А мы и пришли ужо...так скромненько примостились к праздничному столу и сидим...
Проду нать? Их есть у нас! Да какой ВОЛДИК!УУУУУУУУУУУУ!!!
ИТАК!!! В честь первого юбилея мы решили таки закончить терзания наших героев и вручить их друг дургу хоть на раз!
А что будет потом? Помооотрим
Глава 17.Это сладкое слово –ЗИМАЛЕТТО!
Секунда… минута… две… да сколько же можно целоваться-то, а?
Дыхание закончилось. Жданов, с самодовольной дьявольской ухмылкой оторвался от неё и уселся на свое сидение, схватился обеими руками за руль и слегка закашлялся. Кате отчего-то сделалось так смешно, что она, не сумев сдержать порыв, хихикнула. Шальные мысли атаковали мозг. Пушкарева вдруг поняла, ЧТО НИЧЕГО не хочет! Вообще!!! Она когда-то давно читала о том, что так иногда бывает. Когда чего-то очень сильно и очень долго желаешь, то при получении этого желаемого, теряешь все мало-мальски необходимые чувства и ощущения. Катя совсем растерялась и, открыв сумочку, усердно принялась что-то там разыскать, при этом недовольно бормоча:
- Ты съел всю мою помаду!
- Что, прости? – совсем обалдев от услышанного, спросил Жданов.
- Помада, спрашиваю, вкусная? – продолжая рыться в сумочке, переспросила Катя.
Жданов развернулся к ней, внимательно посмотрел на девушку и… рассмеялся.
- И это все, что ты мне можешь сказать после того, что сейчас произошло?
- А что сейчас произошло? Ты поцеловал меня что ли?
- ???
Катя, видя, что ввела Андрея в достаточный ступор, продолжила:
- А для меня в этом нет совершенно ничего удивительного! Это очень даже в Вашем духе, господин Жданов, правда? Сначала ты просто делаешь вид, что тебе нет совершенно никакого дела до меня, игнорируешь мои попытки хотя бы объяснить тебе, что тогда случилось, потом вдруг начинаешь усиленно строить глазки. Я себе задаю вопрос - с чего бы это? Уж не с того ли, что тебе вдруг желтая жидкость в голову ударила?
Он молча слушал, на Катерину не смотрел, а она продолжала методично излагать свои совершенно, кстати, трезвые и здравые мысли.
- Дальше - больше! Показ! И это, милый мой, уму не постижимо! Ты предстаешь пред мои очи этаким мальчиком-мажором, я бы даже сказала, гламурным ублюдком с замашками прЫнца, что мне хочется застрелиться! И после того, как ты меня укатываешь тут шампанским, продолжая мажорничать, я, по-твоему, должна адекватно на тебя реагировать?
Жданов, кажется, вообще не понял ни слова из того, что она ему тут наговорила, и сидел, скрестив руки на груди и усиленно рассматривая разбившегося всмятку мотыля, прилипшего к лобовому стеклу.
А Катерина торжествовала! Так тебе, Жданов! Получи! В конце концов, это справедливо! Она должна была отомстить, и она это сделала!!!
- Я что и вправду был… таким, как ты меня описала? – немного смущенно и удивленно спросил Андрей.
- Хуже, Жданов, еще хуже! Считай, что я все это еще и приукрасила! Но…
Произнеся это «но» Пушкарева замолчала, потому что то, что сейчас сформировалось в её голове, по идее никак нельзя говорить, но…
- Но?
- Но ты был неотразим и …безумно сексуален! И скажу тебе, что женщины падки на таких мерзавцев, как ты!
- Ну это уже слишком! Это я-то мерзавец??? – взбеленился Жданов и отвернулся от Кати. Та сидела и беззвучно смеялась. Да, она его развела, да как!!! По полной программе!!!
Андрей задумчиво постукивал пальцами левой руки по торпеде, время от времени поглядывая на Пушкареву. Спустя минуты две, будто приняв для себя некое решение, он произнес:
- Так ты едешь ко мне в гости?
- Нет.
Проглотил… Повернул ключ зажигания на пол-оборота и выжал сцепление…
- Значит, мы поедем в другое место… пока. А потом ты сама решишь, куда тебе ехать дальше!!!
