюша смеется. Мол, Катя по шкафам не специализируется. Кира зачем-то (все же потрясающая у нее способность самой портить хорошие моменты, вспоминая о неприятном для Андрюши и при этом не особо нужном ей самой) сообщает, что в курсе знакомства с Зорькиным. Мол, в газете прочитала. Андрюша закономерно снимает ее с себя и отходит. И разумеется он догадывается, что это за газета, и кто в ней редактор. Еще хиханьки. Андрюша интересуется, что еще было написано в этой замечательной газетке, и внимательно смотрит на Киру. Кира тянет, Андрюша смотрит. Но там было написано, что Жданов вел себя замечательно, и с ним никто не был замечен, кроме Пушкаревой, а к Пушкаревой Кира не ревнует. «А вот и зря, - говорит Андрюша явно для Кати и смотрит в сторону каморки. – Ее жених тут же увел ее с вечеринки, тут же…» Кира очень громко хохочет над нелепостью картинки и удивляется, как Пушкарева вообще умудрилась Андрея с этим женихом познакомить. «Говорят, что он – ее клон, только противоположного пола, очкарик с дурным вкусом, не уверенный в себе и без всякого лоска» Катенька в каморке вновь настроила локаторы во всю ширь и сидит оскорбляется. А кто стебал лучшего друга в ответ на его робкий намек о поддержке? И кстати, что такого уж оскорбительного в словах Киры? Никаких оценок, исключительно констатация фактов. Но Катенькина многозначительная ухмылка обещает припомнить Кире и эту констатацию.
Андрюша с Кирой милуются, довольные друг другом, и тут… «Ой, Кирочка!» В кабинет президента без стука вламывается Юлиана. Чмоке, чмоке, ой, ты уже приехала, ну не мешаю-не мешаю, ухожууу… Уходит она, протиснувшись между Кирой и Андреем, не обратив внимания на последнего, прямиком в каморку милого друга Катеньки. Приятнейшая, тактичнейшая, воспитаннейшая женщина. Одно слово – элита! Иттить.
Момент сорван, Андрюша выдыхает лепестками, раздраженный Юлианой, Кира собирается уходить и замечает уроненный Андрюшей конверт с открыткой. Хватает, тревожная музыка… Но ладно-ладно. Отдает конверт и уходит. Андрюша еще раз выдыхает лепестками. ПОйду, пересмОтрю.
Юлиана в каморке вновь интересуется, как Катенька. Катенька вновь делает лицом кучку, мол, терпимо. Юлиана дарит ей свечку, Катенька продолжает концерт. Оказывается, она совсем ничего не понимает, не знает, что делать, и может, ей уволиться. В подтверждение этих слов якобы обессиленно прячется в сложенные руки.
Катенька зажигает свечку, улыбается, с улыбкой подносит к ней руку и с улыбкой отдергивает. Ложится на стол смотреть на свечку под лирическую музыку. Андрюша со своими приношениями. Кладет на стол открытку и куклу, делает руками, «Это…вам». Жует лепестками. «Вот». Спасибо. Отмахивается, мол, ну что-вы-что вы, не надо, и уходит, не взглянув на «любимую». Да, галстук уже свой старый надел.
Катенька борется с искушением сунуть в огонь куклу и сует туда конверт с открыткой. Дым, вонишша. Андрюша в кабинете разумеется ничего не чувствует.
Катенька над свечкой, сморщившись, выслушивает проникновенное послание Андрюши. Потом морщится еще больше и швыряет открытку в угол. Андрюша в кресле разлегся, ждет реакции.
Катенька пулей вылетает из каморки, резко останавливается, поворачивается к Андрюше. Прекрасная, как утренняя заря в своем тараканьем пальтишечке со старушечьим воротником, без шеи, в очках, прическе и очаровательной улыбке . Я вам больше не нужна пока? Прекрасно! А открытка проникновенная. Но мне все равно жаль, что не удалось сравнить с предыдущей. Кокетливый пальчик, игривость, тошнота, внезапный Малина. «Екатерина! Как дела?» Глюк с избиением. Катенька поворачивается к врагу, сделав личико дзотом, и казнит его физически.
Малина чует неладное. Его одолевает психосоматика. Встревоженные друзья уходят покушать.
Катенька у лифта без особых трудов унимает заждавшихся подружек. Другие планы. Но к лифтам подошли ребятки, поэтому Катенька меняет гнев на милость, радостно улыбается и рассказывает женсовету о сюрпризе от Коли, который практически предложение будет делать, но так то она не знает-не-знает.
Ребятки. Ты лифт вызвал?! – Я лифт вызвал! А ситуация выходит из-под контроля. И чего ты ей наобещал? – Да так, всякой ерунды. Мечты о романтической ночи. – О, а ты мечтаешь? – Приходится». Очень, очень любит Андрюша Катеньку. Ты лифт вызвал?! – Я лифт вызвал!
Катенька в салоне. В неописуемой шапке. Не знаю, по-моему, это похоже на траву для кота. Возбужденный Зорькин сутулым гномом бегает вокруг облюбованного джипа. Усаживает туда собрата-концессионершу. «Согласен, дорого, но мы можем себе это позволить!» С фига ли? « В крайнем случае, возьмем кредит на три года». Какие, однако, далеко идущие планы. Не говоря уж о размере той бреши, что бескорыстная Катенька собирается пробить в финансовом фундаменте «любимого». Коля подсигивает, а Катенька кобенится и внезапно не знает. Что характерно, тревожит ее внезапно не сам факт бреши, а шикарность джипа. Коленька возмущен. «А почему мы не можем быть шикарными?" Действительно Да, мы раньше ездили на троллейбусах и были под стать им – такие же грязные и некрасивые». Не, тут опять все так прекрасно, что снова надо по пунктам А) На шик, Коленька, надо заработать. Б) Ты жлоб и чмошник. В отличие от тех нормальных людей, которые ездят на троллейбусах на свою честную работу и зарабатывают свои честные деньги. В) Грязные вы (ты, Коленька. Катенька в этот момент тоже с тобой не сильно согласна) не по этой причине, а потому что, очевидно, не моетесь. Но Коленька продолжает. «Теперь у нас есть стимул измениться!» Вытянул губки, ждет реакции Катеньки. Той внезапно денег жалко. Да на эти деньги можно выпустить еще одну коллекцию ЗЛ! Ай да Катенька… Брешь превращается в Марианскую впадину, однако. Но как же ты болеешь душой за фирму, ц-ц-ц! «И вообще, это не наши деньги!» Золотые слова, Катенька. Но Коленька щас тебя переубедит. Ты же для этого очередной концерт играешь? «Ты ошибаешься, дорогая. Деньги, между прочим, зарабатываю я. Я играл на бирже!" Деньги, между прочим, дал тебе Андрей, а если тебя печалит отсутствие законных бонусов за удачную биржу, спроси об этом свою подругу, которая очень любит быть бескорыстной за чужой счет. "А твой Андрей за последнее время палец о палец не ударил! (да ну?) Так что почему мы не можем потратить эти деньги? (действительно)». Катенька строит девочку. Недавнее птит бебе, ткскть. «Можем! Можем подобрать себе что-нибудь поскромнее!» А Коленька все о бане. «Тебе не хочется перед ними шикарнуть?» А тебе с какого … так этого хочется, а Коленька? Не отомстить, не уничтожить, не набить морду, в конце концов, а шикарнуть – на роскошной тачке, купленной на их деньги. Катеньке хочется, но «так» - нет. Она же бескорыстная, Катенька, честная. Она не понимает, «зачем». Искренне так не понимает, натурально. Вот и Коленька удивляется. «А ты не понимаешь? Почему они так с тобой поступили? Потому что ты не такая, как они! (БИНГО!!!!!!Так вот почему все… ) Ты себе просто представь их лица, когда ты приедешь на такой шикарной машине. Да они дар речи потеряют!" И … что? сев в дорогую машину, Катенька похорошеет и у ребят откроются глаза? Или они просто убедятся, что Катенька банальная мошенница на доверии (чтд)? Но концессионеры сейчас хотят именно «шикарнуть». Жлобята. Оба. "В конце концов, подлецов надо наказывать!" Вспомнил! наконец-то. "И пусть они узнают, что побеждают всегда те, у кого есть мозги, а не те, у кого есть деньги. Деньги – дело наживное» Золотые слова! Только деньги-то тебе подержать дали. А сам ты, такой умный, не сподобился самостоятельно даже рубля заработать. «Ну неужели тебе не хочется доказать им это?!» Ей хочется, и она даже докажет, вот только не совсем то, о чем ты говоришь. Коля иссяк. «Решай сама. Теперь наша судьба в твоих руках».