Он сказал это таким безапелляционным тоном, что Пушкарева, удивленно пожав плечами и покачав головой, не нашлась, что ответить ему на это заявление. Ехали молча. Он вообще не смотрел на Катю, отчего та совсем приуныла, продолжая, тем не менее, раздумывать, куда же все это её заведет.
- Андрей… - попыталась начать разговор Катерина, но Жданов перебил, заставляя её закрыть рот.
- Всё, что можно было сказать - ты уже сказала. Помолчи теперь!
От такой наглости захотелось очень сильно стукнуть его по голове, но она не посмела, думая, что с ним вот таким вот, странным и безумным, связываться опасно.
А они все ехали и ехали. Признаться, Кате уже начало нравиться это путешествие. Она с удовольствием рассматривала начинающуюся преображаться к новогодним праздникам столицу, светящиеся неоновые вывески, огоньки и елки, пока еще не наряженные, но ожидающие своей очереди… Красиво… В голове вдруг возникли строки будущего послания своему виртуальному любовнику, сидящему прямо сейчас на соседнем сидении около неё… Она хохотнула, вызвав вопросительный взгляд Андрея.
- Что тебя так рассмешило? – тихо спросил Жданов, продолжая внимательно всматриваться в дорогу.
«Ели бы только мог знать, ЧТО конкретно меня рассмешило, ты бы никогда не поверил в то, что подобное вообще возможно!» - подумала Катерина, но вслух произнесла:
- Ты не поверишь!
- Отчего же Вы такого плохого обо мне мнения, а, Екатерина Валерьевна?
- Ни в коем разе, Андрей Павлович! Просто Вы не тот человек, который… кхм… занимается подобными вещами…
- Катенька, пути господни неисповедимы, поэтому вряд ли ты с уверенностью можешь сказать, чем я занимаюсь, а чем нет… - вкрадчиво ответил Андрей и бросил озорной взгляд на Пушкареву.
«О да, милый Андрюша, и кто бы мог подумать, что ты так легко поведешься на эти виртуальные секс-игры!»- подумала про себя Катя и снова улыбнулась.
- Все может быть, все может быть… - задумчиво и немного отстраненно ответила Катя и отвернулась к окну, стараясь не сдать себя со всеми потрохами.
Когда авто вкатило в гараж Зималетто, Катя была немного удивлена, на что Жданов, предваряя её вопрос, спокойно ответил:
- Ну ты же скучала по конторе, вот я и подумал…
- Вот уж действительно – удивил, так удивил!- ответила Катя, выходя из машины.
Легкая тревога проскочила во взгляде Пушкаревой в тот момент, когда Андрей уверенно нажал кнопку вызова лифта.
Створки открылись.
Закрылись за ними.
И кто бы говорил о клаустрофобии? О безумной нехватке кислорода в легких? Но кажется только у неё сумасшествие? Жданов облокотился о стенку лифта и, поигрывая ключами от машины, смотрел на Катю.
- А ты помнишь нашу первую поездку в этом лифте? – спросил Андрей.
- Первую что, прости? – переспросила Пушкарева.
- Ты была в белой блузке и строгой черной юбочке… Ты тогда побежала за мной, потому что я не подписал какие-то банковские платежки, и мне пришлось вернуться…
- И что? – не понимая, куда клонит Андрей, спросила Катя.
- А то, что ты уронила все свои бумаги, и мы начали вместе их подбирать, а твоя пуговица на блузке вдруг расстегнулась… и еще одна следом… Мне интересно - ты делала это нарочно?
- Ну ты и хам, Жданов! Если бы я уже тогда хотела тебя… кхм… соблазнить, то не разменивалась бы по таким мелочам!
- А я держу пари, что все было специально подстроено! – смеясь, произнес Андрей и, увидев, как заалели щечки девушки, быстро схватил её за руку и дернул на себя. – Иди ко мне, не могу больше…
Разве нужны еще слова в тот момент, когда руки, губы и языки уже говорят на своих, понятных только им сленгах? Губы коснулись её губ, вкус слизистой другого человека был знаком и приятен. Языки хозяйничали не в своих владениях, исследуя и осваивая, такие знакомые, родные и уже почти забытые территории. Лифт остановился… Когда двери открылись? Разве было им до этого дело? Губы распаялись, снова воздух прошёлся шёлковой змеёй между ними.
- Пойдем? – прошептал Жданов.
- Куда? – все еще не отошедшая от поцелуя, спросила Катя.
- Куда-куда, по Зималетто бродить!!!