З.ы. Около машины в том же пальтишечке, той же прическе и все так же без шеи Катенька внезапно смотрится совсем по-другому. И даже похожа на человека.

Концессионеры в салоне. Коленька повторяет: «Побеждают всегда те, у кого есть мозги, а не у кого есть деньги. Неужели ты не хочешь им это доказать?» Купив дорогую и ненужную тачку на эти самые деньги? Хорошие мозги, качественные, чо. А Катенька в терзаниях. Вспоминает этапы большого пути. Подборка странная: 1) «На такие места берут только по знакомству!» А не по знакомству ли в том числе Катеньку в зималетту взяли? 2) «С этого и начиналась вся наша экономика, помнишь? –Не помню я вообще ничо, правил даже! – Да чо тут помнить. Кидаешь фишечку, покупаешь землю, потом строишь завод или фабрику…» Катенька опять зачем-то врет. 3) «Я заработал деньги на бирже!» Повспоминала, приняла решение. Подразнила Коленьку. Побесились в машине. «Такая машина должна быть у руководителя компании Никамода, понимаешь, такая!» Ну так за чужой счет-то чо бы не. Сильно сомневаюсь, что наш финансовый гений пришел бы к этой мысли, находясь в свободном плавании. Хотя у него ход этих самых мыслей в принципе нестандартный. «Ты знаешь, Пушкарева, ты самый настоящий друг, самый-пресамый!» Потому что разрешила «шикарнуть» на простите за занудство ждановские деньги? О, охранника встревожили. Но вообще да, опасно, в джипе же тоже дворники. Катеньку и клинануть могло.Трогательный детский девиз. «Я никогда не пересяду за другую парту, а если ты заболеешь, я тоже заболею, когда хорошо и когда плохо, тьфу, грустно…тьфу, весело…ой, попутали девиз-то. …Мы всегда будем вместе!» «А теперь обменяйтесь кольцами». Смутились. И нет, Катенька ни о чем таком никогда не думала, и Коле пришлось согласиться, что и он тоже и слишком любит Катеньку, чтоб предлагать ей руку и сердце. Катенька симметрична – она очень, ОЧЕНЬ любит Коленьку, чтобы все это принять. А зря, Катенька, ей-богу, зря. Упустила свой единственный шанс на настоящую к себе любовь. Правда, Коленькой и похвастаться разве что в троллейбусе можно.
Толпа на парковке и явление лягушонки в коробчонке. Катенька подъезжает впритык к зрителям. «Девочки, привееет!» Полувылазит из джипа и машет ручкой, чтоб стоящие рядом Кира с Викой ее точно увидели. Зачем пренебрегать возможностью, если попутно с травлей «любимого» можно прихвастнуть перед мерскими красотками и безлошадными подружками? Пока любимый, помахала ручкой, остановилась в двух шагах от Киры. Светло улыбнулась. «Вот, сюрприз сделал – машину купил. Нравится?» Если включить фильм впервые на этом эпизоде, так оно и будет смотреться – чистая детская радость, наивное желание похвалиться подарком любимого. Да по Катеньке сцена плачет.
А вот Вика теряет лицо. Эх, Вика. А Катенька наготове вместе с белым пальтом. «Мне муж ради машины не нужен, я всего сама добиваюсь!» Ну да, ну да. По обоим пунктам. Вика вот тоже не понимает, чего Катенька добилась. «Уважения к себе» - скромно и с достоинством отвечает Катенька. Ну, это смотря среди кого.
Злобная снобка воспитывает Вику – не лезь в склоки, не ты принимала, не тебе и увольнять. А машина всего лишь машина. Да, тут она подружку не понимает. Увидела конфеты. А Вика экономит! Только это последняя радость, которая осталась ей в жизни. И шоколад от стресса помогает. И до липосакции дело не дойдет –конфет мало, и ест их Вика не так часто. Звучит очень мягко и искренне. А что можно некоторых врагинь подразнить, так то святое. Ест конфету. С Пончевой делается нехорошее. ОВ отделяется от толпы – все пока, ее Милко заждался. То есть опять опоздали? Кира говорит Маше, что забрала свою почту, и предлагает бабам разойтись «по рабочим местам», и Вики это тоже касается. Амура двигает в указанном направлении, закатив глаза, открыв рот и еще по-всякому выразив свое отношение к вопиющей наглости начальства. Хорошо, что начальство уже отвернулось. Впрочем, с Амуры бы сталось в любом случае.
Встреча «влюбленных». Андрюша сердит, настырен и говорит противным голосом. Даже покрикивает. Така любофь у него. Требует отчет. Катенька привычно и с удовольствием глумится, но в каморке зажигает релаксирующую свечку. Ну да, ну да, так устала, Катенька. Да она такого кайфа в жизни не испытывала.
Татьяна кругами ходит вокруг конфет, постепенно сужая радиус. Молниеносную атаку сорвала Светлана – у нее адвокаты, так что пусть Пончева поотвечает за нее поставщикам, буде те позвонят. На законное замечание Вики насчет куда в рабочее время Вику оборали. У Светланы видите ли КАТЯ Пушкарева начальник (что за прелесть эти сценаристы ), так что все вопросы к ней. Да, Вика, здесь действительно «мафия». И ты даже не представляешь, насколько ты в очередной раз права. О, Шура тоже подгребла – поорать и поглумиться над незаживающей Викиной раной. Но Вика не сильно расстроилась – «Новый спонсор…купит новую машину». Дон Корлеоне-старший позавидовал бы этой интонации. И Такшина прекрасна, прекрасна Такшина, что хотите со мной делайте!
Зорькин в джипе, похожий на таракана в хлебнице (с), разговаривает с фоткой Вики, а потом с самой Викой. Бутик «Гран-Сомелье»? Конечно, он сам там одевается! Стыдно, Коленька. ТщательнЕе надо как-то матчасть учить. А Вика умница. «Вы, наверное, не расслышали? это винный бутик!».
Настоящий хозяйственный мужик, подполковник на все руки В.С. Пушкарев терзает на морозе новую кредитную машину и жену. И дотерзал уже до полного окоченения. Потому что кто их знает, что они там начинят бесплатно по гарантии. Автор далек от темы, но подозревает, что ситуация чревата неким блудняком. Подполковнику же плевать на все, кроме одного – где в данный момент у него свербит. Жена не спорит – у нее припасен термос, содержимым которого она и собирается напоить этот оплот патриархата, когда к компании подкатывает Зорькин на уворованном джипе. Кстати, на дворе ночь.
«Послушайте, ну а на чем нам в банк ездить, на троллейбусе, что ли?!» - объясняет Колюня покупку. Боже, какой чмошник В принципе, пробивание дна – любимый вид досуга многих персонажей. Но только Коля отдается ему с такой душой …и непрерывно. Да, хозяйственный ВС может записать себе как минимум один плюс в карму – невзирая на все Коленькины эвфемизмы, признал джип собственностью Андрей Палыча. ЕА как обычно виртуозна: «Ну все правильно! Андрей Палыч купил им машину!» Ну, правда, не на троллейбусе же им в банк ездить. ВС не сдается, еще плюс ему: «А знает ли об этом Андрей Палыч?!» Посрамленный Зорькин сваливает (вообще и на Катю): «Все вопросы к Кате, я поехал, у меня дел по горло!». Да, а чо приезжал то? Пожрать или похвастаться?
Пончева ворует чужие конфеты. Сжирает, а потом опять ворует. А фантики сворачивает и складывает обратно в коробку. Как будто так и было. Коварная Вика подкралась неслышно. «Вкусно? А я их вообще-то себе покупала». Ох, как поорали! Даже Андрюша напугался: «Что?! Налоговая!» Прекрасен, рыбка моя «А, понятно. Все живы». Скривился устало, захлопнул дверь. Хосспади, да этим бабам молиться надо на такого начальника. А Пончева в истерике, и смотреть на это уже неприятно не только Кире. Пока бабы держат орущую Татьяну, пытаясь выдрать у нее конфету, Кира болезненно морщится. «По-моему, ей нужен врач!». Но подружки этого не замечают, в отличие от злобной подлой высокомерной снобки, фу. Конфету выдрали, Шура размахивается, собираясь швырнуть ее Вике – и Кире! – под ноги, но раздумывает. Возвращают покражу на родину без лишних эксцессов, сомлевшую похитительницу уносят. Кира упрекает Вику – подстроила, мол, и стоит сияет. Пф, стала бы Вика из-за этой сиять. Вот, кстати, при всех своих недостатках Вика – не чмошник. Даже для приманки она использовала дорогие конфеты, хотя Татьяна сожрала бы и ириски.
Рома в костюме индейца из листика А4. «Хау, мой бледнолицый брат! Как дела? Скальп не жмет? Как поживает твоя скво в своем скворечнике?» Очень в этом вампуме красивый, Рома. А рыбка моя вся в трудах. Головушку поднял, подумал. «Плохо дела». Катенька в каморке вздернула головенку на слове «скворечник». «Она сегодня обедала с Зорькиным. – Чем мотивировала? – Пригласил». Андрюша делает ручкой. А Катенька уже тут как тут и пырится в любимую щель на двери. «Что ж, думаю, стальные зубы и прозрачные стекла решали за обедом, как потратить деньги Никамоды». А что ты морщишься, Катенька? Именно этим вы и занимались. Ребятки продолжают. Доклад? Что значит обещала?!А чего орать-то? Но такое чувство, что Ромочка сейчас знает, что делает. Тем не менее хреновы конспираторы отошли в уголок и там продолжили чуть потише. Но все равно громко. Андрюша пепелит. «А я-то тут причем? Доклад – это ее обязанность!». Вот честное слово, поражаюсь иногда с него. Ромочка воспитывает. Надел на него вампум. Андрюша пошел.
«Не помешал? В смысле, доклад готов? Ну, вы скажите, когда будет готов». Посмотрел сверху в монитор, вигвам с головушки снял, руки за спину спрятал. Ушел к двери. Повернулся. «Я могу подвезти вас домой». То есть происходит странное, хозяйка компании всячески показывает свои нехорошие намерения, а Андрюша выдавил из себя только вот это вот? У меня одно объяснение. Катенька ему так противна, что даже все более ощутимая угроза уже не может заставить его напрячься.
А Катеньку, разумеется, подвезет Коля. Почему Коля, мешает выяснить Кира из кабинета. Но Катенька успевает объяснить – конспирация-с. Вы ж сами хотели.
Кира услышала про подвезти Катю? Рассказала про внушительный экипаж. Катенька свалила, Андрюша пообещал Кире приехать. Кира аж удивилась.
Коля заманил Марьяну поболтать в джип. Марьяна все прекрасно помнит про Никамоду.
Изящно… ну, так - отставшая от подружек Катенька разумеется подслушивает, внаглую приоткрыв дверь. Ребятки шутят. «Ты меня подождешь, что ли? – Да, любимый». Похихикав, Катенька садится на Машкино место. «И мы подождем».
Озверевшие бабы блокируют Захарчика в машине, а Марьяну рядом.
Андрюша дождался «любимого», Катенька ховается под ресепшен. Оставив на нем сумку. Ребятки обсуждают ситуацию. Как-то все странно совпало. Катенька выделывается, Зорькин активизировался. А еще заедет за ней на машине. Ух ты! Асфальтовый каток угнал? Соревнуется с тобой в лошадиных силах. А Андрюша телефон забыл. Созвонились. В кабинете! Я щас. Но Рома не может отпустить друга одного в пустой, опасный кабинет. Я с тобой! Катенька выползает из-под стола с заранее открытым ротом. Потом скрывается в лифту. Нажимает кнопку и вертится, красуясь сексуальным старушоночьим пучочком на непрочесанной головенке.
Бабы терзают Захарчика. Света лупит сумкой по морде снизу, Шура добавляет в лобешник. Чудные, чудные.
Катенька подгребла. Нет, знакомить не будет, он у нее такой стеснительный, такой ропкий. А джип ему для маскировки, чтоб не замечал никто. Бабы докладывают про Марьяну.