Свет на административном этаже был погашен, но они, почему-то на цыпочках, крались по коридорам офиса.
- Ой, а это мой… бывший кабинет… - прошептала Катя и вопросительно взглянула на Жданова.
- Проходи, будь как дома, - прошептал в ответ Андрей и слегка подтолкнул её к двери.
Она потянулась к выключателю, но Жданов поймал её руку и резко развернул к себе.
- Вот теперь я тебя уже никуда не отпущу отсюда!!!
Это было какое-то сумасшествие!!! Только недавно ей казалось, что она ничего от него не хочет… И вдруг, в один единый миг захотела всего и сразу. Разве так бывает? К счастью, ДА!!! Только вот так и должно быть в жизни. Когда твоя параллельная линия жизни вдруг делает резкий позворот и пересекается с другой параллелькой, тогда летят ко всем чертям все теоремы и аксиомы, которые выводили веками умные гениальные люди…
Дыхание прервалось на секунду, глубокий вдох наполненного страстью воздуха и неистовый танец губ и языка продолжался! А ладони уже нетерпеливо скользили по разгоряченной коже. Пальто упало с плеч… Лишь на секунду опустила руки, освобождая его от одежды, и снова обняла за шею, приникла всем телом, не прерывая поцелуя ни на секунду. Его руки забрались в глубокий вырез платья и сжали ягодицы. Сдавил в объятиях, практически вжал её в себя, неосознанно сметая все зримые и незримые преграды на своем пути, не оставляя места даже воздуху!
Что-то мешало… что-то не давало почувствовать её полностью… Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что этот шелк цвета бордо сейчас совершенно не кстати… и что было еще, что-то подобное, совсем недавно… Мысли уплыли, остались одни ощущения, нервы, напряженные до предела, чувства, оголившиеся так внезапно…
- Расстегни… сама… сними его… быстро… - попросил шепотом Андрей и слегка отпустил её от себя. В каком-то лихорадочном возбуждении она принялась разыскивать молнию. Руки тряслись, и нащупать молнию все никак не удавалось. Сосредоточить внимание хоть на миг - не представлялось возможным. Он, не переставая, целовал её, а она уже и не соображала, что и как делают ее руки и губы. Андрей, чувствуя, что обоюдоострое желание обладать друг другом настолько сильно, что еще несколько минут, и он точно опозорится перед любимой раз и навсегда, прижал её к стене, навалился всем телом и прошептал:
- Плюнь… не могу больше! Извела меня окончательно! Можно?
Она лишь кивнула, тяжело дыша. Страсть затуманивала рассудок, заставляла сердце замирать, а затем учащенно биться, страсть требовала своей победы - полного и немедленного удовлетворения.
И губы сошлись снова, руки мужчины резко подняли подол, ладони легли на бедра, нащупав полоску трусиков. Снимать? К черту сейчас всё! Одно единственное касание, и она шумно выдохнула ему в шею. Всхлипнула… опустила руки и принялась лихорадочно расстегивать его молнию. Стоило ей только прикоснуться к его достоинству, как он тут же перехватил её ладошку, шепча:
- Это все еще будет в твоем полном распоряжении… погоди немного…
- Не хочу ждать!
Шепот, сплетение тел… Она обвила его ногами, ахнула, почувствовав, как крепкий горячий ствол погрузился в неё на всю длину. Один, еще один мощный удар тел друг о друга… Горячее дыхание обжигает шею, но ни он, ни она, не обращают на это внимания… всё оно сосредоточено сейчас там, внизу… где горит такой безумный огонь, ощущаемый только ими двоими, и только они вдвоем способны погасить его… Еще секунда, раз… два… три… и сердца остановились одновременно. Вскрик… Стон… Чей? Всё равно… так долго ожидаемое наслаждение, наконец, обрушилось на них безумным, сметающим все на своем пути торнадо, полностью опустошив обоих.
Жданов вдруг с ужасом понял, насколько сильно сейчас у него дрожат ноги. Благо, стул был совсем рядом… Он, не отпуская её от себя ни на секунду и все еще окончательно не веря в произошедшее, осторожно сделал несколько шагов в направлении сидения. Присел и громко выдохнул. Сердце отбивало сумасшедшую джигу, будто плясало на раскаленных углях, ноги и руки дрожали от напряжения, в горле пересохло.
- Кать…- хрипло прошептал Андрей и закашлялся.