«Привет, любимый!» - сладким голосом приветствует Катенька стеснительного Коленьку. Аккурат когда ребятки появились. Погрузилась в коробчонку. Ребятки ошарашены. Правильно, Ромочка, зачем тебе шарф с такой красивой шейкой.
*автор в курсе, что вигвам и вампум - это совсем не то, что было у Ромочки на голове)
** "таракан в хлебнице" - прочитала в каком-то фанфике, запомнила. Идеальное описание Коленьки.

Под офигевшее «па-де-дё» ребяток Катенька, нацепив на личико самую естественную из своих фальшивых улыбок, пилит «жениха». Надо сказать, что Катенька никогда не была и никогда не будет такой хорошенькой, как в этот, очевидно, очень приятный для нее момент. Ни в постели с предметом своих грез, ни даже на свадьбе с вкусным зималетто с ним же.
А Андрюша отказывается щипать Малиновского («Твоя очередь»). «Сколько же такая стоит?!» Очень он Катеньку ревнует, Андрюша. А Рома говорит жестокую вещь. «Такую машину может позволить себе только человек, очень уверенный в своем будущем. Или если зималетта уже у него в кармане». Вопрос к гетникам: на какие выводы рассчитывала Катенька?
А Андрюша бедный заметался, совершенно потерянный. Рома пытается шутить про вертолет и утро вечера, а завтра спросим, но вот нифига не помогает.
Заставка кончилась, и Коленька наконец-то не выдержал Катенькиного гнетущего молчания. Нехитрый приемчик, отработанный Катенькой до блеска, в очередной раз доказал свою действенность – горе-олигарх засуетился и заоправдывался. Катенька продолжила пилить друга и подельника. Внезапная краса ее куда-то подевалась, а подельник признал, что был не прав. Передразнивая его, Катенька буркнула нечто невнятное и снизошла до объяснений: «Потому что я не хочу, чтобы все говорили, что МОЙ ЖЕНИХ заглядывается на всех подряд. Тем более на эту… - поискала слово, - …дуру!» И повторила: «ДУРУ!» Вообще-то Марьяна не совсем дура. А уж как миленько выглядела в машине с Колюней! Но вернемся к Катеньке. Девушку не интересует возможный провал легенды. Девушку интересует исключительно урон ее, прости хосспади, женской репутации. Радистка Кэт бы из нее точно не вышла.
А Колюня проникся последним доводом и решил, что надо «обиженную» им подругу утешить, и обнял родную тушку. Увидев непотребство, ошарашенный Андрюша вылез из-за …в общем, вылез под тревожный бамс и тут же спрятался обратно. А Коля разлился соловьем на тему того, каким замечательным женихом он теперь будет, и умрут они в один день. Помолчали. Катенька немножко погладила подельника по шерсти. «Спасибо». – «Тебе спасибо» - отвернулся Коля, вспоминая слова Вики про то, что им не нужны проблемы.
Андрюша в состоянии истерической брезгливости. «О хосспади. За ручку! Щенок! Молокосос! Что она в нем нашла!»
Концессионеры явились в штаб-квартиру и хотят жрать. У ЕА все готово, и она грозит пальцем мужу, чтоб смотрел у нее. Муж показательно игнорит дочь с ее босяком, отворачиваясь в беззвучный футбол на экране телевизора. «Это у него такая форма протеста. Против автомобиля», - хихикает ЕА, которой дочкины фортели с чужими деньгами вообще норм. ВС подтверждает, а автор подписывается под каждым словом: «Человек им доверяет. Они без разрешения берут его деньги и тратят!» Катенька возмущена. «Кто тебе это сказал?» - «Заметь, она не говорит, что это не так! Она говорит «кто тебе это сказал»! Или, может, Андрей Палыч в курсе ваших махинаций?» - «Пока.. ПОКА не в курсе…» - «Что я тебе говорил? СтыдобА! Чтобы кто-то из Пушкаревых…» Катенька возмущена, обижается и не находит слов, томно ища поддержки у Коли. Коля, искренне: «Дело в том, что это деньги компании Никамода. Катя является директором этой компании и может распоряжаться фондами по своему усмотрению!» Не ну правда, чо вы. Все ж законно. Катенька… не, не могу, щас прослежусь. Прослезюсь… заплачу, в общем. «Мама..папа.. я не воровала эти деньги! (а как это называется?) Я бы никогда этого не сделала (так вот же – сделала), вы меня не так воспитали!» Ну железный же довод. «Я завтра же предоставлю Андрей Палычу отчет о расходах, полный!» И… и чо? Деньги-то украдены потрачены, потрачены тайком и на фигню. Но в очередной раз смысловая лажа искупается слезой в голосе и искренностью на разрыв аорты. ВС пока непреклонен. «Вот завтра и поговорим». ЕА подскакивает, ну че ты тут, правда, ВС все равно непреклонен, а Катенька… обиделась. Даже так – ОБИДЕЛАСЬ. Скривила личико, бросила ложку с налипшим пюре, демонстративно и громко встала. «Спасибо, у меня аппетит пропал». Устремилась вон из кухни, молча цапнув за рукав верного босяка, не дав тому доесть. Обрыбится – прынцесса страдать изволят.
Диалог с мамой – очередной шедевр «высоких отношений». «Ты на папу не обижайся, ты пойми правильно…» - «Мама, не надо ничо объяснять, все понятно!» Очень обижено девушкО. Втолкнула Колю в комнату (просто втолкнула, как…как не знаю что). «Меня ни для кого нет, особенно для Андрей Палыча». Вот так, и объяснять ничего не будем. Разговор окончен. И дверь закроем. Нет, все-таки чудесная женщина ЕА. Кремень, стена! Катенька хоть труп расчлененный притащит, а той все божья роса.
Андрюша, разумеется, тут же звонит. Светски просит Екатерину Валерьевну, чтоб ей. Ее, конечно же, нет, и когда будет, никто не знает. А может…Ша, Катенька, мама знает, что делает. Ничего не надо передать? Ну ок.
Кстати, на ЕА: красная футболка, пегая рубашка в цвет, как всегда удачно надетый ободок, волосы сзади прилично собраны приличной заколкой (вспомнимгнусную знаменитую Катенькину косицу, которой она потрясала перед Волочковой), золотые сережки и крупные черные бусы, которые хорошо смотрятся на ЕА вообще и на красной футболке в частности, и не дисгармонируют при этом с рубашкой. (ср. Катеньку: юбка с бахромой, галунами и упаковочной полоской, головогрудь объята отмеченым выше кожушком, который изрядно увеличивает и без того борцовские Катенькины плеч..хрупкие плечики, блузка, окончательно лишающая носительницу шеи, с висящей под воротником хренью, про прическу к ночи вообще не будем).
Катенька заставляет ЕА врать на старости лет, оказывается. И вообще она очень расстроена, ведь Андрей Палыч прекрасно понял, что Катенька на самом деле здесь. Воровством дочуриным не расстроена, нет, а вот щас да. Или таким образом эта чудная женщина пытается дать понять нашей махинаторше, что ее поведение ее все-таки беспокоит?
ВС попытался вякнуть что-то еще – Катенька просто захлопнула дверь. «Спасибо, папа!» Не понял, заподозрил, обидел в честности воспитанную дщерь. А вот ЕА опасно снился соседний дом с булочной. К сухарям в доме казенном,- напугал жену ВС.
А в девичьей светелке лишенный пюре и котлеты Коля сиротливо точит одинокую корочку, прихваченную со стола. Хотя нет – корочки две, и одну он отдал обрекшей его на голод подруженьке. Думает, как объяснить ВСу джип. «Я разберусь», - тяжело бросает Катенька. Не позавидуешь этому ВСу, после таких-то интонаций. А Коля понимает, зачем это все было на стоянке – чтобы Жданов увидел их вдвоем, ну, то есть, втроем. С джипом. Милейшая оговорка. Только вот еще поцеловаться надо было! – так, ни на что не надеясь, добавляет. И не понимает, чего хочет добиться Катенька – довести Жданова до инфаркта? Ну, собственно, да. Это в принципе Катенькина стратегия была, с самого Коленькиного трудоустройства. «В лучшем случае, он отберет у нас машину!» Наивный! Вот и жующая корочку Катенька так думает: «Не отбе-ет! Уф-по-ко-йся! Ничего он нам не сделает». Вообще не колышат девушку последствия. «Откуда такая уверенность?» - не понимает Коля. Я вот тоже не понимаю. Но как же Катеньке повезло, что раздеваемые ею лохи оказались настолько травоядными.
Про уверенность Катенька объяснять не хочет и переводит тему. «Завтра сними деньги со счета и купи себе новый костюм!». Утопилась спиной в диван, головогрудь, недожеванное. Красотка. А то Колюнин жирафик простота и элегантность не соответствуют его статусу как финансового директора. Села за стол, взяла бумажку, написала фломастером приказ. «Просто сделай, как я сказала». А сама она к стилисту не пойдет, ведь Жданову приходилось пересиливать себя, когда он соблазнял ее. «Но все это он делал, чтобы спасти Зималетто». Да растуды тебя в качель, Катенька! Спасти! Сама своим собственным ротом это признаешь. Какие претензии могут быть к бедолаге? Под грустную музыку Катенька намерена «разбираться с Ждановым» такая, какая есть. Не могу не повторить, как Катеньке повезло - не думать о том, как мог бы после такого вранья разобраться с ней с какой есть любой другой персонаж из данной социальной страты, окажись он на месте чересчур доброго Андрюши. А Коленька почуял грустную музыку и поспешил сменить тему – вот тут у соседа пустой гараж есть… «Хорошо, - безучастно отвечает обессиленная страданиями Катенька. – Решай сам». Ну, не прынцессе же гаражами заниматься, в самом-то деле. Радовался игрушке? Озаботься. Порекламировали какую-то хрень. А теперь уйди, Коля, Катенька устала и умирает. С чего бы, понять я не могу, столько положительных эмоций за день.
Андрюша мается. Звонок, но это не Малиновский, а Кира. Она уже ни на что не надеется, а ужин и ванна остыли. Андрюша очень долго молчит, прежде чем начать издеваться врать. Антифриз, маслице и ароматическая елочка. Как ни странно, это помогло - из режима вселенской трагедии Кира переключилась на бытовое возмущение, с которым дело иметь гораздо проще. Под это возмущение появившийся Зорькин и начинает свои пляски вокруг джипа. Исстрадавшаяся подружка подзабыта. А Андрюша таращит красивые глазы на «детский сад» и не понимает, где Катенька откопала «это».
А довольная собой Катенька (помирала ж только что?) уже наяривает в дневничок. «Единственное, из-за чего может волноваться Андрей, так это из-за того, что он может потерять Зималетто!». А почему он не должен из-за этого волноваться, может мне кто-нибудь объяснить?! «Андрей ждет от меня объяснений. Хочет узнать причины моего поведения. Но это он должен объяснить мне все!» «Я не чувствую себя виноватой. Моя совесть чиста». А подпишусь! Как снег чиста, Катенька. Мартовский. «Главное (отшвырнула дневничок) – найти силы, чтоб пережить все это». Да на тебе пахать надо вот что-то совсем не вижу, чтоб с этим были проблемы.
Понурый Андрюша у Киры, просит налить ему выпить. Катенька наяривает. «Его совсем не трогает мое равнодушие. Он никогда не испытывал ко мне ничего, кроме брезгливости». Катенька, а ты в зеркало давно смотрела? И это я не про пучочки с головогрудью, хотя и про них тоже, я про вообще. Какое может быть неравнодушие, если ты собираешься его пустить по миру и уничтожить? Сомневаюсь, что существуют в мире женщины, способные затмить данную перспективу одной только своей красой. А у нас тут не о красе речь идет, у нас тут... Катенька. Какая есть.
Кира подозрительно смотрит. Странный ты, и глаза бегают. Андрюша устал и вяло отвирается. Рад безумно, мол, ее видеть.
Катенька рвет страницы из дневничка. «Как мне найти силы, чтобы не сойти с ума, чтобы выдержать все это!» Фикбук такой фикбук. Вот в то, что Кира не знает, где найти эти силы, я верю. Что Андрюша не знает иногда, тоже. А вот Катенька… «Когда он рядом, я боюсь, что он может услышать, как бешено бьется мое сердце!» Нет, когда он рядом, ты ловишь кайф от своей власти. Мнет фотку (уже цветную). Андрей-Андрей. «Его волнует только эта дурацкая (да моя ж ты маленькая ) компания! Он боится, что я украду его деньги». Катенькина логика. Я всей собой показываю, что украду его деньги и даже начинаю красть – он боится, что я украду его деньги. Подлец, подлец. Хам!
Почти помирились. Под видом массажа Кира проводит допрос с пристрастием – почему это Андрюше так плохо правда ли Андрюше так хорошо? Массаж не помогает, допрос тоже. Кира с вызовом переводит разговор на свадьбу. «Или тебе приятнее говорить о работе, чем о нашем медовом месяце, а?» Андрюша что-то вымучивает, Кира успокоилась и ластится. Зачем-то поминает Катю – та сообщит, мол, Андрюше дату и адрес ЗАГСа. Кира, ну вот кто тебя опять за язык тянул, а? У Андрюши становится очень злое лицо, он вспоминает финансового директора и джип. Выпадает из реальности. Кира кричит. Я не могу, я не могу, о чем можно думать в такой момент! Андрюша смотрит на нее так, как будто она его ударила. Кира и замахивается. «Ты думаешь об этой женщине?» Ну почему о женщине-то сразу, ну? Ну неужели не видно, что мужик просто устал и ему плохо? Ну, что Андрюше делать? Опять пытается в привычный способ.
«Они поженятся, - растягивает слова Катенька, наслаждаясь собой в романтическом моменте, – А я не-ппере-жжжи-ву дня их свадьбы…» Чо так вдруг? Как любимый с ума сходит от страха за благосостояние своей семьи, это она переживет, а свадьбу – нет. Катенька такая ранимая, хрупкая .