Она молчала, потом, будто очнувшись от сна, недоуменно посмотрела на него. Его лица она не видела, зато Андрею было замечательно видно её. Поразился… сколько любви сейчас было в её взгляде, обожания, благодарности… Что преобладало? Разве смог бы он понять это? Сейчас она была такой же, как и тогда, в гостинице – безумно красивой и потрясающе искренней!
- Как же я по тебе скучала! – произнесла она и обняла его за шею.
Что-то мелькнуло в голове, какие-то мысли, вопросы, претензии… но потом все само собой исчезло, скрылось за пеленой её влюбленного взгляда. Все потом… не сейчас… когда-нибудь, но не сейчас…
- Вот скажи, отчего в тебе столько упрямства? Почему ты не согласилась ехать ко мне?
Она тихо рассмеялась и поцеловала его в шею.
- Не слышу ответа… - стараясь быть грозным, произнес Жданов.
Снова поцелуй, больше похожий на засос.
- Катька, ты что творишь? Прекрати! – возмутился Андрей и рассмеялся, чувствуя, что его девочка просто дурачится. Только сейчас Андрей обратил внимание на ажурные чулки, красиво обтягивающие её стройные ножки, и на полоску трусиков, которые оказывается, он практически не заметил - настолько сильно хотел её.
- Признаться, я был уверен, что ты пришла на показ без белья…
- Старый развратник у нас ты, а я девушка приличная! – ответила со смехом Катя и попыталась встать с него. Не позволил, прижав её к себе и смачно поцеловав.
- Погоди… вижу на полке стопку салфеток… погоди, сейчас дотянусь…
Кое-как обтерлись, подтрунивая друг над другом и посчитав, что привели себя в порядок - включили свет. Осмотрели друг друга с ног до головы и расхохотались - это надо бы заснять и отправить в юмористическое шоу для озвучки.
Видок был еще тот - оба взъерошенные, с безумными взглядами. Брюки и платье будто вытащены из центрифуги - мятые до невозможности, их пальто на полу в совершенно ненормальном состоянии, салфетки, применяемые в качестве душа, разбросаны по полу!
- Вот это да… - пробормотали оба и принялись быстро наводить порядок.
- И кто бы мог подумать, что ты настолько любишь экстрим! – произнес Андрей, поднимая с пола последнюю салфетку и бросая её в мусорное ведро.
- Это я люблю экстрим? Это, кажется, ты привез меня сюда!
- Ну, ты же отказалась ехать ко мне…
- Мог бы и поуговаривать ради приличия немного.
- Больно надо! Вот тут мне даже уговаривать тебя не пришлось, да?
В Жданова полетел картонный скоросшиватель, от которого тот ловко увернулся. Андрей рассмеялся.
- Ну что, теперь поедешь?
- НИ ЗА ЧТО! – ответила Катя и гордо направилась вон из кабинета.
Жданов шел следом, продолжая подтрунивать над женщиной и получая время от времени угрожающие взгляды. Её сейчас мало интересовали прогулки по офису, но простить себе то, что не смогла отказать ему - она не могла и не хотела. Снова пошла у него на поводу! Опять! Не опять, а снова!
За размышлениями и не заметила, как оказалась в лифте, прижатой к стенке и зацелованной любимым. Его шаловливые ручки снова принялись за своё - одна хозяйничала в вырезе платья, лаская грудь, другая нагло пробиралась к самому сокровенному. Только было она, повинуясь инстинкту, протянула руку к его брюкам, как чертенок, сидящий внутри неё, завопил благим матом, требуя принять, наконец, горизонтальное положение, а не извращаться словно подростки в лифте! Кажется, кабинета было более чем достаточно! Но как же классно было в кабинете! Мммммммм!
- Ты знаешь, что в лифте не гигиенично заниматься сексом?
- Знаю, но больше негде… Ты же отказываешься ко мне ехать?
- Я пить хочу…- произнесла Катя и, еще раз оправив вконец измятую одежду, вышла из лифта.
- Попрошу уточнить - попить, или выпить?
- И то, и другое!!!
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
........Я так думаю 
.
Результат превзошёл все ожидания, МАЛАДЦА! 
Это юбилей форума сподвиг Вас на такую клубничку? Ммммммммм... Что ж, тогда, получается, нужно сделать так, чтобы юбилеи были как можно чаще и продолжительнее 