Продолжает наяривать, отвесив губу. «Как бы я хотела выбросить тебя из своего сердца»! А оно есть, Катенька? «Зачем мы встретились?» Затем, что подходящий экземпляр возглавил подходящую фирму в подходящий момент. «На что я надеялась?» На магическую закорючку в одном интересном докумэнте и хорошую фору. «Ведь счастье невозможно, когда речь идет о столь разных людях!» Как-то эта красивая фраза не очень подходит к той многоходовочке, которую Катенька имеет в виду.
Андрюша «Это все нервы. Такое бывает в жизни каждого мужчины. Рано… или поздно. Спишь? Ну спи. А знаешь, я совсем не расстроился…»
Катенька продолжает штурмовать топ фикбука. «Одиночество – вот мой удел. Такую, как я, он не смог бы полюбить никогда». Ну вот Зорькин бы смог – но он же нищеброд в жирафике, поэтому, конечно же, только удел. «Девочки говорят, что есть одно средство… черный приворот! (Андрюша вскинулся) – Но я в это не верю. И ни за что не решилась бы на такое, это подло! ЭТО НЕ НАСТОЯЩАЯ ЛЮБОВЬ!» Ну да, шантаж он вернее. А вообще очень интересный момент. Откуда она этот приворот взяла вообще? Чтоб был повод в дневничке про свою неподлость написать? Очень неожиданно. Но с другой стороны, сценаристы еще раз намекают нам на Андрюшину подневольность. «Он и так уже мучается из-за того, что затеял всю эту любовную афЁру» (кого там "одеть-надеть" попрекали? Вику? Андрюшу? ) Вообще-то он мучиться начал еще на стадии появления в Никамоде Зорькина, но этот момент изгибы Катенькиной мысли весьма ловко минуют с самого начала афЁры – реальной, а не любовной.
Андрюша мается в фиолетовых шелках, потом мучается кошмаром, в котором его красивого давит по морозу страшный чорный джип с козырным номером «В400ЕХ». Ой, чмошниикиии…. у всей «элиты» в сериале с их бэхами, поршами и прочим номера обычные (то есть вот ну не нужно людям), и только Колюня с Катюней… Парвеню как оно есть.
А терзаемый кошмаром Андрюша в ужасе смотрит в окошко джипа, за которым под музыку из, пардон за тавтологию, ужастика (ну вообще-то да, той еще… пикантности порнушка ) милуются наши концессионеры. «Что вы делаете! Прекратите немедленно! (прелесть какая ) Катя, в кого ты влюблена на самом деле, в Николая Зорькина? Да кто он такой? Это какое-то га…( ) ходячее недоразумение!» В общем, после полученной только что обидной психотравмы и кобыла невеста, в смысле, и вот это вот удар по самолюбию.
Андрюша кричит «Катя Катя» и будит Киру. Кира будит Андрюшу. Андрюша спрашивает, где он, а Кира требует объяснений.
Сидят спиной друг к другу. Кира пилит. «Врешь, врешь и врешь!» Андрюша двигает челюстью и тянет лепестки с видом обиженного пупсика:pooh_lol: . «Это был страшный кошмар», устало объясняет Андрюша, на красивом лице которого чот нету ни намека на только что пережитый приступ любви и ревности. «Очередная манекенщица, которую тебе посоветовал твой друг Малиновский (!)? Стриптизерша, официантка, кто?» Андрюша снова залюбовалась делает лепестками. «Ты будешь смеяться. Это была Катя Пушкарева. Я же говорил, что это был страшный кошмар». И тут на него снисходит вдохновение! «Зималетта обанкротилась. Ну? И тут на меня со всех сторон наступает тьма тьмущая судебных приставов! Они налезают на Зималетту, а я кричу «Катя! Катя! Что вы наделали! Зачем вы их сюда впустили?! А она не реагирует! Ну вот ваще!» Ну, дальше, как известно, Андрюша схватил молоток и всех поубивал. Кровища! «Боже! Меня посадят! Катя, где Малиновский!?» Кира не верит. Интонация была другая, и Катю он звал, а Малиновского нет (потому что это кошмар! Ромочка ни за что не приснится другу в кошмаре! ) Андрюша вздыхает и приводит самый убойный в мире довод. «Ну неужели ты думаешь, что мне приснился эротический сон с участием Екатерины Пушкаревой?» Акценты и артикуляция не позволяют предположить, что данное сочетание вызывает у Андрюши чувства, противоположные заявленным. Кира прелесть. «Ну… это, конечно маловероятно. Но Жданов, от тебя можно ждать всего!» Андрюша разулыбался. Помирились. Андрюша предлагает если что, то сразу сдавать его в психушку. Ну, любит он Катеньку, понимаете? Любит! Кира смеется и отворачивается спать. Андрюша подлазит к ней, кладет руку на бочок, опирается на красивое бедро, обнимает, собирается заснуть, прижавшись. Да, надоела, да, с утилитарной целью… Но с Катенькой куда более серьезная (в плане утилитарности) цель не сподвигла его и на меньшее.
Утречко. Козырный джип разворачивается посередь дороги на 360 градусов (чо там насчет сплошных, не разглядела), Коля умер на пассажирском сиденье, Катенька в съехавшем на нос пумпоне несколько обескуражена. Смешно-смешно, да не очень. «Не бойся, Коля, я с тобой. – И я с тобой. В этом-то и ужас». Дальше Катенька вымучивает из Коленьки похвалу своему первому разу за рулем, которую воспринимает всерьез, и недовольно куксится от напоминания про встречку и непредсказуемость светофоров. А потом отправляет друга за шмотками – с менеджером она уже договорилась, а теперь по делам, вся такая колбаса. Коленька вякает насчет безопасного себя за рулем, но для Катеньки «вопрос решен», как обычно у нее это бывает, и Коленька как обычно нишкнет. Кстати, для него этот джип – такая же первая машина, как и для Катеньки, да и той поди ВС все равно чаще давал своей развалюхой рулить, но почему-то к его манере вождения вопросов не возникает. Коленька тем временем апеллирует к беспроигрышному – ты президент, крупный (оч крупный! ) начальник, тебе по статусу, что скажут конкуренты твои, коллеги…. Катенька молча смотрит на друга как на га.. «ходячее недоразумение», и постепенно взгляд ее тяжелеет. А Зорькин тем не менее крайне серьезен. «Честное слово, я не понимаю, что выглядит нелепее – я в этом бутике, или ты за рулем этой машины!» Катенька недобро щурится, потом обиженно отворачивается. Расстались. Катенька пару раз резко наподдает, чуть не придавив подельника, и яростно вливается в дорожное движение. Подельник провожает ее взглядом с тревогой… и обращается к фотке Вики, которая была у него наготове. «Господи, ну сделай так, чтобы к вечеру Пушкарева вернула машину в целости и сохранности!»
Марьяна разводит Захара на решительность и новую машинку, потому что старая стремная и плохо пахнет. Ей вообще стыдно, что ее на таком с работы забирают. Тьфу Все зло от баб ну, иногда.
Вика въезжает на парковку на таксо, за которое понуждает расплатиться добрых пролетариев Потапкина и Федьку. Катенька весьма довольна новой возможностью пригнобить обнищавшую красотку собственными потом и кровью заработанными шиком, джипом и номером «В400ЕХ».

Катенька выпархивает из жипа, сама элегантность на своих каблучищах в разлете юбочной бахромы. «Сергей Сергеич, припаркуйте, пожалуйста, мою машину как следует (стесняюсь спросить, а это как? раком и поперек? ). У меня сегодня очень важное совещание, я занята, умгу?» Демократично трогает холопа за руку, упархивает. «Будет сделано, Екатерина Валерьевна!» - знает свое место Потапкин.
«Мой жених не хочет, чтобы я ездила на троллейбусе. И на такси тоже, хотя мне не в падлу я могла бы!» Катенька, радость моя… тебе зачем жип-то был нужен? Заставить ревновать хама-подлеца (тоже то еще «прикрытие», ну да пусть) … или вот это вот? Сколько кайфа и сколько естественности. Как будто всю жизнь ждала этой возможности – сверкнуть эксклюзивным лакшери перед восторженным быдлом. Хотя почему как будто? 25 серия, глюк с кормлением подруг челяди в ресторане. Задолго до… всего вообще .
Вика не сдается. Хорошо, мол, что в жипе большой багажник (это для Пончевой) и люк есть (для Шуры). Это Вика еще про Катеньку, снег и поорать не знает.
Кстати, Пончева у нее Пончева, а Шура – Шура.
Простодырые подружки незаметно так интересуются а это любую стенку так приподнять можно, и в магазине ты теперь когда угодно и куда вздумается можешь поехать? Мол, гуляем, дамочки. Нет, Машка – прелесть. «Это же…в любой клуб! Роскошная машина, мы такие красивые и Катя, мммальчики…» Федька обижается. У Катеньки же другие планы еще с 25 серии: «А поедемте куда-нибудь пообедать!» А куда? – Сурприз. Катенька вновь хорошенькая. Все-таки чистая и наивная девичья радость от обладания роскошной тачкой красит ее больше, чем любовь. Хотя в этом сериале ее буквально все красит больше, чем любовь.
Умный Федя. «Сергеич, а тебе не кажется, что наша … Ккатенька (ни тени симпатии; интонация, пожевал губами) в последнее время как-то изменилась? Прям в глаза бросается». Потапкин не такой умный, ему если что и бросается, так это бампера.
Бабы прыгают вокруг жиповладелицы. Ко-ля, Ко-ля, а ты скажи, скажи, что она тебе каждый день понадобится потому что тебе нужно катать Машку в клуб к мужикам. Амура типа вспоминает приличия: «Нельзя злоупотреблять! (это ты Катеньке-то? Бугага) Скромность, сдержанность…»
Томная с тоски Вика попрекает баб которым часом, а Машка блещет классикой и фирменным ржачем: «Счастливые часов не наблюдают!». Поправ Вику по всем фронтам, бабы берут паузу и вспоминают, что так-то оно так и на руках носит, но ведь стремный какой-то у Кати Коля, щупленький и росточку невеликого. Тьфу на вас, бабы, думает Машка. «Зато какая у него машина… вот оно, щастье!» Чуть не плачет.
Кухонный олигарх и мусью Зорькин направляет свои робкие пока говнодавы в сияющий иллюминацией и весталками храм элитного потребления. Цвет его пуховика спорит с говнодавами по степени задрипанности и выигр…. Пожалуй, ничья. Браво костюмерам и актеру – нормальное, практичное хаки – суровый мужской цвет - выглядит на Коленьке, как на бомже. Под хаки обнаруживается жирафик.
Хозяин жизни в рубашке в цветочек и белых бендеровских штанах, унылый ковбой, задушенный хвостом какой-то выдры рокер, неопознанное существо в … эээ…ермолке - все эти образы идут мусью, как корове седло. А говнодавы у Коли весталки отобрали.
Акционеры обнаруживают надраивающего Катенькин жип Потапкина и удивляются размаху. Это что ж за тачка-то там такая? Кира предполагает у пушкаревского аманта сомнительный бизнес. Потапкин залез на жип и презирает президентский порш. Как ни странно, Андрюша этим задет.
Красивый Рома в белой футболочке мягко укоряет Шуру – мол, ну что ж вы не предупредили, что теперь здесь работаете, а впрочем вот, передайте Федору. И все.
Акционеры. Кира здоровается с бабами, Андрюша пренебрег. Сцепляются с Ромой, Рома отводит невеселого Андрюшу погутарить про лягушонку в коробчонке. Андрюша ничего не знает и вообще он все узнает последним! Жалуется на сделала вид и довольного Зорькина. Рома иронизирует – думал, дескать, что ты весь сопишь в объятиях Киры, а ты за Пушкаревой шпионишь. Как будто не говорил вчера про уверенность наших концессионеров в их (концессионеров) будущем и не понимает, зачем за Пушкаревой нужно следить. Андрюша тоже возмущен – он хочет знать, в чьих руках его компания! И еще раз не могу не вопросить риторически – а на что рассчитывала Катенька, устраивая свое шапито? Что Андрюша взревнует к тайкуну в говнодавах?
А Рома глумится. Клещами не вытащишь? А степлер? Понял, Женевская конвенция. Все, осознал, понял, ушел. Крепись друг. Андрюша молча раздувает ноздри и отворачивается, подперев кулаком головушку, красивый, обиженный и непонятый.
А потом глумится Катенька. О, как Катенька глумится! Но сначала «влюбленные» обменялись улыбками. Не возьмусь судить, чья улыбка была фальшивее, но Катенька в очередной раз берет куражом и искренней любовью к делу.
Потом напоминает про встречу с Полянским. «Чорт, как это все не вовремя!» «Ну почему же, - с презрением укоряет Катенька. – Это ведь очень важно… для Зималетто». Какое скотство думать о работе, когда у тебя тут целая Катенька с соблазнительной головогрудью в приятного цвета гофрированном кожушке и с сексуальным пучочком грустно иронизирует о своей возвышенной и жертвенной любови Да, Катенька?
Внезапная Кира. Андрюша по инерции оборал, извиняется, Кира пытается уйти, Андрюша останавливает, финансы, то-се… Гордая своей любовью и неким высшим знанием Катенька стоит столбом между близкими к скандалу женихом и невестой потупив коричневые глазки. Сцена ее ничуть не смущает. На словах «Я не только твоя невеста, я еще и акционер!» Катенька дергает головенкой в сторону Киры. Что такое, Катенька, что тебе не понравилось? Что акции тебе пока никто не подарил? Пялится на Андрюшу. Кира немножко истерит. «Тебе гораздо важнее поговорить с Катей, чем обсудить со мной свадьбу, не буду мешать, извини». Андрюша устремляется за невестой. Катенька довольно усмехается под бодрую музычку.
Воропаев вылазит из своей машинки и поражается жипу. Обменивается приветствиями с Потапкиным («День добрый! – Кому как!»), узнает про Викину потерю и наконец интересуется, чей агрегат. Потапкин чуток и точен: «Екатерина Валерьевна приехалИ!» Воропаев прозревает новую пассию Жданова, но к такому все же жизнь его не готовила. «Пушкарёёёва?! А на какие деньги она купила такую машину?» Ах ты ж, незадача какая Катенька-то всем в лицо своим эстетическим несоответствием тычет, дескать, нихто-нихто во всем целом свете не считает ее достойной роскошной тачки (ну, они ж про внутреннюю красоту не в курсе ), а тут где деньги, Зинтакая проза. Но вернемся к Сашеньке. Информация о наличии у жиповладелицы жениха поставила его на грань инфаркта. Но он спасся благодаря природному скептицизму. «Ага, у нее есть жених, он ей машину подарил, а еще она получила Нобелевскую премию (ну не зря ж весь МГУ… ЧЕТЫРЕ музея…ТИПОГРАФИЯ!!! ) и наследство от беглого фашиста дедушки из Аргентины, на которое купила все зималетто!».
Вакхические весталки танцуют вокруг переобутого в приличное магната, завлекая его различными аксессуарами, как то: картузом в клетку, пальмово-анансным галстуком и кучей неведомой, но наверняка очень дорогой мелкой хрени. Гимн приобщения мусью Зорькина к дорогим шмоткам гнусен настолько, насколько это позволяли тогдашние русскоязычные чарты, и на равных конкурирует с Катенькиной вместо-невестой.
Кира терзает Андрюшу квартирой, Андрюша Киру – безразличием, но Кира удивительно спокойна – выплеснулась раньше, видимо. Тихонько пеняет, Андрюша включает невозможный голос и немножко целует, обняв за шейку. Пытается свалить. Кира искренне пытается сменить тему и по всегдашнему своему счастью выбирает самую удачную – откуда деньги у Катенькиного жениха и не наркодилер ли он. Андрюша наконец-то устремляется в дверь, но Кира останавливает, чтоб поцеловать. Он с кислой улыбкой отрывает от себя ее руки и молча уходит, даже не поцеловав в ответ. Кира грустнеет.
Вика роняет слезы в чай. Нагрянывает невозможный в шелковой и сиреневой рубашке Воропаев (Викина блузка приятно гармонирует). Вика – кремень и еще посмотрит, кому достанется пушкаревский жених.
Счастливый до усрачки магнат покинул гостеприимный бутик вприпрыжку и нараспашку (чтоб все видели новый галстук), потрясая обновами в статусных квадратных пакетах и кулечком с говнодавами. Не вынеся душераздирающего зрелища, природа роняет на него кучу снега прямо с небоскреба.
Андрюша молча и по-хозяйски вторгается в кабинет родного вице и сразу устремляется к коньяку. Дует на вице невесть откуда взявшимся перышком, наливает и немедленно выпил. Машина собственная Екатерины Валерьевны на деньги никамоды, воспользоваться ее щедрым предложением о возвращении компании никак невозможно, ибо кредиторы не оставят клочьев, а ведет себя Екатерина Валерьевна еще странне, чем когда сменила прическу («Помнишь?», кандибобер из пальцев). Андрюша истерит, безмятежному вице плохеет.
А магната изловили гопники. Что, погнали из шоферов в домработницы? Нет, у мусью «плановое обновление гардероба», по магазинам вот «прошелся». А, все, что в 8 классе носил, мало стало? Заманивают Колюню девчонками. Он позорно ретируется, но визитки девчонкам раздал.
Рома стыдит Андрюшу. Катенька заслуживает, а если Андрюша своими двумя (пауза) вымученными поцелуями… Андрюша возмущен до такой степени, что выходит из кабинета успокоиться. Возвращается настроенным на деловой лад. Делать-то что, если она машину Зорькину купила? Рома поглумился и велел брать ситуацию в свои руки. «В конце концов, это всего лишь Пушкарева, а не Шарлиз Терон». Андрюша нахохлился. Рыбк… Птичка моя.
Воропаев пошел добывать информацию. Подозрением в подготовке фальшивых отчетов смутить нашу чистую фэю не удалось, и Сашенька решил надавить на личное.
«Решили привлечь к себе внимание? ВРЕМЕННО повысить свой статус?» Ай, как личико-то скуксилось, м, Катенька? «Продемонстрировать состоятельного кавалера, чтобы компенсировать недостатки внешности?» Сашенька берет на понт, бия при этом не в бровь. Но не на ту напал. «Я езжу на машине, потому что устала ждать троллейбус». Сашеньку такой отпор не смущает и он продолжает гнуть свою линию – страстно хватает Катеньку за плечи, потом за руки, смотрит в глаза. «Катя, Катя, как его зовут?» Робкой овечке пофиг. «Кого, троллейбус или кавалера? Николай Зорькин, а что?» Сашенька задумчив. «Странно,никогда о нем не слышал» - говорит без издевки. «Простите, я не буду ему об этом говорить, а то он очень расстроится». Отнимает руки, садится и улыбается. Сашеньке все еще странно. А Катенька седлает любимого конька. «Что странно? Что он встречается со мной, и его не смущает моя внешность?» И в этот раз не на того нападает сама. «Это тоже», - не думает устыжаться Сашенька. Катенька завлекательно открывает рот. «Аааа может, вас удивляет то, что вы о нем ничего не слышали?» Это тоже. А у Катеньки внутренняя красота второй любимый конек! «А вам не приходило в голову, что не все люди, которые зарабатывают большие деньги, тратят свою жизнь на светские вечеринки? Не всем интересен этот образ жизни?» Снисходительная жалость и проникновенный оргазм в голосе от упоения собственной и мусью до кучи духовностью как-то отвлекают внимание от того факта, что оба (и Катенька, и мусью) стремятся проскребстись в этот образ жизни всеми зубами и лапами, ну да ладно. Радость моя. А почему ты решила, что жизнь людей, которые зарабатывают много денег, вертится только вокруг светских вечеринок, и только там Сашенька мог услышать о твоем уработавшемся магнате? Не потому ли, что у кого что болит, вон как давеча у Пал Олегыча, уважаемого, с юбками?
Катенька тем временем продолжает свои филиппики. «Не всем интересно общаться с людьми вашего круга». Тычет некрасивым пальцем прямо в лицо Воропаеву. Хха! На личное он решил надавить. Ню-ню. Катенька сама кому хошь… надавит.
Да, и если она с садика так всем в лицо лезла… немножко опять неудивительно, что нормальные дети с прынцессой не хотели иметь дела.

Каюсь. Сцену глумления Катеньки над любимым второй раз ниасилила. Тошнит